Читать онлайн Два дерзких ограбления бесплатно
![Два дерзких ограбления](/pics/b/140270/140270.jpg)
Emily Ecton, David Mottram (ill)
THE GREAT PET HEIST
Russian language copyright © 2014 by Eksmo
Text copyright © 2020 by Emily Ecton
Illustrations copyright © 2020 by David Mottram
Published by arrangement with Atheneum Books For Young Readers,
An imprint of Simon & Schuster Children’s Publishing Division
All rights reserved. No part of this book may be reproduced or transmitted in any form or by any means, electronic or mechanical, including photocopying, recording or by any information storage and retrieval system, without permission in writing from the Publisher.
© Проходский А. Н., перевод на русский язык, 2023
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023
Глава 1
Милашка, конечно, знала, что её нельзя назвать идеальной собакой. Но и совершенно гадкой себя никогда не считала, пока не наступил вторник двадцатого октября. И уж тем более она и представить не могла, что в среду, двадцать первого октября, войдёт во Всемирное объединение грабителей.
«Падёж», как они называли это потом, случился ровно в десять утра. Оскар смотрел на часы, потому что ждал любимую телепередачу. Пол на кухне всегда немного скользил, но в тот вторник, двадцатого октября, он превратился в настоящий каток, а всё потому, что Милашку недавно стошнило.
Если честно, она всё утро гонялась за собственным хвостом и очень гордилась, что её стошнило именно на пол, а не на светлый ковёр.
Итак, что же случилось?
В 9 часов 59 минут утра, всего за минуту до начала передачи «Цена удачи», миссис Фуд вышла из кабинета и отправилась на кухню за второй чашечкой кофе. Ровно через 45 секунд её нога соприкоснулась с бывшим завтраком Милашки. И ровно в десять ноль-ноль миссис Фуд свалилась на пол. Грохот был такой, что Милашка от страха попыталась залезть под диван. Правда, безуспешно.
Грохот был такой, что Уолт перестала вылизываться и так и застыла на целую минуту с повисшей в воздухе лапой и высунутым языком.
Грохот был такой, что Оскар забормотал и очень сильно распушил перья. Правда, потом всё отрицал.
А следом наступила жуткая тишина. Все замерли. В конце концов Уолт опустила лапу и посмотрела на Милашку:
– Негодяйка, посмотри, что ты натворила!
Собака промолчала. Разве она виновата, что миссис Фуд решила немного вздремнуть?
Вообще-то для миссис Фуд лежать было привычным делом – она только этим и занималась. Конечно, обычно она это делала на диване, в своей кровати, в общем – на чём-нибудь мягком. Милашка решила, что дело хозяйское. Но ей всё же хотелось, чтобы миссис Фуд поскорее встала. Раньше у хозяйки не было привычки лежать вот так на полу. Как-то это неправильно.
– Миссис Фуд? – позвала Милашка.
Хозяйка не ответила, и собака нахмурилась. Обычно миссис Фуд не одобряла бесед с ней, пока она спит. Иногда Милашке даже прилетало подушкой или носком. Это очень весело! Но на этот раз хозяйка никак не отреагировала. И вряд ли ей было удобно лежать на полу.
Тут в голову Милашке пришла ужасная мысль: а вдруг хозяйка не спит?
– Миссис Фуд? – снова позвала она чуть громче. – Вы там что, умерли?
Хозяйка снова промолчала.
– Молчание – знак согласия? – спросила Милашка через приличный, по её мнению, промежуток времени. Она точно не знала, сколько людям нужно давать времени на ответ, и поэтому изо всех сил старалась сохранять спокойствие.
– Проверь жизненно важные органы, – подсказал Оскар из клетки над головой.
– Точно! Органы и важные. – Милашка осторожно подошла к миссис Фуд и обнюхала её, начиная с ног. – А какие?
Уолт, сидевшая на книжной полке, фыркнула. И Милашка поняла, что от неё-то помощи не дождёшься.
Оскар раздражённо распушил перья. В тех шоу, которые он смотрел, всегда говорили, что самое главное – это проверить жизненно важные органы, но в подробности никто не вдавался. Например, где находятся эти органы. Однако признаваться, что и сам не в курсе, Оскар не собирался. Он же очень мудрая птица, а мудрые птицы должны знать, где находятся жизненно важные органы.
– Во рту, – поспешно сказал он. Оскар был уверен, что не ошибся. Да и какая разница, если Милашка всё равно не узнает.
– Поняла, – кивнула собака и сунула свой нос в рот миссис Фуд. – Её жизненно важные органы пахнут кофе и… мятой. Так и должно быть?
Оскар помедлил. В медицинских передачах врачи ни разу не упоминали про мяту. Мята – это из рекламы, в которой расхваливают что-нибудь приятное. Значит, правильно, и Оскар уверенно кивнул:
– Мята – это хорошо. Теперь давай, буди её.
Милашка покачала головой и задумалась. В этой ситуации точно не помогут сдержанное тявкание и пристальный взгляд. Здесь требовались решительные меры. Самые решительные. Решительнее некуда. Нужно облизать нос миссис Фуд!
Милашка заняла великолепную стойку для облизывания носа. Она задумалась, с какой ноздри начинать, но Уолт спрыгнула с полки и оттолкнула собаку.
– Не сейчас, – сказала она и уселась на груди миссис Фуд, помахивая хвостом. – У нас нет времени на эксперименты с носом.
Милашка моргнула. На эксперименты с носом есть время ВСЕГДА. Уолт подняла лапу и резко ткнула ею в нос миссис Фуд:
– Эй, ну же! – Кошка, три раза взмахнув лапой, снова ткнула хозяйку в нос и наконец покачала головой: – Плохие новости. Она не реагирует.
Оскар вздохнул:
– Ну, мы сделали всё, что могли.
– А теперь оближем нос миссис Фуд? – спросила Милашка.
– Раз уж лапа Уолт не помогла, то ничего не поможет. Боюсь, что всё кончено, – печально покачал головой Оскар.
– Есть ещё кое-что! Можно воспользоваться секретным устройством, – прищурившись, предложила Уолт.
Милашка затаила дыхание.
– Ты не посмеешь! – проскрипел Оскар.
Секретным устройством называлась коробочка с кнопкой, которая висела на шее у миссис Фуд. Она всегда повторяла, что если с ней что-нибудь случится, то устройство спасёт её. Хотя Милашка была уверена, что пользы от него никакой.
Из-за этого устройства поднялось много шума. Оскар настаивал, что не стоит экспериментировать, а Уолт предлагала просто нажать кнопку. Для того кнопки и нужны.
– ОТКУДА ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО НАТВОРИТ ЭТА ШТУКОВИНА?! – закричал Оскар, стуча клювом по прутьям клетки.
Уолт спокойно на него смотрела, помахивая хвостом.
– Мы не знаем, зачем она нужна, – повторил Оскар, видимо, стараясь успокоить самого себя. – Видал я такое по телевизору. Нам всем не поздоровится! Вполне вероятно.
– Всем не поздоровится… – повторила Милашка.
– Наступит конец света, – зловеще продолжал Оскар.
– Конец света, – снова повторила Милашка.
– А как же! – сказала Уолт, пиная коробочку лапой.
– Придумаем что-нибудь другое, – предложил Оскар. – Согласны?
– Да! – воскликнула Милашка.
– Конечно, согласны. Не будем трогать секретное устройство, – произнесла Уолт, нажимая кнопку. – Ой-ёй! А уже всё.
– ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛА! – завопил Оскар и прикрыл крыльями голову, спасаясь от возможной опасности. Милашка снова попыталась залезть под диван. И снова безуспешно.
Наступила тишина.
– Ну, видите же, совсем ничего не происходит! – заявила Уолт, опять ударив лапой по кнопке. – Эта штука ничего не делает. Миссис Фуд, скорее всего, просто пошутила.
– Несмешная шутка, – буркнула Милашка и, пятясь, выползла из-под дивана. Она так часто совала под диван нос, что он уже начал лысеть. – Ни капельки не смешно!
Если честно, то Милашка и раньше не была в восторге от чувства юмора миссис Фуд. Вот что смешного, когда тебе сначала говорят «пойдём прогуляемся», а потом «ой, совсем забыла, мы же идём к ветеринару». Это её любимая шуточка.
