Читать онлайн Стрельцова, будь моей! бесплатно

Стрельцова, будь моей!
Людмила Чернова

ГЛАВА 1.

– Стрельцова, как хорошо, что я тебя встретила! Нужна твоя помощь! – прямо над ухом как гром среди ясного неба, прогремел голос одного из телепродюсеров канала, на котором я работала пока еще внештатным сотрудником – Виктории Колокольцевой.

Я пришла на канал сразу после сдачи государственных экзаменов. Всегда и во всем старалась быть отличницей. Много трудилась, перелопатила тонны литературы, чтобы быть на высоте. Ведь не зря же студенческая мудрость гласит: «Сначала ты работаешь на зачетку, а потом она на тебя». И мои труды не пропали даром, красный диплом тому подтверждение.

Помню, как сам заместитель декана вызвал в святая святых своего кабинета, и предложил стажировку в крупнейшем местном телеканале.

«Будет глупо не воспользоваться представившейся возможностью» – сказал мне мой внутренний голос, когда я колебалась, стоит ли туда идти.

Что ни говори, а на практике не все так радужно, как я себе представляла. Взрослая жизнь ударила точно обухом по голове. Приходила домой поздно, уходила рано, обед проглатывала, не жуя. Куча потраченных нервов и сил, которые не всегда были оправданы.

Но это мне еще повезло. Так как те стажеры, что попали в команду Виктории Колокольцевой, которую за глаза все называют Колокол, чуть ли не с криками сбежали от этой ведьмы после первого же месяца работы с ней.

Нет, дамочка она была красивая, но с ее характером я понимаю, почему у нее до сих пор нет мужа. Не всем хочется, чтобы их держали за яйца. А хватка у нее железная, точно как у колокола...

Два месяца моего привыкания в новом коллективе, притирка с куратором – Федором Дудько, работа сценаристом до последнего вздоха, чтобы, наконец, подать заявление на перевод меня в штат.

Ровно через две недели будет собрана комиссия во главе с нашим генеральным продюсером, по итогу которой и решится моя судьба. А пока…пока я в отпуске.

И вот это ее «нужна помощь», и нехороший блеск в глазах, не вписывались в мои планы. Говорила я: Стрельцова бери билеты и дуй к родителям в Рязань, а иначе живьем с тебя не слезут. Но нет же, приспичило прийти в рабочее время, чтобы взять справку с места работы для ЖКХ. Будь проклята эта бюрократия с ее многочисленными бумажками!

Только я хотела придумать историю про больную бабушку, как в коридоре появился генеральный продюсер нашего TV – Сергей Эдуардович Царев, которого мы по-простому величаем Царь и, увидев Вику,  направился в нашу сторону.

– Виктория, пятнадцать минут до эфира. У вас все готово?

Рядом с Царем я чувствовала себя мелкой букашкой. Невольно втянула голову в плечи и украдкой взглянула на главного. Генеральный был высокий мужчина лет тридцати-тридцати пяти, крепкого телосложения и с грозным выражением лица. Царь, он и есть царь. Однако в отличие от меня Вика сильнее выпятила свой подбородок с упрямой ямочкой и не стушевалась под взглядом этих голубых глаз. Смелая она, не зря добилась должности продюсера в двадцать девять лет.

Я вновь взглянула на эту парочку и вспомнила, как коллеги шутливо прозвали их – «Царь-колокол» и давно намекали на связь между ними, но для меня это не было такой уж интересной новостью. Все знают, что сценаристы варятся в своем отдельном котле и большую часть времени на работе проводят именно за текстом, чтобы потом режиссер перенес написанное с «плоской бумаги» на «объемный экран», и не интересуются сплетнями и прочей ерундой.

Однако сейчас я не была поглощена работой и, находясь между этими двумя людьми, особенно остро ощущала их эмоции друг к другу. После такого еще подумаешь, а слухи ли...?

– Конечно, Сергей Эдуардович! – уверенно произнесла стоящая рядом со мной девушка. – Вот, Алиса Стрельцова вызвалась протестировать пилотный проект. Все будет в лучшем виде! – на что генеральный, удивленно подняв левую бровь, перевел свой пристальный взор на меня.

«Что значит протестировать?» – не ожидала я подобного поворота и согласия не давала!

– Стрельцова… – задумался на миг он, – стажерка…– скорее это было утверждение, чем вопрос, но я все же кивнула. – Похвально, что вы так преданы своему делу. Решили выйти из зоны комфорта и попробовать что-то иное? Не забудьте, что впереди вас ждет оценочная комиссия, и, возможно, уже через две недели вас утвердят в штат. Если все пройдет как надо, я замолвлю за вас словечко, – подмигнул он.

– Да, Сергей Эдуардович, – сквозь зубы проскрежетала я. Эта комиссия, словно дамоклов меч, висела надо мной, а впереди еще не один день ожидания.

– Ни пуха, девочки! – уходя, крикнул он.

– К черту! – воодушевленно ответила за нас Колокольцева, а я стояла и кипела от негодования.

Во что я только что вляпалась?


<Стрельцова>


– Все понятно? – вопрос  прозвучал риторически, но я не спешила сдаваться.

– Виктория, а вы давно не брали отпуск? – спокойно спросила я у Колокольцевой.

– Можно на ты. Нет, а при чем тут это?

– А при чем тут я? Я даже не в вашей команде! Может вам другую кандидатуру найти? Вон, Светка Федорова с удовольствием вам подыграет, она давно ищет свою вторую половинку.

– Стрельцова, «вторая половинка есть только у таблетки, мозга и жопы» [1], а тут  реальный шанс найти своего человека, спутника, да, в конце-то концов, жениха.

– Так, последователь Фаины Раневской, таких женихов нам не надо.

– Каких это таких? – скрестила она руки на груди и приподняла бровь, как совсем недавно делал генеральный.

– А таких,– сглотнула я, – мажоров, решивших на всю страну похвастаться у кого больше. И где это видано, чтобы девушки бились за мужчин? Алло, давайте не будем нарушать то, что заложено в нас природой. Мужчины добытчики и точка.

– Стрельцова, вот когда тебе предоставят шанс выпустить свое телешоу, тогда и начнешь умничать, – но увидев мое выражение лица, сразу поменяла тактику. – Послушай, ты, как никто другой, должна понимать, как мне сейчас важно провести все без сучка и без задоринки. Если рейтинг не поднимется на положенный минимум, я попросту уйду с канала.

– Вряд ли Сергей Эдуардович будет этому рад.

– А вот это его проблемы, – отрезала Вика.

«Ага, если она свалит, то эти самые проблемы перейдут на нас» – с кислой миной подумала я.

Тем временем Колокол продолжила:

– Ну кто же мог знать, что девчонка на своих шпильках упадет и сломает ногу. Ну не могу я ее выпустить в эфир! Тебе нужно только засветиться, ответить на пару вопросов и провалить первый этап и все. Остальное – не твои проблемы.

– А если я вдруг пройду первый этап?

– За это не переживай, – махнула она легонько рукой. – Главный герой очень щепетильный и …м-м-м… деловой мужчина, тебе не о чем переживать, ему нравится иной типаж.

– И все-таки я откажусь. Не могу. Уезжаю, билеты уже взяла, – предприняла последнюю попытку.

– Куда?

– Что куда? – опешила я.

– Билеты, – подсказала Вика. – При необходимости я все компенсирую и мы тебя отправим бизнес-классом.

– В Махачкалу, – не раздумывая, ответила я. А что, вполне себе далеко, не найдут…

– Я думала ты русская… – задумчиво протянула Вика.

– Русская…– кивнула я. – Родители туда лечиться поехали. Воздух горный, природа…

– Ничего, ты мне нужна только на один денек. Вот пройдешь кастинг, тебя сразу вычеркнут и все, езжай в свою Махачкалу.

Тут она резко замолчала, на ее беспроводные наушники FlyPods [1] поступил звонок, и она, подтолкнув меня вперед,  приняла вызов, а я шла и кипела от возмущения. И чем же мой типаж не подходит какому-то пижону?

Быстро оглядела себя: белая футболка, длинные ноги, спрятанные за юбкой макси, минимум украшений и, словно вишенка на торте, ярко-розовые вьетнамки. Ну разве я могла ожидать, что «…Из Павлодара — прямиком на бал» [1] попаду.

Мы уже поднялись на третий этаж. Я шла чуть впереди, Вика, словно Гитлер, держа меня под прицелом, шла следом. Она думает, что я сбегу? Больно надо. Я не любитель гонок в сланцах.

Не успела вновь придумать какую-нибудь причину для отказа, как услышала:

– Десять минут до эфира. Я тебе пришлю в Telegram, что из себя представляет проект. Не подведи! – и, втолкнув меня в гримерную, громко хлопнула дверью.

«Ну, колокол, и на тебя найдется управа!» – подумала я, прежде чем оказаться в комнате под пристальным взглядом двенадцати пар женских глаз.


Сноски:

[1] «…Из Павлодара — прямиком на бал» – Отрывок из песни «Лучше всех» группы Скриптонит.

ГЛАВА 2.

<Стрельцова>


В комнате было не протолкнуться. Как только за мной хлопнула дверь, бабий гул резко прекратился, и на меня уставилось  двенадцать пар разнообразных женских глаз. Двенадцать девиц на выданье и я – человек, случайно оказавшийся в таких обстоятельствах.

От разнообразных ароматов, коснувшихся моего носа, закружилась голова, и стало подташнивать. Но я быстро собралась, выпрямила спину и плавной походкой подошла к свободному стулу в уголке комнаты.

Провожаемая колючими взглядами, я поняла одно – это будет насыщенный и долгий день.

Из-за своего опоздания я лишилась возможности воспользоваться услугами гримера, поэтому порывшись в рюкзачке, выудила оттуда пудреницу и, раскрыв ее, ужаснулась своему отражению в зеркале.

На меня большими глазами смотрела двадцатичетырехлетняя девушка: волосы выбились из гульки и торчали во все стороны, пухлые губы  неестественно ярко выделялись на фоне бледного, как полотно, ненакрашенного лица – и это еще полбеды, самое страшное, что в глубине этих серых глаз, таился страх и потерянность от неизвестного.

Я нахмурилась. Нет, так дело не пойдет! Ну чего мне бояться? Это же моя территория. Ну, посижу немного, поулыбаюсь на камеру, отвечу на вопросы ведущего. Пустяки! А завтра уже буду есть мамины пирожки в Рязани.

На этой приятной ноте достала из сумочки блеск для губ, пощипала себе щечки, приняв более-менее человеческий вид, и улыбнулась. Еще бы глаза подкрасить…

Перевела блуждающий взгляд на девушек и поняла, что среди них нет той, кто может похвастаться альтруизмом, поэтому, махнув рукой, откинулась на спинку стула и расслабилась.

«Если я повстречаю того самого, он меня и без всей этой мишуры заметит» – была я уверена в этом на все сто процентов.

Звук входящего сообщения привлек мое внимание. Увидев отправителя, мигом принялась знакомиться с содержимым письма. По мере прочтения мои губы плотнее сжимались, а лоб хмурился.

Убрав смартфон в карман, погрузилась в свои мысли.

Итак, что мне стало известно:

Телешоу «Прямо в сердце» – детище Виктории. Именно она подала идею и воплотила ее в жизнь, так сказать, и мама, и папа проекта в одном лице. Генеральный дал шанс и запустил пилотный вариант, суть которого заключалась в следующем: отобрать главному герою наиболее совместимых претенденток и образовать тем самым идеальную пару. Учитывая, что пока шоу не получило особого размаха, писать алгоритмы и навязывать определенные действия героям было экономически невыгодно, да и Колокол настояла, что все должно быть естественно. Она самолично отбирала претендентов, проводила сотню кастингов и даже обратилась за помощью к маме нашего генерального – Алле Константиновне, которая по совместительству была свахой брачного агентства «ВЕЧНОСТЬ».

Женщина хоть и казалась наивным божьим одуванчиком, но на деле, та еще акула. Если решила, что ее клиенту нужна определенная девушка, то все, живой с тебя не слезет.

Когда я ее вижу, то незаметно скрещиваю пальцы не только на руках, но и на ногах, так как иногда приходится в открытую ей врать.

–Алисочка, а вы все еще не замужем я посмотрю? Жениха никак не найдете?

– Ну что вы, Алла Константиновна, жених есть, дома проводку чинит.

– А что ж замуж не берет?

– Так это, я его не беру, – и хмыкаю.

– Ой, Алисочка, это девушки замуж выходят, а мужчины женятся.

– Нет, Алла Константиновна, мужчины нынче народ слабый, бесхарактерный, капризный, они как раз и выходят замуж.

Я усмехнулась, вспоминая наш с ней разговор. Эх-х-х, видели бы вы ее лицо. Оно было неописуемо, но сваха она и есть сваха. Быстро пришла в себя, натянула вежливую улыбку и со словами:

– Если захотите найти настоящего мужчину, то позвоните, – вручила визитку и ушла, гордо выпрямив спину.

У меня уже полная коробка таких вот листовок.

Я подозреваю, именно Алла Константиновна уговорила сына дать шанс девушке в ее детище. И как до сих пор Царь ходит по свету холостым, ума не приложу? Видимо, характером он поупрямее нее будет.

Итак, после отбора на первом этапе, претендентки на руку и сердце главного героя проходят разного рода испытания, которые заканчиваются последним свиданием с женихом, после которого он и принимает решение кто из героинь та самая.

На время всего этого отбора претендентки изолируются от внешнего мира, отказываются от гаджетов и едут на снятую телепроектом съёмочную площадку, где неделю будут проходят этапы раз за разом. Что за площадка, и где – не сообщалось. Оно и не нужно, я дальше первого этапа проходить точно не собираюсь.

Выиграть может только одна, та самая, которая по условиям отбора лучше всех подходит герою. Кстати, девушке, которая проиграла на последнем этапе, дается выбор: стать героиней в следующем выпуске, либо получить скидку 45% у брачного агентства. И сваха при работе, и Вика в выигрыше.

Тут в комнату зашла Колокол и всполошила наш курятник:

– Так, девушки, через пять минут эфир, мы пригласим вас в комнату и проведем небольшое интервью для нашего  жениха. Отвечайте честно, ничего не бойтесь. Ну что крошки, за мной, – и она улыбнулась своей акульей улыбкой и раскрыла ладонь в приглашающем жесте.

Последняя выходила я, и Колокол успела шикнуть мне на ухо:

– Могла бы и туфли одолжить в гримерке, вдруг там твоя судьба, а ты не при параде.

– Может, тогда без меня, если я порчу всю картину?

Она жестко на меня посмотрела, но промолчала. Я удовлетворенно хмыкнула и пошла, догонять впереди идущих красавиц. А посмотреть было на что. Одна краше другой. И попа, и грудь на месте, все на каблуках, в откровенных платьях. Не подготовилась я, ой не подготовилась.

Мы уселись кто по двое, кто по трое. Была даже отличившаяся особа, что, чуть ли не разлеглась на диванчике, дабы никто к ней не подсел.

Я взглянула еще раз на этот цветник и пришла к выводу, что мне не грозит победа ни в каком виде. А учитывая, что мужчины, особенно самовлюбленные и при  деньгах, любят послушных и красивых кукол, то я первая вылечу из этого театра абсурда, и даже мороженое себе куплю в качестве утешительного приза.

Улыбнулась на все тридцать два, отчего девушка, сидевшая рядом со мной, настороженно взглянув, отодвинулась ближе к краю.

Появился Георгий – ведущий телешоу. Если он и узнал меня, то не подал виду.

Улыбнулся и произнес:

– Итак, мы начинаем!

ГЛАВА 3.

<Стрельцова>


– Ваш любимый цвет?

– Бурый.

– Любимое животное?

– Утконос.

– Ваш кумир?

– Карлсон. Люблю, знаете ли, мужчин в теле.

Георгий, или попросту Жора, аж присел. Сам-то он рьяно следил за фигурой. Правильное питание, спорт, вот что его привлекает. Но спустя пару секунд собрался и вновь продолжил свое интервью:

– Где, по вашему мнению, должно пройти идеальное первое свидание?

– На кладбище.

– К-как это?

– Очень просто. Только вдумайтесь: ночь, звезды, тишина, небольшой шум от шелеста листвы. И да, самое главное, лавочки.

– Что лавочки?

– Ну как что! Посидеть есть где, а то иной раз идешь по парку и все занято. А уж про красную площадь вообще молчу. Все сидят на асфальте попу морозят, а я ведь девушка, мне еще рожать, – я говорила с серьезным выражением лица, а в душе заливалась смехом.

Жора так смешно вытянул рот, что смотри, ворона залетит.

Минуту он сидел, пялясь на меня, будто решая, все ли в порядке у меня с головой, а затем, откашлявшись, произнес:

– Спасибо, это была Алиса. А теперь перейдем к следующей нашей участнице – Елене, – и с выдохом, перевел свой взгляд на девушку, сидящую рядом со мной. Та,  к слову, после моего интервью, отодвинулась от меня еще дальше, и чуть ли не вжалась в спинку дивана, утопая в мягких подушках.

Я хмыкнула. Еще минуту ведущий вел диалог с моей конкуренткой, а затем перешел к другому диванчику. Камеры устремились в ином направлении, и я позволила себе немного расслабиться и убрать с лица глупую улыбку.

Не сказать, что я была в напряжении, но все же, меня снимают, да и Сергей Эдуардович нет-нет, да заглядывал и крутился за кулисами.  Колокол же стояла и, поджав губы, прожигала меня взглядом. Видимо, в ее внутреннем мире она давно меня четвертовала и сожгла мои конечности на костре.

В какой-то момент взыграло глупое ребячество, и я позволила себе подмигнуть Вике. За что получила еще один убийственный взгляд с ее стороны, и дерзкую улыбку от генерального. Не ожидая такой реакции от Царя, отвернулась и уставилась на Георгия.

Как назло, тот стал расспрашивать девушку в диадеме, что расположилась одна на диванчике, про ее любимое блюдо, и только сейчас в полной мере осознала, что голодная как волк. Думала, управлюсь в два счета, а в итоге застряла тут, как минимум до обеда. Нужно будет на перерыве сбегать на второй этаж, взять себе хоть шоколадку, а то с утра и крошки во рту не было. А все из-за чертовых бумажек. А день-тюлень так хорошо начинался...

– Первый этап позади, а сейчас  реклама на ТРК ТВ. Не переключайтесь!

– Снято! Девушки не расходимся, – прокричала Колокол, но куда уж там, я рванула на выход, словно за мной гонится стая гиппопотамов.

«Срочно надо перекусить и кофе, а иначе…»  – додумать не успела, так как, мчась на всех парах к заветной кофемашине, я в своих вьетнамках не успела вовремя притормозить и врезалась в огромную ходячую подушку безопасности.

– Упс, – последнее, что я произнесла, перед тем как упасть на колени и уткнуться носом в пах мужчины, который как раз держал в одной руке телефон, а в другой кофе.

Мужчина покачнулся, но удержал равновесие, однако несколько капель все же пролилось, и теперь на его белоснежной рубашке красовалось пятно коричневого цвета. Я грустно вздохнула. Представить боюсь его выражение лица, когда со свистом от тормозящих по полу сланцев в него влетает пятидесяти килограммовая тушка и утыкается носом прямо в заветное место. При этом мужчина даже не смог толком поставить блок, так как обе его руки были заняты, поэтому ему пришлось смотреть на неизбежное и получать удовольствие.

– Мыу, – что-то нечленораздельное прозвучало сверху, и я чуть отстранилась.

Ну надо же, как неудобно получилось…


<Стрельцова>


Мужчина был привлекательным. Черные волосы, карие с золотистыми крапинками  глаза, брови домиком, острые скулы, аккуратная щетина, даже уши и то идеальной формы. Родинка поверх брови, пухлые губы, и прямой нос. А он ничего такой…

Алиса, ну что за мысли у тебя с утра пораньше! Это от голода. Не будем уточнять, от какого именно.

Я невозмутимо поднялась, пока этот экземпляр смотрел на меня ошалевшими глазами и, переминаясь с ноги на ногу, неловко произнесла:

– Если вас это утешит, я могу вам купить другой кофе, – с надеждой попыталась я сгладить свою вину.

Лицо незнакомца уже приняло насмешливое выражение, а губ коснулась коварная улыбка:

– Спасибо, мы уже взбодрились.

Я открыла рот и так же его и закрыла. Мне не послышалось, он сказал «мы»? Вот же нахал!

А тем временем мужчина стоял и чуть ли не раздевал меня глазами. Я решила ответить ему взаимностью и, встав в оборонительную позу, скрестив руки на груди, прошлась по его внушительной фигуре.  А посмотреть было на что. Красивые руки, не перекаченные как у качков, широкая грудь, узкие бедра, длинные ноги, и самое главное, чистые аккуратные туфли на ногах. Кто-то при первой встрече обращает внимание на ногти, ладони, стопы, спину, шею, я же – на обувь.

Засмотревшись на начищенный до блеска предмет гардероба, я пропустила часть вопроса, ухватив лишь его конец:

– …продолжения?

– М-м-м? – непонимающе уставилась на него.

Незнакомец хмыкнул и сделал шаг в мою сторону, обдав меня восхитительным ароматом мужского парфюма, и повторил свой вопрос:

– Я спрашиваю, где конкретно ты хочешь продолжения?

– П-простите? Какого еще предложения?

– Ну как же. Мне, конечно, в разных формах предлагали интим, но так нагло – впервые. Сразу за дело, люблю без прелюдий.

Он сейчас серьезно? Посмотрела внимательно на его лицо и увидела дерзкую ухмылку. Нет дружок, в эту игру можно играть и вдвоем.

– Даже так? – протянула я. – протянула я и заговорщицки посмотрев по сторонам, поманила его к себе ближе пальчиком.

Как только, его лицо оказалось рядом с моим, медленно облизнула губы и встретилась с его затуманенным взглядом. Незнакомец уже поплыл от предвкушения. Кокетливо улыбнулась и по слогам торжественно произнесла:

– П-О-Ш-Е-Л В Ж-О-П-У.

Отстранилась, удовлетворенно наблюдая смену эмоций на его лице: вмиг из  мартовского кота, он превращался в галчонка, знаете, такого из Простоквашино, когда Печкин не выдержал и прикрикнул на него, после очередного «кто там?».

Не прошло и минуты, как мужчина пришел в себя, и вновь накинув образ брутального мачо, произнес:

– Ты даже не представляешь, что теряешь.

Я иронично выгнула бровь и оценивающе посмотрела на него сверху вниз и обратно.

– Надеюсь, не мешок с золотом. А теперь прошу меня извинить, у меня дела.

И отвернувшись, гордо пошла в направлении манящего запаха кофе.

– До встречи, – донеслось в спину, стоило мне сделать пару шагов.

Решив не дразнить медведя, оставила последнее слово за ним и, свернув за угол, побежала, надеясь оказаться как можно дальше от этого нахала.

Но не успела я пройти и половины пути, как меня за руку схватила взвинченная Вика и затащила за ближайшую колонну.

Она что свихнулась под конец и решила убить меня?

Я смотрела в ее безумные глаза, и эта мысль становилась довольно-таки реальной.

ГЛАВА 4.

<Стрельцова>


– Ты что творишь? Какое кладбище? Какие лавочки? Ты хоть понимаешь, что нас смотрят миллионы?! Что за глупые ответы? Зрители решат, что мы издеваемся над ними!

– Пусть думают что хотят! – в тон ответила я девушке и попыталась разжать ее руку, что клешней вцепилась в меня. – Статья 115 УК РФ.

– Что-о-о? – непонимающе уставилась она на меня.

– Легкое причинение вреда здоровью, штраф сорок тысяч рублей, вот что! Отпустите меня, мне больно!

Пока до нее доходило сказанное я, наконец, смогла освободить руку из ее железной хватки. Вот худая, худая, а как вцепится, так впору хоть руку себе ломай.

Видимо, адреналин после столкновения с хамом придал мне храбрости, да и вся эта канитель с якобы поиском верного спутника уже начинала раздражать. Я не хотела участвовать в этом!

– Стрельцова! Мне нужны рейтинги! – отчаянно выкрикнула она, а затем более спокойно продолжила: – А ты вместо того, чтобы помогать…

– Я и помогаю…– пробурчала я. – Согласилась участвовать в этом фарсе, сижу, улыбаюсь на камеру, вместо того, чтобы ехать домой и набивать живот полезной и сытной едой, – начала было я, но при виде дрожащей нижней губы у этой железной леди, во мне что-то дрогнуло» и уже спокойно, подбирая слова, продолжила: – Виктория, не волнуйся, скоро меня выкинут, и каждый пойдет своей дорогой. Твой проект выстрелит, пара соединится, все будут счастливы, – монотонно, словно колыбельную пела я, а сама потихоньку направляла Вику в нужную мне сторону, а именно к кофейному автомату.

Вика начала успокаиваться и даже изобразила что-то на подобие улыбки.

Еще не хватало стать причиной ее психического расстройства. Если уж попадет в психушку, то только не из-за меня.

Девушка она неплохая, просто очень уж много нервничает и старается все сделать без ошибок, поэтому часто волнуется, а нужно просто расслабиться и делать то, что нравится зрителям. А именно шоу!

Я сценарист и знаю что это. Еще учась в школе, я поняла, что мое призвание – работа с текстами. Родители до сих пор пребывали в шоке, что я выбрала именно журфак, а уж про сценариста лишь шумно повздыхали и махнули на меня рукой.

Пока я заказывала себе кофе с шоколадным батончиком, нажимая на кнопки автомата, Колоколу кто-то позвонил и судя по тому, как громко она разговаривала, что-то пошло не по плану. Да уж, и это только первый день проекта. Хорошо, что уже завтра я буду далеко от этого маскарада.

– Ждите меня! – на этом она прервала разговор и тяжело вздохнув, перевела на меня  взгляд.

– Сладкое вредно, – забрала из моих рук батончик. –  У тебя осталось четыре минуты двадцать пять секунд. Не задерживайся. И еще, в сланцах ты ходишь, словно корова по льду, лучше смени на обычные сандалии, – развернулась и ушла.

Вот стерва! – пробормотала я, задетая ее словами.

Денег лишних больше не было, поэтому посмотрев с грустью на вкусные батончики за стеклом, вздохнула и, сделав глоток кофе, поплелась следом за Викой.

Интересно, а что незнакомец подумал про мою походку?


<Стрельцова>


– И снова здравствуйте! – поприветствовал всех ведущий, улыбаясь на камеру. – Итак, я, наконец, получил результаты первого этапа, и готов объявить претенденток на руку и сердце нашего героя…

И он начал перечислять пофамильно «везунчиков», что удосужились внимания принца этого телепроекта.

– …и наконец, последняя финалистка – Алиса Стрельцова!

Меня кто-то легонько толкает вперед, отчего я, спотыкаясь и все еще не веря в происходящее, иду по направлению к освещенному прожекторами подиуму. Девушки, что уже были отобраны, так же в шоке смотрят на меня, не понимая, как так вышло, что дама со шлепающими сланцами выбилась в лидеры.

– Еще раз поприветствуем наших финалисток бурными аплодисментами, – кто-то из операторов включает нужную кнопку, и в зале звучит запись оваций. – Каждая из этих прекрасных пяти девушек покорила сердце нашего героя своей красотой и искренностью, а кто-то и оригинальностью, – и косо смотрит на меня.

Возможно, в любой другой ситуации я бы усмехнулась, но именно сейчас, мне это не казалось смешным.

– А вскоре мы уже встретимся с нашим женихом, а кому-то даже выпадет шанс поговорить с ним лично, – девушки завизжали, и Жора, загадочно улыбнувшись, повернулся к камере, и продолжил: – До вечера мои дорогие, и не забудьте включить телевизор завтра в 20:00. Мы любим Вас!

– Стоп! Снято! – окрик, прозвучавший со стороны съемочной группы, подействовал на меня отрезвляюще, но, не успев толком прийти в себя, как будто со стороны, я наблюдаю, как кто-то меня берет за руку. И вот дружная женская змейка ползёт в сторону парковки, где нас уже поджидает лимузин.

Лишь только въехав на МКАД, я понимаю всю безысходность своего положения.

ГЛАВА 5.

За неделю до этого события:


<Буров>


Мы сидели дружной компанией в баре за забронированным столиком и ждали Сергея, который вновь опаздывал. Став продюсером местного канала, он частенько стал пропадать, но в пятницу всегда был с нами. Хотя в этот раз опаздывал уже на полчаса. Герман вновь сидел с задумчивым видом, и пялился в экран своего смартфона.

В очередной раз я утвердился в мысли, что любовь ничего хорошего не приносит.

Год в браке, а он уже вовсю истязал себя в своей адвокатской деятельности, берясь за любую работу, приносящую значительную прибыль. А все потому, что его ненаглядной было мало. Мало шуб, мало квартир, мало машин и так далее. А я вам так скажу, дамочка была той еще транжирой и пользовалась тем, что Гера был влюблен в нее. Сегодня состоялся его бракоразводный процесс, но думаю, экс-супруга так легко от него не отстанет.

Женщины – зло, и никто меня в этом не переубедит.

Роман, что сидел слева от меня, вновь любезничал с одной из моих официанток, на что я после каждого его вычурного комплимента, отрывался от предоставленного меню и закатывал глаза.

И вот стоит так распинаться? Разве он не видит, как лживы ее томные взгляды и невинные улыбки? Даю руку на отсечение что эта «скромница» уже в курсе заработка и статуса каждого из сидящих за этим столом. Весь персонал знает, кто эти люди и как я к ним отношусь. Это никакой не секрет. Возможно, я был неправ, но учитывая, что  сегодня по графику этот столик был закреплен за другой официанткой, напрашивалась определённая мысль.

Девушка направила все свое обаяние на самого безобидного, с точки зрения цинизма и прагматичности человека. Все знали, что наш Рома любвеобилен и падок на красивых женщин, поэтому его легче всего охмурить.

Все эти провинциальные девочки только и мечтают, приехав в Москву, поймать на крючок наиболее выгодную партию. И им важна не твоя глубокая душа, а скорее толстый кошелек в кармане.

«Так, хватит, пора прекращать этот концерт», – решил я.

– Солнышко, принеси нам чего-нибудь горяченького, – протягиваю ей меню, и, как только она касается листка, задерживаю его в своих руках на пару секунд, но и этого времени мне достаточно, чтобы девушка посмотрела на меня, и ее губ коснулась заигрывающая улыбка.

Касание пальцев, обещающие взгляды, и вот, она меняет свой объект очарования на добычу покрупнее. Еще бы, владелец элитного клуба по сравнению с сыном богатеньких родителей звучит практичнее, хотя бы потому, что в моем случае отсутствует такое звено, как мама.

Опускаю руку и приподнимаю бровь, на что девчонка, призывно блеснув глазами, удаляется, медленно покачивая своими шикарными бедрами.

– Эй, алле, гараж! Я ее, вообще-то, первый увидел! – состроил оскорбленное выражение лица мой друг.

– Я решил, что девчонка не ищет долгих и глубоких отношений и вряд ли очарует твою маму, – со скучающим видом бросил я.

– С чего ты это взял? Твои предрассудки делают из тебя брызжущего слюной старика. И да, если ты вскоре не откроешь свое сердце, то останешься один на один со своими тараканами, и никто тебе стакан воды в старости не подаст.

– А если ты не пересмотришь свои взгляды и будешь верить в единственную на веки вечную любовь и продолжишь идеализировать женщин, то в скором времени останешься без штанов, – спокойно парировал я.

– Да лучше без штанов, чем Скрудж Макдаком [1] на пенсии, –  фыркнул Рома, а затем мечтательно улыбнулся и произнес: – Женщины, это самое прекрасное, что есть на свете. Они дарят свет, спокойствие, любовь…

– А еще неплохо согревают постель, – иронично добавил я.

– Кто о чем, а вшивый о бане!

– Ну, согласись, что если бы не твои богатые родители, эта официантка не строила бы тебе сейчас глазки.

– Ты считаешь, меня недостаточно привлекательным? – нахмурился друг.

– Недостаточно циничным, – спокойно ответил я. – Видишь ли, мой дорогой друг, в мире не все так красочно. Ты оптимист и это здорово, но идеализация людей – это твой большой минус.

– Если думать как ты, то все женщины мира вероломные и злые создания, жаждущие от мужчин только денег.

– К сожалению, это так. Перед тобой живой пример, – кивком я указал на Геру, который нахмурился, поняв, что наш разговор расширил свои границы и вторгся в его личное пространство. Но я уже разошелся в своем споре, поэтому, не задумываясь о чувствах сидящего напротив мужчины, стал дальше сыпать соль на его рану.

– Если мне не изменяет память, то ровно год назад он имел неосторожность привлечь внимание своей будущей жены. Она так же мило строила ему глазки, и он, поддавшись на эти женские уловки, не смог вовремя увидеть, какой вероломной стервой она на самом деле была. И к чему это все привело? Год работы без выходных, в попытках удовлетворить растущие в геометрической прогрессии прихоти супруги, и скорый развод. А теперь сидит, уткнувшись в своей гаджет, и не обращает на нас внимания.

– Почему же, – спокойно ответил Гера, погасив экран смартфона, – если я не вступаю в ваш бессмысленный спор, который, постойте-ка, длится с того момента, как мы стали друзьями, то это не значит, что я вас не слышу. Более того, я могу предугадать, что будет дальше, – хмыкнул он. – За столько лет нашей дружбы могли бы придумать что-то новенькое или, наконец, поставить точку в этом споре раз и навсегда. Но не за счет меня.

Я хотел было вновь возразить и сказать, что его пример, как нельзя кстати подходит для наглядности, но увидев выражение лица друга, прикусил язык.

Почему люди обижаются на правду? Я же хочу как лучше…

Наконец, к нашему столику подошел Серега и, поприветствовав каждого крепким рукопожатием, сел рядом со мной.

В это время как раз подошла официантка с заказом. Раскладывая тарелки на столике, она продолжала бросать кроткие взгляды в мою сторону и мило улыбаться.

Светлана больше не замечала Романа, отдавая все внимание своему боссу.

– Малышка, а мне, пожалуйста, кофе, без сливок и сахара.

– К-конечно! А вам Максимилиан Григорьевич, может нужно что-нибудь еще принести? – мило краснеет, намекая на нечто большее, чем просто услуги официантки.

Так и хотелось крикнуть: «совесть свою принеси», но я лишь отрицательно махнул головой и подмигнул ей.

Когда девушка отошла, я услышал громкое фырканье Ромы и не смог сдержать победной улыбки.

– Снова за старое? – обратился к Гере подошедший мужчина, глядя на нас.

– Угу, –  кивнул тот и вновь уткнулся в экран своего смартфона.

– Неужели мы настолько предсказуемы? – искренне удивился я, бросив быстрый взгляд на своего недавнего оппонента в споре, который также удивленно приподнял брови и ждал ответа от Сереги.

– Да у вас, что ни пятница, так новая полемика о натуре женщин. Лично я продолжаю считать, что, да, в наше время женщины стали коварнее и изобретательнее, но только потому, что они знают, чего хотят от жизни и, не стесняясь, ставят себе цену. Неужели девушка, которая тратит на себя сто баксов в неделю будет встречаться с мужчиной ниже ее по статусу? Я считаю, это глупо. Но, я не исключаю того факта, что настоящая любовь делает нас слепыми глупцами, и вот мы, следуя за ней, готовы жить в спартанских условиях, лишь бы рядом был тот самый человек. И, Макс, согласись, что и мужчины стали потребительски относится к прекрасному полу. Это ответная реакция…

– А все из-за женского коварства и вранья, – все же не соглашался я с другом.

– Давайте не будем спорить, что появилось первым – яйцо или курица? Хватит философии, найдите себе развлечение поинтереснее простого трепа или же, –  задумавшись на секунду, расплылся в коварной улыбке, и, заговорщически подмигнув, произнес: – На своем примере докажи, что ты прав.

– Почему это я должен?

– Потому что именно ты пытаешься изменить представление Ромы о женщинах, показав их скверный характер.

Я задумался. Справедливо конечно. Это мысль.

– Но как именно я могу доказать?

– А вот в этом, мой друг, я могу тебе помочь.


Сноски:

Скрудж Макдак  — персонаж мультфильмов, сказок и комиксов, селезень-миллиардер шотландского происхождения. Главный герой диснеевского мультсериала «Утиные истории»

ГЛАВА 6.

<Буров>


На следующий день, сидя напротив этого цербера в юбке, я понимал, что попался на уловку друга и теперь отдуваюсь по полной программе.

Виктория, что сидела напротив меня, уже минуту пилила меня своим взглядом. Несмотря на молодость и хрупкость, внутри она имела стержень и ауру, похлеще моей консьержки.

Она вновь и вновь оценивающим взглядом сканировала меня, а затем, недовольно поджимая губы, обращалась к экрану монитора, и что-то строчила.

Телефонный звонок должен был немного разрядить обстановку, но, увы, чуда не произошло. Видимо, кто-то на том конце провода ее окончательно добивал.

Как мог я поддаться на уговоры своих друзей, что поддержали идею Сергея, и прийти на этот кастинг? Я – мужчина, в полном расцвете сил, повелся, как мальчишка, на этот тупой развод и вот сижу здесь и терплю скверный характер этого цербера.

– Так вы говорите, что хотите найти себе спутницу жизни? – со скептическим взглядом вновь обратилась ко мне Вика.

– Точно. И надеюсь, ваш проект поможет мне найти свою единственную любовь, а учитывая, что его создательница чуткая и приятная девушка, то я уверен в этом на все сто процентов, – пустил в ход все свое обаяние, чтобы хоть как-то помочь себе в этой ситуации. И зря. Виктория еще сильнее насупила брови, и, насмешливо фыркнув, вновь переключила свое внимание на ноутбук.

«Ты ей понравишься» – передразниваю в своей голове слова Сергея, когда тот, изложив идею нового пилотного проекта, обозначил мне, через кого будет проходить кастинг на главного героя.

Тогда, изрядно выпив, я почему-то решил, что поучаствовать в этом спектакле будет проще простого. А что, я, мало того, что неделю буду находиться в обществе красивого цветника, так еще смогу всем на камеру вытащить и высмеять их алчные натуры. По-моему, идеальный расклад.

Только вот одного я не мог предугадать, а именно, что моя внешность и улыбочки, не покорят сердце сидящей напротив дамы.

И кому она там все печатает?

Когда Сергей говорил, что его подчиненная очень ответственная особа, я и предположить не мог, что настолько. И тут пришло озарение: а Вика, случайно, не та заноза в заднице, о которой неустанно рассказывал нам Сергей? Если это так, то многое начинает проясняться. Его неожиданное предложение, этот дурацкий спор…

Пока Виктория проходила по мне взглядом, словно утюг по гладильной доске, я вновь вернулся к тому злополучному вечеру.

– Так, а чего тут доказывать? Одно то, что девчонки согласились на весь мир показать свое личное и биться за руку и сердце мужчины, уже говорит об их, так называемой, «порядочности», – на последнем слове я поднял руки, показывая в воздухе кавычки. – Согласитесь, разве будет скромная и приличная девушка искать любовь всей ее жизни таким образом? Конечно, соберутся охотницы за популярностью и кошельком, – как само собой разумеющееся прокомментировал я.

– Ну вот тебе возможность наглядно продемонстрировать нам истинную женскую сущность, – подстегнул меня Сергей.

– Это будет просто и скучно.

– Ну, ты попробуй, – продолжает друг гнуть свою линию, – а чтобы тебе не было, как ты говоришь «скучно», давайте сделаем ставки. Проигравший публично признает свою неправоту. Можно в прямом эфире, если хотите, – и смотрит в ожидании то на меня, то на Рому.

От ответа нас отвлек тихий голос Геры, который все это время сидел молча.

– А не кажется ли вам, что это немножечко жестоко? Вдруг девушка действительно влюбится в Макса, а он – нет? Играть ее чувствами ради какого-то признания?

Тогда он был ой как прав, но именно на тот момент азарт бился в жилах, и наш мозг был затуманен одной мыслью – выиграть.

– Согласен! Нужен больший куш! – выпалил я, и Рома согласно кивнув добавил:

– Если спустя неделю выбранная тобою дама не убежит, сверкая пятками, услышав слово «бедность», и по-настоящему полюбит тебя, то ты возьмешь меня в долю с  клубом, и мы станем равноправными ее владельцами.

Вот оно как. Мальчик хочет играть по-взрослому. Я отклонял это предложение уже два раза, считая это новой хотелкой моего друга, но, видимо, тот настроен серьезно, и хочет, скорее избавится от влияния богатеньких родителей. Самостоятельности захотел, значит.

– А если выиграю я, – придвинулся я чуть ближе к своему оппоненту, – ты берешь мастер-класс у одной из моих куколок, и танцуешь вон в той клетке, – махнул рукой на освещенное в центре  сооружение, в котором опытная танцовщица, виляя бедрами, танцевала «go-go». Один трек длиною в три минуты – позор на всю жизнь, но, зато, это научит его впредь не играть во взрослые игры таким вот способом.

– Идет, – чуть подумав, бьет меня по рукам, и мы оба улыбаемся в предвкушении будущей победы.

– Ну раз всех все устраивает, тогда я свяжусь с мамой, чтобы она выдвинула твою кандидатуру.


<Буров>


Почему с мамой, я понял только когда Вика, устав, видимо, печатать на клавиатуре, вновь обратила на меня свой взгляд и, вздохнув, произнесла:

– Если говорить начистоту, то не такого кандидата я искала. Но учитывая, что за вас поручилась Алла Константиновна, которой я всецело доверяю, да и ваше резюме весьма привлекательное, – на этом слове я не удержался и хмыкнул, однако строгий взгляд цербера заставил вздрогнуть и согнать самоуверенную улыбку с лица, – я даю добро. На следующей неделе будет первый отбор, где из тринадцати кандидаток вам нужно будет выбрать пятерых.  По истечении недели вы должны окончательно определиться с выбором своей дамы сердца.

– А если этого не произойдет? – мой вопрос вновь свел ее брови к переносице. Я не смог промолчать. Одно то, что она посчитала мою кандидатуру недостойной ее маленького проекта, покоробило меня и захотелось поставить эту дамочку на место.

Но она лишь снисходительно посмотрела на меня и спокойно ответила:

– Это обязательное условие проекта. Выбираете одну, знакомитесь ближе, а потом решаете, одного ли вы с ней поля ягоды.

Если бы в этот самый момент я пил чай, то, несомненно, поперхнулся бы от удивления. Для меня все это звучало странно, и пришел я сюда совсем ради другого, но, видимо, девушка действительно считает, что на каждого человека, есть свой человек.

Самоуверенная или наивная?

Протягивает мне листочек с контрактом, и, пока я его изучаю и ставлю размашистую подпись, не сводит с меня внимательного взгляда. Я чувствую всем напряженным телом, что ей моя кандидатура не нравится. Но она лишь молча вздыхает и забирает у меня бумаги.

– Завтра в одиннадцать позвонит моя помощница, обговорит с вами все детали. Провожать не буду, извините, дела, – и вновь утыкается в ноутбук.

