Там мы стали другими

У меня есть кое-что интересное. Но, перед тем как я выложу на стол свои карты, давайте поговорим о вероятности. Что такое вероятность? Это степень наступления какого-то события. Если основания для наступления такого события высокие, то вероятность высокая. Если нет - то вы правильно поняли, низкая. Если предпосылки к наступлению события вообще отсутствуют - то учёные патетически заламывают руки и кричат: "Это невероятно!". Но есть нюансы. Давайте возьмём самый просто пример - игральную кость. С ней все очень просто - вероятность выпадения любого числа на ней - 1 к 6. Или другой понятный и очевидный пример - монетку. Там, как несложно посчитать, вероятность выпадения орла или решки - 1 к 2. Кто это кашляет? Какой математик? Я не звал никого, зачем он пришел и кашляет? Но все правильно, да, существует вероятность, что монета встанет на ребро. Получается, что же, вероятность 1 к 3? Конечно, нет. Тут статистические штучки. Вероятность того, что монета встанет на ребро (я изучил ряд источников) - 1 к 6000. К слову, не так уж и редко. Получается, немножко теоремы Байеса, доски Гальтона и красного ткемали - и вероятность выпадения орла/решки становится неприятно дробной. Знаете, когда там после двойки идёт запятая, потом нули, а потом ещё мульон цифр. В общем, вам это не нужно. Либо орёл, либо решка. Кто вообще на пол монеты бросает, вы что Супербоул начинаете что ли, кидайте на ладонь!Ладно, двигаемся дальше. Хочу наложить ещё немного цифр и сущностей, чтобы вы смогли должным образом оценить, что именно (написать капслоком) со мной произошло. Все же знают шутку, что вероятность встретить на улице динозавра равна 1 к 2 (вы либо встретите его, либо нет ха-ха-ха). Так, конечно, не работает. Событие невероятное, потому что... Да кто опять кашляет то? Лепрозорий какой-то. Квантовый физик? Любые превращения частиц возможны, если не противоречат законам сохранения? Чего? Свежего сыра? Давайте сразу эту дверку прикроем. Квантовая физика интересна, но все эти волновые функции, объективный наблюдатель и состояние системы частиц - ну перестаньте. Вы, правда, что ли хотите динозавра завтра встретить? Вам это не нужно вообще!Ладно, что я все про динозавра, давайте переходить к другим маловероятным событиям. Ведь со мной случилось именно оно (написать капслоком и подчеркнуть). Знаете ли вы, что вероятность погибнуть от цунами и собрать за покерным столом флэш-рояль - одинаковые? Такие же одинаковые как отпечатки пальцев двух человек, которые вероятнее вам встретятся в этой реальности, чем человек, ни разу не сидевший за шахматной доской, который сможет обыграть Магнуса Карлсена. Или попробуйте закинуть в стог сена иголку. И сразу же поднимайте свои очи вверх. Вероятность того, что на Землю упадет астероид выше примерно в 10 раз, чем вы сможете найти эту самую иголку (кстати, вероятность погибнуть от астероида, чем падение самого астероида - в сотни раз выше, имейте ввиду). Ну давайте еще немножко затронем экзотику: мартышки садятся и пишут "Гамлета" Шекспира или, например, ветер на свалке собирает новый Боинг (как оказалось, там примерно так все и происходит) - события столь маловероятные, что учёные небрежно ставят набор из 18-20 цифр в степени над десяткой. Мол, ну кто будет считать это даже. Что ж, справедливо. Правда, стоит заметить, что кроме мартышек и Боингов есть ещё одно событие примерно с той же вероятностью, которое всё-таки произошло - это рождение нашей Вселенной. Но это так. Просто красивое замечание о том, что все эти теории работают, пока что-то не случится.Ладно, что ж, теперь мы с вами настроены одинаково, математически-статистически. Теперь слушайте. Считайте, я видел единорога. Значит, купил я давеча порцию книг (небольшую, 5-6 штук). Мне их привезли. Целый винегрет: там был и переизданный Уэльбек, советская научная фантастика, победитель Букера Линч, Фейхтвангер, собственно, Томми Ориндж.ВИУ ВИУ ВИУ ВИУ ПАУ ПАУ ПАУ КРНК КРНККто включил сирену? Что происходит? КОД КРАСНЫЙ! ПОВТОРЯЮ, КОД КРАСНЫЙ.Так, ну давайте это сделаем прямо здесь и сейчас. Это быстро. Вот смотрите, Orange. Видите, да? Это - Орандж. Или, если вы любите самокаты и лавандовый раф, Орэндж. Все. Тут нет других вариантов. Ладно, есть, если вы очень-очень любите свой раф - Оранж. Но это уже оранжевый код (с вами только что сыграли в игру слов). Но как, и кто, и почему вдруг такой: "ой, парни, а знаете как ещё можно?". Это, конечно, так плохо, что даже смешно. Своеобразный переводческий постмодернизм, ещё можно апельсин "лепесином" называть. Тоже же ж понятно. В общем, Ориндж - это спартанский ребенок, которого не скинули вниз. Совершенно омерзительно. Попробую дальше игнорировать этот ориндж. Оринджевый цвет. Лепесиновый сок.