– С нами могли случиться ужасные вещи, – мрачно сказал Оскар. – Мы все могли погибнуть! Я предлагаю ввести в доме новое правило о нажимании кнопок.
Уолт лизнула лапу и покачала головой:
– Я нажала на кнопку. И что? Подай на меня теперь в суд. Только вот ничего не случилось, так ведь?
И тут они услышали звуки сирен.
Глава 2
– А вот это мне уже не нравится, – пробормотала Уолт. Она, кажется, впервые почувствовала себя неуверенно.
Потом двери распахнулись, и в квартиру ворвались незнакомцы. Милашка, притаившись под кофейным столиком, увидела, как три незнакомца обшарили квартиру. Они были в одинаковой одежде, и слесарь Боб был явно с ними заодно. Милашка зарычала. Вот предатель!
– Захватчики! Захватчики! – завопил Оскар и спрыгнул с перекладины на пол клетки, стараясь шуметь как можно громче. Клетка так раскачивалась, что едва не свалилась на пол.
Уолт запрыгнула на книжную полку и яростно зашипела на негодяев, которые проявили большой интерес к миссис Фуд.
– Одно неверное движение – и прыгну на вас, – сказала Уолт, обнажая когти. Она случайно сбросила с полки книгу, а потом посмотрела на неё так, чтобы та прекратила свои шуточки. Книга не рискнула продолжать.
Отпугивающее зрелище, которое устроили Уолт и Оскар, похоже, совсем не напугало незнакомцев. Милашка сомневалась, что она способна напугать кого-нибудь своим рычанием, но старалась изо всех сил.
Если честно, то захватчики вообще не обратили на животных никакого внимания и сосредоточились на миссис Фуд. Милашка была уверена, что незнакомцы проводили над ней те же эксперименты, что и они с Оскаром. Но у людей получалось гораздо лучше. Всё потому что у них были руки и гибкие пальцы, а ещё они, похоже, знали, как действовать правильно.
– Они хотят проверить её жизненно важные органы? – спросила Милашка и уставилась на слесаря Боба. Позже он за всё ответит. Никто не может безнаказанно предавать миссис Фуд! Точно уж не на глазах у Милашки.
– Пусть только прикоснутся к её жизненно важным органам, и я точно прыгну на них с обнажёнными коготками, – прошипела Уолт.
– Они её будят? Что они делают? – яростно кричал Оскар. Уолт по-прежнему размахивала хвостом и заслоняла весь обзор, поэтому ему почти ничего не было видно.
– Они даже не проведут эксперимент с носом? – поинтересовалась Милашка, внимательно за всем наблюдая. – Это же первое средство для пробуждения!
– Пусть только попробуют сделать! Как уж я прыгну! – снова прошипела Уолт, вытягиваясь вперёд и угрожающе раскачиваясь на кончиках лап. – Мы должны спасти миссис Фуд!
– Уолт, не надо! – крикнул Оскар, прыгая на стенку клетки. – Миссис Фуд уже не поможешь! Надо спасаться самим!
Похоже, Оскар оказался прав. Три проходимца сгребли миссис Фуд и, прежде чем кто-нибудь напал на них, уложили её на штуковину с колёсами и выкатили в коридор. Потом Оскар объяснил, что это называется «носилки». Как остальные могли забыть? Столько раз видели их по телевизору!
В последний момент Уолт всё же попыталась кинуться на негодяев, и перепуганная Милашка метнулась в коридор, но толку не было.
Слесарь Боб отодвинул собаку ногой обратно в комнату.
– Не беспокойся, пёс. Твоя мама в хороших руках, – сказал он, закрывая за собой дверь.
– Не поняла. Как это? – нахмурившись, спросила Милашка.
– Не слушай его. Он просто глупец, – произнесла Уолт и посмотрела на Оскара: – И что теперь? – Она уселась у двери и нервно замахала хвостом.
– Мы обречены, – ответил Оскар, устраиваясь на полу клетки. Он даже не убедился, что садится на чистое место. Случайно, но ему повезло. Оскар сел там, где чисто.
– Погодите. КАК ТАК? – прошептала Милашка. – Миссис Фуд – моя мама?
Она слегка покачивалась из стороны в сторону. Есть над чем подумать. Милашка всегда была уверена, что у неё особенная связь с миссис Фуд. Но их скорее связывала еда.
– Вот горе-то, – пробормотала Уолт себе под нос. – Только не начинай снова. Оскар?
Попугай вздохнул.
– Нет, Милашка, миссис Фуд не твоя мама. Мы уже это обсуждали. Тебя взяли из приюта. Как и всех нас, – сказал он, по-прежнему сидя на полу клетки.
– Есть документы, – добавила Уолт. – Я их видела.
– А, документы, – облегчённо выдохнула Милашка. Она припоминала, что о чём-то таком они уже разговаривали, но не понятно, почему люди, как этот слесарь Боб, всё ещё болтают глупости про её отношения с миссис Фуд. Запутаться можно!
Уолт закатила глаза и снова повернулась к двери. Остальные пристально уставились на неё. Дверь не открылась.
– И что делать? – спросила Милашка. У неё уже всё затекло от долгого сидения на месте.
– Что ты хочешь узнать своим «что делать?», – возмутился Оскар.
Снизу Милашке была видна только его голова, и её немного настораживало, что друг не вернулся на свою жёрдочку.
– Я хотела сказать, что нам теперь делать? Когда уже вернётся миссис Фуд? Я соскучилась, – произнесла она.
– Ничего не делать. Да и делать нечего. Миссис Фуд не вернётся. Никогда. Мы обречены, – ответил Оскар.
Он говорил совершенно потухшим голосом. Раньше Милашка никогда не слышала, чтобы он так разговаривал. Обычно его голос звучал или визгливо, или слишком громко. Если бы Милашка не знала наверняка, что такого не может быть, она бы решила, что Оскар расстроен.
– Как так? Но я хочу, чтобы миссис Фуд вернулась, – проскулила Милашка.
– Я тоже, – буркнула Уолт себе под нос.
– Всё бесполезно. Она не вернётся, – Оскар даже не двинулся со своего места.
– Но Боб сказал, что она вернётся. – возразила Милашка.
– Боб соврал, – сказала Уолт.
– Боб сказал, что миссис Фуд – твоя мама, – напомнил Оскар.
– Да. Я помню, – вздохнула Милашка и нервно облизала губы. – Но кто нас будет кормить? Я не умею пользоваться открывалкой. И кто будет выводить меня на улицу? Мне ходить в лоток Уолт?
Милашка старалась, чтобы в голосе не слышалось волнения, но это оказалось так трудно. Она почти вопила.
– В мой лоток ты ходить не будешь, – бросила на неё угрожающий взгляд Уолт.
– НИКТО! – в итоге проскрипел Оскар, запрыгивая на свою жёрдочку. – Никто тебя не будет выгуливать. Ты что, ещё не поняла? Миссис Фуд не вернётся. Я видел такое по телевизору. Когда людей увозят на носилках, они не возвращаются. А что касается еды, то что толку, даже если мы сможем открыть банки. Нам крышка, потому что новых никто не принесёт. Из достоверных источников мне известно, что банка собачей еды стоит один доллар сорок пять центов. У меня нет таких денег. А у вас?
Оскар говорил дело.
– Источник? Что ещё за источник? – скептически спросила Уолт.
– Программа «Цена удачи»! – проскрипел попугай. – Телевидение никогда не врёт! Зелень тоже сильно подорожала!
Милашка согласно кивнула. Она, конечно, не так часто смотрела «Цену удачи», как Оскар, поэтому немного сомневалась в правильности цифр. Но доллара и сорока пяти центов у неё всё равно не было.
– Погоди. То есть ты хочешь сказать, что миссис Фуд ушла навсегда? Она больше не будет меня выгуливать? – уточнила она.
– Да. Ушла. Навсегда. – Оскар спрятал голову под крыло, закончив разговор.
Милашка посмотрела на Уолт. Та согласно кивнула и снова уставилась на дверь. Собака положила голову на лапы и принялась смотреть вместе с ней. Вдруг миссис Фуд всё-таки вернётся. И даже когда наступили сумерки и в комнате стало темно, питомцы всё сидели и смотрели.
