Читать онлайн Выгодная партия, или Одно проклятье на двоих бесплатно

Выгодная партия, или Одно проклятье на двоих

Аннотация

– Адель, молю! Любое желание исполню, если поможешь охладить мамин настрой женить меня.

– Каким образом? Выйдя за вас замуж?! – в шутку выпалила я.

...

Рендел д'Итьер — моя головная боль, от которой, кажется, избавит лишь смерть. Убить племянника короля? Нет, плохая идея. Себя?.. Глупость! А представиться его невестой за исполнение заветного желания?.. Хм... Пожалуй... можно. Вот только желания имеют обыкновение меняться. Как и люди. И что в итоге я загадаю, когда придёт время рассчитываться за оказанную услугу?

Однотомник. ХЭ

1 (не) выгодное предложение

  Плохое предчувствие не покидало меня с самого утра. Причина столь надоедливого сопровождения была ясна, но я упорно не хотела её признавать.

  Колокольчик, висевший над дверью, мелодично звякнул, оповещая о приходе клиента.

  – Доброе утро, – поприветствовала я вошедшего, отрывая взгляд от кассовой книги.

  – Доброе утро, Адель! Ты сегодня прекрасна как никогда.

  – Не знаю, кто такая Никогда, но сравнивая меня с этой леди, вы не заработаете очков, – стерев улыбку, пожурила я мужчину.

  – Твои колкости лишь распаляют мой интерес, – со сладкой улыбкой на лице огорчил меня сир д'Итьер, прямиком направившись к прилавку. – Как я погляжу, ты сегодня одна.

  – Вашими стараниями, – процедила я.

  Герцог Рендел д'Итьер шесть недель, не пропустив ни одного дня, наведывался в мой магазинчик, чтобы позлить меня. Я пробовала объясниться с ним по-хорошему, как воспитанные люди, но мужчина так ничего и не понял. Хотя, что непонятного во фразе «ни приходите сюда и не соблазняйте моих работников»?..

  Нанятые в зал девушки по очереди уволились, не выдержав чрезмерной обходительности молодого герцога. Я сама с трудом могла закрыть глаза на красивую внешность Рендела д'Итьера, который одной улыбкой выбивал воздух из лёгких и заставлял руки тянуться за чем-нибудь увесистым, чтобы огреть самоуверенного мужчину. Останавливал титул: герцог был племянником короля, а я по собственному опыту знаю, что те, у кого есть власть и деньги, готовы на что угодно, ради своей драгоценной шкуры.

  – Я хотел узнать: могу ли я воспользоваться чёрным ходом? – поинтересовался Рендел, положив одну ладонь на натёртый до блеска деревянный прилавок, который не позволил приблизить ко мне вплотную.

  – Ни одна приличная хозяйка не допустит, чтобы её магазин использовали как проходной двор, – возмутилась я, слегка покраснев под прямым взглядом карих глаз.

  – Я как воспитанный человек спросил у тебя позволения на это, надеясь на доброе отношение, которое возникло между нами, – чуть ли не промурлыкал герцог.

  – Это в какой же момент оно возникло?..

  – С первого взгляда, – не растерялся Рендел, потянувшись к моим ладоням, лежащим поверх раскрытого журнала.

  – Вынуждена вас разочаровать, – осадила мужчину, ловко убрав руки под прилавок. – Вероятно, вы спутали меня с другой леди... Леди Элис... С Клаудией или Орил. Или с хозяйкой другого магазина. На этой улице целый ряд достойных вашего внимания торговых точек с товарами для дам.

  – Я что, единственный мужчина, кого беспокоит вопрос сохранения красоты кожи? – поразился герцог, обежав взглядом пустой зал. На полочках и столиках, игриво отражая свет потолочной люстры, стояли баночки разных форм и цветов. Широкий выбор кремов, тоников и лосьонов привлекал отдыхающих и местных женщин. И одного столичного ловеласа. Уникального в своём роде, как крем с жиром единорога.

  – В нашем курортном городке – да. Это вам не столица, где такое в порядке вещей. О вас уже анекдоты слагают местные рыбаки.

  – Ну правильно, – фыркнул Рендел, – и выглядят они в тридцать как старики. Только шутить над умными им и остаётся. Так вы меня пропустите, а я вам отплачу за это.

  – Деньгами?

  – Деньгами. Натурой. И тем, и другим. Для тебя, Адель, мне ничего не жалко.

  – Первое – сама заработаю, а от второго откажусь, – и покривила губами от мысли о близости с герцогом.

  – Как скажешь, – немного расстроенно выдохнул Рендел, и взгляд его потух. – Готов исполнить любое твоё желание за пропуск через чёрный ход.

  – Вы хотите от кого-то скрыться? – усомнилась я, разглядывая никуда не спешащего мужчину.

  Рендел открыл было рот, чтобы ответить, но я его остановила, добавив:

  – Неважно. Меня это не касается. А от исполнения желания не откажусь, – произнесла последние слова, предвкушая свободу от надоевшего клиента.

  – Попался! – победно выкрикнул кто-то под оглушительный звон колокольчика, который не был готов к тому, что дверь резко распахнут.

  – Я с тобой не играл... И ничего не крал, чтобы ты меня вздумал ловить, – проворчал Рендел, одарив меня хмурым взглядом – недоволен, что я его задержала на радость победителя, которым оказался...

  Я раскрыла рот, признав в новом посетителе принца Анклавии. Не первого или второго, а самого младшего, то есть третьего. По иллюзору* его показывали чаще остальных представителей королевской семьи. Парень был активным деятелем и принимал участие в благотворительных акциях, но исключительно в тех, которые были близки по духу мужчинам, даже таким молодым, как он: военная промышленность, академии героев, турниры магов, специальный отряд драконоборцев – это и многое другое.

  Его высочество Кристофер д'Элар, в отличие от кузена – герцога Рендела д'Итьера, отдал предпочтение удобной и простой одежде, из-за чего не сразу поверилось в точность первого вывода, что это действительно наш принц. Скромность – ещё одна деталь, которая восхищала девушек Анклавии в его королевском высочестве Кристофере.

  – Ты украл моё время, а перед этим покой тётушки, которая в свою очередь очень сильно отвлекла моего отца от дел государственной важности, – грозно заявил принц Кристофер, замерев посреди торгового зала.

  Несмотря на неброский костюм, смотрелся он подобно статуе на центральной площади столицы. Правда, изображала она его прапрадеда, но сходство было потрясающее, что я невольно погрузилась в воспоминания о главном городе Анклавии.

  Следом за членом царствующей династии в магазин зашли два человека в чёрных одеждах: девушка гневным взглядом пронзила спину герцога, не соизволившего повернуться лицом к говорящему с ним принцу, а мужчина молча перевернул табличку на двери, чтобы проходящие мимо люди в окошко с улицы могли прочитать «Закрыто» и воздержаться от захода к нам.

  – Не моя вина, что дядя потакает всем капризам моей матери, когда у самого есть законная жена и орава министров. Как он только со всеми справляется?.. – сокрушённо прошептал Рендел, покачав головой.

– Ты мне зубы не заговаривай. Мы возвращаемся в столицу, и ты едешь с нами, – сообщил принц, приблизившись вплотную к кузену, и, схватив за плечо, развернул его к себе лицом.

  – Я не могу. Вы отправляйтесь, а я потом...

  – Сейчас, – настоял Кристофер, тряхнув Рендела. – Тётушка вся испереживалась из-за твоего долгого отсутствия.

  – Я не маленький мальчик, чтобы держать меня подле себя, – возмутился Рендел, вырвавшись из руки Кристофера. – Двадцать седьмой годик как-никак исполнился, – с гордостью заявил герцог, высоко вздёрнув нос.

  – Раз ты такой взрослый, отчего не общаешься с матерью и не сообщаешь ей, где ты?

  – Общаюсь. Пару дней назад сказал, что хочу отдохнуть от столичной суеты. Этого мало что ли?

  – Пару дней назад? – задохнулся принц от возмущения, а щёки его покраснели из-за плохо скрываемого гнева. – Ты два месяца назад ей об этом сказал и исчез!

  – Как быстро бежит время, – протянул герцог, состроив скучающую гримасу.

  – Хватит разговоров. Давай по-хорошему. Или мне приказать скрутить тебя как преступника? Так хочешь?

  Рендел беглым взглядом оценил компанию кузена.

  – Откажусь.

  – Хорошо. Так бы сразу, – расслабился принц Кристофер и развернулся к выходу, намереваясь покинуть магазин.

  – Но и домой ехать отказываюсь. Передай матушке, что я жив-здоров.

  Кристофер повернулся вполоборота и, пронзив герцога холодным взглядом, возразил:

  – Одними словами она довольна не будет. Я что, тётю не знаю?! Ты должен предстать перед ней, чтобы она лично убедилась в этой истине.

  – Но сейчас мне никак нельзя уезжать из Каспина, – с мольбой в голосе настаивал Рендел.

  – Почему? – на свою беду поинтересовался принц.

  – Я влюблён.

  – Ты всегда влюблён.

  – В этот раз не так, – парировал Рендел.

  – Знаю я эти твои «не так», – фыркнул принц, кивком головы отдав приказ спутнику-мужчине. Тот направился к герцогу с угрожающим видом, что я невольно отступила от прилавка, дабы не задело в случае, если дойдёт до махания кулаками и метания пульсаров.

  – Попрошу без рук! – предупредил Рендел, но телохранителя принца это не остановило. Тогда герцог взмахнул рукой, отсекая себя от надоедливого кузена и его людей огненной стеной.

  – Попрошу без огня! – очнулась я, испугавшись за товар.

  Огонь потух так же быстро, как и разгорелся. Но это не сир д'Итьер одумался, а телохранитель использовал свою магию: помещение окутало сумраком, неприкрытых участков тела коснулась колючая прохлада, запуская неприятные мурашки по телу.

  – Тёмный маг, – хмыкнул Рендел. – Стоило ожидать, – и полез за чем-то во внутренний карман сюртука.

  – Господа, прошу, перенесите беседу в другое место, – осмелела я и обратилась к посетителям. – Из-за вашей магии у меня весь товар испортится, – добавила, распуская тонкую сеть защитных заклинаний по периметру. Стены, пол, потолок, а с ними и полки с выставленным на продажу товаром украсились тонкой витиеватой вязью, которая светилась золотым светом.

  Моё заклинание развеяло сумрак. Телохранитель недовольно цыкнул, вынужденно отступить перед представителем самой сильной магии в нашем мире – солнечной.

  – Приношу свои извинения, – адресовал мне принц Кристофер. – Оливер, возмести леди её потери, – приказал он тёмному магу.

  – Не надо. Я сам, – остановил телохранителя герцог. – Я виноват, что так всё произошло, мне и платить по счетам. А ещё я обещал Адель помочь в магазине.

  Последние слова Рендела удивили меня. Я потеряла контроль над магией. Узорчатые письмена вспыхнули и растаяли, словно первая снежинка на горячей ладони. По телу пробежал неприятный зуд: вспыхнул в районе левого локтя, устремился вверх по руке, пересёк спину и замер, достигнув правого плеча. Перед глазами на мгновение потемнело. Я покачнулась и, чтобы не упасть на глазах посетителей, опёрлась о прилавок.

  – Каким образом? – озвучил принц интересовавший меня вопрос.

  – Продавать косметику, – с умопомрачительной улыбкой заявил герцог Рендел д'Итьер.

  – Ты? Продавать косметику? – переспросил принц, чьи брови от изумления взлетели на лоб.

  – Не надо, – жестом остановил герцог кузена. – Я в себе уверен. Я справлюсь. И я не из тех мужчин, которые бросают даму сердца в трудной ситуации.

  Меня пронзило любопытными взглядами: принца и его сопровождающих внезапно заинтересовала моя персона. Я не знала, что сказать. И надо ли?..

  Я посмотрела на Рендела. Он подмигнул мне через плечо и продолжил разговор с принцем:

  – Как решим вопрос с персоналом, первым делом отправимся к моей матушке, чтобы успокоить её и объясниться. Адель ещё не готова к такому... Я только-только сделал ей предложение, – он послал многозначительный взгляд в мою сторону. – Она ещё не свыклась со статусом моей невесты, даже кольцо стесняется носить на людях, – чуть ли не хныкнул в конце Рендел, прижав правую ладонь к сердцу и уронив голову на грудь.

  – Вы помолвлены? – усомнился принц в правдивости слов кузена.

  – Да! – подтвердил Рендел.

  Взгляд принца устремился на меня. Я заметила краем глаза непонятные знаки, которые старательно посылал герцог. Он выводил огненные буквы в воздухе так, чтобы их не могли прочесть остальные – только я.

  «Любое желание! Выручай!» – вспыхнуло и погасло в воздухе. И как только успела прочитать – сама диву даюсь.

  – Д-да... – неуверенно выдала, вернув взгляд к его высочеству.

  – Вот видишь! Бедняжка не в состоянии осознать своего счастья, – сокрушался Рендел.

  – Он вам заплатил? – ошарашил принц вопросом, не отводя от меня пристального взгляда.

  – Д-да...

  Кристофер прикрыл глаза, что-то пробурчав неразборчиво под нос и подал знак рукой телохранителю. Тот с непроницаемой маской на лице двинулся к герцогу.

  – За-а-а крема! – выпалила я, осознав ошибку с первоначальным ответом. – А вы о чём подумали... ваше высочество? – спросила, раскрасневшись от смущения, и склонила голову, мысленно моля, чтобы мой выкрик не сочли за дерзость. Влезать в семейные дрязги – последнее, что стоит делать, если жить и так осталось немного.

  Все замерли. И, кажется, время остановилось.

  – Два дня, – выдал принц Кристофер, разрушив гнетущую тишину. – Если не явишься к тёте – пришлю отряд магов.

  – Ты, как всегда, любезен, – радостно потёр руки Рендел. – Но Адель ищет людей, проживающих в Каспине.

  – Ты меня понял, – коротко ответил принц на неудачную шутку кузена.

  – Понял, малец, – с этими словами Рендел схватил в охапку принца, который был младше герцога на пять лет, и принялся ерошить его соломенные волосы, игнорируя протесты Кристофера.

2 Что желает сердце?

  – Избавились наконец-то, – выдохнул герцог, выпроводив кузена с телохранителями за дверь. – Спасибо, что подыграла.

  – Теперь-то я больше вас не увижу в своём магазине? – поинтересовалась я.

  – Я тебе мешаю?

  – Из-за вас уволились все продавцы.

  – Хм... Странно. Я был предельно любезен и внимателен к вашим девочкам.

  – Именно из-за этого они и уволились.

  – Да? – неподдельно удивился Рендел, возвращаясь к прилавку, за которым стояла я. – Женщин не поймёшь: никого не выделяешь – плохо, кого-то выделил – опять плохо. Не знаешь, как и вести себя, чтобы никого не обидеть.

  Я ничего не ответила на это, прекрасно зная, что герцог использует любой звук, вырвавшийся из моего рта, чтобы затянуть беседу на часок-другой.

  – Не разъясните мне?.. Ну и ладно, сам разберусь, – усмехнулся Рендел. – И начну с маменьки.

  Я поджала губы, понимая, что так просто от него не избавлюсь.

  – Кристофер обязательно расскажет ей про тебя. Не переживай, она только рада будет. Сама давно мечтает женить меня на той, кто присмотрит за её единственным сыночком после её смерти. Но помирать, конечно, она не намерена, – сообщил Рендел.

  – Я правильно понимаю, что вы хотите познакомить меня со своей мамой?

  – Это было бы правильно. Пусть увидит, что беспокоится обо мне не стоит, и тогда уж точно перестанет донимать рассказами об очередной дочери подруги, которая хорошо смотрелась бы рядом со мной.

  – Сир-р-р, – прорычала я. – Вы испытываете моё терпение, от которого остались сущие крохи.

  – Понял, – он поднял руки в примирительном жесте. – Сегодня же закажу билеты в Бристоль и пришлю посыльного с информацией, в котором часу заеду за вами.

  – Вы определённо не поняли меня, – процедила и нервно покрутила головой, отгоняя неприятны зуд с шеи, прикрытой высоким воротником-стойкой. – Я никуда не поеду с вами.

  – Адель, молю! Любое желание исполню, если поможешь охладить мамин настрой женить меня.

  – Каким образом? Выйдя за вас замуж?! – в шутку выпалила я.

  – Так, конечно же, будет надёжнее. Фиктивный брак – вполне обыденная вещь, но я не хочу, чтобы жену подбирала мне маменька.

  – Я не выйду за вас, даже за все сокровища мира!

  – Неподкупная... Мне нравится. Значит, никто другой не уведёт, впечатлив побрякушками, – довольно заключил Рендел.

  – Я всего лишь хотела избавиться от вашего внимания. И обезопасить свой бизнес, – призналась ему. – Видят боги, я совершила ошибку: надо было не покрывать вас перед принцем Кристофером, тогда бы вас уже здесь давно не было бы.

  – Какая же ты жестокая. Самая жестокая из всех солнечных магов за всю историю мироздания, – жалобно выдал герцог, состроив расстроенную мину. – Разве у тебя нет желания получше? Такого, которое никто не смог бы исполнить? – таинственно добавил Рендел.

  – Совсем никто? Даже боги?

  – Особенно боги, – с самоуверенной улыбкой настоял герцог, нависнув над прилавком.

  – Но если желание никто не может исполнить, как его исполните вы? – спросила, отклонившись назад в попытке сохранить дистанцию с мужчиной, но не показать себя трусихой. И больше всего я боялась не силы, которая скрывалась в герцоге, а его обаяния.

  Сердце в такой опасной близости с Ренделом сбивалось с ритма, хаотично выстукивая сладкие девичье мечты о романтичных отношениях. Благо, разум засовывал эти самые мечты куда подальше, чтобы не мешали спокойно жить. Или точнее, доживать... Год? Или два?.. А если повезёт, то побольше.

  Мои родители перевезли меня на юг страны, в Каспин, где солнце не скрывалось на ночь за линией горизонта, а ползало вдоль него до рассвета. Они выбрали это место, чтобы у меня сохранялась связь с главным источником моих магических сил. Каждодневные солнечные ванны стали обыденным ритуалом. Смысла в жизни я не видела, но и умирать не хотелось. В какой-то степени жила я назло. Назло тем, кто лишил меня беззаботного существования. А тут ещё Рендел д'Итьер появился, став настоящей головной болью.

  – Для меня нет ничего невозможного, – усмехнулся герцог, без опаски превознеся себя выше богов. – Достаточно хорошенько подумать, кое-какие связи задействовать... – Рендел игриво покачал головой, всем своим видом показывая уверенность в таком непростом деле, как исполнение желаний обычной женщины. – Надо будет – и кусок луны достану. Да хоть со всех трёх по кусочку! – заявил он, выпрямившись и расправив плечи.

  – Даже так?.. – задумчиво обронила я, впечатлённая услышанным.

  – Рад, что ты наконец поняла, – довольно улыбнулся Рендел. – Поэтому дам тебе времени подумать над желанием, которое мне надо исполнить, чтобы потом не сожалела о неправильном выборе.

  – Как благородно с вашей стороны, – выдала стандартную фразу на любезность любого мужчины, возомнившего себя пупом земли.

  – Да мне несложно, – сказал герцог, вновь склонившись в мою сторону. – Очень уж интересно, что на самом деле желает твоё сердце, – волнующим шёпотом добавил он, пристально глядя мне в глаза, из-за чего щёки запылала от смеси желания и стыда.

***

Вернувшись домой после нелёгкого рабочего дня, я сразу направилась к себе, мечтая принять горячую ванну с ароматными маслами. Мама поймала меня на втором этаже и подсунула под нос письмо, запечатанное магией. На конверте было указало лишь моё имя «Адель», что вызвало в родительнице жгучий интерес.

  – Кто это может быть? – поинтересовалась она, отдав письмо.

  – Карлос, обещал прислать смету за новую систему безопасности, – сказала первое, что пришло на ум.

  – Давно пора, – выдала мать, – твоих сил на всё не хватит.

  – У меня к тебе одна просьба будет, – решила я переключить мамин интерес, – поспрашивай у своих подруг и знакомых, может, кто-нибудь захочет пойти работать в мой магазин?

  – Неужели и Ирэн ушла? Да что с этими девицами не так?! Я же говорила, что не стоит брать молодых и незамужних. Такие в облаках летают, а не о работе думают.

– Поспрашиваешь? – уточнила, проигнорировав её возмущённую тираду.

  – Да, конечно. Найдём тебе хороших продавцов, – пообещала мама.

  Я скрылась за дверью в свою комнату. Немного перевела дыхание и, глядя на магический штампик с обратной стороны конверта, произнесла:

  – Я Адель.

  Метка засветилась, признавая меня получателем письма. Уголок конверта отлип и разогнулся, позволяя вытащить сложенный в несколько раз листок бумаги. С замирающим от волнения сердцем развернула его и прочитала содержимое.

  «Милая Адель» – от такого начала немного успокоилась, и в груди разлилась тёплая радость. Даже если сир д'Итьер пишет так любой женщине, я позволила, всего на мгновение, почувствовать себя особенной.

  «Я взял два билета на портальный проход в Бристоль на завтра в двадцать часов сорок две минуты. Я взял на себя смелость помочь тебе с поисками новых сотрудниц. Завтра утром ожидай желающих сделать твой магазин центром торговой жизни в Каспине», – беспокойство вернулось с новой силой, пророча головную боль с утра до самого вечера. Страшно было даже подумать, кого он там пришлёт.

  «Я предстану перед тобой, когда подойдёт время отбывать в столицу. Рассчитываю, что к этому моменту ты будешь готова озвучить своё истинное желание. Рендел».

  Просто Рендел? Без фамилии?..

  Это что-то значит?

  Герцог всё ещё не теряет надежды вскружить мне голову?.. Да ему только одно и нужно. На один раз. На большее его интереса не хватит.

  Смяла письмо и закинула в мусорную корзину, выбрасывая из мыслей чертовски привлекательного и обаятельного герцога. Прошла в ванную комнату. Заткнув слив в ванне пробкой, включила воду. Добавила пару капель розового масла, три ложки морской соли и одну косметическую жемчужину, которую с первого взгляда от настоящей не отличишь. Перламутровый шарик красиво мерцал на дне ванны, медленно растворяясь в горячей воде и насыщая её витаминами и минералами. Как-никак в косметическом магазине работаю, поэтому умею отдыхать с заботой о коже.

  Расстегнула потайные пуговки на платье и избавилась от него. К помощи прислуги я прибегала исключительно по утрам, когда надо было затянуть корсет. А раздеться наловчилась без посторонних рук, немного, с особой осторожностью, используя магию.

  Освободившись от одежды, взглянула на себя в зеркало и потянулась к волосам, чтобы вынуть заколки. Между лопаток пробежал неприятный зуд и замер на левом плече: в зеркале отразилась чёрная голова ящерки – магическая татуировка, которая не давала забыть мне, из-за чего я живу и почему не стоит прибегать к магии по любому поводу.

  – Скройся! – со злобой выплюнула я и шлёпнула ладонью по плечу.

  Магический рисунок не почувствовал хлопка, но эмоцию считал верно. Повертев плоской головой из стороны в сторону, ящерка крутанулась пару раз на месте, вызывая зуд, к которому за шесть лет я вполне привыкла, и убежала на спину.

  – Истинное желание?.. – прошептала я, выдернув последнюю невидимку из волос. Шёлковые локоны рассыпались, нежно коснувшись плеч. – Что желает сердце?..

  Коснулась пальчиками ложбинки между грудей, ожидая верного ответа.

  – Глупость какая... – фыркнула, бросив невидимку на столешницу, и залезла в ванну.

3 Собеседование

  Я только открыла магазин, как внутрь под тихий звон колокольчика вплыла женщина. Сначала я увидела большую грудь, затянутую в корсет. Надетый на ней жакет выглядел так, будто его зашивали на мадам, поэтому он сидел как влитой.

  – Башенные часы пробили восемь две минуты назад, – услышала от первого посетителя.

  – Доброе утро. Прошу прошения за задержку, – принесла свои извинения, склонив голову. – Могу я вам чем-то помочь? – перешла к делу, выпрямившись.

  Женщина замерла у ближайшего ко входу стеллажа с товаром. Я пробежалась взглядом по клиенту, прикидывая в уме, что можно ожидать от этого человека, и не смогла поразиться пропорциям: большую грудь дополняли широкие бёдра. Тонкая талия вызывала недоумение: как она такое выдерживает? Женщина являлась живым воплощением песочных часов. Её тёмные волосы были собраны и украшены маленькой шляпкой под цвет терракотового наряда. Яркий макияж будто предупреждал об опасности, как расцветка драконов в сезон спаривания. Возрастом она была куда старше меня и, возможно, даже моей матери.

  – Мне сказали, что вы ищите сотрудников, – ответила она, разглядывая баночки, выставленные на полке.

  Рендел?..

  Самодовольный образ герцога живо предстал в моей голове и принялся бойко рекламировать напомаженную мадам.

  Я подавилась воздухом от возмущения. Тряхнула головой, прогоняя фантазию, в которой сир д'Итьер не забыл сделать акцент на обеих выдающихся частях предлагаемой кандидатуры, а именно груди и попе, и взяла себя в руки, настроившись во что бы то ни стало избавиться от мадам – по абсолютно объективным причинам, чтобы потом обосновать перед герцогом своё недовольство.

  Сир Рендел д'Итьер – самый известный повеса в Анклавии. Такие, как он, просто не способны решать проблемы, только создавать их.

  Дверь в магазин открылась, отрезвляя меня звоном колокольчика.

  – Доброе утро, – поприветствовала я вошедшую девушку.

  – Доброе утро, – неуверенно отозвалась та, обменявшись взглядами с мадам Песочные Часы.

  – Могу я вам чем-то помочь? – спросила я, надеясь, что это клиент.

  – Вы ищите работников? – робко поинтересовалась она, нервно теребя подол платья.

  – Ищу. Позвольте представиться, – начала я, захватывая внимание обоих слушателей, – меня зовут Адель эм'Саттон, я хозяйка этого магазина.

  Я стояла перед соискательницами, довольная, что за один раз разберусь с двумя желающими. И у молодой уже явное преимущество – скромный вид и возраст. Командовать юными девушками куда проще, чем женщинами, которые мне в матери годятся, а то и в бабушки. Попробуй им сделать замечание и сразу услышишь: «Что за неуважение к старшим?.. И кто вас так воспитывал?.. Куда смотрят родители?» и всё в таком духе с возвышением себя через унижение ближнего вместе с его родом.

  – Представьтесь, пожалуйста, – попросила я, заметив, как статус хозяйки взволновал юную кандидатку.

  – Клэриса эл'Турн. Вдова. Детей нет, – сухо произнесла мадам Песочные Часы. Она метнула пренебрежительный взгляд в соперницу, которая проигрывала ей в габаритах и вычурном вкусе.

  – Мария эл'Ролт. Студентка третьего курса магической академии Либра, – представилась юная соискательница.

  Кларису эл'Турн определённо задело равенство социальных статусов – маленькая приставка «эл» перед фамилией, обозначавшая обедневший род сильных магов. Бедственное финансовое состояние многие носители «эльки» не признавали, как явившаяся мадам, вырядившаяся так, словно собралась на народные гуляния: она выпятила грудь и вздёрнула нос, гордо поддерживая видимость былого величия.

  – Мне нужны продавцы, – перешла я к сути дела, готовая взять в штат скромницу Марию. – Работа пять дней через два. Пока не укомплектую смены, то есть не найму минимум четырёх девушек, придётся работать три дня через один выходной. Количество рабочих дней в месяц от этого не изменится, как и оплата: десять оринов плюс десять процентов от продаж. Под днём я имею в виду промежуток с восьми утра до восьми вечера, – говорила я хорошо поставленным голосов, ни разу не сбившись, и следила за претендентками: студентка молча ловила каждое моё слово, а вот мадам Песочные Часы скривилась, услышав то, что она явно не ожидала.

  – Вы должны быть готовы к тому, что придётся весь день провести на ногах.

  – Весь? – взвизгнула женщина и откашлялась. – Даже когда нет покупателей? – поинтересовалась она, взяв голос под контроль.

  – Да, – не стала обнадёживать её. – Вы станете лицом магазина. Потенциальные клиенты должны видеть вас через окно. В пустой магазин многие не заходят, думая, что он закрыт.

  – Для этого у вас вывеска есть, – подметила очевидное мадам.

  – Вы удивитесь, но когда покупателю что-то надо, он ищет глазами это, а не информационные таблички. К тому же многие предпочитают спрашивать у живых людей, а не разбираться самостоятельно, – объяснила я, с усмешкой вспоминая дам, которые время от времени ломятся в закрытую дверь потому, что им нужен крем. Срочно! И никаких завтра!

  Идя навстречу взволнованным девицам, я завышала цену на товар. Иногда меня в этом наглым образом улучали, на что я спокойно отвечала: «Я уже закрыла магазин, но ради вас задержалась. Кхе-кхе... Прошу простить, в это время у меня обычно лечебные процедуры. За опоздание и неявку лекарь денег не вернёт, выходит, чтобы не терять хотя бы в деньгах, мне надо либо отказать вам, либо запросить с вас небольшую компенсацию. Замечу: не полную стоимость моей лечебной процедуры, а всего лишь малую её часть, чтобы мне было не так досадно, если накроет приступ... Кхе-кхе... Прошу прощения».

  Многие сразу соглашались закрыть сделку и убраться с покупкой восвояси, возможно, опасаясь, что я озвучу цену ещё больше или попросту ничего не продам. Некоторые пытались оспорить моё уважение личного времени и драгоценного здоровья, но всегда проигрывали – такие оставались с пустыми руками или с пустыми кошельками.

Моё слабое здоровье и скверный характер не были секретом для сторожил Каспина. При этом я не боялась потерять клиентов. Во-первых, такой товар, как в моём магазине, нельзя было найти у других торгашей курортного городка, а во-вторых, клиенты, переплатившие один раз и не желавшие впредь попадаться на непредвиденные траты, делали выводы и не являлись ко мне после закрытия. В итоге все оставались в выигрыше. Особенно я, ведь никто не знал сути моего заболевания.

  Местные женщины уже несколько раз похоронили меня, чисто из зависти. А почему бы и не позавидовать: молодая, красивая, с богатым приданым, с самой сильной магической основой и с собственным бизнесом – маленьким, но успешным. Я не зависела от родителей и не нуждалась в крепком мужском плече, дабы не оказаться на обочине жизни. Если бы завистники прознали, как у меня появились деньги на открытие магазина – заклеймили бы блудницей. Пожалуй, с такой репутацией клиентов на некоторое время поубавилось бы...

  Повинуясь стадному чувству брезгливости и желанию осудить другого, многие обходили бы стороной меня и мой магазин, но недолго: ровно до момента, как иссякнут их запасы любимой косметики. Проигнорировать чужую репутацию легко, когда на кану исчезновение морщинки на лбу. И я этим безбожно пользовалась. Даже на герцоге заработала. Не знаю, куда ему столько средств. Если не на подарки прекрасным дамам, тогда Рендел мог принимать ванны из  приобретённых у меня кремов и тоников.

  – Допустим, я клиент. Я ищу супер омолаживающее средство, о котором все говорят.

  – О, я знаю. Это крем «Молодильное яблоко»... – оживилась мадам л'Турн и огляделась. Найдя взглядом искомое, она схватила с полки пузатую бутылочку красного цвета, которая по форме напоминала яблочко.

  – И почему же оно имеет такой волшебный эффект? – поинтересовалась я у женщины.

  – Там много натуральных компонентов и витаминов. Произведено лучшими травниками Анклавии, – победно возвестила она, довольно ухмыляясь.

  – Вот незадача, – расстроено выдала я, приложив ладошку к щеке, – у меня аллергия на яблоки.

  Мадам эл'Турн озадаченно похлопала глазками, сбитая с толку моим заявлением. Она попыталась найти ответ на этикетке, но его там не было.

  – Хорошо, – протянула я ладонь, прося отдать мне баночку. – О косметике вы что-то знаете – это плюс. Но и незнание тоже плюс, – ободряюще подмигнула притихшей Марии.

  – Это ещё почему? – потребовала разъяснений женщина.

  – Разобраться в чём-то с нуля проще, чем пересмотреть имеющиеся познания. Во втором случае выше шанс допустить ошибку из-за путаницы. Для этой работы нужно будет выучить много информации: фразы для выстраивания диалога с клиентом, ингредиенты с их особенностями, расстановка товара в зале, упаковка покупок и многое другое. Например, этот крем особенный тем, что подходит всем. Без исключений. Омолаживающий эффект усилен с помощью магии солнца, нейтрализуя все возможные негативные последствия, такие как аллергия. К тому же молодильные яблоки отличаются от обычных тем, что произрастают в пустынных землях, насыщенных магией. Их посадка и добыча сопряжёна с риском из-за активности драконов в той части мира, но польза ни с чем не сравнима.

  – Так в нём действительно молодильные яблочки используются? – удивилась неожиданно мадам эл'Турн.

  – Да. Самые настоящие.

  – Теперь ясно, почему одна баночка стоит как дом на три спальни, – фыркнула она.

  – Мы озвучиваем тот состав, который есть. Честно. Без прикрас, – заявила я, возвращая баночку с кремом на полку. – И я ставлю ту цену, которую оно стоит.

  – А скидки для сотрудников есть? – не сдавалась мадам, будучи на грани, чтобы развернуться и уйти, хлопнув дверью.

  – Есть, – дежурно улыбнулась ей. – Десять процентов.

  – Итого двадцать?

  – Нет. Десять. Вам не надо оплачивать процент за свою продажу – вы её экономите.

  – Пф...

  – За месяц с активными продажами вы можете заработать от тридцати до пятидесяти оринов, – добавила я в первую очередь для Марии.

  – Что ж прошлые продавцы от вас сбежали? – пренебрежительно бросила мадам эл'Турн.

  – Не все могут работать с клиентами. Это же надо каждого выслушать, каждому на все-все вопросы ответить, весь товар показать, дать или не дать скидку, которая вычитается из вашего бонуса за продажи...

  – Ужас! – не сдержала эмоций женщина.

  – И не говорите. Все знакомые захотят поживиться за ваш счёт, – согласно кивнула я.

  – За мой?.. – не поняла мадам, ужаснувшись на что-то другое – вероятно, на моё нежелание идти навстречу клиентам себе в убыток.

  – Да. Я скидок не даю. А вы сами решайте, что вам важнее: просто продать или продать и получить десять процентов к своей зарплате. Я считаю, если клиент выпрашивает скидку, значит, он не в состояние оценить по достоинству наши товары. С такими покупателями одни проблемы: по полной цене они ничего не купят, а всё-таки купив, пропадают. Некоторые такие покупатели догадываются распускать гадкие сплетни, потому что не в состоянии приобретать желанное средство на постоянной основе. Поэтому проблемных покупателей лучше сразу отсекать, твёрдо настояв на своём: скидок не даём! На все средства сделана минимальная наценка.

  – Минимальная? – брови мадам поползли вверх.

  – Минимальная, – с сияющей улыбкой, не без добавления капельки магии, вторила я.

  – А что с питанием? – подняла немаловажный вопрос любознательная женщина.

  – Завтракаете дома. Обед двадцать минут в подсобке. Там тесновато, возможно, вам будет сложно передвигаться, – предупредила, в открытую указав взглядом на выдающуюся грудь неподходящей мне кандидатки.

  – Обед за ваш...

  – Нет, – усмехнулась я, перебив. – Еду приносите с собой или покупаете в магазинчиках по соседству. Мне некогда заниматься составлением обедов. Это ещё и вычитать потом их стоимость из вашей зарплаты. Сплошная морока, – тяжело вздохнула, помотав головой из стороны в сторону, отметая идею корпоративного питания.

Мадам эл'Турн поперхнулась воздухом.

  – Прости, но вы мне не подходите, – чеканя каждое слово, выпалила женщина, неприкрытая часть шеи которой покрылась красными пятнами.

  – Жаль такое слышать. Поясните, пожалуйста, почему?

  – Почему? Это не то, что я ожидала!

  – Хм... А что вы ожидали? Большую зарплату за то, что вы почтили нас своим обществом? Так это вам в дом мадам о'Ливы надо.

  Упоминание самого злачного места во всем Каспине лишило женщину дара речи, которой я прямым текстом предложила присоединиться к отбросам общества.

  – Возмутительно! Я буду жаловаться!

  – Кому? – поинтересовалась, желая услышать имя горе-помощничка, который понятия не имеет, какие люди мне нужны.

  – Вашей матери! Не ожидала я, что у такой святой женщины, дочь невоспитанная хамка! Ноги моей здесь не будет! И все узнают, какой отвратительный у вас сервис! И товар!

  – Да-да. Расскажите всем, – с натянутой улыбкой проводила возмущённую женщину, молясь семи богам, чтобы мама не прибежала воспитывать и учить меня уму разуму в разгар рабочего дня.

  – Мария, а у вас есть вопросы? – остановила я вторую соискательницу, которая попыталась по-тихому сбежать.

  – Я-я даже не знаю, – промямлила она, пятясь к двери, которая распахнулась, будто встав на сторону испуганной девушки. – Ой, простите... – Мария отпрыгнула в сторону, пропуская внутрь появившуюся на пороге фигуру: высокая женщина в дорожном костюме с удобными штанами вместо платья. Я узнала её, из-за чего немного растерялась, упуская из виду Марию. Подобный неожиданный визит мог принести новых проблем. И срочно надо было решать: будет ли она значительнее потери идеального кандидата на продавца?.. Нет, одна я не справлюсь.

  – Мария, подождите! – попыталась остановить убегающую девушку, но не смогла разойтись со вставшим на пути телохранителем принца. – Извините, вы мне немного мешаете, – нервно хихикнув, обратилась я к суровой женщине, которая одним взглядом могла убить недоброжелателя. Но не герцога Рендела д'Итьера. Его тяжёлым взглядом не убить. Это он уже прекрасно продемонстрировал вчера. А вот я от страха перед жуткой незнакомкой осела.

  – Вам плохо? – подхватила она меня под локотки, не давая упасть. Страшное выражение смыло с лица искренним беспокойством.

  – Нет. Спасибо. Уже всё хорошо, – мягко избавившись от её рук, выпрямилась и отошла на безопасное расстояние, отругав себя за потерю контроля над эмоциями.

4 Услуга за услугу

  – Бегаете за клиентами? – поинтересовалась гостья.

  – Нет. За потенциальными работниками.

  – Вот оно что... Простите, я не хотела мешать.

  – Не стоит беспокоиться, найду кого-нибудь. А вы зашли, чтобы прикупить себе крем или по... работе? – не стала тянуть дракона за хвост и спросила в лоб.

  – Крем? Нет, – улыбнулся она: черты лица смягчились, делая её куда моложе, чем мне показалось на первый взгляд. – Скорее по работе. Герцог велел мне занести объявление в газету о том, что вы ищите сотрудников, и поручил присмотреть за вашим магазином, пока вы будете отсутствовать.

