Читать онлайн Адвокат или решала? Хроники адвокатской практики бесплатно
![Адвокат или решала? Хроники адвокатской практики](/pics/b/56144/56144.jpg)
Адвокатура и бизнес: антагонисты или симбиоз?
У адвоката есть только одна форма капитала – его репутация.
Будучи уже в достаточной мере профессионально деформированным специалистом-адвокатом, берусь утверждать, что адвокат, хорошо продающий свои услуги клиентам, подобен редкой птице, способной долететь до середины Днепра. Действительно, традиционно присущие опытному адвокату качества (жесткость, закрытость, умение хранить клиентские тайны) в сочетании с довольно недружелюбными оппонентами в лице судов и правоохранительных органов вряд ли могут считаться достоинствами талантливого клиентского менеджера. Возможно, западные коллеги, которые привыкли располагать к себе коллегию присяжных заседателей, могут похвастаться бо́льшим обаянием, но в России адвокат скорее врач и духовник, а никак не любимец публики.
Значительная часть профессиональных тренингов и коуч-сессий для российских юристов выше среднего уровня компетентности как раз направлена на развитие «рекламно-продажной» составляющей. Для специалистов не секрет, что многие юристы в процессе своего карьерного роста, доходя, например, до должности управляющего партнера, упираются в стену. Они должны не только хорошо выполнять юридическую работу, но и привлекать новых клиентов, живописуя свои таланты в стиле опытных маркетологов. И эта стена, в отличие от Стены плача, крайне редко исполняет желание стать не только грамотным юристом, но и востребованным, способным привлечь потенциальных клиентов, обладающих возможностью пополнить твой кошелек.
Начнем с тех «коллег», первое место в хит-параде которых занимает именно бизнес-составляющая профессии. Такие есть, хотя называть их адвокатами было бы преждевременно, даже при наличии официального статуса. Достаточно показателен приход таких бизнесменов в юриспруденцию в середине 2000-х. Если читатель помнит, в то время были внесены значительные изменения в законодательство, регулирующее деятельность юридических лиц в части регистрации и внесения изменений в учредительные документы. Следствием этих изменений стала обязанность всех без исключения действующих организаций привести свои уставные документы в соответствие с новыми требованиями закона. С учетом любви наших граждан (предприниматели не исключение) откладывать все на последний день, в последние месяцы, отведенные законодателем на внесение изменений, на рынке буйным цветом расцвели юридические фирмы с большим штатом сотрудников и не меньшими оборотами по расчетным счетам. Буквально в течение квартала из ниоткуда возникали агрессивно рекламирующие себя фирмы, готовые внести требуемые изменения в кратчайшие сроки и за вполне вменяемые деньги. Срок их существования от момента организации до закрытия был невелик и практически равен сроку жизни бабочки-однодневки, в пределах одного квартала.
Итак, индивидуальный предприниматель, торгующий автомобильными колесами, изменил статус своей личной жизни на «нахожусь в отношениях». Его подруга работала в небольшой юридической фирме помощником юриста и занималась регистрацией ООО. В один из дней она пожаловалась своему молодому человеку на большое количество заказов и возросшую нагрузку, которую ее работодатели, разумеется, и не думали компенсировать повышением заработной платы. Наш предприниматель, по всей видимости, имел кругозор, значительно превышающий размеры ларька по торговле покрышками, и моментально сложил пазл, который и позволил вновь образованной ячейке общества заработать на сочетании профессиональных знаний жены и коммерческой жилки мужа. Супруги регистрируют ООО и начинают весьма агрессивную рекламную кампанию в Сети. По сути, вложения в этот бизнес рекламой и ограничиваются, если вы не жалеете средств на то, чтобы держаться на первой странице самых популярных поисковых систем по наиболее частым запросам в вашей сфере деятельности.