Глава 3
Когда в замке́ повернулся ключ, Милашка вскочила на лапы. Она не знала, сколько точно прошло времени, но она точно просидела его, не смыкая глаз. Ну, может, сомкнула разок. Или два разка.
– Тревога, – прошептала Уолт. – Боевая тревога!
Милашка нервно принюхалась. Кошка оказалась права. Там, за дверью, вовсе не миссис Фуд. Кто бы там ни был, от него пахло ластиками, карандашами, соком и печеньками. Собака раньше ни разу не обнюхивала никого с таким запахом – что-что, а печеньки она бы запомнила.
– Что думаешь? – шепнула Милашка кошке.
Уолт покачала головой:
– Надо быть готовыми ко всему.
Собака снова принюхалась, и шерсть у неё на холке стала дыбом. Она почувствовала новый запах: шпаклёвка, краска и средство для чистки туалетов. Из горла Милашки вырвался рык. Она поняла, кто это.
БОБ!
– Милашка, спокойно, – снова шепнула Уолт. – Дождись, пока откроется дверь, и вцепись ему в лодыжку. Я разберусь с остальным.
– Поняла, – ответила Милашка и перестала рычать. Ей очень хотелось разразиться лаем, но она понимала, что элемент неожиданности не менее важен. Милашка узнала это из тех передач, которые смотрел Оскар.
Дверь распахнулась, и на пороге показались два человека.
– В атаку! – крикнула Уолт. – Что… Давай же! – Она прыгнула и тут же присела.
– Уолт, – Милашка замерла, подняв одну лапу в воздух, а потом неуклюже завалилась на бок. – Это же ребёнок. Мне кусать ребёнка за ногу? Это неправильно.
– Не расслабляйся, – скомандовала Уолт. – Надо выяснить, что происходит.
Перед Бобом в дверях стояла девочка среднего роста с длинными чёрными волосами, не малышка, но и не взрослая. Она помахала Милашке и Уолт.
Собака моргнула. Ей никогда не махали. Кошка подозрительно прищурилась. Это, безусловно, отвлекающий манёвр, чтобы они потеряли бдительность и ослабили оборону. Но Уолт этим не проведёшь! Не на ту напали.
– Ну вот! Они все тут, – включая свет, сказал Боб. Питомцы даже не успели прикрыть глаза! Уолт зашипела, Оскар страшно завопил, а потом изобразил злое рычание собаки.
Боб указал на Милашку:
– Вот это – собака. С ней неприятностей больше всего.
– Вот спасибо, – буркнула Милашка.
– Её надо выгуливать два, может, три раза в день. Не знаю, как часто выгуливают собак, чтобы они не испортили ковёр. – Боб вёл себя так, словно и не сказал ничего обидного.
– Десять, – серьёзно заявила собака. – Меня надо выгуливать десять раз в день. Лучше двадцать.
– Помолчи, Милашка, – прошипела Уолт. – Не вступай с ними в переговоры.
– Ладно. Я буду выгуливать её три раза в день. Как зовут собаку? – уточнила девочка, приседая, чтобы рассмотреть её.
– Тут написано, – Боб посмотрел на смятый листок бумаги. – Оскар. Нет, это птица. Собаку зовут Милашка. Он – такса.
– Она, – поправила Милашка. – Про меня нужно говорить «она». Она – такса.
– Для таксы у неё слишком длинная шерсть, – девочка почесала собаку за ухом.
– Я длинношёрстная такса, – возразила Милашка. Она не знала, можно ли доверять этой девочке, но обожала, когда её чешут за ухом.
– Просто пёс, – пожал плечами Боб, с отвращением глядя на Милашку. Он, похоже, не любил собак. – Короче, это собака. А наверху птица – Оскар. Это майна, поэтому не удивляйся, если он начнёт болтать человеческим голосом. Тут написано, что он может произносить слова.
– Отстань, – сказал Оскар хорошо поставленным человеческим голосом. Он был не в настроении и уставился девочке в глаза, будто они играли в гляделки.
– Ух ты, и правда говорит, – восхитилась девочка и посмотрела на птицу широко распахнутыми глазами.
Боб не обратил внимания на слова Оскара.
– Тут хлопот не много. Просто меняй еду, воду и наполнитель, когда он станет грязным. А вот эта внизу – Лючертия.
Милашка наклонила голову:
– Что ещё за Лючертия?
Девочка отвела взгляд от Оскара (который мысленно поздравил себя с победой) и посмотрела на Боба:
– Которая из них Лючертия?
– Вот эта страшненькая чёрная кошка с длинным носом.
– Я восточная короткошёрстная, чтобы ты знал, – прошептала Уолт. – И меня зовут Уолт.
– Да? – девочка присела прямо перед кошкой и заглянула ей в глаза. – Мне кажется, что она совсем не похожа на Лючертию.
– А я и не она. Меня зовут Уолт, – громче произнесла кошка.
– Ты больше похожа на… хм-м-м, – девочка склонила голову, почти повторив движение Милашки. – На кого же ты похожа?
– На Уолт! – воскликнула кошка. – Я похожа на Уолт!
– Ты скорее похожа на…
– Уолт! – тявкнула Милашка.
– Уолт! – подтвердила кошка.
– Ты больше похожа на… Уолт, – заключила девочка.
– А она ничего, – улыбнулась Уолт, повернувшись к собаке. – Атаку пока отменяем.
– Как тебе это удалось? – в восторге уставилась на неё собака. Кошка только покачала головой.
Боб фыркнул:
– Послушай, мне всё равно, как ты их будешь называть. Главное, чтобы ты за ними присматривала. Похоже, что они здесь надолго не задержатся. Ты же понимаешь.
Питомцы замерли.
– Вы о чём? – спросила девочка.
– Только между нами. Их хозяйка вернётся не скоро, поэтому сильно не привязывайся, чтобы потом не плакать.
– Из-за чего? – снова спросила девочка.
– Послушай, миссис Фуд живёт совсем одна. Даже если она поправится и её отпустят домой, что будет с этими ребятами? Кому захочется возиться с кучкой неприятно пахнущих животных? Ладно бы ещё один питомец, но такая орава! У них есть неделя. Может, чуть больше или меньше.
– Неделя?! – в ужасе воскликнула девочка.
– Что-то около того. И хватит с них. Сами о себе животные позаботиться не смогут. Поэтому, как я уже сказал, не привязывайся.
– Хорошо, – ответила девочка с сомнением. – Вот я без проблем могу о себе позаботиться.
– Отлично. Может, тогда ты перестанешь смотреть на них, раскрыв рот, и выгуляешь этого парня?
– Девочку, – надулась Милашка.
Боб посмотрел в список:
– Погоди-ка минутку. Чуть не забыл о ещё двоих, – и скрылся в кабинете миссис Фуд.
– Ещё двоих? – Милашка снова склонила голову. Это уже становилось привычкой.
– Убери всё со стола, малышка, – крикнул Боб из кабинета.
– Без проблем! – Девочка, кажется, была в шоке, как и Милашка, но убрала со стола газеты и подушечки.
– О-о-о-ой!
Девочка едва успела расчистить стол, когда замерла, услышав звуки, доносившиеся из комнаты: тоненький писк, словно кто-то скатывался с крошечных американских горок. Или два «кого-то». Боб вернулся, держа в руках клетку. Писк стал громче, и он определённо доносился из клетки.
– У-у-у-у-ух! У-у-у-ух! Яху-у-у! – послышался тоненький голосок.
– О-о-о-о-ой! Прекратите! – раздался другой голос.
Милашка в ужасе уставилась на клетку. Внутри сидели две крысы и даже не пытались удрать. Одна из них прикрывала мордочку лапками и подглядывала сквозь пальцы, одновременно стараясь удерживать равновесие. Другая размахивала лапками в воздухе и вопила от радости, словно находилась не в клетке, а на доске для сёрфинга или на карусели.
– ОТКУДА ОНИ ВЗЯЛИСЬ?! – проскулила Милашка, пытаясь рассмотреть их поближе.
– Полегче, парень, – сказал Боб, отталкивая собаку в сторону.