  – Какой быстрый... – озвучила промелькнувшую мысль. – Постойте, объявление? Какое объявление?

  Я приготовилась к худшему. Перед глазами возник текст, который мог родиться в голове Рендела : «Разыскиваем красавец. Платим хорошие деньги. Параметры 90-60-90 и рост от 1,80 будет вашим преимуществом».

  – Позвольте представиться, – неуверенно начала девушка, разыскивая что-то в карманах штанов, – меня зовут Дезире. А это текст поданного в газету объявления. Можете ознакомиться, – протянула она мне помятый листочек. – Простите, сейчас. – Она спешно развернула и расправила его, затем снова протянула мне.

  Взгляд упал на выведенные по измятой бумаге буквы, и сердце замерло на миг. Я даже дыхание задержала, никаким образом не смея перебивать загалдевшие в голове мысли: «Это Рендел! Он это написал! О боги, как мило! Очень мило! И как точно! Всё по существу и по делу!»

  Я гулко сглотнула, размышляя, откуда герцог узнал информацию об оплате и графике работы с кратким перечнем обязанностей и требований. Настоящих обязанностей и требований, а не то, что я себе напридумывала, возомнив себя знатоком сира Рендела д'Итьера. Неужели, у кого-то из бывших сотрудниц попросил помощи составить объявление?

  «Это так мило!.. Сам всё узнал. Узнал, а не спал! Из уволившихся девушек никто бы не опустился до такого», – настаивало взволновавшееся в груди сердце.

  – Спасибо. Скажите, сколько стоила публикация объявления, – сложив мятую бумажку, перешла я на деловой тон.

  – Все расходы взял на себя Рендел.

  – И сколько я должна буду вернуть его сиятельству? – настояла я, давая понять, что не приемлю подобные жесты. В конечном итоге подобная помощь может выйти боком. Если повезёт – отделаюсь упрёками, что не оправдала затрат. А если нет... Даже думать не хочу о таком варианте.

  – Один орин.

  Я кивнула, мысленно ставя пометку, не забыть записать это в графу расходов.

  – А почему так дорого? – уточнила, вспомнив, сколько сама потратилась на небольшую статью об открытии магазина.

  – Объявление разместят на первом листе. Рендел хотел, чтобы оно занимало всё место, но конечно, это смотрелось бы глупо, поэтому я договорила, чтобы вас пристроили внизу самых важных новостей. Первое объявление выйдет в завтрашнем выпуске и будет дублироваться ещё в девяти, – доложила Дезире. – Я сказала, чтобы курьер приносил экземпляры для отчётности сюда.

  – Благодарю за помощь. Сколько я вам должна?

  Девушка широко распахнула глаза.

  – За выполнение поручения, – пояснила я. – Или Рендал вам уже заплатил?

  – Нет. То есть да... Не беспокойтесь об этом, – улыбнулась она и замахала руками, наглядно отказываясь от предложения. – Считайте меня добровольцем. Можете поручать что угодно.

  – Хм... Я?.. Сир д'Итьер так приказал?

  Девушка подтвердила мой вывод кивком.

  – А вы разве не принцу служите? Почему вдруг слушаете герцога?

  – Потому что он... он... – Дезире опустила голову. Распущенные тёмные волосы упали на лицо, практически полностью скрыв его. – Он заставил Кристофера отдать меня ему... – замогильным голосом произнесла она.

  Я опешила. Рендал с первой минуты нашего знакомства попал в список нежелательных клиентов, но статус, связи и богатство пророчили лишить меня бизнеса, если я не постараюсь сохранить видимость лояльности.

  – Этот негодяй сказал, что работа в косметическом магазине поможет пробудить во мне женскую натуру! – проревела Дезире, перепугав меня. – Во мне! Женскую натуру! Так бы и убила! Если бы не Кристофер... Точно бы убила, – припечатала она, сверкнув воинственным взглядом.

  – Он вас сильно задел, – нерешительно прокомментировала я.

  – Утром заявился ко мне в номер с новым платьем! – продолжала изливать душу Дезире. – Сказал, что в нём я хотя бы на женщину буду похожа и не распугаю нежных трепетных ланей, которые заходят в ваш магазин! Вот ответьте мне, как женщина женщине, я такая страшная? – потребовала она, нависнув надо мной с жуткой гримасой.

  – Как вам сказать... – стушевалась я, боясь пострадать из-за того, что один герцог не думает о том, что говорит и кому говорит.

  – Как есть!

  – Эм... Ртом... И ложкой...

  – Что? – мой ответ озадачил Дезире.

  – Вы спросили: «Как есть». Есть... То есть кушать.

  – А! – поняла она. – Погодите! Вы меня не путайте! Я не это хотела знать!

  – Знаю. Но дело в том, что вас до такой степени вывели из себя слова герцога, что боюсь, не сможете спокойно выслушать честный ответ.

  – Я? Я могу прикрыть собой принца от любой атаки. Принять на себя самые жуткие проклятья... Сразиться с драконами... Хоть сейчас!

  – Не надо сейчас. Каспин – маленький городок, где самое яркое событие – открытие фонтана на центральной площади, в котором тут же завелись лягушки. Магически-модифицированные, чтобы вы понимали. Они расплодились в считанные дни. Пришлось мобилизовать всех магов для борьбы с земноводными, которые вымахали больше кошек и угрожали сократить популяцию этих самых кошек.

  – Простите, я всегда эмоционально реагирую на Рендела, – поостыла Дезире, пока я пускалась в воспоминания про нашествие лягушек.

  – Вы в него влюблены?

  – Нет.

– Безответно.

  – Нет!

  – Ответно, но всего на одну ночь? – допытывалась я.

  – Не говорите чушь! Я и это ходячие недоразумение!.. Никогда! Всё дело в Кристофере, который больше всех страдает из-за выходок Рендела.

  – Вы влюблены в принца! – осенило меня.

  – Я... – Дезире отвела взгляд. На щеках заиграл румянец. – Люблю, – тихо добавила она. – Как и положено верному слуге!

  – Как же нам повезло, что у принца Кристофера такой преданный телохранитель. Кстати, как он будет без вас?

  – В порядке. Оливер – второй телохранитель – присмотрит за ним, – недовольно пробубнила Дезире.

  – Ясно. Но всё же, думаю, вам лучше вернуться к своему господину.

  – Нет! Я не могу, – замялась девушка. – Кристофер просил помочь Ренделу как можно быстрее завершить его дела в Каспине, чтобы без промедлений отправиться домой к матери. А раз без вас он не поедет, мне придётся... – Дезире взяла паузу, во взгляде появилась решительность, с которой местные дамы сметают товары на распродажах из-под носа у конкуренток.

  – Только бить не надо... – под впечатлением от пугающей ауры воительницы выдавила я.

  – Бить?.. Нет. Я прошу вас. Умоляю! Посетите с Ренделом мадам д'Итьер! Я готова носить форму. Работать за двоих. За троих! Только не откажите ему в этой поездке! – сложив ладони перед собой и низко склонив голову, взмолилась девушка. – Я очень быстро всему обучаюсь. Схватываю налету. Ваш магазин будет в надёжных руках! Прошу!

  – Дезире...

  Воительница подняла голову, продолжая держать руки в молитвенном жесте.

  – Как женщина женщине, скажите, что будет, если я откажусь поехать?

  Девушка задумалась.

  – Сложный вопрос. Зная Рендела, лучше поехать с ним сейчас, чем проходить через ритуал сгибания несгибаемого. Однажды он захотел покататься на пленённом драконе, – пустила в воспоминания Дезире. – Все были против. Особенно дракон. Но через неделю пленник сдался, добровольно прокатив Рендела на своей спине. Слышала, после этого дракон с радостью выдал всю информацию на своих собратьев, попросив взамен, заточить его в самой труднодоступной тюрьме с повышенным уровнем защиты, надеясь, что это избавит его от дружелюбного общества племянника короля.

  – Как я понимаю этого дракона, – с тяжёлым выдохом произнесла я. – Тогда, подскажите, кто-то на Рендела способен повлиять, конечно, в лучшую сторону.

  – Боюсь, что нет таких. Даже свою мать он особо не слушает.

  – Я вас поняла. Ну что ж, буду рада сегодня принять вашу помощь. Платить буду как обычному работнику.

  – Что вы – не стоит, – снова принялась она отказываться.

  – Возможно, принц Кристофер платит вам достаточно, но вы пришли работать на меня, и я буду платить обещанное. В противном случае можете возвращаться к его высочеству. У меня здесь не дом рабов. Всё по-честному: работаете – получаете деньги.

  – Хорошо-хорошо. Я буду стараться!

  – Тогда начнём со сложного: у вас есть платье?

5 Бегство из Каспина

 День пролетел незаметно, в делах и заботах. Дезире не соврала: она запоминала всё быстро и старалась изо всех сил.

  – Добрый вечер! – услышала я знакомый голос, донёсшийся из торгового зала в подсобку, где я пила чай. – Боги, это Дезире? Самая опасная женщина среди боевых магов столицы? Нет, не верю своим глазам! Вы, наверное, её прелестная сестра-близнец!

  – Отвали Рендел, пока не прирезала, – впервые я услышала, как огрызается Дезире. И не боится же этого остолопа. Вероятно, принц Кристофер даёт какую-никакую защиту и право противостоять насмешкам кузена.

  – Прости-прости! – запричитал герцог, едва сдерживая смех. – Уже и помечтать нельзя...

  Я выглянула из подсобки, чтобы проанализировать обстановку: Дезире приставила к горлу Рендела маленький кинжал, который она то ли призвала, то ли прихватила с собой, когда ходила в гостиницу за платьем.

  – Погоди, это же тот самый кинжал, что я подарил тебе на прошлый твой день рождения! Рад, что пригодился. Только я надеялся, что ты не будешь его пускать против меня.

  Дезире насупилась пуще прежнего.

  – Если я скажу, что ты прекрасно смотришься в этом платье, ты меня пощадишь? – спросил Рендел, неправдоподобно изображая страх перед разбушевавшейся воительницей.

  Я заметила растерянность на лице Дезире. Она нехотя отступила и, надув щёки, пробубнила «спасибо».

  – Ну так, – усмехнулся он, – у меня есть вкус, и твои размеры я отлично знаю... Эй! Тиши! – герцог уклонился от выпада девушки и поднял руки в миротворческом жесте.

  – Дезире, – вмешалась я, выйдя в зал. – Кто бы не пришёл в этот магазин, прощу тебя — не набрасывайся на них с кинжалом.

  – Моя спасительница! – обрадовался мне Рендел.

  Дезире недовольно фыркнула и убрала кинжал, переместив заклинанием в место хранения.

  – Прости, Адель. Больше не повториться.

  – Ух, какая ты! Даже Дезире приструнила, – высказался герцог, наконец-то выпрямившись и опустив руки.

  – Но после работы и за пределами магазина ты вольна делать что угодно. Мне главное, чтобы твои действия не запятнали кровью мой торговый зал, – с коварной улыбочкой добавила я.

  – Поняла, – кивнула Дезире, плотоядно зыркнув на расслабившегося герцога.

  – Девочки, вы же пошутили? Не надо меня бить, а то мне придётся использовать против вас свою силу, а если вынудите, то и магию, – предупредил Рендел, поправив врезавшийся в горло воротник. – Мне бы не хотелось переходить с вами на путь войны.

  Впервые за всё время нашего общения в его взгляде мелькнуло что-то пугающее. Он не шутил и был готов ответить за свои слова, закрыв глаза на воспитание, которое запрещало ему поднимать руку на женщину.

  – Зачем вы пришли? Провоцировать Дезире? – попыталась сменить направление разговора.

  – Как зачем?! – Он удивлённо взметнул брови. – За тобой. Закрывай магазин, пора ехать в магический порт. Ключи можешь оставить Дезире, она будет открывать и закрывать магазин, и с наймом работников разберётся.

  – Я сама выбираю тех, кто у меня будет работать, – обиженно ответила, не желая играть по правилам Рендела.

  Герцог приблизился ко мне и зашептал:

  – Я своё слово держу. – Он вывел огнём между нами короткое предложение «желание за услугу». – Тебе всего лишь надо встретиться с моей матушкой.

  – Всего лишь встретиться? – с недоверием переспросила я, чувствуя подвох.

  – Да, – кивнул Рендел. – Но думай быстрее, по пути я видел одну женщину, очень похожую на тебя, но немного постарше. Кажется, она направлялась в эту же сторону с чётким желанием убить кого-то. Надеюсь, не тебя. Ты мне ещё живой нужна. Мою маму труп невесты или зомби не устроит в качестве отговорки от брака.

  Дверь распахнулась, чуть не сорвав несчастный колокольчик.

  – Адель Эрина эм'Саттон! – проревела появившаяся на входе женщина. Эмоции её бурлили с такой силой, что то тут, то там, в воздухе вокруг неё, вспыхивали искорки, предупреждая о нестабильности мага.

  – Мама я всё объясню, – пропищала я, вспомнив про мадам Песочные Часы.

  – Уж постарайся! – выкрикнула она, и большая искорка вспыхнула прямо над её головой. Если бы в магазине починили защиту, то её пыл быстро бы остудили заклинания артефакта, а так придётся взывать к её разуму и молиться, чтобы мой магазин не пострадал от вспыльчивой натуры родительницы.

  – А где папа? Скоро же ужинать? Возвращайся домой, я закрою тут всё и тоже приду, тогда и поговорим.

  – Я полдня терплю! Мне такое пришлось выслушать из-за твоей предвзятости на чаепитие у эм'Бордер.

  – Предвзятости? Вдова Турн мне не подходит. По всем параметрам! – раскраснелась я от гнева.

  – Не хочу влезать...

  – Не лезь! – мы с мамой в один голос прикрикнули на герцога.

  Тот выпучил глаза, опешив от такого обращения с представителем правящей династией.

  – Что-то здесь жарковато стало, – пробурчал он, отступив.

  – Тебе так трудно было дать ей возможность поработать денёк-другой? Она бы сама отказалась, и без твоего хамства! – не успокаивалась мать.

  – Поработать? Да она бы сидела целый день в подсобке, тому что утром зашла, а выйти не смогла!

  – Нашла проблему! – фыркнула мама. – Поставила бы ей стульчик где-нибудь здесь, в уголке.

  – У меня магазин, а не музей! Как смотритель отсидеться не выйдет!

  – Ещё чуть-чуть и будет... – влез голос герцога.

  Мы с мамой пронзили его гневными взглядами.

  – Бум... – в повисшей тишине добавил он и что-то с тихим стуком вторило ему.

  Из-за прилавка я не могла рассмотреть, что упало на пол, но ужас, отразившийся на лицах родительницы и Дезире, которая должна была всякое повидать на своей службе, ничего хорошего не сулил.

  – Нет времени объяснять – давай руку, – выпалил Рендел, протягивая мне ладонь.

Почувствовав приближение магической волны, не на шутку перепугалась и приняла помощь от герцога. Неизвестное заклинание коснулось ног и отхлынуло, успев заинтересовать метку на моём теле. Распространяя по коже неприятный зуд, ящерка устремилась вниз по спине, перескочила на правое бедро и остановилась, когда достигла ступни – так близко к магической энергии и при этом так далеко.

  Рендел осторожно сжал мою ладонь в своей и потянул из-за прилавка в зал.

  – Что это?! – взвизгнула мама, выпучив глаза. – Я не могу пошевелиться! Адель! Помоги!

  – Это временно, – усталым голосом ответила ей Дезире, замерев на своём месте. – Рендел, я всё Кристоферу доложу.

  – Я не хотел. Это случайно вышло. Руки вспотели из-за накалившейся обстановки, вот артефакт и выскользнул, – шутливым тоном оправдывался он, ведя меня между стеллажами.

  На полу в центре зала лежал артефакт – небольшой красный камень с чёрными прожилками, раскинувший тонкую магическую сеть, в которую угодили мама с Дезире. На Рендела эта магия не действовала, как и на меня. Видимо, артефакт состоял из двух частей: первая обездвиживала всех в радиусе действия, а вторая не позволяла попасться в ловушку хозяину и, как вижу, тем, кого он взял под защиту.

  – Ой! Ключ! – опомнилась я, дёрнув Рендела за руку. – Он в подсобке, на крючке.

  – Закрою. А завтра открою. Можете положиться на меня, – ответила Дезире, не повернув головы в сторону выхода, перед которым мы с герцогом замерли, наткнувшись на небольшое препятствие.

  – Адель, ты куда?! Мы с тобой ещё не договорили! – возмутилась мать, покосившись на меня.

  – Не беспокойтесь, мама, я ненадолго украду вашу дочь, – заявил ей Рендел, приобняв одной рукой за талию.

  – Что вы делаете? Нахал! Я замужем! Адель! Сделай что-нибудь.

  Рендел крепче сжал мою ладонь, не позволяя нашим рукам расцепиться, пока он отодвигал с пути одеревеневшую из-за заклинания женщину.

  – Три минуты потерпите, – сказал он ей с улыбкой, отстраняясь.

  – Я не буду это терпеть! Да кто вы такой?! Что вы себе позволяете?! Люди! Помогите! – завопила мать. Её магия искрилась, стремясь ужалить искорками наглеца.

  – Я – герцог Рендел д'Итьер, ваш будущий зять, если не будете мешать нам, – ошарашил Рендел меня и мою маму, не готовую к такому сюрпризу. Новость сбила её с воинственного настроя, потушив все искры разом.

  – Племянник короля? – уточнила мама осипшим голосом.

  – Он самый.

  – Ой, какая честь. Сиара эм'Саттон. Простите, что не кланяюсь. Да благословят боги ваш союз, – медовым голоском проговорила она.

  – Мам! – смутилась я.

  – Вы меня простите, что так вышло. Я немного неловок, когда дела доходят до семейных сор, – извинился Рендел, жестом настояв, чтобы я прошла вперёд. – Я обязательно вернусь и познакомлюсь с вами и сэром эм'Саттоном по всем нормам, – пообещал он и, последовав за мной, покинул магазин.

  – Будем ждать! – крикнула родительница. – Ух, расскажу девчонкам, они локти будут кусать! – услышала я её план, думая, как бы потом девчонки не покусали маму, когда я вернусь одна после разрыва липовой помолвки.

6 Печати печали

  Рендел поймал ландо и только после этого выпустил мою руку, чтобы я забралась в повозку. Он занял место рядом, но такое соседство меня не устроило, поэтому пересела на сидение напротив.

  Эмоции после поднятой мамой кутерьмы немного улеглись, и я почувствовала, как всё это растревожило метку на моём теле. Ящерка несколько раз предприняла попытку высунуться на оголённые участки кожи – ладони и шею, но я успевала увести её на другие части тела, привлекая маленьким пучком магии прямо на поверхности кожи. Проглотив подношение, метка обычно замирала, но в этот раз всё было иначе, вероятно, из-за герцога.

  – Зачем вы такое сказали? – спросила я, нарушив неловкое молчание. Хотя неловко было исключительно мне под пристальным взглядом Рендела, с лица которого не сходила улыбка – он весь светился, словно его магия развилась до солнечной, а вот управлять ей пока не научился.

  – О чём ты?

  – О зяте... и прочее... – замялась я краснея.

  – Чтобы наша маленькая ложь была правдоподобной. Дезире согласилась помочь тебе, но всем сердцем предана младшему принцу, и если она заподозрит сговор между нами... – Рендел внезапно погрустнел, тяжело вздохнул и договорил: – Тогда меня женят на первой подходящей кандидатуре, которая будет отвечать требованиям матушки.

  – Почему в таком случае не ищите ту, которая устроит вас и вашу маму?

  – Почему же не ищу? Ищу! Но мне нужно больше, чем выгодная партия. А ты о каком браке мечтаешь?

  – Ни о каком.

  – Совсем?

  – Да.

  – Совсем-совсем?

  – Если десять раз переспросить, ответ не изменится, – раздражённо выдала я.

  – Мне просто очень любопытно, прости, если слишком навязчив.

  – Не то слово... – пробурчала отвернувшись.

  Ландо медленно ехало по улице. Невысокие дома жались друг другу, словно замёрзшие пташки. Вечернее солнце касалось терракотовых крыш, черепица которых местами топорщилась подобно выбившимся из общей массы перьям. Звонкий стук копыт подчёркивал размеренность хода повозки. Люди не торопились прятаться по домам, не чувствуя приближения ночи.

  – А с желанием ты определилась? – озвучил он вопрос, которого я боялась услышать в такой обстановке. С откинутой крышей ландо не располагало к откровенным разговорам.

  Я обратила взор на Рендела, не спеша с ответом, потому что так и не смогла определиться с ним.

  – Я понимаю, что столь заманчивым предложением сложно распорядиться грамотно, но я не тороплю тебя, – довольно улыбаясь, сказал он.

  – У меня есть желание, которое сложно осуществить, – призналась, потупив взор, – но об этом я бы поговорила в более подходящем месте.

  – Понимаю. Я тоже предпочитаю деликатные темы поднимать в интимной обстановке, а то мало ли чем закончится обсуждение, – промурлыкал он, в большей степени причиняя неудобство горящим взглядом, который не отлипал от меня, чем словами.

  Повозка дёрнулась и остановилась.

  – Приехали! – оповестил извозчик.

  Рендел выбрался наружу первым, затем помог мне. Я немного замешкалась, почувствовав, как метка устремилась к правой руке, откликаясь на моё волнение. Быстро привлекла её магическим импульсом на пояснице и после этого вложила ладонь в протянутую руку герцога.

  Рендел заплатил извозчику и подставил мне локоть. Представив, что на его месте отец, я взяла его под руку, и мы направились в холл портального здания. Но этот мираж рассыпался, стоило Ренделу шепнуть:

  – Мы словно настоящая парочка – прекрасно смотримся.

  Я заметила отражение в зеркальной поверхности высоких окон и невольно залюбовалась представшей картиной. Не думала, что увидев себя под руку с мужчиной испытаю яркие эмоции. Сердце затрепыхалось в груди. Счастье, зависть и печаль переплелись тугим жгутом. На глаза навернулись непрошеные слёзы, которые были беспощадно высушены с помощью магии.

  Ящерка метнулась к лицу, реагируя на простенькое заклинание, а я не успела собраться и отвлечь её.

  Чудный момент был испорчен и грозился перерасти в настоящий кошмар.

  Я дёрнулась, пронзённая ужасом – никто не должен увидеть этого! Быстро накрыла свободной ладонью правую щёку и сбилась с шага, что не осталось незамеченным моим спутником.

  – Адель? Что-то не так? – забеспокоился Рендел, остановившись.

  – Это... просто комар... – ответила первое, что пришло на ум, старательно отворачиваясь от любопытного герцога.

  – Он тебя укусил? Ты его прихлопнула или у меня есть шанс отомстить ему, то есть ей за подобную дерзость? Никому не позволю кусать мою невесту!

  Я попыталась собраться и перегнать замершую на щеке ящерку куда-нибудь под одежду, но мысли путались. И чего бы им не путаться, когда взволнованный произошедшим Рендел схватил меня за плечи и навис, рассматривая пострадавшую щёку.

  – Да всё нормально. Просто немного чешется. Сейчас пройдёт.

  – Я должен убедиться собственными глазами.

  – Как ваша маменька?.. – нервно хихикнула от удачно проведённой параллели. А вот Рендела это не позабавило: его взгляд стал хмурым, хватка ослабла.

  – Если ты говоришь, что всё хорошо – я тебе верю, – грустно улыбнулся он. – Ты можешь идти?.. Нам надо успеть на этот портал.

  Я с готовностью кивнула, не отнимая ладони от лица, и взяла под руку своего кавалера. Хмурый вид Рендела охладил обстановку. Выдохнув, я собрала пучок магии на груди и переманила метку под лиф платья.

  В здание магического порта мы вошли, не привлекая всеобщего внимания. Люди были погружены в свои мысли и спешили к выходам на нужный им портал, таща объёмные сумки и сундуки. Только хорошо одетые дамы и господа передвигались налегке, заплатив пару кю* носильщикам.

  «Портал в Бристоль открывается через двадцать минут. Просьба отправляющимся проследовать к выходу G-15», – громко прозвучало объявление. Повторив его два раза женский голос перешёл к следующей важной информации: «Дорогие гости и жители Каспина, не забывайте перед проходом через порталы оформлять магические артефакты должным образом и использовать чехлы для транспортировки предметов от пятого уровня и выше. Весь багаж тщательно сканируется. Изъятые предметы передаются в почтовое отделение порта и после получения координат для отправки будут перемещены следом за вами. Будьте внимательны при сдаче багажа и заполнении документов. Заранее обеспокойтесь о безопасном проходе через портал. Благодарим за внимание».

– Так, посмотрим, – обронил Рендел, замерев перед повисшей в воздухе голограммой с планом здания. – Мы здесь, – указал он на пульсирующую точку. – И нам нужен выход G-15.

  Магическая проекция отреагировала на слова герцога: на призрачном плане зажглась ещё одна точка. После чего появилась пунктирная линия, которая соединила два маркера, указывая кротчайший путь из холла к запрошенным воротам.

  – Поспешим и успеем выпить по бокалу шампанского в зале для вип-клиентов.

  – Постой-те, – одёрнула я Рендела, заставив посмотреть на меня. – А как же багаж?

  – Он уже улетел. Кристофер был рад помочь мне с этим, чтобы не усложнять отъезд мыслями о вещах. Там в основном были сумки с косметикой, поэтому я разрешил ему взять, что захочет, для себя и всех остальных Эларов, – ответил он, опустив приставку «д» перед фамилией королевской семьи.

  – Я о своём багаже вообще-то говорила.

  – У тебя было время собраться. И я что-то не заметил ни сумок, ни сундуков в магазине... Не собиралась ехать со мной в столицу или решила пожалеть мою спину и титул?

  – Не знала, что брать с собой, слишком мало времени было дано. В итоге решила потратить его не на сборы, а на сон, – соврала я. Надежда на лёгкое избавление от общества герцога жила до последнего... Пока не оказалась в порту.

  – Спать полезно. А вещи купим в столице. Кроме косметики – всё необходимое одолжу из своих запасов. Если же в срочном порядке понадобиться платье, корсет, панталоны – попрошу, чтобы открыли Элди-Бри. Сможешь перемерить весь их ассортимент и выбрать, что понравится.

  – Открыли?..

  – Да, на ночь. В столице магазины также имеют обыкновение закрываться по вечерам.

  – Ну конечно... Но я подожду до завтрашнего утра, – поспешила добавить, посочувствовав сотрудникам магазина, которых Рендел вытащит из домов и лишит сна ради своей прихоти, вернее, моей, если посмотреть под другим углом.

  – Как скажешь, – не стал настаивать Рендел. – А теперь мы можем перейти к шампанскому и на «ты»?

  Неуверенно кивнув, последовала за ним. Герцог снова засиял от радости. Видимо, обрадовавшись возможности выпить на брудершафт со своим соучастником в маленькой лжи.

100 кю = 1 орин

Ландо́ — лёгкая четырёхместная повозка со складывающейся вперёд и назад крышей.

7 Откровенно о...

  Я жутко нервничала. Плохое предчувствие душило, но воли и сил не хватало, чтобы устроить скандал и добиться своего.

  Всё из-за мамы!

  Домой сейчас мне никак нельзя возвращаться. Это приведёт к допросу и, когда я сломаюсь и выдам всю информацию, перерастёт в скандал.

 От ворот G-15 один из сотрудников порта проводил нас с Ренделом в просторную залу для заплативших втридорога за особый комфорт. Народу здесь было куда меньше, чем в общем зале, и пахло весенними цветами, которые покрывали каменное ограждение вокруг настоящего водопада, магическим образом встроенного в стену.

  Мои руки дрогнули, когда Рендел протянул бокал с шампанским. Голос не подчинялся, поэтому и отказать в предложении выпить не смогла. Решила молчать и сконцентрироваться на дыхании, а не на скором знакомстве с Маргарэт д'Итьер.

  Между молотом и наковальней – именно так ощущалось моё подвешенное состояние. Только бы всё было не зря. Для меня, а не для Рендела. Я свою часть уже частично исполнила, а липовый жених на денёк ещё не знает, что предстоит ему сделать.

  Через портал мы прошли в числе первых и спокойно вышли из Центрального здания магического порта столицы. Рендел усадил меня в карету, которая поджидала нас, и мы поехали в дом его матери.

  – Про мою маму много чего говорят, всё-таки она одна из самых известных личностей в Анклавии, но большинство из рассказов – фантазии недовольных вельмож, – сказал Рендел, наклонившись к моему уху.

  Горячее дыхание пощекотало кожу. Ящерка оживилась, почувствовав лёгкое касание магии, которым был пропитан воздух, выдыхаемый герцогом.

  Я отклонилась и, повернувшись в бок, одарила мужчину говорящим взглядом. Назойливая метка замерла под левой ключицей, потеряв магический след.

  В детстве я мечтала о своей собачке, но после того как первый подаренный щенок умер из-за выброса проснувшейся во мне магии, с животными я завязала... Пока не подбросили неугомонное проклятье. Но если с живым существом расстаться было достаточно легко, то в случае с чернильной ящеркой разделить нас навсегда могла лишь смерть.

  – Постараюсь составить о вашей матушке личное мнение, не беря в расчёт сторонние замечания, – заверила я Рендела.

  – Не перестаю радоваться тому, какая ты мудрая. Из тебя выйдет замечательная жена.

  – Например, для вас – вы это хотите сказать? Напоминаю, уговор был «представиться вашей невестой» и не более. После знакомства с мадам д'Итьер я планирую вернуться домой, в Каспин. А вы сами выберите время и день, когда скажете своей матери, что помолвка расторгнута.

  – И на каком основании?

  – Мне не нужен мужчина, который таскается за каждой юбкой.

  – Это я-то таскаюсь? – хмыкнул Рендал и задумался. – Ну было дело. Оттачивал манеры, чтобы не допустить ошибки, когда встречу свою единственную и незаменимую.

  – А на мне отрабатываете этап знакомства невесты с матерью?

  – Точно, – Рендел хлопнул себя ладонью по колену, – надо было попрактиковаться в этом с кем-нибудь... – заметив мой косой взгляд, он замолк.

  – Да я пошутил, – со смешком выдал герцог, в жалкой попытке разрядить напряжённую обстановку.

  – Если бы на моём месте была ваша единственная и незаменимая, остались бы вы с разбитым сердцем, носом или губой после таких слов. Вот поэтому причину для разрыва помолвки с вами придумать легче-лёгкого. И меня ещё будут жалеть, ведь в умах женщин все мужчины козлы.

  – Ме-е-е... Кх... Меня это немного задело.

  – Видимо есть за что.

  Рендел расплылся в коварной улыбке.

  – Так бы и расцеловал тебя.

  – За что? – испугалась я и отклонилась от греха подальше.

  – За твой ум. Мне повезло, что ты согласилась помочь мне. Уверен, с твоей помощью я обрету желаемое.

  – Это что же? – рискнула уточнить из любопытства.

  – Свободу от первой юбки, за которой я побежал, вернее, пошёл и упал после первого шага. Это был мой первый провал, который глубоко травмировал меня. И это всё произошло на глазах у всей семьи... Они смеялись надо мной. Это был худший день рождения в моей жизни, – картинно прохныкал он.

  – И сколько вам исполнилось тогда? – спросила, чтобы лучше понять обоснованность его страданий.

  – Год. Всего год. А столько испытаний... – Рендел сокрушённо покачал головой. – А потом... Потом я заплакал, – сдавленным голосом признался он. – Это был первый и последний раз, когда я плакал из-за жестокости женщины, которая поманила к себе и не поддержала, когда всё пошло под хвост дракона. Дядя до сих под при случае припоминает мне тот позор.

  Я посмотрела на Рендела. Не могла всерьёз воспринимать этот рассказ. Но чувствуя, что должна заплатить откровенностью за откровенность, выудила из памяти менее постыдный факт и сказала:

  – А я кусала мальчиков. Перестала так делать лишь в десять лет, когда проснулась магия. После этого я поджигала их задницы магическим лучом.

  – Ты самая жестокая из всех солнечных магов, которых я встречал, – с благоговейным ужасом произнёс Рендел, отсев от меня насколько позволяло сидение в карете.

  – Я отстаивала свои границы.

  – Тебе самое место среди драконоборцев. И звали бы тебя «Яростная Ада».

  – Не люблю подобного сокращения своего имени.

  – Поклонники любят придумывать кричалки, тебе бы на мероприятиях скандировали: «Яростная Ада – поджигательница драконьего зада!».

  – Как хорошо, что я никогда не мечтала попасть в ряды драконоборцев, – фыркнула я.

8 Холодный приём

  Карета проехала мимо золочёного забора, отделившего дворцовый комплекс от остального города, и пересекла Оклинское поле с памятником пяти магическим основам: огню, земле, воде, воздуху и солнцу. Тьму в эту конструкцию не включили, так как она не признавалась магами всего мира, а ещё могла испортить выверенный баланс составляющих в конструкции.

  В моей памяти воскресло воспоминание одного из летних праздников, когда я с родителями пришла на Оклинское поле, чтобы полюбоваться памятником. В воздухе вокруг маленького солнца парило двенадцать каменных чаш, в половине из которых горел огонь, а из остальных на землю проливалась вода. В этот раз рассмотреть полностью это произведение магов не удалось из-за сгустившихся сумерек.

  Карета заехала на пандус и встала. Лакей поспешил открыть дверцу. Выбравшись наружу, мы с Ренделом зашли в просторный холл. Я бросила взгляд в огромное зеркало во всю стену и испытала разочарование: вид у меня был замученный. И простое платье, надетое утром, больше подходило для похода в храм, а не для поздних визитов к одной из влиятельных женщин столицы и страны.

  Я попыталась исправить ситуацию, похлопав себя по щекам, пока Рендел переговаривался с дворецким.

  – Ужин нам накроют в звёздной гостиной, – сообщил герцог, подойдя ко мне.

  Я отвела взгляд от зеркала, чтобы не расплакаться из-за несправедливости, которое то отражало: Рендел был свеж и прекрасен, словно испил крови девственниц вместо шампанского перед проходом через портал.

  – Маменька уже отужинала и отправилась к себе, так что знакомство состоится не раньше завтрашнего дня.

  – Хорошо, а то я так устала и выгляжу неподобающе для знакомства с чьей-либо маменькой.

  – От ужина ты отказываешься? – уточнил Рендел, испытывающе посмотрев на меня.

  Было желание сказать «нет», но живот протестующе заурчал, насмешив герцога.

  – Для того, кто тяжело пережил насмешки родни, вы с большой охотой используете любую возможность, чтобы поиздеваться над другими.

  – Так я же честно сказал, что тот эпизод меня сильно травмировал, оттого я весёлый такой, – чуть ли не пропел Рендел, подставляя локоть.

  Я взяла его под руку и направилась с ним в соседнее помещение, которое можно было назвать вторым холлом. Здесь вдоль правой стены широкая лестница взлетала вверх, красуясь дорогим ковром на своих ступеньках. Она переходила в длинный балкон, с которого хозяева дома могли встречать гостей высокомерными взглядами.

  Рендел повернул направо, хвастаясь наличием лучшего повара в столице, я молча следовала за ним.

  – Явился? – остановил нас холодный женский голос.

  Мы с Ренделом развернули головы и подняли взгляды.

  Опустив ладонь на перила белой каменной балюстрады, на балконе стояла женщина в тёмно-синем шёлковом халате, расшитом золотом. Тёмные волосы, едва тронутые сединой, были заколоты невидимками, открывая взору лицо в форме сердечка.

  – Мама! Я дома! – с радостной улыбкой отрапортовал Рендел.

  – Я вижу.

  – О, а это моя невеста – Адель. Адель – это мама, – развернув меня лицом к хозяйке дома, добавил он.

  – Добрый вечер, мадам д'Итьер, – внезапно осипшим голосом произнесла я, опустившись в реверансе.

  – Мы собираемся отужинать. Я надеялся, ты присоединишься к нам.

  – Я не ем после шести.

  – А чай с нами попьёшь? Без сахара и без десерта. Как ты любишь, – не сдавался Рендел.

  – Нет. Я сыта, – холодно отвечала родительница. – Когда закончишь играть с новой игрушкой, зайди ко мне. И не заставляй себя долго ждать, – предупредила мадам д'Итьер и ушла, оставив нас одних с безмолвными слугами, стоявшими всё это время у стены.

9 На чужой территории

  Отужинали мы с Ренделом вдвоём в звёздной столовой. Так её называли из-за соответствующей обстановки: тёмный полог, натянутый посреди просторной комнаты, был усеян маленькими огоньками. Под покровом зачарованной ткани никто не мог подслушать наш разговор, но я хранила молчание, погрузившись в воспоминание о нежном вечернем солнце, лежащем на невысоких волнах Каспинского моря.

  Свет искусственных звёзд и свечей создавал романтичную обстановку, но меня она не впечатлила, как и хвалебные оды Рендела повару.

  Завершив позднюю трапезу, герцог пожелал мне спокойной ночи и передал в руки одного из слуг. Мужчина в жёлтой ливрее повёл меня на второй этаж.

  – Его светлость просил разместить вас рядом со своими покоями, – сказал лакей, когда мы оказались в приёмной части гостевых апартаментов. – Проход к хозяину здесь, – указал он рукой на дверь справа от себя, слегка удивив меня таким поворотом. – А эта дверь в вашу спальню, – обратил он внимание на другую сторону. – Миледи ещё чего-нибудь изволит? – завершил он объяснения дежурной фразой.

  – Да. Найдётся ли в этом гостеприимном доме ночная рубашка для внезапной гостьи?

  – Можете не утруждаться, все постельные принадлежности и комплект мягкой мебели будут сожжены после вашего отбытия.

  – У вашей хозяйки аллергия на гостей?

  – У нашей хозяйки аллергия на содержанок*.

  – Я не содержанка! – тут уж не смогла промолчать.

  – Ваш внешний вид говорит за себя. Миледи, – отчеканил мужчина и ушёл.

  – Я владелица успешного магазина... Я просто устала с дороги! – раздосадовано крикнула в закрывшуюся дверь. – Сам ты... содержанец...

  Отправиться в постель мне не позволило задетое эго и отсутствие ночной рубашки. Не хотелось жаловаться на слуг, но высказаться по поводу того, как репутация герцога очернила меня в глазах нижестоящих, просто обязана была.

  Долго размышляла над тем, как поступить: ждать прихода Рендела под дверью или пройти в его покои?

  Первый вариант не нравился из-за ощущения слабой позиции, а второй сулил появление нового повода для неуважения к моей персоне. Да и надо десять раз подумать, прежде чем заявиться на территорию мужчины, который не является твоим мужем или благовоспитанным человеком.

  Время шло. Приёмная комната была измерена и обследована вдоль и поперёк.

  Поняла, что, оставаясь у себя, мои шансы излить недовольство стремятся к нулю, поэтому решительно подошла к двери в соседние покои и открыла её.

  Меня встретила пустая копия моей приёмной. Свет был зажжён, сообщая, что заходили слуги и навели порядок перед приходом хозяина.