И клиент пошел. В течение первого месяца деятельности штат компании вырос до десяти человек, к концу квартала (или жизненного цикла) на предприимчивых супругов работало уже сорок пять сотрудников. После вступления изменений законодательства в силу фирма закрылась, сотрудники были уволены, супруги же пошли искать новую сферу вложения денег, заработанных в правовом и на правовом поле.
Чтобы окончательно понимать рентабельность подобных бизнес-моделей, приводим цифры (читателю при подсчетах надо помнить, что курс доллара на тот момент составлял условные тридцать рублей, что, возможно, не настолько подкрепляло отечественного производителя, как сегодняшние восемьдесят, но позволяло простым гражданам несколько увереннее чувствовать себя за пределами великой Родины). Всего в рекламу за три месяца супруги вложили около миллиона рублей, фонд заработной платы за тот же период составил восемьсот тысяч рублей, а вот чистая прибыль – более четырех миллионов. Если взять те же показатели с учетом годового срока функционирования, то прибыль за год составляет более двухсот процентов. В сфере услуг показатели более чем достойные даже для России (если мы будем сравнивать такую норму прибыли с жалкими среднеевропейскими пятью-семью процентами годовых дохода на вложенный капитал, то зарубежным предпринимателям впору повеситься на особо прочной гирлянде, чтобы выглядеть повеселее хотя бы потом).
Поэтому бизнес в юриспруденции возможен. Его преимуществами являются отсутствие вложений в «средства производства» и разрешительно-регулятивных требований законодателя. Остается ли при этом бизнес юриспруденцией? Нет. Это, конечно, может попахивать снобизмом, но есть сферы деятельности, которые больше сродни призванию или служению, что автоматически не ставит доход от таких профессий на первое место. Врачи, преподаватели, священники, адвокаты – все эти профессии имеют духовную составляющую, которую просто недопустимо убивать деньгами. Слово «убивать» употреблено сознательно, деньги вообще такая субстанция, которая не очень любит конкуренцию. Как говорится, совесть – самое дорогое в жизни, поэтому, если у вас есть совесть, у вас больше ничего, кроме нее, в жизни не будет – ни денег, ни власти. Именно поэтому наше мудрое руководство и рекомендовало учителям идти в бизнес, правильно понимая, что заработать настоящие, весомые деньги можно только самому, а в кассе, особенно школьной, можно только получить. И не деньги, а пособие, которое при должной регулярной индексации позволит не умереть с голоду.
Но не будем о грустном. Как в церкви обязательно найдется свой Нектарий с «Лэнд Крузером», так и в адвокатуре, несомненно, присутствует некий собирательный персонаж, вобравший в себя черты «настоящего» адвоката в исполнении Мэтью Макконахи и некоего комичного, но при этом хорошо оплачиваемого недотепы в образе Джима Керри. Попробуем сказать пару слов о наиболее часто встречающихся «гибридных» типах адвокатов, которые тем или иным способом попытались найти себя в бизнесе, не уходя из профессии.
Личный бренд
Так или иначе, юридические услуги персонифицируются. При отсутствии иного товара, который вы можете предложить клиенту, ваша репутация, опыт и знания, внешний вид и портфолио клиентов выходят на первое место в вашем презентационном материале.
С развитием социальных сетей и иных интернет-ориентированных способов продвижения на рынке срок вхождения в профессию и формирования постоянного пула клиентов может быть сильно сокращен. Некоторые коллеги вообще направляют на «раскрутку» до девяноста процентов своих усилий. Естественно, это происходит в ущерб развитию профессиональных навыков. Иногда доходит до смешного: привлекли клиента, взяли деньги, а потом красиво объяснили, почему нет результата. Проигрыш дела в данном случае частность, к общему делу отношения не имеющая. Но доля истины в подобном подходе есть.