Расстроенная Милашка повалилась на спину, ругая себя последними словами. Ведь ей частенько казалось, пока она грызла лакомства или потрошила мягкие овощи, что из комнаты миссис Фуд попахивает как-то подозрительно. Иногда через дверь доносился слабый крысиный запах. Но она всегда была уверена, что это её собственные выдумки, тихонько посмеивалась над собой и снова принималась за вкусняшки. Ну правда. В комнату МИССИС ФУД?! Проникли крысы? Вряд ли. А что в итоге? Вот он Боб с неопровержимыми уликами.
– Ну да, ещё вот эти двое. Я думаю, что надо иногда чистить их домик и давать еду и что-нибудь ещё. Похоже, воды у них достаточно, но ты следи и за этим.
Девочка заглянула внутрь клетки. Крысы, прекратив воображать, что они в своём парке развлечений, выжидательно уставились на неё.
– У них есть имена?
Боб посмотрел на свою мятую бумажку:
– Имена тут не написаны. Наверное, просто крыса Номер Один и крыса Номер Два. Или можешь звать вот эту Колин, а эту Элизабет. Какая разница? Они же крысы. Что они понимают?
– Эй! – сказала первая крыса, она же Колин.
– Хам! – сказала другая, она же Элизабет.
Милашка медленно отвернулась от захватчиков и в ужасе посмотрела на Уолт. На Уолт, которая много времени проводила в кабинете. На Уолт, которая может забираться на высокие поверхности. На Уолт, которая всегда скрытничала.
– Ты ЗНАЛА? – настойчиво спросила собака. – Что у нас живут крысы? – Уолт помотала головой. – Ты ЗНАЛА? И НИЧЕГО не сказала? – Уолт снова помотала головой.
– Откуда мне знать, что это тайна. Они стояли прямо на полке. Ты же заходила в комнату. Крысы были на виду.
У Милашки отвисла челюсть:
– Я МАЛЕНЬКАЯ, маленькая собака! Я не вижу то, что стоит выше меня. И ТЫ ЗНАЕШЬ ОБ ЭТОМ!
– Ну ладно, извини. Я всё тебе расскажу. У нас живут крысы, – закатив глаза, произнесла Уолт.
– Я уже догадалась! Крыса Номер Один и крыса Номер Два, – буркнула Милашка. – И это только те, кого мы заметили.
– Марко!
– Пола!
Собака резко повернулась и уставилась на клетку:
– ПРОСТИТЕ?
– Меня зовут Марко, – сказала крыса Номер Один.
– Меня зовут Пола, – сказала крыса Номер Два.
– И никакие мы не крыса Номер Один и крыса Номер Два, как сказал этот дядька, – обиженно заявил Марко.
– И не Колин или Элизабет. Этот парень просто сумасшедший, – произнесла Пола.
– Полный! – добавил Марко и покрутил пальцем у виска.
– Что есть, то есть, – согласилась Милашка. Может быть, эти крысы и захватили комнату, но соображали хорошо.
– Кхм!
Животные тут же замолчали и уставились на девочку, которая удивлённо их рассматривала.
– Они всегда такие… болтливые? – спросила она.
Боб пожал плечами и протянул ей поводок Милашки.
– Откуда мне знать? Мыши пищат, ведь так? Они болтливые. И собаки, мне кажется, тоже.
– Крысы! – хором сказали Марко и Пола. – Не мыши!
– Точно, – девочка нахмурилась и пристегнула поводок к ошейнику Милашки.
– Милашка, – тихонько позвал Оскар. – Будь внимательна! Осмотрись там. Срочное домашнее собрание, когда вернёшься!
– Ладно, – ответила Милашка, изо всех сил стараясь не вилять хвостом. У неё была привычка делать это при виде поводка, но сейчас неподходящая ситуация.
– Срочное домашнее собрание, – повторила она, когда ринулась к двери, таща за собой на поводке девочку. – Поняла.
– Экстренное! – воскликнул Оскар, когда за ними закрылась дверь. – Потому что если то, что сказал Боб, правда, у нас серьёзные неприятности.
Глава 4
Милашка вернулась домой чуть не подпрыгивая от радости. Она виляла хвостом, высоко задрав его, и вся светилась.
Оскар нахмурился: Милашка, очевидно, не понимает, что они попали в очень опасную ситуацию. Он отвёл взгляд, когда собака лизнула девочку в руку, а потом метнулась в гостиную.
– Ух-ху! Вот это прогулка! – Милашка шлёпнулась на ковёр, стоило девочке выйти из квартиры. Оскар недовольно посмотрел на неё, но, похоже, она даже не заметила. – Эта девочка ходит гораздо быстрее, чем миссис Фуд! Мы почти летели! – продолжила собака, высунув язык.
Оскар прокашлялся и сказал:
– Да, миссис Фуд была старше. И склонна к падениям. Странно, что ты не заметила этого, особенно в свете последних событий.
– Падениям. Точно, – засопела пристыженная Милашка. – Но я же ИЗВИНИЛАСЬ.
Наверное, надо было промолчать, ей и так никогда не простят той неприятности.
Уолт положила лапу ей на спину:
– Всё в порядке. Теперь к тому, что произошло снаружи. Ты что-нибудь видела или слышала? Что нового на улице?
Милашка задумалась и уставилась в потолок. Надо сосредоточиться, чтобы ничего не забыть, она не хотела снова всё испортить.
– Да-а… Кое-что я узнала. Соседи пользуются новым средством для чистки ковров. Отвратительно пахнущим. Наверное, они думают, что это запах цветов, но мне он не понравился.
Оскар приподнял одну бровь и посмотрел на Уолт:
– Допустим. А ещё?
– Я видела Бисквита со второго этажа. У него новая стрижка, и теперь снова видно его глаза. Бисквиту очень идёт.
Уолт не решалась посмотреть на Оскара.
– А ещё? – требовательно попросил он.
– Ну-у-у… Кто-то всерьёз повозился в мусорной корзине у входа. Конечно, больше всех в ней покопался Бисквит, но был и кто-то неизвестный. ТОЧНО! ВОТ ЕЩЁ! У консьержа был гамбургер из закусочной, я понюхала упаковку. Много лука, но совсем без сыра. – Милашка вопросительно посмотрела на друзей: – Это поможет?
Уолт предостерегающе посмотрела на Оскара:
– Да, очень полезная информация. А что слышно про миссис Фуд?
– Ничего, – нахмурилась Милашка.
– А девчонка что-нибудь говорила?
Милашка подняла голову вверх:
– Да, но в основном «поторопись» и «заканчивай поскорее». По-моему, это было не про миссис Фуд. Сплошные загадки!
– Да уж, тайна, покрытая мраком, – вздохнул Оскар.
– И что теперь? – посмотрела на него Уолт.
– Экстренное собрание, – ответил Оскар. – Не буду нагнетать обстановку и утверждать, что прямо сейчас ситуация критичная, но мы должны подумать о будущем. Придётся признать, что всё плохо.
– Всё совсем плохо, – согласилась Уолт, вылизывая лапу. – А может, гораздо хуже.
Оскар закатил глаза:
– Ну, может, и не совсем плохо. Недавно я смотрел передачу, в которой рассказывали о собаке, лишившейся хозяйки. Она унаследовала миллионы долларов. Миллионы! И даже получила в подарок нового человека, который будет за ней ухаживать!
– Счастливица! К чему ты это рассказываешь? – не переставая вылизывать лапу, спросила Уолт.
– Миссис Фуд очень ответственная – я уверен, что она позаботилась о нас.
Уолт покачала головой:
– Прости. Но это не так.
– Уолт, по-моему, всё-таки стоит посмотреть. Должны же быть какие-то документы. – Оскара сильно задели слова кошки.
Уолт перестала вылизываться:
– Никаких. Вернее, документы-то есть, но про нас в них ни слова.
– Что?! Откуда ты знаешь? – ахнула Милашка.
События развивались слишком быстро. Уолт могла хотя бы намекнуть, чем всё закончится.
– Я живу в кабинете. Думаете, я не видела бумаги миссис Фуд? Какие же вы зануды! Я три раза всё просмотрела, и мне известны все её пароли и даже её тайны.
– У миссис Фуд есть тайны? – снова ахнула Милашка. Она такая наивная… Сначала крысы, а потом ещё и тайны. Целый день удар за ударом.