Скриплю зубами, но встаю и, попрощавшись, выхожу из этой «тюремной камеры».


"Ты крупно меня подставил, дружище" – строчу Сереге гневное смс.

"Что, оценил мою сотрудницу?" – смайлик с нимбом.

"У меня теперь весь день будет на полшестого. А ведь я с моей официанточкой встречаюсь тет-а-тет. Опозорюсь теперь."

"Ха-ха, а ты попроси ее ручками оживить, и на полшестого не будет."

"Очень смешно. С тебя вискарь, за тот ад, что я только что прошел."

"Без проблем. Главное, не произноси в ее присутствии мое имя, а то до конца жизни останешься импотентом."

"Что, ненавидит тебя?" –  усмехаюсь.

"Не жалует, скорее. Ладно, отключаюсь, на совещании. Удачи тебе!"

"Ты тоже самое сказал и Роме…" – подозревающий смайлик.

"Но вы же оба мои друзья"

Все последующие дни меня терзали сомнения, а друг ли он мне.

ГЛАВА 7.

<Стрельцова>


Мы ехали уже больше получаса. За это время я успела трезво обдумать ситуацию, в которой оказалась, впасть в панику, накрутить себя, а затем выдохнуть и составить план, как вылететь первой из этого шоу-маскарада.

Дружескую тишину прерывали милые перешептывания двух «подружек» напротив. В какой-то момент я поняла, что их разговор касался нашего таинственного героя, с которым мы должны были познакомиться еще на первом этапе отбора, но что-то пошло не так. Возможно, тот звонок Вике на телефон, имел прямое отношение к данному форс-мажору, раз Колокол решила переиграть сценарий знакомства.

– …Видимо, очень богатый, – заключила свой длинный монолог девушка в желтом комбинезоне.

– А с чего ты взяла, что богатый? – спросила ее соседка в голубом платье.

– Ну, как же! – округлила та глаза, под навесом нарощенных ресниц, – Раз не пришел днем, значит, занят на работе, миллионы свои зарабатывает, не иначе.

– А-а-а, – доверчиво хлопнула глазками блондинка в голубом.

– По такому принципу если судить, то он и сегодня вечером не придет, и завтра, и вообще, нам фотографию только покажут, а за него будет ходить на свидания его охранник или шофер, – вклинилась в разговор девушек, сидящая рядом со мной брюнетка в красном.

– А так разве бывает? – наивно произнесла девушка в голубом.

– Нет, конечно! – не удержавшись, фыркнула дама в диадеме, – не нужно верить всему, что тут говорят.

– А ты тут самая умная, что ли? – процедила девушка в комбинезоне.

– А может, я засланный казачок? Или не я, а другая? Не удивлюсь, что для шоу могли взять подставную невесту, – с этими словами она облокотилась о спинку сидения и, закинув ногу на ногу, приняла самый равнодушный вид, лениво рассматривая свой маникюр.

Ее слова произвели эффект взорвавшейся бомбы. Девушки стали подозрительно оглядываться, оценивая друг друга по шкале подозрительности.

Я напряглась. Если уж так подумать, то засланным казачком была я, ведь в отличие от других, я единственная кто: А – не вписывается в этот цветник, Б – в действительности работает на этом телеканале.

Но, как ни странно, по мне лишь мазнули взглядом и переключились на следующую жертву. С одной стороны, это позволило мне выдохнуть и унять свое сильно бьющееся сердце, но с другой – было обидно, что сидящие рядом со мной дамы, не рассматривают меня ни в одной из представленных ролей: ни в качестве конкурентки, ни как шпионку.

– Глупости! – отмахнулась девушка в красном платье. Вблизи она была еще красивее, чем на площадке. – Она вас пугает.

– Может и так, – легко согласилась королева в диадеме, а затем, довольно улыбнувшись,  добавила: – А может, и нет.

Стерва!

* * *

– А давайте знакомиться? – неожиданно предложила девушка в голубом и мило улыбнулась, сняв, тем самым, витавшее в салоне напряжение. – Меня зовут Кристина, мне девятнадцать. Хочу стать актрисой, но родители мне не разрешают. Они у меня финансовые аналитики, и вся их жизнь крутится вокруг чисел. Говорят, когда повзрослеешь, тогда и будешь делать то, что хочешь. Вот я и решила показать и доказать им, что уже достаточно взрослая и могу сама принимать взрослые решения.

Девушки с непониманием уставились на нее. Даже я не удержалась и глазела на эту ненормальную. Разве таким способом она докажет родителям свою самостоятельность, скорее, наоборот, подтвердит свою глупость.

– Римма, мне двадцать восемь, владею маленьким цветочным магазином. Вот держите, может, кому будет интересно, – и раздала нам небольшие, яркие визитки.

Дама в диадеме, немного поморщившись, приняла визитку, и, положив на диванчик рядом с собой, представилась:

– Меня зовут Елизавета, в честь английской королевы. Я нигде не работаю и считаю, что женщину должны обеспечивать мужчины. Мой папа – тому подтверждение.

Я поморщилась. Вот она, Анна на шее [1] современного общества.

– А меня зовут Маргарита. Меня назвали в честь Маргарет Тэтчер, – театрально приподняв бровь, представилась девушка в красном. Она открыто обсмеяла нашу королеву, отчего получила от той злой взгляд, – в настоящий момент я танцую.

– Просто танцуешь, и все? – скривила королева губы в ухмылке.

– Нет, конечно, – легко ответила Маргарита на ее ехидное замечание, – в скором времени открою свою танцевальную школу.

– Ух-ты, круто! – не удержалась я, на что получила ее ответную улыбку и уничтожающий взгляд императрицы.

– А ты? – спросила меня Маргарита, но восторженный возглас девушки в голубом, позволил мне не отвечать на подобный вопрос.


Сноски:

Это выражение связано с одноименным рассказом А.П.Чехова, в котором он "играет" выражением "сидеть на шее" в смысле "находиться на чьем-то иждивении".


<Стрельцова>

– Ой, девочки, смотрите, как красиво! – ахнула Кристина, и мы все приникли к окошкам, чтобы воочию увидеть, что произвело такой эффект на блондинку.

А посмотреть было на что. Городской шумный пейзаж сменился видом немноголюдных тихих улочек с шикарными домами, которые по закону жанра предназначены были именно зажиточному слою нашего населения.

Конечно, продюсер не поскупилась и взяла в аренду дорогую виллу в Подмосковье с шикарными видами для съемки премьеры. Несмотря на то что проект был пилотный, Колоколу удалось найти хороших спонсоров, что явилось ключевым моментом запуска проекта в эфир.

Высокие резные заборы, многоэтажные дома из бруса, асфальтированная дорога, по краям которой притаились ухоженные карликовые деревья, виднеющиеся по ту сторону павлиньи хвосты фонтанов, все будто кричало о богатстве и изобилии. Я такое только в кино видела.

Мы подъезжали уже к крайнему из представших нашему взору домов, когда увидели столпотворение участников съемочной группы с включенными камерами.

Кончено они нас ждали, чтобы заснять наш коронный выход.

В этой толпе я заметила Колокол, и во мне вновь стало подниматься раздражение. Девушки, будто сговорившись, мигом начали суетиться, поправлять макияж и прически.

Стоило машине остановиться, как тотчас выстроилась очередь из шахматных коней, так как выпрямиться, не позволяли габариты лимузина. Скрипнув зубами, я примкнула к этой труппе, и должна была идти следом за королевой нашего цветника.

Вот двери открываются, и мы одна за другой выходим из этого гроба на колесиках, чтобы воочию увидеть красоту виллы. Видимо, созерцание прекрасного и стало причиной, по которой, идущая впереди  королева замешкалась, а я, следуя за ней, не смотря под ноги, нечаянно наступила носком своих сланцев на шлейф ее платья. Раздался треск ткани, и девушка, отчаянно размахивая руками, полетела лицом вниз, явив взорам кружево черных трусиков, прямо под вспышками многочисленных камер.

Повисла зловещая тишина.

Присутствующие бросали взгляды то на девушку с голым задом, то на мои ноги в сланцах. Словно в замедленной съемке, королева поднимает голову и находит глазами меня. Я чуть не взвыла, понимая, что из-за этой оплошности ни о каком сне и речи быть не может. Не хочу быть загрызенной в собственной постели этой акулой.

Первой ожила Колокол. Моментально очутившись возле потерпевшей, прикрыла ее зад клипбордом и, бросив напоследок, чтобы этот кусок удалили, повела королеву в сторону стоящего рядом съемочного трейлера.

Недовольно вздохнув, операторы сложили свою технику и стали разбредаться кто куда.

К нам подошла помощница Виктории – Татьяна, и, никак не прокомментировав данный инцидент, принялась выполнять свою работу, а именно, повела нас на экскурсию по вилле и рассказывала, как будет, проходить вечер знакомства с женихом.

Честно говоря, мне это было не особо интересно, так как меня мучили два вопроса: во-первых, во что выльется мне это недоразумение с платьем и, во-вторых, во что мне переодеться, если, в отличие от остальных девушек, у меня нет с собой никаких вещей.


Сноски:

Клипборд – Используемая во многих сферах деятельности папка-планшет под документы. Удобна для хранения и скрепления листов без перфорации. Изготавливается из картона, жесткого пластика или синтетических материалов. Сверху или сбоку оснащена специальной клипсой-зажимом.

ГЛАВА 8.

<Стрельцова>


Трехэтажная вилла поражала своими габаритами и убранством. Внутри все кричало о роскоши: паркетные полы, широкая парадная лестница с красивыми декоративными перилами, люстры в викторианском стиле, большой обеденный дубовый стол и стулья с резными спинками, и, конечно же, шикарный вид из балкона в спальне, куда я успела заглянуть, как только меня  отвели «привести себя в порядок».

Я никогда раньше не видела такой красоты. В моей однушке 4 на 4 вряд ли бы поместилась и половина вещей, которые сейчас находятся в этой спальне: большая двуспальная кровать с балдахином, словно из кукольного домика, ворсистые белые ковры, своя ванная комната и туалет, гардеробная, туалетный столик с пуфиком, и множество пастельных тонов вокруг всё в пастельных тонах. И уже в который раз я подумала, насколько большая пропасть между средним и высшим слоями населения России.

Плюхнувшись на кровать, прикрыла глаза, казалось, на секунду, однако прошло более часа, и лишь настойчивый стук в дверь, смог меня разбудить.

Резко поднявшись, я зажмурилась от нахлынувших звездочек в глазах, и вновь присела на краешек кровати. Недоедание плохо сказывается на моем самочувствии. Слабость в теле, боль в висках – признаки низкого давления. В таких случаях я всегда старалась перекусить чем-нибудь сладеньким.

Стук повторился, и я, кляня все вокруг, медленно встала и пошла открывать дверь этому самоубийце.

«Если это не еда, то человек за дверью явно рискует» – подумала я в сердцах и распахнула дверь.

В дверном проеме стоял невысокий пожилой человек, с чехлом в руках. Он галантно склонил голову, и, не обращая внимания на мой не совсем доброжелательный вид, произнес:

– Коктейльное платье на вечер для юной мисс.

– Но я не заказывала. Вы, наверное, ошиблись и…

– Алиса Леонидовна Стрельцова?

– Д-да, – запнувшись от неожиданности, произнесла я.

– Тогда не ошибся. Это для сегодняшнего вечера. Также меня просили передать, что через пару минут к вам придет гостья. Пожалуйста, никуда не уходите.

– Спасибо, – все так же растерянно произнесла я.

Наверное, это Колокол. Будет отчитывать за испорченное платье королевы. Хотя о чем это я? Это я жертва ее интриг, так что будем первыми наступать.

Старичок уже собрался было уходить, но я бесцеремонно схватила его за руку и с умоляющим взглядом протянула:

– Подскажите, а где у вас можно перекусить?

– Ужин будет после съемки, примерно, – глянул на часы, – часа через два, – но, видимо, увидев мое расстроенное лицо, чуть улыбнувшись, добавил: – Могу предложить блинчики с вареньем, но вам, наверное, это не подойдет.

– Почему же? – искренне удивилась я.

– Современные девушки часто сидят на диетах, чтобы понравиться мужчинам, хотя, как по мне, главное – не вес, а то, что тут, –приложил ладонь к груди в области сердца.

– Если я не поем, то боюсь, не доживу до вечера.

– Тогда я сейчас вам и вашей гостье все принесу в комнату.

– Гостье не стоит, она утром неплохо подкрепилась, – вспомнила я, как исчезла моя шоколадка в ее руках.

Он кивнул и ушел, а я вновь легла на кровать и попыталась унять боль в висках. Как назло, в голову полезли картинки со сценой падения на того незнакомца в костюме и последующий наш диалог. Я прокручивала в голове нашу перепалку и не заметила, как улыбнулась.

Интересно, кто он такой, и что забыл на канале? Внешне я не помнила такого работника у нас, да и, кто из «простых» работяг смог бы позволить себе такие дорогие туфли.

Меня кольнуло неприятное предчувствие, но я его мигом отмела. Как раз в этот момент я услышала повторный стук, и, чуть ли не с трясущимися руками, приняла от моего спасителя свою порцию глюкозы.

– Я взял на себя смелость принести графин с домашним лимонадом.

– Вы просто чудо! Спасибо! – искренне произнесла я.

– Был рад вам помочь, и…удачи юная мисс, – галантно поклонившись он скрылся за поворотом, но не успела я прикрыть дверь, как появилось смутно знакомое лицо рыжеволосой девушки.

– Меня к вам Кол…точнее Виктория, – мигом исправилась, но я уже успела мысленно договорила прозвище продюсера и улыбнулась. Наш человек. – Я здесь чтобы помочь вам подготовиться к съемкам.

– А где сама Вика?

– Она не может, занята, –  развела руками девушка. – Можно войти? – тяжко вздохнув, я пропустила эту фею-крестную в свою комнату.

ГЛАВА 9.

<Стрельцова>


Знакомство с женихом приняли решение снимать на фоне фасада виллы, рядом с небольшим искусственным прудом, в котором вода была настолько чистой, что я видела плавающих в нем рыбок.

Несмотря на лето, я обняла себя руками, чувствуя легкий мандраж.

Ангелина, так звали ассистентку Вики, колдовала надо мной в комнате битый час и сказала, что волноваться мне не о чем, образ идеально подходит моей внешности.

– Вы затмите их всех! – с этими словами она развернула меня к зеркалу, и на мгновение я готова была с ней согласиться.

Красное атласное платье, длиной чуть выше колена, подчеркивало мою узкую талию, и, расширяясь книзу, делало мой образ легким и воздушным. Декольте сердечком, выгодно подчеркивало, откуда-то взявшуюся грудь. При этом выбранный цвет поражал своим оттенком: не кричаще-красное, но и не бордо, а что-то среднее, благородное, дорогое. Пусть Колокол и была стервой, но во вкусе ей не откажешь.

Из украшений мы выбрали небольшие жемчужные сережки, а вот за мою цепочку с кулоном пришлось повоевать.

Не вписывался в образ, как сказала Ангелина. Но я была категорична: это украшение не просто бижутерия, а память о счастливых днях.

Глаза, аккуратно подведённые тоненькой стрелкой, слегка потеряли блеск, но от того не стали выглядеть хуже. Пушистые ресницы у меня были от природы, и тушь лишь подчеркнула их изгибы. Небольшой естественный румянец, губы сочного карминного оттенка, превратили меня из пляжной девушки в роковую красотку.

Завершали образ туфли, на высоком каблуке, которые, к сожалению, слегка спадали с моих миниатюрных ножек.

– Тридцать пятый размер, меньше не нашли...

– Ничего, я уже привыкла к этому, – махнула я рукой, – пластырь есть?

– Е-есть, а зачем? – растерялась Ангелина.

– Лайфхак, – ответила я, забирая у ошарашенной девушки катушку лейкопластыря, и приклеивая оторванный кусочек на стельку туфель, чтобы предотвратить скольжение. – Вот и все! – улыбнулась я.

– Круто! – произнесла девчонка и, пожелав мне удачи, выскользнула за дверь.

А я стояла и пыталась понять, что чувствую, видя себя в таком амплуа. Мне импонировала та девушка, смотрящая на меня из зеркала, но мне не нравился обман, вокруг нее.

Нахмурившись, спустилась вниз, надеясь увидеть в толпе Колокол. И не только для того, чтобы поблагодарить за прекрасное платье и образ, сколько высказать, что думаю обо всем. Но, как и предполагалось, Вики будто след простыл.

Утопая каблуками в мягком газоне, я шла на свет, когда мне на глаза попалась знакомая мужская фигура. Я даже споткнулась от неожиданности и чуть не упала лицом вниз. Но, слава богу, смогла удержать равновесие.

Утихомирив свое сердечко, с ужасом вновь посмотрела в сторону моего видения, но, кроме знакомых операторов, никого не увидела. Покрутив головой для верности, решила, что показалось, и продолжила свой путь к уже подошедшим девушкам.

Встав чуть поодаль от этих фурий, приняла стойку горгоны и нацепила дежурную улыбку.

Пытаясь немного расслабиться, смотрю на мирно проплывающих рыбок, и, обняв себя, утешаю мыслью о скором возвращении домой. Мне нужно продержаться день. Вряд ли мне «повезет» второй раз. Такого просто не бывает.

Вспыхнул свет, и камеры направлены на нас.

Итак, шоу начинается!


<Стрельцова>


– И вновь мы с вами, дорогие любители романтики! Девушки уже успели познакомиться друг с другом, –  быстрый взгляд в мою сторону, или мне показалось? – заселиться в свои новые апартаменты и как следует подготовиться к битве за внимание жениха, – смеется. – Еще недавно эти пять прекрасных девушек и не думали, что им выпадет такой шанс, как знакомство с нашим главным героем. Умным, находчивым, а главное, романтичным человеком, готовым до последнего искать свою любовь. Итак, вы готовы? Встречайте – Максимилиан! – операторы включают запись оваций и аплодисментов, и камеры меняют свою траекторию.

Девушки, услышав, что сейчас, наконец, увидят того, ради кого они прихорашивались весь вечер, приняли самые выгодные позы, исходя из преимуществ своего тела. Кто-то выпятил бюст, ненароком оттянув вырез платья пониже, кто-то ножку чуть в сторону поставил, сделав визуально акцент на длинные стройные ноги и округлые ягодицы, а самые шустрые умудрились пролезть в первые ряды, оттеснив тем самым конкуренток. И одна я, продолжила стоять, словно каменное изваяние, по стойке смирно и сетовать на свою «удачливость».

Не удивительно, что я осталась чуть позади конкурсанток. Шепот и ахи донеслись до меня прежде, чем я увидела того, ради кого я собственно оказалась здесь.

Словно в замедленной съемке, поднимаю взгляд и утыкаюсь в нахальную улыбку того незнакомца в костюме, с которым имела неосторожность столкнуться днем в коридоре. Такого не может быть!?

Ловлю его подмигивающий взгляд, и понимаю, что оказалась здесь вовсе не случайно. Этот пижон решил поиграть со мной. Ну-ну, посмотрим насколько тебя хватит. Я так просто не сдамся.

Пока Жора распинался о положительных качествах героя, я сверлила жениха гневным взглядом. Помните фильм «Смерть ей к лицу», где Голди Хоун, после «встречи» с дробовиком, получила огромную пробоину в животе? Вот такого, примерно, размера дыру я «прожгла» в своем объекте.


Словно почувствовав мой пронзительный взгляд, этот несчастный обернулся и вновь подмигнул мне. Ну не наглец, а?

– И, как приятный бонус, Максимилиан, который просил называть его Максом, решил дать фору наиболее заинтересовавшей его девушке и пригласить на свидание, завтра. Итак, имя счастливицы, – барабанная дробь, и…

Я судорожно сглотнула, непроизвольно отступив на шаг назад. Нет-нет, я пока не готова, стратегия не выработана, да и в тюрьму садиться не хочется, там вряд ли будут хорошо кормить. Не сдержусь, ведь ударю этого богатенького толстосума!

Словно загнанный зверек, я зажмурилась, боясь услышать свое имя, но наш Ромео предпочел поговорить наедине с девушкой, с более выдающимися формами, и выбрал нашу королеву.

Не услышав свое имя, я заметно расслабилась, поэтому осмелев, насмешливо хмыкнула и состроила фальшиво-сочувствующее выражение лица, отчего наглая ухмылка этого пижона вмиг испарилась, а в глазах промелькнуло изумление.

– А с вами, дамы, мы увидимся завтра, – затем, повернувшись на камеру, ведущий обратился уже непосредственно к зрителям: – Готовьте места в первом ряду, чтобы не пропустить зарождение обоюдной симпатии. Я не прощаюсь!

– Стоп! Снято! Валера, вафля ты молочная[1], камеру куда понес! Быстро сюда! – крикнул режиссер на одного из молоденьких операторов, который имел неосторожность, засмотреться на бюст одной из участниц.

– Да иду я, – буркнул тот, а затем добавил вполголоса: – Кураж-Бамбей [2] нашелся…

Услышав это, я от неожиданности, улыбнулась. Конечно, я смотрела  сериал «Теория Большого взрыва», и знаю, кого имел в виду этот Валера. Хихикнула, отчего паренек, удивленно посмотрел на меня и тоже мне улыбнулся.

– Хорошая тактика, – услышала я неожиданно похвалу из уст одной из потенциальных невест, что встала рядом со мной. Маргарита, вроде так звали участницу.

– Какая тактика? – не поняла я, к чему клонит девушка.

– Ну как же. Набиваем цену, заигрываем с другим, вызываем ревность. Все мужчины по своей природе собственники. Ты уже у него на крючке, – спокойно разъясняет она мне свое предположение, а я диву даюсь, откуда такие мысли у нее вообще взялись?

– Да я не заигрываю.

– А вот он думает иначе, –  головой кивнула в сторону и я, проследив за ее взглядом, вновь натыкаюсь на этого пижона, в чьих глазах мелькнуло что-то нехорошее.

– Только не говори, что ты такая наивная и все это проделала не специально, – неверующе посмотрела она на меня.

Поворачиваюсь к ней лицом и твердо выдерживаю ее взгляд. Несмотря на хрупкость и первоначальную высокомерность, девушке явно были присущи ум и сообразительность. Секунду она смотрела на меня осуждающе, а уже через мгновение, широко улыбаясь – отчего на щеках заиграли милые ямочки – продолжила:

– Серьезно? Это будет весело, – последнее она добавила себе под нос. Я только открыла рот, чтобы уточнить, что именно ее развеселило, как она уже протянула мне руку, – Хоть один нормальный человек в этом гремучем гареме. Маргарита.

Я с опаской взглянула на нее, ожидая подвоха: мы же тут все конкурентки, и вряд ли эта девушка захочет отдать мне свою добычу. Однако, отбросив сомнения, протянула руку для ответного рукопожатия.

– Алиса, – просто сказала я.

– Знаю, ты уже у всех девочек на слуху.

Я громко вздохнула, отчего она рассмеялась. Ее голос был чуть с хрипотцой, придавая его обладательнице некий шарм.

– Я так подозреваю, трюк с платьем – тоже случайность? – еле сдерживала она смех.

– Нелепая и роковая.

– Тогда ты просто очень невезучая: попасться на рожон королеве – плохое начало. Она, наверное, и спит в короне, – мы обе рассмеялись этой шутке. – Если что, моя комната чуть дальше по коридору, слева. Если вдруг надумаешь, приходи, поболтаем, – на этом она улыбнулась и удалилась.

А я вновь посмотрела на то место, где совсем недавно стоял наш герой, но сейчас там никого не было.


Сноски:

 «Вафля ты молочная» – цензурное ругательство из фильма «Теория большого взрыва», озвучкой которой занимался Денис Колесников – главный переводчик студии Кураж-бамбей.

Кураж-Бамбей – это студия, занимающаяся авторскими переводами сериалов.

ГЛАВА 10.

<Стрельцова>


Пока я одиноко шла в сторону виллы, раздумывая, стоит ли заводить здесь подружек, краем глаза заметила знакомую женскую фигуру, мелькнувшую за поворотом и, не теряя времени, сжав кулаки, ринулась догонять виновницу своих несчастий. В этот раз тебе от меня не сбежать.

До девушки оставалось буквально несколько шагов, когда она юркнула в дом, а я следом за ней. Поворот, еще один, и я очутилась в небольшом малоосвещенном коридоре. Растерянно оглядевшись, куда же она могла деться?!, услышала щелчок открывающейся двери и ринулась в ту сторону.

Юркнув внутрь, раскрасневшаяся после нелепых догонялок, начала без промедления:

– Я на это не подписывалась! И ты меня не заставишь!

– А если постараться?

Вздрогнула и резко обернулась. Голос определенно не принадлежал Колоколу.

Действительно, на меня, оперевшись о дверной косяк, смотрел тот, с кем я точно не хотела сейчас встречаться.

Нет, этот день определённо следует внести в календарь, как самый неблагоприятный для стрельцов.

Шумно сглотнула. Под его взглядом я чувствовала себя пойманной дичью, которую вот-вот должны съесть на ужин. Бросив быстрый взгляд на неприкрытую дверь, бочком стала медленно пробираться ближе к выходу.

Первое правило в памятке о поведении человека при встрече с медведем гласит: «Осторожно покиньте место, обойдя зверя стороной». Уже стараюсь. Второе правило: «Не смотрите медведю в глаза». Быстро опускаю взгляд с его лица и, как назло, упираюсь в голый торс мужчины, виднеющийся в распахнутых полах рубашки.

Шумно сглотнула.

Под моим зачарованным этой картиной взглядом, оголенный участок кожи мужчины  напрягся, являя моему взору красивые мышцы пресса.

Нет, нет, только не это. Чувствую, как во мне разгорается желание. Пытаюсь притупить влечение, но дыхание становится чаще, а движения резче. Наплевав на правила, бросаюсь к открытому проему и тотчас оказываюсь в объятьях этого индюка.

– Пусти, – срываюсь на писк, а сама держу его плечи мертвой хваткой. – Или я, или я…

– Закричишь? – улыбается он, – И как же ты объяснишь, что оказалась в моей комнате? Пришла водички попить? – ухмыляется этот нахал, а затем наклоняется еще ближе ко мне и шепчет, – мне импонирует, что ты искала встречи со мной.

– Я не тебя искала.

– Ну конечно, еще скажи, что следовала за Белым Кроликом [1] и он привел тебя сюда.

– Вряд ли ее можно назвать кроликом.

– Ее?

– Неважно. Я даю честное слово, что искала не тебя, а…

– Того паренька?

– Какого?

– Ну этого, с огромной головой, вместо члена.

Поморщилась от его слов.

– А что, ты считаешь, твоя голова меньше? – решила съехидничать я, на что он притянул меня еще ближе к своей полуголой груди, и обманчиво спокойно произнес:

– Хочешь проверить?

Я не встречала раньше такого напора со стороны мужчины, но, как бы странно это ни звучало, меня это лишь раззадорило, но не спугнуло. Я тоже включилась в эту игру. Встав на цыпочки, медленно скользнула взглядом с его груди на глаза, и прошептала:

– Если не боишься остаться импотентом, то начинай, – и показала свои ровные, белые зубки.

Что и следовало ожидать, его хватка стала менее крепкой и, воспользовавшись моментом, я выскользнула из его объятий.

Мужчины. Они в этом мире волнуются лишь о ценах на бензин и как не превратиться во владельца «недвижимостью».

Отойдя на безопасное расстояние, к сожалению, оказываясь еще дальше от выхода. Оглядываюсь в поисках предмета для самообороны, в то время как этот пижон, продолжает непонимающе хлопать своими красивыми ресницами.

Схватив с прикроватной тумбочки брошенный хозяином спальни ремень, встаю в оборонительную стойку.

– Ми-и-илая, – ласково протягивает Максимилиан, подняв ладони в примирительном жесте, – я не по этой части.

Пропускаю его шуточки мимо ушей и, стараясь вложить в голос как можно больше твердости, говорю:

– Открой дверь.

– Это какая-то игра? Ты любишь ролевые игры? – и делает ко мне шаг, на что я, сильнее сжимаю ремень.

Он прищуривается, но останавливается.

– Давай делай ради чего пришла, и, возможно, ты меня удивишь.

– Еще шаг, и я тебя точно удивлю. Открой дверь и отойди на десять шагов назад.

– Я через стены еще не могу проходить, – насмешливо ухмыляется, и я понимаю, что он не воспринимает мою угрозу всерьез.

Демонстративно скольжу рукой по коже ремня, выпрямляя его в длину, а затем сгибаю напополам, и, ухватившись за оба его края, чуть приближаю их к центру, а затем резким движением стягиваю в прямую линию, отчего раздается соответствующий хлопок.

Жених вздрагивает и хмурит брови.

– Дверь, и застегнись, а то простудишься, – спокойно повторяю я.

– Стоп. Ничего не понимаю. Ты сама прислала мне письмо с просьбой встретиться тет-а-тет, а теперь разыгрываешь нелепую сцену, строя из себя недотрогу, и выставляя меня каким-то извращенцем!

– Какое письмо? Повторяю, я…

Договорить не успела, как мы оба замерли, услышав звук приближающихся шагов по коридору.

ГЛАВА 11.

<Стрельцова>


Первым среагировал Максимилиан. Пробормотав под нос проклятие, одним стремительным движением оказался рядом со мной, и вместе с ремнем затащил в шкаф. Я даже очухаться не успела, а уже стою в темноте в груде мужских вещей.

Все еще возмущаясь манерами этого гризли, все же принимаю решение переждать неизвестных гостей в этом логове.

Тихий стук в дверь и мужское: «Одну минуту», заставило навострить уши, удовлетворяя откуда-то взявшееся любопытство.

– Виктория? – удивление в его голосе дошло даже до меня. Не ожидал, видимо, ночную гостью в лице Колокола. Так вот к кому она так торопилась! И что ей тут понадобилось?

Как-то неприятно скребнуло на душе, но я быстро отогнала странное чувство.

– Да, это я. Могу войти? – и, не дожидаясь ответа мужчины, прошла в комнату. – Удивлены? – обманчиво приторный голос, отчего у меня мурашки побежали по телу.

Она медленно, стуча каблуками, прошлась по периметру и остановилась как раз напротив шкафа, где я сейчас пряталась.

– Что, ожидали увидеть другую гостью на моем месте. Я до последнего надеялась, что ошибалась в вас, но моя интуиция меня не подвела, в который раз.

– Я пока не совсем понимаю, при чем тут я и ваша интуиция?

– Действительно, – хмыкнула колокол. – Вы пришли в мой кабинет, говорили о какой-то любви, а на самом деле, решили тут развлечься! Я знаю, что сегодня вечером вы должны были принять у себя в комнате гостью!

– Откуда?...

– У меня везде есть глаза и уши. Не забывайте, чей этот проект. Я еще тогда поняла, что у вас свои мотивы. Неужели решили, что это место лучший вариант пополнить свой список?

– Какой список?

– Список девушек, побывавших в вашей постели, – слова были выговорены четко, без каких-либо ужимок, прямо в лоб.

Минуту стояла гробовая тишина, отчего я испугалась, что мое шумное дыхание можно было услышать за створками шкафа.

– Не понимаю, о чем это вы, – я не видела его лица, но в его голосе сквозила такая холодность, что сердце на миг приостановило свой бег.

– Что за детский сад! Я поймала вашу красавицу прямо около вашей двери. Поэтому не стоит отрицать очевидное. Завтра же мы будем искать вам замену.

– Какую красавицу?

– Не ломайте комедию. Девушка мне все рассказала.

– Что рассказала? Когда?

– Вы что меня за дуру принимаете? Сейчас! Не ожидала подобного, но вы, видимо, прекрасно владеете языком.

Прозвучало двусмысленно, на что Макс хмыкнул.

– Во-первых, я никого не звал к себе в комнату. Если вы помните, я с девушками только познакомился и не успел даже толком пообщаться. Когда же вы считаете, я успел их обольстить? Во-вторых, я не виноват, что вы подобрали таких целомудренных, – он сделал акцент на последнем слове, – женщин, готовых при виде мужика снять трусы и бежать на так называемое рандеву. И в-третьих, вы застукали нас вместе?

– Нет, но…

– Нет доказательств, нет и вины. Я не могу контролировать ваших подопечных, и точно не могу знать, кто из них трется около двери моей спальни.

Я услышала скрежет зубов. Колокола только что приложили на обе лопатки, невероятно! И сделал это тот шут!

– Я все равно уверена, что ваше тут нахождение имеет иную цель, и, несмотря на ваше ангельское личико, еще одна оплошность, и я меняю главного героя.

– Вы мне льстите.

– Нисколько, – не осталась она в долгу. – Девушка отделалась предупреждением на этот раз, но если замечу, что вы предлагаете моим подопечным интим… –  и она сделала угрожающую паузу.

– Без проблем.

– Сомневаюсь, что с вами у меня их не будет, – вздохнула девушка. – Вы можете сейчас пройти в мой временный кабинет, мне нужно обсудить с вами организационные вопросы?

– А это не может подождать?

– А что, у вас тут срочные дела?

– Не совсем, – протянул было Макс, но тут же добавил: – Они подождут.

Терпкий запах мужского парфюма щекотал нос и отвлекал от подслушиваемого мною диалога, настолько, что я не сразу поняла, что дверь захлопнулась, и в комнате стало подозрительно тихо.

Приоткрыв аккуратно дверку шкафа, с осторожностью вышла из него.

В комнате никого не было. Парочка ушла обсуждать свою дальнейшую стратегию по покорению женских сердец.

Пожала плечами: еще лучше! Уход по-английски мне как раз на руку. Подбежала к двери, чтобы понять, что это пижон запер меня в своей комнате!

Единственный выход – через окно, но я еще с детства боюсь высоты, да и не хотелось бы светить своим нижним бельем, спускаясь в платье по импровизированному канату.

Если он считает, что, оставив меня одну в его логове, поступил разумно, то очень ошибается. Сняв туфли, я опустила свои голые стопы на ворсистый ковер и на секунду закрыла в блаженстве глаза.

Мне понадобилось несколько минут, чтобы выработать свой маленький план мести. Главное, не забывать: «Месть — это блюдо, которое лучше подавать холодным».

ГЛАВА 12.

<Буров>


Я шел по тихому коридору, желая быстрее оказаться за дверьми своей комнаты и выяснить, что же забыла в моей спальне эта бестия в сланцах.

На каком-то интуитивном уровне я знал, что она придет ко мне, и не ошибся.

Правильно выработанная стратегия – залог успеха.

Увидев на экране свою недавнюю знакомую, внезапно захотел пропустить ее на следующий этап. Если я правильно рассуждаю, значит,  мне попалась опасная девчонка, но тем и интереснее игра.

В том, что всем женщинам нужно от мужчин лишь одно, я не сомневался, как и в своей победе в этом дурацком споре. Мне понадобилась неделя, чтобы обмозговать и прийти к мысли, что эта ситуация мне будет на руку.

Выйти из зоны комфорта, почему бы и нет. У меня часто брали интервью, да и раскрутка клуба требовала от меня публичности. Я не только утру носы парням, но и покажу, насколько прогнило наше общество, а именно, женская его часть.

Все шло по плану ровно до тех пор, пока я не столкнулся в коридоре с одной ненормальной языкастой девушкой в сланцах.

Ее одежда смотрелась нелепо, однако во взгляде и осанке, было что-то аристократическое.

Упрямая, дерзкая, с перчинкой, таких у меня не было. И я подумал, а почему бы и нет.

Если девушка хочет, то кто я такой, чтобы отказать такой красоте. Но эта ненормальная обсмеяла мое предложение и, послав далеко и надолго, исчезла. Но я знал, что мы еще с ней увидимся, хотя и предположить не мог, что так скоро.

Возможно, там, в коридоре, она не знала, с кем разговаривает, и каков мой статус, поэтому и отшила. Но теперь все иначе.

Говоришь не мешок с золотом? – ухмыльнулся я. – Посмотрим, что теперь ты будешь делать.

Уязвлённое самолюбие, помноженное на упрямый характер, спровоцировало то, что пятой кандидаткой на мое сердце стала темная лошадка в сланцах.


Было очень весело наблюдать за сменой эмоций на лице девушки, когда я, при искусственном освещении прожекторов, вышел для знакомства с моими «невестами».

Я постарался выглядеть как можно презентабельнее для этого случая, предвкушая свою маленькую победу.

Жаль, что пришлось ждать вечера для знакомства, и все из-за пролитого на рубашку кофе, но это того стоило.

Шок, удивление, досада? Неужели она сожалеет, что отшила меня этим утром? Ну, еще бы, упустила такого мужчину.

Самодовольно улыбнувшись я подмигнул ей, чем вызвал шторм в ее глазах. Сероглазка прожигала меня взглядом, а я, впервые за долгое время, чувствовал себя прекрасно. Нет, я не думал давать ей второго шанса, просто решил преподать урок. Хищно улыбнувшись, подошел к девушке, стоящей рядом с этой бестией, и выбрал ее для свидания.

Я хотел увидеть сожаление на лице этой ненормальной, но был удивлен, столкнувшись с победным блеском в ее глазах. Она дерзко подмигнула и остаток вечера игнорировала мое присутствие.

Перед тем, как уйти в свою комнату, чтобы проанализировать этот сумасшедший день, я оглянулся и увидел, что она улыбается какому-то прыщавому парню в растянутой футболке.

Меня это немного сбило, но последующий ее приход ко мне в спальню лишь подтвердил, что я был прав.

Современные девушки такие предсказуемые. Стоит поманить их морковкой покрупнее, и они готовы уже душу дьяволу продать за твое внимание и расположение.

Нет в них интриги. Так думал я, до тех пор, пока эта ненормальная не стала угрожать мне моим же ремнем.

«Это что, игра?»  – решил было я, пока не заметил в ее глазах решимость. Она бы ударила, я в этом не сомневаюсь.

Приход Виктории и последующий с ней разговор в моей комнате, вовсе выбил меня из колеи.

Обсудив организационные моменты по завтрашнему дню, она закончила необычным условием: чтобы на завтрашнем конкурсе проиграла некая Алиса Стрельцова. И я бы согласился, если бы не узнал, что эта та девушка в сланцах.

Необычное поведение этой Алисы, предложение цербера, и девушка, что отчаянно хотела встречи со мной тет-а-тет и попалась на пути Виктории – все выглядело странным. Пожалуй, я дам этой ненормальной еще один шанс оправдаться в моих глазах и проявить свою жадную сущность.

Мой отказ на условие Вики произвел фурор. Она рьяно отстаивала свою точку зрения, что Стрельцова мне не подходит ни по какому пункту, но я оставался непреклонен.

Хотели честную игру, так получайте. Победит сильнейшая, или, в моем случае, хитрейшая.

Виктория была зла, но ответить ей было нечем. Махнув рукой, мол свободен, она отвернулась вновь к экрану ноутбука, а я ушел, весело насвистывая незамысловатую песенку, чтобы встретиться с моей мышкой, которую я предусмотрительно запер в своей клетке.

Что мной двигало, когда я закрыл на ключ дверь своей спальни, сам не знаю. Я мог дать ей шанс уйти незамеченной, но не стал. Мне было любопытно и...не хотелось ее отпускать.

Поворачивая ключ в замочной скважине, я надеялся, что она лежит сейчас в неглиже на моей кровати и ждет своего мужчину, а иначе моя вера в неё пошатнется, и что с этим делать я пока не знаю.


<Буров>


В комнате было тихо, а кровать пуста. Я облегченно вздохнул. Что это со мной? Неужели надежда? Нет, она мне вовсе не нужна. Пытаюсь притупить зарождающееся чувство, и утыкаюсь взглядом в виновницу своего странного поведения.

Она сидела в кресле, поджав свои стройные ноги, тем самым спрятав их под подолом красного платья, похожая на Белоснежку из сказки, и спала.

Я подошел к ней ближе и склонился к ее лицу, чтобы убедиться, что она не мираж.

Присев на корточки, почувствовал слабый аромат ландышей, которые мы собирали весной, когда были детьми. С удовольствием прикрыл глаза и отдался этому чувству легкости и умиротворения. Моей щеки коснулось ее теплое дыхание и, открыв глаза, я обнаружил, как уже вплотную приблизился к ее лицу.

Она казалась еще красивее, чем я предполагал. Хрупкая, нежная, чувственная…

Мягкий овал лица подчёркивал изящный изгиб алых губ, что так и манили для поцелуя, и я сам не заметил, как потянулся к ним. Ее ресницы дрогнули, и девушка подалась чуть вперед.

Поцелуй, тихий стон и я осторожно, чтобы не спугнуть, беру ее ладони и кладу их на свою грудь. Почему я так сделал? Возможно, хотел, чтобы она была еще ближе ко мне, или чтобы она почувствовала мое бешеное сердцебиение, а может, мне просто приятны ее прикосновения в таком уязвимом для меня месте.

Углубив поцелуй, я легонько коснулся ее языка и замер.

Реакция не заставила себя долго ждать. Неуверенно ответив, она притянула меня ближе и отдалась бушующим эмоциям. Ее язык дразнил, завлекал и заставлял забыть обо всем на свете.

Пазл сошелся, и я чувствовал, как все дальше падал вниз, в неизвестность...

Вдруг она резко отстранилась, и, влепив, мне громкую пощечину, подскочила к двери.

– Ну, знаешь ли! – пыхтит Стрельцова, а я держусь за щеку, не понимая, что происходит, – это ни в какие ворота не лезет! Научись сначала ухаживать, а только потом распускать руки, тогда и поговорим!

Выпалила, и, хлопнув смачно дверью, скрылась в коридоре.

Она ушла, оставив меня с чувством неудовлетворенности во всем теле.

Что это только что было?

ГЛАВА 13.

<Стрельцова>

Что это только что было?

Я позволила ему не только коснуться моих губ, но и ответила на его поцелуй.

Дотрагиваюсь кончиками пальцев до уголка своего рта, все еще не веря, что это все произошло со мной.

«Да он даже не в моем вкусе! Упрямый, наглый пижон, с раздутым самомнением! Такие как он, пользуются девушками, не заботясь об их чувствах» – говорил мне мой разум, тогда как сердце отчаянно хотело верить в его искреннюю симпатию ко мне.

Я была настолько перевозбуждена, что, хлопнув дверью, не сразу заметила, что в комнате я не одна. Вскрикнув от неожиданности, я уж было хотела бежать искать защитника, обратно, но личность гостьи заставила меня резко передумать.

– Вика! – обрадовалась я, и, в ту же секунду, схватив девушку за руку, потянула на себя, боясь, что это мои галлюцинации, и она может исчезнуть. Колокол ахнула, и на ее лице вспыхнуло удивление.

– Я тебя весь вечер искала! Почему так долго? Где ты была? – стала задавать ей вопросы. Надо пользоваться моментом, пока я поймала нашу неуловимую.

– Работала. А вот ты где была – это другой вопрос.

Серьезное лицо, брови сведены к переносице, и вот передо мной стоит надзирательница с холодным блеском в глазах.