К сожалению, от юриста и его работы в российском варианте юриспруденции зависит не то чтобы много. Слишком большое количество факторов, которые влияют на исход дела – от настроения судьи до поведения оппонентов и, иногда, самих клиентов. В связи с этим уже возникают предложения вести арбитражные дела с оплатой «по результату». Приходится «брать слово, выходить на трибуну и битый час доказывать» с выражением лица и интонациями Полиграфа Полиграфовича, что слова клиента надо признать обидными, даже очень. Профессионал прекрасно знает и со временем перестает скрывать от доверителей, что опытный адвокат может гарантировать только свою добросовестную работу, но никак не исход дела. А правовое поле в России меняется настолько своеобразно, что даже предсказать, кого суд назначит правым в конкретном споре, иногда возможным не представляется.
В контексте непредсказуемости исхода дела «инстаграм-адвокаты» довольно успешно решают свои бизнес-задачи по привлечению клиентов. Надо признать, что наблюдение за адвокатом в неформальной обстановке профиля в социальных сетях формирует у потенциального клиента определенное доверие к пока незнакомому, но уже интересному ему человеку. Дополнительно интернет-профили создают впечатление активности и компетентности. Поэтому если вы сами обладаете временем и навыками ведения рекламной кампании в Сети либо нанимаете специалиста, а также при условии, что ваша целевая аудитория присутствует в раскручиваемых профилях (например, если в качестве основной категории дел выступают бракоразводные процессы), то «личный бренд» вполне позволит вам зарабатывать в адвокатской профессии приличные деньги.
Конечно, некоторые категории доверителей (как ни обидно, наиболее состоятельные из них) не приветствуют излишнюю популярность адвоката в Сети и не склонны поручать ему ведение конфиденциальных споров с коммерческим уклоном. Этих участников процесса вашего бизнес-роста не заманишь на маркетингово выверенный профиль, они признают только личные рекомендации. На охоте за такими клиентами специализируются герои следующего типа.
Консильери
Это довольно долгий и мучительный способ построения адвокатского бизнеса. Он не предполагает наличия внешних помощников, например рекламы, и состоит из терпения и отсутствия права на ошибку. Когда вы читаете классические английские детективы, в которых упоминается, что на протяжении ста лет дела отдельной семьи ведет одна и та же юридическая фирма, вы редко задумываетесь о том, что, во-первых, сто лет юристы этой фирмы не делали критических ошибок (по крайней мере, клиенты их в этом не уличили), во-вторых, глава этой фирмы смог каким-то чудом войти в «круг доверия» конкретного клиента.
Если с ошибками все более-менее понятно – ошибаются все, главное, вовремя исправить свою оплошность и правильно презентовать эту «работу над ошибками» доверителю, – то над доверием на первоначальном этапе придется не только потрудиться, но при этом еще и обладать толикой везения. Чем крупнее клиент, тем больше везения вам понадобится.
Вхождение в бизнес-империю клиента для внешнего юриста или адвоката сродни принятию в мафиозный клан. Вы либо должны там родиться (как вариант, ваши родители должны работать на главу клана), либо доказать свою полезность и надежность. Бывают, конечно, исключения (в нашей практике клиент зашел из любопытства и просто по-соседски, в результате контора продолжает работать уже на его сына, которому перешел бизнес, а срок сотрудничества перевалил за пятнадцать лет), но чаще всего в основе обращения такой клиентуры лежат рекомендации от коллег-бизнесменов, которые уже имели результативное взаимодействие с адвокатом и остались довольны его работой.
Делая ставку на общение с такой категорией доверителей, адвокат должен быть психологически устойчив, стабилен в работе на протяжении длительного времени и, что особенно сложно, способен трудиться без сиюминутной оплаты. При всей странности этого критерия, в кризисные периоды, которые в России происходят перманентно, он способен сильно давить на психику. Представьте себе ситуацию с точки зрения клиента. В «тучные» годы он ежемесячно оплачивал услуги адвоката, к ним не прибегая, – довольно большое количество предпринимателей исполняют свои финансовые обязательства, когда нет перебоев с платежами, что минимизирует количество судебных дел и, соответственно, работы адвоката. Когда наступает кризис, в том числе кризис неплатежей, деньги заканчиваются не только у контрагентов клиента, но и у самого клиента, а вот работы у адвоката внезапно прибавляется в разы, а то и в десятки раз.