– Вообще-то нет, не от меня. Миссис Фуд ничего от меня не скрывала. Нам она ничего не оставила, только приюту для бездомных кошек и журналу «Собаки-гуляки». И если я ничего не путаю, к нам это никак не относится.
– Но… но… – Оскар даже начал заикаться. Ему казалось, что он предусмотрел всё и заранее продумал, что скажет, но теперь весь план трещал по швам. У него опустились крылья. – Тогда я не знаю, что ещё можно сделать. Зачем суетиться? Мы обречены.
– Не паникуй, – успокоила друга Уолт. – Есть множество вариантов, надо просто составить план.
– Но каких? – спросила Милашка. – Что нам остаётся делать?
Раз Оскар сказал, что они обречены, то, вероятно, так и есть. Уолт махнула хвостом.
– Я уже сказала, что знаю все тайны миссис Фуд и могу воспользоваться её компьютером. Печатаю я не быстро, но справлюсь. Можно заказывать доставку на дом, стоит хотя бы попытаться.
– Доставку на дом? Игрушек? – Милашка так сильно застучала хвостом о пол, что чуть не подлетела в воздух. Новые игрушки она любила!
– Вообще-то я имела в виду еду. Мы сможем продержаться, пока остаются деньги на карточке миссис Фуд. Нам нужно только придумать, как открыть дверь и забрать коробки.
Оскар покачал головой:
– Это сработает, если нам удастся отделаться от Боба. И важно сделать это очень быстро, всего за неделю.
– Плюс-минус, – мрачно добавила Милашка. – Более или менее.
– Я возьму Боба на себя, – сказала Уолт, сверкнув глазами. – Можно прыгнуть на него! Чем не вариант?
– Ну хорошо, – откашлялся Оскар. – Даже если мы решим вопрос с Бобом, вариантов у нас не много. Вариант первый – устроиться на работу. Или второй вариант – стать богатыми и независимыми. Лично мне больше нравится вариант номер два.
– Я могу устроиться на работу! – предложила Милашка. – Я видела рекламу работы на дому! Я дома, а значит – могу работать. Давайте попробую, а?
Оскар поудобнее устроился на жёрдочке:
– Замечательная мысль, Милашка. Расскажи, какую работу ты можешь выполнять?
Собака помедлила, мысленно перебирая те предложения о работе, которые видела в списке. Теперь, когда она глубоко задумалась, поняла, что вряд ли у неё хватит знаний хотя бы для одной из них. Опыта преподавания – ноль. И Милашка совсем не разбиралась в программировании.
– А может, ты сможешь работать? Отвечать на звонки? Ведь ты же разговариваешь, как человек, – спросила она Оскара.
– Я тоже могу говорить, как человек, – проворчала Уолт. – По-своему. Есть специальные программы для этого, которыми я могу воспользоваться.
– Простите, – донёсся тоненький голосок с другого конца комнаты. – Не могли бы вы говорить ГРОМЧЕ или открыть нашу клетку? Здесь почти ничего не слышно.
Милашка ахнула:
– Нельзя их выпускать!
– И что, по-твоему, они натворят? – спросил Оскар.
– КРЫСИНЫЕ штучки! – Милашку аж передёрнуло. Будто не ясно!
– Придётся рискнуть. Они с нами в одной лодке, – сказала Уолт, а затем, помедлив, добавила: – Милашка, объясняю специально тебе: это всего лишь фигура речи. Мы не в лодке.
– Я понимаю, – фыркнула Милашка. Она знала, что они не в лодке и даже не думала об этом, пока Уолт не сказала.
– Ничего страшного. Мы справимся! – крикнула Пола. – Марко, подсади меня.
Марко сложил лапки ступенькой, и Пола, как крохотный акробат, забралась по ним на поилку.
– Поднаж-ж-жали, – прокряхтела Пола, легла на спину и лапками стала оттягивать крышку клетки, которая понемногу сдвигалась с места. У Милашки даже челюсть отвисла. Им бы в цирке выступать!
– Молодчина, Пола, – произнёс Марко и, забравшись на поилку следом, дал ей пять.
– Спасибо, – ответила Пола, выбралась наружу и отряхнулась.
– Хотите сказать, что можете спокойно выбираться оттуда? – спросила Милашка.
– Ты же не думаешь, что мы всё время сидим в клетке? – спросил Марко.
– Смешно представить, – согласилась Пола.
– КАК ТАК? – тявкнула собака.
– Может, продолжим обсуждать? – спросил Оскар, сердито глядя на неё. Он научился открывать клетку, когда у него едва перья пробивались, и не понимал, чем крысы хуже. Не считая отсутствия перьев, конечно. – Что же, вариант с работой не стоит сбрасывать со счетов. Но всё-таки стать богатыми и независимыми гораздо приятнее. В первую очередь нужно пересчитать наши сбережения, чтобы понять, что у нас есть.
– О чём ты? – Милашка склонила голову набок. – Объясни.
– У кого-то из нас может оказаться что-нибудь ценное. Пока не проверим, не узнаем. Собирайте свои сокровища, и встречаемся здесь через десять минут. Может, мы зря беспокоимся.
– Ты просто работать не хочешь, – подколола Уолт Оскара.
– А сразу нельзя было сказать? ДО ТОГО как мы выбрались из клетки? – закатил глаза Марко.
– Вы же не думаете, что мы храним свои сокровища где попало, – покачала головой Пола.
– Извините, – сказал Оскар, кивнув крысам. – Напоминаю, через десять минут.
Животные, что-то невнятно бормоча, разбрелись по квартире. Оскар, конечно, зазнался, но сейчас был прав. Через десять минут станет известно, будут ли они купаться в роскоши или рекламировать товары по телефону.
Глава 5
– Итак, – сказал Оскар, оглядывая собравшихся. – Признаю, что всё это не впечатляет.
Животные вынули заветные сокровища из потайных уголков и выложили перед всеми, опасливо прикрывая их. Мордочки светились от гордости, но Оскар, наблюдая, как они складывают всё в кучки, очень расстроился. Он думал, что кучки будут… немного побольше.
– Начну я, – сказал Оскар. – У меня мало сокровищ. В клетке, знаете ли, не так много мест, где можно что-нибудь спрятать. Итак, у меня есть начищенные до блеска 50 центов, крошечный серебряный ключик и на сладкое – серёжка. – Он лапкой подтолкнул вперёд серебряную витиеватую серёжку.
– Эй, это принадлежит миссис Фуд! – обнюхав серёжку, возмущённо тявкнула Милашка. Точно! Её запах. Вернее, запах миссис Фуд, смешавшийся с ароматами птичьей клетки.
– Ага. Ты помнишь, как она её потеряла? Когда миссис Фуд ушла, я заметил серёжку под подушками на диване. Я собирался вернуть её, если миссис Фуд снова принялась бы её искать, но она так этого и не сделала. Поэтому я решил, что серёжка моя.
– О-о-о-о, серебро, – сказала Пола.
– О-о-о-о, – вторил Марко.
– Как же она блестит! – воскликнула Милашка. – Наверное, очень дорогая.
– Одна серёжка? – фыркнула Уолт и покачала головой. – Сильно сомневаюсь.
– Это только начало, – холодно сказал Оскар. – Показывай своё, Уолт. У тебя должно найтись что-нибудь получше жалкой серёжки.
– Ты прав, как никогда, – ухмыльнулась Уолт. – У меня есть действующая кредитная карта и ВОТ ЧТО! – Кошка вытащила из-за спины чулки.
– Ого! – принюхалась собака. – Это что… чулки?
– Не простые чулки, Милашка, – торжественно произнесла Уолт, – а компрессионные.
– Ого! – Милашка подошла поближе и принюхалась. – Что это значит?
– Я не очень уверена, – призналась Уолт. – Но я слышала, как миссис Фуд сказала, что они стоят целое СОСТОЯНИЕ!
– Хм-м-м, – Оскар пригляделся к чулкам. Со стороны – чулки как чулки. – Ты думаешь, она говорила это буквально?
– Ты ещё сомневаешься? – ошарашенно уставилась на него Уолт. – Добавляй в список!
Оскар помедлил, а потом сделал пометку:
– Наши активы: одна серебряная серёжка, кредитная карточка и, э-эм… необычные чулки. Так, теперь Пола. Или Марко?
