Рубаи

Хайям – это одна из тех личностей, сведения о чьей жизни до нашего времени дошли в облике одних лишь легенд. Фактов о нём осталось ничтожно мало – куда больше обелисков да его стихов. Он серьёзен, но его серьёзность нередко уступает место иронии. Чем-то Хайям мне напомнил и Окуджаву (хотя ввиду разделяющих этих поэтов лет, логичнее предположить, что второй перенял что-то от первого).Катая рыдания в горле воздетом,
Петух голосит перед каждым рассветом
По ночи, что вычли из жизни недлинной.
А ты еще спишь и не знаешь об этом.От него не то чтобы веет легким ветром востока – сдувает ураганом. Удивительные образы рисуются в четверостишиях – восточные красавицы, беломраморные здания Ашхабада... И удивительно, как утоляя в вине свои печали, можно поместить в такие маленькие строки такой большой смысл. Как дождевые облака,
Пройдут и радость и тоска.
Пока ты медлил, жизнь кувшин твой
Опустошила в три глотка.В этом небольшом сборнике Хайям больше пьяница и забулдыга – множество рубаи о вине врезаются в память и вырезают там впечатление о поэте. Но почему-то этот огрех ему прощается, может быть, из-за не покидающего чувства, что стихи вышли из-под пера талантливого мудреца? Я приму и шипы, если роз не достанется мне.
Свет с небес не сойдет – я готов размышлять при огне.
Коль Всевышнего я не найду ни в мечети, ни в церкви, —
Веры в сердце моем мне достаточно будет вполне.О временном тужить – напрасный труд,
Поскольку все рожденные умрут.
Когда б судьба грешила постоянством,
Мы ни за что б не появились тут.

В юности его рубаи надо читать и учить: Что там, за ветхой занавеской тьмы? –
В гаданиях запутались умы.
Когда же с треском рухнет занавеска,
Увидим все, как ошибались мыДа и потом к Хайяму не грех обращаться.