Я сложила руки на груди, повторяя позу девушки, и спокойно, насколько позволяло сильно бьющееся сердце, ответила:

– Гуляла. Мне что, запрещено? – иронично выгнула бровь и пошла в наступление, – Если бы не кое-кто, я давно была у мамы и ела ее котлеты в сливочном соусе.

– Так она же в Махачкале? – подняла бровь Вика.

– Ну, тогда шашлыки у горного народа. В любом случае я бы не находилась под твоим давлением и среди девушек, что просто мечтают снять с меня скальп, – не удержалась и начала язвить.

– Рассматривай это как небольшое приключение, ничего более.

– Угу, только приятным его не назовешь, – пробубнила я под нос.

– Не нужно было привлекать внимание и, тем более, настраивать против себя, такую девушку, как Елизавета.

– Ты так считаешь? – иронично усмехнулась я. Как будто я без нее не знала. Но что вышло, то вышло.

Она проигнорировала мой взгляд и продолжила:

– Я переговорила с девушкой и намекнула, что открытая война на шоу приведет к скорому вылету обеих участниц. Так что, скальп свой оставь себе. И еще, я принесла тебе кое-что, – она сняла спортивную сумку со своего локтя и протянула мне.

– Это мне? –я недоверчиво уставилась на сумку.

– Да, тебе. Вещи заказаны через интернет-магазины. Это все, что успело прийти сегодня. Белье прикупила еще в городе. Считай это компенсацией за твою услугу.

Я замерла, не веря, что мне только что принесли в аренду вещи, да еще и белье в подарок.

– Вика, – процедила я сквозь зубы, надеясь, что вышло не слишком громко, – какие вещи? Ты ведь не думаешь, что я здесь останусь??

– Все зависит от тебя.

– Что это значит? – я сдерживала себя, чтобы не превратиться в тех истеричных жен, от которых сбегают мужья, но выходило плохо.

– Алиса, – спокойным голосом обратилась она ко мне, и, наконец, на ее лице я увидела что-то наподобие сочувствия, – это временно, я обещаю. Пожалуйста, потерпи еще дня два. Я сделаю все, чтобы тебя как можно быстрее убрали с отбора.

Несмотря на то, что именно эти слова я и хотела услышать, меня кольнуло непривычное чувство, будто не хочу уходить.

– Я разговаривала с Максимилианом, и мы почти пришли к компромиссу, – как-то неуверенно прозвучали ее слова.

– Что значит почти? – я пребывала в шоке.

– Почти, значит, что тебе тоже нужно постараться, чтобы все получилось.

– Каким образом?

– Просто будь собой.

Возможно, в любой другой ситуации, я бы посчитала это за комплимент, но именно сейчас это больше звучало как оскорбление.

«Будь собой, и тогда тебе победа не светит».

Значит, вот какого она обо мне мнения? Обидно.

– Ничего личного, поверь. Если хочешь выиграть, то нужно проиграть.

И с этими словами, обойдя меня, она двинулась к выходу.

А я стояла и понимала, что мне все больше и больше хочется остаться здесь и показать им всем, что я чего-то стою.

ГЛАВА 14.

<Стрельцова>


Утро меня встретило яркими бликами солнца, что прорывались сквозь открытую балконную дверь.

Потянувшись к будильнику, убедилась, что на дворе еще раннее утро. Так как завтрак планировался ближе к девяти, я сладко потянулась в своей «Барби-кровати», и лениво перевернулась на другой бок. Подмяв под себя одеяло, обняла подушку и, прикрыв глаза, попыталась еще раз заснуть. Но, как назло, не получалось.

Вчера, после ухода Вики, я, проглотив горечь от ее последних слов, стала разбирать принесенную ею сумку. Бо́льшая часть одежды была очень даже ничего, но другая половина заставила меня усомниться в адекватности Колокола. Как, к примеру, юбка макси, с многочисленными воланами и рюшами, по подолу которой переливались чешуйчатые блестки, или ярко-красная футболка с огромным изображением молнии на груди, или прозрачная блузка с пайетками на плечах, никак не вязались с образом Виктории, отчего я пришла к выводу, что собирала сумку не она.

«Ее упущение» – пожала я плечами и отложила странные вещи в сторонку.

Благо белье действительно было на высшем уровне, и явно покупала Вика.

Что касается обуви, то на самом дне я нашла босоножки на небольшом каблуке, балетки, и черные замшевые туфли на платформе.

На самом деле, на пару дней, чтобы продержаться, вещи даже очень ничего, кроме, конечно, той юбки и вульгарной кофты. Думаю, жить можно.

Отобрав на сегодняшний день мягкие светлые брюки и белую футболку с косыми полосками на плечах, я отправилась в ванную приводить себя в порядок.

Контрастный душ, немного туши и румян, и я вновь почувствовала себя человеком.

Решила разведать обстановку и заодно перекусить, пока горгульи не проснулись, я

Блуждая по многочисленным коридорам, невольно рассматривала интерьер дома, дивясь картинам с громоздкими рамами, высоким столикам под вазы, резным ручкам и перекладинам, на которые будет ложиться пыль, и большим окнам, что также нуждаются в постоянной чистоте.

Я относила себя к практичным людям, заботясь, прежде всего, о своем комфорте. И при выборе мебели ценила больше функциональность, чем красоту. И все эти изыски для меня не более, чем пылесборники и "забиратели" моего свободного времени. Представляю, какого здесь убираться на Пасху.

На подходе к винтовой лестнице, мое сердце пропустило удар. Только вчера я поднималась по ней, с горящими щеками, боясь быть пойманной на «месте преступления». После вчерашней встречи в весьма пикантном месте, я теперь понимаю, почему всех невест разместили на втором этаже виллы.

Прибавила шаг, чтобы оказаться как можно дальше от соблазна увидеть этого Гризли.

Идя на аппетитные ароматы, я оказалась в небольшой душной кухоньке. Женщина средних лет давала указания молодым девушкам, и если две из них внимательно ее слушали, то третья, ловила ворон своей зевотой.

Шум закрывшейся двери привлек их внимание к моей персоне, и все четыре пары глаз с удивлением посмотрели на меня.

Смущаясь от неловкости, я пролепетала:

– Доброе утро! Я, кхм…– прочистила горло, – встала пораньше… Еще съемка... Могу я позавтракать? А то вчера пропустила ужин…

Они смерили меня оценивающим взглядом, а потом старшая из них сказала:

– Конечно! Девочки, видите, гостья голодная, живо накройте в малой столовой!

– Ой, не стоит суеты, я, если вы не против, здесь быстренько поем и пойду дальше по своим делам. Тем более одной как-то скучно, – улыбнулась я.

Кухарка с ее помощницами удивленно переглянулись, но согласно кивнули и быстренько накрыли на стоящем рядом столе.

Тишину нарушал звон посуды. Девочки еще пытались шептаться, а вот остальные слуги в доме, будто кол проглотили. Да мне и самой уже было неудобно, что я нарушила их идиллию. Однако неожиданный вопрос, прозвучавший со стороны той девчушки, что совсем недавно клевала носом, застал меня врасплох, и я чуть было не подавилась куском бутерброда.

– А скажите, действительно ли это реалити-шоу, или уже известно с кем будет герой?

– Э-э-э… – не нашлась я, что ответить.

– Вася, хватит приставать к девушке! У нее, и так работы много, видишь, как рано встала! Вы кушайте, кушайте, не отвлекайтесь. Вчера ваши допоздна тут сидели, камеры настраивали.

– Н-наши? – удивленно переспросила я. Откуда ей известно, что я работаю на этом канале?!

– Ну да, вы же с телеканала. Мы вас сразу по футболке узнали.

Я удивленно посмотрела на предмет одежды. А что не так?! Обычная белая футболка.

– Вчера еще две девушки в таких были. Интересно вы придумали, полосочки сбоку, оригинально.

С трудом проглотив злосчастный кусок бутерброда, я уж было решила бежать в комнату, быстрее переодеваться, как вдруг непонятный всплеск эмоций присутствующих заставило меня задержаться на кухне.

– Девочки, быстрее, начинается!

– Что начинается? – недоуменно смотрела я на копошение юных служанок. Даже сама кухарка, нетерпеливо пристукивая ногой в нетерпении, подогревая мое итак разбушевавшееся любопытство.

Наконец, гул прекратился, но лишь на мгновение. Стоило экрану телевизора «загореться», раздались умилительные вздохи вокруг.

На экране ящика был не кто иной, как этот пижон в костюме.


<Стрельцова>


Он улыбался своей фирменной слащавой улыбкой и смотрел на девушек, иронично приподняв левую бровь, позволяя всем наслаждаться его видом. Медленно обведя взглядом выстроившихся в шеренгу красавиц, на мгновение (или мне показалось?) он изменился в лице, и за обычной маской самовлюбленного пижона, я увидела восхищение и блеск в глазах.

Макс отвечает на шутку ведущего и обаятельно подмигивает, на что получает женские ахи не только на экране, но и сбоку от меня.

Кошусь в сторону прислуги и понимаю, что они буквально слюни пускают по этому красавчику. Да что там, я сама попала под гипноз этих темно-карих глаз.

Вот он изящной походкой хищника движется к своим невестам, и вокруг все затихает. Народ расступается, как море перед Моисеем, а его взгляд прикован лишь к одной. Макс смотрит на королеву снисходительно-вежливом взглядом и плавным движением вкладывает маленькое приглашение в ее руку.

Камера уже начинает менять траекторию, когда я замечаю, как мимолетно он бросает взгляд в сторону и нахально подмигивает.

Хотя камера не показала, кому предназначался этот мальчишеский жест, я знаю эту несчастную.

– Ой, девочки, какой же он красивый! Я бы поборолась за его сердце, – вздохнула Вася.

– Ха, ну ты скажешь тоже! – всплеснула руками девчушка с рыжими кудряшками, – ты видела, каких красавец ему привели? – на слове привели, я поперхнулась. – Ты как минимум должна с солярия не вылезать и трусы не на рынке покупать.

– Вот вредина! Все не можешь мне простить тот случай, когда я урвала последнюю пару по скидке у тебя из-под носа?

– Больно надо, – фыркнула та, – у тебя в них все равно жопа толстая.

– А вот и нет! – запыхтела та.

– А вот и да! – не унималась рыжая бестия.

– Ой, девочки, – вмешалась в назревающую ссору третья, – а вы слышали, как одна из участниц, наступила на платье другой, чтобы только подставить? Тебе вот это надо? Там все змеи подколодные, поди спят и видят, чтобы от конкуренток избавиться. Я бы не смогла в таком напряжении жить, уж лучше тут.

– А говорят, она случайно отступилась, – не согласилась Вася, и я ее мысленно поддержала.

– Наивная ты душа, Василиса! Вот у девушки спроси, какая там вне камеры конкуренция. Она подтвердит.

И вновь я оказалась в центре внимания.

– Ну, я не совсем…

– Галина Михайловна, а вы как считаете? – неугомонная девчонка переадресовала вопрос кухарке.

– Я считаю, – уперев руки в бока, произнесла кухарка, – что пора накрывать завтрак, а то скоро невесты проснутся и начнут капризничать. Вчера одна такая устроила тут шоу: «это вредно для фигуры, я это не ем, холестерин, мучное», тьфу ты, – в сердцах сказала она, а потом, спохватившись, испуганно покосилась на меня.

Я кивнула, тем самым соглашаясь с ней, а сама уже думала, как бы быстрее добраться до комнаты и сменить злосчастную футболку. Еще не хватало, чтобы меня причислили к засланному казачку и устроили темную.

Как можно спокойнее попрощалась и вылетела за дверь. Впопыхах, маневрируя среди изящной мебели, добежала до заветной комнаты, и закрывшись, расслабилась.

ГЛАВА 15.

<Буров>


С утра я был безумно раздражен: сказывался вчерашний насыщенный день и ночная неудовлетворенность.

Впервые мои желания были отвергнуты, и ладно бы какой-нибудь силиконовой кралей, так нет же, малолетней пигалицей с дерзким языком.

Но какой это был язык! Я до сих пор ощущаю на губах вкус ее поцелуя.

Всю ночь я ворочался и не мог найти себе места, вследствие чего не выспался, а утром удостоился подарка в виде праздничной гирлянды из моих трусов. Я сразу догадался, кто эта мастерица кройки и шитья. Неплохо придумано. «1:0 в пользу маленькой проказницы».

Пришлось потратить время, распарывая швы, которыми она соединила бель, из-за чего я опоздал на первое свидание с невестой и был припечатан тяжелым взглядом цербера.

Как ни в чём не бывало улыбнулся, и, проигнорировав Викторию, повел вчерашнюю избранницу на открытую террасу крыши дома.

Небольшой навес над расположенными полукругом диванчиками с многочисленными декорированными подушками, и резной столик с завтраком создавали атмосферу уюта и романтики, и только девушка, сидящая напротив меня, со взглядом голодной гиены и таким же смехом, портила мое утро.

И почему именно сегодня меня бесили эти жеманные улыбки, заигрывания, пошлые намеки и откровенная лесть? Я пытался отвечать общими фразами, поддерживал флирт на камеру, но когда нужный кусок был отснят, и мы остались наедине, понял, что надолго меня не хватит. Даже ее соблазнительные формы не могли расслабить и отвлечь от ненужных мыслей.

Перед глазами вновь встал образ Сероглазки. Ее взгляд, полный эмоционального шторма, во власти которого я имел несчастье оказаться тем вечером, и который повлек за собой страстный поцелуй и желание, все не выходил из моей головы.

«Научись сначала ухаживать, а только потом распускать руки – тогда и поговорим!»

Она сама, не осознавая, бросала мне вызов. И я готов был его принять, но данное мною обещание самому себе победить в споре, отрезвляло и вновь возвращало на грешную землю, хотя убрать девушку с проекта, как настоятельно требовала госпожа Цербер, я тоже не мог. Пока не мог.

Я улыбнулся в предвкушении нашей следующей встречи, и, видимо, Силиконовая долина решила, что эта улыбка предназначалась ей, раз ее ножка как бы невзначай, задела мою ногу. Я непроизвольно дернулся, и отодвинулся на самый край дивана, не обращая внимание на ошарашенное лицо этой красотки.

Решив как-то сгладить мое странное поведение, я, обратившись к девушке, произнес:

– Как дом? – спрашиваю первое, что пришло на ум.

– Неплохо, но ночью было прохладно и одиноко, – сладким голосом говорит она, медленно накручивая локон на палец, тем самым заставляя обратить внимание на ее соблазнительные формы.

И я почти повелся на эту затертую до дыр технику соблазнения, но в этот самый момент мой взгляд с высоты упал на лужайку, а именно на парочку, чей смех, донеся даже до нас.

Прищурившись, понимаю, что там моя Стрельцова вовсю флиртует с вчерашним долговязым парнем из съемочной группы.

Это моя добыча [1], – рычу внутри, а сам, стараясь не выдать своих истинных эмоций, бросаю салфетку на стол и, скудно попрощавшись с Елизаветой, срываюсь забирать свое.

Во мне кипит множество эмоций, и я впервые не могу их «утопить».

Мне все равно, что обо мне подумают, но именно я взял эту ненормальную в игру, сделал ей одолжение, целовал ее, а она сейчас стоит и дарит свои улыбки чужим мужикам.

Да его даже мужчиной не назовешь! Что он может ей дать? Ни обаяния, ни денег, ни статуса. Я возмущался, пока преодолевал лестничный пролет, перепрыгивая несколько ступенек подряд.

Выйдя на лужайку, нашел глазами эту парочку и обманчиво спокойно двинулся к своей цели.

При моем приближении этот самоубийца резко притих и округлил свои и без того огромные глаза, и только Стрельцова, будь она неладна, преспокойно смерила меня взглядом, и приподняв бровь, выжидающе смотрела на меня.

В груди что-то дрогнуло и сжалось в тугой комок, и это немного поумерило мой пыл, но отказываться от своего намерения я уже не хотел.

Она будет умолять меня, чтобы я ее поцеловал.

Тогда я был уверен в этом, не осознавая, что сам попался в свой капкан.


Сноски:

[1] Знаменитая фраза Шерхана –  персонаж из сборника рассказов «Книга джунглей» английского писателя Редьярда Киплинга, опубликованных в 1893—1894 годах. Тигр, главный антагонист Маугли.

ГЛАВА 16.

<Стрельцова>


Станислав – так звали оператора, с которым мы еще вчера успели обменяться взглядами, действительно оказался рьяным фанатиком сериала «Теория большого взрыва».

Я как раз сменила футболку и решила разведать обстановку на улице, где случайно наткнулась на его камеру.

Благо ничего не пострадало, иначе Виктория с меня семь шкур сдерет, если я еще где-то напортачу.

Увидев мою уникальную футболку, Станислав обрадовался и принял меня за такого же фанатика сериала, как и он сам. Оказалось, что один из главных героев, носил футболку с точно таким же принтом: нарисованная молния на белом шаре.

Слово за слово, и вот он уже цитирует шутку Шелдона [1] из очередной серии фильма, как вдруг на полуслове резко замирает и начинает чуть ли не заикаться.

Я не сразу поняла, что происходит, но, проследив за остолбеневшим взглядом собеседника, увидела приближающегося к нам Макса.

Внутри все клокотало, но я, пыталась сделать вид, что меня нисколько не смущает его пристальный взгляд. Приподняла бровь в знак непонимания. Что он тут делает?!

Не отрывая от меня взгляда, он подошел ко мне почти вплотную и, зацепившись за футболку взглядом, щелкнул языком:

– Фанатка Гарри Поттера [2], забавно. Я украду у вас мою невесту, вы не против?

Видимо, это был риторический вопрос, так как, не дожидаясь, пока отомрет парнишка, Гризли бестактно схватил меня за локоть и потащил в сторону раскидистого дерева.

Я была возмущена. Поэтому пытаясь отцепить его руку, сквозь зубы произнесла:

– Не думаю, что говорить с вами вне камер возможно.

– А вчера ты была иного мнения, – пробормотал он, намеренно выделив «ТЫ», а затем остановился, посмотрел на меня, и, улыбнувшись, добавил: – Ты вчера кое-то забыла у меня, – и ненароком дотронулся до моей ключицы.

Испуганно вскинула руку и самолично убедилась в правдивости его слов.

Не может быть? Когда?

Удивление на моем лице стало неким антидепрессантом для мужчины, так как в следующее мгновение с его лица сошла ехидная ухмылка, а взгляд чуть потеплел. Он отпустил мою руку, но только затем, чтобы в следующее мгновение вытащить из кармана брюк, мой потерянный кулон.

– Не это случайно ищешь? – пропел этот смертник, и лениво облокотился плечом о дерево.

Выйдя из ступора, я разозлилась. Да как он смеет издеваться надо мной!

Удержав яд, что готов был вырваться из моих уст, я молча вытянула раскрытую ладонь в ожидании, на что этот нахал лишь усмехнулся.

Серьезно?!

– Я жду, – не выдержала я.

– Чего?

– Кулон, – раздражение росло с каждым новым словом.

– Ах, это, – держа в руках мое украшение, чуть поднял его вверх, и стал вертеть против солнечного света, любуясь переливами солнечных бликов.

– Отдай, это моя вещь!

– Если это твоя, то почему она в моих руках?

Я не выдержала и, надеясь на эффект неожиданности, резким движением, подалась вперед, чтобы отобрать вещицу, но у Макса оказалась хорошая реакция. Быстро сжав ладонь, он спрятал украшение в своих лапищах и, улыбнувшись еще шире, покачал головой.

– Ай-ай-ай! Что за варварство, – причитал он, пока я краснела от злости.

– Ладно, твоя взяла, – пытаясь успокоиться, сдалась я, – что ты хочешь взамен?

– А с чего ты решила, что мне что-то нужно?

– Не нужно быть Шерлоком, чтобы догадаться, – мрачно произнесла я, – так что тебе нужно? Поцелуй?

– После последнего, я остался без белья.

– Значит, нашел мой подарочек, – хмыкнула я, однако, заметив нездоровый блеск в его глазах, решила не играть с огнем.

– Сам виноват. Не нужно было меня закрывать в комнате.

– Верно, – серьезно кивнул он.

Я не ослышалась. Он только что согласился со мной? Тогда чего он хочет?

– Я отдам тебе твою вещь, но при одном условии.

– И что за условие? – настороженно спросила я, предчувствуя, что-то нехорошее.

– Я хочу одно свидание.

– Что-о-о?

– Ты не ослышалась. Я хочу, чтобы ты пошла со мной на свидание, – спокойно повторил он, глядя на меня из-под опушенных ресниц.

– И все? –  я подозрительно прищурилась.

Он кивнул.

– Хорошо, – нехотя ответила я, – веди меня на свидание и возвращай кулон.

Он смерил меня долгим взглядом, а затем, коварно улыбнувшись, произнес то, что на доли секунды повергло меня в шок.

– Если ты не забыла, то свидания с женихом удостаиваются те девушки, которые отличатся в отборе.

Я уставилась на него немигающим взглядом, пытаясь переварить полученную информацию, а он продолжил:

– Тебе всего-то надо выделиться среди остальных участниц и приложить усилия, чтобы выиграть следующий конкурс. И тогда, так уж и быть, я схожу с тобой на свидание, –  спародировал он мою недавнюю пренебрежительную интонацию.

– Что за игру ты затеял? – когда первый шок прошел, на смену ему пришло неожиданное хладнокровие.

– Сам еще не знаю, – легко пожал плечами, глядя прямо мне в глаза.

Это было произнесено так искренне, что я вновь впала в ступор, и если бы не вмешательство Вики, которая каким-то образом оказалась неподалёку, мое сердечко бы дрогнуло.


Сноски:

[1] Доктор Шелдон Ли Купер — вымышленный персонаж, один из главных героев телесериала «Теория Большого взрыва».

[2] Га́рри Джеймс По́ттер — литературный персонаж, главный герой серии одноименных романов английской писательницы Джоан Роулинг.

ГЛАВА 17.

<Стрельцова>


Макс чертыхнулся, одернул пиджак и принял такое выражение лица, что я чуть не рассмеялась. Прятаться или бежать было бессмысленно, так как Колокол уже спешила к нам прямо через газон.

– Разве ваше свидание не с Елизаветой? – начала она с козырей.

– Завтрак уже закончен, и я решил, что прогулка по свежему воздуху благоприятно скажется на моем настроении.

– А что, терраса на крыше уже не так насыщена кислородом?

– Тут ближе к природе, воздух кажется чище, – не моргнув глазом, ответил Макс.

– Стрельцова, а вам не пора уже готовиться к конкурсу? Съемка продлится не меньше часа. Нам нужно каждого заснять и огласить результаты до ужина. Условия прописаны в конверте, что уже полчаса лежит на вашем туалетном столике в комнате.

Мне дважды повторять не нужно. Сейчас это было спасением от ненужных вопросов и колких взглядов Колокола. Я ретировалась, мысленно злорадствуя, что Макс остался с Викой один на один. Пусть он и объясняется. Так ему и надо!

Добравшись до комнаты, я сразу же взяла в руки конверт и раскрыла его. На бумаге, большими каллиграфическими буквами было написано:

«Удиви меня своим талантом!»

И как мне пройти первый этап и не опозориться? Да не просто пройти, а получить первое место, чтобы этот наглый пижон пригласил меня на свидание?

Думай, Алиса, думай! Я отчаянно напрягала извилины, измеряя комнату шагами. Крутила и так и этак злосчастное письмо, пытаясь отыскать хоть какую-то лазейку, но все тщетно. У меня было два выхода: рискнуть и очаровать жениха, или отдать ему свой кулон. А может, стоит все Вике рассказать? Тогда начнутся ненужные вопросы. Как я оказалась в его комнате? Почему сразу не ушла? А если не поверят, что я случайно туда забрела? Нет, говорить однозначно не стоит, нужно разобраться во всем самой.

Кулон был очень дорог мне, и одно только свидание могло помочь вернуть его.

– Чем же тебя удивить? – спросила я вслух, отчаянно надеясь получить ответ свыше.

До того, как отец остался без работы, я ходила в театральный кружок, активно участвовала в жизни школы, и ни один концерт не проходил без моего выступления. Я всегда была лидером, пока не наступил переломный момент.

Пытаясь подавить непрошеную грусть, я вновь прошлась по комнате, и тут, неожиданно, мне пришло озарение. А почему бы и нет?

Удивить, говоришь? Ты меня еще долго не забудешь, –  коварно улыбнулась я, представив его лицо, когда я предстану в этом перед ним.

ГЛАВА 18.

<Буров>


– Сегодня девушки будут удивлять творческими способностями! Какими? Секрет и для меня. Самый непредсказуемый этап! – открыл первый этап ведущий. – Итак, первая, кто удивит и поразит нашего жениха – Елизавета Горгунова.

На импровизированную сцену вышла девушка, с которой я «имел счастье завтракать» сегодня утром – по мнению большинства, но не моего.

В руках у нее была гитара, и мои брови даже чуть дрогнули в удивлении, однако ожидание не оправдалось.

Элегантно присев на краешек стула, она приняла наиболее соблазнительную позу и, махнув в стороне стоящей девушке, еще одной участнице, начала петь. Стихи Цветаевой разнеслись под звуки аккордов гитары, струн которой она даже не тронула.

Музыка была записана, а музыкальный инструмент был всего лишь атрибутом ее выступления.

Пела она красиво, не фальшивила, но гитара, лежащая в ее руках, меня порядком разочаровала.

Пение стихло, и раздались аплодисменты. Я поблагодарил девушку, и вот Георгий уже объявляет следующую претендентку:

– Малькова Кристина со своим этюдом «Инь и Ян».

В центр вышла хрупкая блондинка, что недавно помогала Елизавете с организацией музыки. У нее одна половина лица была накрашена и украшена женскими штучками, а на второй наложен самодельный грим в виде нарисованной щетины и небольших усов. Почти минуту девушка стояла, повернувшись ко мне мужской стороной лица, а затем началось такое, что Шекспир курит в сторонке. Она меняла позы: то вставала на колени, то резко вскакивала, и, размахивая руками, произносила очередную реплику, кружилась, обнимала себя, изображая перемирие влюбленной парочки. Я удивился многогранности личности этой красотки. Она не замечала никого вокруг, и, несмотря на то, что в какой-то момент запнулась, стойко доиграла и завершила свой этюд.

Я не часто посещал театры, но на девушку было приятно смотреть. Думаю, она станет великолепной актрисой.

Аплодисменты, и ведущий стоит уже около невесты.

– Вы прекрасны! – было видно, что Георгий искренне был поражен и заинтригован этой девушкой. Он элегантно взял хрупкую руку Кристины и оставил на ней небольшой поцелуй. Но, видимо, одумавшись, попытался не заострять на этом всеобщее внимание, и пригласил на сцену следующую претендентку, которой оказалась Римма Джабраилова.

Девушка вышла на публику в красивом платье-парашюте, какие сейчас в моде у всех московских модниц, а на ее голове красовался симпатичный венок из цветов.

Поставив небольшую коробку около меня, она произнесла:

– Возможно, не все знают, но я по образованию флорист. Я создаю красивые композиции, могу составить букеты на любой праздник и главное: к каждому подхожу индивидуально. За то недолгое время, что я знакома с Максимилианом, я составила о нем свое мнение и хотела бы поделиться им на языке цветов.

Она раскрыла коробку, извлекая на свет ароматное чудо. Букет был красив и гармоничен, и я решил, что презентация удалась.

– Каждый из этих цветов говорит о вашем характере. Я не буду перечислять все, для этого к моему букету прилагается подробное описание, с которым вы можете ознакомиться и узнать, что я думаю о вас. Однако стоит отметить, что учитывая вашу сильную энергетику, упорство и обаяние, в моей композиции преобладают яркие оттенки.

– Спасибо, –  поблагодарил я ее.

– Очень интересно и оригинально, Римма! Когда я выберу себе даму сердца, то обязательно обращусь к вам, чтобы сразить ее наповал, – похвалил девушку ведущий и, отпустив ее, продолжил: – Макс, тебе предстоит нелёгкий выбор. А теперь покажет нам свои таланты Маргарита Вольская!

На сцену, красивым легким шагом от бедра, не взошла, а будто вспорхнула красотка в черном. Ее откровенный наряд не вызвал во мне никаких эмоций. Мои девочки на работе позволяли себе и больше обнаженки, и меня это никак не цепляло. Глаз уже намылился смотреть на эти полураздетые задницы.

Заиграла медленная музыка, и девушка плавно пришла в движение. Но, не смотря на всю пластичность и красоту ее тела, я думал совсем о другом: о серых бездонных глазах, манящих губах и дерзкой улыбке…

Музыка стихла, и, пригладив волосы, Маргарита встала с пола и улыбнулась:

– Завораживающе! Смело! Соблазнительно! Вы просто богиня пластики! Я уверен, что своим выступлением вы очаровали не только жениха, но и зрителей, что сейчас смотрят наш эфир, – говорит ведущий, и я сдержанно киваю.

Красиво, но не мое.

Отпустив девушку, Георгий, наконец, произносит имя, ради которого я собственно и пришел сюда:

 – И замыкает наш конкурс последняя, но не по значению, участница – Алиса Стрельцова!

Я затаил дыхание, услышав ее имя. Толпа расступается, и на импровизированную сцену идет девушка в черном балахоне. Лицо закрыто капюшоном, отчего я не могу понять, она издевается, или действительно решила, что в таком наряде сможет победить?

Ведущий был со мной солидарен. Его лицо немного вытянулось. Не понимая, чего сейчас ожидать от девушки, я, подавшись вперед, впился в ее фигуру взглядом, будто пытаясь прочитать ее мысли, но тщетно.

Как только стих шепот, а операторы дали старт, ее руки с дрожью коснулись тесемок капюшона, откинув его назад.

ГЛАВА 19.

<Стрельцова>


Час Х настал. Я переживала все больше и больше, нервно кутаясь в плащ, одолженный у Марго.

Когда все детали были продуманы, я поняла, что без посторонней помощи одна я не справлюсь Рассказать все Вике и попросить ее – смерти подобно, остальные сотрудники были заняты своим делом, и им было запрещено хоть как-то помогать участницам. Тогда я приняла взвешенное решение, и обратилась к той единственной, кто мог ее предложить – Маргарите.

Стоя около ее двери, я колебалась, прежде чем, набравшись смелости, постучать.

Послышалось чертыханье, а чуть погодя дверь отворилась, являя моему взору голову девушки.

– Фух, это ты! Заходи давай! – я даже не успела ничего сказать, как уже оказалась в ее комнате, по интерьеру схожей с моей, – я думала, это вновь те две блондинки-подружки. Они заделались тут фрейлинами королевы, и, словно мухи, жужжат и высматривают, что бы доложить своей хозяйке.

– Угу, – обведя взглядом комнату, я, наконец, обернулась к девушке и обомлела.

– Нравится? – подмигнула Марго, а я не нашлась, что ей ответить, так и стояла, раскрыв рот от удивления.

Передо мной стояла высокая, статная, жгучая брюнетка, на огромных танкетках, где каблук сантиметров двадцать не меньше. На ней были латексные черные шорты, лиф, с торчащими шипами, открывающий пупок, и, как дополнение  – кожаная портупея, совсем не скрывающая тело, перехватывая область под грудью и уходя лучиками ремешков вверх к закрепу с чокером.

– Необычно так, – постаралась я сказать обыденным голосом, словно вижу подобное сто раз на дню.

Видимо, вышло плохо, раз девушка, хрипло рассмеявшись, накинула на себя халат и произнесла:

– Моей сестре бы поучится у тебя дипломатии, – видя мое непонимание, добавила: – она у меня более консервативный и прямолинейный человек, –  грустно улыбнулась.

– Старшая? – я боялась, что вдруг ошиблась, и девушка такая же, как другие: себе на уме, но адекватное поведение, и грусть в ее голосе при упоминании сестры, немного успокоили меня, и я даже расслабилась.

– Нет, наоборот. Младше меня на десять минут. Мы близняшки, – улыбнулась она, – но совершенно разные, однако в детстве были не разлей вода. Ну, как бывает у всех близнецов: одна одежда на двоих, одни желания, мечты, да, даже мальчиков – и то, выбирали схожих. Нас обеих родители отдали на танцы, спасибо папе! Только вот, чуть повзрослев, Глаша ушла из танцев, отдав предпочтение учебе, – Марго легонько скривилась. Видимо, для нее выбор сестры оказался непонятен. – Наша мама – серьезная, практичная женщина, и для нее танцы – это только хобби, а не профессия, обеспечивающая безбедное существование. Возможно, я бы тоже сейчас носила все эти блузочки, юбочки ниже колен и жила всеми этими книжками, наплевав на свою личную жизнь, если бы не провалила вступительные экзамены. Потребовалось время, чтобы я, путем проб и ошибок, поняла, чего же на самом деле хочу. А хочу я открыть школу танцев для женщин, и научить их чувствовать свое тело и соблазнять мужчин. Go-go, стриптиз, pole dance – слышала о таких направлениях?

– Чуть-чуть, – я не хотела признаваться, но я совершенно не в курсе, что это за зверь и с чем его едят.

– Как-нибудь забей в Ютубе и, уверена, тебе понравится. Эх, жаль, у нас смартфоны отобрали, я бы тебе свои выступления показала. Это – стрипы, – показала она на свои туфли, – в них я выступаю. И нет, я к ним привыкла и совсем мне не тяжело.

– Я ничего еще не сказала.

– Ты очень громко думаешь. Я пришла на этот проект, чтоб показать себя. Мне уже 26 лет, через год меня отправят на пенсию, – смеется, – и мне нужно будет на что-то жить. Если я выиграю, то смогу воплотить свою мечту в жизнь, – туманно произнесла она, а затем, спохватившись, спросила: – У тебя что-то случилось? – встрепенулась она, возвращаясь из своих грез.

– Ну, вообще-то мне нужна твоя помощь в конкурсе.

– Да-а? И что от меня требуется?

– Самая малость.

И я рассказала ей свою задумку, на что она, хитро улыбнувшись, повела меня к платяному шкафу.

И вот, сейчас, я стою в центре зала, укрытая с ног до головы, плащем, одолженным у Марго, и стараюсь унять дрожь в теле, и не думать о темных глазах, что неотрывно следят за мной.

Оператор дает отмашку, и я подрагивающими пальцами развязываю тесемки плаща, являя публике прототип Эсмеральды [1].


Сноски:

[1] Эсмера́льда — главная героиня романа Виктора Гюго «Собор Парижской Богоматери», а также фильмов, спектаклей, мюзиклов, балетов и стихотворений, созданных по мотивам этого произведения.

ГЛАВА 20.

<Буров>


Я начинал свой бизнес с низов, имея за спиной нулевой опыт и большие амбиции. Юношеский максимализм, бушевавший в столь юном возрасте, придавал мне уверенности и разжигал бешеный оптимизм. Уже спустя каких-то восемь лет я смог похвастаться открытием своего первого бара и на этом не остановился.

Несмотря на то, что мой отец был крупным бизнесменом, а мама владела небольшим ресторанчиком на побережье Ларго-дель-Сур, я всего добился сам. Когда мать, после развода, оставила нас с отцом и уехала со своим любовником отдыхать на Карибские острова, не забыв отнять значительную долю их совместного бизнеса, отец запретил мне общаться с этой блудницей. Однако сам был не лучше. Имея многочисленных любовниц, он практически толкнул мою мать на тропу неверности.

Вскоре после того, как все устаканилось и вернулось на круги своя, отец привел в дом новую «маму», которая была старше меня всего на пять лет. В то время мне исполнилось семнадцать, и она стала оказывать мне определенные знаки внимания.

Пока отец зарабатывал свои миллионы, мачеха, используя весь свой недюжинный опыт, шаг за шагом, соблазняла неопытного мальчишку. Тогда я не знал о коварстве женщин и был искренне влюблен в эту красавицу.

Вскоре отец прознал о нашем романе, разразился скандал. Мачеха смогла выкрутиться, сказав, что это я склонял ее к сексу. Отец поверил тогда своей молодой пассии, а не сыну. Спихнув все на гены блудной бывшей жены, он выставил меня за дверь, думая, что вскоре я на коленях приползу, умоляя его о прощении. Но меня было не за что прощать. Мне было семнадцать. Я был влюбленным пацаном, верующим в вечную любовь. Но реальность оказалась не такой красочной, и, сняв розовые очки, я поклялся больше не доверять женщинам.

Даже когда было тяжело, и я утопал в долгах, ни разу не отступился от своего слова и не попросил помощи у отца. Вот уже прошло более десяти лет, как мы с ним не виделись, и иногда мне хочется, чтобы он узнал, кем я стал. Что я смог не только выжить без его денег, но и создать свой бизнес с нуля.

Мать иногда звонила, но чаще, за очередной финансовой поддержкой. Я помогал ей, высылая очередной транш для погашения ее кредитов. Видимо, предпринимательская жилка досталось мне от отца. Возвращаться в Россию она не хотела, а приглашать меня к себе – тем более. У нее своя личная жизнь, и я ей только буду мешать.

Столько пройдя на своем пути за свои двадцать девять лет, я думал, что меня удивить невозможно, но Стрельцовой это удалось. Ни одна девушка меня ещё так не цепляла, раздражала и манила одновременно. И, несмотря на то, что головой я понимаю – хорошие девочки на такой проект не придут, все же, мне хотелось верить в искренность этих серых глаз.

Когда ударила музыка, девушка скинула свой плащ-мешок и взорам предстала совсем другая Алиса. Не колючка, не гадкий утенок, не овечка Долли, а яркая, смелая и такая сексуальная Эсмеральда.

Сначала музыка была медленная, и ее движения в танце были плавными, немного ленивыми, но безумно красивыми, а затем она вдруг разогналась, и я увидел перед собой неистовое пламя. В ее танце перемешались и страсть, и боль, и радость, и веселье. Она кружила, звенела, манила, дразнила, но в то же время была неуловимой. Захотелось поймать, укротить, забрать ее отсюда, но она будто воздух, ускользала от меня.

В ней не было ничего пошлого, отталкивающего или смешного. Нет. Она парила на сцене, и все это делала для меня. Я видел ее глаза, когда она кружила в вихре юбок. Она бросала мне вызов. А я медленно, но верно капитулировал.

ГЛАВА 21.

<Стрельцова>


Ожидание – это самое тяжелое на конкурсах.

Когда на сцене появилась Марго в своем провокационном наряде, невольно мой взгляд нашел Его. Не знаю, что я хотела обнаружить на его лице, возможно желание, азарт или тот блеск в глазах, что я имела удовольствие видеть, когда он смотрел на меня, после того злополучного поцелуя, но ожидания мои не оправдались.

Пока Маргарита, как змея, двигалась в такт музыки, сексуально покачивая бедрами, Макс часто отвлекался, и будто думал о своем. Сев на шпагат, девушка отклонилась на заднюю ногу, красиво выгнув спину, отчего даже Жора подался веред, а этот пижон даже бровью не повел. Такое чувство, что ему каждый день приходится видеть подобное. Ей Богу, передо мной второй Элиа [1] из фильма «Укрощение строптивого».

Я вздрогнула, услышав свое имя. Нервно передернув плечами, нашла взглядом Марго, что послала мне поддерживающий воздушный поцелуй, и, под цепким взглядом Макса, двинулась к центру.

Я не переживала за свой наряд. Мы с Маргаритой великолепно подготовились. Мои волосы были завиты, и упругими кудряшками ниспадали на плечи, яркие стрелочки на глазах, красные губы, небольшая мушка [2] на щеке, делали меня почти неузнаваемой. Марго одолжила мне яркую рубашку, полы которой я ловко связала в узел, оголив участок кожи живота. Юбку искать не пришлось. Вика, сама того не подозревая, подкинула мне идею для конкурса, принеся это чудо в той сумке. Многочисленные браслеты, бусы, все пошло в обиход. Танцевала я босая, постоянно теребя юбку, чтобы громче звенеть монетами, которые мы предварительно вшили в подол.

Прозвучали последние аккорды, и я, все еще пытаясь отдышаться, встала с колен, и посмотрела прямо в глаза этому мужчине.

В зале стояла непривычная тишина, но мне было все равно. Я стояла и смотрела на одного своего зрителя. Тот, кто пробудил во мне эмоции, которые я столько лет пыталась спрятать глубоко внутри.

Этот человек заставил вытащить их наружу. Мне хочется принять его вызов, и возврат кулона уже не становится главной задачей.

Голос ведущего звучит отрезвляюще. Аплодисменты, лестные слова, улыбки в мой адрес, и я вновь оказываюсь среди невест, что уже не так высокомерно смотрят в мою сторону.

Маргарита обнимает меня за плечи и спрашивает, есть ли в моих корнях что-то от цыган, на что я отрицательно качаю головой.

Что это было? Наваждение? Я чувствую, что не хочу вновь возвращаться к той Алисе, которой была ранее, но меня пугает неизвестность.

Скромно улыбаюсь и пытаюсь спрятать свое горящее тело за плащом.

После того, как отец отрекся от своего любимого дела, устроившись охранником в школе, я решила, что должна стать лучшей для родителей, и ударилась в учебу. Я вела себя примерно, занимала призовые места в олимпиадах, и только после школы позволила себе маленькую прихоть – поступить в журфак.

Я писала сценарии для телешоу и будто вновь возвращалась к самой себе. Это было моей отдушиной и, надеюсь, будет, если меня возьмут в штат. Осталось только не настроить против себя Вику, уйти с отбора и пройти комиссию. Плевое дело, – нервно смеюсь я.

Ожидание – это самое тяжелое на конкурсах. Особенно, от результатов которого зависит твое будущее.


Через некоторое время Макс возвращается на свое место, а Вика, плотно поджав губы, хмуро смотрит в мою сторону. Я нервно сглотнула.

– Дорогие участницы! Вот и прошел первый этап отбора. Волнительно, не правда ли? Жених определился с победительницей и проигравшей. Готовы услышать их имена? – запись одобрительных возгласов и аплодисментов, – Итак, приглашение на свидание получа-а-а-ет, – создавая интригу, ведущий растягивает последние слова и хитро смотрит на взволнованных девушек. У меня сердце пропускает удар, когда я слышу имя, – Малькова Кристина!


Сноски:

[1] Элиа – Главный персонаж из итальянской кинокомедии «Укрощение строптивого», которого сыграл   Адриано Челентано.

[2] Мушка – косметическое средство для коррекции кожи, распространённое в XVII—XVIII веках в аристократической и буржуазной среде.

ГЛАВА 22.

<Стрельцова>


Шок, неверие. Я столько эмоций вложила в этот танец, старалась, перешагнула через себя, а этот …этот…упырь, словно поиздевался надо мной.

Я злюсь на него. Да нет, я просто в бешенстве! А он стоит и улыбается своей слащавой улыбкой, приглашая Кристину на свидание.

И хотя в глубине души я была рада, что девушку выделили, ведь она действительно болеет своим делом, хочет стать актрисой и, возможно, увидев этот сюжет, ее родители передумают и дадут ей право выбора профессии, однако на душе все равно было паршиво.

Я резко отвернулась, стоило жениху взглянуть на меня.