Крысы переглянулись, и Пола подтолкнула Марко, который держал в лапках зёрнышко кукурузы, вперёд.
– У меня есть только зёрнышко. Но вы присмотритесь! У него форма крысиной головы. Разве это не здорово?
– Не смущайся, Марко! – подпрыгнула на месте Пола. – Да ты покажи им!
Марко покраснел и поднял перед собой кукурузное зёрнышко.
– Вам придётся напрячь глаза, чтобы разглядеть, – застенчиво сказал он.
Уолт, Оскар и Милашка присмотрелись.
– Точно! – воскликнула Милашка. – Теперь я вижу. Вон там носик. Вылитый ты!
– Именно, – согласился смущённый Марко. – Я просто подумал, что не каждый день встречаются кукурузные зёрнышки, похожие на голову крысы!
Уолт и Оскар переглянулись.
– Вот уж действительно, – сказал Оскар.
– Впечатляет, – подтвердила Уолт. – Даже представить не могу, сколько дадут на рынке за кукурузину в форме крысиной головы.
– Добавь её в список, – махая лапкой, крикнула Пола Оскару. – Это актив.
– Одно кукурузное зёрнышко в форме крысиной головы. Записал, – пробормотал Оскар.
– У меня таких сокровищ, конечно, нет, – вздохнула Пола. – Зато есть целых две вещи: напёрсток и обрывок верёвки, – она подтолкнула в центр круга оба предмета. – Не знаю, пригодятся ли они вам. Я хотела носить напёрсток вместо шляпы, но он всё время сваливался.
– Ясно, – нахмурился Оскар. С каждым новым «сокровищем» он становился всё мрачнее. – Напёрсток, верёвка. Записал. – И, тяжело вздохнув, сказал: – Милашка?
– О-о-о! У меня столько всего ценного, – принялась рассказывать Милашка. Но только она собралась показать свои сокровища, как в замке заскрежетал ключ. Собака тут же умолкла.
– Быстро! Разошлись по своим местам. Ведём себя прилично! – скомандовал Оскар, влетая в клетку. Он еле успел оказаться внутри, остальные замерли на полпути.
– Эй, ребята. Я просто забыла свою… – девочка не договорила, оглядывая комнату.
Она думала, что, когда зайдёт, животные либо напугаются, либо обрадуются, но такого точно не ожидала. Две крысы скреблись по стенке клетки, издали казалось, что они снаружи, а не внутри. Птица, как и положено, покачивалась на жёрдочке в клетке, но при этом словно одной лапой придерживала дверцу. А собака и кошка сидели, тесно прижавшись друг к другу, и, невинно моргая, смотрели на девочку. Мордочки у них были очень подозрительные.
Самые странные животные, которых она встречала!
– Тут моя сумка. Я её забыла. Ага. Ну что ж, увидимся завтра утром.
Никто из питомцев не пошевелился, уставившись на неё. Девочка, закидывая рюкзак на плечо, случайно зацепила блестящую пуговицу на кофте, которая тут же оторвалась. Пять пар глаз наблюдали за тем, как падала пуговица. Марко пришлось силой удерживать Полу, которая рвалась к пуговице как ненормальная.
Девочка задержалась у двери.
– Просто у меня есть свободное время, и я подумала… что могу составить вам компанию. Посидеть с вами, если хотите. Или не надо?
Девочка подождала. Ну хотя бы кто-то из них должен был себя повести как нормальный питомец. Но они только моргали, уставившись на неё.
Плечи девочки опустились, и, грустно вздохнув, она сказала:
– Ну ладно тогда. Просто предложила. Пока, – и помахала на прощание, перед тем как закрыть за собой дверь.
– МОЁ! – завопила Пола, вырываясь из крепких объятий Марко и кидаясь к блестящей пуговице. – Разве это не самая прекрасная вещь в МИРЕ? По-моему, девочка хотела отдать её мне! – Крыса подняла пуговицу вверх, чтобы посмотреть, как она сверкает на свету. – Мы встретились с девочкой глазами. Она хотела подружиться со мной, и поэтому это почти ПОДАРОК! Для МЕНЯ!
– Лучше отдайте ей, без боя она не отступит, – тихо посоветовал Марко.
– Мы такие хорошие актёры, – начала Милашка и ударила хвостом по полу. – Мне кажется, девочка ничего не заподозрила. Мы вели себя так естественно! Эй, Оскар, может, нам в фильмах сниматься?
– Блестящая мысль, – согласилась Уолт, потягиваясь и не спуская глаз с двери. Эта уловка с забытым рюкзаком неспроста. Неудивительно, если девчонка снова вернётся. Она выглядит подозрительно и явно что-то замышляет, но времени на то, чтобы подумать что, нет.
– Милашка, показывай, что у тебя. Есть что-нибудь ценное? – спросил Оскар.
– Много всего, – ответила собака, двигая сокровища вперёд. – Сами посмотрите, какая я богатая.
Оскар подлетел поближе и запустил в кучку лапу:
– Хм-м, сломанный калькулятор, расчёска, монетка…
– Канадская, – фыркнула Уолт. – Пять канадских центов, погрызенная зубная щётка и… Милашка, это что, недоеденный тост?
– Ну конечно! Ему всего две недели! – радостно взвизгнула собака.
– Хм-м, кусок мыла из гостиницы… – продолжил перечислять Оскар.
– Где миссис Фуд прожила целых ДВА ДНЯ! И оно пахнет лимоном.
Оскар промолчал. Он был уверен, что ценности не пахнут лимонами, и поэтому отодвинул мыло в сторону и продолжил:
– Крышечка от бутылки и… носки?!
– У меня есть свои НОСКИ! – Милашка едва могла усидеть на месте. Ситуация сложная, и надо сдерживать себя.
– И чем они ценны? – спросил Оскар. Он совсем не придирался. Но… это же просто носки.
– Ты что не понимаешь? – Милашка закатила глаза. – Люди НИКОГДА не разрешают играть с ними. И носки ВСЕГДА при них.
– А ведь Милашка права, – согласилась Уолт. – Миссис Фуд и близко меня к своим носкам не подпускала.
Оскар скептично посмотрел на них:
– Записал. Это всё?
– А тебе что, МАЛО? Я столько всего интересного принесла, – оскорбилась Милашка.
– Крутой вклад, Милашка. Кроме, пожалуй, носков, ну и… старого тоста. – Оскар просто придирался. – Но…
– Но от этих вещей сейчас мало пользы, – закончила Уолт. – В отличие от моей кредитной карточки. И компрессионных чулков, – чуть слышно добавила она.
– Что ж, – вздохнул Оскар. – Похоже, с нашим планом стать богатыми и независимыми покончено. И это печально. Мне почему-то кажется, что для птиц сейчас мало предложений работы, но я всё равно поп… – Внезапно он замолчал и наклонил голову набок. Потом прыгнул вперёд и наклонил голову в другую сторону.
– Оскар? – позвала Уолт. Она надеялась, что он не сошёл с ума. От таких переживаний любая птица может спятить!
– Милашка, – заговорил Оскар, подпрыгивая ещё ближе. – Эй. Что это?
Собака в панике огляделась:
– Ты о чём? О моём мыле?
– При чём здесь мыло? Я о том, что у тебя под хвостом.
Глаза Оскара светились от радости, Милашка наклонилась и осмотрела хвост.
– Ой! – засмеялась она и отодвинулась в сторону. – Это просто моя монетка. А я-то думала, куда она подевалась!
– Ты на ней сидела, – подсказал Оскар, прыгнул ближе и внимательно изучил монетку.
– Я не специально. Она такая маленькая, – насупилась Милашка.
– О-о-о-о, – не смог вымолвить и слова Марко.
– Какая она блестящая! – воскликнула Пола.
– Милашка, похоже, монетка из чистого золота, – сказал Оскар, поднял её и положил перед кошкой. – Уолт, как ты считаешь?
Кошка наклонилась вперёд. Монетка с изображением антилопы или газели оказалась совсем небольшой.
– Я не так много знаю, чтобы утверждать, что она очень ценная, – произнесла Уолт. – Надо выяснить что-нибудь ещё. Единственное, что я могу сказать, – монета определённо дорогая.