Характер отношений с такими клиентами не предполагает постановки вопроса «утром деньги – вечером стулья» (просто представьте себе, что дон мафиозного клана поручает исполнителю задание во время войны семейств, а тот отказывается по причине задержки оплаты его труда), поэтому адвокату нужно сохранять стабильность и качество оказываемых услуг при условии, что оплата его работы откладывается на значительный, а иногда и неопределенный срок. Представили? Будете ли вы к этому готовы с учетом того, что всегда есть риск окончательного банкротства клиента, который может никогда с вами не рассчитаться?
Кстати, подобные отсрочки при всей тяжести их восприятия в моменте очень укрепляют отношения с клиентом, переводя их в действительно доверительные, а также развивают умение, которое можно назвать «глаз бакалейщика». Как хозяин лавки «на глазок» определяет, кому можно отпускать продукты в кредит, а кому не стоит, так и адвокат получает отсроченные выплаты только в том случае, если не ошибся в клиенте и его порядочности. В этом смысле работа с разовыми клиентами легче: вы приступаете к работе только после получения аванса и максимум, чем рискуете, – это неполучением остатка гонорара. Кроме того, работа с разовыми клиентами позволяет иногда снизить качество: ущерб репутации имеет накопительный эффект, от одного расслабления и недоработки ваша практика не рухнет. А вот при работе с постоянными клиентами цена даже одной ошибки высока.
Помимо стабильного качества оказания услуг от адвоката будут ждать результата. Каждая порученная задача – своего рода экзамен на право быть достойным «оказанного вам высокого доверия». И здесь, в отличие от разовых клиентов, кумулятивный эффект будет гораздо сильнее, больше пары месяцев на раскачку вам не дадут. После этого договор на абонентское обслуживание будет расторгнут, а вы, скорее всего, будете вынуждены сменить характер работы, больше на поле постоянного внешнего обслуживания вам ловить будет нечего. Даже крупные города – это большие деревни, а интересный с финансовой точки зрения бизнес вообще ограничивается двумя-тремя сотнями непрерывно общающихся между собой людей. И, как вы догадываетесь, даже одна отрицательная рекомендация закроет вам вход в эту группу. А это не социальные сети, негативный отзыв одним щелчком удалить не получится. Но не будем о грустном.
Рано или поздно вы выйдете на тот уровень взаимоотношений с доверителем, когда сможете себе позволить сказать, что ваших профессиональных возможностей для разрешения поставленной задачи не хватит. И не только ваших. Речь идет о тех вопросах, с которыми не получится работать, их нужно решать. И, учитывая вашу предыдущую успешную деятельность, решать этот вопрос, скорее всего, поручат именно вам. В этом плане адвокат отличается от консильери в худшую сторону – адвокату никто не даст бойцов для силового решения вопроса. Хотя отряд вам предоставят. В виде перетянутых резинками или наклейками со штампом банка пачек купюр.
Здесь вам придется определяться: вы либо продолжаете расти профессионально и берете на себя функции «решалы», либо остаетесь хорошим, надежным юристом, но с ограниченным диапазоном полезного использования.
Если вы выбрали вариант роста, вам придется узнать, что такое «решение вопросов» и с чем его едят.
Решалы
Условно адвокатов, работающих в этом направлении, можно разделить на две группы: те, для кого «решание» является основным источником дохода, и те, которые вынужденно погружаются в этот мир для разрешения конкретного клиентского вопроса.