  Я осмотрелась в поисках отличительных деталей, но ничего такого не нашла. Совать нос в спальню не решилась, в большей степени боясь найти то, что мне не понравится. Например, бесчисленные подарки от дам или что похуже. Богачи умеют удивлять странными увлечениями.

  Я устроилась в удобном кресле, предварительно развернув его в сторону главного входа, и погрузилась в размышления о том, каким взглядом, позой и фразой встречу сира д'Итьера.

  Прямая спина. Нога на ногу. Руки лежат на подлокотниках.

  – Может, объяснитесь, сир?.. Нет, так он переведёт стрелки на меня и с лёгкостью уйдёт от ответа.

  Поставила правый локоть на подлокотник и положила подбородок на ладонь.

  – Как прошёл разговор с матушкой?.. Так, вопрос подходящий, а вот поза...

  Не хотелось ошибиться с выбором и задать неправильный настрой с первой секунды встречи, поэтому я стала крутиться словно кошка в поиске соответствующего случаю положения. В итоге вернулась к первому варианту – грозная владычица – и стала дожидаться герцога, изредка поглядывая на часы на каминной полке.

***

  Бум!

  Я вздрогнула и разлепила глаза.

  – Адель? Что ты тут делаешь?

  Рендел?..

  – Как прошёл-азговор... разговор... – опомнилась я, сев прямо, и бросила взгляд на часы. Стрелки спешили сойтись на двенадцати.

  – У тебя это?.. – сказал он, подходя ближе, и указал на свою щёку.

  Это?.. Проклятье!

  В испуге накрыла обе щеки ладонями и как можно скорее сконцентрировала магию на коленке, на которую упал испуганный взгляд. Неприятная волна пробежала по телу, взяв начало у спины.

  – Что?! – недовольно буркнула, осознав, что дело не в ящерке, и убрала руки от лица.

  – Тебя так вырубило, что кожа замялась на щеке, – усмехнулся он.

  – Ничего смешного. Как разговор прошёл с матушкой?

  – Ты из-за этого проникла в мои покои, чтобы обсудить первое впечатление моей мамы?

  – Тут нечего обсуждать, она всё доходчиво донесла одной фразой. А слуги дали понять, что я не ошиблась. И часто вы брали девушек на содержание, сир?

  Рендел вздёрнул брови и криво улыбнулся. Он молча подошёл к консоли, на которой стояли графин со стаканами, и налил воды на двоих.

  – Ничего зазорного не вижу в том, чтобы поддержать финансами дам, попавших в стеснительные обстоятельства, – ответил наконец он и, подхватив стаканы, приблизился ко мне.

  – Смотря кого поддерживать, – ответила, приняв предложенную воду. – Уж не говоря о том, что самому можно оказаться в стеснительных обстоятельствах.

  – Не сердись... Хотя признаю, питаю слабость к сексуальным фуриям, – промурлыкал он, смущая меня заинтересованным взглядом.

  Я сексуальная?!

  Щёки запылали, сердце лихорадочно застучало в груди.

  Вот гад! С мысли сбивает!

  Рендел опустился на диван поближе к креслу, в котором я сидела, и отпил воды. Я последовала его примеру, промочив горло.

  Остыть... Надо остыть...

  – Я объяснил маме, что она ошиблась, – продолжил Рендел серьёзным тоном. – Не уверен, что она до конца поверила мне, но если ты завтра подтвердишь мои слова...

  – Про помолвку?

  – Нет, – Рендел хохотнул. – Что ты хорошая девочка из приличной семьи.

– Так бы и укусила... – процедила я, понимая, что стоит поберечь магию.

  – Меня? Не надо. Ладно, тебе можно. В качестве знака доброй воли, – и Рендел услужливо протянул в мою сторону руку.

  Хлопнула шутника по ладони, чтобы не совал мне её под нос.

  – Не злись, я куплю тебе завтра всё, что скажешь. Поедем в Элди-Бри и выберем самое красивое платье, туфельки и нижнее бельё.

  – Последнее-то зачем?

  – Ну как же, чтобы ты чувствовала себя уверенно.

  Я сжала зубы, ругая себя за то, что не закрыла глаза на хамство слуги и отсутствие ночной рубашки.

  – Я договорился с мамой о чаепитие в три часа. В первой половине дня у неё дела, и мы с тобой как раз подготовимся, – сообщил он, отставив стакан на чайный столик, и добавил: – И начинай тыкать.

  – Тыкать?..

  Мысли путались: признание герцога в том, что его привлекают злые женщины, предложение укусить, а теперь потыкать... Что он задумал?

  – Один раз тыкни, и в кроватку... – подлил он масла.

  – Я тебя так тыкну, что ты до кроватки не дойдёшь, – прорычала я, сжав стакан в руке. – Одно дело, когда слуги принимают меня за содержанку, но вы... вы...

  – Эх, ну почти получилось, – раздосадовано выдохнул Рендел.

  Его тон стал последней каплей. Пучок магия взорвался в ладони и разнёс стакан на осколки, не ранив меня.

  – Адель? Не порезалась? – подскочил к моим ногам Рендел и, перехватив руку, стал разглядывать ладонь. – Не думал, что до такого дойдёт, – прошептал он.

  Рендел бережно держал мою ладонь в своей руке.

  Моё сердце замерло. Гнев схлынул. Нерешительность сковала меня. Хотелось остановить момент и насладиться поднявшемся  в груди волнением и нежными прикосновениями мужчины. Так невинно, но многообещающе.

  Пальцами второй руки герцог провёл по внутренней части ладони, словно не доверяя своим глазам.

  – Слава богам, – выдохнул он и склонился, притянув кисть к своим губам. Невесомый поцелуй поставил горячее клеймо, пробудив затихшее было зло.

  На правой коленке вспыхнул зуд и устремился вверх по телу. Сладкое чувство, возникшее в груди, смыло ужасом. Я выдернула ладонь из руки Рендела, случайно ударив его по носу, и спрятала её за спину.

  – Ой, – выдал он и потёр ушибленное место.

  – Что вы себе позволяете?!

  Рендел поднял недоумевающий взгляд, продолжая сидеть передо мной на одном колене.

  Ситуация патовая.

  Картина будоражащая.

  Я дура.

  Герцог гад.

  А метка... Скотина магическая!

  – Я?.. Прошу... Нет, вымаливаю твоё прощение, – ответил Рендел на мой вопрос, брошенный в панике.

  – Ведите себя прилично! – выпалила в ответ. Кое-как поднявшись из кресла, оттеснила мужчину и отошла за диван, пряча зудящую руку за спиной.

  Развернувшись вполоборота, Рендел плюхнулся на задницу и, облокотившись одной рукой на кресло, взглянул на меня лукаво.

  – Прилично?.. После того как в мои покои добровольно пришла девушка?

  – Пришла, чтобы высказать вам своё недовольство! – вспыхнула я. – И...

  – И-и-и?.. – настойчиво протянул он.

  Я потупила взгляд.

  – Попросить...

  – Что попросить? Я должен из тебя клещами вытаскивать? Ты хотела рассказать мне про своё желание? – предположил Рендел.

  Он поднялся на ноги. В его глазах зажёгся интерес. Испугавшись взгляда хищника, взявшего след добычи, я выкрикнула:

  – Забудьте! Голой посплю! – и убежала в свои покои, громко хлопнув дверью на прощание.

  А-а-а! Боги! Зачем я так сказала?!

  Осмотрела смежную дверь, разыскивая замок, защёлку... Что-нибудь! Надо закрыться, по возможности, на все запоры. Мага такое не остановит, но вдруг герцог вспомнит, что он племянник короля и находится в доме матери, и не будет настойчиво пробиваться ко мне.

  Было ошибкой пускаться в долгие разговоры с этим самодовольным котом. Всё понимаю, но веду себя глупо рядом с ним. И ко всему этому прибавилась дверь, которую нельзя было запереть от греха и герцога подальше.

  Сердце бешено стучало в груди. В голове рождались сценарии, где Рендел заваливался в мою спальню с требованием объяснений. Он же не сможет сделать вид, что не слышал моих последних слов.

  О боги! Не было печали, да мужчину подкинули мне.

  Вдруг в дверь постучали. И не в ту, что вела в покои герцога, а со стороны главного входа.

  В такой поздний час не стоит ждать добрых визитов. Проверить бы заклинанием, но тогда неминуемо отрублюсь от истощения – резерв почти на нуле. Метка на теле за сегодня поглотила магии как за три обычных дня.

  Стук повторился. Тихий, словно кто-то стеснялся нарушить мой покой, но всё же пришёл и уходить не собирался.

  Спрятав руку с меткой за спиной, открыла входную дверь и обомлела. На пороге стоял Рендел. Взгляд опущен. Вид унылый. А в руках кое-как сложенная ткань молочного цвета.

  – Вот, – протянул он мне через порог непонятный куль. – Новое. Чистое. Я ни разу не пользовался, – сказав, всучил мне в руку мягкий ком, развернулся и ушёл.

  Я выглянула в коридор и проводила герцога изумлённым взглядом.

  Что это было?..

  Закрыв дверь, я расправила полученную ткань и оторопела.

  Рендел принёс мне ночную рубашку... Мужскую, но какая разница, когда никакой нет. И шёлковый халат.

  Внезапное счастье нахлынуло на меня. Такую заботу я не ожидала. Вдохнула запах, проверяя не соврал ли Рендел. Лёгкий аромат цветов говорил о свежести белья.

  Улыбнулась и побрела в спальню переодеваться.

* Содержанка – то же самое, что куртизанка, то есть женщина лёгкого поведения, вращающаяся в высшем свете, ведущая светскую жизнь и находящаяся на содержании богатых и влиятельных любовников.

10 Слуги герцога

  Солнечные лучи проникли в спальню. Я намерено отставила окно не зашторенным, чтобы не упустить возможность восстановить магический резерв. Солнце слепило сквозь сомкнутые веки. Я выбралась из-под одеяла и сползла на край постели. Минуту собиралась с силами, затем добрела до окна и распахнула его. Прямой контакт с солнечными лучами подпитывал куда лучше. Покачиваясь, словно травинка на ветру, я стояла перед раскрытым окном в одной рубашке и, кажется, задремала.

  Шум из соседней комнаты разбудил меня окончательно. Накинув халат, отправилась смотреть, что там происходит.

  – Доброе утро, Адель! – встретил меня Рендел с улыбкой на лице и красной розой в руке. Он замер у чайного столика, а перед ним на коленях, спиной ко мне, стояла девушка.

  – Что вы здесь делаете?! – с возмущением выдала я, плотнее запахнув шёлковый халат.

  – Мы с Лили накрываем стол к завтраку. А ты что подумала?

  Раскраснелась, чуть не признавшись в буйной фантазии... Нет! Не дождёшься!

  Девушка поднялась с пола и поставила на столик вазу.

  – Отличная работа, Лили, – похвалил Рендел. – Добавь воды.

  Служанка сделала пас рукой. Рендел одобрительно кивнул и поставил розу в вазу, которую наполнила девушка.

  – Теперь помоги моей невесте одеться, – попросил он Лили.

  Та кивнула и направилась в мою сторону.

  Не стала спорить, учтя вчерашний опыт общения с герцогом, и молча вернулась в спальню.

  Первым делом я попросила служанку освежить одежду с помощью магии. Когда она занялась платьем, я надела панталоны с сорочкой, следя, чтобы метка не попала на глаза горничной.

  Лили выглядела маленькой и хрупкой. Тонкие пальчики, узкие запястья. Сложилось впечатление, что силы в ней, как и магии, кот наплакал. Но стоило Лили взяться за затягивание корсета, как я взвыла раненым драконом.

  Солнца лишили, теперь за воздух взялись!

  – Что происходит?! – ворвался в спальню Рендел, огляделся и, не найдя признаков криминала, как хороший мальчик, развернулся к нам спиной, пока я не наказала за такое.

  Лили испуганно ойкнула и выпустила шнурки.

  – Мадам д'Итьер обещала премию за моё убийство? – процедила я.

  – Ничего не слышал об этом, – отозвался от двери Рендел.

  – Простите, миледи, – залепетала Лили. – Я раньше служила в другом доме, и прошлая хозяйка учила, что затягивать корсет надо до хруста костей.

  – Что это за живодёрка была?

  – Леди Одри эм’Глейм, – прямо ответила девушка.

  – Кхм... Ну раз тут никого не убивают, я пойду подогрею чай. Поторопись Адель, у нас ещё полно дел, – выдал Рендел, не оборачиваясь, и исчез, прикрыв за собой дверь.

  – Эта Леди... Одри, – рискнула поинтересоваться у служанки, – за что тебя уволила?

  Лили затянула корсет, ловко завязала шнурки и всё же ответила:

  – За то, что его светлость были слишком любезны со мной.

  Я развернулась лицом к девушке. Она подхватила моё платье, собираясь помочь мне надеть его. Перед глазами промелькнули эпизоды из последних шести недель, в которых Рендел общался с моими продавцами. Желания уволить своих работников у меня не возникало, наоборот, я всеми возможными способами – в основном бестолковыми разговорами – пыталась оградить их от общества обворожительного повесы. Не хотелось быть косвенно виновной в том, что кому-то запудрили голову, а в итоге оставили ни с чем.

  Боги, да это же я!..

  – Интересно выходит... – протянула, ныряя в слои ткани. – Ты здесь только как прислуга? – необдуманно спросила её, заглянув в тёмно-синие глаза.

  Пышные ресницы дрогнули, щёки запылали от стыда.

  – Я простая служанка, миледи, – сбивчиво затараторила она. – Сир д'Итьер уговорил мадам д'Итьер взять меня в штат, потому что я единственная в семье, кто может работать и зарабатывать деньги. У меня мама заболела, работая на заводе зельеварения, а ещё два брата. Младших. Один из них подрабатывает, разнося газеты, но этого не хватило бы нам надолго. Леди эм’Глейм выставила меня из своего дома, не заплатив за отработанные дни.

  – Всё-всё. Я поняла, что ошиблась, за что прошу прощения. Не надо плакать... И вываливать все подробности своей жизни, – пожурила её, испытав стыд за скоропалительный вывод. Я ничем не лучше лакея, который записал меня в содержанки герцога.

  Хотя о чём это я? Во всём виноват Рендел!

  Завершив с одеждой, мы перешли к причёске. Лили очень быстро собрала мои волосы, умело орудуя магией и невидимками. Я осмотрела своё отражение, довольная проделанной работой, поблагодарила девушку и направилась на завтрак с герцогом.

  – А почему здесь, а не в какой-нибудь столовой? Уверена, в этом доме их более, чем достаточно, – поинтересовалась я и опустилась в кресло, отказываясь подсаживаться на диван к Ренделу. Если его это задело, то вида он не подал.

  – Я решил, что здесь тебе будет комфортней. Как раз солнце с этой стороны. В его лучах ты светишься подобно драгоценному камню, – с обворожительной улыбкой произнёс Рендел, снискав хмурый взгляд. – Что-то не так? Не выспалась? Постель была слишком мягкой? – посыпались вопросы с нотками беспокойства.

  Обдумывая ответ, бросила взгляд на Лили, которая разливала чай по чашкам.

  – Можно и так сказать, – пробурчала, прокрутив в голове конец вчерашнего дня.

  – Спасибо, Лили, можешь быть свободна, – сказал Рендел, заметив, что девушка отставила чайник на сервировочный столик.

  Как только дверь за служанкой закрылась, я набрала в лёгкие воздуха, намереваясь затронуть план действий на сегодня и вопрос по оплате услуги, которую я окажу, назвавшись невестой Рендела перед его матерью. Надо озвучить своё желание, чтобы герцог принялся за его исполнение. А то, чувствую, что могу остаться ни с чем или застрять в столице из-за собственной нерешительности.

  – Адель, – остановил меня Рендел, и в воздухе вспыхнули слова «Осторожно. Нас подслушивают».

Вот оно что... Поэтому он обыграл моё «вы», обозначив себя и служанку.

  Новость вызвала беспокойство. Я удивлённо округлила глаза и с шумом выдохнула.

  Если это дело рук хозяйки дома, то у нас могут быть проблемы из-за тех слов, что были произнесены вчера. Рисковать и заводить серьёзный разговор не стала, но глядя на довольное лицо герцога, закралась мысль, что это просто обман. Его светлость вдруг потерял интерес к желанию, которое я ему загадаю, или появилось что-то более интересное?..

  – Попробуй этот паштет, – предложил Рендел, пододвинув блюдечко с нежно-розовой пастой. – Сейчас перекусим и отправимся в Элди-Бри. Там прекрасная кухня, так что можешь не наедаться до отвала. К тому же примерять одежду на полный живот бывает проблематично, – заметил он со знанием дела.

  Я лишь кивнула и принялась за тост с паштетом. Покончив с лёгким завтраком, Рендел повёл меня вниз. Во дворе дома, со стороны, где был пристроен пандус, нас ожидала карета.

  – Господин! Вы живы! – долетел до нас чей-то выкрик. Мы остановились и посмотрели в сторону, откуда прозвучал голос.

  По пандусу забежал мальчишка лет тринадцати в затасканной и залатанной на локтях и коленках одежде. Кое-как обстриженные волосы торчали из-под замусоленной кепки.

  – Сир Джейми, успели меня похоронить? – с нарочитой вежливостью осведомился герцог у паренька.

  – Нет, всё время вашего отсутствия молился семи богам, чтобы они вернули мне моего главного клиента.

  Я вопросительно взглянула на Рендела, ожидая разъяснений.

  – Сир Джейми, позвольте представить вам мою невесту – леди Адель эм'Саттон. – Меня от подобного представления не покоробило, напротив, испытала радость услышав липовый статус на этот день.

  – Миледи, – поклонился мальчик, стащив кепку с головы.

  – Адель, знакомься, сир Джейми Тербли – мой помощник по особо сложным делам.

  – Тербли? – повторила, не понимая, куда подевалась сословная приставка. – О’Тербли?! – ахнула я, вспомнив, что отбросы общества и имеющие с ними дела люди, закрывают глаза на очерняющую их род букву. А кто спрашивается виноват?

  – Не будем оскорблять моего молодого друга подобными нюансами, – отшутился Рендел, заметив, как насупился паренёк.

  – Я сын Джонатана о’Тербли, – грозно заявил он, смотря на меня свирепым взглядом.

  – Эм... Это что-то значит на языке морально разложившихся членов общества? – тихо поинтересовалась у герцога.

  – Это она меня так отбросом назвала? – уточнил Джейми.

  – Она такого слова не использовала, – ответил Рендел ему, а потом пояснил мне: – Джонатан Тербли получил приставку «о» после того, как почти успешно ограбил королевскую казну.

  – Почти успешно?

  – Да. Не смог далеко унести украденное. Сам же сбежал, бросив жену и детей на произвол судьбы.

  – Его отец попытался ограбить вашего дядю, а вы как ни в чём не бывало хм... дружите с сыном вора?

  – Я посчитал полезными для себя навыки, которым отец обучил паренька. К тому же, кто в этом мире не вор? – усмехнулся Рендел.

  – Я ни у кого ничего не крала, – с возмущением заявила я.

  – Уверена? – нахально улыбнулся он, прожигая испытывающим взглядом.

  В голове тут же запустился процесс поиска момента, когда я могла обокрасть кого-то, не обратив на это должного внимания. Хотя как такое возможно?!

  – Кто-то крадёт деньги, кто-то время, возможности, спокойствие и много другого, не отдавая себе отчёта, что делать так не стоит.

  – На философию потянуло? – надув губы, проворчала я. – Разве у нас есть на это время?

  – Ты права. Джейми, запрыгивай на козлы, если пришёл, чтобы подзаработать.

  – Только для этого и пришёл, – не стал отрицать парень, обрадовавшись предложению герцога.

  Я забралась в карету, Рендел за мной. Джейми занял своё место, и мы поехали в Элди-Бри – самый переоценённый магазин для снобов.

  – Всё-таки, вы странный человек, – обронила будто невзначай.

  – Я лучше буду странным, чем таким, как все.

  – Почему?

  – Люблю выделяться на общем фоне, – без лишней скромности заявил Рендел.

11 Элди-Бри

  Столичный магазин, носивший имя Элди-Бри, занимал трёхэтажное здание в торговой части города, отведённой для удовлетворения потребностей состоятельных жителей. Остальным, кто не мог позволить себе дорогие товары, довольствовались рынками на окраине.

  Большие окна Элди-Бри привлекали взор наряженными манекенами, которые благодаря магии двигались, совершая незначительные действия: помахать рукой прохожим, качнуть головой, заглянуть в сумочку, раскрыть и закрыть зонтик. Короткое представление больших красивых кукол – заложников замка с широким разнообразием товаров.

  Единственное, что здесь было стабильным – это цена: дорого, очень дорого, бессовестно дорого и «где вы такие цены видели?» – возник именно такой вопрос, когда я увидела стоимость первого предложенного к примерке наряда. Эту сумму сложно было озвучить имея самое лучшее образование в стране, поэтому её любезно написали на визитной карточке магазина и продемонстрировали Ренделу, но я беспардонно взлезла, чтобы понимать, на какую сумму пытаются раскрутить моего (хоть и липового, но) кавалера.

  Подозреваю, что подобных сумм в самой казне не водилось со времён рассвета Анклавии, что уж говорить об отдельно взятом человеке. Вот живя долго, как драконы, ещё можно было спланировать, через сколько сотен лет, я смогу позволить себе гардероб из Элди-Бри. И этот момент злил, потому что не хотелось ходить должницей, тем более герцогу.

  – А нельзя подобрать более консервативные варианты нарядов? – поинтересовалась я. От каждого моего слова нашитые на молочного цвета платье капельки драгоценных камней приходили в движение, издавая протяжное «а-а-а-а-а-а!». Из-за магии, вложенной в это произведение моды, метка на теле сходила с ума: носилась под платьем и потихоньку истощала заряд. Хотелось снять с себя побыстрей эту ослепительную – в прямом смысле – красоту, а то тело чесалось, в ушах звенело и глаза слезились. И сделать это раньше, чем завывающие камни не замолкнут из-за внезапно закончившейся магии.

  – С таким аккомпанементом только в храм ходить, и то в качестве жрицы, иначе никто не поймёт, к чему такой пафос... и шлейф! – заявила я, а платье подпело «а-а-а!» – Этим мотком ткани можно накрыть все столы в Бристоле! – подметила я, ткнув пальцем белоснежную дорожку, которая начинала свой путь у моих ног, убегала в примерочную, возвращалась, обогнув диванчик, где сидел Рендел, и заканчивалась внушительной стопочкой в руках помощницы, приставленной старшим продавцом магазина.

  – Согласен. Тебе такое не идёт. Не понимаю, зачем делать рукава больше груди? – задумчиво потирая подбородок, задался он вопросом.

  Я повертела головой, задевая щеками объёмные буфы, которые будто пытались взять в тиски мою голову, намекая на ненадобность головного убора. Ну а если же всё-таки рискну его добавить к этому наряду, они, видимо, повинуясь задумке автора, открутят мне голову за самоуправство.

  – Гру... – сдавлено выдавила я. – Вас только это волнует?

  – Что я говорил? – грозно бросил Рендел, насупив брови.

  Помощница вздрогнула, испугавшись, что он недоволен её работой.

  – Тебя! – выкрикнула я, накрыв руками спрятанную под слоями одежды грудь.

  «А!.. А-а-а!» – подозрительно сфальшивили камни. Пора избавляться от этого недоразумения.

  Я умчалась в примерочную комнату, сыпля проклятиями на старшего продавца, который притащил это убожество с расчётом сбагрить его, и на Рендела, который не стал отказывать работавшей на магазин женщине в такой малой услуге как примерка. Ну правильно! Не ему же пришлось потеть, влезая в этот чехол для артефактов!

  Слава богам, в Элди-Бри что-то случилось. Покупателей это не коснулось, но избавило меня от внимания старшего продавца: высокая, тощая, с идеальной причёской, тонкая сетка морщин на лице и седые волосы. Женщина всю жизнь отдала самому знаменитому магазину во всей Анклавии и знала, как продать не продаваемое. Но со мной такой трюк не пройдёт! В моих планах не входит становиться рабой герцога Рендела д'Итьера! Иначе даже не знаю, как потом расплатиться с ним за новый гардероб.

12 Полоса невезения

  Не теряя больше ни минуты – итак на то, чтобы влезть и избавиться от воющего платье ушло полчаса – я выдала чёткие указания относительно одежды, которую должна была подобрать и принести помощница. Пока девушка бегала выполнять поручение, я решила поднять несколько важных вопросов, не опасаясь прослушки. Элди-Бри предлагал не только широкий выбор товаров, но и наилучшие условия для примерок и тестирования артефактов.  В специально оборудованных комнатах можно было ходить на головах, не причинив беспокойства другим посетителям. От стен так и фонило магией, заставляя ящерку вертеться на моём теле. Магияжорка вечно пыталась съесть всё, даже то, до чего не могла дотянуться. И теперь я поняла, что отъезд из столицы был единственно правильным решением, подаривший мне более-менее спокойную жизнь.

  – Мы одни, – сказала, выйдя из примерочной в комнату отдыха.

  В ожидании платьев для примерки я накинула халат, чтобы не расхаживать в белье перед мужчиной.

  – Ммм, что ты задумала? – с предвкушением протянул Рендел.

  – Поговорить.

  – Надеюсь, о чём-то интересном.

  – Не знаю, как для... – нервно сглотнула, – тебя, мне очень интересно несколько моментов.

  Я села на софу. Заметила заинтересованный взгляд Рендела и прилегла, сложив руки на невысоком подлокотнике и положив на них голову. Томно вздохнув, прикрыла глаза, наглым образом испытывая терпение мужчины.

  – И что же тебе интересно? – включился в игру герцог, развернувшись в мою сторону.

  – Как вы будете выполнять моё желание? Оно непростое.

  – Так даже интересней.

  – А в доме вашей матушки за вами всегда пристально следят? – спросила, чтобы оценить возможность обсуждения личных тем в особняке д'Итьеров.

  – Ты про прослушку? Иногда бывает, когда мама считает, что я задумал что-то опасное. Но не беспокойся, пока она ничего не знает. Заклинание на подслушивание требует времени на активацию в рамках дома, который напичкан защитными артефактами, поэтому о вчерашнем нашем тет-а-тете никто не знает.

  Я взглянула на Рендела. Спокойный, но пристальный взгляд потушил улыбку на его лице. Он заинтересовано смотрел на меня.

  Я перевернулась на спину, разрывая зрительный контакт.

  – И ещё, почему вы помогли Лили? Обожаете молоденьких девушек, которые готовы послушно исполнить любой приказ? – голос прозвучал с затаённой грустью и с лёгкой усталостью.

  – Что конкретно тебя интересует: мой любимый типаж женщин или в каких отношениях я был или есть со служанкой?

  – Причина. Почему ты помог незнакомой девушке? – спросила, посмотрев на Рендела.

  – Мог, вот и помог. И не буду отрицать, из чувства вины.

  – Не жалости? А то у неё талант вываливать все козыри, чтобы расшевелить на жалость.

  – Не любишь прямолинейных и бесхитростных. Запомню, – посмеялся Рендел.

  – Не люблю глупых девчонок. Такие вечно вляпываются, а потом плачутся, пеняя на жестокость богов, людей. Просто куклы с мечтами о жизни, как у других людей.

  – Хм... Ну вот, здесь что-то личное, а я-то подумал было, что ты меня приревновала к Лили.

  – Нет, – отмахнулась я. – И почему ты служанку по имени называешь?

  – Потому что у неё есть имя, и оно ей очень идёт.

  – Ты издеваешься?!

  – Нет. Наслаждаюсь полученным прогрессом.

  – Что? Ты это о чём?

  – О том, что ты перестала мне выкать. Смело тыкаешь. И ругаешь. Я очень рад, что мы стали чуточку ближе.

  – Ближе? – я приподняла брови, вернувшись к мысли о нестандартных предпочтениях герцога. – Для ясности: я сейчас пытаюсь свыкнуться и принять твои закидоны и выходки.

  – Продолжай в том же духе, – подбодрил неожиданно Рендел, – маменька точно поверит, что у нас любовь, если ты будешь мешать меня с грязью, игнорируя титул, родословную и прочий багаж, нажитый самолично и полученный по наследству.

  – Это какой же матери понравится, что её кровиночку смешивают с грязью на её глазах? И где я подобное позволила себе? У тебя серьёзные проблемы с пустозвонством.

  – Ха-ха! Может быть. Иногда. Чтобы вывести человека из себя.

  – Выводить людей на эмоции – это твоя любимая забава.

  – Виновен.

  – Особенно молодых девушек.

  – Безапелляционно виновен! Женщины прекрасны в проявлении своих эмоций.

  Я вылупилась на это чудо, именуемое мужчиной, и неодобрительно покачала головой.

  – Как хорошо, что мне повезло не стать вашей настоящей невестой.

  – О нет. Только не опять на «вы»!

  – Не хнычь. Ты же взрослый мальчик и должен понимать, чего не стоит говорить женщинам, если не хочешь прослыть чудиком.

  – Я подумал, что с тобой можно быть откровенным. Как с другом.

  – Как... с другом? – запнулась от всколыхнувшегося волнения.

  Лёгкая досада кольнула прямо в сердце.

  – Не знали, что деловые отношения не стоит строить с родными, любимым человеком и друзьями? – спросила, устремив взгляд в потолок, который был расписан счастливыми полуобнажёнными парочками. Картинки задавали не тот тон. Не магазин, а бордель какой-то, не зря их девиз «Расслабьтесь и получайте удовольствие, мы обо всё позаботимся».

  – У нас с тобой нестандартное дело, тут близость важна. – Диван, на котором сидел герцог, скрипнул. – Иначе... – голос прозвучал ближе и проникновенней, я повернула голову в бок и наткнулась на серьёзное лицо Рендела, – моя мама ни за что не поверит в историю о нашей любви.

  Сердце замерло в груди, ловя каждое слово, слетевшее с притягательных губ мужчины. Он подсел ближе, изучая реакцию на его заявление: не смогла отвести взгляд и даже моргнуть, заворожённо разглядывая лицо Рендела.

  Такой красивый и такой... дурак.

  Краска ударила в лицо. Сердце в панике затрепыхалось, не готовое выкладывать секрет, который мне пора признать: я влюбилась в этого дурака.

Поспешила сесть. Взяла со столика поблизости один из бокалов с жёлтым напитком. Подумала, что это сок. В один глоток осушила фужер и сморщилась – жидкость обожгла горло, оставив терпкий вкус во рту.

  – М-м-м... – протянула я.

  – Это коктейль с драконьей слезой. Ох, кто-то будет в стельку через пять, четыре, три... – принялся отсчитывать Рендел с предвкушением ожидая эффекта.

  – С одного бокала? Ик...

  По телу разлилось приятное тепло. Проклятая ящерка закружила в районе солнечного сплетения, жадно поглощая высвободившуюся из драконьей слезы магию.

  Ха! С моим четырёхлапым секретом...

  – Не опьянею я. С одного о-о-о... Пальцев не чувствую, – отметила я вслух, выпучив глаза на свои руки.

  – Давай это поставим на стол, – пришёл на помощь Рендел, выхватив бокал, пока он не выпал из ослабшей ладони.

  Он подсел ко мне.

  – Водички? – предложил заботливый наш, поднеся к моим губам стакан с прозрачной жидкостью.

  Я послушно отпила.

  Хм, и не обманул: вода смыла непривычный вкус, оставшийся после сока с опасным для слабого девичьего организма компонентом.

  – Я слышала про драконьи слёзы, но впервые... А комната должна кружиться?

  Голова вмиг отяжелена и завалилась на бок, прямёхонько на широкую грудь Рендела.

  Тук-тук-тук.

  У меня стучит или у него стучит?

  Чуть не спросила это у Рендела, но запах лесного ореха увлёк мысли за собой. Сладость пралине... Терпкая дерзость древесины... Я глубоко вдыхала аромат, исходящий от мужчины, а перед глазами вспыхивали разноцветные пятна.

  – Забористая штука, – подумалось мне.

  – И нелегальная, – неожиданно ответил Рендел, вернув в реальность.

  – Ох... – отпрянула от него, почувствовав нарастающий холод во сплетении: моё чудно́е и чу́дное проклятье брало верх над драконьей магией.

  Пятна перед глазами исчезли – хороший знак. Я так думаю.

  – Что ж мы опять разбазариваем время? – поразилась собственной безалаберностью. – Я же хотела обсудить своё желание.

  – Ты хорошо его обдумала?

  – Я давно об этом мечтаю, вот только не знаю, как... Как достичь желаемого, – твёрдо заявила я и сжала кулаки, проверяя чувствительность в пальцах. Коктейль терял силу. Иногда быть проклятой не так уж и плохо.

  – Я готов выслушать, – чересчур серьёзно прозвучал голос Рендела.

  Я взглянула на него. В его глазах я увидела непоколебимую решимость.

  – Я желаю, чтобы...

  – Господин! – вбежал в комнату Джейми, прервав нас. Сотрудники магазина привели его в приличный вид, подобрав костюм, соответствующий сопровождающему герцога.

  – Господин! – выпалил он, замерев перед входом. – Там леди Глейм! И она идёт сюда!

  – Как она узнала? Сотрудники Эльди-Бри не пытаются остановить её?

  – Пытались, но она угрожала сравнять здание с землей, поэтому им пришлось сказать, где вы.

  Рендел вскочил на ноги, его взгляд заметался по комнате. Что-то решив про себя, он приказал юному о'Тербли:

  – Джейми, попробуй задержать её!

  Мальчишка умчался прочь, а Рендел, схватив меня за руку, потащил в примерочную.

  – Что происходит? Кто тебя ищет? И почему ты её боишься?

  – Я? Боюсь? – Рендел нервно хихикнул. – Я её не боюсь, но опасаюсь последствий. Для тебя. Для себя. И для всей страны. С ней лучше не встречаться. Ни тебе. Ни мне, – с этими словами он отодвинул в сторону висевшее на штанге платье – моё платье, которое я не стала надевать обратно после примерки чуда модной и магической индустрии, и постучал по стене. Неожиданно раздался щелчок и перед нами распахнулась замаскированная магией дверь.

  Рендел пихнул меня в сторону потайной ниши. Его действия напугали, как и сила, которую он приложил, чтобы переместить меня против воли.

  – Стой! С ума сошёл! Я не полезу туда! – не далась без боя, отчаянно цепляясь за мужчину.

  – Боишься темноты? – спокойно поинтересовался Рендел, замерев на мгновение. – Но там не темно вовсе, – с маниакальной улыбочкой заверил он меня.

  – Я не полезу туда, – угрожающе прошипела в лицо герцога, вцепившись в рубашку на груди с такой силой, что верхняя пуговица не выдержала и отлетела.

  – Тогда я полезу, – охотно предложил он другой вариант, поменявшись со мной местами. – Я вот не хочу доводить всё до войны и помирать раньше времени.

  – Ты кому-то перешёл дорогу?

  – Нет. Мимо проходил.

  – Довёл женщину не до тех эмоций?

  – Скажешь тоже. Я люблю придуриваться, но не когда на кону большие ставки. Особо опасных девиц я в принципе обхожу за три версты. Мне не нужны проблемы, которые они могут создать. Да я сам кому угодно создам гору проблем, и конкуренции в этом деле хотелось бы избежать.

  Я растерялась, не понимая, что ответить на такое. Хватка ослабла, чем тут же воспользовался растревоженный мужчина. Рендел перехватил мои ладони и в итоге добился своего: запихнул в нишу со словами «потом спасибо скажешь».

  – Рендел! Ты здесь?! – из соседней комнаты раздался незнакомый женский голос. В данном случае сложно было его идентифицировать из-за визгливых ноток и угрожающей интонации. К тому же в столице я ни с кем не знакома так, чтобы по крику признавать хозяйку голоса.

  – Двигайся, – с бешеными глазами велел Рендел и залез ко мне в нишу.

  Дверца захлопнулась за его спиной, зажав меня между холодной стеной и горячим мужским телом.

  – Ре... – рот накрыла ладонь. Большая и шершавая.

  Я не поняла?..

  Зачем герцог покупал крем для рук, если на деле пренебрегает им?

13 В тесноте

  Если бы не паника, в которую ударился герцог, устроила бы ему разнос прямо в потайной нише: за затыкание ладонью, за ногу, втиснутую между моих колен.

  Рендел пошевелился, устраиваясь удобнее, ладонь от моего лица убрал и положил на талию. Разойтись в нише не вышло, поэтому мы замерли, словно слипшиеся половинки сэндвич, и только одежда встала между нами, храня крохи приличия.

  Мы оба тяжело дышали. Не знаю из-за чего у герцога случились трудности с дыханием, у меня же от тесноты и давления. Мужчина навалился торсом мне на грудь, не позволяя набрать в лёгкие побольше воздуха. В памяти всплыли образы из детства – красивые бабочки вместо картин под стеклом, развешенные на стенах в кабинете дедушки. Летали они себе – горя не знали, а их взяли и увековечили на сотни лет.

  И вообразить не могла, что попаду в такую ловушку, и не с самой подходящей компанией. Кряхти, пыхти – выбраться не выйдет, по крайне мере, пока беда не минует и ворвавшийся в комнату для примерок ураган не улетит дальше по своим делам, выносить мозги менее титульным особам.

  – Рендел! – огласила пространство вставшая посреди примерочной девушка.

  «Красавица», – мелькнула мысль. Даже сведённые на переносице брови не портили прекрасное лицо. Невероятная власть исходила от неё. Типичная представительница знати, одетая с иголочки и обвешенная массивными украшениями с заговоренными камнями. Длинные русые волосы были перехвачены тонким обручем, на кончиках некоторых прядей висели полупрозрачные капельки, завораживающе мерцая в свете люстры и бра.

  Гневный взгляд незнакомки метнулся к вешалке с брошенным мной платьем.

  От испуга задержала дыхание. Почудилось, что она меня видит также ясно, как и я её, игнорируя фальшивую стенку.

  Девушка пренебрежительно фыркнула – большей оценки мой повседневный наряд не заслуживал.

  – Миледи, прошу вас, – с горестным выражением ввалилась в примерочную седовласая женщина в тёмно-синем платье, головой отвечавшая за комфорт и спокойствие всех посетителей Элди-Бри. – По правилам магазина...

  – Меня не интересуют ваши правила! – грозно рыкнула на неё девица, резко развернувшись на каблуках. – Никто не смеет оскорблять меня отказами: ни ваш магазин, ни ваш герцог! Будете дальше его укрывать?

  – Мы никого не укрываем.

  – Ложь! Перед входом в Элди-Бри стоит карета с эмблемой дома Итьер!

  – Кучера́ нынче такие, паркуются, где хотят, – жалобно проблеяла женщина, не смея выпрямиться во весь рост под давлением ауры и авторитета разъярённой девицы.

  Незнакомка пронзила её убийственным взглядом.

  – Не хотите по-хорошему, – угрожающе процедила она, закатывая рукава платья. – Будем по-плохому, – взмахнула она руками.