Он не только не выделил меня, но и назвал мое имя предпоследним. По итогу конкурса выбыла Римма, но она не была сильно огорчена. Ее главная цель – засветиться и рассказать о себе – была достигнута.

После был ужин, на котором участницы стали восхвалять этого гризли, отчего у меня напрочь пропал аппетит. Мои мысли занимало лишь одно: как утереть нос этому заносчивому пижону.

После ужина пришла Вика и раздала нам буклеты, в которых был расписан режим нашего дня и продублированы правила отбора. Также нам достался план дома, где черным были отмечены точки, куда ходить строго запрещено. И одна из этих точек, видимо, принадлежала спальне нашего жениха.

Поздно они как-то спохватились, уже как минимум одна участница побывала в логове нашего гризли и теперь должна участвовать в глупом конкурсе, чтобы вернуть утерянную вещь.

Фыркнула, отчего привлекла внимание Колокола, которая плотно сжатыми губами выражала своё недовольство моим выходом во второй тур.

Как будто я по доброй воле тут нахожусь.

Марго, видя, что я вяло ковыряю вилкой, предложила посидеть у нее в комнате и попить чаю, но я отказалась, прикрывшись неожиданной мигренью. Она посоветовала мне пораньше лечь спать и, проводив меня до двери, вернулась к девочкам в гостиную, где уже должны были показать запись утреннего свидания нашего героя. Да-да, несмотря на то, что это реалити-шоу, видеообработку никто не отменял, и мое фееричное участие покажут только завтра.

Умывшись, переоделась в другую футболку и, закинув вещи в стирку, прыгнула на кровать.

В какой именно момент моя дорожка свернула не в ту сторону?

Схватила злосчастный листочек с прикроватной тумбочки и прочитала вслух:

– На территории  виллы вы можете в в отведённое на отдых время пользоваться тренажерным залом, бассейном и хамамом, что отмечены в путеводителе. Библиотека, музыкальная комната, гостиная, обеденная, кухня – все в ваше распоряжении.

Я внимательно рассматривала карту, стараясь визуально запомнить расположение всех комнат, но тщетно. В сердцах швырнула листок и, свернувшись калачиком, прикрыла глаза.

Когда проснулась, на улице уже было темно. Желудок бурчал и просил хоть крошки еды, поэтому, тяжело вздохнув, я отправилась на поиски чего-нибудь съедобного. За эти два дня я толком и не поела, и теперь, после такого эмоционального всплеска, организму срочно требовалась подзарядка.

Кухню я нашла быстро, благо я тут была утром. Порывшись в холодильнике, соорудила себе Пизанскую башню из бутербродов и уже собралась насладиться его вкусом, но услышала шаги.

В панике, будто таракан, стала метаться с колыхающимся бутербродом в руках, ища хоть какое-нибудь укрытие. Выбор пал на выемку под барной стойкой, что как раз располагалась дальше от входа.

Согнув колени, я прижалась и затаила дыхание, боясь лишний раз моргнуть.

Вскоре к шагам присоединился и голос. Участников разговора явно двое.

– Та ночь, что была между нами – ошибка! И я попрошу тебя перестать каждый раз напоминать мне о ней! – это голос Колокола?

– Вика, за последние двадцать четыре часа только ты вспоминаешь наше рандеву.

– Ты постоянно мне напоминаешь и издеваешься надо мной! Твои скрытые намеки, неужели я их не вижу!?

– Ничего того, что ты сама себе напридумывала, – насмешливый и очень знакомый мужской голос.

– Прекрати! Ты изначально был настроен против меня, но, если раньше ты просто игнорировал, то теперь вмешался в мой проект и вторгаешься в мое личное пространство! Неужели ты думаешь, что я настолько глупа и наивна! Серьезно? Действовать через маму было низко. Ты знал, что ей я не смогу отказать!

– Не понимаю, о чем ты.

– Все ты понимаешь! Я раскусила твой план. И скажу так, у тебя ничего не выйдет! Я выиграю этот спор, и ты мне не сможешь помешать!

Послышалось шуршание, а затем наступила тишина. Стоп, это что, женский стон? Потом глухой стук и тяжело дыхание. Обоих!

– Ты…ты…

– Неотесанный неандерталец, самодовольный мужлан, наха…

– Хватит! С тобой невозможно разговаривать!

Стук удаляющихся каблуков, а через минуту тяжкий мужской вздох и шепот:

– Ну что за невыносимая женщина! – звук удара кулаком об стену, и шаги затихли где-то в коридоре.

Уф-ф-ф, вот это я сходила за хлебушком. Это же был голос Сергея Эдуардовича? Или я ошиблась? Ну точно, вроде похож. Выждав для конспирации минут пять, откусила верхушку своего сэндвича и уже собралась выйти из укрытия, как вновь раздался топот новых гостей.

Да что такое! Сегодня что, все решили, что кухня – самое лучшее место для выяснения отношений!

– Ми-и-илый, ну не ломайся как девчонка, пошли, а то я всем расскажу наш маленький секрет, – шепотом говорит женский голос, а я замираю, с куском бутерброда за щекой.

– Вряд ли, – спокойно ответил тот, из-за кого я собственно задержалась на проекте. И тут он. И что ему не спится! – Ты правильно сказала, что секрет наш. И в случае если о нем кто-то прознает, ты очень многое потеряешь.

– Не будь таким букой! Ты же знаешь я ни-ни. Но ты сам виноват в том, что довел меня до шантажа.

– Я?

– Конечно! Я думала, что мы с тобой все обсудили! – чуть громче сказала она, и голос показался мне очень знакомым, но из-за бушевавшего в крови адреналина и страха быть пойманной уловить знакомые нотки не удавалось. Девушка вновь продолжила чуть тише: – Я думала, я буду у тебя в фаворитках, а ты выбрал эту малолетку!

– Ты сама мне сказала, что она сносная.

– Сносная, чтобы выполнять для меня роль собачонки, но не занимать мою должность.

– Твою должность? – хохотнул Макс, – я дал ясно понять, в чем заключается твоя роль. Повторять не намерен, и прекрати ко всем цепляться.

– Я еще ни к кому не цеплялась. Даже эта колхозница, как ее, Сельцова, Глупцова… – начала она перебирать и коверкать мою фамилию.

– Стрельцова?

– Да, эта мымра. Она на меня зуб точет. Ей богу, та еще стерва! Порвала мое платье прямо перед выходом. А сама простушкой хочет казаться! Вот кто главная интриганка конкурса. А я лишь хочу, чтобы тебе и мне было хорошо. Давай пойдем в комнату, зай, а?

Меня аж передернуло от этой клички. Помню была у нас детская шутка, звонили на первый попавшийся стационарный номер и спрашивали:

– Эта квартира Зайцевых?

– Нет.

– А почему уши торчат?

Я фыркнула, вспомнив маленькую шалость, и это было моей ошибкой. Чуткий слух Гризли уловил странные звуки, и я услышала шаги прямо в мою сторону. Сжавшись в комочек, все еще надеялась на благоприятный исход, но, видимо, зря. Остановившись напротив барной стойки, он бросил мимолетный взгляд вниз, и его губы дрогнули.

«Попалась» – прочитала я в его взгляде.

– Я все сказал, и тебе уже пора, если не хочешь, чтобы все узнали твою тайну, – он сказал жестко, требовательно, и девушка, зло фыркнув и громко застучав каблуками, удалилась.

Как только шаги стихли, его взор вновь упал на меня, и с хищной улыбкой он произнес:

– Так-так-так, и кто это у нас ночью не спит? – и, взяв меня под локоть, вытащил из укрытия.


<Стрельцова>


– Эй, попрошу без рук, – немного шепелявя из-за все еще не проглоченного куска бутерброда во рту, я пыхчу словно хомяк, пока сильные мужские руки вытаскивают меня из моего укрытия.

– И много ты услышала?

– Достаточно! – с вызовом бросила я, и попыталась выдернуть свою руку из его захвата, но не тут-то было.

– И к какому мнению пришла?

– Что ты здесь прямо гроза всех женщин! Вот уже вторая торопит тебя в спальню, а ты все никак.

– И второй раз я натыкаюсь на тебя. Прямо знаки судьбы.

– Какие еще знаки? – я перестала барахтаться и посмотрела настороженно на него.

Он будто не услышал мой вопрос, ведя внутренний диалог с самим собой. Но отстраненность в его взгляде сразу исчезла, как только он увидел в моих руках сооруженную бутербродную башню. Резко нагнувшись, он смачно откусил смачный кусок, чуть касаясь своими губами моих пальцев.

Я вздрогнула. Медленно посмотрела на свой сэндвич, а затем так же медленно перевела взгляд на его рот.

Его губы, которые вблизи, казались еще соблазнительнее, медленно двигались. Жевал не торопясь, смакуя кусок и с восхищением смотря на меня. Вот он сглотнул и соблазнительно облизнулся, отчего я рефлекторно повторила за ним это движение.

Но стоило этому нахалу улыбнуться, как я возмущенно фыркнула и резко выдернула руку, отчего чуть стукнулась поясницей о край столешницы. Шикнув от боли, дотронулась до места ушиба и услышала хриплый голос:

– Больно?

«Сладко» – хотелось сказать, но я лишь поджала губы.

– Пройдет, – и вдруг меня осенило, – но, наверное, мне стоит полежать, – и, театрально поморщившись, попыталась ретироваться, но куда уж там.

– Я провожу, – и приблизился ко мне с явным намерением взять на руки.

– Не стоит! – попыталась я увернуться, но он все же поднял меня. Ну что за упрямец?

Плотнее сжала губы и постаралась не раствориться в его теплых объятьях.

– Ты была сегодня восхитительна, – пробормотал он мне в макушку. Он что, нюхает мои волосы?

– Ага, именно поэтому победа досталась не мне.

– Жизнь вообще несправедливая штука.

– Тебе откуда это знать?

– Опыт, – просто ответил он.

Да что он может знать о несправедливости. Богатенький сыночек, купающийся в роскоши. Ему не нужно каждый день думать, на что жить, откуда взять деньги, и он может себе позволить вместо недельной работы участие в реалити-шоу. Будто мы на базаре, и любовь это товар.

Но я промолчала. Да и его теплое дыхание уже не так злило, а сильные руки, что держали меня, дарили спокойствие и защиту.

Я прижалась щекой к его рубашке, слушая ритмичное биение сердца. Тук-тук, тук-тук. На меня действовало умиротворяющее, будто белый шум для детей.

– Мы пришли, – хрипло произнес он, и я с неохотой сползла с рук, но Макс все еще продолжал держать меня за талию.

Мы стояли и спокойно смотрели друг на друга, устроив небольшое перемирие, и я решила, что, может, он не такой противный и высокомерный, каким хочет казаться.

– Может, вернешь мне кулон? Согласись, условия не совсем справедливы для меня. Ведь победителя выбираешь ты, и, судя по первому этапу, не торопишься уступить мне первое место.

Он легонько улыбнулся, коснулся пальцами моего выбившегося локона и, заправив прядь за ухо, прошептал:

– Даже не надейся на такой исход. Я сужу честно. Твой проигрыш – это из-за Виктории. Девушка рьяно не хочет, чтобы ты участвовала на отборе. Но вот вопрос, почему? Что в тебе такого, что вызывает в ней раздражение, а во мне интерес? – последнее он адресовал больше самому себе.

Я как завороженная следила за его эмоциями, губами, чувствовала его касания по телу, и будто загипнотизированная, готова была сдаться и поцеловать его первой, но то, что прозвучало потом, все испортило:

– Пригласишь к себе? Не хочу, чтобы нас кто-то увидел.

Меня будто мешком по голове стукнули. Я разозлилась. Очаровательно улыбнувшись, резко наступила жениху на ногу, отчего тот ойкнул и согнулся к ушибленному месту, и гордо удалилась, хлопнув напоследок дверью перед самым его носом.

ГЛАВА 23.

<Буров>


Твою ж…налево! Что за бестия! Я думал, ее крепость пала, но она вновь удивила меня, пройдясь, будто катком, не столько по моей ноге, сколько по моему самолюбию.

Я пошевелил пальцами на ногах, удостоверяясь что они все целы, и эта взрывная штучка не оставила меня инвалидом.

Ну, надо же, сколько в ней огня! Сегодня день открытий! Она меня еще больше манит, и я хочу разгадать все ее секреты.

В действительности я хотел присудить ей награду в виде свидания, но вмешалась Вика, которая хочет избавиться от девчонки, и я решил, что пока за Стрельцовой не будет явных косяков перед камерой, она останется, а для этого ей нужен стимул. Поэтому я удовлетворил пожелания Цербера, но не выкинул участницу с конкурса совсем, из-за чего Вика была крайне недовольна и сочилась ядом.

Кому-то явно не хватает разрядки. И этот кто-то явно не я.

Беру пульт и включаю телевизор. На экране уже отснятый сюжет моего утреннего свидания с Лизой, и я вновь вспоминаю свою сероглазую мышку, что грела ушки на кухне, пока Лиза вновь пыталась найти рычаги воздействия на меня. Я понимаю, что она может опуститься до шантажа, поэтому был готов. Я знал ее маленький секрет, и, если ее отец прознает, то она лишиться не только своих золотых карточек. Поэтому не обращал внимание на ее слова, но вот то, что их услышала Стрельцова, могло поставить мой план под удар.

Да, Лиза была моим запасным вариантом, в случае если мне не повезет, и на проекте действительно окажутся девушки, ищущие чистой любви.

Я не особо в это верил, считая их вымершими мамонтами, но никогда не лез без страховки. Чистая игра? Не-не, не слышал.

Все же на кону мой клуб, и я не хочу делиться им даже со своим другом.

Мир бизнеса жесток, и главное правило звучит так: не бери друзей себе в партнеры –  останешься и без бизнеса и без друга. Я следую этому принципу и считаю, что у Ромы должен быть свой путь.

Пытаюсь вспомнить, что конкретно она могла услышать, но мысли обрываются, стоило мне увидеть на экране ее лицо.

Выпуски разбавили, включив туда короткие портфолио участниц, тем самым увеличивая минуты эфира.

Вот она ехидно улыбается и повторяет те ответы, что ранее отвечала на отборочном туре.

Я помню, как проклиная эту странную девицу и грозя ей расправой, зашел в комнату, из которой был виден весь съемочный процесс, с целью огорчить Викторию новостью об испорченной рубашке, но вместо Цербера встретился с другом.

– Это что, пятно от кофе? – удивился Сергей.

– Нет, это пятно от моего раненого сердца, – съязвил я, на что друг вопросительно поднял бровь и в его глазах загорелся азарт.

– Что, кто-то из девушек уже успел разбить твое черствое сердце? И кто же этот стрелок? Может, та в розовом, о н-е-е-е-т, та в голубом? А может та, что по центру, в диадеме? Друг мой, тут все девушки хороши, тебе придется тяжело с выбором.

– Совсем нет, – растирая на ходу влажной салфеткой пятно, подхожу ближе к экрану, где велся повтор записи и, указывая пальцем на каждую из тринадцати претенденток, комментирую.– Вот у этой губы кривые, а та вообще, прежде чем ответить, закатывает глаза. А вот эта вечно крутит кольцо на пальце, отчего меня уже порядком стала раздражать. У той ноги кривые, эта глупая, хотя не блондинка, у той вообще веснушки.

– Разве в наше время это не изюминка? Я думал ты не против рыжих дьяволиц. У тебя, если не ошибаюсь, есть пара гоу-гоу танцовщиц из их гильдии, – насмешливо произносит он.

Но я продолжаю гнуть свою линию:

– Эта «нукает», эта «цокает», а вот эта вообще в сланцах пришла, – и тут я резко замолкаю, не веря в то, что это может быть правдой.

На глазах изумленного Сергея, подрываюсь к экрану, включая перемотку и ловя крупным планом девушку с высоким хвостом на голове и в сланцах.

Ну точно, та самая девица! Я не мог поверить чуду, поэтому резко крикнул другу:

– Как тут включить звук??

– Что, все же кто-то удостоился твоего божественного внимания? – хмыкнул он, не торопясь выполнить мой приказ. Поэтому, сдерживая рык, я произнес повторно:

– Включи эту штуку, пожалуйста!

– Ого, мистер «Я Лучше Всех», может говорить «пожалуйста»? Все-все, – поднял он ладони в примирительном жесте, – бегу, мой господин, – пискляво, изображая девчачий голос, произнес он и, наконец, включил эту коробку.

– Где, по вашему мнению, должно пройти идеальное первое свидание?

– На кладбище.

– К-как это?

– Очень просто. Только вдумайтесь: ночь, звезды, тишина, небольшой шум от шелеста листвы. И да, самое главное, лавочки.

– Что лавочки?

– Ну как что! Посидеть есть где, а то иной раз идешь по парку, и все занято. А уж про Красную площадь вообще молчу. Все сидят на асфальте попу морозят, а я ведь девушка, мне еще рожать.


Я усмехнулся. Точно, та самая колючка. Ее голос и ехидную улыбку я ни с чем не спутаю.

Вот он, стрелок моего сердца. Теперь тебе от меня не убежать. Я покажу, как насмехаться над Буровым. Скоро ты узнаешь, какой мешок с золотом потеряла.


<Буров>


Первоначально я хотел просто отомстить, показаться ей во всей красе и вышвырнуть с первого тура как неподходящую кандидатку на мое сердце.

Но что-то пошло не так.

Знакомство с девушками из-за ЧП с рубашкой пришлось отложить. Цербер чуть голову мне не откусила. Вика была зла, подозревая, что я специально пытаюсь сорвать съемку. Но и на нее нашелся свой укротитель, и, смирившись, девушка быстро все переиграла, перенеся знакомство уже непосредственно на виллу. Вот это я понимаю, профессионал своего дела.

А далее, сладкий вкус победы, приятный сюрприз в комнате, неожиданное окончание вечера, бессонная ночь и восхитительное знакомство с Эсмеральдой.

Сколько еще удивительно-приятного таит в себе эта бестия? Азарт, предвкушение и неутомимое желание стать первым, кто откроет это ящик Пандоры заставляли кровь бежать быстрее по венам, а сердце безудержно стучать.

Я будто сошел с ума, выискивая ее глазами. От этого нужно срочно избавляться. Видимо, ее отказ пробудил во мне первобытное чувство охотника. Мне всего-то нужно с ней переспать, и все пройдет. Но для этого нужно вытащить ее на свидание, после которого она будет умолять меня о поцелуе.

И, как будто в ответ на мои молитвы, на экране ведущий спросил:

– Ваше хобби.

– Обожаю готовить.

«Значит, готовить?» – улыбнулся я. Отлично, в этом мы с ней похожи. Когда я стал жить один в таком, незрелом еще возрасте, мне пришлось многому учиться. И научиться готовить – стало если не первой, то второй моей невыполнимой задачей. Не вечно же сидеть на полуфабрикатах. И тогда я открыл в себе талант повара. Готовка стала для меня приятной отдушиной после тяжелого рабочего дня.

«Я с удовольствием попробую ее стряпню» – предвкушающе облизываюсь я. – «Надеюсь, она меня удивит.»

Набираю номер Сергея.

– Слушаю.

– Это я. Нужна маленькая помощь.

– Я еще после той помощи не могу прийти в себя. Если это касается конкурса, то забудь. Вика не будет больше ничего менять.

– Ты же босс, разве нет?

– У нее в союзниках моя мать, которая любому готова съесть мозг, если кто-то начнет обижать ее родных, ты же сам в курсе.

Да, мама была у него с виду хрупкая, ранимая женщина, но на деле, похлеще Виктории будет.

– Друг, в последний раз! Частично и ты виноват в моем тут нахождении.

– Слишком хороша была пятница… Ну что у тебя снова там?

– Хотел перенести один конкурс на пораньше… – начал было я, но Сергей меня перебил.

– Макс, если не хочешь услышать короткие гудки, лучше не договаривай. Ответ – нет.

– Погоди, ты дослушай! Я всего лишь прошу поставить один конкурс пораньше. Готовка! Хочу сразу посмотреть, на что способны эти дамы. А вдруг я выкину ту, что вкусно готовит оладьи?

Минутная тишина, и я уже думал услышать обещанные гудки, но нет, друг шумно выдохнул и устало спросил:

– Ты хочешь конкретно какую-то девушку проверить? – а затем на том конце провода я услышал мужской смех. – Макс, ну ты влип конкретно.

– Я ничего говорить не буду. Ты поможешь? – рявкнул я.

– Ничего не обещаю, но попробую.

– Спасибо!

– Должен будешь. И да, этот спор не должен был принимать такой серьезный оборот. Вы слишком заморочились, еще и ставки подняли.

– Я знаю. Но ты понимаешь, что я прав на счет Ромы. Он должен сам всего добиться. Я могу помочь, но не отдавая кусок готового бизнеса.

– Понимаю. Поэтому и помогаю тебе, но не принимаю ничью сторону. И да, приятно осознавать, что кто-то тебя зацепил, – снова смех.

– Меня не… – но собеседник отсоединился.

Мобильники хоть и были запрещены, но домашний телефон никто не отменял. Этот дом нам отдал на временное пользование сам Рома. Если бы не эта любезность с его стороны, то Вика бы еще долго дулась. Но благодаря хорошему стечению обстоятельств и отъезду его родителей на важную конференцию, дом был отдан безвозмездно.

Я уже предвкушаю наше рандеву со Стрельцовой, а то после сегодняшнего ужина в обществе очаровательной крошки, я почувствовал себя отсталым стариком. Эти все жаргонные словечки: «не агри», «краш», «кринж» заставили мои волосы на затылке буквально шевелиться. Я понял, какая огромная между нами пропасть. Однако, то, что девчонка следует за мечтой и отстаивает свою позицию, заставляет ею восхититься. Вот у кого Роме стоит брать пример.

Любовь к искусству у нее стоит превыше всего и, судя по сегодняшнему спектаклю, опыт и труд сделают из нее восхитительную актрису. Но эта птичка не моего полета.

Я вновь и вновь возвращался к обладательнице серых глаз, и, если поначалу я считал ее неуклюжей и не вписывающейся в светское общество, то сейчас все представлялось иначе. Она выделалась своим необычным характером и все больше притягивала меня.

Ничего, твое время еще наступит. И я тебе в этом помогу.

На такой приятной ноте я улегся на кровать и закрыл глаза.

Я решил немного поторопить время. Мне нужно переспать с ней и остынь от этой бестии, иначе, чувствую, мое влечение обернется для меня разбитым сердцем.

ГЛАВА 24.

<Стрельцова>


Мы как раз завтракали с девочками, когда к нам присоединилась Вика.

Она была воинственно настроена, отчего я, замешкавшись, случайно пролила на скатерть немного своего чая.

– Черт, – принялась быстро макать лужицу салфеткой и краем уха слушала, что говорит Колокол.

– Девушки, на сегодня небольшие изменения. Следующий конкурс будет связан с приготовлением горячего блюда для нашего героя. Победительница прошлого этапа вытащит название и рецепт блюда, который вы будете все готовить. Процесс частично будет заснят операторами. В вашем распоряжении вся кухня. Каждой будет предоставлен набор необходимых ингредиентов. Я надеюсь, вы удивите нашего героя.

После ее слов все разом посмотрели в мою сторону, и уже пролитый чай казался не таким важным, как разнообразие эмоций на женских лицах. Кто-то смотрел с интересом, кто-то с завистью, а кто откровенно сочился ядом, как наша королева. Только Марго, радостно улыбнулась и, сжав мою руку под столом, прошептала:

– Алиса, твой звездный час настал!

Эх, Марго, знала бы ты, какой с меня кулинар. Я скорее в этой жизни поглотитель, чем созидатель.

Чувствую, наш герой точно будет удивлен.

– И этот конкурс провален, – тяжко вздохнула и натянуто улыбнулась Марго, отчего она недоуменно подняла бровь.


Когда пришло время, мы стояли на кухне в светлых фартучках и с натянутыми улыбками. Никто из нас не был рад этому конкурсу, а королева и вовсе зло поглядывала в мою сторону, шушукаясь со своей подданной. Отвернулась, делая вид, что не замечаю их интереса к моей персоне.

Кристина, как победительница первого конкурса, вышла в центр и под всеобщим вниманием окружающих и камер, вытащила заветный листочек.

Развернув, она четко прочла:

– Б О Р Щ.

Я сникла. Ну почему нельзя было вытащить омлет, или спагетти? У нее однозначно рука тяжелая.

Не только я, но и остальные смотрели на девушку с точно такими же сникшими лицами, что и я.

Кристина лишь пожала плечами и неуверенно посмотрела в мою сторону, видимо понимая, что этот раунд будет за мной.

Мы заняли свои рабочие места, жалобно смотря на многочисленные кастрюльки и, после сигнала старта, ринулись кто куда.

XXI век на дворе. Женщины сейчас работают и зарабатывают больше мужчин, но ты хоть расшибись и принеси миллион, а готовить мужу обязана.

В нашей семье хозяйка на кухне была одна – мама. Чтобы удивить своего любимого мужчину, она постоянно готовила какие-нибудь изыски, и не подпускала меня к плите, говоря, что в своей жизни я еще вдоволь наготовлюсь. Меня это устраивало.

После переезда в Москву все свое свободное время я уделяла сначала учебе, а затем – работе. Времени на готовку практически не оставалось, и я предпочитала полуфабрикаты нормальной домашней еде.

Кто-то, может, меня и осудит, но в больших городах, где ты тратишь большую часть своего времени в дороге, начинаешь ценить свободные минуты, предпочитая готовке сон.

И теперь я столкнулась с реальностью, где мне предстоит опозориться на глазах у всего народа. Говорила я Вике, зачем вставлять этот обман про кулинарные способности в сюжет, но нет же, она заладила, что зрители и так не понимают, за что меня, собственно, взяли сюда.

Наполнив кастрюлю водой, я принялась резать кусочки мяса, попутно бросая взгляды на остальных участниц, замечая как те, сразу ринулись к разделочной доске, делать то же, что и я.

Хмыкнула. Если они думают, что я хороший пример для них, то будут неприятно удивлены итогу. Хотя, может не все так плохо.

Закончив, перекладываю добычу в кастрюлю и, накрыв крышкой, убавляю огонь.

Возвращаясь к своему рабочему месту, сталкиваюсь с Маргаритой, которая, дорезав овощи, пускает их в кипящую воду, игнорируя мясо. Не удержалась и спросила:

– Марго, а ты чего мясо не ставишь?

– Я вегетарианка, – просто пожала она плечами, – для меня убийство животного – это последнее дело. Так что мой борщ будет чисто овощным.

– О-о-о, а ты уверена, что наш хищник оценит это?

– Не знаю, но ради него я не стану переступать через свои принципы и тушить мертвое тело.

Звучит устрашающе. Однако, она молодец. Отстаивает свои позиции и упрямо следует своим принципам.

Натерев на терке овощи, вернулась к кастрюле снять пенку. Вроде так всегда мама делала.

А затем начался творческий процесс. Я резала, парила, жарила и напрягала свою память, чтобы вспомнить, как делала мама.

Больше всего, конечно, меня озадачил момент со свеклой. С самым умным видом, на который я только способна, взяла корнеплод и, покрутив, принялась нарезать кубиками.

Красота же. Через несколько минут я поняла, что что-то пошло не так. Цвет борща изменился, стал насыщенно-бордовым, но эти побелевшие кусочки, плавающие среди овощей, немного озадачили.

– Ну и ладно, уходить, так красиво, – и с этими словами вновь прикрыла кастрюлю крышкой.

Когда до окончания оставалось несколько минут, я еще раз попробовала свое творение и поняла, что оно далеко от идеала мамы. Налила суп в тарелку и аккуратно накрыла ее клошем [1].

Последние штрихи, и нас стали торопить. Я так замешкалась, что нечаянно капнула сметану на клош. Попыталась исправить это недоразумение, но размазала еще больше.

Ладно, главное, не забыть в каком месте я испачкала, чтобы вовремя перевернуть красивой чистой стороной к жениху при подаче.

Поднявшись в свою комнату, я быстро переоделась и спустилась вниз, чтобы дождаться своего приговора.


Сноски:

Клош (Баранчик) – это предмет сервировки, представляющий из себя фарфоровую или металлическую крышку-полусферу, иногда в комплекте идет блюдо.

ГЛАВА 25.

<Стрельцова>


Жених уже стоял при параде в ожидании блюда дня. И, судя по его выражению лица, это был явно не борщ.

Лениво обведя девушек взглядом, задержался на мне. Многообещающе улыбнувшись, он кивнул Вике в знак своей готовности.

– Девочки, слушаем внимательно, два раза повторять я не буду. Услышав свое имя, вы берете блюдо и несете Максу. Презентуете и ждете вердикта. После чего возвращаетесь на место. После того, как наш герой попробует все, он принимает решение, кто из вас достоин награды, а кто вернется домой, – и многозначительно посмотрела на меня.

Не беспокойся, Колокол, после этого конкурса, я первой окажусь в списке на выбывание. Только как мне потом забрать свой кулон?

Виктория, еще раз посмотрев на нас, подняла три пальца вверх и, дав отсчет, махнула.

– Добрый вечер, наши телезрители. И снова с вами я, ваш Купидон – Георгий Громов, и наше реалити-шоу «С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА». Сегодня наши талантливые участницы готовы удивить жениха своими кулинарными способностями. А какое блюдо удостоилось быть приготовленным такими прелестными руками, объявит победительница прошлого свидания – Кристина.

Ведущий подошел вплотную к девушке и, мягко улыбнувшись, протянул микрофон.

– Борщ, – ответила она и мило улыбнулась.

Если бы я не была так занята мыслями о предстоящем провале, я бы заметила, как между ними пробежала искра.

– Борщ. Звучит аппетитно, – все это Жора говорил, не отрываясь взглядом от девушки, но видимо, вспомнив про эфир, вздрогнул и, прочистив горло, повернулся на камеру, чтобы продолжить. – Вы готовы? Тогда начинаем!

Первым прозвучало мое имя. Я, нервно сглотнув, взяла со стоящего рядом столика пронумерованную на клоше тарелку и направилась к Максу. Перед тем как поставить ее на стол, вспомнила, что нужно спрятать от камер свое художество, и поэтому, нервно крутя блюдо в воздухе, пыталась понять, где эта самая сметанная размазня. Но ее не было! Чудо? Я еще раз покрутила тарелку, и опять чисто.

– Алиса, я думаю, будет вкуснее не сбалтывая, – сострил этот пижон, отчего позади послышался смешок.

Насупив брови, я резко поставила на стол тарелку и отошла.

Нет, теперь мне не страшно. Пусть травится на здоровье.

Я стояла, будто каменное изваяние, и смотрела, как Макс открыл клош и медленно втянул аромат борща. Взяв ложку, он зачерпнул немного горячего и, закрыв глаза, отправил его в рот.

На его лице не отразилось не единой эмоции, только громкий глоток свидетельствовал о том, что мой деликатес провалился в его желудок не прожёванным.

– Спасибо, следующая.

И это все? И никаких комментариев, что у меня руки не из того места растут?

Я недоуменно посмотрела на него, но молча вернулась на свое место.

Следом стали выходить одна за другой девочки, и Макс говорил:

– Пересолила. Не хватает уксуса. Разве это борщ?

Единственная, кто удостоился хорошего комментария – Марго. Макс похвалил неординарный подход и насыщенный вкус.

Девушка светилась, когда шла обратно к нам, чем изрядно испортила настроение королевы, которая была завершающей на этой пытке.

Бросив на нас взгляд свысока, она взяла последнее блюдо и неспешной походкой отправилась к Максу.

 – Рецепт этого борща передавался из поколения в поколение в нашей семье. Я очень люблю готовить, поэтому счастлива, что мои кулинарные таланты будут оценены таким мужчиной.

На что Макс, хмыкнув, произнес:

– Что ж вы так неаккуратно готовили, что ваш клош весь в сметане? Надеюсь, мне это есть не придется? – и, тихо посмеиваясь, посмотрел на недоумевающую девушку.

Так, стоп, он сказал там пятно? Мое пятно?

Закралось подозрение, что кое-кто украл мое блюдо, и оно подтвердилось, стоило Максу аккуратно открыть крышку и зачерпнуть ложкой борщ.

– А что это за белые кубики у вас плавают?

– Ну как же, это свекла.

– А разве она не должна быть бордового цвета? Или ваша мама считает, что кубиками вкус насыщеннее?

Она ничего не ответила, а Макс, немного помешав блюдо, сделал небольшой глоток.

– Спасибо, – ответил он, как совсем недавно мне.

Видимо, его «спасибо» означает, что вкус паршивый.

Королева развернулась на каблуках и, резко шагая, заняла место рядом со мной, тихонько шикнув:

– Ты за это ответишь, Сельцова!

«Стрельцова! Моя фамилия Стрельцова!» – Хотелось громко крикнуть этой фифе, но я лишь улыбнулась и ответила:

– Ты знала, что раньше за воровство отрубали руку? Кстати, ты правша или левша? – невинно улыбаясь и часто хлопая ресницами, дала я ей ясный намек, что со мной лучше не связываться.

Королева покраснела, но, плотно сжав губы, отвернулась, давая понять, что разговор окончен.

– В следующий раз будешь думать, как брать чужое, – хмыкнула я.

Результаты конкурса объявили после обеда, и они удивили многих.

Победительницей стала Марго, чему я была только рада. А вот проигравших нет. Макс не смог среди всех блюд выделить самое недостойное, объявив, что ему не нужна жена, которая будет делить с ним кухню.

На что получил мой удивленно-восхищенный взгляд и уничтожающий от Колокола.

Вечером того же дня ко мне в комнату пришла Маргарита, окрыленная предстоящим ужином и попросила помочь ей с выбором одежды.

Предоставив мне на выбор короткое черное и бирюзовое платье в пол, я указала пальцем на второй вариант, еще не подозревая, что разрез юбки открывал большую часть стройных ног.

Представив Марго в этом платье в обществе Гризли, я напрочь потеряла аппетит.

– Что? Не очень? – нахмурилась Марго.

– Нет-нет. Все прекрасно. Я просто думаю, как без тебя пережить последующий ужин в обществе нашей Королевы.

– Я мысленно с тобой! – улыбнулась она с хитрецой, – обещаю сильно не тискать нашего героя.

И, послав мне воздушный поцелуй, упорхнула на свидание с мужчиной мечты.

Ужин прошел в накаленной обстановке. Императрица пыталась несколько раз ужалить меня словами, но я будто ее не слышала, мысленно утопая в своем недовольстве.

И почему меня так волнует, как у них пройдет свидание? Разве не я хочу избавиться от общества этого невыносимого мужчины и сбежать с проекта? Мы с ним разные, и мне все равно, будет ли он целоваться с ней или нет.

Когда столовые приборы были отложены, девушки встали и решили прогуляться до гостиной. Но не успела я сделать и шага к двери, как услышала:

– Не думаю, что у твоей подруги есть шанс заполучить Макса. Такие, как вы надеетесь, что ваша внешность компенсирует недостаток воспитания и нищету, – вложив весь свой яд, сказала наша королева и победно улыбнулась.

Укол достиг своей цели.

Я медленно подняла свой взгляд на эту противную особу, и слегла, улыбнувшись, ответила:

– А у тебя и компенсировать нечем, – туше.

– Ах ты, маленькая дря... – договорить она не успела, так как появилась Марго в сопровождении виновника этого балагана.

Девушка, оценив обстановку, ослепительно улыбнулась и громко произнесла:

– Спасибо, Макс, вы – сама любезность, но дальше я сама, – и, выпустив его локоть, где покоилась совсем недавно ее рука, дала мне знак глазами, чтобы я последовала за ней.

Меня дважды приглашать не нужно. Юркнув мимо обомлевших девушек, я стала подниматься следом за подругой, остро ощущая спиной взгляд черных, как два омута, глаз.

ГЛАВА 26.

<Стрельцова>


Меня все еще потряхивало от слов этой фифы. Благо Марго, поняв мое настроение, переодевшись, заявилась ко мне в комнату, чтобы разбавить мой досуг.

Мне было интересно и в то же время страшно спрашивать ее про свидание, но в итоге не удержалась и как можно равнодушнее спросила:

– Как все прошло? – а у самой сердце готово было вырваться наружу, пока ждала ответ.

– Прекрасно. Он вел себя галантно и весь вечер ухаживал за мной, – и чуть тише добавила, – и даже поцеловал. Это уже что-то значит, – вскользь бросила на меня свой прищуренный взгляд, но я не заметила этого, настолько была выбита из колеи.

Ну конечно! Это же шоу. Почему бы и нет? Он не клялся никому, что останется девственником по части поцелуев. Не одна, так другая. Он ищет. Пижон!

Я зло стала расчесывать волосы, не обращая внимания на взгляд подруги.

– У него такие мягкие губы… – подливала она масло в огонь.

Я стала расчесывать еще сильнее, как будто это могло унять мое напряжение.

– Алис, если ты останешься лысой, то вряд ли можешь надеяться на победу.

– А кто тебе сказал, что я хочу победить? – зло оскалила я зубы.

– А что, не хочешь? – и, не дождавшись ответа, продолжила. – Пожалуй не буду сегодня руку мыть, все же такой страстный поцелуй был, – добавила спокойно она, и увидев мое выражение лица, рассмеялась в голос. – А ты что, думала, он меня реально в губы поцеловал? Я девушка серьезная, между прочим, – смеется она, а я не выдерживаю и кидаю в нее подушку.

– Знаешь, – произнесла Марго, попутно вытирая подступившие от смеха слезы, – нам нужно как следует подлечить нервишки после сегодняшнего конкурса. Предлагаю заглянуть в винный погреб и немного похозяйничать.

– С чего ты решила, что здесь есть винный погреб? – повернулась я к ней лицом, уперев голову о согнутую в локте руку.

– Ну-у-у, мне так сердце подсказало, – невинно хлопая ресницами, произнесла она.

Я скептически посмотрела на нее. Расстроить или нет, сказав, что помещение взято телеканалом в аренду, и не является, по сути, жилым помещением? Однако, несмотря на свое паршивое настроение, портить его другим я не хотела, пусть лично удостоверится, что была неправа.

– Ну, раз у вас такая любовь, то давай попробуем найти твою половинку, – сдалась я.

Марго, обрадовавшись, живенько обулась и потащила меня по многочисленным коридорам. Видимо, в отличие от меня, она не страдала топографическим кретинизмом.

И каково же было мое удивление, когда, спустя несколько минут, мы нашли заветный погреб.

В первые несколько секунд, как только мы вошли, было непривычно темно, но вскоре включился свет, который видимо был оснащен датчиками движения.

Как только зрение сфокусировалось, и глаза привыкли после темноты к свету, я огляделась. Небольшое подвальное помещение, вдоль стен которого располагались стеллажи со сложенными в горизонтальном виде бутылками с вином.

Маргарита предвкушающее потерла руки.

– Как ты узнала? – я была искренне удивлена.

– Говорю же, сердце подсказало.

– Угу, – не поверила я ей.

Было что-то странное в этом совпадении, и, возможно, я бы устроила допрос с пристрастием и расколола этот орешек, но Марго будто придавила меня своей жизнерадостной энергетикой, когда вмиг нашла нужные ей сорта вин.

Откопав из недр две бутылки, она с девичьим визгом бросилась ко мне, восхваляя эти чудо-напитки, и вот мы уже в моей комнате уговариваем вторую бутылку коллекционного Chateau Lafite Rothschild 2006 года.

Пижамная вечеринка. Я давно так не смеялась. Хрюкая над очередной шуткой подруги, я ненароком задела девушку, которая как раз разливала по бокалам очередную партию, и часть вина нещадно пролилась на ворсистый белоснежный ковер.

– Упс, – только и смогла проговорить Марго, и мы с ужасом уставились на это кровавое пятно.

Еще одна неудача в копилку.

– Сейчас…ик…все исправ..ик..им, – Марго, отчаянно стараясь сохранить равновесие и не свалиться от накрывшего ее вдруг вертолета, побежала в ванную и принесла кучу бутылочек. Она даже где-то откопала щетку для ковров.

Орудуя этим нехитрым приспособлением, мы отчаянно стали тереть пятно, отчего оно увеличилось вдвое и теперь занимало большую половину ранее белоснежного ковра.

Кряхтя на корточках, я в сердцах отшвырнула щетку и произнесла:

– Так дело не пойдет! Нужен план Б. Давай вынесем ковер во двор и нормально его почистим. Ты согласна?

Марго резко мотнула головой.

– Только надо все сделать тихо, чтобы…ик...нас никто не заметил. А то ска-а-а-ндал будет, – стала устрашать меня подруга по несчастью.

Мне сейчас скандалы не нужны. Я и так в штрафниках хожу.

Кое-как поднявшись с пола, мы скатали ковер в рулон и, схватив оба его края, попытались дотащить до двери. Но куда уж там! Для двух пьяных хрупких женщин эта миссия оказалась непосильна. Мы крутили и так и эдак, менялись местами, спорили, но безуспешно.

Тогда, напрягая, оставшиеся после нашей пьянки, извилины, меня посетила  гениальная мысль. А что если свёрнутый ковер выкинуть с балкона, тогда и тащить через весь дом ничего не нужно, а уж внизу мы его подберем.

Оценив экономию сил и времени, мы решились. Дотащив до балкона нашу ношу, я, оставив Марго за старшую, побежала вниз, чтобы уже оттуда проконтролировать процесс её приземления.

И вот, стою я в темноте и как можно тише пытаюсь дать знак этой алкоголичке, чтобы она, наконец, скинула несчастный ковер на землю, как Марго, перевесившись с балкона, шепчет:

– Алис-с-с-а, я из-за этих телодвижений больше не могу терпеть. Я сейчас пописаю и приду. Я мигом, – и скрылась из поля моей видимости, оставив переваривать услышанное.

Видимо, вторая выпитая бутылка была лишней. Ну Вольская! Это уже шестой раз за час, у нее что, все как у утки, напрямую?

Я уже значительно протрезвела и начинала злиться на нее. Какое «пописать»? Другого времени не нашла? Скинула бы и сходила.

И в тот самый момент, когда я уже собралась идти и вытаскивать эту безответственную женщину из туалета, появилась высокая фигура и преградила мне дорогу.

Я напрягла свое расфокусированное зрение и встретилась со знакомым черным омутом глаз.

«Ну что же за невезение такое!» – в сердцах подумала я.

ГЛАВА 27.

<Буров>


– А чем вы занимаетесь, Маргарита? – задал я вопрос скорее чтобы заполнить паузу, нежели из любопытства.

Телеканал не поскупился, и сегодняшнее наше свидание проходило в одном из ресторанов Москва-Сити, куда нас предварительно доставили на вертолёте. Это все было устроено благодаря моим усилиям, но предназначалось для другой участницы, которая с треском провалила второе задание.

Я был уверен, что это свидание проведу с ней, и наличие другой партнерши, разрушило мои планы на этот вечер, отчего я выпал на мгновение из реальности.

– Я танцую, – аккуратно промокнув салфеткой рот, ответила сидящая напротив меня девушка.