Так вот, лежат перед мной 6 книг, все совершенно разные и никак особо друг с другом не связанные. И дальше происходит вот что. Я беру Уэльбека, открываю, нюхаю страницы, пробегаюсь глазами, кручу в руках и кладу обратно. Беру советских фантастов Войскунского и Лукодьянского - делаю тоже самое абсолютно. Затем беру "Песнь пророка" Пола Линча - тот же ритуал. Успеваю зацепить глазами эпиграф к роману; это четверостишие Бертольда Брехта: В темные времена//Тоже будет пение?//Да, будет и пение//О темных временах. Думаю, ну понятно, будет что-то мрачное со слегка вяжущими нотками постмодернизма (Букер же). Параллельно с этим кручу-верчу непонятно зачем купленную "Там мы стали другими" Томми Оранджа, открываю и... На меня смотрит слегка иначе переведенное четверостишие Бертольта Брехта. То же самое. Я ошарашенно смотрю в окно, а там идёт дружелюбный динозавр и виляет хвостом.Ладно, динозавра, конечно, не было. Но просто представьте себе. В этом бренном мире 17 000 000 уникальных книг, и я умудрился купить две, переведенные на русский язык, у которых одинаковый эпиграф. Возможно, вы ждали чего-то более "единорогового", но если перевести этот случай в разряд математики и статистики, то вы сильно удивитесь. Вероятнее увидеть, как на Землю падает астероид, чем случайно купить две книги с одинаковым эпиграфом (серьезно). Причем, ладно бы там был Шекспир или Гете. Но тут Брехт, не самый популярный автор. И вот нате вам. Знаете, какой у меня был первый вопрос, после того как я проверил не научился ли я леветировать и ходить сквозь стены? А сами Линч и Орандж вообще в курсе всей этой оказии? Думаю, может написать. Сел писать. Опять получилась рецензия. Но ещё раз - одинаковый эпиграф в совершенно двух случайных книгах. Монета встала на ребро динозавра, пишущего "Гамлета". Фантастика, невероятная фантастика.Ладно, если вам интересно, откуда вообще появился Орандж, то это тоже забавная история. Некогда ранее я писал рецензию на "Дорогу" Кормака Маккарти, и, как обычно, писал о чем угодно, но не о рецензируемой книге. В частности, там был такой абзац (что-то про премии):Вон, в том году (2007) вполне мог и Ричард Пауэрс забрать Пулитцеровскую премию. Но дали Маккарти. Но, так как все циклично, Паурсу вручили эту же премию 12 лет спустя (у меня тоже 12 лет ушло, Дик, чтобы Маккарти прочитать), за ту самую книжку про деревья. И тоже, ну куда за нее то Пулитцера давать. Если моя теория верна, то году в 2029 Пулитцеровскую премию дадут Томми Оранжу. Вы его пока не знаете, но начинайте интересоваться. Он в 2029 году премию завоюет.Ой. Ладно, хорошо, мне тоже показалось изначально Орандж каким-то неестественным (а Оранж - естественным), как видите. Ну и да, я люблю лавандовый раф. Так что, да, меа кульпа гилти плежар алегер ком алегер. Но я о другом - видите, я сам, совершенно случайно, нанес на свою литературную карту Томми и его роман. Я даже не знал тогда названия этого романа! А потом ещё этот Брехт. Даже не знаю. Где-то что-то во Вселенной точно схлопнулось. А знаете, что ещё схлопнулось? Индейцы. Ладно, плохая шутка, так некрасиво говорить. Они в современном мире уже и не индейцы даже, а native americans. По мне - "индейцы" звучат в тысячу раз круче. И ничего тут оскорбительного нет. Он был индейцем, кровожадным шайенном! Видите, строку из песни русской рок-музыки 90-х сочинил случайно. Но ладно, давайте посмотрим, что там у индейцев всё-таки. Томми Орандж нам написал об этом книгу "Там мы стали другими", в которой...