Оскар распушил перья:
– Милашка, где ты её взяла? Расскажи нам всё прямо сейчас.
– Недавно я сидела в коридоре, – начала собака. – Где-то пару недель назад. Или дней. Не помню точно. Мы с миссис Фуд ждали лифт, и она в это время разговаривала с миссис Третий Этаж. Двери лифта открылись, и оттуда вышел Бисквит с хозяином.
– Тот самый коротко подстриженный Бисквит? – спросила Пола.
– Другой Бисквит, – покачала головой Милашка.
– Так это хозяин Бисквита уронил монетку? – прищурившись, предположил Оскар.
– Нет, не он. И даже не собака. Какой-то парень, который тоже вышел из лифта.
– Помнишь о нём что-нибудь? – допытывался Оскар. Жаль, что у него нет лампы, которой можно светить в глаза во время допроса. О такой методике рассказывали по телевизору, и там это всегда срабатывало.
– Он уронил монетку, а я подобрала, принесла домой и спрятала вместе с остальными сокровищами.
– Чем пах незнакомец? – спросила Уолт.
– Одеколоном. Очень сильно, я даже расчихалась! – поморщилась Милашка при этом воспоминании.
– А раньше тебе встречался этот запах?
– Да, в лифте.
– То есть мистер Одеколон живёт в нашем доме, – заключил Оскар, задумчиво похлопывая крылом по клюву.
– Ну и что? Какое нам дело до этого парня? – махнула хвостом Уолт. Она наконец-то вспомнила! Если память ей не изменяет, то эта монета – южноафриканский крюгерранд стоимостью сотни долларов! Уолт не знала ни одного человека, у которого были бы сотни долларов.
– Вот что. Теперь я знаю, что делать дальше, – нетерпеливо ответил Оскар. – Завтра отправимся на разведку. Милашка, тебе нужно как следует выспаться, предстоит трудный день.
– Хорошо… – Милашка не знала, что такое разведка, но слово ей не понравилось.
– На разведку? Зачем? У нас есть монетка – это целый капитал! – воскликнула Уолт. – Сейчас всё объясню! – И кошка рассказала то, что вспомнила о монете.
– Никакой это не капитал, – перебил её Оскар. – Но он появится, если мы всё правильно сделаем. И тогда нам больше никогда не придётся думать о деньгах.
Кошка уставилась на него, и Оскар вздохнул:
– Уолт, если мы просто продадим эту монетку, то денег надолго не хватит. Но такие монетки не из тех, что вдруг теряют в коридоре, если только… у человека их не целая куча! И, скорее всего, парень, который её потерял, очень богат.
– И что? – фыркнула Уолт.
– Мы украдём эти монетки.
Глава 6
Когда девочка пришла на следующее утро, домашние животные уже подготовили план. Оскар до поздней ночи рассказывал каждому о его обязанности, и с раннего утра все должны были исполнять свои роли.
– Милашка, твоя задача – прогулка.
– Принято, – собака вывалила язык, но Оскар даже не обратил внимания.
– Пола, ты с Милашкой. Ты знаешь, что надо делать. Марко – общее наблюдение, – напомнил Оскар.
– Принято! – хором сказали Пола и Марко и захихикали. – Бинго!
– Бинго! Бинго! – подхватили остальные.
Оскар нахмурился: сейчас не до шуток. Он покашлял, чтобы привлечь внимание, и возгласы затихли.
– Уолт, на тебе наблюдение за входом и схема передвижения.
– Принято, – лизнула лапу Уолт.
– Я отвечаю за общий контроль и вмешаюсь, если будет необходимость. – Оскар помедлил, а потом произнёс: – Принято. – Ему тоже хотелось сказать «принято».
Оскар нажал крылом кнопку на пульте. В доме на улице Стратмор висели камеры, с помощью которых жильцы могли наблюдать за холлом. Оскара это никогда не привлекало. Какая тоска наблюдать за входящими и выходящими людьми! Но для успешной кражи это необходимо. И тогда сокровище обязательно найдётся, если оно, конечно, спрятано в этом доме.
И оно будет принадлежать Оскару. Он ужаснулся самому себе. Им. Нет – ему. Нет, всё-таки им.
– Девочка идёт! – крикнула Уолт со своего поста у дверей. – Пола, ты знаешь, что делать!
– Это как-то глупо, – нервно рассмеялась крыса, обойдя кругом Милашку. – Я надеюсь, ты не боишься щекотки?
Пола пригладила шёрстку, потом потянулась и ухватилась за мех на животе у собаки. К счастью, Милашка была низенькой, и это было не трудно.
Пола замерла:
– Постойте…
– Тебе помочь? – шепнул Марко.
– Помочь? Зачем? Милашка невысокая, – фыркнула Пола.
– Ну и что, что невысокая, – буркнула Милашка. – Залезай, не тяни.
– Тогда в чём проблема? – уточнил Марко.
– Дело в моей… пуговице! Я не могу её бросить! – Казалось, Пола сейчас расплачется.
– Да что с ней случится? Никто не тронет твою пуговицу, – сказал Марко, оглядываясь на дверь. Он слышал шум, доносившийся из подъезда.
– Нет, я не могу без неё! – не унималась Пола.
Марко уже сталкивался с подобным. Однажды, потеряв пуговицу, Пола целый день рылась в углу клетки и завалила горой опилок их миску с едой.
– Но ты не можешь одновременно держать пуговицу и держаться за Милашку! – раздражённо сказала Уолт.
– Постойте! – воскликнул Марко. – А если так? – Он схватил кусок красной верёвки и просунул в дырочку на пуговице, а затем быстро завязал её на шее у Полы. – Так подойдёт?
– Спасибо, – выдохнула Пола. – Просто… Просто не хотела бросать её.
– Понимаю, – ответил Марко. – У меня точно так же с зёрнышком кукурузины.
– Ну всё, проблему решили, а теперь живее забирайся! – поторопила Уолт, не сводя глаз с двери. Пола погладила блестящую пуговицу, снова ухватилась за мех Милашки, резко подтянулась и повисла под животом у собаки.
– На мне крыса, – прошептала Милашка.
– Так задумано, помнишь? Ты согласилась. Это для дела, – успокоила её Уолт.
– Да, но… Крыса, – повторила собака. – На мне.
– Только не дёргайся, у тебя мех жирный, – крикнула Пола снизу.
– Это не жир, а увлажнение, – ответила Милашка.
– А, поняла, – ответила Пола. – Надеюсь, что всё пройдёт как по маслу.
Она подтянулась повыше и ещё крепче ухватилась задними лапками. В замке́ повернулся ключ.
– Представление начинается, – буркнула Уолт.
Она дала домашним любимчикам пару полезных советов, как себя вести более естественно, чем вечером. Милашка замерла в центре комнаты, повернувшись так, чтобы не было заметно крысы на животе.
Марко возился в горе опилок, стараясь за двух крыс сразу. Оскар покачивался на жёрдочке и читал вчерашнюю газету. Уолт сидела на столике, вылизывая лапу и приглядывая за дверью.
Они изо всех сил старались выглядеть как обычные домашние животные, кроме странно замершей Милашки. Питомцы надеялись: девочка подумает, что Милашка просто очень хочет на улицу, и не догадается, что у собаки на животе висит крыса.
– Привет, ребята, – заглянув в комнату, поздоровалась девочка. – Как дела?
Как и полагается приличной домашней кошке, Уолт не обратила на неё внимания. Оскар подпрыгнул на жёрдочке и вцепился клювом в прутья клетки, а Милашка радостно замахала хвостом.
– Эй, – донёсся приглушённый голос Полы. – Полегче с хвостом!
– Извини, – шепнула собака. Она перестала стучать хвостом по полу и вместо этого высунула язык.
– Ты не против, если я сначала выгуляю тебя, а потом займусь остальными? – Девочка пристегнула поводок к ошейнику.
– Всё как мы и задумали, – тихонько сказала Уолт. – Милашка, ты в курсе, что надо делать! Пола, удачи!
Собака медленно поплелась к двери, изо всех сил стараясь не обращать внимания на потяжелевший живот.
– Эй, ты в порядке? – спросила девочка. – Видимо, надо срочно тебя выгулять.