  Пол, стены – и даже герцог! – задрожали после такого. Я непроизвольно крякнула и зажмурилась, покрепче вцепившись в единственную опору – в крепкие плечи мужчины, с которым судьба свела меня и запихнула в эту нишу. За короткий промежуток времени меня принудили, стеснили и притеснили, немного подавили, а потом ещё и взболтать вздумали.

  Подмывало лягнуть струсившего мужчину, чтобы он вышел и разобрался с сошедшей с ума из-за его ослепительной улыбки дамочкой. Она бы в миг остыла, если бы потайная дверь распахнулась и из ниши вышел разыскиваемый ею мужчина. Вот только моё присутствие может помещать конструктивному диалогу в данном случае.

  Ничего другого не оставалось, как закусить губу и ждать, когда всё это закончится. Перспектива быть похороненной заживо с герцогом не грела душу, потому что народ будет всякое судачить, вгоняя в краску родителей. Хотя какая разница, если я благополучно превратившись всмятку, отравлюсь к богам для получения направления на перерождение. И лучше бы отправили меня в другой мир: без магии и Рендела д'Итьера.

  – Одри! – гаркнул Рендел из соседней комнаты.

  Я разлепила глаза, недоумевая, как он мог крикнуть там, находясь здесь.

  Зато трясти перестало.

  Безрассудная магиня, подхватив юбки, помчалась на голос, словно собачонка, на сигнал кормёжки. Сотрудница магазина за ней.

  Всё стихло.

  Снова стало отчётливо слышно тяжёлое дыхание – сосед распыхтелся прямо на ухо.

  – Вам не герцогом надо было родиться, а простым магом.

  – Когда предлагали, не сказали, что к титулу бонусом добавят проблемы международного характера, – шёпотом отшутился он. Горячее дыхание коснулось щеки. Я повернула голову. Свет в нишу попадал через смотровое окошко – мастерское заклинание иллюзии или что-то посложнее, уровня магической магистратуры – созданное для удовлетворения извращённых запросов клиентов Элди-Бри. Черты лица Рендела едва угадывались, а вот моё было напоказ, как и эмоции, отразившиеся на нём.

  – Вы ещё долго будете меня зажимать? – прошипела я.

  – Пока не удостоверюсь, что буря миновала. И здесь очень даже неплохо... Можно обсудить любой вопрос, и никто не влезет.

  – Правильно. Влезать-то уже некуда. Это место не рассчитано на двоих.

  – Тсс... Слышишь?

  Я навострила уши, но ничего нового не услышала: тяжёлое дыхание, шорох ткани, громко стучащее сердце.

  – Выпустите меня! – закричала, забившись в истерике и заехала Ренделу по лицу. В таких условия при всём желании сложно было промахнуться.

  – Не дерись, – шикнул он на меня, перехватив и зафиксировав запястья. – Сейчас выйдем. Надо только...

  Рендел заелозил, будоража мысли и воображение своими телодвижениями. Успела обрадоваться, что давно не невинна, а то столько сюрпризов разом не вынесла бы. После такого любой порядочный мужчина женился бы – по-настоящему! Но это правило не распространялось на Рендела д'Итьера с королевской неприкосновенностью.

  – Прекрати-те... – взмолилась, не в силах стерпеть переполнившие меня эмоции. Кроме обжигающего вены возбуждения, меня душили смущение, обида и разочарование. Знала же, чем может закончиться договор с живым воплощением демонов среди магов.

Одна рука обрела свободу.

  – Да не плачь ты. Никто на твоё тело не покушается. Кнопку для открытия двери не так просто найти. Кажется, она была здесь, – тихо говорил Рендел, шурудя ладонью у меня за спиной, из-за чего я плотнее вдавилась грудью и лицом в его тело.

  Я остолбенела от такой наглости. Никто не покушается?.. А личное пространство не в счёт?!

  Удушающе близко, смущающе тесно. И ещё оскорбляет!

  Дверь с тихим щелчком открылась.

  – Нашёл! – победно выдал герцог. – Видишь? А ты боялась... Даже юбка не помялась, – веселился он.

  – Вижу, – процедила я и со всей силы толкнула мужчину.

  Рендел отшатнулся. Улыбка исчезла с его лица, а в глазах мелькнул страх. Запутавшись в моих ногах, он полетел на пол и утянул меня за собой. Я больно ударилась коленями из-за этого невежи и носом уткнулась в его грудь.

  – Сир, миледи, – нерешительно окликнула нас девушка, заглянувшая в примерочную.

  Я поспешила подняться на ноги. Валяться на герцоге, может, удобно, но неприлично. Полы халата, не выдержав марафона по возне в нише и за её приделами, разошлись, демонстрируя корсет.

  Взгляд Рендела устремился на линию декольте. Неприятный зуд, вспыхнувший на груди, ошеломил ужасом, заставив замереть верхом на герцоге. Надеюсь, я ошиблась, и чёрная метка не решила, что сейчас самый подходящий момент, чтобы выбраться на свет. Я опустила взгляд, но не успела ничего разглядеть, потому что Рендел одним рывком впечатал меня в свою грудь.

  – Мы тут заняты, если вы не заметили, – бросил он девушке. – Возвращайтесь, когда позовём, – грозно прозвучал приказ, и сотрудница магазина спряталась за дверью.

  Я оцепенела в крепких объятиях, а пришла в себя, когда услышала вопрос:

  – Твоё желание, случайно, не связано с проклятьем, разгуливающим на твоём теле?

14 Желание Адель

  – А бешеная дама, случайно, не ваша потенциальная невеста? – нашлась я с ответом, отползая от герцога на четвереньках и прикрывая грудь ненадёжным халатом.

  – Так у нас диалог не выйдет. И я уже сказал, что ничего такого не делал, чтобы на меня взъелись до желания придушить собственными руками.

  – Ну конечно.

  – Я правду говору, а то, что ты мне не веришь, очень ранит, – расстроено заявил Рендел, сев на полу. – Да, она номер один в списке моих невест, а ты нулевая невеста.

  – Сам ты нулевой! – возмутилась я, плотнее запахнув халат на груди второго размера.

  Рендел хохотнул и вздумал пояснить:

  – Ноль идёт перед единицей, значит, в списке ты выше этой бешеной дамочки. А грудь у тебя прекрасная, и метка её не портит.

  Мои щёки запылали. Столько неуместных комплиментов разом мне ещё никто не отсыпал.

  – Ты не боишься этого проклятья?

  – Ммм, – задумчиво протянул Рендел. – У меня одна фобия – к яблочным семечкам. В детстве подавился одним... Неприятная история. Всем двором откачивали меня. Поэтому если бы отметка на твоём теле была в форме яблока, тогда мне пришлось бы туго.

  Я надула щёки, почувствовав издёвку в его голосе.

  – Думаю, сейчас самое время сказать своё желание, Адель, – высказался Рендел поднявшись на ноги и подошёл ко мне. Он протянул руку и дружелюбно улыбнулся.

  Я воспользовалась предложенной помощью и вложила свою ладонь в его, внимательно следя, не проскочит ли брезгливость или страх на мужском лице.

  Мы стояли близко друг к другу, пристально глядя в глаза. Рендел не отпускал мою руку. Не хотел. И не боялся, даже когда ящерка выбежала на ладонь. Я потянула руку на себя, опасаясь, что подобный контакт навредит герцогу – объясняйся потом с его матерью. Но Рендал крепче сжал мою ладонь, не позволяя разорвать контакт.

  – Я хочу избавиться от этого проклятья, – наконец-то смогла озвучить своё заветное желание.

  – Оно на смерть? – глухо спросил Рендел, на его лице не было и следа весёлости.

  – Да, – не стала врать. – Оно не потеряет силу, пока не умрёт тот, на кого оно было наложено.

  – Чужое проклятье, – понял Рендал, к чему я веду.

  – Но я не знаю его имени и даже лица не видела. Знаю только, что у него было достаточно денег и связей, чтобы выкупить свою жизнь, – продолжила я.

  От нахлынувших воспоминаний грудь сдавило куда неприятней, чем во время пряток в тесной нише. Боль и обида не утихли за три года, а лишь приобрели кислый осадок. Если бы те события произошли сейчас, я бы не позволила себя так использовать.

  И самое горькое...

  Я опустила взгляд, мечтая спрятаться под тёплое одеяло, и чтобы никто не трогал меня.

  – Я могу назвать имя того, кто проводил подготовку к ритуалу переноса проклятья.

  Рендел молча ждал, не рискуя вставлять и полслова, чтобы случайно не унять мой приступ доверия.

  – Алисандер эм'Саттон.

  – Однофамилец? – Я почувствовала напряжение в его голосе.

  – Нет, – отрицательно качнула головой. – Дедушка. По папиной линии.

  Мои откровения шокировали Рендела.

  После того как ритуал переноса был завершён, дедушка исчез из столицы, оставив мне огромную сумму денег. Родителям я не раскрыла детали возникновения проклятья, изобразив непонимание, откуда могла взяться метка на моём теле. Из-за некоторых действий, которые необходимо было совершить для ритуала, мне совершенно не хотелось поднимать эту тему и быть откровенной до конца.

  Выслушав меня, Рендел заверил, что найдёт моего родственника, даже если тот отправился в земли демонов, и выведает у него имя человека, которому полагалось умереть от проклятья, заточённого в моём теле. А затем вернулся к задаче, решение которой пришлось отложить из-за визита разозлённой магини. Сама о ней я больше не спрашивала, наслаждаясь заботой герцога, поэтому вопрос, кто отвлёк её голосом, похожим на голос Рендела, пока оставался без ответа.

  Сотрудники магазина бегали, принося и унося платья, бельё, обувь и украшения. Рендел со знанием дела отдавал указы, координируя работу персонала магазина и меня. Я только и успевала менять наряды и показывать их герцогу. Он либо одобрительно кивал, либо велел примерить следующее. От примерки белья я отказалась, попросив одну из девушек подобрать смену тому комплекту, в  котором я приехала в столицу. Вся кутерьма улеглась к обеду, после которого мы отправились в особняк д'Итьера.

  Странно, конечно, что Рендел спокойно отнёсся к проклятью. Но может быть – и сердце очень хотело в это верить – я ему нравлюсь. И определённо, чуточку больше прочих девушек в его жизни.

  Но естественно, Разум напоминал, что интерес герцога может испариться, как только на горизонте появиться более заманчивый вариант дамы в беде, а пока я позволила ему сыграть для меня роль спасителя. Хоть какой-то бонус за тесную нишу и неизгладимые впечатления от близости сногсшибательного мужчины.

15 Знакомство с д'Итьер

  – Не надо было пробовать все блюда в Элди-Бри, – проворчала себе под нос, мучаясь из-за возникшей в животе тяжести. Магию, которой улучшили вкус еды, слопало моё проклятье, оставив мне малоприятное последствие.

  – Не все, – усмехнулся Рендел, ведя меня по коридору родового дома, – а только самые лучшие и незабываемые блюда.

  – О да, я их нескоро забуду. Может, всё-таки найдётся какая-нибудь микстура?..

  – Я велел Джейми съездить к зельевару, где-то через час он вернётся. Мы с матушкой обычно обращаемся к лекарю, который ограничивается наложением лечебных заклинаний. Он захочет осмотреть тебя, чего лучше не допускать. Раз ты моя невеста, то видеть обнажённые части твоего тела могу только я, – задрав гордо нос, заявил Рендел.

  Я промолчала, осознавая, что это всё игра на публику, то есть для слуг, снующих по дому его матери, в котором внимательно прислушивались к каждому нашему слову. Наличие проклятья лучше скрывать и тщательнее срамных болячек из увеселительных домов. Наличие такой магической заразы поднимет вокруг нас с Ренделом шума больше, чем сообщение о помолвке главного повесы столицы. Мне хотелось вернуться в Каспин без неприятного шлейфа из слухов. Доказывай потом, что это незаразно, даже если я вздумаю плюнуть под ноги не верящим деревенщинам.

  – Прошу, миледи ожидает вас, – пригласил нас дворецкий проследовать за ним.

  Мы вышли на террасу с видом на сад. Здесь стояли кадки с пышными растениями. За раскидистыми ветками спрятались стол с двумя диванчиками, на одном из которых расположилась мама Рендела – леди Маргарэт д'Итьер.

  Она окинула меня взглядом, подмечая изменения: аккуратно уложенные пряди, прикрывали плечи и спину; платье нежного персикового оттенка было расшито кружевами, пышные манжеты и ажурный воротничок украшали наряд. Никаких драгоценностей, если не считать кольца с крупным гранатом, которое Рендел выбрал в качестве помолвочного.

  – Мама, я рад тебе представить мою невесту – Адель эм'Саттон: солнечный маг, успешная предпринимательница и просто милая девушка.

  – Рада с вами познакомиться, – сказала я и присела в реверансе, низко склонив голову.

  – Адель, это моя мама – леди Маргарэт д'Итьер, первая красавица столицы, и тебе придётся смириться с этим фактом, – предпринял Рендел вырвать у матери благодарную улыбку, но не вышло. У женщины, судя по всему, имелся иммунитет на сладкие речи сына.

  Леди Маргарэт пригласила нас за стол. На её лице сохранялась беспристрастная маска. Я и так нервничала, а тут ещё неприятные ощущения в животе напрягали и сковывали сильнее любого заклинания и тяжёлых взглядов.

  Один из лакеев вынырнул из густых зарослей декоративных кустов, чтобы разлить чай по чашкам.

  – Я слушаю, – сухо заговорила мать Рендела, – как вы познакомились? Когда? И с чего вдруг вздумали пожениться?

  – Иначе я поступить не мог, после того как увидел Адель голой, – ответил Рендел, шокировав всех присутствующих.

  Маргарэт выпучила глаза и перевела взгляд на меня. Лакей не справился с контролем и стукнул носиком чайника о чашку, чуть не перевернув её. Я покраснела до кончиков корней, вспомнив наше с герцогом знакомство. И не врёт же, – гад! – когда можно было поднапрячь мозги да родить версию, которая впечатлила бы родительницу в хорошем смысле!

  – Ты же знаешь, – стал оправдываться Рендел, – что мне не даётся защитная магия. Когда впервые зашёл в магазин Адель – кстати, тебе надо его посетить, это настоящий музей красоты! – в общем, я просканировал помещение на наличие опасности и то же самое попытался проделать с сотрудниками. И-и-и что-то пошло не так... – замялся он, накрыв своей ладонью мои руки, сложенные на коленях.

  Не так?!.. Да я вспыхнула словно спичка! Солнечной магией смогла обезопасить себя от ожогов, но не получилось спасти одежду – ящерка проснулась и оголодавшим зверем набросилась на защитное заклинание, не позволив ему набрать должной силы. Когда огонь погас, я осталась голой. Пригнула за прилавок и сжалась там в комок, а этот – слов приличных нет! – полез проверять, как я там: не дымлюсь и шевелюсь или панихиду заказывать в храме?

  Меня переполнила злость от малоприятного воспоминания. Захотелось вновь выплеснуться эмоции яркой вспышкой и ослепить мужчину, посмевшего так опозорить меня в собственном магазине. Хорошо ещё девушки-продавцы были добросовестными и понимающими и сохранили происшествие в секрете. Когда я остыла, осознала, что могу поплатиться за приступ агрессии и ответить за нанесение ущерба, но Рендел вернулся на следующий день с цветами и извинениями, чтобы продемонстрировать своё скорейшее выздоровление от моего заклинания. Посчитав, что я отделалась легко, это событие забылось, как страшный сон, а сейчас воскресло в памяти, благодаря длинному языку липового жениха.

  – С тех пор мы стали встречаться. Я хотел загладить свою вину за криворукость, а теперь понимаю, что не смогу прожить без этой милой девушки ни дня, – закончил свой короткий рассказ Рендел.

  – А ты что скажешь, Адель? – обратилась ко мне леди д'Итьер.

  – Я польщена вниманием вашего сына и испытываю те же чувства, что и он. И если вы будете не против, я бы хотела быть с Ренделом, чтобы обезопасить общество от его возможных авантюр, – растянув рот в улыбке, выдала я дрожащим голосом. Меня распирало от злости и смущения, и в животе словно зельевар-первокурсник засел и смешивал попадавшие под руку ингредиенты, неминуемо приближая эпичный провал. Я как могла унимала зарождающуюся бурю, но больше всего моей магии, как всегда, утекло в проклятье.

  – Вижу, ты в полной мере осознаешь во что ввязываешься, – сказала мама Рендела. – Не боишься, что его интерес угаснет, как спичка на ветру?

  – Мам! В жизни всякое бывает, но я приложу все силы, чтобы подобного не случилось! – рьяно заявил герцог, ошеломив меня.

  – Именно, – кивнула мать, – всякое бывает, а счастливая семья – это результат работы двоих.

– Я... – голос предательски дрогнул из-за спазма в животе, а не под властным взглядом леди Маргарэт, поэтому она могла неверно истолковать на мгновение перекосившееся у меня лицо. – Я прекрасно понимаю, как строятся отношения в семье. Мои родители в браке уже двадцать три года и до сих пор счастливы, несмотря на взрывной характер моей матери и чопорность отца.

  – И эти прекрасные родители в курсе, где их дочь и за кого она собралась замуж? – холодный голос мадам всеми силами пытался охладить пыл молодых и глупых сердец, но он не знал, что на кону.

  – Я лично просил руку и сердце у отца Адель, и рассказал о своих планах её матери. Оба радушно отнеслись к моему желанию сделать их дочь самой счастливой на земле, – с сияющей улыбкой ответил Рендел, а я задалась вопросом: «Действительно ли он разговаривал с моим отцом, раз про мать почти не наврал, а так – немного приукрасил?».

  Подняла голову и с любопытством принялась изучать профиль мужчины, чьи слова звучали вполне искренне. Он, заметив внимание к своей персоне, сжал мои ладони рукой, которую всё это время держал на них, в знак защиты и поддержки.

  Или же хотел таким образом попросить не сверлить на нём дыры?..

  Я отвернулась.

  Уставиться на жениха, будто впервые его видишь, и вправду не лучшая идея на глазах его матери.

  – И почему же вы явились ко мне без родителей Адель? – задала следующий вопрос мама Рендела.

  – Отец Адель владелец крупной транспортной компании «Сол Эвэй».

  Мадам д'Итьер коротко кивнула, узнав бренд, но никакой заинтересованности по этому поводу не продемонстрировала.

  – Он сейчас поглощён работой. Его цель – заполучить лучшие точки и условия для телепортационных доков в Империи. Налаживание отношений с соседями благотворно сказывается на стране, но занимает много сил, времени и внимания не только у короля, императора и их министров. Сир эм'Саттон и его супруга будут рады познакомиться с тобой, матушка, и прочей моей роднёй непосредственно на церемонии бракосочетания, – выкрутился Рендел, предоставив достоверную информацию о делах моего отца, чем поразил меня ещё больше. Умеет наглец удивлять. В сборе данных Рендел отличился и не раз, немного настораживая. К чему такая сильная сторона может привести? Хотелось бы верить, что к быстрому обнаружению истинного владельца проклятья.

  – Что ж, – выдохнула леди Маргарэт, – если вы всерьёз решили быть вместе, я не буду препятствовать, но надо соблюсти формальности: получить благословение от служителя храма и объявить о помолвке всем родственникам. Так как послезавтра будет свадьба второго принца и все, кто нам нужен соберутся во дворце, предлагаю договориться о небольшом фуршете в вашу честь на следующий день после церемонии бракосочетания, чтобы не гонять старых и малых по стране десять раз.

  – Я не против. Чем скорее всё это сделаем, тем скорее поженимся, – засиял от радости Рендел, тряхнув мои ладони в попытке взбодрить или передать импульс счастья, которое его переполняло.

  – Адель, тебя всё устраивает? – полюбопытствовала мать Рендела, пристально следя за мной.

  – Да-а-а... Жду не дождусь, когда мы с Ренделом официально станем мужем и женой, – выдавила из себя, разрываемая сильным желанием выскочить на улицу, дабы избежать конфузной ситуации: девочки с солнечной магией не могут страдать несварением, как и от прочих недугов. Такова наша основа.

  Я старательно улыбалась, но боль в животе вносила небольшую корректировку в слаженность работы лицевых мышц. Таких кривых ухмылок я давно не демонстрировала. Мать герцога точно не почувствовала ни искры страсти, ни нежной влюблённости от меня, но и узнать правду о моём неудобстве не должна была. Я высвободила одну руку из ладони Рендела и залезла в карман платья, где хранился маленький флакон с духами: благоухание роз немного успокоит меня и снимет тошноту.

  Маргарэт потянула воздух носом, затем поднесла ко рту чашку с чаем и вдохнула его аромат.

  – Сегодня чай удивительно душистый, – похвалила она напиток и сделала глоток.

  Мы с Ренделом присоединились к чаепитию. Все силы и мысли я направила на успокоение зарождающейся бури в своём нутре, пока мать с сыном обсуждали детали предстоявшего мероприятия – официальной помолвки. Они затронули в речи кольцо, выбранное Ренделом. Леди д'Итьер пришлось не по нраву, что оно было простым, без защитных заклинаний, но сын настоял на своём, заявив, что это символ нашей любви и ему не нужна магия.

16 Гость

  Закончив разговор с леди д'Итьер, мы с Ренделом покинули террасу.

  – Сир, – подошёл к нам слуга и, замерев, поклонился. – К вам пожаловал гость. Ожидает в красной приёмной.

  Рендел посмотрел на меня задумчиво.

  – Иди. Мне всё равно надо в уборную, – сказала я.

  – Пришло время извергнуть проклятье? – подтрунил он.

  Я метнула гневный в герцога.

  – Воспитанные девочки таким не занимаются, – с раскрасневшимися щеками отмахнулась я.

  – Конечно-конечно, – насмехался Рендел.

  – Ну вот... Опять это желание, – проворчала, повесив низко голову.

  – Какое? Хочешь меня поцеловать? – заинтересовался герцог, склонившись в мою сторону.

  – Ох если бы. Это желание куда серьёзнее поцелуев, – процедила я, вперившись злым взглядом в распоясавшегося мужчину.

  – У-у-у, тогда отложим его утоление на потом. Предлагаю встретиться в уединённом месте: у тебя или у меня?

  – Не заставляй гостя ждать, – угрожающе понизив голос, произнесла я.

  – Ты права: не стоит его задерживать и, судя по твоему перекошенному лицу, тебя тоже. Покажи ей ближайшую уборную, – приказал Рендел слуге и учесал, пока я не утащила его за уголок и не предприняла попытку вправить мозги своему почти настоящему жениху на вполне законных основаниях.

  Вот же засада... Кажется, в столице мне придётся задержаться ещё на три дня, не меньше. Эта мысль огорчала из-за невозможности заниматься привычными, а главное – любимыми делами. И конечно, терпеть словесные извержения Рендела не так просто. Вот как строить из себя милую и любящую девушку парня, которого мечтаешь прикопать?..

  Переведя дух и освежившись, я вышла из уборной и, разглядывая убранство, побрела по дому, мыслями витая в облаках. Приметила знакомое лицо и окликнула:

  – Лили!

  Девушка вздрогнула. Цветы, которые она взбодрила заклинанием, опасно закачались. Лили обхватила руками вазу, не позволив той упасть.

  – Миледи? – полувопросительно обратилась она ко мне и присела в реверансе, только когда убедилась, что ваза с букетом спасены, как и её шкура, ведь за порчу имущества могли наказать, – я могу вам чем-то помочь?

  – Да, я ищу красную приёмную. Проводи меня до неё.

  Покорно кивнув, девушка развернулась и пошла, указывая дорогу, которая пролегла через уже знакомый холл, где я наткнулась на очередное знакомое лицо.

  – Миледи! – радостно приветствовал меня Джейми, размахивая бумажным пакетом. – Спешил как мог и рассчитываю, что вы скажите господину, чтобы он вознаградил меня за труды.

  Лили забрала у паренька пакет и передала мне. Я заглянула внутрь и убедилась в том, что Джейми принёс обещанную микстуру от зельевара. Как раз вовремя. Уровень моего дискомфорта достиг фазы устрашающего бурления в животе. Лили как превосходно вышколенная прислуга проигнорировала странные звуки, раздававшиеся за её спиной, когда мы шли по коридорам, но от этого смущение моё не исчезало.

  Это же надо было допустить такую ошибку и довериться высокому рейтингу поваров Элди-Бри. Будет мне наука: не стоит есть и пить всё подряд. Если проклятье только радо еде с магией, то у меня после такого приёма пищи наблюдаются проблемы. Пусть кратковременные, но неприятные, и в первую очередь бьющие по репутации, которую уничтожить и так проще простого. Мне надо быть осторожной и внимательной.

  – Лили, проверь, пожалуйста, зелье. Безопасно ли оно? – и вручила пакет служанке.

  – Обижаете, миледи, – надулся Джейми. – Я бы не стал вредить женщине своего клиента.

  – Если Рендел доверяет тебе, это не значит, что мне надо слепо следовать его примеру, – холодно пояснила я, пока Лили открывала пузырёк.

  – Теперь ясно, почему господин позволил себя заарканить, – усмехнулся паренёк.

  Оставив слова Джейми без комментария, перевела взгляд на Лили. Девушка понюхала зелье, затем, заткнув отверстие пальцем, взболтала пузырёк. Оставшееся на пальце вещество она слизала, сосредоточенно оценивая его.

  – Зелье безопасно и приятно на вкус, миледи, – заключила она, протянув пузырёк мне.

  Я выпила микстуру, чётко понимая, что откладывать на потом это нельзя. Густая сладковатая жидкость обволокла язык, стекла в желудок, где мгновенно всё утихло: ни боли, ни тяжести. Испытала лёгкое блаженство, скинув с себя неприятный груз.

  Отдав пустой пузырёк Лили, пообещала Джейми, что отмечу его старания перед Ренделом, и пошла дальше, разыскивать приёмную и жениха.

  – Красная приёмная, – тихо сказала Лили, указав на дверь, перед которой она остановилась.

  Я коротко поблагодарила и отпустила служанку, обдумывая, как поступить: заглянуть будто дверью ошиблась или дождаться в коридоре? На стенах висели красочные картины, можно было бы скоротать время за любованием пейзажей из разных регионов страны.

  Вдруг с той стороны двери раздался громкий хохот. И этот хохот ни с чьим другим нельзя было спутать – смеялся Рендел. Ему басовито вторил кто-то, заметно сдерживая себя.

  Понятно, гость герцога – мужчина. От сердца внезапно отлегло, а смеху даже обрадовалась: если Рендел не кричит, значит, никто не пытается его убить. А он мне нужен живым. Иначе, кто будет держать данное им слово? Уж точно не его мать.

  Это что же получается, я беспокоилась, что к нему могла прийти женщина с целью отомстить за задетое эго? И осознала это только сейчас. После Элди-Бри можно ожидать чего угодно от тех, кто разыскивает сира д'Итьера, но в направлении мужчин и дружеской встречи я даже как-то не задумалась.

  Испугавшись собственных чувств, решила убраться подальше от приёмной, чтобы никто не застукал и не подумал, что я слежу за Ренделом. Ревнивый образ мне ни к чему.

  Решено — сделано.

  Но далеко уйти мне не дали. Дверь с тихим шорохом открылась, мужские голоса стали громче и тут же затихли, заметив меня.

– Адель? Заблудилась? – поинтересовался Рендел.

  Я обернулась, готовая выдать достойный ответ, но застыла с открытым ртом, вытаращившись на мужчину рядом с герцогом.

  – Папа?! Что ты тут делаешь? – очнулась я.

  – Я же говорил, что должен буду поехать в столицу, чтобы заверить договор на открытие нового дока с Империей, – в его голосе скользнула обида. За своими делами и заботами я частенько пропускала мимо ушей новости о папиной работе.

  – Точно. Я думала, что ты это уже сделал.

  – Уже сделал, этим утром, – подтвердил он, – поэтому заехал к сиру д'Итьеру, чтобы узнать, как у вас дела. А ещё... – Папа бросил взгляд на Рендела.

  – Твой папа привёз портативную шкатулку для обмена сообщениями с Дезире! – сообщил герцог, протянув в мою сторону красиво оформленную коробочку для писем, которую он держал всё это время в руках. – Сможешь отправить ей свои рекомендации и замечания по работе с магазином.

  На ватных ногах приблизилась к мужчинам и приняла подарок.

  – Когда успел, я же только вчера уехала? – удивилась, прекрасно зная, сколько времени занимает создание и настройка магбоксов для корреспонденции. Набор состоял из двух шкатулок и письма перемещались исключительно между ними, почти на любые расстояния. Вещь сложная и дорогая, поэтому в редких домах можно было найти такие.

  – Рендел заранее попросил сделать, – ответил папа.

  – Когда?

  – Сразу после того, как попросил твоей руки и сердце, – как ни в чём не бывало дополнил ответ отец.

  – Потом я попросил всё остальное: вторую руку, ноги, тело и голову, чтобы не пропадало зря, – счёл должным уточнить герцог.

  – Что?! Когда это было?! – взволнованно выпалила я, тряхнув коробочкой в руках.

  – Месяц назад, – был ответ.

  – И ты мне не сказал? – надломившимся голоском пропищала я, боясь быть услышанной слугами. Шок и удивление вызвали такое сильное смятение, что мысли спотыкались друг об друга и рассыпались. Чудо, что я вообще что-то вменяемое выдала.

  – Обычный заказ, если закрыть глаза на то, что сделан он был лично герцогом и напрямую мне. Богатые клиенты предпочитают всё перепоручать слугам, которые связываются с помощниками и секретарями, а не владельцами фирмы, – размеренно объяснял родитель.

  – Я... я... – потеряла способность связно складывать слова.

  – Адель? – насупившись обратился ко мне Рендел. – Только не говори, что ты меня за вруна держишь.

  – Д-да-а-а и в мыслях не было, – протянула я, скрывая дрожь, и натянула кривую улыбку.

  Жутко захотелось наброситься на дорогого папочку и вытрясти все детали его знакомства с Ренделом д'Итьером. И неплохо было бы привлечь к этому маму – она за два десятка лет наловчилась раскалывать самый крепкий орех в нашей семейке. Но время, место и обстоятельства не благоволили исполнению желаемого, а именно: утолить острое любопытство, чтобы унять ноющее беспокойство.

  – Может, я и похитил тебя из твоего персонального рая, но сделал это исключительно с разрешения твоего отца, – заявил Рендел, состроив униженного и оскорблённого.

  Папа охотно подтвердил кивком сказанное моим (уже сомневаюсь, что липовым) женихом.

17 Прогулка

  Проводив отца, я спросила у Рендела позволения прогуляться по саду. Он охотно разрешил и ещё охотнее вызвался составить мне компанию. Остановив первого подвернувшегося слугу, Рендел передал ему магбокс и велел отнести его в мои покои, затем подставил мне локоть, который я приняла как само собой разумеющееся.

  – Здесь нас могут?.. – не договорила вопрос, считая, что факт наличия прослушки не должен быть мне известен. Иначе какой в ней толк?

  – И да, и нет. Сад находится под опекой главного садовника, а он против посторонней магии и артефактов на поднадзорной территории. Говорит, что розы из-за этого не так пахнут. Сейчас поблизости не вижу никого, кто мог бы погреть уши за нашим разговором, – улыбнулся Рендел, нежно придерживая мою ладонь на своей руке. – Я могу, конечно, запустить заклинание и просканировать сад, но боюсь, что он загорится, как ты тогда, в Каспине. Я ужасен в тонких заклинаниях, – с тяжёлым вздохом признался он.

  – Не ожидала узнать, что у такого человека, как ты, могут быть проблемы с магией. Наверное, прогуливал занятия и отлынивал от тренировок, – сурово заключила я.

  – Жесто-ка-я-я, – чуть ли не провыл Рендел. – Я ночей не спал, каши не доедал, ну не даются мне заклинания, в которых надо быть очень внимательным с каждым шагом. И основа у меня взрывная. Такую контролировать априори тяжело, а уж успешно вливать в шпионские заклинания – на грани сказки!

  – Кажется, я поняла: ты хотел научиться управлять магией так, как никто до тебя, но не вышло.

  – Вот тут ты права, – просиял Рендел, выкатив грудь. – Я мечтал стать самым сильным и искусным огненным магом.

  – Но что-то пошло не так, – пробурчала под нос.

  – Я смирился. Понял, что с моим титулом и именем всё это ни к чему. От меня никто ничего не ожидал и никаких надежд не возлагал, поэтому я забил на учёбу и выпустился с отличием. Семейного бизнеса у нас нет, – не считая короны, но до неё мне как до дальней луны, – поэтому я проводил дни за различными развлечениями.

  – Карты, девки и магические дуэли, – со знанием дела перечислила я излюбленные забавы знати, едва сдержавшись, чтобы не закатить глаза.

  Я освободила ладонь от рук Рендела, остановилась и, взглянув на него строгим взглядом, перешла к делу:

  – Давайте уточним...

  – Давай...те, – безрадостно отозвался он, развернувшись ко мне лицом и замерев на месте.

  – Вы всё это спланировали? – от переполнившего возмущения развела руками.

  – Это? – Рендел глупо оглянулся по сторонам. Подстриженные кусты по краям дорожки зашумели, словно испугавшись взгляда хозяина поместья. – Спланировал кто-то из садовников, я тут ни при чём, – усмехнулся он, ладонью мимолётно коснувшись своего лба.

  – Я не про сад, – отчеканила каждое слово, начиная злиться. – Помолвка. Ты вздумал меня обмануть?

  – С помолвкой? Хочешь настоящую? Я только за, – внезапно обрадовался он.

  Стукнула кулаком в грудь шутника. Он ойкнул и погладил ушибленное место. Всю весёлость смыло – включился режим серьёзного разговора.

  – Я подумал, что может всякое случиться и лучше по-хорошему всё организовать, чтобы мать не могла придраться, если вдруг вздумает послать в Каспин людей разузнать всё про тебя и твою родню.

  – Только поэтому?

  – Да. А ты подумала, что без твоего согласия тебя женой сделают? – он примирительно улыбнулся.

  – Я уже не знаю, что думать с тобой.

  – Ты когда злишься, то выкаешь, то тыкаешь, это забавно, но посторонние могут так не счесть.

  – Так не зли меня, – посоветовала очевидное. – И зачем надо было рассказывать историю нашей первой встречи?

  – По-моему, это самое милое, необычное и запоминающееся знакомство. Мне безусловно стыдно за свою оплошность, но я позаботился о том, чтобы никто про этот случай не узнал. Это наш секрет. Был. Пока я маме не рассказал. Не удержался. Прости.

  – Что ты имеешь в виду под «позаботился»? – насторожилась я, боясь даже предположить варианты ответов, но яростное пламя встало перед внутренним взором, намекая на самый ожидаемый исход заботы от герцога.

  – Я заплатил одному магу, чтобы он подчистил память девушкам, которые были в магазине, когда ты вспыхнула из-за меня. Дважды, выходит, – задумчиво протянул он. – Я был ослеплён твоей красотой, а потом магией, – со смешком заключил мужчина.

  Я недовольно пихнула Рендела в бок рукой, отталкивая от себя, и быстро зашагала по садовой дорожке, ненавязчиво убегая от ответственности. А нечего доводить и выводить!..

  – А как ты смело назвала меня по имени перед матушкой? Меня это тронуло до глубины души. Может, почаще будешь ко мне так обращаться? – спросил гад, нагнав, и, схватив за руку, остановил меня.

  Посмотрела на Рендела через плечо, гадая, что на этот раз: очередная блажь или вправду рад слышать, как я произношу его имя. Герцог смотрел на меня с предвкушением, словно щенок ожидавший лакомства.

  – Я попробую, но ничего не обещаю, – пробурчала отвернувшись. Щёки лизнул знакомый жар. Этот мужчина качает меня на эмоциональных качелях, словно я игрушка какая-то. И сложно сказать, что я больше хочу сделать с ним: ударить ещё раз или... сделать шаг навстречу, позабыв о всех формальностях и договорённостях.

18 Опасные женщины

  Вдоволь нагулявшись по саду, мы с Ренделом расположились в миниатюрном домике со стеклянными окнами и дверями под самый потолок. Солнце наполняло светом помещение, продолжая заряжать мой резерв, который всеми четырьмя лапками, головой и хвостиком пыталось опустошить проклятье. Садовый домик Рендел назвал павильоном Тилии, и посвящён он был богини любви и добрых союзов. Ну правильно, где ещё искать уединение двум влюблённым?

  Слуги накрыли здесь стол, и мы за неторопливой беседой отужинали. Ренден рассказывал про свою родню. Всё, что умудрился вспомнить. Давал наставления, как себя вести с ними. После сегодняшнего дня информация из его уст звучала куда правдоподобней, поэтому я старалась запомнить каждое слово.

  – А что скажешь о той магине, которая нас чуть не похоронила в Элди-Бри? – поинтересовалась я перед тем, как допить вино из своего бокала.

  – Ничего нового. Лучше не пересекаться, взглядами не встречаться, языками не цепляться.

  – Она будет на свадьбе принца Грэгори?

  – Абсолютно точно да. Она такое не пропустит, ведь Грэгори должен был стать её мужем.

  – Хочешь сказать, что она и на свадьбе попытается кого-нибудь похоронить?

  – Обязательно попытается. Но так, чтобы свидетелей не осталось.

  – Такая точно не оставит, – криво усмехнулась я, вспомнив гневный лик оскорблённой молодой женщины. – Постой, ей отказал принц Грэгори, потом ты?..

  – Нет. Грэг не отказывал, а просто поставил отца в известность, что не может участвовать в договорном браке с императорской дочкой. Влюбился он в одну барышню, и это стало проблемой. Дядя, как и моя мать, подумал, что разговор с Белой Жрицей разорвёт неуместные узы. Но та, поговорив с богами, заявила, что брак Грэгори и его избранницы Амины пойдёт на пользу Анклавии. Против слов богов король бессилен и не будет препятствовать сыну, несмотря на натянутые отношения между нашей страной и Империей.

  – А ты тогда каким боком вписался в эту историю?

  – Портретным, конечно же, – ответил он, повернувшись самым выигрышным ракурсом и не забыв про дежурную улыбку.

  – Ну точно. Видела в доме картины. Ты на них в одной и той же позе, как сейчас.

  – В этой позе я прекрасен без всяких заклинаний.

  Я покачала головой, поражаясь самомнению мужчины. Даже среди девушек нет таких жертв самолюбования.

  – А с императорской принцессой что? – вернула я Рендела к нашему разговору.

  – Дядя стал думать, кого тогда предложить для политического брака, и маменька посчитала, что это самое лучшее место, куда можно было приткнуть свою кровиночку, – жалобно доложил герцог, стряхнув крошки с белоснежной скатерти. Те вспыхнули и превратились в пепел раньше, чем успели долететь до пола. – Если бы Джейми не доложил о сюрпризе, который мне запланировали дорогие родственники, был бы уже женат на мегере из Империи.

  – Ты сказал про Белую Жрицу, – напомнила я.