Она была красивой и довольно интересной особой, но я ловил себя на мысли, что я вновь и вновь сравнивал ее со своей Колючкой, и Марго проигрывала ей.

Я все еще находился в некой прострации и желал только одного – найти виновницу моего состояния и как следует наказать ее. Она должна была победить. Я тщательно проверил ее портфолио и выработал стратегию. Что могло пойти не так, я до сих пор не понимаю. Может ей вовсе и не нужна ее вещь, и она играет со мной в понятную только ей игру? Ощущение, что меня водят за нос, не покидает меня, но я все еще не могу собрать весь пазл. И это раздражает!

Девушка напротив мило облизывает губки, но я вижу перед собой совсем иную особу. Это наваждение какое-то! Вытряхиваю ненужные мысли из головы и, включив все свое обаяние, направляю его на девушку напротив.

– Балет? Театр? Или принадлежите какому-то дому? – мои девочки из клуба чаще были одиночками, но я знаю и тех, кто ранее принадлежал дому, где они называли себя «семьей» и участвовали в различных танцевальных батлах.

– Я принадлежу самой себе, – ответила девушка, гордо приподняв подбородок и блеснув  зелёными глазами.

Говорят, глаза – зеркало души. У моей Колючки они серые, как штиль перед грозовой бурей. Они притягивают и тянут на самое глубокое дно…

– Ма-а-акс? – девушка внимательно смотрит на меня своими до боли не серыми глазами. – С тобой все хорошо?

– Да, – просто отвечаю я, отгоняя сероглазое видение, – задумался над цветом глаз. У тебя он достаточно редкий.

– Хотела бы я посмотреть, как ты впадешь в ступор, познакомившись с моей сестрой. Мы с ней близняшки, но в отличие от меня у нее с рождения гетерохромия.

– Гетеро.. что?

– Гетерохромия – это когда у человека разный цвет глаз. Один зелёный – от папы, другой отдаёт больше голубизной. Учитывая, что мы однояйцевые близнецы, это было неожиданностью для родителей, но в то же время и спасением. Различать нас было в детстве удобнее, – смеётся.

– А разве близнецы не должны быть идентичны?

– Должны, но бывают исключения. Нам сказали, что это еще не самый интересный случай. Бывало, что рождались разнополые однояйцевые близнецы. Интересный феномен, не правда ли?

Я согласно кивнул, хотя это было лишь знаком вежливости.

Вновь наступила тишина, прерываемая стуком столовых приборов.

Я вновь вернулся к мысли о вселенской несправедливости. Если бы все сложилось как надо, передо мной сидела бы моя Колючка, фыркая и остроумно кусаясь словами. Но это было бы вначале, а после... после у меня были на неё большие планы, и я уверен, что ей бы это понравилось. Перевёл взгляд на притихшую девушку, что внимательно смотрела на меня, и удивился. Она как будто бы знала, о чем я думаю, и наблюдала. Глупо. Люди не могут читать чужие мысли.

– Как вам компания девушек на проекте? Ужились?

– В некотором роде – да. И всё же мы соперницы на некоторое время. Но надеюсь, что после проекта с некоторыми я продолжу общение.

– Вы имеете в виду ту невысокую брюнетку? – я намеренно не стал произносить ее имя, делая вид, что мне все равно, и я лишь мирно поддерживаю беседу.

– Лизу?

– Нет, ту, что пришла на проект в сланцах, – как бы между прочим ответил я и понял, что совершил огромную ошибку.

Бросив взгляд на девушку, я заметил, как она понимающе улыбнулась, но не стала акцентировать на этом свое внимание. Она не так проста, как кажется.

– Алиса Стрельцова. Да, мы с ней нашли общий язык. Она не похожа на других, согласись, – и выжидающе посмотрела на меня.

Я не стал поддаваться на провокацию и, пожав плечами, спокойно ответил:

– Не имел еще удовольствия познакомиться с ней поближе. Но я надеюсь, девушка постарается в следующий раз. Она же пришла сюда за победой, не так ли?

Аккуратно подбирая слова, попытался передать зашифрованную информацию через эту зеленоглазую красотку, чтобы Стрельцова поднажала и наконец выиграла хоть один конкурс.

Маргарита легонько кивнула, видимо, поняв, что от неё требуется. Сообразительная девочка. Если бы не обстоятельства и не одна колючая особа, я бы обратил на неё внимание.

Ужин быстро подошел к концу. Отснятый материал давно монтировался на завтра. Я помог девушке спуститься с вертолета и галантно предложил ей руку.

– Я провожу.

– Спасибо, – не стала возражать Маргарита, и я на какое-то мгновение даже расстроился, не получив сопротивления.

Дошли мы быстро. Оставив на её руке мимолетный поцелуй, я пропустил девушку вперед, когда услышал громкие голоса.

Переглянувшись, мы оба поспешили внутрь и увидели моего Мышонка в окружении весьма воинственно настроенных дам.

Я уже жалел, что обратился именно к Лизе с просьбой побыть моей страховкой. Слишком много собственнических замашек у той, кому я ничего не обещал. Мы даже не спали вместе. Единственная причина, по которой она пришла сюда – это спасти свою шкуру от папочки. И ничего более. Нужно ей объяснить, что эту малышку могу трогать только я.

Сделав шаг вперед, я почувствовал, как напряглась девичья рука на моем локте, а в следующее мгновение Маргарита, выпорхнув, громко произнесла:

– Спасибо, Макс, вы – сама любезность, но дальше я сама.

За ней следом удалилась та, что в последнее время заполнила все мои мысли.

Проводив ее взглядом, я обернулся в сторону Елизаветы и знаком сделал ей предупреждение.

Девушка сделала вид, что не поняла, о чем я, и, взяв под руку свою фрейлину, удалилась.

Нужно как можно скорее с ней побеседовать и напомнить, зачем она здесь.

В комнате было душно, и, открыв настежь окно, я ушел принимать спасительный душ.

Выйдя из ванной комнаты, увидел несколько пропущенных на своем телефоне. Уладив срочные дела с поставщиком и дав ценные указания своему управляющему, я, наконец, выдохнул и, облокотившись о раму окна, вдохнул свежий воздух.

«Как хорошо и тихо» – подумал я, прежде чем увидел непонятную тень под окнами Стрельцовой, и сердце гулко застучало. А что если это одна из девушек, которая хочет сделать пакость Колючке? Кто знает этих девиц на выданье. Они готовы глотки перерезать друг другу ради шоу.

Чертыхнувшись и наскоро надев джинсы и рубашку, я ринулся спасать свою Эсмеральду.

Однако представшая моему взору картина вовсе не была покушением на жизнь Стрельцовой. Подавив в себе раздражение (зачем этой ненормальной находиться ночью за пределами своей комнаты?!), я медленно подошел к ней.

ГЛАВА 28.

<Стрельцова>


– Дышишь свежим воздухом? В такой поздний час?

– А что, это запрещено? – с вызовом произнесла я, а сама молилась, чтобы ненароком не упасть.

Макс, прищурившись, подошел ближе и внимательно оглядел меня:

– Да ты пьяна! – удивленно воскликнул он.

– Т-ш-ш-ш, ты что кричишь? Не пила я! Сегодня на ужин конфеты с ликером давали. Так сказать, утешительный приз тем, кто с позором проиграл, – попыталась кольнуть я его.

– Так хотела поужинать со мной? – улыбнулся он.

– Еще чего! – фыркнула я, – мне нужен только кулон.

– Неужели такой ценный для тебя, – наклонил он голову чуть на бок, все еще внимательно следя за моей реакцией, – тебе что, жених его подарил?

– А что, если и так? – скрестила я руки на груди, принимая его вызов.

– Я скажу, что ты большая шутница, – спокойно ответил он.

– С чего это? – видимо алкоголь не только придал мне храбрости, но и развязал язык.

– Вряд ли ты ищешь себе в мужья скрягу. Материал далек от драгоценного, и сентиментальная гравировка твоего имени, говорит, что человек не мог даже позволить украсить кулон камнями, а это наталкивает на мысль: либо ты себя так низко оцениваешь, либо не разбираешься в …

Не успела я толком подумать, как моя рука с громким хлопком ударила его по щеке.

Я тяжело дышала, а на моих глазах выступили непрошеные слезы. Да, на тот момент отец не мог позволить себе купить дорогую вещь, но это не значит, что он меня не любит. Этот кулон сделан с любовью для дочери, которой и не было двенадцати лет.

Все, что раньше казалось не таким важным и обидным, стало вылезать наружу.

Я прикусила до боли губу, надеясь, что не заплачу перед ним, но нет, предательские капли уже прокладывали дорожку по моим щекам.

Макс стоял и с каким-то первобытным ужасом смотрел на их медленное падение.

Мужчины не выносят женских слез, но я сейчас не в том состоянии, чтобы жалеть его психику.

Наконец, он откашлялся, и как-то неуверенно произнес:

– Я…эм… у меня нет носового платка, но в качестве компенсации я готов подставить тебе мужское плечо, – и легонько улыбнулся. Видимо, ему было неудобно, и он решил таким образом хоть как-то разрядить обстановку.

Алкоголь делает тебя мягче, вытаскивая наружу даже те эмоции и чувства, о которых ты и не подозревал.

Поддавшись минутному порыву, я воспользовалась приглашением и, сделав шаг навстречу, сама прижалась к его плечу.

На секунду он остолбенел, но уже через мгновение его руки аккуратно и бережно приобняли меня.

Мы так и стояли, съедаемые темнотой, в объятьях друг друга.

Когда последние слезы были выплаканы, я почувствовала невероятный прилив нежности, но, одернув себя, с неохотой оторвалась от сильного мужского тела и, подняв глаза, со слипшимися от влаги ресницами, неуверенно прошептала:

– Мне жаль, что я испортила твой пиджак. Если нужно, я оплачу химчистку и …

– Посмотри на меня, – ласково, но твердо прошептал он.

Я никогда не думала, что его тон может быть настолько пропитан нежностью.

Удивленно подняла взгляд и встретилась с черным омутом, в котором уже погрязла, чуть ли не по шею.

Поцелуй, который заставил мое сердце биться чаще и хаотичнее. Его язык проник в мой рот, но, не столько требуя, сколько даря приятные ощущения. При этом его рука уже путешествовала по моему телу, мягко скользя по спине и опускаясь все ниже и ниже. Мое дыхание сбилось, стоило его горячей ладони коснуться голого участка кожи. Он дал мне секунду на привыкание к такой близости, а затем медленно прочертил дорожку в обратном направлении, но уже находясь под юбкой.

Его пальцы медленно коснулись резинки трусиков, легонько оттягивают ее в сторону, а затем вновь возвращают на место, как бы играя и распаляя мое желание еще сильней.

Я также не остаюсь в долгу. Моя рука скользит по его рубашке, исследуя и убеждаясь, что на ощупь его тело такое же прекрасное, как и внешне. Но и этого мне мало. Я хочу чувствовать его кожу, поэтому, расстегнув пуговицу, прокладываю путь к его голой груди. Моя рука останавливается рядом с его сердцем и замирает, ощущая ритмичное биение.

Обоюдный стон, и Макс на секунду отрывается от моих губ, чтобы затем осыпать поцелуями линию моего подбородка, ключицы, чувственной ложбинки между грудей.

Я начала растворяться в своих ощущениях и чуть было не совершила роковую ошибку, сказав этому мужчине «да», как вдруг мой помутневший от мужских ласк взгляд цепляется за знакомую фигуру на моем балконе и, будто в замедленной съемке я наблюдаю, как чуть развернувшийся от манипуляций пьяной девушки ковер медленно, но верно начинает сползать вниз по заданной траектории. К сожалению, прямо на нас.

Звук падения – и свет погас.

ГЛАВА 29.

<Стрельцова>


– Ну не хрена себе! – воскликнул Макс, когда под тяжестью ковра мы оба, не удержавшись на ногах, свалились на землю. При этом я оказалась снизу, и большая часть удара пришлась на мужчину. – Это что сейчас было? – скинув с нас злополучное ворсистое изделие, он стал озираться по сторонам в непонимании происходящего.

– Небо упало на наши головы, –  решила отшутиться я фразой, услышанной, когда-то в фильме про маленьких галлов, воюющих против Цезаря.

Макс непонимающе уставился на меня, а затем перевел взгляд на ковер. Медленно проследил глазами весь путь падения покрытия, и когда вновь его взор обратился на меня, прищурился, отчего я нервно сглотнула.

– Твоих рук дело?

– Когда бы я успела? Я все время была с тобой, – пожала я плечами, а сама уже продумывала план побега.

– Действительно. Ну, тогда, если это не твой ковер, то мы его сейчас отнесем Виктории и спросим, кто из персонала решил так пошутить, – и принялся скатывать покрывало в рулон, как совсем недавно мы это делали с Марго.

Не на шутку испугавшись, я вцепилась в противоположный край, не давая ему закончить:

– А знаешь, видимо, все же это мой. Ну, точно, мой! Я его сушиться на балкон поставила, вот он нечаянно и свалился.

Мои оправдания звучали очень глупо, но другого объяснения я не нашла.

– А это что? Пятно от вина? Да еще и свежее?

Рука-лицо [1]. Пришлось признаваться, не упоминая своего главного предводителя – Маргариту.

– И что же ты собиралась делать с ним на улице?

– Как что, отмыть, почистить.

– После того что ты уже сделала, ковру требуется срочная химчистка, а не вся эта самодеятельность. А вдруг, тебя бы заметили?

– Ну, где я ее возьму, эту химчистку? Выезжать нам нельзя, Виктории говорить – опасно для жизни.

– Ты можешь попросить меня об услуге.

– А ты опять попросишь что-то в обмен. Я еще кулон назад не вернула, а ты вновь хочешь меня в долги вогнать.

Он внимательно посмотрел на меня, видимо, взвешивая все «за» и «против» и, наконец, прервав эту игру в «гляделки», произнес:

– А знаешь, я тебе помогу и кулон верну, если ты проведешь одну ночь со мной.

Я не ослышалась? Он только что предложил мне с ним переспать? Малознакомой девушке? Да что он себе такое позволяет!

Я демонстративно отпустила край ковра, отчего тот громко стукнулся о землю, и с раздражением «выплюнула»:

– Ну, знаешь ли! Я на это не подписывалась! Иди, зови Вику и давай уже покончим с этим! Заодно я расскажу, как ты шантажируешь девушек и заманиваешь в свою постель! – произнесла я на одном дыхании, кипя от злости.

Вот же хам!

– Боже, ты о чем вообще подумала? Если мне не изменяет память, я не намекал тебе о плотских играх в постели. Всего лишь побудешь одну ночь моей Шехерезадой. Видишь ли, вечера без телефонов и без друзей весьма скучны и однообразны, –  с печалью в голосе добавил он, на что я скептически приподняла бровь.

– Хочешь сказать, –  медленно проговорила я, – что я тебе нужна не как секс-игрушка, а как рассказчица сказок на ночь?

– Никогда не слышал сказки.

– Тебе что, мама в детстве не рассказывала? – хмыкнула я, но, увидев выражение его лица, прикусила язык.

Видимо, разговор о матери был табу. Его глаза почернели, и, поставив свернутый ковер вертикально на землю, он скрестил ноги и, чуть облокотившись на рулон, спросил:

– Ну что, по рукам?

– Только без приставаний, намеков и пошлых шуток! – выдвинула я свои условия.

– А флирт считается?

Я не нашлась что ответить, и ему хватило этой секундной заминки, чтобы схватить мою ладонь и крепко ее сжать.

– Рад, что мы пришли к консенсусу [2]. Итак, а теперь пошли прятать твое сокровище, а завтра утром я передам его одному проверенному человеку, который и отвезет ковер в химчистку, – по-мужски водрузив сверток на плечо, он первым пошел к беседке, а я поплелась следом, ловя себя на мысли, что не могу отвести взгляд от внушительной мужской фигуры.

Макс был красиво сложен, и смотреть на него было эстетически приятно. Особенно сейчас.

Рубашка натянулась, и моему взору предстали выпуклые мышцы спины и предплечий. Интересно было наблюдать за игрой мышц, когда он нес наш маленький секрет в укрытие. В этот момент он больше не был похож на богатенького сыночка, а скорее на обычного, сильного и красивого мужчину.

Я так засмотрелась, что упустила момент, когда мы добрались до нужного места. Спрятав ковер в темный уголок беседки, мой герой стряхнул руки и, посмотрев на меня, победно улыбнулся.

Сейчас, стоя рядом с ним, меня терзали сомнения, а действительно ли я не хочу себе этого мужчину?


Сноски:

[1] Face «лицо» + palm «ладонь» (рука-лицо) — популярное онлайн-выражение в виде физического жеста. Более широко известная трактовка выражения: «лицо, закрытое одной рукой», которое является проявлением разочарования, стыда, уныния, раздражения или смущения.

[2] Консенсус – общее согласие по обсуждаемому вопросу, достигнутое в порядке обсуждения, без процедуры голосования.


<Буров>


Стоящая передо мной девушка казалась мне загадкой века. То она колюча, как еж, то смущается, как первоклашка, то шутит про упавшее небо…

Я теряюсь в догадках, что она еще может выкинуть. Хоть в прямом, хоть в переносном смысле этого слова.

Я понял по выражению ее лица, что вытащить на улицу ковер было не только ее задумкой. У нее был сообщник, и не сложно догадаться, кто именно. Вопрос, где они нашли вино, ведь на ужине Маргарита была у меня на виду. Я могу представить Стрельцову, пытающуюся припрятать бутылку за пазуху, оправдываясь, что у нее клептомания, или у меня что-то не то со зрением, но ее с нами не было. Значит, бутылка из хозяйского погреба. Но как они его нашли?

После сегодняшнего поцелуя, когда я понял, что теряю весь свой холодный расчет и ум только от вида этих прекрасных невинных глаз, я понял, что действовать надо быстрее и аккуратнее. Будем брать эту крепость штурмом.

Одна ночь, которая должна поставить, наконец, точку.

Условие было, что я не буду к ней приставать, а что, если она сама первая сделает этот шаг?

Я долго не мог уснуть в предвкушении. И когда утром за завтраком ко мне подошла Вика с новостью о следующем этапе, я невольно загорелся. А почему бы и нет?! Люблю активное времяпрепровождение, особенно интересно самому побывать в роли мышки.

Подготовив спортивный костюм цвета хаки и легкие кроссовки, направился в душ, тихонько посвистывая. Ну, Стрельцова, посмотрим, какой из тебя охотник.


Игра «Мишень» представляла собой смесь пейнтбола и старой детской игры «казаки-разбойники». Нам всем выдали карты дислокации, обмундирование и специальное оружие, заправленное цветными шариками. Цель – найти меня и забрать красную ленту, которую я предварительно завязал на плече.

Мне выделили участок с укрытием, где я засел в засаде, поджидая своих «врагов». Девочки поделились на команды по две и сейчас движутся в мою сторону, готовые силой и хитростью достичь цели и вырвать победу. У каждого из нас по три выстрела и, судя по настрою Алисы, меня ждет славная игра!

ГЛАВА 30.

<Стрельцова>


После завтрака нас огорошили новостью о следующем этапе. Я была возмущена до предела. Во-первых, я ненавижу подобные игры со стрельбой и применением грубой силы, а во-вторых, не понимаю, зачем невесте миллионера эти знания киллера? Я же не самка богомола, чтобы после свадьбы избавиться от своего нареченного. Мы что в чертовом шоу «Армейский магазин»? О чем вообще думала Вика, соглашаясь на это?

Единственный плюс – это возможность выбора напарника. И, конечно же, мой выбор пал на Марго, как и ее – на меня.

Да, мы впервые за два дня покинули место своего обитания и сейчас находимся черт-те где. Камеры, что были прикреплены к нашему шлему, фиксировали каждый наш шаг, в нем же был установлен маячок, в случае если мы потеряемся.

После того как нам провели инструктаж и выдали обмундирование, был дан старт, и мы побежали.

Достигнув ближайшего дерева и воспользовавшись им как укрытием, мы попытались восстановить дыхание и еще раз свериться с картой.

– Честно, я не ориентируюсь в местности. Так что если ты, так же как и я, болеешь топографическим кретинизмом, то финита ля комедия, как говорится, – развела я руками на что Марго, посмеиваясь, поправила мой шлем, который то и дело у меня сползал на глаза.

– Почему ты не сказала, что твой шлем тебе велик? – вместо ответа спросила девушка.

– Не знаю, наверное, пребывала в шоке от поставленной задачи.

– Так, – протянула она, всматриваясь в карту, – нужно идти туда, обогнув и зайдя с тыла «врага».

– А где гарантия, что он не ждет нас именно там?

– Алис, мужчины вообще недооценивают женщин, они думают, мы глупые, наивные создания, тогда как дай нам власть, мы перевернем планету.

В этом я с ней частично согласилась, однако Макс весьма умный мужчина.

Мы двинулись по запланированному маршруту. В комбинезоне и шлеме было довольно жарко, а оружие, которое приходилось постоянно держать, норовило то и дело упасть. Я чувствовала себя паровой котлетой, что как раз будет готова к нужному времени, и сама побежит в рот этому Гризли.

Выйдя на опушку, мы сделали привал. Достали приготовленный проектом сухой паёк и сели прямо на землю. Подкрепившись и собрав пожитки, мы уже хотели было уходить, но Марго, сетуя на неудобные штаны, нагнулась, чтобы закатать их, и в этот момент прогремел выстрел.

Мы резко обернулись и увидели испуганную фигуру Кристины с ружьем наперевес.

– Ну все, хочешь войны, ты ее получишь! Алиса, стой здесь! – и, выпрямившись, Марго побежала за девушкой, которая испугавшись, скрылась за ближайшими деревьями.

– Марго, стой!

Но куда там!

Повесив на плечо оружие, я тоже побежала, но пройдя несколько шагов и не увидев девушек, поняла, что я потерялась.

Вот он топографический кретинизм в действии. В трех соснах заблудиться! Это твой новый рекорд, Стрельцова!

После десятиминутного блуждания вокруг лиственных деревьев, я пнула от отчаяния лежащий на траве камень и и села на землю. Как же меня достала эта природа! И зачем вообще придумали этот «курс новобранца»?

Солнце уже клонилось к закату, и скорее всего, если меня не найдут, то я сооружу себе тут шалаш и всю оставшуюся жизнь проведу отшельницей…

Шлем вновь сполз на глаза, и от отчаяния я сняла его, чтобы хоть немного остыть, как вдруг моих ушей коснулся злорадный голос:

– Ну что, Стрельцова, теперь твоя очередь падать, – я резко подняла голову и увидела в паре метров от меня нашу Королеву с направленным в мою сторону ружьем.


<Стрельцова>


– А ты думала, я забуду, как ты меня толкнула и порвала мое платье? А тот обед? Ты специально помогла своей подруге и подставила меня!

Я сглотнула и спокойно, без резких тонов в голосе, постаралась донести до нее:

– Лиза, я не специально это сделала. Долгая дорога, лимузин, длинный шлейф…

– И желание победить! – зло выплюнула она, – Я что, по-твоему, не вижу, как ты на него смотришь? Еще бы, молод, красив, богат! Такой шанс выпадает редко. Но он мой, слышишь, только мой! Я его уже год окучиваю, и никто из вас его не достоин! Ты маленькая мошка по сравнению со мной! У тебя нет ни денег, ни образования, ни шмоток! Ходишь как нищенка, манер никаких! Одно ходячее несчастье! Он с тобой только играет! Ты для него диковинка, вот и все. И сегодня выиграю я, а ты отправишься коров доить в свой Мухосранск! – Она вновь направила на меня свое оружие, целясь в голову.

«И надо было снять шлем именно в этот момент!» – сетовала я на свое неблагоразумие, боясь лишний раз пошевелиться.

Думай, думай Стрельцова! Никто тебе сейчас не поможет, кроме тебя.

И тогда мне в голову пришла мысль, и, не успев толком обдумать, я претворила ее в жизнь:

– Макс! – крикнула я как можно громче, обращаясь за спину девушки, на что она резко обернулась, и это стало ее ошибкой. Два выстрела один за другим, и объект поражен.

– Ах, ты ж…! – зло прокричала она, но я уже, перекинув оружие за плечо, бежала в противоположную сторону, оставляя позади девушку, в ярко-красной краске.

Только не оборачиваться!

Мне все казалось, что она вот-вот меня догонит, но, видимо, судьба в этот раз мне благоволила.

Спустя пару минут спринта, зацепившись ногой за корягу, я упала, больно царапая ладони о сухие сучья.

В горле пересохло, рюкзак я забыла на той самой опушке, только автомат с шариками за спиной.

Вот это адреналин!

Чуть успокоившись, начинаю безудержно хихикать. Это надо было купиться на такую бородатую уловку!

Успокоившись, выравниваю дыхание и только сейчас слышу вдалеке знакомый голос. Ползу тихонечко, стараясь слиться с природой, и, наконец, вижу свою цель.

ГЛАВА 31.

<Стрельцова>


Мое лицо сейчас, наверное, представляет собой еще то зрелище. Я уже более пяти минут лежу на траве, не шевелясь, наблюдая, как этот пижон поет незамысловатую песню.  Ни за что бы не поверила, если бы собственными глазами не увидела!

– Это уже четвертая, с тех пор как я здесь, – я вздрогнула, услышав сбоку знакомый голос. Обернулась и встретилась с родными зелеными глазами.

– Ты где была?

– Кристина, маленькая дрянь, по повелению своей госпожи выслеживала нас. Дословно объяснив ей, что не стоит потакать всем желаниям королевы, вывела ее из игры и вернулась за тобой. Но угадай, что я там нашла? Только рюкзак с запасом. Вот, – показала она на свою ношу за спиной. – А где твой шлем?

– Лучше не спрашивай, – устало махнула рукой, – побежала за тобой, потерялась, а когда уже совсем было отчаялась, присела отдохнуть и встретилась с нашей королевой, которая мне чуть голову не подстрелила, обвиняя во всех смертных грехах.

– Вот стерва! Она, видимо, специально все придумала! Попросила Кристинку отвлечь меня, чтобы один на один расправиться с тобой. Ну, придем, мы с ней поговорим!

– Не нужно, она свое получила уже.

И в ответ на немой вопрос пояснила:

– В этой битве она проиграла. Не светит ей свидание, – и хмыкнула.

– Что делать будем? – спросила Марго, указывая на Макса. –  Как брать будем?

Я проследила за направлением ее руки и уткнулась взглядом в фигуру мужчины, что делал многочисленные приседания. Он так ловко пружинил, что я невольно засмотрелась.

 – А знаешь, – прервала наше затянувшееся молчание Марго, – ведь Лиза нам очень помогла.

– Да? И в чем же? – я оторвалась от созерцания мужчины и обратила свой взор на зеленоглазую красотку.

– Она подкинула замечательную идею, как достать ленту. Осталось лишь предворить ее в жизнь…

С этими словами, она подползла ко мне ближе и стала делиться стратегическим планом, завершив повествование вопросом:

– Ты со мной?

Минутное колебание, и Марго, буквально вытащив из меня согласие на эту авантюру, повела показывать место будущих военных действия.


Я старательно лезла на дерево, цепляясь за ветки, к заветному суку. Мы специально выбрали это место, чтобы меня не сразу можно было обнаружить, благодаря густой листве.

Когда я поняла, что в этом безумном плане именно я  должна буду сыграть роль снайпера, то невольно выдохнула. Все же приманкой быть мне вовсе не хотелось, учитывая, что в любой момент я могу сбиться с намеченного пути и завести нас с Максом в какое-нибудь болото, далекое от места Х.

Но когда Марго стала засматриваться на деревья, мне стало страшно. Все же я не люблю высоту. Но делать было нечего. Других ролей для меня не было, поэтому, сжав зубы, я пообещала девушке, что сделаю все, что от меня зависит.

Зацепившись одной ногой за сук, я аккуратно перенесла свою массу тела на него и, усевшись верхом и продолжая держаться за ствол руками, взглянула вниз.

Не высоко, но достаточно, чтобы попасть в цель.

Воспользовавшись тактикой девочек, мы решили с помощью приманки выманить нашу цель за пределы его территории и вывести из игры путем неожиданного выстрела сверху. Все же шарики рассчитаны на короткое расстояние и при выстреле неуклонно стремятся вниз под тяжестью своего веса. Укрытие в виде дерева было идеальным с этой точки зрения. Но если учитывать, что стрелять будет человек, который априори боится высоты, было глупо.

Удостоверившись, что я благополучно устроилась в засаде, Марго побежала выманивать Макса. Прошло уже минут десять, а их все не было. Я даже забеспокоилась.

Наконец шуршание снизу подсказало, что цель близка. Сильнее сжав ствол бедрами, прицелилась и, увидев знакомую фигуру, медленно нажала на курок. Но ничего, кроме щелчка, не произошло. Осечка!

Предприняла вторую, третью попытку, но безрезультатно. Тут я понимаю, что, видимо, повредила оружие, когда упала, убегая от той грымзы.

Меня накрыла паника. Макс уже почти вплотную приблизился к моему дереву, и я отчаянно пытаюсь придумать хоть что-нибудь!

Мой взгляд блуждает по оружию, и я понимаю, что выход только один – бить вблизи. Вытащив, из магазина один шар, чуть сжала его в руке. На ощупь он был твердый, как камень, но благодаря проведенному до игры инструктажу, я знала, что на деле он хрупкий, как яйцо.

Перекинув ногу, набираю в грудь побольше воздуха, и как только Макс оказывается под моим деревом, выкрикиваю:

– Эй, красавчик! – и, закрыв глаза, прыгаю прямо на него.

ГЛАВА 32.

<Буров>


Прежде чем я успел понять, что происходит, она прыгнула на меня сверху, повалив тем самым на траву, и быстрым движением руки легонько стукнула по моей груди, отчего у меня на спецовке стала растекаться красная краска.

Все еще продолжая упираться своими коленями в мои плечи, сорвала с моего плеча ленту, и победно улыбнулась. Она проделала это с легкостью, какой позавидовал бы сотрудник спецназа.

Время остановилось.

Мы неподвижно смотрели друг другу в глаза.

Я не ожидал ничего подобного и сейчас, глядя на мое видение снизу вверх, чувствовал, как меня переполняет гордость за эту девушку.

Такая прекрасная, такая неистовая.

Её грудь вздымалась и опадала так соблазнительно, что я не смог совладать с собой, и моя рука потянулась к заветным холмикам. Я провел рукой, ощущая под тканью футболки ажурный лифчик, и этого было достаточно, чтобы мое тело мигом «ожило» и откликнулось.

Я боялся, что она оттолкнет, но, увидев как она прикрыла от удовольствия глаза, расслабился. Приподнявшись, снял шлем и, притянув девушку ближе, поцеловал в губы, прижимая ее бедра к своему твердому паху. Её рука тем временем, сжав ткань моей футболки, потянула вверх, сбаривая в своеобразную гармошку, и вот моя голая грудь чувствует прохладу ее пальцев.

Прервал поцелуй, чтобы в следующую секунду прильнуть губами к ее затвердевшим соскам. Девушка ахнула и подалась вперед, стоило мне чуть прикусить заветную вершинку сквозь ткань футболки.

Мои руки продолжали исследовать ее тело, когда она, схватив меня за голову, оторвала от груди и притянула к своим губам. Теперь этот поцелуй принадлежал ей. Она отдавала, а я бессовестно брал.

Мир, казалось, сузился до нас двоих. Мне уже неважно было, где мы, что с нами происходит, и как жить дальше, главное, что она рядом – такая нежная, чувственная и моя. Еще ни разу я настолько не сходил с ума из-за женщины. Эта мысль пугала, но ровно до того момента, пока я вновь не услышал протяжный стон из ее уст.

Схватив девушку за упругие ягодицы, я стал совершать ритмичные движения, наслаждаясь трепещущим женским телом. Возможно, мы бы отдались своим чувствам прямо здесь, лежа на земле, если бы не протяжный сигнал, свидетельствующий об окончании игры.

Девушка замерла и в следующую секунду резко отскочила от меня.

В ее глазах плескался шок, неверие в происходящее и, видимо, стыд, раз она, мельком взглянув на нижнюю часть моего тела, резко отвела взгляд в сторону.

Я хотел с ней поговорить о том, что случилось, но к нам уже бежала съемочная команда во главе с Викой, поэтому, резко сев, я наскоро прикрыл свое желание лежащим на траве шлемом.

Ненавижу этот проект!


<Стрельцова>


Что со мной только что произошло? Как такое вообще могло случиться? Я прыгнула на него с одной целью – выиграть – вовсе не ожидая, что за этим последует.

Адреналин, вперемешку с потаенным желанием к этому человеку, сделал свое дело, и вот я, как последняя распутная девка, извиваюсь на нем и хочу большего. И я не могу винить только Макса. Я сама была не лучше, распаляясь только видом его голого торса. И если бы не вовремя подбежавшие сотрудники, я бы отдалась этому искусителю прямо тут, на земле, как какой-то дикарь.

Поправив свои растрепавшиеся от обильных ласк волосы, я оттянула футболку и попыталась привести себя в более-менее человеческий вид.

– Итак, у нас есть победитель! Команда «А», вы смогли поймать удачу за хвост, и у вас сегодня будет иммунитет! А вот проигравшая команда рискует потерять одного своего участника. И кто это будет, выясним вечером. А пока до встречи, мои дорогие! – лучезарно улыбнулся на камеру Жора и замер в ожидании сигнала.

– Стоп! Снято! С вами все в порядке? Эх, мы не смогли заснять такой кадр! Где ваш шлем милочка? – обратился ко мне самый главный режиссер, – говорили же, не снимать, там камера. Если бы не шлем героя, так бы и остались тут ночевать. Черт, и высоко же! – присвистнул старичок, взглянув на сук, с которого я совсем недавно отчаянно спрыгнула.

Ко мне подошел Станислав с сочувствующим выражением лица.

– Ты ничего себе не повредила? – мягко спросил он.

– Она упала на мягкое, – огрызнулся Макс, увидев как парень легонько касается моей руки.

Чтобы избежать возможного кровопролития, я легко улыбнулась и ответила:

– Все хорошо, спасибо, – и, скосив взгляд в сторону Макса, послала тому убийственный взгляд, будто говоря «смотри, не проболтайся, что тут только что было».

Взглянув на изрядно измятую траву, на которой я совсем недавно объездила мужчину, жутко покраснела, за что получила ухмылку этого пижона.

Фыркнув, я грациозно встала и злобно ухмыльнулась, осознавая, что этому пижону придется ее какое-то время просидеть на земле, скрывая свое состояние, а затем гордо удалилась из поля его видимости, не оборачиваясь.

Почти у самого выхода из пейнтбольной зоны меня перехватила Марго, которая, визжа от радости, что все получилось, принялась расспрашивать подробности.

Я старалась отвечать спокойно, не выдавая своего истинного волнения, тщательно обдумывая свои слова, избегая щекотливых вопросов.

Дослушав до конца, она как-то подозрительно сощурила свои глаза, пытаясь понять, что я умолчала, но вслух ничего не произнесла. Взяв меня под руку, она уже была в предвкушении, как мы с ней отпразднуем победу, точнее, за бутылочкой какого вина. Видимо, вчерашнее ее ничему не научило.

После ужина пришел недовольный Макс, который объявил, что в связи с нарушением правил, а именно потерей шлема одной из участниц, победительницей становится Маргарита, а прощаемся мы с Кристиной, которая, потратив все свои патроны, выбыла, получив выстрел в грудь. Елизавета, хоть и была простреляна, но ее магазин оказался полон. Это и сыграло решающую роль.

Марго немного растерялась и, взглянув на меня, начала извиняться, но это было лишнее. Она же не виновата, что я потеряла шлем.

Главное, Марго осталась, а шоу покинула последняя фрейлина нашей императрицы, чему я была рада.

Итак, нас осталось трое и одно свидание. Выиграть конкурс оказалось куда сложнее, и меня не покидало чувство, что, если вдруг я выиграю, то потеряю нечто ценное, а именно свою свободу.

ГЛАВА 33.

<Буров>


Я был в ярости. Этот цербер в юбке, ссылаясь на правила игры, дисквалифицировала мою Стрельцову, будто мы на Олимпийских играх находимся! Ну, потеряла она шлем, ну что с того? Она и без этого смогла сделать то, что другим не удавалось. И это я сейчас не о ленте.

Что же в ней такого, что я готов идти напролом, спускаясь в самый ад? Моя вера пошатнулась. Впервые я не знал, как вести себя с женщиной. Она не поддавалась никакой логике! Вектор без направления. Вновь и вновь копаясь в своих чувствах, в итоге всё равно заходил в тупик.

Когда мой бизнес пошел в гору, наконец сдвинувшись с точки безубыточности, и бар «Затерянный рай» стал популярным местом в Москве, девушки сами раздвигали ноги, увидев меня… А тут…Бессмыслица одним словом!

Мне нужно было это свидание, нужно было расставить все точки над i, но вот приходит Виктория и говорит о правилах. Да к черту их!

Я шагаю по комнате, будто загнанный зверь. Я должен что-то предпринять, но что?

Завтра очередное свидание с девушкой, и я вновь буду в обществе не той, с кем желаю быть. Как же это раздражает! Как давно я не был рабом обстоятельств.

Ложусь на кровать, продолжая сетовать на дурацкие правила.

Я вновь не могу уснуть, ворочаясь и пытаясь забыться. Меня не покидало чувство, что я будто плыву по течению. Что я не главный в этой игре.

Эта борьба за внимание мужчины неправильна. Я не хочу идти на поводу у незнакомых мне людей!

«Если гора не хочет идти к Магомету, Магомет пойдет к горе», и с этой мыслью я встал с постели и пошел к своей Афродите. Все же, она мне должна!


Миновав лестничный пролет, крадусь по знакомым темным коридорам к своей цели.

Уже около самой ее двери меня охватывает нетипичная для меня неуверенность, но я гоню ее прочь и, аккуратно надавив на ручку, открываю дверь.

– Наконец-то! Я в ванной! Давай быстрее, я уже час тебя жду! – доносится из-за смежной двери женский голос, и я удивлено приподнимаю брови.

Она меня ждет?

Наверное, в связи с отсутствием должного сна и постоянного растущим желанием я напрочь отбил все свои последние мозги, раз вдруг решил, что такая девушка, как Алиса, будет меня ждать в ванной.

Но в тот момент, услышав эти слова, я не мог и предположить, что они адресованы не мне.

Преодолев широкими шагами пролет, захожу в ванную комнату и чуть ли не седею при виде стоящего напротив раковины создания.

– А-а-а! – вскрикнул я от неожиданности, начав пятиться к двери.

– А-а-а! – одновременно со мной взвизгнуло пятнистое чудо и кинулось к душевой шторке.

– Я лимон не нашла, но можно попробовать еще вот этим, – в дверях показалась та, что давно засела в моих мыслях. Она оторвала взгляд от баночки в своих руках и изумленно посмотрела на меня.

Волосы Алисы были собранны в высокий аккуратный хвост, открывая чудесный вид на ее хрупкую бледную шею, где я мог рассмотреть, как лихорадочно бьется жилка. Она была одета в черный топ на бретельках и малиновые шорты, которые явно не ее размера.

На лице девушки отразилось непонимание происходящего. Она мимолетно бросает свой взгляд на выглядывающую из-за шторки Гюльчатай [1] и вновь возвращается ко мне.

Невероятного цвета глаза сужаются, а ее руки упираются в бока.

– Я стесняюсь спросить, но КАКОГО ЧЕРТА ТЫ ДЕЛАЕШЬ В МОЕЙ КОМНАТЕ ПОЗДНО НОЧЬЮ, ДА И ЕЩЕ ПУГАЕШЬ МОИХ ГОСТЕЙ?

– Это я-то пугаю? Да эта Смурфетта [2] меня чуть в гроб не вогнала своим видом. У вас что, маскарадная вечеринка? К Хэллоуину готовитесь? – указываю пальцем на прячущуюся за шторой женскую фигуру.

– Не думала, что одна хрупкая девушка может напугать такого злого гризли, как ты, – мне не послышалось, она только что назвала меня гризли? – Марго, хватит прятаться, пусть сам увидит, на что готовы девушки ради одного крупного самца.

Она говорит это ехидным голосом, в котором звучат нотки раздражения.

Шторка отодвигается в сторону, и наконец я могу без лишних потрясений рассмотреть знакомую фигуру некогда темноволосой красавицы.

– Твоя так называемая фаворитка, – продолжила Алиса, не забыв сделать пальцами в воздухе кавычки, – решила получить победу любой ценой и добавила в шампунь Марго синьку. На большее у нее мозгов, видимо, не хватило. И как теперь ей завтра идти на свидание с тобой, когда вокруг куча операторов?!

– Но почему вы решили, что эта сделала Лиза? – не унимался я, хотя и сам понимал, что, кроме этой взбалмошной девчонки, никто не мог.

– Больше некому! Не будет же Вика сама это все подстраивать ради шоу?

Я согласно кивнул. Зная, на что способна Лиза в своей маниакальной манере, я мог представить, что это ее рук дело.

Взглянул на Смурфетту и встретился с ее растерянным грустным взглядом.

– Наверное, Макс, я не смогу пойти на завтрашнее свидание с тобой. Мне очень жаль. Хорошо бы просто не уйти домой, – грустно проговорила девушка.

Чувствуя долю вины, ведь именно я привел на шоу Лизу, и именно из-за меня она пытается избавиться от конкуренток таким нечестным способом, я принял решение наказать виновницу.

Молча развернувшись, вышел из комнаты в поисках Силиконовой долины.


Сноски:

[1] Гюльчата́й — персонаж художественного фильма «Белое солнце пустыни».

[2] Смурфетта — вымышленная героиня мультсериалов, фильмов и комиксов франшизы «Смурфы», имеющая голубой цвет кожи.

<Буров>


– Сова, открывай, медведь пришел! – прорычал я и, не дожидаясь ответа, рванул на себя дверь. Несмотря на то, что комнаты своей планировкой были схожи, настроение, витавшее в воздухе, было совершенно другим. Балкон закрыт, шторы плотно задёрнуты, а сама хозяйка, в шелковом халате, лишь лениво подняла бровь, увидев мое отражение в зеркале.

– Какая же я тебе сова, малыш, – протянула сладко она, поворачиваясь ко мне лицом.

– Накинь что-нибудь на себя, есть разговор.

– А может, стоит наоборот, что-то снять с себя? – призывно облизнулась она, и, встав с пуфика, потянула свои наманикюренные коготки, но я был не в настроении флиртовать.

Перехватив ее пальцы, крепко сжал их.

– Я предупреждал, – и потащил возмущенную девушку в коридор.

Под громкую женскую брань, которая разбудила не только весь дом, но и спальный район в целом, я затащил брыкающуюся Лизу в комнату к Стрельцовой и только тогда отпустил ее руку.

– Ита-а-а-к, – потянул я, – твоя работа? – указал на голубое лицо Маргариты.

Лиза метнула злобный взгляд на девушку, а затем, ухмыльнувшись, произнесла:

– Нет.

