Угрюм-река. Книга 1

Книга? Пффф. Да это была целая эпоха!
Я читала на бумаге библиотечный том и всё время его теряла, поэтому по даче то и дело раздавался топот малолетки, который разыскивал: "Уг'юм-ека, где уг'юм-ека?" или нигилистический подростковый вопль: "Мама, да брось ты её, ты от этой книжки слишком угрюмая!"А как тут не впасть в мизантропию?
Ни одного положительного персонажа. Сплошное зверство, скотство, жестокость, звериное нутро правит бал. Первую половину книжки (особенно на страницах с тунгусами) я хотела снять с книжки шкуру, нутро нарезать на меленькие квадратики с буковками и сжечь!
Но ко всему человек привыкает, так привыкла и я.
А уж третья часть (кровавая драма с Анфисой, судом, предательством - чистый сибирский Шекспир, такие страсти!) совершенно меня примирила с Шишковым. Потому как не книжко - зеркало, и жывотное во мне яростно порыкивает (ну или похрюкивает, я хз) глядючи на поведение других зверей - героев этой книжищи.
Потому как язык - всётки хорош, хотя я и не могла его читать вначале, к концу попривыкла, даже наслаждаться стала.
Потому как, во втором томе, Прохору - скотине, мерзотине, мразоте, кобелине премерзкой, который на первых же страницах книги порезал ножом в драке какого-то мальца за просто так - походу кирдык придёт. Аж дюже интересно почитать, позлорадствовать, прямо скажем.Короче, не книжка, а чёртова сибирская достоевщина, и ты, малютка Арлетик должна мне проставить кофею за такое зверство, однако дочитаю второй том с превеликим любопытством. Зело борзо!

Богатырей рождает сибирская земля, но где силу свою богатыри применяют? Большие богатства таятся в этом сибирском просторе. Куда они идут? Кого они осчастливили, сделали лучше, чище, духовнее? "Кругом простор, и нет простора: ноги крепко вросли в землю, душа без крыл". Данила Громов нажил своё богатство "через чёрный труд, через плутни, живодёрство, скупость". Он грабил людей на дорогах. А его сын Пётр поучал внука Данилы, своего сына Прохора: "Иди напролом, никого не бойся, человеком будешь". Прохор мог стать человеком. В юности у него была чёрточка доброты, жалости, но кровь отцов взяла своё - он полюбил деньги больше всего остального. В семнадцать лет отец отправил его в далёкий опасный путь по Угрюм-реке. Таёжные дебри, крутые речные пороги, бури - всё пришлось пережить Прохору с верным спутником черкесом Ибрагимом-оглы. Они были на краю гибели - одни в зимней студёной тайге. Ибрагим спас Прохора от смерти, защищал его, как сына. Встречи с тунгусами, аборигенами тайги - это ещё одна яркая страница романа В.Шишкова. Они настоящие дети тайги, которых грабили купцы, обогащаясь за их счёт. Интересный, самобытный народ, сохраняющий много легенд, обычаев с давних времён; писатель знакомит с некоторыми из них. В Прохоре с возрастом разрасталось купеческое начало, он говорит: "Не знаю, кто во мне: зверь ли, бог ли? Но только всю тайгу кругом, всю область всколыхну и заставлю работать на себя". Красавица Анфиса, роковая женщина, стала причиной ссоры отца с сыном, страданий матери и её смерти. Любила Анфиса Прохора или "душа её была отравлена смертельным ядом", или играла она мужчинами - это загадка. Её убили из ревности, зависти, и вина пала на Прохора. Вот здесь, в этот миг, проявилось нутро Прохора - предательство. На суде он указал на Ибрагима как на убийцу, чтобы отвести обвинение от себя. Через 13 лет Прохор - промышленник, владелец пяти предприятий, в нём уже совсем нет душевного тепла, "он к человеческой нужде глух". А ведь зреет революция - рабочие недовольны, ропщут, инженер Протасов тайно ведёт просветительскую революционную работу, распространяет запрещённую литературу. Что же будет дальше? Прохор находит новый золотой прииск, его богатство растёт...