  – Да. Она будет на свадьбе среднего принца, думаю, мать попросит её поговорить с нами до объявления о помолвке. С каждым по отдельности. И тут надо быть очень осторожными. Говорят, у жрицы проблемы... – Рендел красочно покрутил пальцем у виска. – Выделяет её то, что она способна общаться со всеми богами разом, в отличие от прочих служителей.

  – Кажется, я слышала про неё. Не думала, что придётся лично познакомиться с этой таинственной леди.

  – Понадеемся, что она будет с дикой головной болью, – бодро вставил герцог. – Помимо проблем с крышой, у неё проблемы... – Рендел хлопнул ладонью по шеи, намекая на страсть к алкогольным возлияниям.

  – И такая служит в храме? – поразилась я.

  – Под «такая» ты имеешь в виду «связь со всеми семью богами нашего мира»?

  – О, ну конечно. Даже тут связи решают.

  – Но-но, не расстраивайся. Хочешь я сделаю тебе массаж?.. – Поймав мой недовольный взгляд, Рендел пояснил: – Ступней. Не более. Могу ограничиться ладошками.

  – Нет, спасибо. Мне, чтобы расслабиться и отдохнуть, достаточно одной ванны. Без посторонней помощи, – уточнила, заметив загоревшийся взгляд герцога. Не хватало ещё выслушивать его планы на мои водные процедуры.

  Поставив на этом точку, мы направились в дом. Рендел проводил меня до двери в мои покои, галантно поцеловал ладонь и, пожелав доброй ночи, пошёл к себе.

  Я зашла в личную гостиную и посмотрела на ладонь. Ящерка не проявила интереса к контакту с сильным магом. Неужели, обожралась? Для проверки собрала сгусток магии на внутренней стороне ладони. Зуд вспыхнул на животе и перебежал на руку. Чёрная голова проступила на коже, вынырнув из-под пышной манжеты. Проглотив угощение, проклятье замерло, заставив задуматься: чем сегодняшний поцелуй отличался от вчерашнего? Неужто, кто-то старательно сдерживал свою магию?..

  Улыбнувшись своим мыслям, направилась в ванную комнату.

19 Тёмная сторона Рендела

  Проснулась я с первыми лучами солнца. Как сомнамбула, выбралась из постели и встала перед распахнутым окном, чтобы зарядить магическую основу. Прохладный ветерок игриво теребил волосы. Птички, щебечущие в раскинувшемся под окном саду, ласкали слух. Я легонько покачивалась, убаюкиваемая умиротворяющей атмосферой.

  Вдруг что-то грохнуло, хлопнуло. В лицо ударило жаром. Я распахнула веки, ошарашенно уставившись на огненную стену, возникшую под окном. Кто-то за ней закричал, перемежая причитания с матом.

  – На что смотрите?! А ну за работу, пока я не вырвал вам глаза и не сожрал их на завтрак! – подобно грому прозвучала угроза.

  Я отскочила от открытого окна, не на шутку перепугавшись озлобленного выкрика. По голосу похоже было на Рендела, но с трудом верилось, что этот весельчак мог рявкнуть на кого-то словно собака, ревностно охранявшая сахарную косточку.

  – Миледи! – ворвалась в спальню Лили. – Вам помочь одеться? – сбивчиво дыша, выпалила служанка. В её взгляде читался ужас.

  Я обхватила себя руками и закусила губу.

  Вот же дура! Забыла, что не дома. Там-то стоят артефакты с иллюзией, благодаря которым, глядя с улицы, не понять, когда окна открыты, а когда наглухо закрыты. А уж тех, кто перед ними стоит вовсе не рассмотреть. За несколько лет утренней зарядки я и забыла о всех мерах, принятых для обеспечения безопасности и сохранения своего странного поведения в тайне. Ну и о любителях подсмотреть за девицами в сорочках могла не беспокоиться. А тут?.. Тут... Совсем расслабилась.

  Плотно зашторив окно, Лили помогла мне одеться и привести себя в порядок. Снаружи всё стихло: и люди, и магия. Сердцем чувствовала, что придётся объясняться перед Ренделом, и мысленно подбирала слова.

  Вышла в приёмную комнату и я замерла. Сердце молниеносно убежало в пятки, тарабаня молитву на защиту от озлобленного мужчины.

  На диване в гостиной сидел Рендел. Нога на ногу. Руки скрещены на груди. Взгляд испепеляющий. Желваки ходят на скулах. Того и глядишь, убьёт кого-то. Или как он там сказал?.. Вырвет глаза и съест их на завтрак? Этот маг, скукожившийся и распространивший зловещую ауру по всей комнате, вполне мог привести в исполнение свою угрозу.

  – Я не понял, тебе до такой степени плевать на свою репутацию, что готова сверкать телесами в окно перед прислугой? – процедил он сквозь зубы, вперив в меня свирепый взгляд.

  – Никакими телесами я не сверкала, не надо придумывать, – фыркнула я и расположилась в кресле, вынудив Рендела повернуться направо, чтобы не потерять меня из поля зрения пылающих яростью глаз.

  – Хорошо, что Лили прибежала ко мне и сказала, что дворовые пялятся на тебя, обсуждая не в самом лестном ракурсе.

  От стыда запылали щёки, но подавив смущение, я ринулась защищаться:

  – Я солнечный маг. И я не просто так живу в Каспине, где солнце светит круглые сутки. Без солнца я зачахну и умру!

  Рендел отвёл взгляд, заметил Лили, которая пыталась раствориться на фоне красочных обоев.

  – Подай завтрак на крышу. На одну персону, – приказал он горничной и вернул взгляд ко мне, чтобы едко подметить: – Там тебя никто не увидит, если ты решишь принять солнечную ванну, чтобы прогреть каждый дюйм своего тела.

  Сказав это, он встал и удалился быстрым размашистым шагом.

  – Это он сейчас предложил мне голышом позавтракать на крыше? – озвучила я промелькнувший в голове вопрос, посмотрев обалдевшим взглядом на Лили.

  Не ожидала я такого представления. Герцог д'Итьер, оказывается, бывает не только белым и пушистым пуделем, но и чёрным, огнедышащим драконом, готовым порвать того, кто отошёл от заданной роли. Или дело в другом?..

  Не может же быть, что эта злость возникла по другой причине. Не сплетни, которые он легко пресечёт, волнуют Рендела, а... Что же?

20 Свидание на крыше

  Ни на какую крышу я не пошла. И вообще никуда не пошла, весь день просидела в своих покоях. И завтра никуда не пойду. Пусть Рендел объясняет, как его «плюс один» превратился «в полный ноль с функцией лёгкой добычи для императорской принцессы и прочих леди».

  К вечеру я успела остыть. Но эмоции вспыхнули вновь, когда Лили передала сообщение от сира д'Итьера. Он приглашал меня на поздний ужин.

  Недолго думая, согласилась, но оттянула время, как смогла: сменила платье с причёской и освежила макияж. Необходимость, в присутствии Лили, следить за проклятой меткой, отвлекла от мыслей об утреннем происшествии. Короткая передышка перед встречей с противником... С мужчиной, я хотела сказать. Пусть только попробует сорвать на мне своё плохое настроение, как утром. Я себя в обиду не дам!

  Эх... Знаю же, что огненные маги редко отличаются сдержанностью: сначала жарят, а потом разбираются в ситуации. Моя мама – типичный огневик. Именно из-за этого они идеально подходят для защиты границы: жги всех подряд, вопросы можешь задать потом! Если захочешь.

  Встреча двух деловых партнёров была организована на крыше главного здания имения д'Итьер – да, я всеми силами отказывалась романтизировать это событие.

  Обзорная площадка подсвечивалась светом трёх лун и большим количеством свечей, чьи огоньки трепыхались при каждом движении воздуха. Чарующая атмосфера сбила меня с воинственного настроя. Такой красоты для меня никто не устраивал.

  Рендел ждал меня, замерев тёмной фигурой у дальней от выхода на крышу балюстрады. Лили скрылась за дверью, оставив нас наедине, а я так засмотрелась на дрожащие огоньки, что не сразу поняла этого.

  Рендел почувствовал моё присутствие – ему магией никто не запрещал пользоваться, хотя стоило.

  Я постаралась придать себе невозмутимый вид, пока мужчина приближался ко мне. На его лице сияла неизменная улыбка, отчего мне стало жутковато. Я готовилась к сухому и сдержанному разговору, а тут моя персональная головная боль опять что-то задумала.

  – Скучала без меня? – поинтересовался он, поймав мою ладонь для приветственного поцелуя.

  – Нет, – ответила, выдернув кисть из-под носа Рендела.

  – Ты обиделась?

  – Нет. На дураков не обижаюсь, – слетела с языка необдуманная колкость.

  Рендел вытянулся в струну, прогоняя весёлость.

  – Я  сожалею... – хрипло обронил он.

  «И о чём же? Что ошибся с выбором липовой невесты?» – промелькнула в голове мысль, словно маленькая злобная крыска, от которой лучше держаться подальше.

  – Я видел, что на окнах в доме твоих родителей установлены магические ширмы, но решил, что это из-за близости соседей. Тут у нас отдельный мир, соседей видим чаще на светских раутах, чем из окон или сада, – разъяснил Рендел. – Я должен был сверить свою информацию о твоём режиме дня и привычках, поинтересовавшись напрямую у тебя.

  – Ты за мной следил? – поразилась я, чуть не  задохнувшись от такой наглости.

  – Тайные воздыхатели всегда следят за объектами своих воздыханий, – отшутился он, за что поймал острый неодобрительный взгляд. – Я сразу понял, что ты та, кто может меня спасти, – таинственно и с грустной улыбкой произнёс Рендел. – И мне неприятно от мысли, что садовники засматривались на тебя. А ещё... я им позавидовал, – смущённо выдал он, заведя свои руки за спину.

  – Позавидовал?

  – Я твой жених, а должен довольствоваться воспоминанием о твоём прекрасном теле. И кстати, я тогда мало что рассмотрел, меньше, чем слуги сегодня.

  – Ты опять выводишь разговор на опасный путь. Не хочется тратить магию на то, чтобы стереть образ меня, посрамлённый твоим заклинанием, но если ты не прекратишь напоминать про тот ужас, вынуждена буду приложить всё свои силы, дабы остановить твои издёвки.

  – Прости, когда ты рядом, мне сложно себя контролировать. А когда тебя нет – я тоскую.

  Ну точно собачка.

  – Здесь мы можем говорить откровенно? – уточнила,  чувствуя, как вьётся ящерка на одной из ступней, изнывая от желания поглотить магию, стелившуюся под ногами. Сегодня я её особо не баловала, а из резерва она вытянула объём не больше обычного.

  – Да. Я принял меры, чтобы никто нам не мешал, а мать моя, женщина деловая и занятая, утром отбыла во дворец, чтобы приседать на уши Грега и его невесты между перерывами в оказании моральной поддержки своей извечной соперницы за внимание короля – его жене, королеве.

  Мне понадобилось время, чтобы перевести и переварить словесный выхлоп Рендела.

  – Может, сядем за стол. Я расскажу все новости, – добавил он.

  – О проклятье?

  – О нём тоже, – кивнул мужчина,  предложив мне ладонь.

  За столом Рендел вёл себя как истинный джентльмен: всё предложит, везде поможет. Пришлось отобрать вилку, чтобы перестал пытаться накормить меня, словно маленькую.

  Он рассказал, что разобрался со слугами. Конечно же, без огненного шоу, а призвав на помощь мага из секретной службы его величества. Такие задания выполняют без лишних вопросов, а ещё без оплаты – с родственников короля мало кто рискнёт потребовать денег. Рендел пообещал, что утренний инцидент останется между нами тремя.

  – Тремя?

  – Лили память не чистили, у неё хватит ума о таком не распространяться, – объяснил  Рендел.

  – Высокого ты мнения о служанке.

  – Я слышу ревность в твоих словах, – промурлыкал мужчина.

  – Тебе стоит посетить лекаря и проверить слух, пока не попал в неприятную ситуацию из-за него.

  – Твоя жестокость лишь разжигает во мне энтузиазм отыскать хорошую девочку, спрятанную в тебе, если только ты её не сожрала. Шучу-шучу, на дракона ты не тянешь, несмотря на все твои потуги.

  – Уже поздно для игр, расскажи, что удалось узнать про проклятье? – холодно одёрнула его.

  – Собственно... ничего хорошего. Твой дедушка смог замести все следы. Возможно, из столицы он выбрался, использовав чей-то личный порт, или умудрился договориться с каким-то драконом, но это маловероятно. Я попросил разузнать, кто из знати мог позволить сиру эм'Саттон воспользоваться их портом. Завтра жду отчёт.

– Завтра же свадьба принца Грегори. Забыл или мы всё же сможем уйти с неё, как только пожелаем?

  – Нет. Джейми придёт во дворец, чтобы передать информацию.

  Я сжала салфетку на коленях, унимая нервную дрожь. Очень хотелось верить, что завтрашний день порадует хорошими известиями, но зная своего дедушку, я ни на что не рассчитывала, если только на чудо.

  Сказавшись на усталость, спросила разрешение удалиться к себе. Рендел и тут не оставил меня без внимания: вскочил из-за стола и помог отодвинуть стул. Затем предложил локоть, но я отказалась. Прикасаться к мужчине не хотелось – опасалась допустить ошибку. Видно, как Рендел старается расположить меня к себе, но всё же стоит соблюдать дистанцию. Как бы привлекательно я не выглядела в качестве невесты для окружающих, с герцогом д'Итьером надо быть осторожной: мужчина высокого уровня всегда тянет за собой проблемы, которые мне не по зубам. К тому же никаких нервов не хватит терпеть его выходки каждый день долгие-долгие годы.

  – Всё хорошо? Лили сказала, что ты не выходила из комнаты, – обеспокоенно поинтересовался Рендел, положив ладонь на мою поясницу.

  Он будто хотел поддержать меня, и жар, растёкшийся под одеждой, указывал на это: ящерка рванула к угощению со стороны. Никакой верности к своему носителю.

  Магическое тепло стремилось согреть мышцы, но проклятье быстро пресекло акт доброй воли от огненного мага.

  Я замерла, пронзённая озарением. Такое я не впервые чувствую: ладонь на пояснице, огненная магия, нежно согревающая и расслабляющая... Только тогда на мне не было одежды, но сути это не меняло. Манипуляции огненных магов с девушками, видимо, передаются от отца к сыну или между друзьями в академиях, чтобы не потерять звание самых страстных в постели.

  – Адель? – тихо позвал Рендел. – Ты в порядке? Мне не стоит кормить твоего маленького демона?

  – Я вспомнила! – сказала, пропустив мимо ушей его слова, и посмотрела в прозрачно-серые глаза Рендела. – Тот, от кого мне досталось проклятье, был огневиком.

  – Ты уверена? – спросил он, убрав руку.

  Меня это не расстроило, чего не скажешь о проклятье: зуд вспыхнул, вгрызаясь под кожу. Холод ледяной иглой устремился к самому сердцу. Я зажмурилась, концентрируя внимание на магической основе. Пару вспышек, разбежавшиеся по телу горячими мурашками, утихомирили ящерку. Впервые она так агрессивно отреагировала на стороннюю магию, вернее, на её исчезновение.

  – Я уверена, – выдохнула и подняла взгляд на Рендела. – Эта информация поможет с поисками. По крайней мере отсечёт заведомо ложные варианты.

  – Я передам своим людям, чтобы сконцентрировались на домах огненной знати.

  Я лишь благодарно кивнула, переводя дух после выходки ящерки.

21 Сборы на свадьбу

  Следующее утро началось без солнца: чтобы не испытывать судьбу и поберечь спецагентов его величества, да и мозги слуг, я легла спать с плотно зашторенным окном.

  Проснулась от голоса Лили. Она одёрнула плотную портьеру, оставив густую вуаль занавесок на месте.

  Я поморщилась из-за света, раздражаясь на звук голоса служанки. Она меня тихо, но настойчиво подгоняла, повинуясь науськивающему шёпоту, который исходил из-за приоткрытой двери в приёмную часть покоев. Я прислушалась.

  – Пусть поспешит, если хочет успеть позавтракать, – шептал кто-то.

  – Миледи, у нас мало времени на сборы, – сказала Лили.

  – Попрыскай её водой, – подсказал голос.

  Лили застыла у кровати, выпучив на меня глаза. По лицу читалась замешательство: кого слушать, голос или мой остерегающий взгляд?

  – Кто там?! – громко поинтересовалась я.

  – Кот, – ответили сипло из-за двери.

  – Лили, прогони животное из моих покоев, – велела, выбираясь из постели, – пока я сама ему не подпалила усы, лапы и хвост! Сразу вспомнит, как мяукать!

  – Я же волнуюсь, – в полный голос выдал оправдание Рендел, продолжая прятаться за дверью.

  – Свадьба не у тебя, а у твоего кузена.

  – Это мой первый выход в свет с невестой. Для меня такое событие куда волнительней, чем чья-то там свадьба.

  – Боишься, что я всё испорчу?

  – Тут скорее я могу всё испортить. Но и ты должна быть на высоте. Лили, подготовь красное платье. С причёской не мудри, магию на Адель не трать – она и без неё прекрасна. И духи! Духи, что я тебе дал, распыли побольше!

  – Много  не значит хорошо, – подметила я.

  Лили скрылась в гардеробной, разыскивать обозначенное Ренделом платье. Я же уселась в одной сорочке за трюмо и в зеркале заметила чёрную метку, выглядывающую из-за ворота. Заставила ящерку переместиться на более подходящее для неё место, где никто её не увидит – на левую ягодицу. Поёрзала на пятой точке и успокоилась вместе с затихшим проклятьем.

  – Лили? Платье нашла?!

  – Рендел? Тебе самому не надо подготовиться? –  раздражённо бросила я.

  – Я уже готов. Жду тебя на завтрак.

  – Вот и подожди. Молча. За столом. А не за дверью.

  – Ладно.  Не буду мешать, – сдался наконец-то  невидимый помощник.

  Дверь плотно закрылась. За ней раздался тяжёлый вздох, затем тихий скрип половиц.

  Лили вернулась из гардеробной с красным платьем: у него была неглубокая горловина, украшенная лентой, и рукава три четверти, которые мне не нравились, но пышные кружевные манжеты, расшитые алыми бутонами роз, должны были скрыть и замаскировать моё непоседливое проклятье, если оно вдруг решит показать нос.

  Закончив со сборами, позавтракала в компании нервного мужчины, затем отправилась всё с тем же нервным мужчиной во двор, где нас ожидал экипаж с откинутой крышей.

  – Чуть не забыл, – хлопая по карманам торжественного камзола, произнёс Рендел как только ландо тронулось с места, тряхнув нас.

  В этот раз я не пыталась сесть напротив герцога, невеста так бы не сделала, если только она не в соре с женихом. А мы не в соре. Не можем быть в ней. Родственники не поймут и слухи распустят, для которых пока рановато.

  – Я подготовил для тебя небольшой подарок, – продемонстрировал он золотой браслет с крупной бусиной ярко-зелёного цвета. – Это драконит – самый магоёмкий минерал, и сейчас он  наполнен под завязку. Этой энергией можно снабжать все фонари столицы в течение года.

  – Это же редкий минерал. И очень дорогой, –  поразилась я, не веря своим глазам.

  – Не дороже прекрасного вечера в компании с прелестной леди, – сдобрил патокой Рендел свой подарок, испортив послевкусие. Не может он без пафосных речей и лести.

  – Мне пришлось постараться, чтобы успеть достать его и довести до ума у артефактора, – бахвалился он. – Надеюсь, оно тебе придётся впору, – с этой фразой он согнулся пополам и полез мне под юбки.

  – Что ты себе позволяешь? – перепугано зашипела я и засучила ногами в попытке лягнуть каблуками обнаглевшего мужчину.

  Ящерка пришла в движение, включаясь в неразбериху с юбками и ногами. Будто без неё тут не как. Преувеличиваю, конечно, проклятье просто-напросто реагировало на магию, которая исходила от искусственного накопителя.

  – Всё! – не поскромничал Рендал, отвечая на вопрос, и выпрямился на сиденье.

  Я припечатала злым взглядом своего распоясавшегося соседа. Ландо тем временем замерло перед запоздало раскрывающимися воротами – парадным выходом с территории усадьбы д'Итьер.

  Поправив широкой ладонью растрепавшиеся волосы, Рендел победно улыбнулся мне и спросил:

  – Как ощущения?

  – Отвратительны. Словно меня обесчестили у всех на  глазах, – фыркнула я.

  – Я про браслет. И никто ничего плохого не подумал бы, если бы я такое сделал хоть посреди Центральной площади. Мы же помолвлены.

  – Помолвлены не по-настоящему, – процедила я едва слышно.

  – Главное, как всё выглядит в глазах общества, а не в твоих. Эта основной закон столичной жизни, – пожал плечами Рендел. – Но ты так и не ответила на мой вопрос: как ощущения? С браслетом?.. Как твоё тату?..

  Я прислушалась к своему телу. Лёгкий зуд вокруг правой лодыжки меня не очень-то беспокоил, поэтому и не сразу поняла, что произошло, а именно: Рендел добился своего!

  Я приподняла юбки, чтобы рассмотреть происходящее, сокрытое от всех глаз: чёрная ящерка кружила вокруг лодыжки под тонким золотым обручем со сверкающим зелёным цветом бусиной.

  – Отлично. На весь день малышку заняли, теперь  можно перейти к налаживанию личной жизни, – радостно заявил Рендел, откинувшись на спинку сиденья, но я его радости не разделяла.

  Если я смогла научиться дозировать порции магии, которые скармливала проклятью, то артефакт на такое не способен. Оставалось гадать: насколько хватит годового запаса магии для жизнеобеспечения столицы моему прожорливому ящеру.

22 Свадьба второго принца

  Масштаб мероприятия поражал. Собор Фирджи – главный храм столицы, посвящённый всем семи богам нашего мира, – стал центром внимания всех жителей Анклавии. Несколько десятков бригад магов поддерживали бесперебойную трансляцию на иллюзоры всей страны. Ещё больше магов обеспечивали безопасность гостям, ограждая от празднующих горожан и следя, чтобы никто посторонний не пробрался на церемонию бракосочетания второго принца Грегори д'Элара и его избранницы Амины... Фамилии не помню, потому что не знаю. И какая разница, если она уже через считанные часы станет одной из д'Эларов.

  Толпа вдоль ограждений ликовала, свистела и радостно размахивала маленькими флажками с гербом Анклавии при виде каждой кареты, подъезжавшей к собору. Выходной, объявленный короной, и празднества, которые развернуться на центральной площади после церемонии, поспособствовали хорошему настроению жителей Бристоля.

  Ступив на красную ковровую дорожку, убегающую по ступенькам в полутёмное нутро собора, я почувствовала волнение. Шумно. Людно. Опасно. Рендел принял меры, но на сердце было тяжело. Могло случиться что угодно. Слишком много незнакомых людей и от всех веяло магией. Если бы не браслет, пришлось бы помучиться отгоняя ящерку от открытых участков тела и лица.

  Служители собора встречали гостей на входе и передавали в руки служек, которые провожали прибывавших на выделенные им места. Все сидения в главном зале были направлены лицом к центральному проходу, чтобы гости не тратили время на излишнюю возню и могли видеть каждого, проходящего вдоль длинных рядов выставленных кресел.

  Нас с Ренделом усадили на почётные места – у самого прохода в нескольких шагах от алтаря. Правая сторона пестрела титулованными особами. Левая выглядела куда скромнее из-за не особо статусного уровня семьи невесты. Короля с королевой видно не было. Все гости тихо переговаривались между собой.

  – Опаздываете, – недовольно шепнула миледи д'Итьер сыну.

  – Если прибыли раньше короля, значит вовремя, – отшутился Рендел и сел по левую руку от матери, оставляя мне место подальше от неё.

  Я с облегчением выдохнула и несколько минут потратила на то, чтобы разместить свою попу с юбками в не очень широком кресле с ручками. Несколько раз извинилась перед седовласым мужчиной, расположившемся слева от меня, за то, что задеваю его своей одеждой. Он только усмехнулся. Это не осталось без внимания Рендела. Герцог представил моего соседа как генерала Сэмуэля эм'Бредшоу, а представляя меня не забыл посветить статного и подтянутого для своего возраста мужчину – а генералу, который приходился троюродным кузеном короля, если мне не изменяет память, шёл шестой десяток – в причину моего соседства с племянником его величества.

  – Так слухи не врут, – усмехнулся сир эм'Бредшоу.

  – Слухи врут, а я нет, – ответил ему Рендел, немного стесняя меня своей нависшей фигурой. Переговариваться с генералом через соседа – не самый лучший ход для воспитанного мужчины, но тут речь шла о герцоге Что-хочу-то-и-ворочу. Спасибо, что вообще представил меня генералу, хоть и с опозданием.

  Заиграли фанфары, возвещая о прибытии главных гостей сего празднества – короля и королевы Анклавии. Присутствующие в соборе встали. Я прикусила язык, чтобы не высказать свои чувства относительно того, что снова придётся повозиться с юбками и тревожить соседей. Мало того что цвет наряда выделял меня из толпы, так к этому ещё добавлялся шорох десятков слоёв ткани. Надо было не надевать платье, которое выбрал Рендел, а самостоятельно решить, что из моего нового гардероба подойдёт для этого события. Сказать легко, а выбрать сложно, поэтому и не стала ломать голову над этим вопрос. На кого свалить вину за свой неподобающий вид уже есть, и он, ничего не подозревая, улыбался и кивал знакомым, которых заприметил среди собравшихся в зале.

  Это был второй раз, когда я вживую видела королевскую чету. За почти четыре года после моего дебюта они не особо изменились: он всё такой же красивый мужчина – и все сыновья пошли в него, взяв от матери лишь цвет волос до того, как они покрылись благородным серебром; а она утончённая и прекрасная, словно снег на вершинах гор, если верить картинам и передачам по иллюзору о землях Империи.

  Король облачился в тёмный костюм с алой лентой через грудь, на которой красовались награды, присвоенные ещё его отцом за заслуги перед страной во время атак Империи на земли Анклавии. После того как Адам д'Элар занял трон, войн не было, если не считать нескончаемые нападения драконов на границе. Этим тварям просто скучно жить долго, вот и развлекают себя, разрушая поселения и убивая людей. Главное, что с Империей наш король каким-то чудом выстроил диалог, подарив Анклавии надежду, что события сорокалетней давности не повторяться. Его величество Адам, первый сын Солнечного короля Маршала д’Элара, с честью нёс бремя правителя, несмотря на то что его магическая основа не могла дать столько времени на воплощение всех планов, сколько это было у его родителя.

  Король с королевой заняли места у алтаря в первом ряду со стороны жениха, и после этого все присутствующие выпрямились, подняли головы и опустились на свои стулья.

  Как было сказано миледи д'Итьер за чаепитием, вставать, когда появятся жених и невеста, не надо будет, поэтому в этот раз, я разложила верхнюю юбку идеальными складочками, которые водопадом падали на пол, укрывая мои ноги и ноги рядом сидящих мужчин.

  Обстановка нагнеталась. До главного таинства оставалось всего ничего.

  Я нервно бросила взгляд на ряд благородных профилей семейства д'Элар: между его величеством и его сестрой сидело шесть братьев с жёнами и детьми. Благословенный богами род славился плодовитостью на наследников: первые семь детей всегда были мальчики, но не все жёны д'Эларов соглашались рожать такое количество. И слава богам! Правящая почти тысячу лет династия и так была сильна, чтобы плодить запасные варианты для запасных вариантов на престол даже с учётом всех возможных случаев.

Я нервно теребила край кружевной манжеты, чувствуя на себе любопытные взгляды. Рендел накрыл мою ладонь, останавливая мандраж. Я посмотрела ему в лицо, он молча улыбнулся самой тёплой улыбкой, какую я видела от него всего несколько раз.

  Под потолком разнесся мелодичный перезвон колокольчиков. На алтарную зону вышло семь мужчин в белоснежных рясах с короткими накидками, прикрывавшие их плечи. Накидки были разных цветов, отражая приверженность служителя конкретному богу: чёрная с вышитым золотом орнаментом одевали жрецы Окла, бога жизни и смерти; красные – жрецы богини Тилии, покровительницы влюблённых; голубые – жрецы Мерли, бога плодородия и достатка; серые – жрецы воинственного бога Рорха; жёлтые – у жрецов Дианы, богини счастья и развлечений; сиреневые – Эная, покровительница животных; и последний – синий – обозначал служителей бога трёх лун, морей и океанов Хоук.

  Место перед алтарём, спиной к проходу, занял жених и его старший брат, взявший на себя функцию помощника и свидетеля.

  Гости притихли. Звон колокольчиков сменился хором детских голосов, затянувший песнь появления Тилии перед Оклом. Этой песней невеста приравнивалась к богине, которая смогла покорить сердце самого сильного и непредсказуемого из всех семи богов.

  Я не старалась вслушиваться в слова, которые сливались в приятную музыку. Гости зашевелились, все взоры направились в сторону входа в собор.

  Белая фигура с каждым шагом приближалась к алтарю. Сквозь лёгкую вуаль была видна улыбка и горящий в предвкушении взгляд невесты. Аккуратно собранные волосы украшала диадема, в которой искрились лунные камни – крупинки никогда не таявших льдинок. Следом за ней по пятам шли две девчушки лет семи, придерживавшие шлейф подвенечного платья.

  Я скользнула оценочным взглядом по тонкому кружеву на рукавах проходившей мимо меня невесты. Искусная ручная работа. Другого и нельзя было ожидать на свадьбе принца.

  Под ложечкой неприятно засосала. Мне тоже хотелось когда-нибудь выйти замуж. По-настоящему. За хорошего, доброго, любящего и знающего, когда не стоит открывать рот, мужчину. Ну или понимающего, что и когда стоит говорить, а чего нет.

  Стрельнула взглядом в соседа.

  Да не в генерала, а в герцога.

  Рендал поймал мой взгляд и опять улыбнулся.

 Сидит довольный весь из себя. Наслаждается зрелищем и компанией, так и не выпустив моей руки.

23 Брачная традиция Анклавии

  Невеста замерла в шаге от алтаря. Жених обернулся и сдержанно улыбнулся. Он протянул девушке ладонь, та приняла её, давая безмолвное согласие на принятие своего будущего супруга таким, какой он есть – старая традиция, уходящая корнями в ту самую встречу Тилии и Окла. Гордая и свободолюбивая богиня пошла на уступки ради того, кто смог тронуть её сердце. Но и Окл в свою очередь обещал, что будет прислушиваться к её советам и выслушивать богов, если у тех будет желание высказаться по какому-то поводу.

  Главный жрец собора Фирджи выступил перед женихом и невестой. Он обратился к ним с недлинной речью, которую, на мой взгляд, можно было сделать и покороче. В заумном обращении молодым напомнили о сути брака. И это не просто любить, оберегать, помогать, детей и салаты строгать. Это шаг в жизнь, где они, словно четвёртая луна, которая отделилась от своих лунных сестёр, и стала самостоятельной планетой со своими спутниками. Жрец напомнил про уважение друг к другу, про то, что каждый из них должен ценить и защищать жизнь свою и своего партнёра, а когда появятся дети, то и их жизни.

  Специально для парящих в воздухе считывающих артефактов, которые передавали картинку из собора на иллюзоры страны, жрец напомнил молодым людям, что вся Анклавия будет пристально следить за их жизнью. Хотят они того или нет, но принц с молодой женой будут подавать пример всем не только тем, что узаконили свои отношения, но и тем, как сохранят и укрепят ту связь, что у них есть.

  Тут я чуть не задремала. Длительная нудная болтовня меня утомляла сильнее прожорливого проклятья, которое всё это время довольно носилось вокруг моей правой щиколотки.

  После этого, наконец-то, жениху и невесте разрешили принести свои клятвы. Заклинанием усилили их голоса, позволяя каждому присутствующему расслышать, что же они там наобещали друг другу. К моему сожалению, принц с избранницей обошлись стандартными формулировками про здравие и болезни, горе и счастье, и что не бросят друг друга ни при каких слезах и соплях.

  Вот что-то сомневаюсь в этом.

  Въедут эти двое в свой огромный дом. Будут пересекаться в обеденной и спальне по настроению. А как голова начнёт болеть и тошнить от одного вида «любимого лица», разбегутся в разные крылья здания и сократят встречи до исключительных случаев: дни рождения и похороны.

  Но конечно-конечно, будет сохранять оптимистичный настрой и желать, чтобы у принца Грегори и Амины было не как у превалирующего числа столичной знати. Пусть лучше у них будет как у короля с королевой. Вот там любовная любовь до скрежета зубов всех солнечных претенденток, которые в своё время пытали счастье на смотринах, устроенных прошлым королём для своего наследника.

  Эх... И я когда-то думала, что попытаюсь ухватить кого-нибудь из принцев, чтобы жить-поживать да королевское добро прожигать. Но этой мечте не дано было исполниться. Ну и ладно. Не очень-то хотелось стать мишенью для неудачниц, которым отказали бы на смотринах из-за меня.

  Хор мальчиков запел из ниши под потолком над самым входом в собор. Жениха и невесту усадили на кресла сбоку от алтарной зоны.

  Голоса стихли по сигналу главного жреца, и с его молчаливого разрешения прочие жрецы стали подходить к молодым и громогласно оповещать о том, чем эту пару одаривает их божественный покровитель.

  И тут набор был до банальности стандартным: бог жизни и смерти обещал им долгу жизнь и тихую смерть; богиня любви и добрых союзов укрепила новый союз, благословив их любовь; от бога плодородия и достатка молодые получили обещание, что с этими пунктами в их жизни не будет проблем. Вот кто бы сомневался?.. От бога войны пришло благословение на победы во всех спорах. Не очень понимала, как это будет работать на деле, особенно при споре друг с другом. Но богу виднее, поэтому подарок был принят молча. Богиня счастья и развлечений пожелала много счастья и нескончаемых увеселительных программ. Покровительница животных преподнесла защиту и помощь от братьев меньших – первый более-менее интересный подарок, хотя что ещё она могла подарить, имея власть лишь над животными и птицами. Жрец бога трёх лун, морей и океанов надсадным голосом пожелал молодым быть как не разлей вода – очень оригинально на фоне прочих пожеланий.

  Выслушивая всё это, я держалась как могла, даже завалилась на бок, чтобы опереться о плечо Рендела. Тот не возражал.

  Закончив с болтологией, молодых со свидетелями, среди которых были родители и старшие братья жениха и невесты, пригласили в комнату за алтарём. Вернее, там было несколько комнат. Мне ли не знать. Три года назад именно в этом соборе, за алтарной частью, провели ритуал переноса проклятья с того, кому оно было адресовано, на того, кто ничего не понимал, то есть на меня.

  Хор снова запел, скрашивая ожидание гостей заунывным воем.

  – А что они там делают? – шепнула на ухо Ренделу вопрос, который отказывался забыться и раствориться в сонме прочих мыслей.

  – А что молодой муж обычно делает с молодой женой, чтобы узаконить брак?

  – Что, прямо здесь? Прямо сейчас? – мои глаза чуть не вылезли на лоб.

  Сердце в груди взволнованно застучало от жарких образов с участием молодожёнов. Нет-нет-нет, нашла что представлять.

  – Такое уже не практикуют, – нашлась я с ответом, чувствуя, как загорелись щёки от постыдных мыслей.

  – Для представителей королевской семьи традиции очень важны. И брак надо скреплять сразу, а не после застолья, чтобы не было неприятных казусов и неудобных вопросов «Через сколько ждать первенца?».

  – Они делают это? – не верила я. – А свидетели пошли свечки подержать? Ужас... – едва слышно слетело с моих губ, пока перед глазами рисовалась новая, не менее постыдная картина.

  Как хорошо, что моя мечта выйти замуж за принца не сбылась. Я бы не смогла сделать это под пристальными взглядами родителей. С моей стороны папа бы тактично промолчал, но мама нашла бы к чему прицепиться и раскритиковать: и ноги не так раздвинула, и целуюсь не с должной любовью и почтением к мужу... Кошмар... У-жас... А если его величество будет давать советы сыну? Первый раз насмарку однозначно. Как хорошо, что я не невеста принца.

– Нет. Свидетели подслушивают. А жрец после консуммации проверяет, был ли завершён акт.

  – Это как?

  – Магическим образом, – успокоил Рендел, усмехнувшись.

  – Всё равно – ужас, – заключила я. – Позапрошлый век какой-то.

  – Согласен, но добавляет некой пикантности: пока ты пыжишься закончить все формальности побыстрее, родители переговариваются за дверью, а гости ждут в главном зале собора. Я бы на месте Грега подговорил  свою невесту не торопиться. У неё это должен быть первый раз, и не стоит портить всё впечатление из-за того, что кто-то там ждёт стол с выпивкой.

  – И не сомневаюсь, тебе же на всю эту толпу плевать, – фыркнула я.

  – Как мужа меня в первую очередь должно беспокоить состояние жены. Храмовники дадут для неё зелье, чтобы настроить должным образом без лишней мороки, а потом что?.. Всё время ей зелье пить перед тем, как в постель к мужу идти?

  – Какой ты заботливый, аж противно, – демонстративно скривилась.

  Рендел криво усмехнулся, подхватил мою ладонь с подлокотника и поднёс к своим губам.

  – Не переживай, на нашей свадьбе нас никто не заставит соблюдать все традиции Анклавии, – пообещал он и скрепил своё обещание, поцеловав мою руку.

  Гости зашумели, заметив движение за алтарём: боковая дверь открылась и в главный зал друг за другом вышли старший жрец собора, молодожёны и свидетели.

  – Уже всё? – удивилась я. По моим ощущениям прошло не более четверти часа с ухода молодых на скрепление брака.

  – Ты расстроена? Обещаю, у нас всё будет куда дольше.

  – Не слишком ли много пустых обещаний? – тихо спросила я, прищурив глаза. Все эти обещания вызывали лёгкую тревогу, зарождая мысль, что моё избавление от  надоедливого герцога не будет таким скорым, как я ожидаю.

  – Я приложу все свои силы, чтобы сдержать их.

  – Начнём с того, что я не просила их давать, а значит и принимать не буду, поэтому держи свои обещания при себе.

  Рендел сник, но признавать поражение не собирался.

  Молодых под бурные аплодисменты гостей стали провожать к выходу. Глядя на собравшихся, было ясно, что они радовались не новой семье, а скорой возможности как следует набить пузо или размять ноги – кому что.

  Я выхватила руку из ладони Рендела и принялась хлопать молодым. Они прошли мимо нас держась за руки. Фата невесты была убрана с лица. Я старательно пыталась рассмотреть заломы на юбке, которые могли подогреть мою фантазию на тему того, как именно принц узаконивал брак со своей молодой женой.

  Ох, и о чём я только думаю?..

  Обмахнулась ладонью в тщетной попытке унять жар.

  На свадьбы ходить опасно не только из-за большого числа людей, но и из-за мыслей, которые это мероприятие подкидывает в голову молодых и неудовлетворённых жизнью особ.