Классический «решала», как правило, выходец из силовых, властных или околокриминальных структур, связанных с юриспруденцией (следователи, судьи, работники прокуратуры, бывшие сотрудники государственных структур или контактирующие с ними по роду деятельности бизнесмены средней руки). Адвокаты, делающие в своей профессиональной практике упор на «знание судьи», а не знание законов, могут при этом быть очень неплохими специалистами-правоведами. Должны отметить, что такие адвокаты не относятся к классическим «решалам», в их деятельности весьма значительное место по-прежнему занимает представление интересов своих клиентов. Просто в «решании» крутятся немалые деньги, поэтому для таких посредников хлопоты за «несвоих» клиентов – источник дополнительного дохода. Нельзя сказать, что эти деньги легкие. Немалые – да, но отрабатывать по «платным» делам приходится в значительно большем объеме, чем по обычным.
Адвокат здесь выступает и в качестве первичного процессуального фильтра (если носить судьям неадекватные дела, они быстро перестанут воспринимать тебя всерьез), и в качестве гаранта исполнения обязательств (стороны сделки друг друга не знают, обе стороны замкнуты лишь на посредника), и (самое неприятное) в качестве депозитария с аккредитивным уклоном, который должен принять средства, проследить за соблюдением условий раскрытия покрытого аккредитива и передать их исполнителю. На каждом этапе возможны сбои, несмотря даже на изначально доверительный характер подобных дел. Конечно, бывают исключения – один такой решала умудрялся брать расписки с должностных лиц и держать их у себя в сейфе вплоть до окончания работ, но это нонсенс, практически в ста процентах случаев все говорится на словах, даже переписки в мессенджерах стороны сделки предпочитают удалять.
Такая деятельность, естественно, не одобряется моралью, находится на грани соблюдения закона и требует от участников-адвокатов отсутствия ошибок. Нужно сразу понимать, что с участников в мантиях или погонах возвратов полученного не будет, как не было выдачи беглых с Дона. А клиент, не получивший результата, как и всякий потребитель на его месте, потребует свои деньги обратно. Еще и со штрафными санкциями. Поэтому адвокат, взявшийся за решение вопросов на этом поле, неизбежно принимает на себя риски с обеих сторон. Оплачиваются ли эти риски соответствующим образом? Скорее нет. Ведь в сумму комиссии нужно включить и репутационные, и финансовые риски исполнителя-адвоката, и возможность срыва уже в процессе, когда поступил звонок с заоблачных высот, указания откуда идут вразрез с договоренностями, достигнутыми на нижнем уровне, и отказ клиента и т. д. и т. п.
Есть ли выход и можно ли быть успешным в профессии, не касаясь подобных дел? Точно нет, простите. Уровень юриста, который не решает вопросы клиентов, – это, как максимум, начальник юридического отдела на предприятии с потолком дохода двести-двести пятьдесят тысяч в месяц. А вот стать миллионером, пусть рублевым, но все же, оставаясь при этом адвокатом, а не «чистым посредником», думаю, возможно. Пусть не сразу, но все-таки возможно.
Прежде чем перейти к конкретным примерам, необходимо отметить, что все совпадения с реальными людьми и делами случайны. Автору повезло работать в субъекте Российской Федерации, полностью свободном от наличия в предпринимательской и иной деятельности признаков состава ст. 291 УК РФ. Почему – будет ясно далее…
Как не превратить адвокатский стартап в сувенир для прокурора?
Вчера на работе искали справедливость. Сегодня ищем работу.
Начинающим адвокатам, особенно тем, кто представлял себе профессию по привлекательным образам, созданным авторами зарубежных книг и фильмов, стоит быть очень осторожными на первом этапе ведения своей деятельности.
Речь идет о том моменте, когда к вам приходит понимание, что есть процессы, в которых одной только силой убеждения и знанием законодательства не обойтись. Почему – тайна сия велика. Вроде бы ваш доверитель прав по закону, ваши аргументы сильны, правовая позиция безупречна. Тем не менее положительного результата нет. Это, конечно, не так страшно (особенно в гражданских делах, где клиент, в отличие от уголовного судопроизводства, рискует только деньгами), но неприятно и, чего греха таить, несправедливо. Работа выполнена вами добросовестно, но финал не в вашу пользу.