Читала с чувством дежавю, как будто всё это мне знакомо. Все эти книги о Сибири чем-то похожи друг на друга - сюжетами, героями. Кочуют по страницам. Купцы, золотоискатели, тунгусы. То же самое и в американской литературе наблюдается по той же теме, только вместо тунгусов - индейцы.
Первая книга намного интересней - про жизнь и про любовь. Захватывающий сюжет, элементы детектива, хотя кто есть кто сразу ясно, никто не сомневается. Вторая книга будет поскучнее. Как в глухой тайге возникла промышленная зона, строились первые заводы, фабрики, прокладывалась первая железная дорога, по реке поползли пароходы. Как начиналась экономическая экономическая борьба рабочих, своё сибирское "кровавое воскресенье", первые революционеры из рабочих. Ссыльные революционеры не вызывают симпатий - надломленные, спившиеся, слабые, больные. Инженер Протасов - просто честный талантливый человек, помогающий рабочим чем и как может, но не большевик. Призывая Нину отказаться от богатства, сам он никогда не сможет отказаться от своей обеспеченной жизни, отсюда душевный разлад. Глаза бы ели, да зубов нет.
Главные герои - династия Громовых. Дед - разбойник, убийца; нажил таким образом начальный капитал. Сын - пьяница успешно его растранжирил, жил на широкую ногу. Внук талантливо создал своё огромное богатство с нуля, но грабя наёмных рабочих беспощадно. Купец, золотопромышленник, капиталист-фабрикант - таков его путь. Тот же разбойник-убийца, что и дед; тот же пьяница и развратник, что и отец. К концу книги душевнобольной, шизофреник, потерявший представления о реальной действительности и покончивший жизнь самоубийством. Начал с убийства других - закончил своим. А как хорошо всё начиналось - талантливый самоучка, самообразование, великолепные организаторские способности, желание улучшить жизнь, честно торговать - и вдруг как-то сразу: чем шире дело, тем шире жажда наживы, жадность. То он тысячи проигрывает в карты, то трясется над каждой копейкой к жалованью рабочих.
Жалко Нину - так много и сразу навалилось на неё бед. Как сложится её дальнейшая судьба?! Пока был жив богатый муж, взбрыкивала, охваченная христианской любовью к ближнему, улучшала условия жизни рабочим, строила тёплые бараки, бани, школы, больницы. Но вот надо выживать - и вся благотворительность закончилась. И как всегда в жизни - все разом, беда не приходит одна. И муж умер, и Протасов уехал, и Кук. И она понятия не имеет, как руководить этим огромным хозяйством. Да ещё и беременность вовремя! А вокруг свора желающих поживиться, ждущих удобного момента. Поневоле чокнешься.
Ещё много о чём можно написать. Просто необъятный материал обобщил писатель и имел право сказать:
"Угрюм-река" - та вещь, ради которой я родился.

Читается тяжеловато из-за множества архаизмов и деалектизмов, некоторые из которых приходится гуглить, чтобы понять, о чем идет речь. Главный герой - это скорее главный антигерой, который вызывает отторжение. Прохор Громов - это самый настоящий бабник и живодер (на радостях убивает соседского кота, НА РАДОСТЯХ, Карл). Прохор невероятно высокомерный, никого не слушает (рискуя своей жизнью и жизнью друга отправляется в тайгу зимой, ведь он так решил, он лучше знает), на Пасху выдумывает выстрелить из пушки во время церковной службы, в результате чего один из жителей получает серьезные травмы и умирает в конечном итоге. Самомнение у него о-го-го. «Я тут самый крутой, лучше бати все сделаю, у меня все будет», при этом не ударил и палец о палец. Он безответственный, наглый. Влюбляется в даму, обзывает ее последними словами, сбивает с ног на лошади. Короче говоря, главный герой книги - это мажор, который смотрит на всех свысока, особо не думает, творит всякую дичь и откупается деньгами за свои бездумные действия. Гораздо ближе мне Ибрагим - честный, открытый и смелый горец, который несет ответственность за свои слова и поступки!

В начале сумбур, и слишком быстро развивающиеся действия, но впоследствие книга затягивается, читать становится интереснее. «Золото Бунта» Иванова скорее всего «добывалось» отчасти и из «Угрюм-реки». В общем, посоветовать вполне можно, достойная книга!

Потрясающая книга , очень рекомендую к прочтению .много наблюдений и эмоциональных впечатлений , так как модно со стороны делать выводы и анализировать дабы избежать ошибок

Фундаментальная книга,как в историческом.познавательном плане,так и в психологическом плане.Живой язык,колоритные персонажи ,интересная история.Роман с большой буквы....Долго откладывала чтение,пугал обьем,но когда прониклась,не оторвать было.