24 Подарок Рендела

  Следом за молодожёнами все гости перебрались в королевский дворец. Праздничный фуршет с принесением подарков и поздравлений молодым развернулись в белоснежном зале, который именовался Ледяным Чертогом. Декораторы постарались, использовав максимально возможное количество магической мишуры: весь потолок сиял и переливался из-за нескончаемой череды распускавшихся цветов. Иллюзорные бутоны яркими разноцветными взрывами окрашивали пространство над головой, в считанные секунды отцветая и опадая на гостей затухающими искорками. На стенах установили живые картины, заранее смоделированные специально обученными магами, на которых девушки в пёстрых нарядах плясали под звучащую в зале музыку, всегда попадая в такт и замирая, когда та прерывалась.

  В воздухе летали три око-артефакта, которые фиксировали происходящее для личного королевского архива. Впервые, когда я увидела такой артефакт, состоящий из полого шара, заполненного магией и сложной системой магических камней, которая напоминала маленькую звёздную систему, он поразил меня до глубины души. Шар око-арта едва умещался в маленьких детских ладошках, имел большие ажурные крылья, которые с тихим стрекотом помогали ему летать и замирать в воздухе на одном месте. Для полноценной и качественной съёмки нанимали по одному магу на каждый артефакт.

  Столы с закусками ломились от снеди и выпивки. Слуги следили, чтобы скатерти были чисты и свежи, а гости сыты и довольны.

  Церемониймейстер объявлял имена тех, кто желал поздравить молодожёнов. Никто не отказался от возможности помозолить глаза принцу и его родителям, которые, несмотря на то что уступили центральные места, устроились на более скромных стульях рядом с виновниками торжества.

  Рендел потащил меня, обещая, что всё пройдёт быстро, а главное безболезненно. Будто к палачу вёл показывать, а не дорогим родственникам.

  – Не слышал, чтобы среди подарков было твоё имя, – ответил принц Грегори на стандартное «Поздравляю вас» от кузена.

  – Ну что я могу подарить тому, у кого уже всё есть, даже жена?! Вот, привёл свою невесту показать, чтобы потом не говорили, что не видели и не слышали.

  – Кхм... – стушевался принц, бросив на меня изучающий взгляд.

  Я на всякий случай ещё раз присела в реверанс и как можно глубже. Низко склонила голову, чтобы никто не заметил, что цвет моего лица сливается с тоном платья.

  – Я слышал от мамы... – его высочество покосился в сторону родителей, – но счёл это глупой шуткой.

  – Шутка? Всех должны были предупредить, что у меня есть важное сообщение! Я и что-то важное настолько несочетаемое, что никто не придёт на официальное объявление о моей помолвке на самой прекрасной девушке на всём свете? А потом никто на нашу свадьбу не явится, потому что приглашения от меня посчитают очередной шуткой? – возмущался Рендел.

  – Я прослежу, чтобы все, кто должен, присутствовали завтра на полуденном фуршете, – заверил его Грегори.

  – Буду признателен, а то сам женился... Я, может, тоже хочу.

  – Созрел, малыш Рендел? – усмехнулся мужской голос слева от нас.

  Рендел развернулся, и меня вынудил повернуться лицом к королю и королеве, потянув за руку, за которую крепко держал, чтобы не струсила и не сбежала в неподходящий момент. Он коротко кивнул, я ещё раз присела, кряхтя про себя... Отвыкли мои колени от этикетных нагрузок.

  – Я давно не малыш, сколько раз говорить? – пробурчал он и посмотрел на короля из-под насупленных бровей.

  – Если ты действительно женишься на этой очаровательной особе, сможешь попросить меня о чём угодно, – с усмешкой в голосе ответил его величество.

  – Например? – бросил с вызовом Рендел. – Не называть меня малышом?

  – Почему нет, если только этого ты не можешь получить другим путём.

  У меня от упоминания желаний, бросило в холодный пот. Не хотелось бы, чтобы всё это дошло до свадьбы с Ренделом, которая расширит возможности по поиску владельца проклятья за счёт использования обещания короля.

  – Леди эм'Саттон, – тихо произнесла королева, привлекая моё внимание. – Солнечный маг, если я не ошибаюсь.

  – Именно так, ваше королевское величество, – ответила я.

  – Эм'Саттон? – повторил король и нахмурился. – Точно. Вспомнил! Вы чуть не лишили зрения всех на своём дебюте. Помнишь, родная?

  – Именно поэтому и запомнила. Тогда все узнали, что в роду эм'Саттона появился самый сильный солнечный маг за последние несколько столетий.

  – Прошу прощения, – смутилась я из-за напоминания о моей ошибке и былой мощи.

  Я так хотела впечатлить королевский двор на балу дебютанток, что перестаралась с магией, когда исполняла простой фокус. Обещала исчезнуть из поля зрения присутствующих... Собственно, это и получилось, если не придираться к деталям. Спасибо, королевский лекарь всё быстро поправил, вернув зрение пострадавшим. А меня ещё долго обсуждали и высмеивали за спиной.

  – Не думаешь ли ты, дорогой мой племянник, с помощью этой свадьбы получить шанс на трон?

  – Ой, да кому он нужен, ваш трон, – фыркнул Рендел. – Я на Адель женюсь, а не на каком-то там шансе. Вы меня за кого вообще принимаете? Я когда-либо грезил сменить разгульную жизнь на дворцовые протоколы?

  – Нет. Поэтому никто и не поверил, что ты серьёзно подошёл к помолвке, тем более добровольно и сознательно.

  – Я свой выбор сделал и показал. Теперь можете вычеркнуть меня из списка женихов на договорные браки. У нас с Адель всё по любви, и не рассчитывайте даже, что что-то измениться, – заявил Рендел, смерив родственников высокомерным взглядом.

  Это очень позабавило короля. Он рассмеялся, отчего морщины на его лице стали глубже и отчётливее.

  Рендел отрывисто кивнул дяде, развернул меня играючи, словно не человека, а трость или зонт, вынудив крутануться вокруг свой оси. Подол платья зашуршал раскрываясь, словно передразнивая искусственные цветы на потолке. Если кто-то ещё не обратил своего внимания в сторону, где сидели молодожёны, в этот момент они исправились.

  – На этом всё? Я могу быть свободна? – шёпотом поинтересовалась, улучив момент.

  – Ты моя невеста, теперь ты занята до самой свадьбы, – ответил Рендел, не пытаясь понизить голос, и в конце рассмеялся.

  – Несмешно, – пихнула его локтем в бок, выбив сдавленное «ой».

  – Чтобы нам поверили все-все-все, а особенно моя мать, надо быть вместе, словно драконы. Вдвоём мы сила!

  – Один дракон – сила, а два – перебор, – без энтузиазма выдала я и мысленно добавила: «Ну что ещё можно было ожидать от такого докучливого человека, как он?».

25 Белая Жрица

  Молодожёны перешли к следующему пункт празднования – белый танец мужа и жены, как признание, что теперь они будут двигаться по жизни вместе: мужчина вести, предугадывать желания партнёрши, а женщина слушаться, с благодарностью принимая заботу и защиту.

  Зная, что по окончанию белого танца в бальную зону пригласят всех желающих покружиться под музыку, и предполагая, что Рендел и тут потащит меня, чтобы все-все-все рассмотрели, какая мы замечательная пара, я сбежала из Ледяного Чертога под предлогом срочной необходимости посетить дамскую комнату.

  Целеустремлённо отправилась искать пустующую комнату. Но вот незадача, за каждой дверью я видела небольшое светлое помещение с дверью в следующее. Таким образом насквозь я прошла десяток комнат, изредка натыкаясь на слуг и стражей, которые не задавали мне вопросов из страха расплаты за ошибку и неуважение к знати. Если я тут хожу с высоко поднятой головой и целеустремлённым взглядом, значит, знаю куда иду. Но я не знала. Представляла, что ищу, но не находила.

  Достигнув просторного зала, толкнула очередную дверь и попала в полумрак: свет здесь не горел, шторы преграждали путь солнечным лучам на всех окнах, кроме одного, перед которым стояла седая женщина. Белоснежные волосы были перехвачены обручем на голове, мягкими волнами спускаясь до бёдер, скрываясь в складках белоснежного платья.

  Женщина обернулась. Я разглядела молодое лицо и глаза, в которых отражались пустота и безразличие. На подоконнике перед ней стоял наполненный бордовой жидкостью бокал, рядом бутылка для винного напитка.

  – Простите, – смутилась я и отвела взгляд от холодных глаз. – Не хотела вам мешать.

  – Вы мне не помещали, – спокойно отозвалась леди и плеснула вина в бокал, заполняя его до самого верха. – Если вы искали, где отдохнуть от праздничной суеты и гостей, можете воспользоваться этой комнатой. Если не боитесь меня, – добавила она и развернулась ко мне лицом, держа в ладонях бокал за переполненную чашу.

  – Простите, а с кем я имею честь говорить? – поинтересовалась, мысленно взмолившись, чтобы это была Ледяная Принцесса – самый удивительный из магов, член особого отряда драконоборцев, победившая в тяжёлой схватке редкого ледяного дракона.

  От этих мыслей у меня сердце затрепыхалось в предвкушении. Не то, чтобы я была фанатка драконоборцев, но эта девушка – не конкретно эта, а Ледяная Принцесса – вызывала во мне редкое восхищение.

  – Меня зовут Вэйн, но последние два года чаще называют Белой Жрицей, – представилась беловолосая незнакомка, отхлебнула вина, чтобы не расплескать драгоценный напиток и устроилась на маленьком диванчике, стоявшем посреди полутёмной комнаты.

  Красивый профиль, нарядное платье, опрятный вид. Если бы не бокал с вином, к которому молодая женщина присосалась, словно погибающая от жажды, сошла бы за пугающую умы многих магов Белую Жрицу. Эта личность не спасала людей от драконов, а одним взглядом могла украсть душу. Но единственное, что она сейчас бы не отказалась украсть – ещё одну бутылку вина с праздничного стола, а до него топать далеко. Возможно, поэтому её здесь разместили. Чтобы никто не видел знаменитую на всю Анклавию жрицу семи богов в подобном виде. Да, про неё Рендал не наврал, чего нельзя не записать ему малюсеньким плюсиком.

  – Адель, – коротко представилась в ответ и расположилась в диванчике напротив загадочной женщины.

  Жрица отрывисто кивнула, потянула бокал к губам и замерла так его и не коснувшись. Её взгляд остекленел, немного напугав меня такой метаморфозой. Женщина наконец моргнула, прогоняя наваждение.

  – Хотите вина? – вдруг поинтересовалась она, демонстративно протягивая свой бокал.

  – Нет, – отказалась, недоумевая, как ей такое пришло в голову. И тут Рендел не соврал: у этой дамочки не все дома.

  – Как хотите, миледи Адель. А я не откажусь, – сказала жрица и влила в себя остатки вина. Пустой бокал перекочевал на тумбочку сбоку от её диванчика. Она сидела и во все глаза рассматривала меня.

  – А вы... – начала я, чтобы убрать возникшую неловкость, но голос предательски осип. – Почему вы здесь сидите в темноте и одиночестве?

  Жрица окинула меня взглядом, посмотрела прямо в глаза и ответила:

  – Потому что я пришла в белом церемониальном платье. А на празднике может быть только одна девушка в белом. И это не я. Поэтому сижу здесь и набираюсь храбрости.

  Я мельком посмотрела на пустой бокал, из которого она хорошенько набралась... храбрости.

  – И вы всю свадьбу просидите здесь?

  – Нет. Невеста сменит платье после белого танца, и тогда я смогу пойти и вручить подарок от церковной епархии.

  Я понятливо мыкнула и кивнула.

  – А вы почему здесь сидите? – задала встречный вопрос жрица.

  – Отдыхаю. От суеты и гостей.

  – Сначала вас утомила служба в храме, теперь развлечения во дворце. Да, я вас приметила в соборе. В таком ярком платье не заметил бы вас лишь слепой, – ответила она на неозвученный мной вопрос.

  – Я отвыкла от столичной жизни и местного ритма, – выдала я в оправдание, злясь, что стыжусь своего броского наряда.

  – А без солнца тяжело... Может, вам стоит расположиться у окна? – загадочным тоном обронила жрица.

  – Благодарю за заботу, мне и так хорошо. – А ещё бы кое-кто не сверлили взглядом и не задавал каверзных вопросов, было бы ещё лучше.

  Не надо было оставаться. Но странное чувство, которое возникло, когда Белая Жрица сказала «если не боитесь меня», заворожило, разбудив любопытство. Немного расстроилась, что это не знаменитый драконоборец, но моментально родившийся план вынудил задержаться: возможно, мне удастся оставить о себе хорошее впечатление перед запланированной встречей. Я ожидала, что Рендел обязательно что-нибудь не то ляпнет, испортив всё. А так, в тишине и полумраке, один на один с женщиной, которая должна была дать благословение богов на нашу с герцогом д'Итьером помолвку, шанс на успех был выше. Уж женщина женщину поймёт и поможет...

О чём это я?..

  Я слишком серьёзно подошла к липовой помолвке.

  Жрица накрыла глаза ладонью и что-то пробурчала, похожее на «не зуди».

  – Простите?

  – Я не вам, – отмахнулась она от меня – или от кого-то видимого только ей? – и тряхнула головой. – Сегодня день Рорха. Вот кто догадался сделать свадьбу в день, которому покровительствует бог войны? Хотя трескотню Тилии сквозь безостановочный фонтан слёз я бы точно не пережила, – пробубнила жрица, заглянув в пустой бокал, будто тот сам собой наполнится.

  Я лишь ошалела хлопала ресницами. Возникло чувство, что мы в комнате не одни. Мурашки побежали по коже.

  – Хо-ро-шо. Скажу, отстань только, – процедила жрица, закинув ногу на ногу. – Вы, леди  Адель, поосторожней будьте с тем, кто дарит вам такие подарки. – Она указала  ладонью куда-то вниз. Мне на ноги? Она про браслет Рендела?

  Испугавшись, поджала ноги и поняла, что пышный подъюбник не позволил бы рассмотреть даже носки моих туфель, что уж говорить о чём-то большем.

  – Спасибо за совет. Я предельно осторожна, – заверила её в ответ.

  – А завтра день Дианы, – добавила она, подняв глаза к потолку. – Мне всё равно кто что задумал, собственно, как и для Ди. Она любит развлекаться. И что не скажи – всё устраивает, лишь бы быстрее добраться до чего-нибудь интересного. Хотя-я-я, – протянула жрица, – вы её можете заинтересовать.

  Я молчала, запоминая каждое слово. Что-то тут не так. Но что именно, пока не понимала. Я никогда не вдавалась в детали жизни служителей богов нашего мира, но близость этой жрицы к высшим существам Эсрона никем не оспаривалась, хотя ставилась под сомнение некоторыми обывателями. Но я предпочитаю не бежать навстречу дракону, а осмотревшись, сделать свои выводы и получить выгоду, сохранив лицо даже в самой непонятной ситуации.

  В дверь со стуком вошла девушка в тёмно-синем платье с белым передничком, в которых ходили дворцовые горничные.

  – Миледи, вас приглашают для вручения подарка, – сообщила она, прыгая взглядом с меня  на жрицу.

  Не так уж сложно было понять, кто из нас двоих Белая Жрица, но на лице горничной читалось смятение.

  – Не хотите присоединиться? Рорх задумал что-то эпичное преподнести и сделает из этого целое представление. Вот и говори, что у тебя нет ничего общего с Дианой, – сказала Вэйн с усмешкой мне – или не совсем мне – и поднялась с диванчика. – Присоединяйтесь, если хотите закрыть вопрос с благословением помолвки не дожидаясь завтра.

26 Божественные дары

  Заманчивое предложение жрицы вернуло меня на шумное празднество. Полуденная жара спала, и гости переместились в сад под растянутые шатры.

  Свежий воздух, ароматы цветов, напитки рекой. Десятки дам в дорогих нарядах и мужчин в строгих костюмах. Сонм голосов, словно туман накрыл просторную поляну с шатрами. Смех раздавался то тут, то там.

  Я взглядом выискивала Рендела, но не находила. Толпа незнакомцев пугала меня, но не так, как Белую Жрицу. Она умудрилась поймать слугу с подносом. Держала бедного мужчину за руку и залпом выпивала один за другим бокалы с шампанским.

  – Я готова, – сказала она горничной, вернув пустой бокал – пятый по счёту, и отпустила обескураженного слугу. – Страх выступлений, – коротко пояснила жрица, заметив, что я стала невольным свидетелем её разгона перед тем, как выйти на небольшой пяточок, подготовленный для неё.

  Горничная передала жрицу на руки организатора праздника. Мужчина в узких брюках, из-за которых его длинные ноги казались ещё длиннее, окинул жрицу строгим взглядом. Они обменялись парой фраз, покивали друг другу, каждым кивком подтверждая сказанное и услышанное. После организатор привлёк внимание молодых и гостей, активировав заклинание на усиление голоса.

  Люди столпились вокруг обозначенного круглым ковром пяточка, окружив молодожёнов в золотых нарядах и Белую Жрицу. На той лица не было. Казалось, она вот-вот убежит, испугавшись всеобщего интереса.

  Организатор передал слово жрице. Та активировала заклинание на усиление голоса... со второй попытки и оглушила близко расположившихся к ней тем, как прочистила горло после первой неудачи.

  – Для начала отойдите подальше, – попросила Вейн, разводя руками.

  Молодые и гости послушно отступила на два шага.

  – Ещё немного, – попросила жрица.

  Все сделали ещё два шага.

  – Пожалуй... ещё немного, – стесняясь добавила она. – Думаю, достаточно, – сказала Вейн, переходя к главному. – Я жрица семи богов, рада принести поздравления от столичной епархии принцу Грегори и принцессе Амине. Так как сегодня день Рорха, он приготовил свои божественные дары.

  Жрица прикрыла глаза и шепнула «Давай», едва шевеля губами, но все её расслышали из-за того, что она забыла деактивировать заклинание на голос.

  Белую фигурку тряхнуло, словно кто-то невидимый толкнул её в спину. Веки распахнулись, явив присутствующим густую непроглядную тьму в глазницах.

  – Я – бог войны Рорх, – пронеслось по саду сказанное жрицей мужским голосом. Небо мгновенно затянуло серыми облаками, которые скучковались и потемнели, превратившись в грозовые тучи.

  От хрупкой фигуры в белом церемониальном платье волнами исходила мощь, которая даже моё проклятье заставило замереть и обратить внимание на движение магической силы далеко за пределами моего тела. В Вейн словно открылся скрытый резерв. Ветер трепал кусты, волосы гостей и юбки разодетых дам, обрывал лепестки цветов и угрожал сдуть шатры, а следом и собравшихся людишек. По саду разнеслись встревоженные голоса. Кто-то испуганно повизгивал.

  Как тут можно поверить в мельком высказанное кем-то рядом предположение перед самым выступлением Белой Жрицы, что она всего лишь хороший актёр?..

  – Мой первый подарок для жениха, – проревел голос Рорха над пригнувшимися головами.

  Жрица воздела правую руку к почерневшему небу, которое озарялось частыми вспышками. Под жуткий гул и треск разом возникшие молнии устремились в землю, целясь в маленькую женскую фигурку.

  Из толпы послышались крики перепугавшихся до смерти дам.

  Я зажмурилась и прикрыла уши ладонями, спасаясь от яркой вспышки и грохота, от которого содрогнулась земля под ногами. Невольно ухнула, отмечая, как встревоженно зашлось сердце в груди, над которым обеспокоено крутилась ящерка. Божественная мощь ей показалась слаще рукотворной.

  Всё резко стихло: тучи рассеялись, ветер исчез. С неба опять светило солнце, согревая похолодевших от ужаса и внезапной непогоды людей.

  Поднялись встревоженные шепотки, повторяя «смотри, смотри». Я повернула голову к ковровому пяточку.

  Жрица стояла на своём месте, застыв будто мраморная статуя, с мечом в вытянутой руке. Тьма в её выпученных глазах отступила, явив радужку карего цвета. Белые волосы топорщились во все стороны, маленькие искорки вспыхивали в них, как напоминание о контакте с молниями.

  – Стой... стой... – процедила Вейн. Правая рука, сжимавшая длинный и тяжёлый меч, задрожала. Теперь испуганна была она, а не гости, заворожённо ожидавшие, чем всё это закончится. Жрица вцепилась обеими руками в рукоятку, поджав губы от натуги. Лезвие полетело вниз, рассекая воздух.

  Опять раздались визги светских леди, неготовых к опасностям жизни.

  За жрицей внезапно сгустилась тёмная фигура, вырвав вздохи облегчения у натерпевшихся дам.

  Я подумала, что это сам бог заявился на праздник, поддержать свою жрицу и не позволить воткнуть божественный подарок в землю, испортив дорогой ковёр. Но нет. Человек, возникший за спиной Вейн и обхвативший рукоять поверх её маленьких ладоней, был мне знаком.

  Беловолосая женщина бросила ошарашенный взгляд через плечо, раскрасневшись из-за незапланированной близости с мужчиной: жрица принадлежит богам, и только они могут прикасаться к ней. Как мне кажется.

  Увидев, кто поймал её в кольцо из своих рук, Вейн сменила растерянность на негодование, выплюнув «ты» и нервно дёрнув плечом.

  – Поаплодируйте телохранителю принца Кристофера! – призвал организатор, решивший сгладить непонятную ситуацию. – Кажется, кто-то заслужил премию за быструю реакцию, – добавил долговязый ведущий.

  Жрица что-то прорычала тёмному магу, вырываясь из его объятий. Вейн положила меч плашмя на одну ладонь, второй придерживая за рукоятку, и преподнесла наконец-то дар Рорха принцу Грегори.

  Для Амины она сформировала шар, искрящийся от потрескивающих в нём молний. Её глаза в этот момент снова стали чёрными и пугающими. Уменьшив шар до размеров крупной жемчужины, жрица передала дар со словами:

– Это божественное благословение, которое исполнит ваше заветное желание. Используйте его с умом.

  По рядам наблюдателей пронеслись взволнованные охи. Такой дар настоящее сокровище, ценнее меча, который будет поражать своих врагов молниями. Говорят, королева Лисандра получила такой же дар на свою свадьбу с королём Адамом и использовала его, чтобы в Анклавии воцарили мир и спокойствие. Полный мир и спокойствие страна не получила, но жизнь налаживалась маленькими, но уверенными шагами.

  – И  завершающий подарок от жрецов собора Фирджи, – сообщила Белая Жрица. – Этих бабочек зачаровали отыскать следующих, кто выйдет замуж и женится.

  Взмахнув белоснежным рукавом, Вейн указала на стеклянный ларец, в котором трепыхались две бабочки: красная и иссиня-чёрная. Молодые девушки расправили плечи, взбудоражено ожидая, когда крышку откинут и высвободят ярких насекомых. Даже императорская принцесса, топтавшаяся поблизости от королевской семьи, приосанилась. У неё на лице было написано «выйду замуж срочно!».

  Я попыталась отступить и скрыться среди гостей, чтобы не расстраиваться из-за выбора крылатых насекомых. Именно. Пусть они такие красивые, но насекомыми быть не перестают. А я не люблю насекомых. И особенно бабочек.

  Успела увидеть, как молодые со счастливыми лицами и блестящими глазами откинули прозрачную крышку стеклянного ларца. Первой на волю вырвалась чёрная бабочка, вознамерившись вперёд своей напарницы отыскать мужчину, на которого будут направлены взгляды всех охочих под венец девушек.

  А мне это совсем неинтересно, поэтому решила пойти и поискать запропастившегося герцога.

  Бурная реакция гостей спровоцировала меня обернуться. А ещё чётко расслышанный голос: «Я говорил, что серьёзен, а вы мне не верили».

  Девушки нервно шептали «сюда... лети сюда», пока королевская семья и приближённые друзья смеялись над счастливчиком, на чью голову уселась чёрная бабочка.

  Взглядом выхватила гордый лик Рендала. Он выкатил грудь и тщетно пытался переубедить смеявшегося короля и принцев, невоспитанно указывая пальцем на подрагивающую чёрными крыльями бабочку, устроившуюся на его чёлке, словно живой бантик.

  Что-то красное замаячило в воздухе, поднимая шум в той части поляны, где стояла я. Люди передо мной стали вертеться и оглядываться, когда яркая бабочка пролетала мимо них.

  Ой-ой...

  Я подхватила юбки и, сбивчиво принося извинения, поспешила убраться подальше с поляны... Из сада. А в идеале из столицы – в таком случае она меня точно не достанет.

  Шёпот голосов приобрёл тревожный окрас, следую за мной по пятам.

  Я бросила взгляд назад. Моя догадка подтвердилась: словно разъярённый дракон, увидевший своего обидчика, красная бабочка преследовала меня, пьяно мотыляясь в воздухе.

  Не хочу, чтобы она садилась на меня! Нет! Только не на меня!

  В таком случае я никогда не вернусь в Каспин. А у меня там вся жизнь!

  Весь её остаток...

  И любимый магазинчик.

  Запнулась и плюхнулась на колени. Подняла взгляд – маленькая зараза пошла на снижение.

  Я зажмурилась и вжала голову в плечи, судорожно вспоминая, а где сейчас моё вертлявое проклятье.

  На груди вспыхнул зуд: ящерица, потерявшая вкусный след божественной магии, намылилась вернуться вниз, чтобы продолжить «грызть» драконит. Но от бабочки жаркой волной распространилась магическая аура, испугав меня сильнее, чем перспектива застрять в усадьбе д'Итьера.

  Ящерица застыла в районе правого бедра, будто для того чтобы принюхаться к доносившейся извне магии.

  Бабочка с каждым махом опускалась всё ниже и ниже.

  Я замахала руками, завертела головой и подняла крик, будто в паутину запуталась. Все присутствующие в гробовом молчании смотрели на развернувшееся представление.

  – Нет, улетай. Отстань! Уйди! – но все мои попытки договориться проваливались. Красочное насекомое настойчиво кружило над моей головой.

  Ещё и ящерица, учуяв нечто повкусней приевшегося драконита, устремилась вверх по телу. Не хватало ещё, чтобы она выбежала мне на лицо. Попыталась отвлечь её стандартным способом: выбросив пару сгустков солнечной магии на пути следования проклятья. Она их глотала, не сбавляя скорости к главному блюду – порхающей над моей головой бабочке.

  Я накрыла лицо ладонями и опустила голову, всеми силами скрывая отвратительную метку. Волосы шёлковым водопадом накрывали шею и плечи, помогая мне с этой непростой задачей.

  Со свадьбы принца в дворцовые казематы – такое в мои планы никак не входило. Сомневаюсь, что Рендел сможет или захочет уговорить дядю, чтобы меня заперли в более комфортных покоях, чем холодная камера.

  С проклятьями шутки плохи, поэтому с глаз долой и спи спокойно!

  На мгновение жар стал сильнее, лизнув ладони невидимыми языками пламени. Ну а если бы я не закрывала лицо и глаза, то увидела бы и эти языки, и пламя, которое возникло из-за стремительного броска мага, решившего остановить мою пытку и незапланированное развлечение для напомаженных гостей. Дамы особенно радовались моей истерике. И замужние, и незамужние.

  Смешки наблюдателей захлебнулись в оханье.

  – Адель, – тихо позвал Рендел. – Бабочки больше нет.

  Я замерла, прислушиваясь к обстановке: ящерица лениво перебралась на спину и чуть погодя вернулась к браслету.

  Я отняла ладони от лица и подняла голову, наткнувшись на тёплый взгляд Рендела.

  – У тебя пепел на голове, – первое, что я сказала ему, и потянулась, стряхнуть серую пыль,  покрывшую его тёмные волосы.

  – О, спасибо, – улыбнулся он, отряхнув ладонь о подол камзола. – Вставать будешь или ты устала стоять?

  Мои губы дрогнули в улыбке. Этого человека ничто не изменит.

  Рендал помог мне подняться с земли, заботливо предложив руку. Гости косились на нас, шёпотом обсуждая какой-то плохой знак.

  – А куда делась бабочка? – задала я вопрос.

  – Я её сжёг.

  – Что?..

  – И я сожгу любого, кто будет причинять тебе вред, – до дрожи серьёзным тоном заявил Рендел и посмотрел мне в глаза жёстким взглядом, крепко держа за руку.

27 Принц Виктор

  Растаять...

  После такого любая могла растаять.

  А мне надо было держаться изо всех сил, чтобы... Чтобы... Сохранить своё сердце от очередного предательства.

  Рендел с каждым днём становился всё ближе и ближе к тому, чтобы сделать мне очень больно.

  Я это чувствовала и понимала.

  От таких, как герцог д'Итьер, надо держаться подальше, если мечтаешь о спокойно жизни. И в идеале – с любящим и верным мужчиной.

  Если Рендел и мог любить по-настоящему, то сохранить эту любовь надолго – что-то сомневаюсь. Не похож он на тех, кому можно доверять. Слишком много сомнений зарождало его громкое прошлое, реакции родственников, слова и поведение самого Рендела.

  Так бы и ударила его пару раз чем-нибудь, чтобы выбить правду и ничего кроме правды. Злость брала от бессилия и непонимания, что творится в его голове.

  «Это было всего лишь представление, всего лишь представление», – повторяла я про себя, отбиваясь от всех чувств и мыслей разом.

  – Я пойду...

  – Куда? – растерялся Рендел, проводивший меня до уединённой беседки, которая стояла ближе к дворцу, но подальше от собравшихся в саду гостей.

  – Мне надо... Освежиться... Успокоиться.

  – Если надо, давай провожу.

  – Не надо.

  – Надо или не надо – определись.

  – Я хотела сказать, что дамскую комнату как-нибудь и сама найду. Если же нет, то поймаю кого-нибудь из слуг и заставлю их помочь мне.

  – Зачем же заставлять кого-то, когда есть я уже согласный и готовый на всё?

  Я посмотрела на Рендела.

  Вот же прилипала.

  – Я... мне... – Я сделала глубоки вдох и, потупив взор, выдохнула. Тяжело собраться, когда на тебя смотрят щенячьими глазками.

  – Я должен извиниться, – тихо и доверительно заговорил Рендел, осторожно сжав мою ладонь в своих руках.

  – За что? – хлопнула обескураженно ресницами.

  – За то, что тебе пришлось пережить. И теперь все будут думать, что ты боишься бабочек.

  – Ничего страшного. Раз буйство магии пережила, то и слухи переживу как-нибудь, – отмахнулась и попыталась забрать ладонь из цепких рук – не вышло.

  – Мне действительно очень жаль. Мне надо было лучше искать тебя после окончания белого танца, но мать отвлекла со своими глупыми расспросами по поводу завтра. – Я потянула руку, намереваясь избавиться от хватки Рендела, но он вцепился в меня, словно клещ. – Ну что я могу сделать, чтобы ты не злилась на меня?

  – Отпусти руку для начала.

  Он тяжко вздохнул, но требование выполнил. Я встряхнула вспотевшую ладонь, затем обтёрла её об юбку, заметив грязные разводы на красной ткани.

  – Мне надо отойти, чтобы привести себя в порядок. – Я указала на пострадавшее во время падения на газон платье.

  – Я могу помочь.

  – Не надо! – испуганно вырвалось у меня. – А то ещё сожжёшь всю одежду на мне, – пояснила я.

  – Ах да, я могу, – смущённо усмехнулся он, почесав  затылок.

  – Рен! – окрикнул герцога принц Виктор, первенец короля Адама и наследник трона. – Скоро начнутся бои драконоборцев, ты ставки будешь делать? Леди Адель, как вы? – спросил он у меня, когда приблизился вплотную. Я соблюла этикет, присев в реверанс, и ответила:

  – Благодарю за беспокойство, мне уже намного лучше.  Совсем забыла рассказать о своей маленькой фобии Ренделу, чтобы он помог избежать неприятного инцидента.

  – У каждого свои страхи. Ваш даже очень мил. По крайне мере сразить пару бабочек ради вас Рен сможет, – усмехнулся Виктор и посмотрел на кузена.

  – Ха-ха, если бы Адель боялась принцев, я бы ради неё сразил одного. Прямо сейчас, – ответил Рендел, демонстративно подняв ладонь и создав фаербол, который озарил его лицо красным светом.

  – Да ты смельчак, – усмехнулся принц, не испугавшись близости огненного шара. – Прежде чем ты начнёшь убивать принцев ради своей любви, скажи на кого и сколько ставить будешь?

  Рендел потушил фаербол и ответил:

  – На Кинжал, сто оринов.

  – Что-то новенькое, – вздёрнул бровь принц. – Обычно на Огненный Шторм ставишь...

  – Ну а сегодня на Кинжал. В этот раз он уделает Шторм, – заверил Рендел кузена.

  – А вы на кого-нибудь поставите, леди Адель? – обратился ко мне тридцатилетний принц, не проигрывающий статью и внешностью братьям и тем более племяннику короля.

  – Нет. Я не люблю так глупо спускать деньги.

  – Если бы на кону было красивое платье или колье, тогда бы ставку сделали? – полюбопытствовал Виктор, подавшись в мою сторону и буквально промурлыкав  свой вопрос.

  – Нет, – отпрянула я, а Рендел влез между нами, заявив:

  – У тебя жена на сносях, поэтому ты на чужих  заглядываешься?

  – Кто заглядывается? Я просто разглядывал! Зрение у меня не то что прежде.

  – Так к лекарю обратись, могу посоветовать одного – вмиг прозреешь.

  Виктор рассмеялся отступая.

  – Гостей к арене пригласят через четверть часа, я записываю от твоего имени сто оринов на Кинжала, – сообщил Виктор, черкнув огненные буквы в воздухе. – Подтверждай.

  Рендел добавил к магическому договору свою подпись. Принц Виктор широкой ладонью собрал огоньки, перенеся договорённость на невидимый глазу план.

  – У вас четверть часа. Встретимся у арены, – сказал он и оставил нас с Ренделом наедине.

  – Я бы посмотрела на бои драконоборцев, но мне надо привести себя и платье в порядок.

  – Позволь, я провожу тебя хотя бы до дома.

  – Хорошо, – кивнула и взяла Рендела под руку. – А ещё... – в нерешительности прикусила губу.

  – Что?

  – Спасибо, – тихо выдавила из себя.

  – Всегда пожалуйста, – довольно отозвался Рендел.

28 Обиженная и обманутая

  По привычке сформировала угощение своему проклятью, пока чистила платье заклинанием, а оно никак не отреагировало. Задрала подол и выставила правую ногу вперёд, чтобы разглядеть ящерку, устроившуюся под золотым браслетом.

  Дверь в дамскую комнату открылась, я опустила юбки и посмотрела через отражение в зеркале на того, кто вошёл.

  Только её не хватало.

  Гневный взгляд императорской принцессы прожигал спину.

  Кое-кто настроился со мной разобраться один на один. Лучшего для этого места, как дамская комната, сложно было найти – Рендел не прибежит на помощь, а кто-то из прислуги не рискнёт вмешаться. Ну ничего. Пока проклятье занято драконитом, сама справлюсь... как-нибудь.

  Я повернула в сторону выхода, принцесса не двинулась с места, словно вросла в пол.

  Как там делалось заклинание на преломление света?

  Щёлкнула пальцами, поравнявшись с девушкой в изумрудном платье. Яркая вспышка взорвалась, ударив по глазам. Я, прекрасно зная, что могу не справиться с заклинанием – давно не практиковала сложную и энергозатратную магию, прикрыла веки, а принцесса вскрикнула и запоздало зажмурилась.

  Я пулей вылетела из дамской комнаты, не растрачивая времени на извинения – не хотелось испытывать судьбу, надо было как можно скорее вернуться к свидетелям, то есть к гостям, присутствие которых поубавит пыл императорской принцессы.

  – Стоять! – раздалось за закрывшейся дверью, подтверждая мои худшие опасения.

  Я подобрала юбки и прибавила шаг.

  – Стой, паршивка! – бросила в спину принцесса, выбравшаяся из комнаты наощупь.

  Под ногами пробежала магическая волна. Я замерла, ожидая, что земля разверзнется и поглотит меня. Но принцесса не посмела править дворцовый дизайн с помощью магии, поэтому обошлась щадящим заклинанием: пышное деревце в кадке у стены ожило, его ветки удлинились, преградив мне путь, да с такой скоростью, что чудом по лицу не получила жёсткими зелёными листочками.

  – Да как ты смеешь нападать на меня! – крикнула принцесса.

  – Я не нападала на вас, – не согласилась я, развернувшись лицом к лицу к самопровозглашённой сопернице. – Как самый сильный солнечный маг в Анклавии я могу ослеплять своим потенциалом. Не намеренно, разумеется, – горделиво заявила я, понадеявшись осадить девушку такой пугающей информацией. Земляному магу со мной не тягаться – превращу в пыль, если выведет из себя. Конечно, проклятье помещает печальной кончине императорской принцессы, но она об этом не знает. И не узнает.

  Но подслеповато щурившаяся девушка не спешила правильно понимать сказанное мной.

  – Ты меня за дуру не держи! Я всё расскажу королю Адаму, он с тобой разберётся, и Рендел его не остановит. Король не допустит международного скандала!

  – И заставит Рендела жениться на вас, чтобы искупить вину его возлюбленной?

  – Во... во... – закудахтала принцесса, покраснев до самых корней волос. – Возмутительно! Рендел не мог влюбиться в такую... деревенщину! Думаешь, тряпки побогаче надела и стала достойна такого мужчина как герцог д'Итьер?

  Я округлила глаза, поражаясь поведению принцессы. Или в Империи у них такое в рамках нормы?..

  – Ваше величество, король просит вас присоединиться к нему, – донёсся до нас женский голос, вероятно, кого-то из прислуги.

  – Хорошо, только загляну в дамскую комнату и освежу макияж, – ответил голос, принадлежавший королеве Лисандре.

  Принцесса заметно занервничала. Ветки за моей спиной с шелестом исчезли. Дерево, из которого они выросли, затряслось и, кажется, сжалось в страхе перед приближающейся хозяйкой дворца.

  Я оглянулась, высматривая королеву. Несколько стражников стояли истуканами на посту у распахнутых во внутренний двор дверей. На крики и использование магии во дворце они не отреагировали, видимо, накал страстей не достиг нужного для вмешательства уровня. Или они тут просто для декора – красивые подтянутые мужчины в военной форме. Не будь у меня Рендела, бессовестно заглядывалась бы на этих парней.

  Я подождала ещё немного, подумав, что её величество сейчас вывернет из-за угла, уходящего вглубь дома коридора. Принцесса же ничего ждать не стала, а, подобрав юбки, спряталась за дверью ближайших покоев к дамской комнате.

  – Леди Адель? – выдернул меня из ступора знакомый голос.

  Я посмотрела туда, где должна была появиться королева и увидела аккуратно постриженную голову Джейми, выглядывавшего из-за угла.

  Я направилась к мальчику, морально готовясь наткнуться на королеву, но в холле, соединяющем несколько коридоров, она также не обнаружилась.

  – Джейми? Что ты тут делаешь?