– А вот экспертиза говорит иначе.

– Ка-а-кая экспертиза? – ее бравада дала сбой, и я заметил, как взгляд девушки испуганно заметался по комнате, а поза стала менее воинственной.

– Дактилоскопическая [1]. Не думаешь же, что такое крупное шоу спустит все на тормозах? Ты уже большая девочка, должна понимать, что чистосердечное признание дает право на смягчение приговора.

Я устрашающее смотрел на нее, давая понять, что не доросла она до такого игрока, как я. Я уже сто раз пожалел, что пригласил именно эту девицу.

Накачавшись какой-то херней, она в хлам разбила отцовскую тачку, свалив все на своего непутевого братца, который уже числился в семье паршивой овцой. Был скандал, после которого его отослали из города в сельскую глушь, не дав даже объясниться, а любимая лапочка-дочка осталась таким же невинным ангелочком в глазах родителя. Единственное доказательство непричастности младшего Горгунова находилось в моем кабинете, и я, угрожая показать видеозапись ее отцу, попросил /Лизу помочь мне, сыграв роль невесты на шоу. Но кто мог знать, что у этой девушки настолько все не в порядке с головой.

– Мы ждем. Не заставляй меня идти на крайние меры, – предупреждаю в последний раз и скрещиваю руки на груди, давая понять серьезность моих слов.

Она сдается. Я вижу, как внутри нее что-то ломается, и девушка начинает говорить:

– И что? Вам все равно никто не поверит. Нужно было тщательнее смотреть, что льешь на голову. Не моя вина в этом. Знали же, куда попали. А чего ты строишь из себя недотрогу? – обращается она к Маргарите, – вон как вылупила свои глазищи. А откуда, спросите у меня, взялась эта синька? Я что думаете, вещи тут подкрашиваю? Ну, спросите же! А я вам так отвечу, именно у нее я и взяла бутылек! Зачем она притащила его сюда? Правильно думаете! Сама хотела все сделать, но я опередила!

Я слушал этот истеричный монолог и смотрел лишь на одну девушку. Стрельцова молчала и спокойно смотрела на сочащуюся ядом Лизу, и я невольно восхитился ее выдержке.

– Мне жаль тебя. Не умеешь честно бороться, так умей хотя бы достойно проигрывать, – только и произнесла она, крепко сжимая руку подруги.

– Да ты чего мелешь, провинциалка! Ходишь тут: я не я и хата не моя! А сама вон как бедрами крутишь! Да если бы ты выиграла это свидание, то сейчас стояла бы на ее месте, – тыча пальцем в Смурфетту, яростно чеканила Лиза, – и мы посмотрели бы, кто из нас проигравший.

Алиса угрожающе сверкнула глазами, в которых бушевал самый что ни на есть шторм, и хотела было сделать шаг, но я опередил.

– Хватит! – все вздрогнули, но не она. – Лиза, либо ты завтра по собственному желанию покидаешь конкурс, либо… – я сделал многозначительную паузу, – берешь бутылек и мажешь свое лицо. Это будет справедливо.

Девушки разом бросили на меня удивленный взгляд. Однако промелькнувшее в глазах Алисы одобрение отозвалось приятным чувством в груди.

– Макс, ты чего? – подошла Лиза ко мне ближе, – Ты ведь так шутишь, да? Посмотри на меня. Макс? –   надеждой протянула девушка, а после, поняв, что я серьезен как никогда, вспыхнула, – Да ты больной придурок, раз считаешь, что я готова испортить свою внешность ради конкурса! Да я тут только из-за…

– Из-за своей любви ко мне, ты хотела сказать? – усмехнулся я. – Даю время до утра. Либо превращаешься в Смурфетту, либо уходишь с шоу.

Девушка вспыхнула и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, гордо попыталась покинуть комнату, но около самой двери я ее остановил:

– Не забудь, что мое предложение аннулируется, если ты сама уходишь с шоу.

– Да пошел ты, Буров, к черту! – и хлопнула дверью.

– Не хочу стоять с тобой в одной очереди, Лиза, – мило улыбнулся, когда она захлопнула дверь.

– Я, пожалуй, тоже пойду, – пискнула Смурфетта и, пока мы не очухались, юркнула следом.


Мы остались одни. Девушка с глазами грозового неба и мужчина, который беспечно тонул в них.


Сноски:

[1] Дактилоскопическая экспертиза – это анализ отпечатков пальцев человека с целью установления его личности.


<Стрельцова>


Увидев этого Гризли на пороге моей комнаты, я опешила. Но когда он привел за руку брыкающуюся Королеву в одном неглиже, это и вовсе побило все рекорды сегодняшних потрясений.

Еще с той встречи на кухне я подозревала, что они с Лизой не случайно встретились на этом проекте. Это было заметно по фамильярному отношению девушки к этому мужчине и постоянным намекам, на некое соглашение, заключенное между ними.

Поэтому меня настолько сильно впечатлил его поступок «по справедливости», что я невольно прониклась уважением к этому человеку и посмотрела на него под другим углом. Я так же оценила его жест по отношению к Лизе, когда он не просто жестко поставил ей условие, а дал выбор. По сути, она сейчас должна решить, либо падает в ту же вырытую для другой девушки яму, либо уходит с проекта, но тогда потеряет Макса. Для чего он ей нужен, я пока не совсем понимала, но то, что девушка испытывает к нему симпатию и ежу понятно.

Марго была настолько расстроена, когда после душа увидела в зеркале не красивое ухоженное лицо, а Зелибобу [1] без галстука, что прибежала ко мне вся в слезах. Конечно, была и истерика и угрозы приклеить диадему намертво к волосам королевы, но после пары глотков успокоительного, которое мы еще с того вечера не допили, она немного расслабилась и ограничилась лишь бранными словами в адрес этой «Жабы».

Я была настолько зла на Лизу с Максом, что не сразу поверила своим ушам, когда услышала поставленный им ультиматум Лизе. Я стояла и смотрела в глаза тому, кто отчасти был виновен в происходящем, и не чувствовала ни страха, ни ярости, лишь восхищение и желание, которое я не смогла до конца притупить после игры в «Мишень».

Как вообще он оказался в моей комнате? Зачем пришел сюда? И почему остался и смотрит на меня таким тягучим взглядом?

В голове крутилось множество вопросов, ответы на которые мне хотелось получить от него, но произнесла я вовсе иное:

– Спасибо, – почему мой голос такой хриплый? Будто я ведущая телешоу «Секс с Анфисой Чеховой».

От таких неожиданных мыслей меня бросило в жар, и я нервно сглотнула.

Он внимательно следил за каждым моим движением, продолжая молчать и гипнотизировать взглядом, что лишь усугубило мое положение. Я почувствовала, как кровь прилила к щекам, и, пытаясь хоть как-то сохранить свое и без того хрупкое равновесие, нарушила неловкое молчание:

– Вика будет в ярости, когда узнает, – зачем-то произнесла я вслух.

– Плевать, – коротко отвечает он, и я с ним мысленно соглашаюсь.

Мне действительно сейчас наплевать, что скажет Вика, и какие будут для меня иметь последствия в итоге. Ладони непроизвольно вспотели, а в горле пересохло. Тело предательски стремилось к ласкам этого невозможного человека, а мозг лихорадочно пытался унять девичье сердечко.

Я непроизвольно облизнула губы, что не осталось без его внимания, и только сейчас поняла, что мужчина также был на взводе и вот-вот мог сорваться в неизвестную пропасть, прихватив меня с собой.

Стало трудно дышать. Мир сузился до нас двоих, и я вновь предприняла попытку снизить градус:

– Ты пришел… – я внезапно запнулась и, откашлявшись, продолжила, – Зачем ты пришел в мою комнату?

– Ты мне должна, – ровным голосом произнес он.

Должна? Я не понимала, что именно должна? В голове туман и ни о чём, кроме как о его чувственных губах, я не могла думать.

– Не понимаю, – честно призналась я.

– Твоя неудавшаяся на улице большая стирка, – напомнил он мне. – Я пришел вернуть свой долг.

– И что же ты хочешь? – будто завороженная, следила за движением его губ.

– Ты мне обещала ночь откровений. Забыла?

– Помнится, ты говорил о сказках?

– Вряд ли я похож на Царя Шахрияра [2], который убивает красивых девушек ради одной ночи удовольствия.

Как знать. Может, именно после этой ночи ты и убьешь во мне что-то важное.

– Я не могу. Вика, она…

– Завтра. Завтра я тебя буду ждать под твоим балконом.

– Что значит «под балконом»? Погоди!

Но он уже захлопнул дверь. Ну что за невыносимый человек с замашками диктатора! Я возмущалась и дулась, а внутри жаждала нашей встречи.


Сноски:

[1] Герой детской телепередачи «Улица Сезам». Зелибоба – большой синий пёс в разноцветном галстуке.

[2] Царь Шахрияр – вымышленный персонаж, ключевой герой обрамления свода арабских сказок «Тысяча и одна ночь», которому Шахразада во избежание казни рассказывает истории.

ГЛАВА 34.

<Стрельцова>


– Как такое вообще могло произойти? – Вика кричала, словно Банши [1]. – Я спрашиваю, как могли две участницы накануне последнего конкурса испачкаться в синьке? И что мне теперь прикажете делать??

Вся съемочная группа, персонал и участницы молча стояли, склонив головы, слушая разъяренную Колокол. Никто не знал, что ответить девушке, не вызвав новую волну негатива.

Спустившись сегодня утром на завтрак, за обеденным столом я застала уже двух Смурфетт, которые, сидя друг напротив друга, зло накалывали на вилку омлет.

Мое появление нисколько не разбавило возникшее напряжение, а когда Колокол самолично увидела участниц, то и вовсе захотелось спрятаться глубоко и надежно, только бы не пасть под горячую руку.

Вика не жалела слов и голоса. Она была в ярости. И не получив должного ответа от присутствующих, кляня «этого демона», вышла из комнаты, не забыв напоследок громко хлопнуть дверью. Надеюсь, «этот демон» вовремя спрячется, а иначе Колокол подрежет ему «язычок».

После ее ухода все заметно оживились и разбрелись каждый по своим делам. Помощница Вики поймала нас около самых дверей, чтобы передать, что сегодня съемки отменяются, и мы можем посвятить этот день себе. Татьяна посоветовала посетить хамам [1], что находился на минус первом этаже дома.

Нам с Марго эта идея пришлась по душе, чего не скажешь о Лизе. Девушка все утро была странно молчалива, и, услышав, что сегодня не будет камер, отмахнулась от предложения помощницы и удалилась в свою комнату, видимо, зализывать раны.

Переодевшись в купальники, весело щебеча, мы спустились в самый низ, чтобы увидеть все великолепие «подземного царства».

Большой потолок небесного цвета освещался встроенной в него подсветкой, а в самой середине был изображен распускающийся цветок с множеством изящных завитушек.

Мраморная мозаика сочного синего оттенка вперемежку с мягкой золотистой подсветкой навевали роскошью Ближнего Востока и уносили меня в загадочный город Аграба. Восточная музыка расслабляла и располагала.

Мы насчитали порядка трех комнат, которые нам стоило посетить. Счастливая Марго с лицом знатока повела меня в ближайшую от нас, что оказалась предбанником, и оборудована была душевыми. Переодевшись и приняв необходимые процедуры, хохоча и держа в руках различные косметические бутыли для тела мы вошли во вторую комнату, где располагалась парная, и обомлели.

Невиданной красоты панно на стенах и потолке завораживали. Необычные завитушки плавными линиями обволакивали помещение, и казалось, будто рисунок при нашем приближении оживал. Расположившись на теплом лежаке, мы принялись приводить в порядок кожу лица и всего тела.

Особое внимание уделили Маргаритиному лицу, которое уже не отдавало такой голубизной, как вчера.

Покончив с вводными процедурами, мы зашли в третью комнату для отдыха. Завернувшись в подготовленные персоналом махровые халаты, мы сели напротив небольшого столика, на котором уже стоял заварник, из которого шел приятный чайный аромат.

– Вот это я понимаю, сервис! – радостно захлопала в ладоши Марго и плюхнулась на небольшой пуфик.

Запах жасмина, приятная мелодичная музыка и гранатовый чай расслабляли и дарили спокойствие, что на мгновение я забыла, где нахожусь и как сюда попала.

– Тебе нравится Макс? – неожиданно спросила меня Марго, отчего я чуть не подавилась чаем. Несмотря на напускную небрежность, которую она вложила в свои слова, ее глаза выдавали в ней заинтересованность в ответе.

Медленно смакуя гранатовый чай, собираясь тем самым с мыслями, я произнесла:

– Он красивый, импозантный мужчина, как он может не нравиться?

– Я не спрашиваю, какой он, я хочу понять, нравится ли он ТЕБЕ?

Молчание. Нравится ли? Если отбросить нашу неприятную первую встречу и его заносчивое поведение, то вполне возможно, что я бы попала под чары этого обаятельного мужчины.

Но обстоятельства играют против нас. Я нахожусь здесь не по своей воле и вряд ли интересую Макса в качестве невесты. Но стоит вспомнить тот взгляд голодного мужчины, и я невольно облизываю пересохшие губы и пытаюсь унять разбушевавшееся воображение.

Услышав тихое хихиканье подруги, вздрагиваю.

– Можешь не отвечать мне, ты весьма красноречива. Могла ли ты предположить, что судьба вот так вот сведет вас с ним? Я отчаянный романтик и фаталист. И знаешь, я уверена, что никакое богатство в мире не заменит родного и нужного человека. Как ты считаешь?

– Я не совсем поняла твой вопрос.

Тут она перестала улыбаться, и ее лицо на миг приобрело серьезный оттенок:

– Алиса, что бы ты сказала, если бы узнала, что Макс вовсе не богатый мужчина с «Феррари», стоящим под окнами его дома? Что если он беден, как церковная мышь? Продолжила бы ты бороться за него?

Глупый вопрос, учитывая, что я и не собираюсь бороться за его сердце, даже если он богат как Крез. Но я пока не готова признаться Марго. Лучше после проекта.  Но она сейчас ждет ответа, и я постараюсь как можно честнее ответить.

– Я не считаю, что любить надо за что-то. Любовь это чувство эфирное, исходящее из глубины твоего сердца. Когда ты не видишь плохое, а надеваешь ярко-розовые очки. И тебе неважно, богат человек, или беден, главное, что он рядом с тобой, и то, как ты себя чувствуешь рядом с ним.

– У-у-у, вот это слова! У меня даже мурашки побежали по телу, видишь? – вытянула она перед собой руки. – Я хочу признаться. Я пришла на проект ради одного человека, и это не Макс. Да, мужчина он видный, но не герой моего романа. Без обид!

Причем тут обиды?

– Причем тут проект и твой принц?

– Ты не понимаешь. Я думала, он начнет ревновать, когда увидит, в какую красавицу я превратилась, и что в меня может влюбиться такой богатый мужчина, как Макс. А ему все равно. Ему комфортно быть любимым всеми девушками. Ни одну юбку не пропустит. Пока я тут, он уже другую окучивает. Я вчера сама слышала по телефону женский голос!

– Погоди, у нас же отобрали телефоны, – удивилась я.

– Не совсем. Я спрятала свой. Но ты же меня не сдашь? – схватила она мою руку и крепко сжала, отчего я невольно поморщилась.

– Конечно, не сдам, что за глупость! – вновь попыталась вернуть свою конечность из плена ее рук, но тщетно.

– А знаешь, если хочешь, я могу тебе одолжить его на время!

– Принца?

–Телефон! – возмутилась было Марго, но улыбка на моём лице дала понять, что я шучу.

– Я бы маме позвонила, но, судя по твоему рукопожатию, мне нечем будет держать трубку, – отшутилась я, отчего девушка пару раз моргнула и, опомнившись, разжала пальцы.

– Знаешь, из этой всей затеи я рада только одному! Что познакомилась с тобой. Ты самая лучшая в мире подруга! Спасибо! – она больше не держала меня, а в ее глазах светилась такая благодарность, что я не выдержала и приобняла девушку.

Несмотря на такие откровения, я все равно чувствовала, что в воздухе витает некая недосказанность, причем с обеих сторон.

Пока мы шли в свои комнаты, девушка нервно кусала губы и порывалась пару раз что-то сказать, но все время одергивала себя.

Я не стала давить, учитывая, что и сама владею тайной, которой не спешила делиться. А стоило…


Сноски:

[1]. Хаммам — экзотическая баня, пришедшая к нам из восточных стран. Ее основные отличия: климатический режим, используемые в оформлении материалы и ритуал парения. Главная отличительная черта турецкой бани — максимально высокая влажность воздуха.

ГЛАВА 35.

<Стрельцова>


Вернулись мы уже к обеду, встретив злую Вику, которая, оказывается, искала Марго по всему дому. Вручив ей баночку с непонятной жидкостью, увела в ванную комнату, отмачивать лицо несчастной.

Оставшись одна, я тоже решила с пользой провести время и вытащила из кармана телефон Марго, который она мне одолжила сразу после нашего с ней разговора.

Запершись и отойдя в самый дальний угол комнаты, я набрала номер мамы.

После пяти продолжительных гудков, наконец, услышала ее голос:

– Алло, алло, говорите!

– Мамочка, это я, Алиса!

– Алиса? Это действительно ты? Т-ш-ш-ш, Боря, убавь звук телевизора, я ничего не слышу! Алло, Алиса, ты еще здесь?

– Тут, мамуль! Я ненадолго. Главное, не переживай, со мной все хорошо, я задержалась на работе и, скорее всего, приеду только в конце этой недели. Мне очень жаль, что я не успела приехать на день рождения тети Светы и … – договорить я не успела, как мама меня прервала.

– Алиса, тут такая ерунда твориться! Тетя Света говорит, что ты жениха себе нашла! Всем уж растрепала, какой он богатый и красивый! Говорит, ты влюбилась по уши, отправилась на шоу ради него. А я ей отвечаю, что моя Алиса не такая. Это что за шоу такое, где девушки теперь добиваются парней? Алло, ты слышишь?

Ну, тетя Света, ну, погоди! И надо было первой сплетнице во дворе посмотреть наше шоу! Неужели новостей и мелодрам ей не хватает?!

– Слышу. Эм-м-м, давай я, как приеду, тебе все расскажу! Ты, главное, не волнуйся, это я по работе, никакого жениха нет, слышишь меня, так и передай тете Свете – большое ухо!

– Какое ухо? –снова шипение, и я, козырьком ладони прикрыв динамик, попыталась четко сказать, – Большое! Мультик помнишь? Скажи ей, что у тех, кто много слушает сплетен, такое ухо вырастает.

– П-ф-ф-ф, глупости говоришь! А мы тут с папой мясо крутим на фарш, пельмени будем лепить. На твою долю сделать?

– Мам, а давай вместе сделаем, как я приеду, а? Ты меня и научишь? Я люблю пельмени, – на том конце провода образовалась тишина, и я даже чуть не рассмеялась в трубку, представив, как моя родительница округлила в удивлении свои и так большие глаза.

– К-конечно, милая! Да я только рада буду тебе показать! Ох-х-х, говорила я, что это с возрастом приходит! Взрослеешь, доченька, видимо, и правда, влюбилась. Скоро и вовсе свою семью построишь, – я услышала, как задрожал ее голос, и попыталась уверить, что не влюбилась я, но мама была непреклонна. – Надеюсь, приедешь с женихом. Я очень рада за тебя! И со свадьбой не тяните! – и маму понесло не в ту степь. Я лишь закатывала глаза при очередном упоминании «жениха» и молча слушала. Лучше не говорить лишнего, а то это надолго затянется.

Когда в мою дверь постучали, я испуганно вздрогнула и быстро проговорила:

– Мамуль, мне пора, работа не волк, сама понимаешь. Люблю, целую!

– И я тебя, милая. Буду вас с Максимкой ждать, – сказала и положила трубку.

Стоп! С каким Максимкой? Откуда? Я что, сама ей имя выложила? Когда?

Цепочка вопросов была прервана повторным стуком в дверь, и, вздохнув, я пошла ее открывать.


<Стрельцова>


«Сегодня в 23:00 под твоим балконом. Не опаздывай. И оденься удобнее»

Короткая записка, переданная мне знакомой девчушкой с рыжими волосами. Я видела ее как-то утром на кухне.

Коротко поблагодарив связную, закрыла дверь и опустилась прямиком на пушистую кровать.

И чего мне стоит ожидать?

Меня пугала и в то же время манила эта неизвестность.

Множество вопросов крутилось в голове, и я предвкушала момент, когда, наконец, найду на них ответы.

Чтобы ни придумал этот пижон, я просто так не сдамся!

Но моя уверенность таяла с приближением заветного часа. Переодевшись в джинсы и найденную в закромах гардероба бледно-розовую кофточку, ровно в назначенное время выглянула с балкона.

Темнота непривычно обволокла меня, и глаза долго пытались привыкнуть к кромешной тьме. Странно, но фонарь, что обычно светил мне в окна, сегодня «спал».

Негромкий свист коснулся моих ушей, и я не сразу поняла, что это меня так зовут. Наклонившись ниже, прищурилась и увидела промелькнувшие знаменитые полоски белого света на штанинах брюк.

– Стрельцова, спускайся, чего ждешь!

– Что-о-о? Не-е-ет! – замотала я головой, округлив глаза.

– Не бойся, я тебя подхвачу. Тут не высоко, – а затем, немного подумав, зачем-то пояснил, – не выше, чем на том суку на дереве.

– Надо, сам поднимайся, но я на такое не подписывалась, – шикнула я в ответ, отрицательно замотав головой, как будто он мог это увидеть. Всю жизнь мечтала получить подобное предложение!

– Стрельцова, не заставляй меня повышать голос. Если я поднимусь, то оказавшись один на один с тобой в комнате, за себя не ручаюсь. Поверь мне, сейчас безопаснее будет ночь провести на свежем воздухе.

– А ты умеешь уговаривать, – ехидно произнесла я, а сама крепче схватилась за перила, чтобы перебросить через них ногу.

– Ну за что мне все это?! – взвыла мысленно я, оказавшись по ту сторону перил.

– Правильно, вот так. А теперь садись и свесь ноги, – скомандовал он.

Конечно, ему хорошо, он на твердой земле стоит.

– Да что ты такое говоришь! Может мне еще в колодец прыгнуть?

– Нет, не хотел бы за тобой лезть в воду. Плавать не умею.

– К-как это? – прекратив скалиться, искренне удивилась я. – Мальчишки же все умеют плавать, – это новое открытие придало мне сил, и я медленно перенесла руки на балконные балюстрады, и,  крепко сжав их, присела на оттопыренный край, свешивая ноги.

– Воды боюсь. Видишь, Мышка, у всех свои слабости. Так, правильно, я тебя держу, теперь отпускай руки.

– Н-не могу, – я еще сильнее вцепилась в перекладину. – Я тут останусь.

– И утром Виктория не досчитается одного негритенка (ссылка??), – попытался пошутить он. – Давай, Стрельцова, ты же у меня по дереву недавно лазила и прыгала отменно.

– Это было на адреналине, я тогда, видимо, не только шлем, но и голову потеряла.

– Надеюсь, из-за любви ко мне?

– Что-о-о? – я была ошарашена этим предположением и невольно ослабила хватку.

Максу не требовалось более, он легонько дернул мои ноги вниз, на себя, и вот я уже в крепких мужских объятьях, большими глазами смотрю на своего Ромео.

– Ну, вот и все, а ты боялась, – прохрипел его голос, а я как завороженная продолжала смотреть в эти бездонные глаза, погружаясь в самое пекло.


<Стрельцова>


Медленно опуская меня на землю, этот искуситель ухитряется своими руками разбудить мое тело, отчего я непроизвольно выгибаю спину навстречу к нему.

Он не торопится отпускать меня и держит в крепких объятьях. Улыбается, отчего голые участки моего тела покрываются приятными мурашками. Мне приходится собрать всю свою волю в кулак, чтобы отступить.

Я веду себя как трусиха, но впервые я хочу продолжения, и это  пугает меня.

Макс был прав, нам нельзя находиться вместе в одной комнате.

– Так на что я подписалась, приняв твою помощь с ковром? – попыталась я таким образом начертить новые границы между нами.

Макс вздрогнул и, понимающе приподняв уголки губ, повернулся и махнул в сторону растущих рядом кустовых карликовых деревьев.

– Сейчас увидишь, – хитро подмигнул он мне, и взяв за руку, повел туда.

– Ого, – чуть ли не присвистнула я, не ожидая увидеть подобное, –  это же…

– Наши сегодняшние помощники, – подвел он ближе наших железных коней и вручил мне самый маленький из велосипедов.

Мы покатили их в сторону небольшой дорожки, а затем, юркнув в заранее приоткрытую щель в воротах, сели и не спеша поехали по освещенной улице.

Как только первые лучи искусственного освещения коснулись нас, я оглянулась на чуть позади едущего Макса и от удивления чуть не свалилась в кювет. В отличие от моего маленького, но достаточно пузатого темно-синего велосипеда, мужчине достался ярко-розовый со звездочками на велосипедных спицах.

Смотрелось это нелепо и, хрюкнув от напирающего смеха, я отвернулась, чтобы Макс не заметил, какой произвел на меня эффект, но безрезультатно.

– Смейся, смейся, Стрельцова, и тогда на обратном пути стоя будешь ехать.

– Это почему еще? – тихонечко посмеиваясь, спросила я.

– Увидишь, – коротко ответил он и бросил такой многозначительный взгляд, что я решила не дразнить больше этого зверя. Ну, хотя бы пока не вернемся назад.

Всю дорогу я улыбалась чему-то. Ощущение счастья и эйфории заполонило меня, стоило ногам коснуться педалей велосипеда.

Вспомнилось, как когда-то в далеком детстве папа учил меня кататься на подаренном им двухколесном велосипеде. Я тогда жутко боялась, вцепилась мертвой хваткой в руль и при первом же повороте свалилась на дорогу.

До сих пор на коленке есть небольшой белый шрам, который напоминает мне о моем подвиге.

После первого же неудачного опыта я не бросила учиться езде, а даже наоборот, тот случай подстегнул меня стать лучшей, и уже через несколько лет я присоединилась к велогоночному флешмобу, проводимому в нашем городе каждый год. И даже занимала призовые места.

Макс вернул мне это светлое чувство и унес в прошлое, и сейчас, оглядываясь на этого крупного мужчину, сидящего на детском  розовом велосипеде, я чувствовала благодарность и еще большее желание быть рядом с ним.

Он ловил мои взгляды и мило подмигивал. Мы говорили глазами и нам не нужны были лишние слова.

Асфальт кончился, уступив место гравийной дороге с небольшими кочками, но это никак не испортило моего настроения.

В какой-то момент я поняла, что нагрузка на ноги стала увеличиваться, и дальнейшее предупреждение от Макса лишь подтвердило мою догадку:


– Стрельцова, приготовься, подъем на  горку. Не теряй меня из виду, –  прокричала уже его спина, так как мужчина стремительно вырывается вперед.

Ослабив нагрузку на педали, правой рукой жму на рычаг шифтера [1], тем самым переключая скорость на первую, и выдыхаю, почувствовав, как напряжение в ногах уходит.

Улыбаюсь и пытаюсь догнать этого выскочку. Буквально через несколько минут мы оказываемся на самой вершине горки, откуда открывается чудесный вид на улицу.

Вдалеке блестят огоньки, что дружной змейкой освещают нам дорогу, по которой мы совсем недавно ехали, а дома, в которых уже не горел свет, будто замерли.

Сегодня мне все казалось невероятным и сказочным, а особенно мужчина, что стоял чуть сбоку и с хитрецой смотрел на меня.


Сноски:

[1] Шифтер (или мане́тки)— в современных велосипедах специальные устройства, крепящиеся к рулю (раньше крепились на раму) и позволяющие переключать передачи.


<Стрельцова>


– Предлагаю пари. Кто первый спустится вниз и доедет вот до такого куста, тот целует проигравшего, – улыбается он своей задорной мальчишеской улыбкой, что я не удержавшись, заливаюсь смехом. Ну, хитрец.

– Ха-ха, Буров, неужели ты думаешь, я на это куплюсь? Тут в любом случае ты будешь в выигрыше!

– Погоди, Колючка, ты не услышала самого главного из моего предложения, – стал нагнетать он интригу.

– И чего же?

– Победитель сам решит, как целовать. В щечку, с языком или что-то большее, – его голос стал тише и интимнее.

Я уже давно не девочка. И все эти намеки не должны были настолько смущать меня, но я все же бесстыдно краснею под его взглядом, отчего он еще шире улыбается.

– Да, брось, Стрельцова, неужели боишься мне проиграть? – подначивает он меня, и я сдаюсь.

– Хорошо, Макс, но проигравший первый прервет поцелуй. Догоняй! – привожу своего «коня» в движение, на ходу переключая скорость, и отчаянно кручу педали, в душе надеясь, что он догонит меня.

Не знаю, что на меня нашло, но эта беспечность, легкий флирт и желание вновь коснуться его губ сделали свое дело.

Макс многое обо мне не знает, и это дает мне некую фору. Пять лет занятий велокроссом давали преимущество, и, несмотря на ветер в волосах я отчаянно кручу педали, сгруппировавшись на своем велосипеде, для увеличения скорости.

В какой-то момент он почти меня  догоняет, и я с удивлением понимаю, что Макс прекрасный соперник. Этот факт окончательно кружит мне голову, и, хохоча, я немного подрезаю своего конкурента, тем самым вырываясь вперед.

Встречающие на пути кочки заставляют мое тело подпрыгивать, но жажда скорости и бушевавший во мне адреналин не дают сдаться и затормозить.

Когда до финишной черты остается всего несколько метров, я победно оборачиваюсь и утыкаюсь взглядом в пустое сидение велосипеда, который отчаянно катится под наклоном горки и чуть погодя свернувшее к соседним кустам.

Резко торможу, отчего велосипед встает на дыбы, и, спрыгнув, испуганно оборачиваюсь в поиске потерявшегося наездника.

– Ма-а-акс! Ма-а-акс! – кричу я, срываясь на крик. Мое сердце бьется в бешеном ритме, а в голове мелькает тысяча неприятных образов. Руки дрожат, я бросаю велосипед и бегу назад, в гору. – Ма-а-акс!

Впереди мелькают знакомые белые полоски, и я, чуть выдохнув, бегу, не чувствуя ног, к неподвижному телу.

Падаю, больно ударяясь коленями о землю, и прислоняю ухо к его груди.

Стук сердца заставляет меня чуть ли не зареветь от радости, но закрытые глаза и неподвижное тело вновь заставляют щупальца страха прийти в движение. В какой-то момент меня сковывает, и я словно наблюдаю все происходящее со стороны.

Я никогда раньше не попадала в подобные ситуации и сейчас пыталась прежде всего успокоится и вспомнить все, чему нас учили в автошколе на курсах первой медицинской помощи. Мы даже зачет сдавали на манекене, которого я прозвала «Бедный Йорик», так как он прошел через столько учеников, что я удивлялась, как он не убежал от нас.

Уняв дрожь, я начала действовать.

Наклонившись к мужскому лицу, вобрала в легкие побольше воздуха и, зажав его нос, прильнула вплотную ко рту, не сразу поняв, что для трупа его язык весьма подвижен.

Мужская рука бессовестно легла на мое бедро, и я шумно выдохнул набранный воздух через нос.

ГЛАВА 36.

<Буров>


Эта сумасшедшая и бесшабашная девчонка не только приняла мой вызов, но и отчаянно пыталась выиграть, подрезав меня почти у самого финиша.

Она искусно управляла велосипедом, и в какой-то момент я даже расстроился, не ожидая подобного мастерства. Но сдаваться я не привык, особенно когда на кону такой сладкий приз.

Чтобы уменьшить сопротивление потоку воздуха и увеличить скорость, мое тело приняло почти горизонтальное положение, пригибаясь ближе к рулю. Но Колючка тоже не проста. Она профессионально управляет велосипедом, сливаясь с ним и становясь частью его.

Тогда я решаюсь на отчаянный шаг. Пристав с сиденья, кручу педали, набирая стремительно скорость, а затем вновь принимаю обтекаемое с велосипедом положение тела. Я вот-вот должен ее догнать. Последний рывок, и меня настигает неудача.

В момент, когда моя пятая точка вновь отрывается от седушки, я со всей скоростью сталкиваюсь лоб в лоб с мчащимся, видимо, на свидание, жуком. С учетом скорости жука и велосипеда, при лобовом столкновении мощь удара была сопоставима с хорошей отцовской оплеухой, отчего я зажмуриваю глаза и хватаюсь рукой за ушибленное место. И в этот самый момент переднее колесо моего транспорта набредает на кочку. Взмахнув нелепо руками, делаю сальто назад и падаю, больно ударяясь копчиком, на землю, а мой велосипед все так же спокойно продолжает свой кросс, видимо, все еще надеясь на победу.

Когда Алиса меня позвала, я хотел откликнуться и сказать, что со мной все в порядке, но прозвучавшие в ее голосе нотки переживания и испуга остановили меня. Это было неправильно, но иногда так хочется получить свою долю внимания, особенно от такой девушки, как она.

Пока я лежал и не двигался, Алиса трогала мое лицо холодными руками, ее голос дрожал, она явно находилась в шоке, и я уже порывался сознаться, пока ее дыхание не коснулось меня.

Я интуитивно понимал, что она собирается сделать и намеренно не стал противостоять этому.

В тот момент, когда ее губы коснулись моих, я ласково откликнулся на ее жест помощи, отчего девушка вздрогнула, но не оттолкнула.

Моя рука уже прочерчивала изгиб ее бедра, а другая оказалась на ее затылке, углубляя и не позволяя ей прервать этот поцелуй.

Несмотря на то, что она с готовностью отвечала на мои ласки, ее касания были робки, поэтому взяв инициативу в свои руки, я притянул девушку ближе, открывая ей доступ ко всему моему телу.

Где-то там, в нескольких метрах, нас ждал мягкий плед с заранее подготовленным для романтического вечера перекусом и коллекционным вином. Да, я планировал иначе этот вечер и, казалось, предусмотрел все возможные повороты событий, однако стоило маленькой шестеренке сломаться, как полетел весь циферблат.

Вместо спортивного байка, что я заказал, Стас смог протащить на территорию дома только велосипеды, и то позаимствованные у подмосковных золотых ребятишек. И если темно-синий Kross еще как-то подходил по цветовой гамме мне, взрослому мужчине, то ярко-розовое пушистое чудо с корзинкой портило весь мой брутальный имидж. Но, к сожалению, хозяин первого велосипеда был слишком мал, и мне пришлось отдать его транспорт на временное пользование Алисе, тогда как я остался с девчачьим. Знал ли Стас, что так будет, мне остается только гадать.

Из-за ребячьего спора и нахлынувшего азарта вместо ночи на пушистом пледе я лежу на склоне горы, перепачканный в грязи и с огромной шишкой на лбу. Но я нисколько не жалею. Ведь именно сейчас я могу целовать и обнимать желанную девушку.

Ее рука скользит ниже, и мое дыхание на миг замирает, а тело невольно тянется к ней, как вдруг резкая боль, отозвавшаяся в области ступни, заставляет меня замереть и оторваться от этих сладких губ.

Стон, который отпугивает Колючку, так же приводит ее в чувство, и вот она огромными глазами смотрит на меня, все еще не понимая, что только что между нами произошло.

– Болит? Где болит? Может, скорую? А вдруг перелом? – она начинает быстро говорить и обеспокоенно сканирует взглядом мое возбужденное тело. На миг спотыкается глазами, увидев доказательство моего к ней желания, и возвращает взгляд на мое лицо.

Она так мило смущается, что я решаю поддеть ее:

– Тут только ты мне можешь помочь, – за что получаю прищуренный взгляд.

– Знаешь, Буров, если бы я не знала, что ты свалился с велосипеда, то подумала бы, что ты разыгрываешь передо мной спектакль одного актера.

– Спасибо за комплимент, Мышка, но я еще не так хорош в каскадерских трюках, чтобы самому выполнять подобное, – пытаюсь приподняться, и сжимаю зубы от боли.

Она вновь хмурит брови и пытается коснуться ушибленной ноги.

– Перелом? – с опаской спрашиваю я.

– Нет, скорее, повреждение связок икроножной мышцы.

– А ты что-то понимаешь в растяжениях? Судя по твоему портфолио, ты далека от врачебной практики.

– Я занималась в детстве спортом. Велоспортом, – добавила она и многозначительно взглянула на меня.

– Правда? – наигранно удивился я. – Даже не подумал бы, – отчего получил легкий шлепок по своему плечу и улыбнулся.

За эту неделю столько раз удивлялся этой девушке, что на всю жизнь с лихвой хватит. У меня не было шансов, и я просчитался. Эта мысль заставила меня сначала улыбнуться, а потом и вовсе упасть головой на дорожную пыль и рассмеяться в голос.

Я не мог остановиться, а видение, от которого я раньше хотел как можно быстрее избавиться, смотрело и хмурило свои брови.

– Макс, тебе голову надо проверить.

– Колючка, только после тебя, – все еще смеясь, парировал я.

– Встать сможешь?

– Думаю да, но мне нужна будет твоя помощь.

– Конечно. – Она аккуратно закинула мою руку себе за плечо и помогла встать.

Мне было некомфортно, что хрупкая девушка помогает идти такому большому мальчику,  который по собственной глупости попал в эту ситуацию. Я попытался собрать всю свою волю в кулак и отказаться от ее помощи, но стоило мне опереться на больную ногу без ее поддержки, как я медленно стал заваливаться на бок.

Ей бы бросить меня и уйти… Но она лишь сильнее стиснула зубы и упрямо шла вперед, стараясь хоть как-то уменьшить мою боль.

И из-за этого, черт возьми, сносит крышу!

ГЛАВА 37.

<Стрельцова>


– Ничего страшного, выйдем на дорогу, а дальше до дома рукой подать, – сдув выбившую прядь, пытаюсь отдышаться, пока мы остановились, пройдя несколько метров от места аварии.

– Да, но ранее мы ехали сюда, крутя педали, а сейчас пешком, с раненым. Бросай меня тут и беги в дом. Если Вика узнает, что тебя не было ночью на территории виллы, и ты была со мной, то голову откусит.

– Не говори глупостей, Макс! Я тебя не брошу. Непонятно еще, какие люди тут водятся, и что они могут сделать с раненым человеком.

– Ага, элитный коттеджный поселок – самое место ворам и маньякам.

– Ты меня не переубедишь. Плохие люди есть как в бедных, так и в богатых семьях. Когда мы были на вершине, я видела небольшую дорожку, ведущую прямо на главную дорогу улицы. Вот по ней и пойдем. Давай, аккуратно наступай, и не говори ерунды, а то брошу тебя в канаве.

– Не бросишь. Ты сердобольная, – легко ответил он и сделал шаг, как я и сказала.

Велосипеды мы бросили, решив, что дополнительный груз нам точно будет не по плечу. Через несколько минут нашего блуждания, наконец, вышли на вышеупомянутую дорожку, и с облегчением вздохнули.

Тропа была узкая, протоптанная, видимо, местными лесниками, которых, как вы поняли, здесь было не так много, но возвращаться назад было уже поздно. Отдышавшись, я вновь нырнула под руку стоящего рядом мужчины, и мы двинулись дальше.

Мое сердце бешено стучало, а пот катился по лбу и спине, но я упорно пыталась перенять большую часть веса своего спутника на свою хрупкую фигуру.

Максу тоже приходилось непросто: скрепя зубами от боли, он терпеливо шел вперед, понимая, что с его габаритами попросту раздавит меня, если позволит себе расслабиться.

Но он зря боялся. Моя упертость и желание помочь питали меня дополнительными ресурсами. В какой-то момент я уже настолько привыкла к нагрузке, что перестала ее замечать и на автомате продолжала передвигать ногами.

Где-то вдалеке сверкнула молния, и я чуть ли не взвыла, понимая, что если не поднажать мы попадем под надвигающийся ливень.

– Зарница, – как-то неуверенно произнес Макс, и я, отчаянно надеясь на это, кивнула, продолжая путь.

Однако, когда первые капли коснулись моей щеки, я поняла, что надежда не оправдалась, и мы все же попадем под ливень, если не найдем в скором времени укрытие.

Небо повторно озарилось, явив наши перепачканные грязью отчаявшиеся лица, и, переглянувшись, мы свернули с тропы в сторону растущих лиственных деревьев.

Аккуратно опустив Макса рядом со стволом дерева, я плюхнулась рядом, шумно дыша и вытирая капли с лица.  Дождь разыгрался не на шутку. Но благодаря лиственной шевелюре, мы надежно были укрыты от ливня.

Макс, оперившись спиной о ствол дерева, выглядел не лучше.

– Я вот не могу все понять… – первым нарушил он наше молчание.

Я лишь вскинула на него глаза в немом вопросе.

– Что такого в этом кулоне, что ты так отчаянно стараешься его вернуть?

Я нахмурилась и хотела уж было вновь съязвить, но поняла, что этого делать мне совершенно не хочется. Я была опустошена и сильно устала, да и мой спутник выглядел сейчас не обожравшимся буржуем и золотым мальчиком, а скорее, серьезным мужчиной, который действительно желал услышать ответ. Узнать меня.

Смутившись, я пару минут обдумываю, правильно ли я сейчас поступаю, открываясь ему, но в итоге решаюсь:

– Это подарок моего отца. Мы не были богаты, не купались в роскоши. Он был обычным среднестатистическим работягой. День и ночь пропадая на своем заводе, он мог создавать красивые вещи. У него были длинные гибкие пальцы, и их подушки всегда были шершавыми, – с улыбкой погрузилась я в свои воспоминания. – Я помню, как он приходил с работы, и я часто трогала его ладошку желая разгладить. Этот кулон он специально сделал для меня на фрезерном станке и сам выгравировал мое имя. Это последнее, что он смог сделать, доверившись своим рукам.

– Последнее? – он как-то неловко передвинулся и оказался ближе.

– Да, – тихо проговорила я. – Несколько лет назад из-за начальника цена, которого заботил лишь размер  кошелька и выполнение плана, ему пришлось остаться на работе до утра. Вся их бригада тогда работала на износ, и уже под утро, – на миг я зажмурилась от нахлынувших воспоминаний, –  произошел несчастный случай, который привел к тому, что он получил множественные переломы обеих рук, и его работа фрезеровщиком на этом закончилась. Страховая компания отказалась выплачивать, сославшись на то, что инцидент произошел в нерабочее время, а начальник тогда отмахнулся, ссылаясь на неуклюжесть рабочего. А ведь папа и раньше жаловался, что станок пора менять, но его не слушали.

– А сейчас что с ним?

– Мы потратили много денег на его восстановление, но так ювелирно работать, как раньше, он не мог. Устроился охранником, зарплата невысокая, но хоть какая-то работа. Это украшение, прежде всего, напоминание о том, что мой папа талантливый человек, и мне не стыдно носить ее на шее.

Наступила тишина, прерываемая каплями дождя. Сейчас мне не было грустно, скорее, я была рада, что смогла с кем-то поделиться и рассказать об этом.

