Ангел западного окна

Это не просто книга - это какой-то совершенно потрясающий опыт! Она завлекает в лабиринт, окутывает удивительной атмосферой иррационального, заигрывает и жжет инфернальным огнем. Темное Средневековье переплетается с еще более темным началом XX века; каббала, египетская мифология, тантра, кельтская магия, алхимия - знаки, символы, наваждения, потусторонние миры, жуткие магические ритуалы...
.. со мной была тележка с пятьюдесятью черными кошками… Я развел костер и произнес ритуальные проклятия, обращенные к полной луне… Выхватил из клетки первую кошку, насадил ее на вертел и приступил к тагейрму. Медленно вращая вертел, я готовил инфернальное жаркое, а жуткий кошачий визг раздирал мои барабанные перепонки в течение получаса, но мне казалось, что прошли многие месяцы, время превратилось для меня в невыносимую пытку. А ведь этот ужас надо было повторить еще сорок девять раз!.. Предощущая свою судьбу, кошки, сидев­шие в клетке, тоже завыли, и их крики слились в такой кошмарный хор, что я почувствовал, как демоны безумия, спя­щие в укромном уголке мозга каждого человека, пробудились и теперь рвут мою душу в клочья… смысл тагейрма состоит в том, чтобы изгнать этих демонов, ведь они-то и есть скрытые корни страха и боли — и их пятьдесят!.. Две ночи и один день длился тагейрм, я перестал, разучился ощущать ход времени, вокруг, насколько хватало глаз, — выжженная пустошь, даже вереск не выдержал такого кошмара — почернел и поник…Эта книга - ловушка душ и проклятье воображения. Но, как ни странно, у меня в крови уже было противоядие.
В. Пелевин "t".
Да-да, после пелевинского столь близкого по тематике стеба я уже не могла воспринимать серьезность Майринка как должно.
И, честно признаюсь, мне у него опять не хватило логики. Поступки и рассуждения ГГ (обоих его инкарнаций) напоминали метания слепого котенка, неспособного ни к обобщению, ни к аналогии, ни даже к пониманию простейших причинно-следственных связей... И вообще, прямо скажем, женские образы здесь выглядят гораздо более целостными, значимыми, сильными и целеустремленными, несмотря на это извечное самоуверенное "Я мужчина, я покоряю!".
Всегда, с сотворения мира, поле боя оставалось за женской половиной рода человеческого. Будь это иначе, мир сей давным-давно перестал бы существовать.Концовка несколько разочаровала, опять же, своей алогичностью и беспорядочным нагромождением мистики и наваждений. В общем, я Майринку не поверила. Хотя опыт извлекла, безусловно, потрясающий и запоминающийся.