  – Господин просил присмотреть за вами. Имперская девка вам не причинила вред, а то мне попадёт за это от хозяина.

  Я покосилась на молчаливых наблюдателей в форме.

  – Они нас не слышат, – сказал Джейми, догадавшись, что меня беспокоило. – Я не хотел, чтобы они узнали о моём таланте, поэтому активировал заклинание, защищающее от прослушки. Правда у него небольшой радиус действия, – добавил он и указал на нанесённый мелом на стене знак, который прятался от посторонних глаз за расписной вазой.

  – Какой талант? – полюбопытствовала я.

  – Подражание голосам. У меня хорошо выходит. Вы ведь поверили, что здесь королева, – усмехнулся пацан, задрав высоко нос.

  – А её здесь нет?.. – Я осмотрелась, не веря Джейми. Копирование голосов не просто сложная магия, а немыслимая. По слухам, лишь некоторые драконы могли такое провернуть.

  – Джейми – сильный и талантливый маг, – заявил пацан голосом Рендела.

  – Так это ты... – поразилась я услышанному. Яркой вспышкой промелькнуло воспоминание из Элди-Бри, когда Рендел пыхтел мне на ухо в тесной каморке, а его голос, послышавшийся из соседней комнаты, отвлёк ненормальную принцессу.

  Почему она прицепилась к Ренделу? У них в Империи совсем плохо с мужчинами?.. Красивыми, богатыми и титулованными?.. Непонятно.

  – Господин просил проводить вас до арены, – сказал Джейми своим голосом. – Первыми там будут сражаться маги воздуха и земли. Хочу посмотреть на них, буду признателен, если вы поторопитесь.

  – Хочешь стать драконоборцем? – поинтересовалась, повернув на выход.

  – Не-е-ет, не хочу мотаться по всей стране из-за этих тварей. Моим талантам место в столице. Да и господин не отпустит, потому что пропадёт без меня, – с гордостью сообщил Джейми.

29 Воинственный дух арены

  Два мага из отряда драконоборцев, несмотря на развлекательный характер дуэли, выложились на полную. Земля ходила ходуном, игнорируя защитные барьеры вокруг и под ареной. Воздушные лезвия высекали искры из купола, на который передавали картинку око-артефакты, пока не поднялась пыль. В итоге его величество объявил ничью, остановив упёртых магов, вознамерившихся уничтожить друг друга.

  Жёсткая конкуренция в рядах драконоборцев была видна даже несведущим о том, каким образом обстоят дела в этой сфере магической жизни столицы.

  – А Ледяная Принцесса будет выступать? – спросила я у Рендела.

  Мы расположились в ложе по соседству с королевской. Мать Рендела присоединилась к своему брату, его жене и молодожёнам. Компанию им составили особые гости – принцесса и министр из Империи.

  В нашей ложе было тихо и комфортно. Стулья пустовали, потому что я встала у парапета, наслаждаясь захватывающим представлением. Рендел держался рядом, едва ощутимо приобняв меня за талию.

  – Нет. Она не в почёте при дворе, – ответил он на мой вопрос.

  – Почему? – удивилась я.

  – Из-за моего отца, вернее, матери, которая считает её виноватой в смерти моего отца.

  Я посмотрела на Рендела, не зная, что и сказать. Не хотелось и дальше поднимать неприятные воспоминания.

  – Он поехал с драконоборцами, чтобы убить ледяного дракона, который уничтожил три поселения на границе с бесплодными землями. Наш король подумал, что это задание по силам огненным магам и отправил всех, кого смог, – разоткровенничался Рендел.

  – И ты поехал? – И отец умер на его глазах... Теперь ясно, почему он стал таким хмурым при упоминании о Ледяной Принцессе.

  – Нет, – отрицательно качнул Рендел головой. – Я отказался ехать. Сказал, что и без меня полно магов, которые справятся с этой задачей. И я остался... В столице. Продолжил гулять и веселиться.

  Я приложила ладонь к груди в слабой попытке успокоить взволновавшееся сердце.

  – Мне очень жаль...

  – С чего вдруг? Ты к этой истории не имеешь никакого отношения, – Рендел грустно улыбнулся.

  – Ты жалеешь, что не поехал с ним?

  – Да. Но прошлое не изменить, когда тот, кого хотел бы спасти, уже мёртв.

  Я кивнула, потупив взор.

  – Не будем тогда о грустном, – предложила ему.

  – Не будем. Тем более сейчас один маг земли надерёт задницу огненному.

  – Разве, как огненный маг, ты не должен болеть за того, у кого такая же основа, как у тебя?

  – Я болею за кого хочу. И сегодня мне интересно, как покажет себя маг земли.

  – Один маг земли уже показал мне, что может, – процедила я сквозь зубы.

  – Поэтому я и отправил Джейми присмотреть за тобой, раз ты мне запретила сделать это, – оправдался Рендел.

  – И я тебе благодарна. И Джейми тоже. Но маниакальная одержимость императорской принцессы меня пугает.

  – Одри...

  – Одри?!.. – с возмущением повторила за ним, вздёрнув брови и пришпилив осуждающим взглядом.

  – Леди Одри Глейм, – исправился Рендел, не использовав приставок на анклавский манер.

  В Империи давно отказались от сословных приписок к фамилиям, утверждая, что это уравняет всех граждан в возможностях. Но на деле оказалось лишь прикрытием того, что безродный муж занял трон, свергнув последнего короля Импеи, провозгласив её свободной от предрассудков Империей. Теперь в соседней стране не было монархии, но право наследования власти по-прежнему переходило от отца к сыну.

  – И что у вас с Одри? – спросила, понизив голос, чтобы соседи случайно не расслышали моих слов.

  – У меня – ничего. Это её и злит. Ты боишься, что принцесса украдёт моё сердце?

  – Пусть она крадёт что хочет, а меня оставит в покое, – фыркнула я, отвернув голову.

  – Она пару дней позлиться и успокоиться. Так уже было, когда ей сообщили, что Грегори не сможет взять её в жёны. Она нашла Амину и попыталась той объяснить, что только настоящая принцесса может стать парой принцу, – Рендел хохотнул. Как погляжу, его забавляла злобная черта характера императорской принцессы или – как он её назвал – Одри. Никакой формальности для того, кто не знаком близко с навязываемой невестой.

  – И как Амина избавилась от докучливого внимания?

  – Никак. Игнорировала её выпады. А ещё пожаловалась нашей королеве. Тётя Лисандра провела с Одри одну беседу, после которой принцесса стала шёлковой и спокойной. А потом её попытались задобрить, познакомив со мной. Вот только мне сразу не сказали, с какой целью нас свели, а когда узнал, уехал из столицы. С такой злючкой семью не построишь. Отец бы не одобрил, что я, его единственный наследник, никого не оставлю после себя, кроме, может быть, парочки бастардов.

  – Что?! – такое заявление поразило меня.

  – Ну что ты пугаешься? С тобой такого не будет, ты же у меня хорошая девочка. Да, жестокая на словах, но не на деле. А вот О... леди Глейм настоящая тиранша. Мне такая жена не нужна. Любви с такой и за всю жизнь не наскребёшь, чтобы ребёнка оформить.

  – Р-ребёнка?... – голос дрогнул, а щёки загорелись. Вот это планы у Рендела: ребёнок по любви, наследник рода и отрада для матери. Для его матери – миледи Маргарэт.

  – Не слишком ли серьёзные планы для такого человека, как ты? – не удержалась от язвительного вопроса.

  – Когда-то надо начинать. Вот только не уверен, что моя мечта о семье исполнится.

  – Почему?.. Разве ты не из тех, кто добивается своего?

  – Да, я такой, – довольно улыбнулся Рендел, напомнив сытого кота. – Но порой наши желания противоречат друг другу, поэтому исполниться может что-то одно.

  – И... что же мешает тебе обзавестись семьёй? – осипшим от волнения голосом поинтересовалась я. Любопытно было услышать ответ и страшно, что узнав Рендела ещё больше, не смогу... Нет. Не захочу возвращаться в Каспин.

– Да я это так... К слову, – отшутился он, а на арене что-то взорвалось. Всё пространство под защитным куполом заполнил яростный и неукротимый огонь. Изображения, которые проецировались с око-артефактов, исчезло. Прозвучал сигнал, возвещающий об окончании боя.

  Когда огонь рассеялся, все присутствующие разглядели мага-победителя – огневика, как можно было понять по огненному шторму, который тот использовал, чтобы заставить противника спрятаться под землёй и признать поражение.

  – Ну вот, всё пропустил... – расстроенно выдал Рендел.

  – Рен, с тебя сто оринов, – заявила голова принца Виктора, высунувшаяся из-за перегородки со стороны королевской ложи.

  – Боя, считай, не было. За что я платить должен? – ответил ему Рендел.

  – А ты ожидал чего-то другого? Шторм никогда Кинжалу не давал больше минуты.

  – Давал... Не давал... – пробурчал Рендел, надувшись. – Обратись к моему бухгалтеру.

  – Лучше ты сам передай мне всю сумму, – не отставал Виктор.

  – Не ношу с собой такие деньги.

  – Разок сделай исключение, чай, не чужие.

  Взгляд Рендела стал острым и устрашающим.

  – Избавь меня от необходимости пересекаться с тобой, – с угрозой в голосе произнёс он, напугав меня. – Не мог остаться с женой домой? Не боишься пропустить рождение первенца?

  – Мужчина не должен влезать в женские дела. Женщины могут родить и без нашего пристального наблюдения.

  – А если что-то пойдёт не так?.. Не боишься за своего наследника?

  Что вдруг случилось? Какая кошка пробежала между этими двумя?.. Я отошла к ровному ряду стульев, чтобы не попасть под руку что-то не поделивших мужчин – и точно не меня. С чего бы вдруг? Принц Виктор женат и счастлив в браке... Как мне казалось. Или Рендел тайно влюблён в его супругу?.. Не может быть!

  Чем дальше я размышляла, тем больше шокирующих предположений рождалось в моей голове.

  – Я понял. Ну хочешь, подерёмся.

  У меня челюсть отвисла от такого предложения. Только этого не хватало. Не царско-герцевское это дело – махаться огненными мечами, плетями и кидаться фаерболами на свадьбе брата и кузена.

  – С тобой? – фыркнул пренебрежительно Рендел, будто тут он был старше и сильнее, а не принц. – Магию и время тратить не хочу.

  – А выпустить пар?.. Обещаю, что не пошевелюсь за бой. Ну а если сойду с места, то ты выиграешь. И сто оринов оставишь себе, – предложил Виктор.

  – У вас такие развлечения в порядке нормы? – рискнула уточнить, влезая в мужской разговор.

  – Какая нормальная свадьба без дружеской драки? –усмехнулся принц. – Ну что Рендел?.. По рукам?

  Виктор протянул из-за перегородки широкую ладонь.

  – По рукам, – принял вызов Рендел, скрепив рукопожатием. Ладони мужчин вспыхнули огнём. В воздухе появились уже знакомые слова договора о ставке на сто оринов, и к написанному добавились пару пунктов, которые только что обсудили мужчины, разгорячённые выступлениями на арене.

30 Дело чести

  – Что случилось? Почему они решили устроить дуэль? – с этим вопросом в ложу влетела мать Рендела.

  – Сама хотела бы узнать, но мне никто ничего объяснять не стал.

  – Рендел пил?

  – При мне пару бокалов вина.

  – Ох, мальчишки...

  Леди д'Итьер подошла вплотную к парапету, встревоженным взглядом всматриваясь в фигуры, вышедшие на арену.

  – Эта затея может плохо закончиться? – спросила у женщины, заражаясь её беспокойством.

  – Если Рендел не будет сдерживаться – вполне возможно.

  – Рендел отметелит принца?..

  – Скорее сам себя, – проворчала леди Маргарэт. – На Викторе стоит защита божественного уровня. Его жена на свадьбу получила  благословение, как и Амина сегодня, и  использовала для того, чтобы сберечь супруга от любых опасностей.

  – Прямо от любых?

  – Бессмертным он не стал. От времени боги никого защитить не могут, а может, просто не хотят. Но суть одна: все атаки Рендела будут отражаться от Виктора, и тому ничего для этого делать не надо. А куда они отразятся – другой вопрос.

  – Значит, любое заклинание Рендела может отразиться от принца в него?

  – Не исключено. Это меня и беспокоит.

  – Если бы я знала, то помешала бы им. Дуэль не на равных условиях... совсем.

  – Тебя только это волнует? – леди д'Итьер кольнула меня осуждающим взглядом.

  – Мужчина до старости лет остаётся мальчиком, которому только дай шанс покрасоваться и он его не упустит, – нервно усмехнулась. Попытка разрядить обстановку и успокоиться не выходила.

  В ответ получила ещё один неодобрительный взгляд от матери, чей ребёнок – замечу, уже далеко немаленький по местным меркам – самостоятельно заварил эту кашу.

  – Ну хотите, я побегу на арену и остановлю его. Повисну на шею или ноге... С таким балластом он сражаться не сможет. Да и не станет рисковать моим здоровьем. Наверное.

  – Ты это сделаешь?

  – Да. Мне, как женщине, простят любую истерику и малохольность. А Рендел будет говорить, что не он струсил, а я ему помешала. И все в выигрыше.

  – Не боитесь испортить впечатление о себе?

  – За здоровье Рендела я боюсь больше, – честно ответила я и заметила, как едва заметно приподнялись уголки губ леди Маргарэт. Женщину определённо впечатлила моя готовность сделать всё ради её кровиночки. Лишь бы Рен коленки не ободрал и чёлку не подпалил, разыгравшись не на шутку.

  – Тогда тебе стоит поторопиться, коли не шутишь, – сказала она, указав взглядом на арену, где началась дуэль: Виктор стоял, скрестив руки на груди, а Рендел принялся кидать в его сторону фаерболы, делая каждый следующий больше предыдущего.

  Как и сказала леди д'Итьер, на Викторе стояла защита. Божественная или нет – сложно было судить по отскакивающим от невидимой преграды вокруг принца фаерболам. Огненные шары разлетались в разные стороны. Траектория их была непредсказуемой. Ренделу приходилось всё время двигаться, чтобы не получить в лоб собственным заклинанием.

  Подхватив юбки, я побежала искать путь на арену. На выходе из ложи наткнулась на скучающего Дмейми. Он с радостью предложил проводить меня, а заодно проследить, чтобы я сама не вляпалась в непонятные выяснения отношений с той же принцессой из Империи.

  Оставалось всего несколько шагов до выхода на арену. Массивная деревянная дверь открылась, и во внутренний коридор вошёл Рендел. Солнечный свет за его спиной пробивался сквозь облака пыли, создавая золотистый ореол вокруг мужской фигуры.

  – Уже всё? – оторопела я.

  – Да, – сухо ответил Рендел. – А что ты тут делаешь? Почему не осталась в ложе?

  – Переживала... – прикусила губу и продолжила: – …что твоя мать испепелит меня, если ты пострадаешь.

  Рендел нахмурился. Вздёрнув подбородок.

  – Ей не понравилось, что я не остановила вас... тебя.

  – И ты пришла вмещаться в дуэль? Жить надоело? – в его глазах заплясали дикие огоньки.

  – Не-е-ет...

  – Ну матушка... Нашла способ избавиться от невестки, – процедил Рендел.

  Джейми и слуга, присматривающий за ареной, отошли подальше и по-тихому скрылись за углом. В запале от разгневанных магов часто страдали первые попавшие под руку.

  Но в таком случае, злость Рендела могла остановить свой выбор на мне. Я отступила на шаг, оценивая свои возможности использовать магию в целях самообороны.

  – Я не хотела обзаводиться таким врагом, как леди д'Итьер, – выдавила в своё оправдание.

  – Вот она и воспользовалась этим. Не позволяй всем подряд манипулировать собой! – грозно бросил он, надвигаясь на меня. Свирепое выражение лица не сулило ничего хорошего.

  Правильно было бы попытаться скрыться с глаз Рендела бегством, но меня парализовало от страха. Боязно было даже сделать вдох. Злой Рендел мне совсем не нравился.

  – Я и не позволяю! – выкрикнула, не выдержав психологического давления, когда Рендел навис надо мной подобно грозовой туче. – Ушла из ложи, потому что захотела! Сюда пришла, потому что решила, что тут тише и спокойнее будет!

  Рендел задумчиво осмотрелся.

  Здесь и вправду было тихо и спокойно. Звуки со стороны арены и трибун доносились слабым гулом, отдалённо напоминая завывания ветра в непогоду.

  Рендел развёл руки, я присела, не ожидая ничего хорошего, а затем он меня поймал в свои объятья и крепко прижал к себе.

  – Отпусти... – Предприняла попытку оттолкнуть его, но добилась исключительно смеха в ответ на свои потуги. Замерла и затихла, вдыхая запах пыли, смешавшийся с парфюмом Рендела. Тепло и безопасно. Вдали от всех глаз и длинных языков.

  – Ладно. Попробую достать запись дуэли. Такая битва должна войти в анналы истории и в личный архив. Потом будет что показать детям и чем шантажировать кронпринца.

  – Что?.. Ты выиграл? – не поверила я промелькнувшей догадке. Уж поражением он бы не стал так кичиться.

– Конечно! – Рендел отстранился, положив ладони на мои плечи. – А ты думала, что я проиграю? – в его голосе прозвучали нотки обиды.

  – Ну-у-у...

  – Даже чуть-чуть не надеялась на мою победу? – допытывался Рендел, тряхнув меня за плечи.

  – Над-деялась... – Зубы звонко клацнули. Рендел прекратил трясти меня словно яблоньку. – Но потом пришла твоя мама и накрутила меня, рассказав про божественную защиту на принце Викторе.

  – Одной магической защиты мало, – глубоким голосом выдал Рендел, отпустив меня наконец-то. – На магию рассчитывай, а сам не плошай, – умничал он.

  – Ты смухлевал? – поразилась, высказав самое подходящее предположение.

– Да как ты смеешь такое думать обо мне?! – наигранно возмутился Рендел и схватился за грудь, будто вот-вот его сердечко остановится от такой несправедливости в его адрес.

  – Хватит паясничать, – осадила я и для верности хлопнула его по плечу ладонью, попутно стряхивая пыль с камзола.

  – Все ведутся на мою игру, – усмехнулся он, в голубых глазах плясали задорные искорки. – Да, того, кто дурачится, всерьёз не воспринимают. Это минус. Вроде бы. Но зато я выиграл, а Виктор проиграл, недооценив соперника.

  – Так как ты его победил? – стало подмывать любопытство.

  – Левый – нежданный, правый – коварный! – оскалился Рендел, продемонстрировав свои кулаки. – Удар слева он не ожидал из-за пыли и фаербола, закрывшие обзор, а хук справа выбил его из равновесия. Такого падения ещё ни одна королевская задница не переживала. Но Виктор у нас сильный мальчик, справиться с таким позором, но возможно, о титуле кронпринца он в итоге откажется – люди не забудут его чрезмерную уверенность. Он-то может быть и защищён, а вот другие справляются везде своими силами. Правильно я говорю?

  – Да-а-а... – протянула я, поражаясь и жалея, что не видела всего этого собственными глазами. – Но разве это не нарушение дуэли?

  – Нет, – отрицательно качнул головой Рендел, – это просто маги забывают, что у них ещё есть возможность использовать физические атаки. Что, собственно, и позволило мне победить.

  Более довольного собой мужчину в этот момент сложно было отыскать. Счастье от победы над сильным и, казалось бы, непобедимым врагом переполняло Рендела.

  – Значит, защита на принце Викторе не такая уж абсолютная.

  – По части магии – абсолютная, но в нашем мире есть и другие вещи, которые могут причинить вред, боль и довести до смерти, – тихо ответил Рендел, внезапно погрустнев. – А теперь предлагаю покинуть на время праздник и поплавать по озеру на лодке. Если проголодаешься – вернёмся. Или попросим слуг накрыть в одной из садовых беседок. Никто не заметит нашего отсутствия, – во всеуслышание заявил он, нацепив улыбку и подставив мне свой локоть.

31 Сцена из-за постели

  Я потеряла счёт времени. Рендел умел не только завлечь, но и развлечь так, что забываешь обо всём, даже о том, что находились мы на территории королевского дворца в разгар празднования свадьбы среднего принца.

  Мы обошли весь сад, побывали в каждой из беседок, прокатились по озеру. Устроили пикник наверху смотровой башни, стоявшей в отдалении от дворцового комплекса.

  Солнце уже скрылось за горизонтом и стали заметны луны на небе. Под жуткий грохот мы смотрели, как взрываются разноцветными искрами снаряды, которые запускали со стен форта, после вернулись во дворец, чтобы устроиться на ночлег.

  За день я устала, но не так как обычно, потому что сегодня истощились физические силы, а не магические. Я вслух мечтала принять ванну, чтобы расслабить натруженные мышцы. Из дома д'Итьеров должны были доставить вещами для меня и для Рендела, чтобы без стеснения провести два дня и одну ночь в гостях.

  – Для вашей спутницы подготовили домик у розария, – сообщил дворецкий,  занимавшийся вопросом расселения гостей, а точнее родственников правящей династии, коих набралось немало.

  – А мне  во дворце? – переспросил Рендел, хотя  ответ от этого не изменился.

  – Да. Во  дворце. Рядом с покоями леди д'Итьер.

  – А  сундук с вещами куда доставили?

  – Сундук и служанка ждут в домике у розария, – спокойно с непроницаемой маской на лице ответил дворецкий.

  – Почему и сундук, и служанка там? – допытывался Рендел. Эта ситуация не устраивала его настолько, что голос скрежетал металлом.

  Я не стала вмешиваться. Меня расположение подальше от знати устраивало.

  – Я  решил, что в сундуке вещи вашей спутницы, а служанка будет помогать ей с вечерним и утренним туалетом, – ни одна мышца не дрогнула на лице дворецкого. Мужчина  преклонных лет повидал столько де...  то есть всего – это читалось во взгляде, что  тон и бешеный огонь в глазах племянника короля не пугал его.

  – В том сундуке и мои вещи. И кто, по-вашему, мне будет помогать с туалетами?

  – Прошу простить, вашей светлости предоставят всё необходимое, только скажите, – без капли раскаяния выдал дворецкий.

  – Мне нужны мои вещи и моя служанка, –  капризничал Рендел, только что ножками не топал.

  – Я прикажу доставить ваши вещи со служанкой в выделенные вам покои.

  – Не надо, – отмахнулся Рендел, скривившись.  – Лучше меня доставьте к моим вещам и  служанке.

  – Что?! – вылетело у меня, а щёки предательски  заалели.

  – Простите? – тон дворецкого впервые за диалог  изменился.

  – Непонятно? Я сказал, чтобы меня доставили в покои к моим вещам и служанке.

  – Вы хотите расположиться в домике у розария? – уточнил дворецкий, вернув голосу прежнюю невозмутимость.

  – Да. Вместе со своей спутницей, служанкой и вещами, – никого не стесняясь уточнил Рендел.

  – В домике всего одна спальня для гостей и одна спальня для слуги, – сообщил мужчина.

  – Кровать в спальне для гостей всё ещё королевских размеров?

  – Да.

  – Тогда не вижу, что мешает вам доставить меня  со спутницей туда?

  Я огляделась по сторонам, сгорая от смущения. Несколько слуг и стражников не подавали вида, что слова Рендела достигли их слуха, но разговоров об этом будет много за нашими спинами.

  – Ночевать в одной спальни – ты с ума сошёл? –  прошипела я, когда дворецкий отошёл, чтобы организовать нам повозку до – будь он не ладен – домика у розария. В новых обстоятельствах отдалённость от людей меня уже не радовала.

  – И почему сразу с ума сошёл? – Рендел  нахмурился. – Так будет проще для всех, чем таскать тюки с моими вещами и гонять Лили от тебя ко мне.

  – То есть у тебя нет ничего пошлого на уме?

  – А у тебя-я? – протянул Рендел, вновь превратившись в озорного котика.

  – Нет! С чего бы! А если и были, то не с твоим участием! – выпалила невпопад, покраснев с головы до ног.

  – Ранила прямо в сердце, – театрально хныкнул он, прижав ладонь к груди. – Но я разберусь с твоей фантазией. Наведу порядок, чтобы наяву и во снах тебе являлся лишь я, – пообещал Рендел, склонившись к моему лицу. Мужские пальцы коснулись щеки, обжигая сильнее стыдливого жара. Нежно погладив, Рендел заправил мою непослушную прядку за ухо. – Я не сделаю ничего, что ты мне не разрешишь. И необязательно словами, – промурлыкал он у самых губ, щекоча дыханием.

  – Ваша светлость, повозка готова, – сообщил дворецкий.

  – Слышала? – Рендел выпрямился, не сводя с меня пожирающего взгляда. – Повозка готова.

  Он подставил локоть, я машинально взялась за него, опустив низко голову. Жар пожирал тело, и я была не против поездки в открытом ландо.

  Домик оказался небольшим, но развернуться двум взрослым людям и одной служанке можно было. Джейми отказался ночевать вместе с дворцовыми слугами, заявив, что предпочитает спать на свежем воздухе. Тогда Рендел подсказал ему отличное место – ту самую смотровую башню, с которой был виден почти весь дворцовый комплекс.

  – Лили, приготовь ванну для Адель, – попросил  Рендел с порога.

  Девушка кивнула и ушла на второй этаж, где располагалась спальня с ванной комнатой. Внизу же была гостиная с неприметной за плотной занавеской дверью в служебное помещение со спальным местом для Лили.

  Рендел наполнил два бокала красным вином. Он пригласил меня сесть с ним на диванчик и предложил выпить за прекрасное завершение дня.

  Мы сидели и потягивали вино. В воздухе повисла неловкая пауза.

  – Как твой питомец? – нарушил Рендел тишину.

  – Питомец? – Я посмотрела на него, приподняв брови. Вот чего нет и не будет в моей жизни, так это домашних зверушек.

  – Ну... – Рендел, схватившись за ткань юбки, задрал мне подол.

  – Что ты делаешь?! – напугалась я.

  – Хочу посмотреть, как там дела?

Что? Там? Под юбкой?

  – Извращенец! – и выплеснула остатки вина на лицо обнаглевшего мужчины. Совсем забылся?

  Вскочила на ноги и подлетела к консоли. Поставила пустой бокал на столешницу и замерла, соображая, что могу сделать, чтобы обезопасить себя на эту ночь.

  Под ногами почувствовала движение магии. На стене перед носом зажёгся алым знак – тот, что Джейми использовал для глушения голоса. Звуки шагов она тоже хорошо подавляла, потому что я не услышала, как Рендел приблизился ко мне со спины.

  – Я про твоё проклятье говорил, – произнёс от недовольно, вынудив меня подпрыгнуть от неожиданности и мгновенно развернуться к нему лицом.

  Наши взгляды встретились. Воздух раскалился, обжигая кожу опасной близостью с мужчиной.

  – Знай, – начал он, поставив ладони на консоль и низко склонившись ко мне, – я хочу сорвать одежду с тебя, потом с себя и предаться страсти. Весь день хочу. Так хочу, что пришлось накладывать иллюзию, чтобы не веселить родню оттопыренными штанами.

  У меня глаза вылезли на лоб от услышанного, в горле пересохло, а щёки запылали так, будто их жгучим перцем натёрли.

  Надо было что-то ответить, но я с трудом могла дышать, втягивая ноздрями горячий воздух с пьянящим мужским ароматом.

  – Миледи, ванная готова, – услышали мы голос Лили. – П-простите, – пискнула она и попыталась скрыться.

  – Стой! – прорезался у меня голос.

  Я оттолкнула Рендела, стремительным шагом приблизилась к замершей на месте служанке, схватила её за руку и поспешила на второй этаж, утаскивая с собой растерянную девушку.

  Хочет он избавить меня от одежды и предаться страсти! Типичный мужик! Ни о чем другом думать не может! Лучше бы делом занялся и нашёл моего дедушку, а не в игры играл!

  Велела Лили сидеть в спальне, пока я принимаю ванну, строго-настрого запретив подпускать к дверям Рендела. Хотелось немного расслабиться и отдохнуть от душного общества озабоченного герцога, ведь дальше... Дальше целая ночь для волнений.

32 Королевская кровать

  – Сир Рендел не заходил? – спросила я у Лили после того, как вышла из ванной в длинном халате, подол которого волочился следом, шурша по мягкому ковру.

  – Заходил, – подтвердила она. – Просил передать вам, что переночует в гостиной на диване.

  Я удивилась, вспомнив диванчик, стоявший на первом этаже. Если я на нём попытаюсь улечься – ногам места не хватит, что уж говорить про мужчину, который выше меня на голову.

  – Вам помочь расчесать волосы? – предложила Лили, подхватив щётку с туалетного столика.

  – Нет. Можешь идти отдыхать. Но если услышишь странные звуки и крики, прошу прийти и  вмещаться.

  – Прийти? – Лили непонимающе хлопнула ресницами. – Как вмещаться?

  – Ты маг воды, вот и окати шумящих водой.

  – То есть вас или хозяина?

  – Если это будет сир Рендел или я с непонятной компанией, то да – меня или своего хозяина с нашими визитёрами. Сможешь?

  – Думаете, что к вам кто-то проберётся в спальню?

  – Думаю, – не стала отрицать очевидного.

  – И подозреваете, что к сиру Ренделу кто-то может прийти? – на щеках девушки заиграл румянец.

  – Не удивлюсь подобному повороту, – фыркнула усаживаясь на пуфик перед зеркалом.

  – Хотите, чтобы я защитила вас от покушения на вашу честь или жизнь, а хозяину помешала развлечься у вас под носом?

  – Лили, ты умная девушка – выводы сделала правильные, но озвучивать их вслух не надо.

  – Прошу прощения, я всё сделаю, – смутилась она, опустив виновато голову. – Я могу быть свободной?

  – Да. Иди.

  Лили метнулась к выходу, потом вспомнила про щётку в своих руках, вернулась ко мне, осторожно положила расчёску на край столика и после этого ушла.

  Я не спеша расчесала волосы, наслаждаясь возможностью использовать магию для их сушки. Браслет я оставила на ноге, впервые за долгое время не беспокоясь о том, что одна маленькая зараза вздумает прогуляться по моему телу. Просто так. Лапки размять. Вдруг её покормят. Что, собственно, я и делала, чтобы убрать с глаз это проклятье.

  Я потушила свет и забралась на кровать. Легла с края, подумала и перекатилась на середину. Тяжело вздохнула, понимая, что совесть не позволит заснуть одной в постели, рассчитанной на четырёх людей, пока Рендел жмётся на маленьком диванчике. Ещё и браслет всё время напоминал о нём, непривычно впиваясь в кожу.

  – Вот надо было здесь поставить такую кровать, – процедила раздосадовано и поползла обратно к краю.

  Накинув халат, отправилась вниз, осторожно ступая на цыпочках и прислушиваясь к каждому шороху. Сердце бешено колотилось в груди, страшно было от мыслей, что меня неправильно поймут или вдруг увижу не то, что ожидала. Пытаюсь тут быть добра к тому, кто проявил ко мне заботу, но могу пожалеть об этом. Это я прекрасно понимала, но сил не было оставаться дальше в уютной кровати, зная, что из-за меня страдает человек, если действительно пытается поспать на маленькой софе, и пусть он герцог д'Итьер, которому не помешает немного лишений и неудобств. В профилактических целях.

  В гостиной горел камин, мягким светом освещая помещение. Огонь в нём был магический, видимо, Рендел зажёг, чтобы не замёрзнуть без одеяла.

  Подкралась к диванчику, всеми силами стараясь минимизировать количество создаваемых звуков: шорох ткани, скрип половиц, тяжёлое дыхание... Не хотелось ненароком побеспокоить Лили и заодно проверить насколько честна она была со мной, пообещав остудить тех, кто будет шуметь в ночи.

  Я остановилась у спинки диванчика, заглянула за неё и нахмурилась: никого там не было, только камзол сиротливо лежал, аккуратно сложенный.

  Он отошёл прогуляться по саду или до уборной?..

  Я терялась в догадках.

  Обогнула диван, внимательным взглядом скользя по гостиной, быть может, Рендел на пол прилёг. Хотя с чего вдруг? Он не солдат, чтобы до такого додуматься и смиренно принять подобный вариант, как единственно верный и максимально комфортный.

  Неожиданно запнулась обо что-то в полутьме и полетела на пол. Испугавшись падения, вскрикнула и зажмурилась. Вместо жёсткого ковра приземлилась на что-то плотное и тёплое. Я вот точно ничего не колдовала, не успела даже подумать об этом. Открыла глаза, пространство подо мной недовольно закряхтело, пошла магическая рябь по замаскированному предмету.

  – На этот раз ты сама прилетела в мои руки, – сипло заявил голос Рендела. Он сбросил иллюзию, чтобы продемонстрировать победную улыбку.

  Не могу назвать удачным приземление на живого человека. Хорошо, что лбом о его гладко выбритый подбородок не ударилась.

  Сверля злым взглядом притворщика, приподнялась на руках, но ладони Рендела, крепко сжавшись на моей талии, не позволили ретироваться с недостаточно придавленного мужчины.

  – Отпусти.

  – Нет. Мне положена компенсация за то, что ты свалилась на меня и разбудила.

  – Не надо было иллюзию накладывать, если не хотел, чтобы об тебя спотыкались, – зло шипела я, извиваясь в его руках.

  – Чего я не хотел, так это чтобы кто-то прознал, что я спал на полу. Мне по статусу не положено.

  – Так и воспользовался бы диваном.

  – А ты пришла убедиться, что диван не пустует? Боишься, что уйду искать покои, в которых мне выделят хотя бы край кровати?

  – Ничего я не боюсь. Просто спустилась воды попросить у Лили, – злилась я собственной неосмотрительности: магию от камина приметила, а следы на полу списала на отголоски того, что здесь колдовали.

  С моим проклятьем близость магических потоков, следы заклинаний и всё, наполненное магией, чувствовалось острее всего физического в этом мире. К примеру комод, о который я частенько билась мизинцем, перестал меня раздражать и калечить, стоило лишь нанести на углы магические метки. Активность ящерки всегда привлекала моё внимание и вынуждала сбавить обороты. А нет спешки – нет отбитых пальцев.

– ПРОСТИТЕ-Е-Е! – проверещал кто-то и меня прижало к груди Рендела упавшим с потолка потоком воды.

  – О, водичка, – прокомментировал Рендел, отирая лицо. – Ещё пить хочешь? Или тебе повторить, но на этот раз в стакан? – издевался он будничным тоном.

  – Простите-простите-простите, – затараторила Лили, интенсивно кланяясь. – Сир, миледи просила ей не изменять...

  – Ли-ли,– остановила я девушку, отчеканив её имя. – Можешь идти к себе.

  – Леди Адель? – удивилась она. – Простите!

  – Ли-ли, – повторила я с угрозой, с трудом приподнявшись на руках над Ренделом, от которого уже вовсю валил пар, будто он тут закипает от ярости, а не я.

  – Простите, – пискнула на прощание Лили и убежала. Тихо хлопнула дверь в служебное помещение, подтверждая, что мы с Ренделом вновь остались одни.

  – Миледи просила не изменять ей? – бархатным тембром издевался Рендел, а я проигнорировала его самодовольство. – Тебя высушить? – любезно предложил он, так и не убрав своих рук с моей талии.

  – Нет! – Бросила на него злой взгляд сквозь свисающие на лицо мокрые пряди – Рендел рассмеялся.

  – Да не сожгу я твою одежду, моя же цела, –  заверил он, отсмеявшись.

  – Я сказала: сама просохну и без тебя. Отпусти уже! – прикрикнула, надавив коленом на мужское бедро. – Отпусти, если не хочешь обращаться к лекарю посреди ночи с деликатной просьбой, – процедила я, глядя прямо в глаза Рендела.

  – Не держу, – ответил он, подняв руки к голове.

  Недовольно пыхтя, слезла с мужчины. Знала же, что ничем хорошим моя затея не закончится. Вот надо было мне беспокоиться об этом дураке!

  Поднялась на ноги, наспех просушила одежду и собиралась уйти, но кинула взгляд через плечо на Рендела. Он лежал, закинув руки за голову, с неизменной улыбкой на лице. Видно было, что он собрался и дальше спать на полу. И кто-то на него опять свалиться, не приметив иллюзии. Даже пусть это будет Лили. Нет, девушка не заслужила такого. Лучше убрать из гостиной мужское тело, чем потом оплачивать служанке блокировку травмирующих воспоминаний.

  – Будешь и дальше здесь валяться? – зло бросила, не поворачиваясь к нему лицом, чтобы не растерять остатки смелости или дерзости – как посмотреть.

  – А есть другие предложения?

  – Кровать.

  – Твоя?

  – Нет, королевская. Согласна выделить один край, если пообещаешь использовать его для сна. Не хочу, чтобы ты завтра не был готов прикрыть меня, если что-то пойдёт не так.

  – Хм... Согласен, мне лучше хорошенько выспаться перед завтрашним представлением.

  Я услышала шорох позади. Оглянулась, чтобы убедиться, что Рендел встал и готов идти за мной, и после этого направилась к лестнице.

  – Что ты делаешь? – поинтересовалась я, замерев в шаге от кровати.

  – Раздеваюсь, – ответил Рендел, перестав расстёгивать пуговицы на рубашке.

  – Ложись так. И поверх одеяла.

  – Твоя доброта оказалась показной... Зачем звала, если лечь спать нормально не даёшь? – наигранно возмутился Рендел. Его очень забавляло наблюдать за мной и провоцировать на диалог.

  – Я тоже хочу выспаться, и для этого мне нужно, чтобы ты держал себя в руках.

  – И в штанах, – добавил он. – Но хоть их позволь снять.Сегодня я надел бельё, как знал, что пригодится.

  – В смысле сегодня? – Вытаращилась глаза на этого ненормального. – Обычно ты ничего под низ не надеваешь?

  – Нет. А зачем?

  Закатила глаза и накрыла ладонью лоб, не зная, что на это ответить.

  – Нет. Остаёшься в штанах, – не сдалась я.

  Рендел не очень-то расстроился, а скинув сапоги, запрыгнул на постель, из-за чего вся конструкция под ней содрогнулась.

  – Как же хорошо в кроватке, – выдохнул мужчина, удобнее устраивая голову на перинной подушке.

  Я потянулась к поясу халата и замерла, задумавшись: а стоит ли мне снимать его?

  Рендел лежал, вытянувшись по ровной линии, руки покоились на груди, глаза прикрыты, будто уже заснул.

  Всё же скинула халат, прямо на пол, и быстрее мыши, убегающей от кота, юркнула под край одеяла. Браслет на ноге неприятно впился в кожу, напоминая о себе. Сняла его и положила на прикроватную тумбочку.

  Я хотела держаться ближе к краю, но пришлось отодвинуться к середине, потому что кое-кто своим телом прижал одеяло, не позволяя натянуть его по самый нос.

  Я лежала спиной к Ренделу, прислушиваясь к звукам. Сердце в груди взволнованно стучало: я впервые за долгое время делю постель с мужчиной, и он ко мне не прикасается. Немного даже обидно стало. Рендел дал чётко понять, что его ко мне влечёт, а теперь дрыхнет без задних ног.