– Я не знал…– первым произнес он.

Я грустно улыбнулась.

– Конечно, ты не мог знать, это моя история. А что на счет твоей? Баш на баш.

– А что с моей?

– Ты упомянул, что никогда не слышал сказок? Твоя мама не практиковала подобное? Неужели ты из той семьи, где слушают Моцарта и читают только биржевые новости? – я пыталась вызвать у него улыбку, и это мне удалось.

Макс откинул голову, рассматривая верхушку деревьев, а когда вновь посмотрел на меня, на его лице была улыбка:

– Ты невероятная девушка, Алиса. Я думал, ты спросишь, почему я на этом проекте, кого решил выбрать, какую хочу себе жену, но ты меня удивила. Значит, хорошая память, да? – с хитринкой улыбнулся он, и я кивнула.

Чуть согнув здоровую ногу в колене, он на миг прикрыл глаза и унесся в свои мысли, а я затаила дыхание, слушала его и хмурилась от одной только мысли, что маленький мальчик с шоколадным цветом глаз, так и не узнал материнской любви и ласки.

Моя рука нашла его ладонь и легонько сжала. Макс вздрогнул, и, открыв глаза, посмотрел, как я, потянувшись к нему ближе, подарила свой поцелуй, вложив в него все те чувства, что рвались из моего сердца.

Оторвавшись от его губ, взглянула в хмурые глаза этого мужчины, продолжая рукой подниматься выше к его плечу. Он не отрываясь смотрел на меня, как вдруг его горячая ладонь легла поверх моей руки и сжала, тем самым останавливая.

– Мне не нужна жалость.

– А ее и нет. Это поддержка Буров, слышал о таком? Жалеть можно мальчика, а ты уже взрослый состоявшийся мужчина. Ты сам можешь справиться со своими демонами и найти правильный выход.

Он зачаровывал меня своим взглядом, и его рука, совсем недавно державшая в плену мою, коснулась моей щеки и пальцами мягко прошлась вдоль линии моих губ.

– Больше всего в жизни я жалею лишь об одном. Что не смог разглядеть в таком простом камне бриллиант.

Признание, способное перевернуть мой мир. И, не давая себе шанса к отступлению, меняюсь с ним местами.

«Теперь я факир [1] твоего сердца» – говорю ему глазами и отдаюсь своему желанию.


Сноски:

[1] Факир или заклинатель змей – человек, играющий на флейте и заставляющий змею под ее звуками «танцевать».

ГЛАВА 38.

<Стрельцова>


Аккуратно, чтобы не задеть травмированные связки ноги, на коленях подползаю ближе к мужчине, что смотрит на мои движения сквозь полуопущенные ресницы.

Не отрывая зрительного контакта, отслеживаю его реакцию и не найдя на его лице намека на ухмылку, сажусь ягодицами на землю между его бедер, и теснее придвигаюсь, согнувшими коленями обнимая и тем самым ловя его в свои силки.

Ночь – любовница утра. Если при свете дня мы еще чего-то стесняемся и пытаемся контролировать себя и свои эмоции, то с наступлением темноты, границы стираются, и наши желания становятся тяжелее подчинить: они вырываются наружу, выворачивая твое истинное нутро.

Сегодня мне не стыдно. Я хочу и буду его трогать, целовать и получать свою порцию ласк.

Подушечками пальцев провожу по его губам, ощущая влажные капли, и стирая ту боль, о которой он умолчал, рассказывая о своих родителях.

Вплотную приближаюсь к его лицу, чувствуя на коже его горячее дыхание, и медленно скольжу языком внутрь. Права была героиня из фильма «Красотка», что поцелуи — это очень личное.

Несмотря на то что из-за дождя температура немного понизилась, внутри нас бушевал самый настоящий огонь. Жадно углубляя поцелуй, теснее прижимаюсь к этому восхитительному мужчине, прося о большем.

Его руки, сжимаются на моих ягодицах, наверняка оставляя следы своей страсти. В ответ я мягко прикусываю его нижнюю губу.

Сорвавшийся мужской утробный рык заставляет мои коленки дрожать и, отклонив голову назад, призываю своего мучителя к решительным действиям.

Жадные поцелуи, опускающиеся к моим ключицам, заставляют меня еще сильнее выгнуть спину, навстречу его губам, и, опираясь одной рукой о землю, приподняться, предоставляя доступ к чувствительной от прилюдных ласк груди.

Умелые пальцы мужской руки тянут застежку моей кофты вниз, и я ощущаю приятный холодок, коснувшийся обнажённой кожи. Вздрагиваю, когда его ладони накрывают мои полушария и приподнимают их для поцелуев. Шумно выдыхаю.

Рука, на которую я все еще продолжаю опираться, дрожит. То ли от напряжения, то ли от наслаждения. На секунду колеблюсь, прежде чем опуститься полностью на его бедра, все же нога…Но Макс решает все за меня. Обхватив правой рукой мои ягодицы, приподнимает мое тело и опускает на свой пах.

Я цепляюсь пальцами за его плечи и тянусь за следующей порцией ласки.

Его губы оставляют цепочку легких поцелуев на моей шее, шепчут что-то интимное на ухо, но я не разбираю этих слов, тая от его прикосновений и рваного дыхания.

Когда сдерживаться от сладкого мучения становится невыносимым, я отрываюсь от его губ, чтобы затем накрыть их ладонью. Макс разочарованно вздыхает и смотрит на меня безумными глазами, не догадываясь о моих мыслях.

– Не могу больше. Прости…

Оттолкнувшись, начинаю сбрасывать с себя ненужные сейчас телу тряпки. Где-то в глубине своего сознания понимаю, что веду себя в некой степени аморально — переспать с парнем, который не может даже от тебя убежать, в чаще леса, под деревом, где полно антисанитарии. Безумство просто. Но все отходит на второй план, когда мой взгляд останавливается на нем. Такого чувственного, сексуального и желанного в моей власти.

Он сам виноват. Эта игра, прелюдии, ласки. Он готовил меня для себя, и я решаюсь воспользоваться предоставленным гостеприимством.

Наскоро стянув джинсы, спотыкаюсь о его взгляд, полный безудержного желания

– Помоги мне, – шепчет он припухшими от недавних поцелуев губами, и я опускаюсь на корточки, чтобы помочь ему раздеться.


<Буров>


Боль уходит на второй план. Моя Алиса сейчас здесь, со мной, мокрая от желания и по доброй воле уступившая мне.

В какой именно момент произошло невероятное преображение Колючки в роковую искусительницу, я не понял. Но категорично высказался, что жалость мне не нужна. И она меня удивила. Уже миллионный раз за все время нашего знакомства.

Я оказался прав, с виду неприметная девушка с нравом львицы, оказалась мягкой и нежной в податливых мужских руках.

Поправочка: в правильных мужских руках. Я был уверен, что я именно тот, кто ей нужен. А она та, кто нужна мне.

Когда лишние предметы одежды были отброшены в сторону, я, наконец, вновь касаюсь гладкой бархатистой кожи и вдыхаю такой родной запах  волос.

От прохлады ночного воздуха тело Алисы покрывается небольшими мурашками и я, укрыв девушку своим телом, распаляю наш внутренний огонь ласками и поцелуями.

С гулко бьющимся сердцем, крепко сжимая девичьи ягодицы, я начинаю медленно направлять ее тело, попутно подстраиваясь под него. Смотрю в лицо, пытаясь понять, что нравится моей Колючке.

Медленные плавные движения ускоряются, и я убеждаюсь, что она не такой хрупкий цветок каким казалась на первый взгляд.

Еще один рывок и она, выгнув свою гибкую спину, замирает. И я даю ей ту маленькую возможность насладиться своими внутренними чувствами и сдерживаюсь, чтобы уже через несколько секунд продолжить ритм и, отодвинув девушку, кончить.

Ливень затих так же внезапно, как и начался. Тяжелое дыхание обоих прерывает ночную тишину.

Она сидит рядом, опираясь лбом о мое плечо и часто дышит. Откинув голову назад, я ощущаю спиной прохладу и шероховатость ствола дерева и, прикрыв глаза, понимаю, что такого единения больше ни с кем не будет.

Та, что была мышкой, превратилась в укротительницу кота.

ГЛАВА 39.

<Буров>


– Ма-а-акс, с тобой все в порядке? – Алиса касается моего плеча прохладной ладонью, и я поднимаю на нее глаза.

Она смущается, но стойко выдерживает мой взгляд. На ее лице можно прочитать множество эмоций, но нет того сожаления, что я так боялся увидеть.

Ласково улыбаюсь и легонько целую ее в нос.

– Стрельцова, я не при смерти, скорее чувствую себя так, будто заново родился, – улыбаюсь шире, когда она шлепает меня по плечу и пыхча приподнимется с колен.

Босая, на цыпочках подходит к вороху одежды и под моим пристальным взглядом начинает вторую пытку. Я смотрю внимательно, стараясь запомнить все до мелочей. Каждую родинку, каждый изгиб ее тела. Ее ноги немного дрожат, а колени испачканы в траве, но она будто не обращает на это никакого внимания. Натягивая белье, мило морщится, вызывая легкую улыбку на моем лице.

– Закрой глаза, ты меня смущаешь, – бросает в мою сторону мимолетный взгляд и мило опускает глаза.

Недотрога. Хотя несколько минут назад она была совсем другой. Только для меня.

– Мне нравится на тебя смотреть, – просто отвечаю я, на что она, фыркнув, отворачивается.

Разочарованно вздыхаю.

Когда она вновь подходит ко мне, на ней уже нет следов нашей близости. Собранное, спокойное лицо, которое вмиг меняется, стоило мне немного приподняться и ненароком потревожить связки на ноге.

– Больно? – она стремительно оказывается подле меня, в то время как я все еще сижу в расстегнутой рубашке и спущенных штанах.

– В левом кармане у меня есть носовой платок. Мне он нужен.

Она согласно кивает, все еще не понимая, для чего он мне так срочно понадобился, но помогает вытащить нужный предмет. Под ее проницательным взглядом, быстрым движением стираю следы нашей близости, отмечая ее смущение.

– Макс, – тихо зовет меня и я на секунду останавливаюсь. – Светает. Нам нужно торопиться. Ты как себя чувствуешь? Может, я одна дойду и позову на  помощь?

– Исключено. Если Виктория узнает, что ты была со мной за пределами виллы, то тебя исключат.

– Она итак, узнает, если мы заявимся к завтраку в таком виде.

Тоже верно. Я виноват в том, что мы оказались в такой ситуации. Ее предложение звучало логичнее, но я не хотел отпускать ее одну. Тем более теперь, когда понял, что она мне стала ближе и дороже, чем все эти правила.

– А вдруг на тебя нападут?

– Ты сам сказал, что это район для богачей. Если только у них тут водится Робин Гуд [1], но в моем нынешнем виде, скорее он отдаст награбленное.

Она усмехнулась, и я вслед за ней.

– Алис, помоги мне,– прохрипел я, и она, приподняв брови, удивленно ахнула:

– Опять?

Я не сразу понял, что она имела в виду, но как только смысл ее слов дошел до меня, от души рассмеялся. Алиса смотрела на меня как на сумасшедшего, пока в перерывах между рвавшимся наружу смехом, я не уточнил:

– Брюки. Помоги их надеть.

– А я уж решила, что тебе мало, – безудержный смех. Уже обоих.

– Пойдем потихоньку. Тут недалеко осталось, большую часть дороги мы уже прошли, – я медленно встал, упираясь о дерево, чтобы затем найти опору в этой хрупкой с виду девушке.


Мысленно матерясь от боли, упрямо иду вперед. Чуть сложнее было подняться по мокрой и грязной земле на асфальтированную дорогу, но благодаря упорству обоих, пусть не с первого раза, но мы сделали это.

Всю обратную дорогу мы хранили молчание, думая каждый о своем. За это время я успел продумать тактику и мнимую историю о моем неудачном падении в ванной, осталось только добраться до дома.

Стоит отдать должное, Алиса меня не бросила, и тихим сапом мы, изрядно уставшие, добрались до двери моей комнаты.

Я смотрел влюбленными глазами на спутанную макушку волос девушки, что не бросила меня, хотя имела на то свои основания. Упрямая, гордая, и такая красивая…Ее раскрасневшиеся щеки, зацелованные губы вновь стали распалять мое желание, но я взял себя в руки, концентрируясь на главном.

– Алиса… – она удивленно вскинула голову. В ее глазах сквозил немой вопрос. – Я…я хотел бы тебе отдать вот это, – и, вытащив из кармана брюк ее драгоценность, протянул ей.

Ее глаза расширились от удивления:

– И ты мне его отдашь? Просто так? Без свидания? И не прося чего-то взамен?

Я кивнул, досадуя, что произвел на нее не самое лучшее впечатление. Если бы вернуть время, я бы сделал все возможное, чтобы она доверяла мне.

Аккуратно, будто боясь, что я отберу, она легонько коснулась кулона, и улыбка расцвела на ее лице, преображая девушку, пуская все глубже корни в мое сердце.

Именно в этот момент я понял, что безоговорочно и безвозвратно погиб.


Сноски:

[1] Робин Гуд — популярный герой средневековых английских народных баллад, благородный предводитель лесных разбойников. По преданию, действовал со своей шайкой «Весёлых Шервудских Разбойников» в Шервудском лесу около Ноттингема — грабил богатых, отдавая добытое беднякам.

ГЛАВА 40.

<Стрельцова>


Макс показал мне кусочек другого себя, и я в замешательстве.

Я считала его ходячим шаблоном всех богатеньких личностей, но он оказался другим. В нем чувствовался стержень, и под напускной беспечностью, внутри него таился серьезный мужчина со своими принципами и убеждениями.

Сегодняшнее свидание останется навеки в моей памяти как самое нестандартное и милое, что могло со мной случиться. Ночная велопрогулка, обернувшаяся сближением двух с виду разных, но в душе таких родных, людей. Как две кусочки целого, разбитого прошлым, мы нашли друг друга.

От воспоминаний его рук и сладких губ, с улыбкой зарываюсь лицом в подушку, ощущая, как в душе расцветает неведомое ранее чувство.

Утро встречает меня приятным солнышком, пробивающимся сквозь балконную штору, и если совсем ранее меня этот факт злил и раздражал, то сегодня я чувствовала неимоверный приток сил и энергии.

Встав с кровати, сладко потянулась и побежала умываться.

Передо мной стоял нелегкий выбор: либо белое платье с большим бантом на талии, либо голубое без бретелек. Конечно, второе смотрелось не так пафосно, но ткань была настолько тонкой, что я боюсь, мое белье будет доступно зрителям.


"Этот бант явно лишний!" – возмутилась я, поэтому остановила свой выбор на втором наряде, отмечая, как гармонично он подходит цветом к моим глазам.

Напевая под нос незамысловатую песенку, я спустилась на завтрак.

Столовая встретила меня непривычной тишиной. Очень многие девочки покинули проект и сейчас заняли место зрителей. Кто мог подумать, что невзрачная девушка во вьетнамках, может покорить сердце ловеласа и дойти до самого конца проекта? Уж точно не я. И все ради мужчины с ореховым цветом глаз.

Я думала, любовь возникает с первого взгляда, но этот случай наглядно мне продемонстрировал, что к любому человеку нужно приглядеться.

Приготовив себе чашечку кофе и взяв тарелку с омлетом, я заняла место с краю. Утром я не особо завтракала, но после ночных прогулок аппетит разыгрался не на шутку. Вскоре ко мне присоединилась наша королева, попросту игнорируя мое присутствие, а затем и Марго. Сегодня их лица уже не отдавали голубым оттенком, а значит, шоу продолжается.

Вика появилась чуть позже. Хмурая, уставшая, будто выжатый лимон. Пилотный проект, который был продуман до мелочей, немного дал сбой, отчего не хило потрепал нашему продюсеру нервишки.

Она поприветствовала нас кивком и тоже взяла себе кофе.

– Как себя чувствуют полуфиналистки проекта? – спросила Виктория, усаживаясь за стол напротив меня.

– Замечательно, особенно если учитывать, что я не вижу в зеркале синего монстра, – хрипло рассмеялась Марго, отчего и на моем лице выступила улыбка, которую я постаралась быстрей спрятать, увидев, как хмурит брови Колокол.

– Да, неприятный инцидент нарушил наши планы. Но главное, что все урегулировано, нам дана небольшая отсрочка и аренда продлена. Мы хотели перед финалом устроить небольшой бал…

– Вы сказали, будет бал?? – удивленно воскликнула королева, отчего Вика неодобрительно посмотрела на нее.

– Только представьте, – продолжила Колокол, – вы в бальных нарядах, вокруг все сказочно-таинственное, горят свечи, льется музыка из прошлых столетий, а вы танцуете вальс с мужчиной вашей мечты, – она мечтательно улыбнулась, и на секунду мне показалось, что скорее это была личная фантазия Вики. Именно так она представляла свое идеальное свидание. Оказывается, Колокол отлит не только из металла? В ней есть не чуждое юным барышням, мечтающих о сказочном принце.

Будто опомнившись, девушка вздрогнула и вновь на ее лице появилась маска хладнокровия и отчужденности. Но теперь я не могла смотреть на Викторию, как прежде. Все же чтобы понять человека, нужно глубоко капнуть. И те, кто с виду кажутся железными, внутри сделаны из розовой ваты.

– Так я думала вчера, – продолжила Вика хмурясь: – А сегодня узнала, что наш жених утром потянул ногу и вряд ли сможет танцевать. Поэтому будем думать. Может я смогу все переиграть.

– А сегодня тогда что? – спросила Марго, дожевывая кусочек лимона, выловленного из своего чая.

– Конкурс на вашу изобретательность и фантазию, – Колокол подозрительно улыбнулась. – У некоторых она очень уж хорошо развита, – и посмотрела пристально на меня, давая понять, кого имеет в виду.

– Виктория, не томите, мы, итак, все как на иголках, особенно после того происшествия с краской. Странно, что только нам с Маргаритой такая участь досталась, а вот Алису не тронули.

Я даже подавилась. За этим столиком, как минимум трое знают, что произошло на самом деле. И тут она пытается намекнуть Вике, что это моих рук дело? Я все больше удивляюсь этой хрупкой и ранимой с виду девушки.

– Елизавета, вы что-то хотите нам сказать? Может, вы требуете провести независимую экспертизу? Если так, то я могу вызвать сюда моего брата, который, кстати, работает следователем, – неожиданно за меня заступилась Вика. Я удивленно посмотрела на нашего продюсера, но она, проигнорировав мой взгляд, продолжила сверлить суровым взглядом лишь одну-единственную участницу. – Я бы как раз и разобралась, как же у одной из участниц наутро обнаружилась жевательная резинка в волосах, – я чуть было не поперхнулась, услышав подобное заявление. Неужели Королева не в первый раз пытается избавиться от конкурсанток. И наша Марго не первая в списке ее жертв? – Ну так что? – подытожила Вика.

– Это было бы замечательно, но думаю, у нас очень мало времени и много хлопот. Все же мы отбились от графика. Если никто больше не настаивает, то не стоит ворошить угли.

Вика согласно кивнула и продолжила:

– После завтрака я жду вас в хозяйской библиотеке, сегодня съемки пройду там. Приведите себя в порядок. И да, – поставив свою чашку на стол, она как бы ненароком добавила:– Вот еще что. Перед финалом вам будет дана возможность отказаться от участия.

– Так кто же в здравом уме откажется от такого приза? – хмыкнула Лиза.

– Проект ориентирован в первую очередь не на борьбу женщин, а на соединение родственных душ. Если девушка после всего поняла, что не готова дальше идти с героем рука об руку, то лучше, сказать сейчас, чем обманывать себя и окружающих. Вас за это не побьют, но поблагодарят за искренность и честность.

Все это время пока она говорила, ее взгляд был обращен ко мне, давая понять, что разрешает вовремя убраться с проекта. Но на кону уже было что-то большее, чем моя свобода и мамины котлеты.

Вика ушла, оставив нас переваривать информацию, а вскоре мы узнали о следующем задании.

Девочки разбрелись по своим комнатам, перебирать личные вещи, дабы поразить жениха своим сюрпризом.

Я же, отправилась в сад, чтобы все тщательно обдумать и разложить свои чувства по полочкам.


Медленно бредя мимо оранжерее, я пыталась понять, что чувствую к этому мужчине и готова ли я продолжать борьбу, учитывая, что у меня теперь есть выбор.

Остановилась, обратив свое лицо к солнышку, и прикрыв глаза, наслаждалась дуновением ветерка. Вчера, когда я ехала на велосипеде, я впервые чувствовала себя не в тисках обстоятельств и окружения. Едущий рядом мужчина больше не казался моим пленителем, а, наоборот, он тот, кто дал мне долгожданную свободу.

Я действительно испугалась, когда не обнаружила на велосипеде этого обольстителя, и неимоверно обрадовалась, поняв, что он живой. Я злилась на него, флиртовала, задевала, но вновь и вновь приходила к мысли, что он мне нравится.

Что Макс скажет, когда я признаюсь, кто я на самом деле и как попала на этот проект? Разозлиться? Разочаруется?

"Но ведь это было стечением обстоятельств" – пыталась этим утешить себя, заглушая мысль, что все это время поддерживала вранье.

Хочется рискнуть...

И смело открыв глаза, я решительно иду в комнату, понимая, что сделала свой выбор.

ГЛАВА 41.

<Буров>


Впервые за многие годы я чувствую, что в ее присутствии мне хочется быть настоящим. Хочу, чтобы она знала о моих слабостях, видела меня другим, не таким, как все привыкли считать.

Я думал, что переспав с ней, избавлюсь от этой зависимости, но вышло с точностью, до наоборот. Не ожидал и близко ничего подобного. Все эти сказки о любви, единении душ и связывающих узах, казались мне настолько далеки и нереальны, что я не смог сразу распознать свои истинные чувства.

Позавтракав в комнате и немного разобравшись со стопкой накопивших дел, я вышел ненадолго на балкон, чтобы освежить свои мысли, когда увидел неземное создание в голубом облаке ткани. Она не шла, а пари́ла и казалась настолько красивой и эфирной, что я боялся, лишний раз пошевелиться, чтобы не дай бог видение исчезло.

Вот она медленно огибает беседку и продолжает свой путь к свету. На загорелых плечах виднеются тонкие белые следы от лямок, что не попали в свое время под солнечные лучи. Сегодня она как никогда женственна и соблазнительна, и я вздрагиваю от мысли, что если бы не случайная нелепая встреча, там, в коридоре, я бы никогда не узнал ее. Вряд ли бы я обратил внимание на нелепую девушку в сланцах. Обидно, что такие настоящие и теряются среди ярких мотыльков, готовых лететь к тебе в руки.

А тут независимая, самодостаточная, умная и такая желанная, но не моя. Пока.

Сколько прошло времени? Десять минут, тридцать, час? Я перестал ориентироваться в пространстве и все из-за одной-единственной девушки. Той, что перевернула весь мой циничный мир и заставила поверить в любовь.

Когда Алиса вышла из дневной тени, навстречу к солнцу, я с удивлением обнаружил, что ткань ее платья просвечивает, открывая мне невероятные глазу виды на ее красивое женское тело.

Это игра света еще больше распалила во мне желание. Смотря на эти очертания, мозг дорисовывал закрытые глазу картинки, и мне захотелось, чтобы она была рядом со мной в этот момент. Поддался чуть вперед и повертел головой, убеждаясь, что только я оказался зрителем этой красоты.

Срываюсь к той единственной, что манит меня. Буквально около самого выхода, как некстати сталкиваюсь с Лизой, что весьма настойчиво преграждает мне путь:

– Ма-а-акс, как неожиданно! Не ко мне ли ты так спешишь? – поддевает своим ноготком ворот моей расстегнутой рубашки.

– Разве неожиданно? – пытаюсь обогнуть ее, не обращая внимания на ее руки, но куда там. Она тянет рубашку на себя, тем самым привлекая мое внимание. Ей это удается. Медленно перевожу взгляд на девушку, приподнимая бровь в ожидании. – Вижу, ты уже в строю, – указываю на ее лицо, отчего в глазах девушки вспыхивает обида вперемешку со злостью.

– Не твоими стараниями, – кусается она словами. – Это было унизительно, но я готова тебе все простить, если поцелуешь.

– Не в этой жизни. И тебе ли не знать, что Виктория против рандеву вне проекта. Та девушка, что попалась тогда около моей двери и просила встречи со мной, была ты?

– Может, и я, – мурлыкнула Лиза, пытаясь другой рукой дотянуться до моего бедра, но я вовремя отступил.

– А потерянный шлем Стрельцовой, тоже твоя работа? – грубо спрашиваю я, заранее зная ответ.

– Я ей не нянька, чтобы следить за ее вещами, – улыбка исчезла, а в глазах клокотала ярость. – Не понимаю, как она умудрилась до полуфинала дойти. Или у тебя на нее есть планы? А может, она тебе нравится?

Я понимаю, что Лиза прощупывает таким образом почву, но не поддаюсь ее игре. В этом тандеме я все еще главный.

Приблизившись к ней вплотную, вкладываю в голос холодные нотки, чтобы ответить:

– А что если и так? Разве ты тут не с иной целью? Не переходи границы, иначе есть вероятность попасть во вражескую территорию и быть затоптанной. Не забывай, кто держит занесенный над тобой дамоклов меч. Хочешь к своему брату, так это легко устроить.

Ее глаза по мере моих слов расширяются, и я вижу, как по телу мелькает дрожь. Она старается не терять лицо, упрямо выпятив подбородок, но взгляд говорит о другом.

– Буров, за что ты так со мной? – тихо спрашивает она.

– Тебя в детстве мало пороли. Слишком большая вседозволенность. Ты же неглупая девушка, поумерь пыл и действуй строго по плану.

– Черт, Макс, она такая же посредственная, как и рыбки в том аквариуме. Зачем тебе карась, когда есть форель? Ты мне нравишься, Макс, я красивая, богатая! У меня есть все, зачем ты усложняешь себе жизнь?

– Я хочу не все, – просто ответил я. – Лиза уйди с дороги и не мешай мне, – произношу устало, хотя она мне больше не преграждает путь. Мои слова имели глубже смысл.

– Девчонка не так проста, я это чувствую. И когда она отвернется от тебя, я буду рядом, помни, Макс! – последнее она отчаянно прокричала мне в спину. Но ее слова прошли мимо, стоило мне открыть входную дверь и поймать объект своего желания.

ГЛАВА 42.

<Стрельцова>


– Ой, – воскликнула я, стоило его ладоням коснуться моей спины.

Разложив по полочкам свои мысли и чувства, я впервые отчетливо знала, что нужно делать.

Сорвавшись на бег, не успеваю вовремя притормозить и сталкиваюсь с героем (не) моего романа. Дежавю. Только в тот раз я не испытываю неловкости, а скорее наслаждаюсь этой неожиданной близостью. Мозг подает сигнал об опасности, а я смотрю на свое отражение в зрачках его темных глаз и тону.

Раньше, я смеялась и отпускала циничные реплики на подобные объятья, смотря с мамой очередную российскую мелодраму. Но сейчас, оказавшись на месте тех самых героинь, чувствую, как бессовестно млею в его руках.

Всего неделя прошла с момента нашей с ним первой встречи, но какие перемены произошли между нами за этот короткий срок.

Макс, крепко держит меня за талию, не давая упасть. Через легкую ткань платья я чувствую его сильные горячие ладони, что прожигая, заставляют мою спину соблазнительно выгнуться к нему навстречу. Он переводит взгляд на мои губы, и каким-то чудесным образом мы стоим уже не около входной двери, а в темном закоулке открытой гардеробной.

– Попалась, – шепчет он, и я таю от этого чарующего голоса с хрипотцой.

– А может, все наоборот, и я ловила на живца? – неосознанно продолжаю наш с ним флирт.

Макс тихо смеется и легонько касается своими губами кончика моего носа.

– Тогда я нашел свою погибель, – он вроде шутит, но его глаза как никогда остаются серьезными.

Смущенно улыбаюсь, впервые не зная, что ответить. Слишком много недосказанности. Слишком много его стало в моей жизни. Играет ли он? Не думаю.

Его руки ползут вниз, и я в предвкушении сглатываю. Мой мозг, видимо, совсем вышел из строя, так как я понимаю, что готова вновь совершить очередную глупость, и не могу отказать себе в этом. Кажется, что если я не поддамся своим желаниям, то после буду жалеть. Жизнь так коротка, и лучше я обожгусь сейчас, чем буду терзать себя в неизвестности.

Нервно облизнув губы, чуть дрожащим голосом я решаюсь.

– Где конкретно ты хочешь продолжения? – возвращаю брошенную им когда-то фразу и мое сердце замирает, в ожидании ответа.

Недоумение, а затем узнавание собственной реплики, и вот он, улыбнувшись своей мальчишеской улыбкой, шепчет мне на ухо:

– Неважно. Главное, что с тобой.

И мое сердце вновь пускается вскачь, выстукивая ритмичную чечётку.

Далеко идти не пришлось, выбрали наиболее короткий путь к моей спальне. Он все еще прихрамывает, но достаточно устойчиво держится на ногах. Где-то в отголосках моего сознания я понимаю, что ему нельзя напрягать и тревожить связки, но ничего не могу с собой поделать.

Захлопнув дверь ногой, мы вваливаемся в комнату, не переставая целовать и ласкать друг друга.

В какой-то момент Макс прерывает поцелуй, вызывая волну разочарования:

– Алиса…Прежде чем я вновь утону в твоих объятьях, я хочу спросить, – нервно сглатывает, видимо, волнуясь, отчего я хмурюсь еще больше. – Алиса… Если вдруг ты бы узнала, что я вовсе никакой не бизнесмен, а простой рабочий, живущий в съемной комнатушке без лишней налички в кармане, ты бы осталась на проекте?

Он ждет, а я не понимаю, какие тут могут быть еще вопросы. Все же ясно, как белый день…

– Макс, даже если бы ты был дворником, я бы осталась, только ради тебя.

Признание, прозвучавшее из моих уст, шокирует не только Макса, но и меня. Пути назад не было. Я только что открыто признала, что мужчина мне не безразличен. И если он меня засмеет, то точно окажется в числе евнухов.

Его глаза вмиг загораются, а на губах расцветает улыбка. Страстный поцелуй, и вот мы оказываемся на моей кровати.

Услышав мужские проклятья, смотрю на возвышающегося надо мной мужчину, и понимаю, что в такой позе я скорее оставлю его калекой, чем доставлю сказочное удовольствие. Ухмыльнувшись, облизываю губы и шепчу:

– Позволь мне, – и меняюсь с ним местами, взяв в свои руки управление этим "кораблем".

Уже добравшись до последней пуговицы его рубашки, вдруг слышу громкий стук в дверь и знакомый голос совсем рядом:

– Это я. Представляешь, эта грымза сказала, что…

Недоговорив, Марго так и замирает около двери, нерешительно бросая взгляды то на меня, то на Макса.

Не ожидая такого поворота событий, мы, подобно неподвижным сурикатам, охраняющим свою территорию, смотрим на незваную гостью, внутри чертыхаясь, что забыли закрыть за собой дверь.

– Я, наверное, не вовремя, – первой очнулась Марго и стала пятиться назад.

– Марго, погоди, я все объясню! – я резко вскакиваю, попутно приводя свою внешность и состояние в порядок, и пытаясь поймать подругу за руку, но девушка уже скрылась за дверью.

Вот черт! Черт! Черт! И что теперь делать?

Перевожу растерянный взгляд на мужчину, что уже успел надеть непроницаемую маску.

– Я разберусь! – уверенно произносит он и, не выдержав эмоционального шквала, я нервно смеюсь.

– Как? Женишься на мне?

От последнего он вздрагивает, что приводит к повторному неконтролируемому смеху.

– Надо будет – женюсь. А сейчас приводи себя в порядок и готовься к конкурсу. И знай, я тебя не брошу. Никогда, – и с этими словами он уходит, оставляя меня в смятенных чувствах.

ГЛАВА 43.

<Стрельцова>


После неожиданно-брошенной Максом фразы я еще долго пытаюсь прийти в себя. Кажется, что все это сон.

XXI век на дворе, а он боится за поруганную честь барышни, и готов жениться. С улыбкой качаю головой, признавая степень его сумасшествия.

Чуть позже собравшись, пошла штурмом брать комнату Марго, но девушки там не оказалось, как и в столовой, и в саду. Куда она могла пропа́сть, я не понимала. Но как уже успела убедиться, Маргарита лучше ориентируется в планировке этого дома и найти этого партизана будет не так-то просто. Ни с чем возвращаюсь в комнату и начинаю готовиться к следующему конкурсу.

Когда до последнего задания остается полчаса, выхожу в коридор, но не успеваю отойти от двери, как слышу тихое: «пс-с-с».

Обернувшись на звук, вижу знакомый силуэт из комнаты Марго. Она, будто шпионка, вертит головой, а затем резко спрашивает:

– Одна?

Киваю, отчего Марго чуть отстранившись шире раскрывает дверь в приглашающем жесте.

Что происходит?

Меня разбирает любопытство, и немного замешкавшись, я все же двигаюсь к девушке. Когда до двери остается всего ничего, Марго, бросает подозрительный взгляд за мою спину и резко схватив за запястье, втягивает внутрь комнаты. От неожиданности я чуть не падаю, запутавшись в длинном шлейфе платья, но вовремя восстанавливаю потерянное равновесие. Перелом был бы эпичным завершением конкурса. Виктория бы мне этого не простила.

Устояв на ногах, бросаю укоризненный взгляд на Марго, что уже спокойной походкой идет к окну, словно не она только что, строила из себя Мисс Марпл [1]. Грациозно забравшись на подоконник, будто на ней сейчас было надето коктейльное платье, вытащила припрятанный за горшком с цветами розовый прямоугольник небольшого размера с зауженным концом и, направив его в рот, выпустила густой клубок дыма.

– Все пытаюсь избавиться от вредной привычки, поэтому перешла на вейп [2], – еще один выдох и моих ноздрей касается тошнотворно-приторный запах ванили, отчего я морщу свой нос.

"И чем же вейп лучше сигареты?" – вопрос, что вертелся на моем языке, но так и не был озвучен.

Марго отвернулась к окну, полностью игнорируя мое присутствие и растворяясь в своих мыслях.

Переминаясь с ноги на ногу, чертыхаюсь на неудобные туфли, что беспощадно натирают мои ноги, и жду, когда Марго первая прервет образовавшуюся тишину. Но девушка не торопится.

Поэтому, сжав руки за спиной, первая произношу:

– Марго, то, что ты видела в моей комнате…

– Была случайность? Или это брат-близнец нашего жениха? – она с надеждой смотрит на меня, отчего мне становится вдвойне неудобно.

– Нет, – просто отвечаю я, удивляясь ее предположениям. Брат-близнец? Серьезно?

– А жаль…– искренне отвечает подруга.

Мы вновь замолкаем, обдумывая сложившуюся ситуацию внутри себя.

– Ты любишь его? – вдруг спрашивает она, и я теряюсь, не ожидая подобного вопроса. Она внимательно следит за моей реакцией и вновь повторяет: – Любишь?

– Возможно, – произношу я и пугаюсь своего ответа.

Разве можно влюбиться так скоро? На проекте, где каждый лишь притворяется?

– Возможно…– отстраненно повторяет Марго и вновь замыкается.

Я молчу и чувствую себя сказочной Алисой, что стоит перед гусеницей и не понимает, что происходит вокруг. Странные вопросы, непривычное поведение подруги и дальнейшее неожиданное откровение, прозвучавшее из ее уст, кажется сумасшествием.


– Я расскажу тебе одну сказку, и хочу, чтобы ты выслушала ее до конца не перебивая. Ты справишься с этим? – она взглянула на меня без привычных ей смешинок в глазах и я, не на шутку испугавшись, быстро кивнула.

– Я родилась в Подмосковье, на несколько минут раньше, чем моя сестра, но несмотря на это, она выросла более прагматичной и серьезной девушкой, чем я. Я жила танцами и хотела большего, чем мог предложить наш городок. Поэтому, когда мне исполнилось восемнадцать, я собрала свои вещи и на электричке поехала покорять столицу. Мне было тяжело, но я не отступила. В силу своего возраста я думала Москва примет меня с распростертыми объятьями, и когда провалила свои вступительные экзамены в хореографический, впервые познала неудачу и была растоптана. Но уезжать не собиралась. Возвратиться - значит признать свое поражение. А это не в моем характере. Поэтому, найдя себе работу в местном ресторане, пыталась не только выжить, но и саморазвиваться в свободное от работы время. По выходным дням ходила на всевозможные мастер-классы, чтобы в следующем году всех поразить. Но через год все изменилось. Я уже была не той девчонкой, что, смотрела на жизнь сквозь розовые очки, меня успела затянуть праздная жизнь московской молодежи. Я танцевала в клубах, выступала на различных шоу, и даже была на разогреве на уличных гонках Москвы. И вот там я и познакомилась со своим, как мне казалось, принцем, – она ласково улыбнулась, видимо, вспоминая свою первую встречу и продолжила: – Мне было почти двадцать, и я верила, что могу быстро накопить стартовый капитал для исполнения своей мечты. Именно тогда мне пришло предложение выступить на одном из сходок стритрейсеров и побыть на разогреве. Чтобы ты понимала, была зима, мороз минус шестнадцать градусов, не меньше. Однако гонорар был втрое больше, чем, если бы я выступила летом. И я согласилась. Помню холод, визг автомобильных шин, биты музыки, и толпы мужчин в ожидании, буду ли я снимать свое белье.

Я недоуменно уставилась на нее, не веря своим ушам. Увидев мое лицо, Марго рассмеялась и пояснила:

– Снять лифчик – одно из условий разогрева, но это не значит, что ты должна остаться с голой грудью. Я прикрыла все ценное, вызвав шквал негодования. Присутствующие сильно набрались и хотели хотя бы потрогать меня и если бы не мой принц, я бы тут не сидела. Он появился будто из ниоткуда. Красивый, собранный, в шикарном пальто и стал моим героем. Спас, отогрел, дал денег и отвез домой. Он не предлагал интима, ничего лишнего, и я влюбилась в него безвозвратно и бесповоротно. Я потом долго расспрашивала всех, кто это, но все в ответ лишь пожимали плечами. Он, словно призрак, растворился в воздухе и больше не появлялся. Время шло. Я продолжала жить дальше, забыв о нем, пока вновь не увидела знакомый силуэт в прохожем. Он изменился. Повзрослел и стал более брутальным. Но что-то надломилось в его характере. Он не сразу узнал меня, да и если бы не красивые аквамариновые глаза, за этой маской несерьезного бабника, я бы его тоже не узнала. Он пригласил меня на ужин, и я согласилась. Я была так рада. Прихорашивалась весь день, сделала эпиляцию, маникюр, педикюр, да даже губы накрасила ради него. И вот долгожданная встреча, ресторан, он за столиком, весь такой загадочный и красивый. Ничего не значащий разговор, и вот мы перешли к самой сути, – она вновь посмотрела на меня. – Он попросил помощи. Проучить одного его друга.

Тишина. Я смотрю внимательно на Марго, а она на меня. Она чего-то ждет, но я все еще не могу уловить самой сути происходящего. Пазл никак не хочет сойтись, хотя в воздухе так и витает ответ на мой главный вопрос: Как эта история касается меня?

– Его друг – прожженный жизнью циник. Не верит в любовь и считает всех девушек продажными женщинами. Полностью утоп в предрассудках о коварности женского пола и пытается всех вокруг убедить в этом. В итоге друзьям это надоело, и они решили немного его проучить, отправив на реалити-шоу искать свою любовь.

Я шумно выдохнула. Не может такого быть. Или…

– Макс?

Она кивнула.

– Предложение было безобидным: я должна была привлечь его внимание и заинтересовать, а в самый последний момент, сделать все, чтобы он проиграл.

– Но в чем же суть спора, я не понимаю. Как он может проиграть?

– Макс уверен, что современные женщины нуждаются в деньгах и славе, и им не важна внутренняя составляющая мужчины. Если после того, как он объявит, что он простой рабочий, а не бизнесмен, выбранная им девушка не ответит ему взаимностью, то это докажет его теорию, и тогда он выиграет спор. Но если, девушка согласится, то он безнадежно проиграл, и в мире еще остались искренние чувства, в которых деньги не главное.

Я задумалась, вспоминая, как совсем недавно Макс меня спрашивал, готова ли я идти до конца, даже если окажется, что он живет в съемной комнатушке без лишней налички в кармане. Значит, уже тогда он прощупывал почву. У меня остался лишь один вопрос, чтобы все встало на свои места.

– А этот дом, случайно, не твоего принца?

Девушка смущенно кивнула.

Пазл сошелся. Теперь понятно, откуда у девушки такая ориентированность в чужом доме, пронесенный телефон и продление аренды виллы для телеканала.

А этот странный разговор Макса с королевой. Все было заранее спланировано и шло по определенно-выработанному плану. Только вот появилась одна случайная составляющая, что не вписывалась ни в план Макса, ни в план его друзей – я.

Знала ли Вика, что творится у нее под носом? Или она такая же жертва этого маскарада?

– Но что если бы ты не прошла до финала? Что, если вдруг Макс встретил бы здесь настоящую любовь? – спросила я.

– То не видать тогда мне танцевальной школы. Да, да не столько симпатия к красавчику и женская солидарность сыграла свою роль, сколько главный бонус – воплотить свою мечту и открыть школу танцев. Меня, по сути, купили, и я бы и дальше молчала и шла до конца, но тут вмешалась ты.

– Я? – я действительно удивилась.

– Я не хотела с тобой сближаться, но судьба – коварная дама. Ты стала моей подругой, и я не хочу, чтобы тебе было больно, когда он выберет не тебя, а Лизу.

– С чего ты решила, что это будешь не ты?

– Я ухожу с проекта. Все решено, и мои вещи уже собраны. Я не хочу больше участвовать в этом. Моя мечта не стоит таких жертв. Ведущий объявит о моем решении и уже сегодня решится, кого выберет Макс: свой бизнес и чувство самолюбия, или девушку, которая искренне любит его.

– Ты сказала бизнес?

– Да. Макс был настолько самоуверен, что в случае проигрыша часть бизнеса перейдет к его другу, с которого я должна была иметь свою долю. Но я уже созвонилась с принцем и сказала, что ухожу.

– И как он это воспринял?

– Хорошо, если так можно считать гробовое молчание в трубку, – она улыбнулась и продолжила: – В любом случае я буду рядом. И если вдруг он выберет не тебя, стану твоей жилеткой, на которой ты можешь поплакаться.

Я улыбнулась в ответ на ее слова, внутри понимая, что не хочу таких жертв от Макса. Зная его судьбу, зная, какое место бизнес занимает в его жизни.

Слишком многое было рассказано друг другу той ночью, слишком сильно я стала чувствовать его эмоции. Если это любовь, то почему мне так больно?


Часы пробили ровно 18:00 и мы спустились под руку с Марго, которая все это время бросала на меня свои проницательные взгляды, будто предчувствуя что-то нехорошее.