Поиски справедливости или даже посконной «правды» рано или поздно приводят адвоката к пониманию, что за вопрос клиента иногда нужно не только браться, но и «решать» его. Дьявол, как обычно, кроется в деталях. В данном случае против вас играет формирование стиля работы и привычек к компромиссам.
Если вы приходите в профессию не из государственной (именно государственной, частные фирмы таких навыков не дают) системы, будь она правоохранительная или административная, то вы не можете знать, как работает настоящая российская система сдержек и противовесов. Мы привыкли, что термин «система сдержек и противовесов» применяется при анализе государственного управления зарубежных стран. Законодательная, исполнительная и судебная власти уравновешивают друг друга, балансируя механизм в целом. В России система сдержек тоже есть, только она, в отличие от классической, работает внутри каждой ветви власти. Тот выпускник, кто после окончания вуза идет на государственную службу, в первую очередь учится именно этому. Конкуренция органов власти, разделение и перекрещивание властных полномочий, отчетность по завершенным делам (так называемые «палки»), формальные и неформальные договоренности по сферам влияния, разграничение подведомственности и подследственности.
Адвокат, который прошел это по первой-второй своей работе, в «решальных» вопросах практически гарантированно не запутается. Он привык, что в любой момент подставить или «обойти на повороте» могут даже коллеги, не говоря уже о конкурирующих ведомствах. Адвокат же, не прошедший школу государственной службы или окологосударственной системы, часто смотрит на «решальщиков» как на старших коллег, которые так же заинтересованы в благополучном исходе дела, как и он сам со своим клиентом.
Это не так, поэтому в начале поиска вариантов помощи в разрешении конкретного дела нужно понимать, что вы сейчас первый раз в жизни заходите в воду. При этом вы не умеете плавать, а вода – открытый океан у побережья Африки. На берегу находится мясокомбинат, который сбрасывает отходы в воду, подкармливая этим акул. Вам же нужно этих акул найти и подружиться с ними, чтобы в дальнейшем они позволили вам участвовать в разделе дармовой еды.
Какие же конкретно акулы больше подходят для первого знакомства?
Лицеисты
Под этим подразумеваются ваши однокурсники и иные знакомые студенческой поры.
У каждого выпускника юридического факультета обычно имеется пара-тройка приятелей, которые выбрали для себя работу на государство. Вам будут полезны правоохранители (следователи или работники прокуратуры) и, разумеется, федеральные судьи. Секретари судебных заседаний или даже помощники судей на данном этапе обладают слишком узкой местной властью – до назначения судьей и утверждения в статусе пожизненно назначенного они обычно не допускаются к решению серьезных вопросов. Исключения, конечно, бывают: иногда особо коммуникабельный курящий помощник так удачно курит с судьей на регулярной основе, что может быть полезен вам, еще не имея мантии. Но это скорее исключение.
Вообще, если вам повезло приятельствовать с судьей в студенческие годы и сохранить добрые отношения уже после его назначения, скорее всего, ваша карьера «решалы» пойдет в гору. Обращаем внимание читателя – именно приятельские, а не дружеские отношения. Дружба часто не выдерживает испытания работой и деньгами, а вот приятели, работающие совместно, – это довольно прочный тандем. Кстати, в успешном функционировании этого тандема чаще всего заинтересованы обе стороны – практически у каждого человека в мантии есть доверенные лица. Он, конечно, со временем найдет их и сам (или, что вероятнее, его найдут сами кандидаты на эту вакансию), но если вы уже здесь и опыт работы с вами успешен, то вы не только можете стать доверенным лицом и решать и свои вопросы, и вопросы партнера, будучи его контактом для потенциальных клиентов, но и в качестве приятного бонуса получите рост своей клиентской базы.
Как уже очевидно, вариант с «лицеистом» – судьей – это, пожалуй, лучшее, что может случиться с начинающим «решалой». К тому же, как показывает практика, даже если в процессе на стороне одного из участников выступает адвокат, по совместительству являющийся мужем судьи, которая слушает дело, это не будет основанием для отвода судьи (реальный случай, имевший место в Санкт-Петербурге). Тем более основанием для отвода не будет считаться то, что вы с судьей были однокурсниками.