ВИУ ВИУ ВИУ ВИУ ПАУ ПАУ ПАУ КРНК КРНКБоже милостивый, да что опять то?! Название? А что с ним? Окей, название книги автора Tommy Orange звучит как There There. Я не знаю как вы, но если вы любите группу Radiohead, как это достаточно долго делаю я, то коннотация у вас возникнет сразу. Да что коннотация, сам автор пишет почти в самом начале: Дин на­де­ва­ет на­уш­ни­ки, вклю­ча­ет му­зы­ку на те­ле­фоне, про­пус­ка­ет несколь­ко ком­по­зи­ций и оста­нав­ли­ва­ет­ся на «Там, там» груп­пы Radiohead. Обращаем наше внимание, на то, как переводчик перевел название песни. Там, там. Так-так-так. Но подождите, это не все. Через 16 майбук-страничек (я правда читал в Строках) ещё одна цитата, Гертруда Стайн (которая сказала следующее про город Окленд): Там нет никакого там. Тут лучше увидеть эту фразу в оригинале, чтобы лучше передался смысл: there is no there there. Смысл в этой фразе между "тут не на что смотреть" и "тут нечего ловить". Не самая сложная переводческая работа, да и хоть кто бы попытался. Вместо этого мы видим в названии отвратительное, оринджевое "Там мы стали другими". Да нет, никем никто и нигде не стал. Это книга про потерю идентичности, а не про поиск себя и нахождение где-то. Ужасное название. Боитесь назвать "Там, там" (могу понять), ок, но зачем называть книгу с противоположным смыслом, чем то, что в ней происходит. Слов нет. Включите сирену обратно!Так, ладно. Тяжело, конечно, кому-то далась работа над этой книгой. Или, наоборот, слишком легко. Вернёмся к индейцам. Собственно, Томми Орандж показывает нам, кхе-кхе, простите, белым, все тяготы бытия этих самых нэйтив эмерикэнс. Сразу есть пара моментов. Во-первых, с точки зрения репрезентации героев и последующего их собирания в единый, цельный сюжет есть проблемки. И у читателя (много поверхностных персонажей, только парочка интересных, остальные - не пришей кобыле глаз), и у самих индейцев (кто-то понял криминальную финальную разборку? Кто кого и, главное, за что?). Причем с последним вообще все очень грустно - у книги есть понятный катарсис (индейское празднество пау-вау), где все сюжетные тропы соединяются воедино. Вот только нюанс - там вообще непонятно что происходит. Какие-то хорошие ребята, которым ты пытался симпатизировать, просто исчезают со страниц в мгновение ока. Очень сумбурно и непонятно зачем это нужно. Насилие, насилие, много насилия. Это часто вообще проблема "лоскутных" произведений, где в конце условные 12 человек должны найти себе место в одном месте (простите за тавтологию). Вот и тут, Оранджу откровенно не хватает мастерства все это сделать изящно и красиво. И получается жестокая кутерьма.И второй момент, смысл произведения. Вдумайтесь. По сути "Там, там" - это не пример духоподъемной истории борьбы или мучительной рефлексии самоопределения. По ощущениям, Орандж целился во вторую лакуну, но вот парадокс. По прочтению книги (я только что написал выше, что к мотивации персонажей есть вопросики) возникает стойкая мысль - ребят, ну так вы сами во всем виноваты, нет? Кто-то пьет, кто-то рожает бесконтрольно, кто-то вообще пытается жить вооруженным грабежом. На этом фоне тот парень, который снимал документальное кино - просто душка, но он - просто капля в море. И в итоге, автору хочется сказать, слушай, дружище, я в курсе, у ваших предков была сложная история, но сейчас то в чем проблемы? Вы живёте в штате, чья самостоятельная экономика входит в топ-5 мира, если бы она была страной. Все понимаю, самоопределение и проблемы с самоидентификацией, но камон, адаптируйтесь и живите. Рефлексируйте в добром ключе. Герои Оранджа не согласны. В конце книги все достаточно плохо. А почему - ну вот просто так. Мне кажется кнопка ДРАМА немного ещё залипла у автора, но это ладно. Лепесиновый сок.Что ж. По итогу, книга, конечно, слабовата, но из-за этой истории с четверостишием Брехта, конечно, останется со мной навсегда. Я подумывал все это понаписать в рецензии на Линча, но там будет совершенно другой коленкор - наконец-то у нас Букеровский чемпион без постмодернизма! Да, я тоже удивился. Но это, конечно, другая история. Пока же - перед тем как читайте хорошие книги, хочу ещё раз заметить:Индейцы, насилие не выход. Будьте дружелюбны. С трудом вас понимаю, но что было, то было, прошлого не вернуть, нужно жить настоящим. Тем более в Калифорнии.И ещё, в пустоту: Орандж! Там, там! Орандж! Там, там!И вот теперь - читайте хорошие книги.Ваш лавандовый кофе (спасибо)

Книга, которая ставит индейские племена в современный контекст. Слишком часто в современном мире мы ассоциируем коренные народы с их прошлым: с традициями, с привычной стереотипической символикой. Но и у них жизнь не стоит на месте, хотя я встреча с современным изменяющимся миром прохрдит сложно и болезненно. Можно долго говорить о том, чтобы перестать ворошить историю и неустанно поднимать вопрос об историческом неравноправии и преступлениях против коренных народов, но в то же время пока в современной жизни мы видим явные последствия этой истории, то актуальность этих напоминаний не уменьшается.
