Моя жизнь: до изгнания

Подкупает честность автора. К своему стыду, не слышала про такого человека , поэтому было интересно прочитать про тот период нашей истории.

Прочитал в бумажном варианте. Красивое издание, много иллюстраций автора. Книга понравилась, даже не смотря на то, что не являюсь любителем/ценителем живописи. Для меня главы о художниках, «Круге Шемякина» показались самыми скучными. А интересным было послевоенное время, «Воронья слободка», психушка, время перед выездом. Для меня в первую очередь это книга о жизни творца в тоталитарном государстве. Удивительно, как автору удалось выжить, не сломаться в борьбе с советским Левиафаном. А ведь сколько ярких талантов было уничтожено советской властью! Кого просто расстреляли или сгноили в лагерях, а многие не выдержали, сломались, отказались от себя настоящего. Книга во многом именно об этом, о борьбе, противостоянии личности и тоталитарного режима. Рекомендую.

Книга в целом очень хорошая.Несмотря на большой объём, читается легко, а главное интересно. Кто бы мог подумать, что первые 28 лет жизни одного из величайших художников могли быть НАСТОЛЬКО насыщенными на события

Книга потрясающая, настоящая энциклопедия изнанки советской жизни. Узнал много нового о времени своего детства и юности. Читал два дня, не отрываясь.

Давно ждала публикацию этой книги, поскольку в своих интервью Михаил Шемякин часто упоминал, что работает над книгой воспоминаний для РЕШ. Кто лучше самого расскажет про себя? Никто. Но каждый ли сможет так смело и без стеснения рассказать про всё, о чем иногда хочется забыть. Такая прямота и откровенность удивила. Хотя все воспоминания детства и молодости не прошли просто так, они нашли продолжение в творчестве художника, в поиске своего стиля, в эстетике. Неужели вторую книгу про жизнь после изгнания прийдется ждать также долго? Хочется продолжения!

Потрясающая книга, читала с огромным удовольствием! Интересно было бы увидеть фильм, снятый по книге, если это было бы возможно. Такие персонажи, такие невероятные повороты судьбы! Каким складом характера нужно обладать, чтобы жить вопреки-мировоззрению родителей, строю, всем общественным институтам и не потерять себя, не сломаться, найти свой путь!? Хотелось бы прочитать продолжение.

Быть Михаилом ШемякинымЯ поставил перед собой цель стать настоящим мастером. То есть овладеть рисунком, цветом и композицией. И это требовало в первую очередь серьёзной работы. Никаких поблажек! Жёсткий режим и беспощадность к себе!Он мастер, снискавший мировую известность (в отличии от многих, потерявшихся в эмиграции), при жизни (в отличии от своего кумира ван Гога). О ван Гоге не случайно, он был первым художником, чья проза восхитила меня едва ли не больше, чем картины. То же с "Моей жизнью до изгнания" Михаила Шемякина - не обладая достаточными знаниями, насмотренностью, художественным вкусом, чтобы оценить должной мерой его изобразительное творчество, я знаю толк в литературе достаточно, чтобы понять, как хороша книга. Следуя принципу "если делать, то делать хорошо", автор рассказывает свою историю так, что дух захватывает от содержания, а стиль заставляет задаться вопросом, как случилось, что в одного человека столько всего положено, тогда как множество его коллег по номинации на литературную премию вполовину не так хороши в работе со словом? Вы уже поняли, это очередная 38/50 рецензий на длинный список Большой книги.Сегодня имя Михаила Шемякина один из самых узнаваемых мировых брендов культурной сферы, у него есть все, о чем может мечтать творческий человек: признание специалистов, восторг ценителей и народная любовь (в той мере, в какой широкая публика способно любить авангард), богатство, влияние, реализованность в разных сферах творчества - эталонная биография человека искусства. У него не было ничего: отчислен из художественной школы с волчьим билетом, без права продолжать образование в другом профильном учебном заведении и возможности легально зарабатывать живописью, вообще возможности трудоустройства, кроме разнорабочим. Подвергался воздействию карательной психиатрии, рисковал рассудком из-за агрессивного медикаментозного воздействия препаратов и всерьез опасался за свое душевное здоровье после их отмены. Жил нищенствующим отшельником, выводя из организма токсины, и два года был послушником при монастыре, где приобщался к искусству иконописи. Работал такелажником в Эрмитаже, был уволен за выставку живописи, не соответствующей канону соцреализма, снова с волчьим билетом. Выживал, жил впроголодь, но писал свои картины. В 1971 принудительно выслан из страны.Написанная прекрасным литературным языком, "Моя жизнь до изгнания" структурно разделена на небольшие фрагменты со множеством иллюстраций, идеально подходящие для медленного чтения - по нескольку рассказов в день. Впрочем, если проглотить всю книгу за раз, как это было со мной, удовольствия не меньше. О страшных вещах Шемякин рассказывает без трагического надрыва "Мартиролога" Тарковского, к которому мысленно возвращалась, вспоминая "Итальянские маршруты Андрея Тарковского" Льва Наумова прочитанные также в рамках своего читательского марафона по длинному списку Большой книги. Какие, все-таки, разные эти гении со столь похожими судьбами.Интересная умная горькая книга, написанная со спокойным - хотела сказать "юмором", но наверно все же нет. С отстраненностью просветленного.