Другим полезным знакомством со студенческой поры будет однокурсник, который выбрал службу в правоохранительных органах. Конечно, его диапазон полезного использования будет уже, чем у приятеля-судьи, но он тоже позволит адвокату не пасть жертвой опытных акул. Основное, чему вы можете научиться у правоохранителя, – это как сделать так, чтобы тебя не «кинули» другие правоохранители.
Практика показывает, что люди в погонах этим грешат, и очень сильно. Когда «красные крыши» окончательно вытеснили с рынка людей в спортивных костюмах, отсутствие конкуренции и иных механизмов воздействия в случае срыва договоренностей привело к тому, что сотрудники внутренних органов приобрели чувство вседозволенности и всемогущества. Доходит до смешного: когда следователи договариваются с судьей по поводу своего «клиента», суд не доверяет им настолько, что запускает общим порядком. Есть депозит – работаем, нет – свободны, скидок за удостоверения и звания не предусмотрено.
Еще одним минусом является какой-то особенный воздух в соответствующих ведомствах. Он совершенно убивает всякое желание что-то делать. Пообщавшись некоторое время с сотрудниками в погонах, среднему адвокату надо приводить себя в чувство и заставлять себя куда-то двигаться. Иначе этот вирус сидения на месте и ничегонеделанья может погубить и вас. А адвоката кормят именно ноги и отсутствие регулярной заработной платы.
Если же рассматривать конкретные ведомства, то можно дать только несколько общих советов. Первый: старайтесь решить свой вопрос как можно ближе к «земле». На уровне района. Идти в любой главк можно только в крайнем случае – там обитатели заняты чем угодно, но не работой, хотя ценовую планку держат соответственно престижу должности. Второй: все время держите в голове столичные ветра. Самые «разрешаемые» вопросы традиционно курируются и сопровождаются именно оттуда. Повеяло запахом столицы – лучше выйти из комнаты: сдует, когда понадобится фигурант-стрелочник. Третий: учитывайте моду на оперативное сопровождение силами «старших братьев». Как только указанные братья появились на горизонте, лучше тоже выйти из игры, добровольно-принудительное сотрудничество никто не отменял, а адвокат довольно привлекательная в этом качестве фигура, слишком много клиентской информации к нему стекается. Последние же прецеденты по выемкам в коллегиях и привлечению адвокатов к уголовной ответственности изрядно подорвали веру в защищенность, которую дает наш статус.
Разумеется, коммуникабельный приятель, работающий в правоохранительных органах, обязательно будет вам полезен. Как минимум, он поделится с вами знаниями о том, как работает (точнее, не работает) эта система, что можно рассчитывать от нее получить и в какие процессуальные сроки. А это уже немало, поверьте.
Акелы
Речь идет о более опытных адвокатах, к которым молодые коллеги могут и должны обращаться за помощью. В идеале, конечно, это будет адвокат, у которого вы проходили обязательную стажировку. Если ваш наставник готов взять вас к себе в качестве помощника, то это можно считать везением.
В таком варианте вы будете практически полностью застрахованы от иногда встречающихся случаев непорядочного поведения по отношению к молодым коллегам. Бывает, и клиентов уводят, и «решальный» депозит не возвращают. Адвокаты тоже люди, не ангелы, а поговорке «ворон ворону глаз не выклюет» следуют, к сожалению, далеко не все. Заинтересованность во взаимном сотрудничестве или, скорее, «взаимном опылении» в качестве страховки защиты ваших интересов здесь тоже работает слабо, слишком велика разница в опыте и знании тонкостей работы. Не исключено, конечно, что вам повезет и вы начнете общение с адвокатом, который лояльно относится к молодым коллегам и имеет свой кодекс чести, который не позволяет обманывать даже более слабого.