Во мне зрели новые чувства, и стоило мне увидеть этого красивого мужчину, как я таяла под его взглядом.


Сноски:

[1] Джейн Марпл, более известная как просто мисс Марпл — персонаж детективов Агаты Кристи, появившаяся в сборнике рассказов «Тринадцать загадочных случаев» и в 12 её романах. Марпл — старая дева, детектив-любитель, живущая в небольшой английской деревне Сэнт Мэри Мид.

[2] Вейп – разговорное выражение, обозначающее электронные системы доставки никотина (ЭСДН) или, говоря простым языком – электронные сигареты.


<Стрельцова>


После объявления ведущего об уходе с проекта одного участника, мы постепенно вышли на последнее, заключительное задание.

– В средневековье дама, рыцарю к которому она проявляла свою благосклонность, дарила что-то из личных вещей, как символ ее любви и принадлежности. Сегодня мы нашим участницам дали возможность выразить свою симпатию, подарив нашему герою что-то из своих личных вещей. Это может стать что угодно, главное донести посыл, ведь этот конкурс последний и именно сегодня мы узнаем сложиться ли у нас пара! – с такой речью выступил ведущий.

Открыв первую коробку, принадлежащую нашей Королеве, Макс аккуратно вытащил на свет женский головной убор.

–Диадема, – на что мы с Марго, не сговариваясь, хмыкнули.

– Почему именно диадема? – спросил ведущий у Елизаветы.

–У каждой королевы должен быть свой король. Я показываю, кем наш герой станет, выбрав меня. Короля делает королева.

– Достаточно говорящий подарок, не правда ли, Макс? – Георгий обратил свой взгляд к жениху, чье лицо сейчас было лишено каких-либо эмоций.

– Само собой, только нужна ли мне корона? – вопросом на вопрос ответил жених, поставив в тупик не только ведущего, но и саму Королеву.

Аккуратно положив подарок рядом, Макс двинулся к моей коробке. Не с первого раза, но крышка поддалась. Как только он нашел мое сокровище, то, не веря своим глазам, бросил на меня ошеломленный взгляд.

В саду, когда я узнала о задании, я долго размышляла. О Максе, о том с какой стороны он мне открылся, и какое место стал занимать в моей жизни.

Небольшой кулон в форме сердца, с красивой гравировкой отца, возвращенный мужчиной после той роковой ночи, был знаком моего к нему отношения. Мы оба знали, какова ее цена и теперь ему предстоит сделать свой выбор.

Множество эмоций бурлило во мне, когда Макс, поняв посыл, взглянул на меня. Время будто остановилось для нас двоих. Границы были стерты, и я стояла перед ним, обнажив душу и не могла отвести своего взгляда. Такое со мной впервые. Ладошки вспотели, и я их незаметно пыталась вытереть о подол фиалково платья.

Я видела, как в его глазах промелькнуло множество эмоций.

После того, что я узнала от Марго, я не хотела такого поворота событий, но вернуть все назад невозможно и мне оставалось, лишь затаив дыхание, ждать вердикта.

Макс ободряюще улыбнулся краешками губ, и, сжав медальон в ладони, четко произнес:

– Я готов сделать свой выбор.

ГЛАВА 44.

Неделю спустя.

<Буров>


– Макс, кончай бухать, – к нам за столик подсел Серега, вновь опоздавший из-за работы, и хлопнул меня по плечу. – Смотри какая цыпочка сегодня пришла отпраздновать твою победу, – и показав вверх большой палец, громко крикнул: – Красотка, выше ногу поднимай! – на что получил неприличный жест от Ромы, танцующего в клетке в костюме леопардового цвета. Единственного костюма, что на него налез.

Со дня моего "триумфа" прошла неделя, и как победивший в споре, я должен был сегодня наслаждаться выступлением этого оболтуса и говорить всем какой я красавчик, но реальность была не так сладка. Я ощущал лишь пустоту. Сжигающую, и такую бездонную, что даже выпитая бутылка текилы не смогла ее заполнить до конца.

Я вновь оказался тем семнадцатилетним сопляком, поверившим в искренность женский чувств и обжегся. Как я мог второй раз наступить на эти же самые грабли. Столько лет я был непреклонен и верен самому себе и вдруг на миг поверил, что в жизни есть место сказке. Готов был осознанно отречься от своих принципов и получил нож в спину от той, кого считал своим ангелом.

Почему так больно? – непроизвольно потер место в области груди, когда вновь нахлынули воспоминания.


Увидев в коробке то самое сердце, с нежной гравировкой «Алиса», я почувствовал, как во мне с новой силой просыпается забытое ранее чувство. Подняв глаза на свою чаровницу, я понял, что пропал. Еще тогда, в коридоре, как только увидел эти большие глаза цвета грозового неба. И поддавшись порыву, сжимая холодный метал в руке, я рискнул:

– Я готов сделать свой выбор.

– Вот это мужчина, дамы! – воскликнул ведущий. – Решительный, смелый, а главное – влюбленный в кого-то из вас! Но, прежде чем Макс объявит свое решение, мы должны сделать небольшое объявление. Дорогие девушки, – заговорщицки улыбнулся этот клоун, и я знал о чем пойдет речь, но был спокоен, – мы немного преувеличили капитал нашего главного героя, и должны раскрыть вам правду. Наш герой вовсе не крупный бизнесмен, а обычный офисный клерк [1] со среднестатистическим заработком. Но, как сказал сам Макс, он готов работать день и ночь, чтобы баловать свою любимую, так что, это не такая ужасная тайна, но умолчать об этом мы не могли. И, теперь, когда все карты раскрыты, наш жених может сделать свой выбор. Напоминаю, что выбранная девушка может отказаться от жениха, получив некую компенсацию в виде услуг нашей знаменитой свахи и ее агентства «ВЕЧНОСТЬ».

Не обращая внимания на лепетание Георгия, обошел стол с коробками и целенаправленно, под взглядом ошеломленной публики, подошел к своей судьбе.

Остановившись напротив Алисы, не сводя с нее взгляда, протянул миниатюрный кулон с цепочкой той, что стала моей погибелью.

– Стрельцова, ты будешь моей?

Она смотрела на меня огромными глазами не в силах вымолвить ни звука. Я списал это на волнение и улыбнувшись, приблизился к ней еще ближе, однако девушка так и продолжала стоять, словно статуя.

Первый звоночек, который заставил меня чуть нахмуриться. По телу пробежал неприятный липкий холодок. Я искал ответы в этих бездонных серых глазах, неуверенно спрашивая своими, «все ли в порядке?», но никак не ожидал, услышать из ее уст:

– Нет…Извини, – сказав это, сероглазый Ангел сделал шаг назад.

Я стоял, оглушенный этим ответом и не мог пошевелиться. Осознание медленно приходило ко мне. Вокруг началась суета, операторы вновь перестраивали свои камеры, а Вика, что первая оказалась рядом с нами, отпустив девчонку, стояла рядом и тараторила, что такое бывает.

Опускаю взгляд на все еще сжимающую в руке цепочку, и не могу поверить, что это все происходит со мной.

Когда первое потрясение прошло, я хотел было рвануть к той, что так искусно играла моими чувствами, и потребовать объяснения, но Виктория оказалась проворней. Крепко сжав мою руку, она твердо произнесла:

– В правилах это предусмотрено, и я не хочу, чтобы ты своим внушительным авторитетом склонял девушку к иному решению. Прими отказ достойно и играй до конца! – жестко прокомментировала мой порыв Виктория, на что получила испепеляющий взгляд.

Мы сняли последний кусок, и наконец, я был свободен. Только вот свобода оказалась мне без нее не нужна.


Вновь опрокидываю в себя горючую жидкость, не чувствуя ничего, кроме пустоты, и переключаюсь на друга:

– Что, опять цербер палки в колеса вставляет, поэтому задержался?

Сергей морщится, словно это не я, а он только что выпил горючее пойло без закуски:

– После того цирка, что ты устроил, тебе лучше еще год не попадаться ей на глаза.

Я грустно хмыкнул. Когда Виктория поняла, что переигрывать концовку я не собираюсь, в нее будто вселился бес. Она пыталась давить, но я был непреклонен. Молчаливая битва характеров и девушка сдалась, чтобы позже выместить свой яд на моем друге.

Сочувствующие посмотрел на Сергея, но тот лишь отмахнулся.

И почему он до сих пор не уволил ее? – задумался было я, но друг неожиданно спросил:

– Кстати, а где наш третий мушкетер? – Сергей внимательно стал разглядывать толпу, делая вид, что потерял интерес к тому, что я спиваюсь.

– Ушел вслед за какой-то куколкой в красном, – невзначай махнул я в сторону, без прежней ухмылки.

– А это, случайно, не его сейчас около барной стойки бить будут?

– К-ак, бить? – икнул я, не до конца понимая смысл его слов.

– Просто. Вставай алкоголик, твоего друга сейчас тот бритоголовый об стойку разнесет.

– Что-о-о? – я медленно фокусирую свой взгляд и пытаюсь найти знакомую фигуру Геры в толпе, но, кроме мелькающих под громкую музыку размытых силуэтов, никого не вижу.

Внезапный крик и шум от разбитых бокалов, заставляют мое тело резко вскочить, но ноги тут же подкашиваются, и я вновь с гулким ударом приземляюсь на стул.

Чертыхнувшись, Сергей хватает меня за грудки и что-то пытается спросить насчет охраны, но я не могу уловить смысл его слов. Неделя запоя для меня вышла боком, и только сейчас я понимаю, что из-за Сероглазки я упал на самое дно.

Оставив меня, Сергей ринулся в толпу. Пытаясь взять себя в руки, а руки в ноги, я вновь поднимаю свою тушку и, несмотря на жуткий вертолет, бегу в сторону предполагаемой охраны и внезапно сталкиваюсь с кулаком какого-то мужика.

Падаю, и мир теряет краски.


Сноски:

[1] Клерк – это служащий (конторщик, офисный работник, «белый воротничок»). В изначальном и более узком смысле — писец; служащий, исполняющий письменные работы. Употребляется исключительно в обиходе

ГЛАВА 45.

<Стрельцова>


Нерешительно топчусь в очереди при входе в клуб с горящей вывеской «Затерянный рай».

Уже несколько вечеров я порываюсь зайти внутрь и объясниться с владельцем клуба, но стоит очереди добраться до меня, как я пасую и под странные взгляды вышибалы, ухожу домой.

"Но в этот раз я не отступлю!" – стискиваю зубы и жду ту, кто должна мне сегодня помочь в этом.

Уже неделя, как мы уехали из виллы, а я все не могу забыть ранимый взгляд Макса, когда он услышал мой отказ.

Он готов был расстаться со своим детищем и положить весь мир к моим ногам – разве не об этом мечтают все женщины нашей необъятной планеты? Но я не готова была принять такой подарок. Разве любовь должна нести в себе жертвы? Как я буду себя чувствовать, зная, чего он лишился из-за меня?

Его глаза, уверенность в голосе и та грациозность, с которой он подошел ко мне, заставила мои коленки в буквальном смысле дрожать в предвкушении, а в ответ на его вопрос кричать: «Да, я согласна!».

Но не сейчас. Не при таких обстоятельствах.

Да, я унизила его перед всеми, но разве он не был готов к такому? Его спор уже подразумевал, такое развитие событий, но его глаза…В них было столько боли. Они словно потухли в момент моего отказа.

По возвращении из реалити-шоу родители уже ждали меня, как и большая половина соседей в доме, что не забыли упомянуть о моей глупости, что я отказала такому красавчику.

Мама лишь махнула на соседок рукой, захлопнув дверь перед самым их носом, а папа и вовсе сказал, что некуда мне торопиться с женихами, до тридцати лет полно времени, на что получил негодующий взгляд от своей жены.

Обычные семейные шутки не могли поднять мне настроение, и я бы и вовсе скисла, если бы не неожиданный звонок, в котором сообщалось, что моя комиссия была перенесена на более ранний срок и завтра нужно быть как штык на работе.

Переночевав в родительском доме, утром я поспешила на поезд и спустя два часа уже отдавала вещи в гардеробную.

Странно, но по сравнению с недавними событиями, я не чувствовала больше страха за свое будущее. Будто все померкло, а перед глазами вновь и вновь вставал образ этих печальных карие глаз.

Комиссия приняла меня добродушно, и никто не был против нового штатного сотрудника, так что буквально через час я уже была свободна и трудоустроена.

Но где тот трудовой запал, что раньше был у меня? Где радостные визги и слезы счастья? Почему на моем лице печальный взгляд Арлекина? Где та девушка, готовая, одним словом сотрясать мир?

Казалось, у меня отняли частицу души. Неужели любовь — это так больно?

– Стрельцова, ты еще здесь? По тебе уже все обсудили, ты свободна, – услышала я голос Вики и вздрогнула.

Она будто еще одно лишнее напоминание о моем недельном Уик-Энде. Взглянув на нее, я впервые не смогла сдержаться и заплакала.

Почувствовав неловкое объятие, а затем легкое поглаживание спины, я не сразу поняла, что этим утешающим человеком была та самая Колокол – женщина со стальными яйцами.

Виктория тоже, оказывается, все это время была на грани. Она кляла, на чем стоит свет проект и в конце, даже спросила, не хочу ли я перейти в ее команду, на что я, отрицательно мотнув головой и пару раз шмыгнув носом, уверила, что меня все устраивает, а слезы это нервное.

Вика не поверила, но и не стала допытываться. Лишь бросила невзначай, что каждый может ошибиться, главное — вовремя понять и исправить свою ошибку.

И вот я здесь, с гулко бьющимся сердцем, вновь жду своей очереди, чтобы, наконец, объясниться со своим мужчиной.


<Стрельцова>


– Да пропустите же, я тут стояла! Как нет? Вон моя подруга в голубой кофточке. Али-и-иса!

Я бросила взгляд через плечо и увидела свою новоявленную подругу в изумрудном платье, что как вторая кожа обтягивала ее фигуру.

Сама же я предпочла надеть черные джинсы и шифоновую голубую кофточку с открытыми плечами и широким поясом на талии. Черные босоножки открывали вид на мои пальчики, ноготки которых я предварительно накрасила в нежно-розовый цвет.

Все гармонично и скучно, но надеть вьетнамки мне запретила мама, сказав, что я в них, будто пингвин в ластах. Ну хоть не корова.

– Я здесь! – крикнула я, и подруга, обведя толпу высокомерным взглядом: «я же говорила», двинулась в мою сторону.

Крепко обняв меня, она первая заговорила:

– Я уж думала, ты обо мне забыла.

– Нет, просто после шоу уехала к родителям в Рязань, а потом на работу.

После того злополучного вечера, когда мы с Марго в спешке покинули дом, я призналась ей, кто я и как попала на это шоу, отчего ее глаза при слове "телеканал" и "сценарист" расширились и она, присвистнув, сказала:

– Я так и думала, что ты неслучайно оказалась здесь.

Я лишь пожала тогда плечами. По приезде мы еще пару раз созванивались, но встретиться получилось только сейчас.

– Решила развеяться? Хороший выбор. Слышала, тут делают такие шоты [1], закачаешься!

Мы доходим до охранника, который, оглядев толпу, неожиданно произносит:

– На сегодня все, расходимся! – крикнул этот громила, вызвав гул неудовольствия в толпе.

– Эй, как все! – воскликнула подруга, а затем, чуть ласковее добавила: – Пропусти хотя бы нас, договоримся, – однако стоящая перед нами скала не вняла этой улыбке.

– Договариваться будешь в другом месте. А теперь…– улыбнулся он одними губами, – сгинь, нечистая!

– Ах ты ж…– договорить она не успела, как вышибала отвернулся и ушел, захлопнув перед нами дверь.

– Хамло! – выплюнула Марго напоследок, поправив свою рыжую шевелюру, которая под искусственным освещением действительно походила на нечто магическое и завораживающее. Я так и не спросила, что это ей пришло в голову перекрашивать волосы, но времени уже не оставалось, да и обстоятельства были против нас.

Мой план рушился, так и не начавшись. И я, возможно, ушла, если бы не Марго.

Рьяно стуча по клавиатуре своего смартфона, уже в следующую секунду подруга победно улыбнувшись, потащила меня на экскурсию по облицовке здания. Когда мы оказались в темном закутке, железная дверь открылась, выпуская красивую, стройную блондинку на высоких каблуках.

Подойдя к нам и окинув своим раскосым взором, она расплылась в улыбке и прижалась щекой к щеке Марго.

– Так, только смотрите не попадитесь нашему Айсбергу, – произнесла блондинка, прежде чем впустить нас внутрь.

– К-кому? – переспросила я.

–Тому вышибале, при входе. Егору. Он у нас принципиальный и поблажки никому не делает. Бывалый вояка. И откуда только его Макс нашел? – пожала она плечами, тогда как в глазах Марго, мелькнуло нечто опасное, что даже я испугалась, как бы она чего не вытворила.

Быстро кивнув, мы юркнули в черных ход и оказались в темном коридоре, где пока отдалено слышались громкие басы музыки. Проведя нас до основного зала, девушка, попрощавшись, заняла место у небольшого возвышения и начала соблазнительно танцевать под быструю музыку. А мы пошли дальше, в поисках моего Гризли. И нашли, чуть ли не затоптанного толпой обезумевших людей.


Я ринулась к своему мужчине на помощь, отчаянно проталкиваясь локтями и ныряя в самую пучину завязавшейся драки.

Кто-то больно толкнул меня в плечо, но мне было все равно. Я не отрывала взгляда от лежащего в бессознательном состоянии мужчины, и тошно кричала, будто от моих слов что-то зависело. Когда, наконец, я добралась до него, то первым делом обняла и попыталась услышать, бьется ли его сердце. Как совсем недавно, когда он упал с чертового велосипеда.

Удостоверившись, что он жив, сбросила свои каблуки и попыталась оттащить тело подальше от толпы, но безуспешно. Я уж было отчаялась, когда на горизонте увидела спешащую ко мне подругу, да не одну, а под руку с местной льдиной, во взгляде которого сквозил такой жуткий холод, что я поняла, почему местные его прозвали Айсбергом.

Меня вновь кто-то толкнул и я, не удержавшись, упала на Макса. Приподняв голову, встретилась с его помутневшим взглядом.

– Я, наверное, умер и попал в Ад, – произнес он и отключился. А я продолжала смотреть на такие родные черты лица и слезы катились из моих глаз.


Сноски:

[1] Шот – это сокращенное название, производное от shot drinks ("стреляющие напитки"). Иначе говоря, это алкогольный коктейль в небольшом количестве, который выпивается одним глотком. Емкость рюмки для такого напитка обычно от сорока до шестидесяти миллилитров.

ГЛАВА 46.

<Буров>


Очнулся я в своей постели, с ужасной головной болью и сухостью во рту, будто неделю кочевал по пустыни в поисках Оазиса. Часто поморгав, попытался подняться, но тело отозвалось такой болью, что я вновь рухнул трупом на кровать, боясь лишний раз пошевелиться.

Да, похмелье в двадцать и тридцать лет это совершенно разные понятия. Лет шесть-восемь назад я бы посмеялся над такой ерундой и уже через несколько минут был бы трезв как стеклышко, а тут моргнуть страшно.

Что вообще произошло? Я помню, что была пятница, я разговаривал с Сергеем и пытался утопить образ Сероглазки на дне стакана очередного шота. Затем шум, крики и я отключился.

Как я вообще в таком состоянии добрался до дома? Надеюсь, не за рулем своей машины? И как умудрился раздеться?

Медленно приподнимаю простынь, удостоверяясь, что трусы на месте, значит, я не был в сексуальном рабстве, пока находился в отключке.

Попытался напрячь память, но ничего, кроме рваных обрывков и огромных глаз Алисы не помню.

Чуть приподнявшись на локтях, морщусь и слышу знакомый голос моего видение и спасительную прохладу нежных рук:

– Я помогу, – доносится до меня, и я вскидываю вверх глаза на ту, что совсем недавно втоптала мое сердце и достоинство в грязь.

Молча позволяю ей помочь мне сесть и беру бокал с прохладной водой. Как хорошо…

– Врач сказал, что тебе нужен покой. Я всю ночь дежурила, боясь, что у тебя может быть сотрясение.

– Сотрясение.... – хрипло повторил я, все еще не понимая, откуда оно может быть.

– Ты ничего не помнишь? Я нашла тебя лежащего на полу, и по тебе изрядно потоптался народ, сбежавшийся на устроенную в твоем клубе драку. Если бы не твой вышибала, вытащивший нас из поля боя, мы бы живыми точно оттуда не выбрались.

– Погоди. Драка? – и тут картинки событий стали медленно восстанавливаться. Конечно, Сергей побежал на помощь к Гере, который и был, видимо, участником драки.

– Гера, Сергей… Где мой телефон?

Она недоуменно смотрит на меня, а затем спохватившись, вытаскивает из тумбочки мой гаджет.

Набираю знакомый номер и слышу гудки. Ну?

– Да! – рявкают на том конце провода и я невольно выдыхаю.

– Сергей! Ты живой!

– О-о-о, наш пьянчуга очухался. Конечно, живой. Вчера мы все, кроме тебя, ушли на своих двоих. Слушай, пора менять своих тупоголовых охранников, которые, кроме как смотреть на жопы красивых девчонок ничего не умеют! Совсем распустил их…

– С двумя другими все в порядке? – голова гудела и не воспринимала большой объем информации.

– А то! Геру увезла девчонка на турбированной тачке, а Рома так и проторчал в клетке, пока его оттуда твой Скала не вытащил. Н-е-е-е, ну он у тебя крутой! Термитор просто. Ты бы видел как он быстро утихомирил всех. Боец. Вот таких тебе нужно набирать, а не этих…

Я отключился. Главное я узнал. Друзья в норме. Теперь осталось разобраться с неквалифицированным персоналом, но для начала нужно понять, что здесь делает эта Кукла? Узнала, что я не беден и вернулась? Стоит склонив свою голову и строит из себя мать Терезу[1]!

Я хотел думать о ней плохо, но сердце рвалось на части, смотря в эти большие серые глаза.

– Как я оказался здесь? И что ты тут делаешь?

– Я же говорю, твой вышибала помог нам выбраться из самой гущи толпы, а Сергей Эдуардович, точнее, твой друг Сергей, – и многозначительный взгляд в мою сторону, – довез и помог мне тебя донести до кровати. Не впервой, – и она улыбнулась, видимо, вспомнив, как тащила меня на себе, когда я травмировал свою ногу.

– Нет, ты не поняла. Почему ты все еще здесь? Откуда вообще ты взялась? Я думал, ты все уже сказала. Или передумала? – горько усмехнулся я, на что она, нахмурив брови, вмиг изменилась и на смену сочувствию пришел родной колкий взгляд.

– А разве ты не шел на шоу ради победы? Я лишь помогла тебе получить выигрыш.

Услышав это, я чуть не подавился. Она знала? Откуда? И когда?

Зазвонил ее телефон и она, посмотрев на дисплей, закатила театрально глаза и бросив напоследок:

– Если что я на кухне, – скрылась за дверью, оставив меня один на один с моими размышлениями и догадками.

Спустя долгие пять минут я все же, сжав булки и вложив недюжинные усилия, откинул простыню и встал с кровати.

Мой взгляд упал на часы и ненароком коснулся блеска лежавшей рядом вещи. Ее вещи.

Я так и не смог вернуть ей ее украшение, храня как память о второй своей ошибке.


Сноски.

[1] Святая Тере́за Кальку́ттская,, известная во всём мире как мать Тереза — католическая монахиня, основательница женской монашеской конгрегации сестёр — миссионерок любви, занимающейся служением бедным и больным.

ГЛАВА 47.

<Стрельцова >


– Нет, мам, куриный. Угу, нет, я сама. Добавила, добавила, не волнуйся не отравлю твоего зятя, – закатила я в очередной раз глаза, услышав, как мама на том конце провода переживает за будущего моего мужа. И не объяснишь, что я оказалась в его квартире потому, что ее хозяина случайно отправили в нокдаун. Хорошо, что вовремя подоспевший врач, в образе леопардового трансвестита, осмотрел его и, не выявив ничего серьезного, посоветовал дать покой больному, желательно в домашней обстановке.

Оставлять без присмотра опасно, поэтому Сергей Эдуардович, сам вызвался довезти нас до квартиры, пока мужик в леопардовом, пошел помогать другому пострадавшему в драке.

Чего только не увидишь в клубах.

Сетуя на чью-то излишнюю прожорливость, мой генеральный помог дотащить тело до кровати, и чуть задержавшись около двери, предупредил, что если я играю чувствами Макса, то мне стоит уйти сейчас, а за больным он сам присмотрит.

Я осталась. Он усмехнулся и, отсалютовав двумя пальцами, скрылся за дверьми подъехавшего лифта.

Я самостоятельно раздела Макса и устроившись на кресле напротив, следила за состоянием здоровья больного. Уже под утро уснула, но сон оказался настолько тревожным, что стоило Максу чуть пошевелиться, как я вздрагивала и дергалась к нему.

Поняв, что это больше походит на пытку и я сама себя извожу, ушла на кухню, решив сварить куриный бульон. Когда вновь вернулась в спальню, Макс уже возился в кровати, пытаясь приподняться.

Растерянный взгляд сменился на колкий, и я, не выдержав, упомянула их спор, хотя обещала Марго молчать об этом. Он удивился, но допрашивать не стал. И я, под предлогом срочного звонка, ушла на кухню.

– Значит, ты действительно не умеешь готовить?

Я вздрогнула, услышав позади бархатный голос Макса.

Поджав губы, продолжила мешать на сковороде поджарку, упрямо храня молчание.

– Пахнет вкусно, – его тело в опасной близости от меня и я непроизвольно тянусь к нему, как растение к солнцу.

– Куриный бульон. Вряд ли после такой попойки ты способен проглотить что-то существенное, – бросила мимолетный взгляд на мужчину, отмечая осунувшееся лицо и темные круги под глазами. Сейчас он мало походил на того элегантного и самовлюбленного пижона, что я встретила в первый день нашего знакомства. Однако, сердце бешено стучало, когда я ловила такой родной взгляд из-под опущенных ресниц.

– Что, дерьмово выгляжу? Не отвечай, – махнул он, – сам знаю, что не в форме. После твоего прощального подарка, – и оскалился, натягивая улыбку и вложив столько боли, что я невольно вздрагиваю.

А его поступок? Разве он сам не лучше? Начинаю кипеть и возмущаться, пока Макс ленивой походкой направляется к столу и, отодвинув стул, тяжело падает на него.

– Так чего я о тебе еще не знаю? – вновь произнес он и меня накрывает.

– Смотря что ты обо мне успел узнать. Знаешь, – я поворачиваюсь к нему и ловлю его угрюмый взгляд, – когда ты ищешь работу, твоя первоначальная обязанность сделать красивое резюме. И все равно, что программа 1С у тебя пройдена для галочки, и ты ни разу ее так и не воспользовался. И плевать, что в душе ты гуманитарий, ведь на бумажке отчетливо написано «специализация экономика и право». Ты все это пишешь, комплектуешь и со счастливой улыбкой отправляешь в компанию, получая возможность прийти на собеседование. И что в итоге? – развожу я руками. – Несмотря на все эти качества, ты не подходишь работодателю. А все почему? Да потому что пообщавшись с тобой, у него сложилась иная картинка, и он доверяет прежде всего себе, а не тому, что написано на бумажке. Понимаешь о чем я? Поэтому, Макс, что ты знаешь обо мне, вне этого портфолио? И вяжется ли твоя картинка о моем образе с тем поступком, что я совершила?– с каждым моим словом во мне вскипало возмущение и злость на этого мужчину. Он обвиняет меня во всех смертных грехах, тогда как у самого рыльце в пушку. Я горько усмехаюсь: – Вместо того, чтобы обвинять меня, покопайся в себе.

Отворачиваюсь и выключаю конфорку.

Стоит гробовая тишина, прерываемая только звуком кипящего бульона. Зачем я сюда пришла? Ведь этот человек думает обо мне как о еще одной женщине, которой нужны только деньги.

Опускаю голову, понимая, что по щекам стекает одинокая слеза и вздрагиваю, когда его теплые ладони ложатся на мои плечи.

– Я считаю, что ты самая удивительная, красивая и искренняя девушка на всем белом свете. Своими стрелами ты разбиваешь мужские сердца. Я злился, ревновал, желал, и когда ты ушла, то понял, насколько сильно к тебе привязался. Мне все равно, что было сказано на экране, главное, что я слышал, когда мы были вдвоем. Прости…Я был настолько неуверенным в себе человеком, что не захотел даже выслушать и развеять созданную мной иллюзию. Мне было комфортней думать, что я оказался прав. Но каждая минута, проведенная без тебя, была моим личным адом. Я люблю тебя...Даже если ты и не умеешь готовить, – чувствую как его губы, прижатые к моим волосам, улыбнулись и всхлипнув повернулась лицом к нему, утыкаясь в мощную мужскую грудь.

Прости Марго, но вот та жилетка, в которой я так нуждаюсь.

Когда большая часть моих слез была выплакана, завершив готовку, мы отправились в уютное логово Гризли, утопая в подушках под обоюдные стоны.

ЭПИЛОГ.

<Буров>


– Гера и Сергей задерживаются, – произносит Рома и подмигивает очередной девушке-официантке, на что я вновь закатываю глаза, но сегодня молчу и не завожу излюбленную пластинку о коварстве женской натуры.

– Гера в пробке, а Сергей сказал, что ему нужно разобраться с одной фурией, – отвечаю я, вспоминая, как чертыхался друг, рассказывая, что на этот раз Вика совсем съехала с катушек и требует увольнения. Однозначно между ними что-то большее, но пока друг молчит.

– У него на все одна отмазка, – махнул Рома и продолжил с улыбкой: – А наш Тайсон совсем пропал. После той драки, которую, между прочим, спровоцировала его подружка, я еще долго не могу смотреть на танцующих девиц в клетке.

После того как мы с Алисой наконец-то разобрались во всем, я уехал в клуб улаживать насущные дела, и в первую очередь, что я сделал – уволил большую часть безалаберных сотрудников, и назначил главным по охране своего новенького вышибалу. Я ждал восторга в его глазах и слов благодарности, но Айсберг есть Айсберг. Ни один мускул не дрогнул на его лице, лишь небольшой кивок в знак согласия. Интересно, а в постели он тоже кончает без эмоций? Бр-р-р. О чем это я?

За неделю моего отсутствия, пока я находился на реалити-шоу, Гера успел найти себе приключение на задницу, хотя именно он считался в нашей компании наиболее практичным и серьезным мужчиной. Дерзкая задира успела изрядно помотать ему нервишки и именно сейчас он едет с очередного судебного заседания, желая принести победу своей малышке.

Рома все продолжает ходить холостяком, однако после своего эпичного танца изрядно заполнил память телефона номерами прекрасных дам. Но сейчас они его не интересовали. Наконец, наш желторотый птенчик вылетел из гнезда, решив жить отдельно от родительских денег, и сейчас активно вкладывается в открытие спортивного клуба. Пока только разработка, но это уже большой шаг для тепличного мальчика.

На счет спора, то мы решили замять это дело, так как каждый из нас оказался неправ. На каждую женщину всегда найдется свой укротитель.

Наконец все были в сборе и я решился на признание:

– Я хочу сделать Алисе предложение, – резко возникшее молчание, прерываемое астматическим приступом кашля со стороны Ромы, заставило улыбнуться и выдохнуть.

– Вот это новости! Наш циничный друг первым попал в эту любовную сеть! Молодец, дружище! – хлопнул по моему плечу Сергей. – Когда нам поздравлять твою невесту?

– Вот поэтому вы все здесь. Мне нужна будет ваша помощь и поддержка.

– Извини, но вряд ли тут есть тот, кто тебе нужен. Тут все отъявленные холостяки, – самоуверенно ответил за всех леопардовый танцор диско, но не встретив должной поддержки, удивленно присвистнул: – Ну вы даете старички! – и поплевал за плечо под удивленные взгляды, продолжил: – Нет, я на всякий, а то вдруг это заразно, – на что получил уничтожающий взгляд всех троих.

– Это замечательная новость, Макс! Конечно, можешь на нас положиться! – уверенно ответил Гера, и мы подняли свои стаканы.


Уже на следующий день на моей Алисе красовалось кольцо, а мое предложение руки и сердца еще долго обсуждали парни и внесли в список, как не следует делать предложение. Но главное – она согласилась и осталась со мной. Навсегда. Любимая Алиса.

_БОНУС_

<Стрельцова>


– Я уже почти на месте, – с улыбкой говорю в трубку, слыша нетерпеливое сопение Макса.

Сегодня я проснулась одна, обнаружив записку от своего мужчины. М-м-м, мой мужчина, звучит.

В письме четко говорилось, что Макс приглашает меня на романтическое свидание в 15:00.

Почему днем? Все просто. Вечером огромный наплыв посетителей в клубе, а после того инцидента с дракой, Макс усилил контроль за работой своей охраны. И сегодня он должен был отсыпаться перед непростым вечером, но позвал меня на свидание. Ну как я могла отказать?

Улыбаясь, одела свое платье-футляр с небольшим аккуратным воротничком, привела волосы в порядок, и, обув балетки, побежала на свидание к своему мужчине.

Почти добравшись до нужной улицы, позвонила Максу и улыбнулась, услышав родной бархатный голос.

– Ты где? – пытаюсь перекричать шум проезжающих мимо машин. И почему нельзя было встретиться уже в каком-нибудь кафе?

– А ты? Я тебя давно жду! – непонимающе смотрю на дисплей телефона, не веря тому, что услышала. Верчусь на месте, изгибая свою лебединую шею, но так и не узнаю знакомой фигуры в мимо проходящих людей. Вновь прислоняю телефон к уху и чуть ли не кричу в динамик:

– Я тоже тут. Стою около светофора, смотрю на огромную вывеску «Азбука вкуса». Алло? Макс? Ма-а-акс, ты меня слышишь?

Непонятное шуршание и звук отключения вызова. Не совсем понимая, что происходит, вновь набираю его номер и слушаю занудливый голос бота, просящий перезвонить позднее.

Что за черт? Мы в центре Москвы, тут кругом вышки, как он может быть недоступен?

Начинаю немного переживать. Вновь собираюсь нажать на кнопку вызова, как меня отвлекает входящее сообщение от Макса:

«Просто следуй за белым кроликом».

Белым кроликом? Он что, пьяный? Людям обычно в таком состоянии белочки мерещатся, а ему кролики...

Вскидываю взгляд на переполненную улицу и глазами пробегаюсь по спешащим людям и вуа-ля, нахожу глазами гигантского кролика, стоящего по другую сторону дороги и раздающего листовки прохожим.

Ухмыляюсь, понимая, что мой принц решил устроить мне квест и, дождавшись зеленого сигнала светофора, перехожу улицу, целенаправленно направляясь в сторону уличного промоутера, потирая ручки в предвкушении.

Подойдя вплотную к Ушастому, легонько стучу ладонью по плечу и резко ее отдергиваю, когда большие нарисованные глаза впиваются в мою фигуру.

– Вам чего, гражданка? Буклетик?– хриплый голос с бодуна заставляет меня на миг замереть и отрицательно покачать головой. – А что тогда встала? Не видишь, мешаешь людям работать, – и с этими словами вновь отворачивается, бубня под нос: – Ходят тут всякие, людей без хлеба оставляют.

Растерянно смотрю на Ушастого и вновь набираю знакомый номер. Сброс и снова сообщение:

«Просто следуй за ним, никаких вопросов».

Так, Макс не мог так пошутить, значит, ждет, что я сама разгадаю этот квест.

Уже более решительно подхожу к Ушастому и стучу по гигантской плюшевой голове.

– Что опять? Дамочка, в бога не верую, книжки не покупаю, телефоны не скупаю.

– Простите, – пропускаю его слова мимо ушей, – мне сказали, чтобы я следовала за вами, – и для достоверности подмигиваю.

Ушастый оторопел. Если бы его глаза могли шевелиться, то сейчас он бы медленно моргал, пытаясь сообразить, что нужно этой сумасшедшей.

– За мной? Это кто вам сказал? Главный?

Главный? Это он про Макса? Ну если это его рук дела, то да, он главный.

Киваю, на что получаю радостное:

– Наконец-то! Ну, следуй! На, – протягивает мне часть листовок, – да смотри не мни. По два листочка на человека. Чего стоишь, пошли! Тебя как величать-то?

– Алиса, – совсем растерялась я и услышала смачное ржание.

– Уха-ха, ну следуй Алиса, за своим кроликом.

И почему в этот момент мне не пришло в голову что, что-то пошло не так?

Набрав короткое смс: «Все, следую, жди», держа неуверенно пачку разноцветных листовок, я зашагала за Ушастым, попутно раздавая прохожим буклетики.

Надеюсь, это стоит того, Макс.


<Буров>


Да где же она?

Стою в красивом костюме, держа заветную коробку с пирожными в руках, и жду свою Алису.

Она должна была уже подойти, но прошло более получаса, а знакомой фигуры и не видно. Не сдержавшись, набираю Гере, но в трубке раздается женский голос:

– Да, я вас слушаю!

– Э-э-э, а можно Германа к телефону, это его друг Макс беспокоит.

– Макс? А разве Гера не с тобой? Он полчаса назад как уехал с вашим доктором, а телефон свой забыл в гараже. Что-то случилось?

– Пока не знаю, – честно ответил я.

– Я сейчас приеду!

– Нет, нет, не беспокойся. Я Роме сейчас наберу.

Отключаюсь. Под ложечкой неприятно покалывает, пока я ищу номер Ромы.

Гудки и вот знакомый чертыхающийся голос друга, сопровождаемый неприлично-громкими гудками машин.

– Макс, ты только не волнуйся!

– Что случилось? – я напрягся, понимая, что с этими словами, ничего хорошего не жди.

– Какой-то козел подрезал нас на Новопре́сненской, и твоя животинка вырвалась из рук. Мы честно пытались Макс, но этот пушистый монстр, скрылся в дождевой канализации и не хочет выходить. Мы уже битый час тремся и пытаемся выманить скотинку.

– Э-э-эй, Мерлин, между прочим, снималась в элитной рекламе, она телевизионная актриса с большой буквы, – слышу раздраженный голос Сергея. – И если мы ее не вернем, Вика мне голову откусит, и не одну!

– Скотина она и есть скотина, – не унимается Рома, и, раскаявшимся голосом, добавляет: – Прости, что испортили такой сюрприз, надеюсь, и без кролика она сказала тебе «да».

– Какая Мерлин? Какая канализация? Вы вообще где?

– У мужика от счастья совсем крышу снесло, – хмыкает Ромка, но рык Сереги на заднем плане заставляет его вновь чертыхнуться и быстро добавить: – Прости Макс, но если мы эту актрису погорелого театра из канализации живой не вытащим, то Сергей с нас живьем скальп снимет. Еще раз просим прощения, от нас невесте привет, – и отключает телефон.

Я продолжаю сжимать трубку, пока до меня начинает доходить вся реальность ситуации.

Получается, парни не довезли моего кролика и моя будущая жена и мать моих детей сейчас непонятно где и с кем.

Сыпя проклятиями набираю номер Алисы, а сам бегу на улицу, где в последний раз была девушка. Не добежав один квартал, вижу мою любимую, улыбающуюся прохожим и раздающую небольшие листочки с рекламой, а рядом с ней того самого кролика, за которым Алиса опрометчиво убежала.


– Ты кто вообще такой? И что ты делаешь рядом с моей невестой? – сразу прихожу в наступление, как только Алиса оказывается за моей спиной, привлекая внимание проходящих мимо зевак.

– Макс? – непонимающе выглядывает она из-за моего плеча, – ты чего?

– О-о-у, мужик, ты чего? Как там тебя, Макс! Ничего я с твоей благоверной не делаю, она сама ко мне пристала, говорит, что мол можно я за вами похожу, а мне не жалко, пусть ходит, вон сколько листовок раздала. Я бы без нее еще на часа два в этой жаре в костюме зайца проторчал бы. И вообще, она сказала, что от главного, так что ко мне какие претензии?

Я непонимающе уставился на него. Что он несет? Какой главный?

– Макс, ты чего на белого кролика нападешь? Сам же сказал, следуй за ним, я думала это какой-то квест, очередное твое задание…А что, нет? – добавила она, и ее глаза подозрительно сузились. – Пожалуйста, только не говори, что я полчаса ходила за переодетым мужиком, выполняя его работу?

Я смотрел в эти искренние глаза, и глупая улыбка стала расплываться на моем лице.

– Хорошо, не буду, – на что получил громкий хлопок ее руки о мое плечо.

Я обнял ее, будто боясь, что она исчезнет.

– Вообще-то, это костюм зайца, и ни про какое задание не слыхивал. Думал, нормальная попалась, а туда же! Наркош развелось… Сталина на вас нет, – сетовал мужик, а мы тряслись от смеха.

Когда последние смешки прошли, я посмотрел в эти удивительные серые глаза и, встав на колено перед всей этой толпой, громко произнес:

– Милая, красивая, удивительная Алиса, без тебя я не вижу больше своей жизни. Будь моей женой, – и с этими словами раскрыл заветную коробку, явив взору красивое кольцо, водруженное на кремовое пирожное, где большими красивыми буквами было написано:

«ВЫХОДИ ЗА МЕНЯ!»

Она смотрела на меня глазами грозового неба и улыбнувшись сказала: «ДА!»


Конец


Оглавление

  • ГЛАВА 1.
  • ГЛАВА 2.
  • ГЛАВА 3.
  • ГЛАВА 4.
  • ГЛАВА 5.
  • ГЛАВА 6.
  • ГЛАВА 7.
  • ГЛАВА 8.
  • ГЛАВА 9.
  • ГЛАВА 10.
  • ГЛАВА 11.
  • ГЛАВА 12.
  • ГЛАВА 13.
  • ГЛАВА 14.
  • ГЛАВА 15.
  • ГЛАВА 16.
  • ГЛАВА 17.
  • ГЛАВА 18.
  • ГЛАВА 19.
  • ГЛАВА 20.
  • ГЛАВА 21.
  • ГЛАВА 22.
  • ГЛАВА 23.
  • ГЛАВА 24.
  • ГЛАВА 25.
  • ГЛАВА 26.
  • ГЛАВА 27.
  • ГЛАВА 28.
  • ГЛАВА 29.
  • ГЛАВА 30.
  • ГЛАВА 31.
  • ГЛАВА 32.
  • ГЛАВА 33.
  • ГЛАВА 34.
  • ГЛАВА 35.
  • ГЛАВА 36.
  • ГЛАВА 37.
  • ГЛАВА 38.
  • ГЛАВА 39.
  • ГЛАВА 40.
  • ГЛАВА 41.
  • ГЛАВА 42.
  • ГЛАВА 43.
  • ГЛАВА 44.
  • ГЛАВА 45.
  • ГЛАВА 46.
  • ГЛАВА 47.
  • ЭПИЛОГ.
  • _БОНУС_
  • Teleserial Book