Милашка постаралась изобразить радость, но у неё скорее был такой вид, словно резко заболел живот. Девочка наклонилась, чтобы погладить её, и нахмурилась:
– Постой-ка, что это…
– Уолт! Отвлекающий маневр! – крикнул Оскар.
Кошка перестала вылизываться и задрожала всем телом. Девочка выпрямилась и посмотрела на кошку, содрогающуюся на столике.
– Эм-м, кошка, ты в порядке? Уолт? – спросила девочка.
На ковёр шлёпнулся комок шерсти.
– Ну, теперь тебе точно лучше, – заключила девочка, поморщившись. – Я всё уберу, когда мы вернёмся. Милашка, пошли.
Она потянула за поводок и двинулась к выходу.
Когда дверь за ними начала закрываться, Уолт подскочила, схватила вкусняшку и, подбежав к двери, положила её так, чтобы дверь закрылась неплотно. Девочка ничего не заметила.
– Есть, – шепнула Уолт. – Теперь скотч, Оскар.
Оскар полетел на кухню, чтобы оторвать немного липкой ленты. Потом подлетел к Уолт, которая аккуратно вынула ленту из его клюва и залепила ею защёлку на двери. Они повторяли это до тех пор, пока не убедились, что теперь защёлка не сработает.
– Лучше перестраховаться, – кивнул Оскар.
Как только дело было сделано, Уолт отшвырнула вкусняшку в сторону и захлопнула дверь. Затем прыгнула на ручку и легко снова её открыла.
– Отлично, – похвалил Оскар, радостно хлопая крыльями. – Но отвлекающий манёвр был омерзительным!
Уолт ухмыльнулась. Первая часть плана выполнена.
* * *
А вот Милашка, стоявшая у лифта, вряд ли бы с ней согласилась. Около дальней двери появилось новое пятно, которое ей не терпелось обнюхать. Но это было затруднительно, потому что на животе спряталась крыса, пусть и милая. И сейчас, хорошенько задумавшись, Милашка поняла, что есть парочка вещей, которые с крысой на животе сделать трудно. Если точнее, две вещи. Две ОЧЕНЬ важные вещи.
– Пола, – позвала Милашка. – А что нам делать с… Ну ты поняла.
– Ты о чём? – спросила Пола, поудобнее хватаясь за мех.
– Ну, ТЫ поняла, – повторила Милашка.
– Нет, не поняла, – раздражённо ответила Пола.
– Ты висишь у меня на животе, – начала объяснять собака, – а мне захочется… ну понимаешь.
Пола нахмурилась и промолчала.
– Я на прогулке, Пола! – воскликнула Милашка.
– Ой! – крыса перестала устраиваться удобнее и замерла. – Это надо обдумать.
– Я же захочу в туалет! – тихонько завыла Милашка.
– Нам надо срочно придумать, как выкрутиться, – ответила Пола.
Изначально план был такой: Милашка и Пола, спрятавшаяся в шерсти у неё на животе, отправляются на обычную прогулку, и, когда собака унюхает таинственного владельца монеты, Пола спрыгнет на землю и всё изучит. Но они забыли о главной цели утренней прогулки Милашка! Впервые в жизни собака была рада, что в их доме такой медленный лифт. Пола изо всех сил старалась что-нибудь придумать.
– Давай рассуждать логически. Вряд ли ты сможешь учуять владельца монеты снаружи, – начала она.
– Согласна, – ответила Милашка, наклоняя голову, чтобы посмотреть на Полу.
– Не наклоняйся! Запомни – меня здесь нет! – пискнула крыса.
– Ой, ты права. И он, конечно же, был внутри здания.
Милашка была уверена в этом на 90 процентов. Ну ладно, чуть меньше, на 80.
– Отлично. В холле есть место, где можно спрятаться? Мусорка или горшок с цветами? – уточнила Пола.
– Есть и то, и то, – тихо ответила Милашка.
– Супер! Значит, вот как мы поступим. Я подожду тебя там, пока ты будешь делать… ну… свои делишки. Затем, когда ты вернёшься, я снова спрячусь у тебя в шерсти. А пока понаблюдаю за тем, что происходит в холле. А вдруг я смогу ЕГО вычислить?! – воскликнула крыса.
– Поняла. У нас новый план, – нервно сказала Милашка.
– Лифт! Наконец-то, – обрадовалась девочка и погладила собаку по голове. – Всё будет хорошо, малыш!
Милашка даже не заметила поглаживания: она надеялась, что девочка не ошиблась.
* * *
Оскар тыкал по кнопкам на пульте, периодически поднимая голову, чтобы посмотреть на телевизор.
– Я знаю, что тут есть канал для наблюдения. Когда я отыщу его, мы сможем наблюдать за Милашкой и Полой.
– Надо было пойти с ними! Мне это не нравится. Вдруг они всё испортят? – сказала Уолт, расхаживая туда-сюда.
– Вряд ли ты могла бы незаметно притаиться на животе у Милашки, – возразил Оскар, закатывая глаза. Дай ей волю, она бы контролировала всё. – А теперь отойди. Мне кажется, ты перекрываешь сигнал.
Уолт запрыгнула на диван.
– Не беспокойтесь, с ними всё будет в порядке. Пола направит Милашку, куда нужно, – успокоил друзей Марко и уселся перед телевизором, жуя семечки.
– Наконец-то! – воскликнул Оскар и отошёл назад, не отрывая взгляда от экрана.
На канале транслировалось видео сразу с четырёх камер: на одной холл и лифты, на другой центральный вход, на третьей чёрный ход, а на четвёртой въезд в гараж. – На последнюю можно не обращать внимания. Вряд ли они поедут кататься на машине.
– Кто их знает, – мрачно буркнула Уолт. – Это же Милашка, значит, можно ожидать чего угодно.
– Смотрите! Вон они! – запищал Марко. – Их показывают по телику!
Он подпрыгнул и бросился к экрану. Шелуха от семечек полетела во все стороны.
– Пока всё идёт как надо, – сказал Оскар. – Никаких заминок.
– Не сори тут, – нахмурилась Уолт, смахивая шелуху с хвоста.
На чёрно-белом экране девочка и Милашка вышли из лифта и прошли через холл.
– Погоди, что это? – спросил Оскар. Какая-то чёрная клякса бухнулось на пол позади собаки. Оскар придвинулся к экрану. – Что-то пошло не так! Только не говорите мне, что Милашка…
– Это же Пола! – запищал Марко. – Вон она! Привет, Пола! – Неистово замахал он.
– Никаких заминок, да? – Уолт кивнула в сторону Оскара. – По-моему, Пола не должна была упасть в холле.
– Они сделали это специально. Смотрите! – крикнул Марко. – Видите, она петляет и прячется? Это её коронный манёвр.
Действительно, маленькое чёрное пятнышко зигзагами пронеслось по холлу и укрылось за цветочным горшком.
– А можно сделать запись? Пола в телевизоре! – Марко не мог усидеть на месте.
– Вряд ли… – с сомнением сказал Оскар.
– О-о-о! Она правда помахала мне? Кажется, да! – Марко прижался к экрану, а потом отодвинулся. – Привет, Пола!
– Она тебя не слышит, – хмыкнула Уолт.
– Пола не махала, – Оскар подавил отчаянный вздох. Не стоило ему полагаться на крыс. – Похоже, она спряталась. Не понимаю зачем?
Он громко щёлкнул клювом. Идеальный план разрушился из-за слабых крысиных лапок!
– Может, у Милашки слишком жирная шерсть? – спросил Марко.
– А может, Поле стоит подкачаться? – предположил Оскар.
– Остыньте! Ещё не всё потеряно, – сказала Уолт, поджимая хвост. – Они ещё могут собрать нужную информацию. Не спускайте глаз с обеих.
– Проще сказать, чем сделать, – мрачно заметил Оскар, глядя в размытое изображение на экране.
«Когда всё закончится, тот, кто отвечает за камеры, получит очень гневную жалобу. Полу вообще не разглядеть!» – подумал Оскар. Только редкие блики от пуговицы на шее Полы помогали понять, где она прячется. А Милашка, видимо, не заметившая, что потеряла свой груз, исчезала из поля видимости камеры. Оскар почесал клюв. Оставалось надеяться на лучшее.