В книге мы видим это на примере судеб отдельных людей, который поначалу казалось бы ничего не объединяет. Но каждый приезжает на пау-вау со своей истрией, со своим багажом. И истории эти в итоге переплетаются неожиданным образом, на фоне долгожданных встречь и трагичных потерь.

«Там мы стали другими» роман неожиданный. Не знаю, попал бы он в список моего чтения намеренно, если бы я не наткнулась на анонс о выходе романа...


Итак, двенадцать городских индейцев готовятся к пау-вау. Наверняка большинство из вас почти ничего не поняло. Пау-вау - это такой ежегодный национальный фестиваль. Люди собираются там, чтобы слиться в родственном порыве. Междусобойчик для своих и возможность заработать, если принять участие в соревнованиях. Соревнуются танцоры. Они одеваются в национальные костюмы и исполняют сакральный танец. Звучит гораздо проще, чем происходит. Потому что получить знания о том, как выглядели и как НА САМОМ ДЕЛЕ танцевали предки, почти невозможно по той простой причине, что у индейцев беда с этнической памятью. Хозяева земли, они потеряли не только континент, но и корни. Поэтому используется любая возможность эти остатки корней поддержать.А жизнь трудна чуть более чем полностью. Городские индейцы – это жители крупных городов. Они вроде как больше не рождаются и не существуют единственно в рамках резервации. Но социум, организованный бывшими европейцами, выталкивает их. Сейчас индейцы – в большинстве маргиналы, полукриминальные, а то и полностью преступные горожане. Алкоголики, наркоманы, бездельники. Безнадежные, словом, люди.Но все не так плохо, если молодежь искренне интересуется своими корнями. К фестивалю вот готовится. И это не только ради денег. Их можно и иным способом заработать.В общем, сильный и очень трагический текст с финалом, который оставляет больше вопросов, чем ответов. Хотя там все предельно ясно. Сердце в клочья, Ориндж стал финалистом Пулитцеровской премии и свои похвал получил не зря!

Признаться откровенно, мне никогда не приходило в голову разделять индейцев на городских и каких-то еще. Я вообще мало что о них знаю, кроме прочитанного в детстве и увиденного в кино. Так что, обещание порвать шаблон, сопровождавшее книгу, сбывается на все 100.
«Там мы стали другими» — книга, которая предельно точно определяет место коренных жителей США в обществе. И их жизнь мало отличается от их собратьев по несчастью в Центральной и Южной Америке, о которых известно чуть больше. Основная разница в том, что южане живут в развивающихся странах. А городские индейцы Северной Америке в сверхдержаве, стране равных возможностей.
Итак, роман «Там мы стали другими». Двенадцать персонажей, эдакие апостолы, разбивают все мыслимые и потенциальные стереотипы об индейцах. С одной стороны, они потомки легендарных племен, осталось их исчезающе мало. С другой стороны, они не прижившиеся нигде маргиналы. Жители гетто в больших городах. Кроме того, это яркие и довольно скрупулезно описанные в своей сложности люди в поисках самоидентификации.
Информация из интернета говорит нам, что Ориндж сам происходит из таких людей. Его отец принадлежит к арапахо и шаеннам (мне стыдно, но такие название впервые слышу). Парень многого добился и у него есть все шансы стать национальным героем. Учитывая трепетное внимание к повестке с политической точки зрения в том числе. Ведь никто особо не задумывался над тем, что индейцы ежедневно сталкиваются с расовой дискриминацией. Просто их голоса звучат не так громко, как у афроамериканцев.
Кроме того, это яркий роман, действительно достойный тех наград, что он получил. Бедность, беспредел, дети, рожденные алкоголичками от наркоманов, беспросветность и поиски идентичности. Все это в рассуждениях, аккуратно закручивающемся сюжете. И шокирующем финале. Но тут сложно без спойлеров, поэтому читайте и узнаете ;)
Рекомендовано к прочтению однозначно. В рамках расширения границ и очередного принятия идеи, что не только совы не то, чем кажутся. Индейцы, оказывается, тоже.

Книга погружает в свой мир, благодаря искренности и правдивости несомненно талантливого автора. красивые образы, глубокие размышления, без заигрывания с читателем. Мне понравилось. И может мне не хватило некоторой цельности в повествовании, я буду с нетерпением ждать следующего произведения!