  Надулась, придумывая, как донести до него своё недовольство, сдерживаясь, чтобы якобы случайно не лягнуть его пяткой. Именно «якобы», потому что мне придётся вытянуться поперёк кровати, чтобы дотянуться до него этой самой пяткой.

  Посмотрела назад и принялась укутываться в одеяло словно в кокон, ворча про себя: «Спит он. У него всё хорошо. Ему удобно. На кровати-то. Ну спи. Спи-спи... Я тебе устрою «доброе утро». Без завтрака останешься. А потом, покончив с официальной частью липовой помолвки, уеду домой к маме и папе».

  – Замёрзла? – вопрос прекратил мои копошения – я замерла прислушиваясь.

  Показалось?..

  – Иди сюда, – сонно прозвучал голос Рендела совсем рядом, спустя несколько секунд шороха ткани и колебание матраса, и на меня опустилась мужская рука.

  Рендел подоткнул одеяло со всех сторон, из-за чего я впала в ступор, не зная, как реагировать: наорать или поблагодарить? Ладонь он оставил на моём бедре, уткнувшись в одеяльный ком у головы. Он спал. И колдовал: приятное тепло разлилось над одеялом, проникло сквозь толстый слой пуха и перьев, прогрев всё тело.

  Какие же огненные маги коварные... Вечно своим теплом вынуждают расслабиться...

  Сомкнула веки, спиной ощущая близость Рендела.

  Теперь можно ни о чём не беспокоиться. Он рядом и никуда не уйдёт, пока не наступит утро.

  Вся обида растаяла, словно снег, попавший в пустыню.

  Может, надо было позволить ему нормально лечь? Нет, и так хорошо. А главное – мягко и тепло.

  Это большее, на что я согласна сейчас, чтобы завтра распрощаться со столицей и Ренделом.

33 Завтрак

  – У нас проблема, – с этими словами Рендел соизволили присоединиться к завтраку.

  Где он пропадал, я не знала, и Лили не могла объяснить. Она лишь сказала, что к хозяину зашёл Джейми и они ушли задолго то того, как я проснулась.

  – Какая именно? – спросила, продолжая намазывать булочку маслом.

  Рендел взглядом отослал Лили и зажёг в воздухе над столом руну, не позволяющую нашим голосам достигнуть чужих ушей.

  – Джейми заметил поутру странную активность во дворе, пошёл узнать, по какому поводу слуги сгоношились, и выяснил, что вчера принцесса Одри заказала срочную доставку из Империи.

  – И? – Нож застыл над булочкой. Я послала недовольный взгляд Ренделу, чтобы он не тянул дракона за хвост.

  – Это рог единорога.

  Повисла пауза. Мы с Ренделом молча смотрели друг на друга.

  После пробуждения я была не в духе: позвала Рендела в кровать и что в итоге получила? Ничего, кроме душных обнимашек! Тоже мне, самый знаменитый на всю страну ловелас! Пф... С первыми лучами солнца он сбежал, будто нашкодивший кот или матрос, чей корабль сегодня отправлялся в дальнее плавание.

  Утро стало казаться прекрасным, когда Лили пригласила меня спуститься в гостиную: она накрыла стол к завтраку, позаимствовав свежую выпечку и ягодный джем с королевской кухни. Свежесрезанные цветы украсили стол, приплетая свой аромат к душистому чаю. Прохладный ветерок и тёплые солнечные лучи проникали в преобразившуюся гостиную через распахнутое окно.

  Я бросила булочку на тарелку, кое-как положила нож рядом с маслёнкой.

  – Весь аппетит испортили, – проворчала я.

  – Я?

  – И ты. И твоя принцесса.

  – Она не моя, разве я это плохо объяснил?

  – Я не знаю. Мне вот кажется, что ты этого и не пытался сделать.

  – Ей? Главное, чтобы тебе это было ясно.

  Я смерила Рендела неодобрительным взглядом.

  – Если бы ты постарался разрешить проблему с принцессой, прибегнув к своему красноречию, для меня бы она сейчас не представляла угрозу. Ух, как же она хочет доказать, что я тебе не подхожу в невесты. Что она собралась делать с рогом единорога? Заявиться на объявление о помолвки, держа его высоко над головой, чтобы все видели, какая она чистая и невинная в свои-то года? Нашла чем гордиться.

  – Так и знал: не надо тебе говорить, но решил, что все возможные эмоции по этому поводу лучше выплеснуть до того, как ты увидишь Одри.

  Я пронзила его гневным взглядом.

  – Я привык звать её Одри. Звание леди она не заслужила, я так считаю, – стал оправдываться Рендел.

  – Привык? За сколько дней, недель, месяцев?

  – Она при дворе уже больше полугода живёт. Как приехала знакомиться с Грегори, так и осталась. За ней министр обещал приглядывать, но у него это плохо получается, как и у слуг, которые не выдерживают больше трёх недель подле такой хозяйки.

  – Она избалованная и неуправляемая, а страдать из-за этого мне? Ты должен был рассказать о ней до того, как я согласилась помочь тебе.

  – В таком случае ты не согласилась бы, – отметил он очевидное, не пряча лукавой улыбки.

  Сорвалась и, схватив с общего блюда свежую булочку, бросила её в этого негодника, но, к моему огорчению, он ловко поймал сдобный снаряд.

  – Спасибо. Ммм, ещё тёплая, – довольно протянул он, смяв упругую выпечку.

  Я поджала губы, запрещая себе даже смотреть на нож для масла. Опытный маг его уровня как минимум увернётся от такого предмета, максимум – расплавит на подлёте незачарованный металл.

  – Джейми подслушал принцессу. Она велела принести шкатулку с рогом на объявление о нашей помолвке. Скорей всего, Одри предложит его в качестве подарка, если никто не запретит нам обручаться, – сказал Рендел, разрезая булочку пополам. – И так как я уже обо всём договорился с Белой Жрицей, всего за одну бутылку вина из королевского погреба, никаких возражений не должно возникнуть.

  – Договорился? – данное заявление настораживало. – Подожди, подарок – рог? – В моей голове сразу же родилась интересная идея: измельчить этот презент и распродать порошок для тех, кто боится ядов и проклятий. Еда от контакта с костной пылью единорога будет чернеть, а питьё пениться, если их испортили.

  – А подарки возвращают после разрыва помолвки?

  Мой вопрос застал Рендела врасплох с булкой во рту, которую он сдобрил джемом и намеревался отведать, пока всю скатерть не заляпал сладкими красными следами.

  – Обычно да. Ты что-то задумала сделать с рогом? – он посмотрел на меня странным взглядом.

  – Да, продать его. Будет мне компенсация за то, что вынуждена терпеть твою несостоявшуюся невесту.

  – Если тебе нужна компенсация, я готов заплатить.

  – Я хочу рог этой принцессы, – упёрлась я.

  Рендел усмехнулся.

  – Для начала, ей надо наставить этих рогов, хотя можно считать, что это уже сделано, вот она и беситься, – сказал он и откусил кусок от булки, вымазав рот в джеме.

  – Я про рог единорога! Хочу именно его! Я не считаю себя хуже принцессы: раз она капризничает, то и я могу... разочек.

  Утерев рот салфеткой, Рендел ответил:

  – Хочешь рог? Хорошо. Но сама понимаешь, что Одри его не просто так притащит на помолвку. Ожидай, что она сделает всё, чтобы ты взяла его в руки.

  Тут мне стало не до капризов и возможного заработка на редком ингредиенте.

  – Мы с тобой договорились: ты представляешь меня своей невестой и за это исполняешь моё желание. Раз я должна с честью пройти официальное объявление о нашей помолвке, чтобы узнать что-то о хозяине своего проклятья, я это сделаю, даже если эта принцесса попытается всунуть мне в руки два рога единорога. Оба заберу себе и продам. Она-то не знает, как правильно с рогами обращаться.

  Рендел зажал рот, чтобы не выплюнуть еду из-за пробравшего его смеха. Кое-как подавив нахлынувшее веселье, он глотнул чая и выдал следующее:

– Рад видеть тебя в боевом расположении духа,  главная сама не сунь рог кому-нибудь куда не просят.

  – Будешь шутки шутить – станешь первым несчастным, кому не посчастливилось испробовать рог на себе.

  – Не надо. Меня нельзя назвать чистым. Не хочу проверять, насколько я пожалею о том, что посмел вести разгульную жизнь до встречи с тобой, – в его взгляде не было привычной дерзости и шутливости.

  Я ничего не ответила, вернувшись к прерванному завтраку. По рассказам, которые доходили до меня, рог единорога лучше не трогать, если не хочешь испытать боль, соизмеримую с той грязью, что хранит твоё тело. Я не невинная девица – и это всего лишь второй секрет в семье эм'Саттон после проклятья, о котором уже в курсе Рендел, поэтому его волнение было понятно.

  «Почему он не хочет, чтобы двор узнал про моё проклятье?» – этот вопрос не давал мне покоя, но страх получить неожиданный ответ остужал любопытство. Рядом с Ренделом не покидало чувство, что он преследует свою цель, о которой никто не знает.

  Неприятно ощущать себя инструментом для удовлетворения чужих нужд. Ну а сердце, конечно же, желало верить, что всё не так, и Рендел просто заботиться о моей безопасности, а не о своей репутации.

34 Официальная помолвка

  От волнения не могла спокойно дышать. Чувствовала себя как в день открытия магазина, вот только тогда беспокойство вызывал пустой торговый зал: столько денег было потрачено на ремонт, оборудование и товары, и казалось, что всё зря. А сейчас десятки глаз были направлены на меня. Гости перешёптывались и обменивались неприятными улыбками. По общему настроению читалось неверие в повод, по которому всех собрали.

  – Минуту внимания! – призвал Рендел, щёлкнув пальцами. В воздухе раздался тихий звон, выбивая присутствующих из их разговоров.

  – Как вы уже заметили вчера, я прибыл на свадьбу всеми любимого, после Кристофера, принца Грегори, в компании прекрасной особы, – Рендел посмотрел на меня сияющим от счастья взором. – Я рад вам представить леди Адель эм'Саттон, солнечного мага, успешную предпринимательницу и похитительницу моего сердца. Коротко, моя невеста Адель! – Рендель приподнял мою ладонь, на котором красовалось  кольцо с красным гранатом.

  По залу прокатилась волна вздохов, перешедшая в шушуканье.

  – Как король и дядя этого молодого человека,  давший слово присмотреть за ним после смерти отца, я не против этого брака! – громко сообщил его величество и поднял бокал в знак уважения выбора племянника.

  – Я, – взяла слова леди д'Итьер, – мать этого балбеса, но не мне решать его судьбу, – воспользовалась она правом отложить родительское благословение до вердикта третьей стороны – представителя церкви.

  – Я – Белая Жрица Вейн, слуга семи богов,  присутствую здесь, дабы передать оценку богов по намеченному браку, – заговорила седовласая девушка, стоявшая сбоку от гостей в компании двух послушников. Шаткой походкой она приблизилась к нам с Ренделом и протянула ладонь.

  Рендел положил наши сцепленные кисти на ладонь жрицы, та накрыла их второй рукой и сомкнула веки, шумно втянув воздух ноздрями.

  Я напряглась и задержала дыхание, опасаясь буйства силы. Ладонь прошило потоком магии. На лбу выступил пот, мысли запрыгали вокруг образа ящерки, которая могла заинтересоваться энергией божественного уровня и плюнуть на драконит, который приковывал ею внимание к моей правой лодыжке. Так и случилось: зуд стремительной молнией метнулся вверх по телу.

  Жрица вздрогнула, опасно пошатнувшись. Один из послушников успел подставить ей плечо, на которое она облокотилась, освободив наши с Ренделом руки. Связь с богами была оборвана – ответ получен, оставалось его выслушать.

  Я облегчённо выдохнула, чувствуя проклятье, которое потеряло след и замерло у меня под рёбрами. Я не была готова к дополнительной проверке.

  Белая Жрица повернулась лицом к собравшимся гостям, собираясь разъяснить в первую очередь им то, что узнала она от богов.

  – Все присутствующие сегодня здесь видели, кого вчера бабочки определили как следующих, кто распрощается с беззаботной жизнью. Иногда они указывают цельную пару, если позволяют условия. Зачаровыванием бабочек занимался сам Глава собора Фирджи, уделив этому последних три месяца, поэтому не стоит сомневаться в полученном результате, к тому же эти двое сами заявляют о своём желании быть вместе, – на этих словах Белой Жрицы у меня пробежал неприятный холодок по спине. Я подозревала, что бабочка ошиблась: я давно попрощалась с беззаботной жизнью, и для замужества там места не было и не будет. – Но по настоятельной просьбе матери молодого человека я провела дополнительную проверку. Ответ богов... – Жрица сложила ладони и поднесла их к губам, шепнула несколько слов и взмахнула руками, выпуская под потолок стайку прозрачных жёлтых птиц.

  – Связанные  судьбой. Связанные судьбой, – щебетали пташки над головами собравшихся.

  – Нельзя взять и запретить связанным судьбой  связать себя дополнительно, – констатировала Вейн.

  – Ваше королевское величество, – вмешалась  императорская принцесса, устав ждать  подходящего момента, – не хочу оскорбить вашу веру в богов, но верить словам  алкоголички я бы не стала.

  Жрица никак не отреагировала на выпад зазнавшейся иностранки, видимо, привыкла слышать подобное в свой адрес.

  – Эти птицы – посланники Дианы, а сегодня, если вы не следите за календарём, именно её день. И призвать иллюзорных нарх ни одному из людей не под силу, поэтому выбирайте слова в присутствие божественных посланников, – предупредил принцессу король Адам.

  – А вы уверены, что нархи выглядят именно так?  – задала Одри провокационный вопрос.

  Прозрачные птички, мельтешившие под потолком, как по команде замерли, позволив лучше рассмотреть их переливающиеся жёлтым цветом тела. Их крылышки продолжали двигаться с небывалой скорость, превративщись в неясное светящуюся вуаль вокруг этих птичек.

  – Что это с ними? – заподозрила неладное принцесса.

  Нархи метнулись к усомнившейся в них девице, рассекая воздух золотыми росчерками.

  – Помогите! – взвизгнула принцесса и присела, накрыв голову руками. Стоявшие поблизости от неё люди, отошли, не желая попасть под клювики разозлившихся птичек.

  – Простите прощение, если хотите, чтобы они оставили вас в покое, – дала совет Белая Жрица.

  – Да за что? Я ничего такого не-а-а-а!..

  Несколько птичек смогли клюнуть упрямицу и хамку в темечко.

  – Ваше императорское высочество! – подбежал к девушке седовласый мужчина в чёрном  костюме без отличительных нашивок. – Не злите их ещё больше, попросите прощение, – настаивал он, прикрыв принцессу широкой спиной.

  – Ай!.. Хорошо!.. Я прошу прощения, если кого-то оскорбила.

  Нархи зависли в воздухе, грозно жужжа крыльями, словно гигантские мухи.

  – Ди... – услышала я – Вейн одёрнула богиню,  которую могла видеть исключительно она, отчего мне стало жутковато. Близость богов пугала не только их статусом и возможностями, но и магией, способной помешать контролировать моё проклятье.

  Нархи рассыпались золотыми искорками, устроив маленький фейерверк в зале. Пришедший на помощь принцессе мужчина помог ей привести в порядок всклокоченные из-за атак птиц волосы. Выпрямившись во весь рост и гордо вздёрнув подбородок, Одри окинула меня пренебрежительным взглядом, но убегать из зала в самых оскорблённых чувствах не стала, и я знала почему. Упрямая ослица. Ну подойди ко мне со своим рогом...

– Я не вижу смысла препятствовать счастью сына, – смиренно произнесла леди д'Итьер, подняв свой фужер.

  – Выпьем за жениха и невесту! – выкрикнул принц Грегори, взметнув бокал вверх.

  Все радостно поддержали его: «За жениха и невесту» сотрясло зал. Гости выпили за нас с Ренделом. Я сделала вид, что пригубила чуть-чуть, чтобы не оскорбить собравшихся. Рендел же смело ополовинил бокал, забрал мой и передал оба фужера слуге, который держался неподалёку.

  – На помолвку принято дарить подарки, – взял слово король Адам. – Но что я могу тебе подарить, раз ты уже нашёл свою половинку?

  – А как же земли? Всё раздарил? Для любимого  племянника ничего не оставил? – состроил обиду Рендел.

  – Хороших земель действительно не осталось, –  признался король.

  – А горный хребет на границе с Хельфхордом?

  – Зачем тебе этот кусок под носом у драконов?  – испугалась леди Маргарэт.

  – Всегда питал слабость к драконам, а так буду  чувствовать себя чуточку ближе к этим созданиям, – примирительно улыбнулся ей Рендел. – Жить там, конечно, не собираюсь, просто для галочки хочу, и чтобы получать процент с добычи драконита, – добавил он, раскрыв свой истинный мотив.

  – Почти договорились, зайдёшь потом, обсудим этот вопрос детально, – сказал король, подмигнув Ренделу.

  – Горный хребет мне не переплюнуть, – ворчливо  вставила леди Маргарэт, – но раз ты намерен серьёзно заняться вопросом создании семьи, сообщу нашему бухгалтеру, чтобы он снял ограничение с твоих счетов.

  – Матушка, спасибо! Это лучшее, что ты могла сделать! – искренне обрадовался Рендел. Он обнял маму и прилюдно чмокнул её в щёку.

  – Возьми себя в руки, тебе не пять лет, чтобы мать целовать на публике.

  – Точно.

  Рендел развернулся ко мне. Подхватил пальцами мой подбородок, поднимая голову, и коснулся губ быстрым поцелуем, застав меня врасплох. И не успела протестующе мыкнуть, как он уже гордым гусем кивал гостям, собирая аплодисменты. Как же тяжело иметь дело с показушником.

   Промокнула губы платочком, делая вид, что волнуюсь о макияже, сама же пыталась собраться с мыслями и успокоить лихорадочно стучавшее в груди сердце.

  – Минуту внимания, – раздался голос, который  порядком надоел за два дня. Все замолкли,  обратив любопытные взгляды на принцессу Одри. – Несмотря на некоторые обстоятельства, я решила преподнести  герцогу Итьеру и его избраннице подарок  на помолвку в качестве знака доброй  воли со стороны Империи с моими наилучшими пожеланиями, – сообщила она, махнула рукой слугам.

  Лакей поднёс к ней небольшой ларец и открыл крышку. Принцесса осторожно изъяла содержимое, продемонстрировав рог единорога. Гости ахнули, поражаясь щедрости её императорского высочества. Живого единорога сложно найти, а раздобыть его рог – ещё сложнее, ведь животное за семь вёрст чует опасность. Но удача улыбается смелым и отказывает даже таким красивым созданиям как единорог.

  – Прошу, примите мой подарок, – с гаденькой улыбочкой Одри протянула мне рог.

  Белоснежная кость закручивалась вокруг своей оси, истончаясь к кончику – ну чем не оружие для успокоения засидевшихся в девственницах принцесс?.. Но воткнуть ей этот рог в голову на глазах стольких свидетелей не решилась.

  – Спасибо, – поспешил на выручку Рендел и схватил рог первый. – Ай-ай! С-с-собака... кусается! – прошипел он, выронив кость магического животного.

  Ехидно смеясь, принцесса поймала рог и повторила предложение, добавив:

  – Примите, вам нечего бояться, в отличие от мужчин, которые не берегут себя до свадьбы.

  – Если мужчина будет беречь себя от всего до  свадьбы, то не ожидайте, что он будет беречь вас ценой собственной жизни, – зло заявил Рендел, предприняв попытку отобрать рог у принцессы, но та ловко ушла от его руки.

  – Рендел, чего ты боишься? – остановила его мать  вопросом. – Все знают, что только чистые девы и невинные дети могут прикасаться к единорогу и его останкам.

  Все заворожённо следили за происходящим.

  – Рендел опасается, что я поранюсь об эту острую кость, – усмехнулась я, протянув руку к рогу.

  Не скажу, что всё хорошо продумала, но с выбором платья не промахнулась: длинные и пышные манжеты не позволяли толком разглядеть моих пальцев, поэтому и ящерку, которая примчится полакомиться новым угощением – на это я очень рассчитывала, никто не заметит. А для верности рог я взяла, положив ладонь на него сверху, прямо между рук принцессы.

  Одри отпустила подарок с подвохом, пристально следя за моей реакцией.

  Я натянула улыбку, что было сделать сложно, но слава богам за повышенный болевой порог и моему проклятью за то, что приучило терпеть и скрывать дискомфорт от магии. За стеной боли, впивавшаяся острыми раскалёнными иглами в ладонь, не заметила бега ящерки. Лишь когда неприятные ощущения пошли на спад, осознала, что проклятье меня не подвело. Хоть какой-то толк от него вышел.

  – Вы что-то ещё хотели? – поинтересовалась у застывшей в изумлении принцессы.

  – Я не понимаю... – пролепетала она.

  – Чего? – Я опустила руку, в которой сжимала рог. Больше не надо было демонстрировать свою непоколебимую стойкость и чистоту.

  – Вчера... В уборной... Я заметила... – задыхаясь от гнева, пыхтела принцесса.

  – Что? – заинтересовалась леди Маргарэт. – Что вы заметили, леди Одри?

  – Что-то странное на её ноге! – выпалила та. – Я заподозрила,  что она осквернена чёрной магией. Быть может, с её помощью околдовала Рендела! Но хотела доказать это, а не бросаться голословными обвинениями.

  – Адель меня безусловно околдовала, но чёрная магия тут ни при чём, – вступился Рендел. – И рог это вам доказал. Как вы и хотели.

  – Нет. Я не этого... Я уверена... Пусть она покажет свою ногу! – потребовала принцесса, грозно указав пальцем на подол моего платья.

– Моим словам здесь не верят, – вставила Белая  Жрица, – но я бы узнала, если бы на ком-то во дворце было наложено проклятье. Вы же знаете это, ваше величество, – она  почтительно склонила голову. Я занервничала: для неё такое, действительно, не осталось бы в секрете.

  – На эту девушку никто никакие проклятия не наслал, – добавила Жрица. – И на сира д'Итьера нет магического воздействия.

  Мне тяжело было сохранить лицо, выслушивая слова беловолосой девушки. Очень странно подобранные слова.

  – Благодарю за уточнение, леди Вейн, – качнул головой король и перевёл взгляд на меня. – Не уважите ли нас, леди Адель?

  – Не позволю! Может, моей невесте ещё до гола раздеться, чтобы все присутствующие убедились в том, что она не запятнана чёрной магией? Она – солнечный маг! К таким магия тьмы не пристаёт!

  – Раздевать и пятнать честь твоей женщины никто не намерен, – заверил его дядя. – Достаточно задрать подол до середины икры, чтобы все убедились, и принцесса Одри успокоилась. На праздниках из-за бурных возлияний только что не померещиться.

  – Мне...  – Одри прикусила язык, поймав холодный взгляд королевы Лисандры.

  – Хорошо, – спокойно ответила я, осознавая, что ящерица ещё занята поеданием магии из рога.

  Я осторожно приподняла подол и продемонстрировала шёлковые гранатовые туфельки, подобранные в тон платья. Рендел в поддержку положил ладонь мне на поясницу, словно готовый подхватить и защитить в любой момент, но на самом деле он решил отвлечь моё проклятье на себя. Приятное тепло сложно было проигнорировать и мне, и ящерке, которая помчалась пожирать новое угощение.

  Я приподняла подол ещё чуточку выше, и заметила, как побледнела принцесса.

  – Что это? – спросила леди Маргарэт.

  – Браслет – подарок Рендела, – чуть смущаясь ответила я.

  – Спасибо, леди Адель, – поблагодарил король, и я  отпустила подол. – Сир Эруф, вы бы не могли проводить вашу принцессу до покоев и побыть с ней, пока не прибудет лекарь.

  Одри хотела было возразить, но посол из Империи (позже Рендел подсказал) остановил её, насупив брови и предостерегающе мотнув головой.

  Инцидент был исчерпан. Собрание перешло к части, где все родственники подходят и выражают свои самые искренние поздравления с обещаниями прислать грандиозные подарки на свадьбу.

  Пережив обед в компании родни Рендела, мы засобирались домой. Пока только к нему домой.

35 Разговор в ландо

  Солнце ещё не скрылось из вида, но Рендел велел поднять крышу ландо, чтобы спокойно обсудить дальнейшие планы.

  – Я собираюсь в Каспин, – прямо сказала ему.

  – Когда?

  – Хотелось бы сегодня.

  Он посмурнел. Мы сидели друг напротив друга. Рендел с самого начала планировал серьёзный разговор, поэтому не стал подсаживаться ко мне. Его это сбивало, как, собственно, и меня.

  – Ладно. Не буду удерживать. Велю Джейми взять билет на проход через телепорт.

  Я сдержанно кивнула, выражая благодарность. Думала, он начнёт придумывать причины, почему я должна задержаться.

  – Но это не значит, что я с тебя не спрошу обещанного, – поставила в известность, что не намерена забывать про его долг.

  – И не надо. Вчера Джейми мне кое-что рассказал.  После свадьбы Грегори он задержался в соборе и навёл справки. Последнее место, где видели твоего деда, был именно Фирджи. Только в там могли провести церемонию по переносу проклятья, не привлекая внимание всех магов, живущих в городе. Я прав.

  – Д-да, – смутилась я.

  У меня не было умысла проверять Рендела, не сообщая, где проходил обряд и где я сама в последний раз видела своего дедушку. Но он и без моих откровений всё выяснил.

  Я затаила дыхание, в нетерпении и с лёгким страхом ожидая услышать, что он ещё узнал.

  – К сожалению, никто из жрецов ничего сказать не смог. Вероятно, им всем подчистили память. Всем участникам тех событий, кроме заказчика и тебя.

  – Понятно, на меня с проклятьем воздействовать магией – самое бесполезное занятие, – фыркнула я, в сердцах жалея, что не могу стереть тех воспоминаний.

  – Да, тебе память не подправишь, как и одному из косвенных участников тех событий, тому, кто подсказал, как перенести смертельное проклятье на другого, – таинственно добавил Рендел.

  – Это ты о ком? – насторожилась я.

  – О Белой Жрице.

  Я потеряла дар речи.

  – Но я её не видела тогда. Я бы это запомнила.

  – Я же сказал, что она косвенно с этим связана. К ней обратились за помощью, просили избавить от проклятья на смерть, но она отказалась, заявив, что это ей не по силам или, вернее, под запретом. Но вариант спасения слабого мага подсказала. Её советом воспользовались, и как видишь, он сработал.

  У меня во рту пересохло.

  – Значит, ты узнал, кого она надоумила передать проклятье мне?

  В корсете стало жутко тесно. И маленькое пространство в крытом ландо не облегчало обстановку.

  – К сожалению, нет. – Рендел поджал губы и покачал головой. – Она не стала раскрывать имена, потому что, несмотря на любовь богов, она остаётся обычным смертным.

  Я сжала кулаки, смяв ткань платья.

  Жрица боится за свою жизнь, а на чужую начхать. Сама колдует и применяет заклинания божественного уровня, а я... Я даже привести себя в порядок не могу, не израсходовав магии в десять раз больше нормы. И ещё следи, чтобы маленькое чудовище не вылезло на видное место и не добралось до резерва жизненных сил. Каждый день как на иголках, ни на секунду не могу расслабиться. Хотя... Благодаря Ренделу, это всё же удалось сделать. И последние сутки я меньше дёргалась из-за проклятья, чем в обычные дни в Каспине.

  – Но зато Жрица сказала, что стало с твоим дедушкой, – выдернул меня из мыслей Рендел.

  – Да? И где он? Ему тоже память подкорректировали, поэтому он с семьёй не пытался связаться всё это время?

  – Нет. Вряд ли ему память корректировали. Алисандер эм'Саттон ведь был одним из сильнейших магов Анклавии. Большую часть жизни он посвятил изучению магии.

  – Именно так, и планировал всю жизнь на неё потратить, – подтвердила я. – Его любимое место – центральная библиотека Бристоля, в которой он был старшим библиотекарем. Его только книги и свитки интересовали, пока не приставили в помощницы молодую аспирантку.

  – Которая потом стала его женой? – подхватил Рендел.

  – Да. Бабушка была очень красивой, если судить по словам дедушки и портретам, оставшимся после её смерти. Но в целом, выбора у него не было.

  – Это так мило. Даже книжным червям любовь к женщине не чужда, – усмехнулся он.

  – Мой дедушка был красивым и умным мужчиной.

  – У нас с ним много общего, я бы ему понравился.

  – Сомневаюсь. Он не переносит на дух болтливых пижонов.

  – Я – пижон?

  – Конечно. А кто устроил драку с кузеном, чтобы покрасоваться перед всей знатью Анклавии.

  – Этот кузен и устроил. А я просто не стал отказываться, раз он хочет, чтобы его проучили разок.

  Я недовольно покачала головой. Ну что с него взять... На всё у него есть оправдания.

  – В общем, – начал Рендел, не спеша возвращаться к разговору о судьбе моего дедушки, – не знаю как такое надо говорить. Когда мой отец не вернулся из похода, к нам пришёл дядя. Он сказал, что отец погиб в битве с ледяным драконом, но мама не поверила ему. Она требовала доказательств.

  – Я сочувствую вашей утрате, но к чему ты клонишь?

  – Слышала ли ты, что бывает с сильными магами, когда достигается предел тела?

  Я шокировано раскрыла рот. Ответ я знала, но никогда не примеряла такой исход на своего дедушку.

  – Он сгорел, Адель. Перенос проклятья с одного человека на другого требовало тщательной подготовки. Эту задачу на себя взял твой дед, чем истощил резерв тела. Магия в нём была действительно очень сильной и при взаимодействии с проклятьем вышла из-под контроля, поэтому после того ритуала он долго не протянул, скорей всего, – договорил Рендел.

  – Мне... сложно поверить в это.

  – К сожалению, ничем доказать не могу, память храмовников подчищена, а Белая Жрица не охотно поделилась этой информацией со мной, вряд ли она будет её повторять. Да и поверишь ли ты её словам больше, чем моим?

  – Я должна сказать об этом маме, – бесцветным голосом обронила я. – Она должна знать. Она хотела сама его убить за то, что он сделал со мной...

– Адель, – позвал Рендел. Он подался вперёд и взял мои ладони в руки, привлекая к себе внимания. Я подняла взгляд и утонула в небесной сини.

  – Хочешь, я сам расскажу ей.

  – Нет. Я сама. Лучше... Так будет лучше. А ты оставайся. Живи и... держись подальше от императорской принцессы.

  – Я всё равно найду способ тебе помочь. Драконит же помог? – не стал он отказываться от возможности закрыть свой долг передо мной.

  – Ну как тебе сказать... Я почти не чувствую в нём магии. Так что, выходит дорогое удовольствие, чтобы не дёргаться по всякой ерунде в течении двух дней.

  – Я рад, если ты смогла немного расслабиться и отдохнуть. Исключая случая с рогом и с бабочками.

  – Без рога и бабочки было бы куда лучше, но и на этом спасибо. Считай, мы в расчёте.

  – Я это так не оставлю, – заверил Рендел.

  – И зачем?.. Зачем тебе это?.. – отвела взгляд, не желая верить тому, что настукивало сердце: «Ты ему нравишься! Не отталкивай!»

  – Один раз это проклятье уже переносили, можно и ещё раз. Я поговорю с Белой Жрицей.

  – Хорошо. Допустим, у тебя всё получится, и ты избавишь меня от проклятья. Неважно каким способом. Что дальше?

  – Дальше? – в его глазах промелькнула грусть. – Ты сможешь жить без опаски, что кто-то увидит чёрную метку и доложит дозорным, или сам вздумает избавить мир от проклятого человека.

  – И всё?

  – Ещё?.. Сможешь связать свою жизнь с кем-нибудь.

  – С кем?

  – Я, конечно, не набиваюсь... – вернулся к Ренделу его весёлый настрой.

  – Совсем нет, всего лишь принудил представиться твой невестой перед всей роднёй до пятого колена.

  – Я рад, что моей невестой была ты. И от такой жены я бы не отказался.

  Я выпутала свои руки из плена его ладоней и откинулась на сидение.

  – Разве представителям династической крови можно брать порченых девиц в жёны? – спросила в лоб, не зная, как ещё сказать, что я ему не подхожу. – Если бы не проклятье, то все бы поняли, что я давно не невинна.

  – Мне нет дела до всех. У меня у самого женщин была тьма! То есть две или три... Я не считал, – попытался он смягчить заявление, чем меня рассмешил. Я прикрыла рот ладонью, не в силах сдержать смех.

  Выпытывать подробностей о том, как я потеряла свою невинность, он не стал. Может быть, пощадил мои чувства, а может, ему действительно не интересно то, что было до нашей с ним встречи.

36 Прощальный ужин

  Конечно, убраться из столицы в тот же день мне не удалось. Проход в Каспин пользовался популярностью у горожан. Написала Дэзире, что её каторга из-за Рендела скоро закончится, принесла извинения за него и поблагодарила за работу. Ответ в коробочке появился спустя четверть часа. Голубоватое мерцание кристалла, который украшал крышку, привлёк моё внимание. Я поспешила прочесть послание, которое оказалось коротким: «Спасибо, что держите в курсе. Будем ждать вас завтра. С уважением, Дэзире».

  – Миледи, сир Рендел приглашает вас отужинать, – сообщила, заглянувшая в спальню Лили.

  Я подхватила магбокс, намереваясь отдать его Ренделу, и последовала за служанкой. К моему удивлению Лили прошла к смежной двери в соседние покои и распахнула её.

  Справившись с возникшим недоумением, я прошла в приёмную Рендела.

  – Адель, – обрадовался мне хозяин покоев и  взмахом руки отпустил Лили. Рендел не был одет подобающим образом: сюртук и обувь отсутствовали, а рубашку он не удосужился застегнуть полностью.

  – Ужинаем здесь? – уточнила, заметив ко всему прочему и пустой стол.

  – Не совсем, – таинственно ответил Рендел. Его горящие от предвкушения глаза меня немного встревожили.

  – Прошу сюда, – пригласил он в свою спальню.

  – Э... – я потеряла дар речи от такой наглости. – Это как понимать?

  – Погоди заводиться. Рано. Сначала загляни и оцени мои старания, – уговаривал наглый кот. – Давай, я очень постарался. Для тебя.

  Последние слова попали прямо в сердечко, которому так не хватало мужских подвигов в мой адрес.

  Я несмело приблизилась к приоткрытой двери и заглянула в щель.

  – Не бойся, монстры там не живут, если только ты меня монстром не считаешь, – подтрунивал Рендел.

  Обхватила одной рукой магбокс, а второй толкнула дверь, распахивая её шире. Моему взору предстало нечто странное... Я не сразу поняла, что за ткань заполнила комнату, возвышаясь импровизированным шатром в месте, где должна была стоять кровать.

  – Это что?..

  – Полог из звёздной столовой, чтобы ни один звук не просочился за пределы кровати, – гордо заявил Рендел. – Пришлось повозиться с ним, чтобы снять и разместить здесь, но результат тебя порадует.

  – С чего это меня должно порадовать? – перепугалась я. Щёки моментально вспыхнули из-за промелькнувшей мысли о неподобающих планах на ужин... в постели! – Прекрати, – зло прошипела я. – Если я... – договорить мне не дали: Рендел накрыл мои губы указательным пальцем и шикнул.

  – Хочешь что-то обсудить со мной, полезай под полог! Там и поругаться можно от души, а потом помириться... – промурлыкал хитрец и, убрав руку от моего лица, приподнял край тёмной ткани. – И сор из нашей семьи до моей матушки не дойдёт, – добавил он.

  – Как она вообще позволила тебе устраивать такую перестановку? – подивилась я.

  – Так она у дяди во дворце задержалась. Вся родня продолжает гулять свадьбу Грега. Я к её возвращению, всё верну как было.

  Я в сомнениях стояла на месте.

  – Поторопись, если не хочешь есть холодное, – сказал Рендел.

  – Холодное? – вопросительно хлопнула глазками, а Рендел продолжал ненавязчиво давить, мешая сосредоточиться:

  – Я проголодался и готов ждать, когда ты надумаешь присоединиться к ужину, даже если он остынет, но был бы счастлив, если бы ты не тянула дракона за хвост и не боялась собственной тени.

  Это он на что намекает? Что я надумываю себе всякую ерунду?..

  Я зло прищурилась, принимая вызов.

  – Всегда можно разогреть.

  – Сегодняшняя еда вкуснее свежеприготовленной, – парировал Рендел.

  – Я люблю вкусно поесть. Ну давай, показывай, что на ужин, – сдалась я, заинтригованная коварной задумкой мужчины, и поднырнула под плотную ткань. Рендел последовал за мной, укладывая полотно так, чтобы не оставалось прорех и щелей.

  Я выпрямилась и замерла заворожённая мерцанием искусственных звёзд.

  – Света достаточно или добавить огня? – поинтересовался Рендел сзади.

  – Эм, можно добавить.

  В синем холодном сиянии зажглись красные огоньки – маленькие искры зависли над головой, добавляя света.

  – Залезай на постель, – сказал Рендел, легонько подтолкнув вперёд.

  Выбора не было, прижала к груди магбокс, второй рукой задрала подол платья, чтобы не упасть лицом на кровать, запнувшись. Скинула туфельки и поставила колено на край матраса, затем опёрлась на освободившуюся от юбок руку, оттолкнулась и подтянула вторую ногу. Далеко ползти не стала, чувствуя внимательный взгляд Рендела на свой пятой точке, плюхнулась на постель и тяжело выдохнула. Коробочку поставила рядом с собой, глазами оценивая яства на парящем в воздухе большом подносе: в центре стояла глиняная супница с наваристым мясным бульоном, на тарелочках вокруг неё лежали разнообразные ингредиенты. Я слышала про такое блюдо, когда сам всё готовишь и тут же ешь, но не думала, что знатные и состоятельные люди любят заниматься самообслуживанием.

  С улыбкой от уха до уха напротив меня уселся Рендел.

  – Ну как? Нравится?

  – Не знаю, – с сомнением ответила я.

  – Я такое ел однажды, когда ещё учился в академии. Тебе понравится, – пообещал он и поднёс руки к бокам супницы. На глине заалели магические знаки.

  – А что ты с собой принесла? – убирая руки от супницы, спросил Рендел, посчитав, что это наилучшая тема для заполнения времени в ожидании, когда бульон закипит.

  – Магбокс. Раз я завтра уезжаю, мне он не понадобится. Дэзире я уже обо всём предупредила, поэтому вот, – протянула ему шкатулку.

  – О, это чтобы я тебе писал каждый день? Да я каждый час буду присылать тебе сообщения, – с радостью принял он магбокс.

  – Нет, – холодно остановила я его. – Не надо мне писать писем. Второй магбокс тебе привезёт Дэзире, сам потом решишь, как ими распорядиться.

– Я уже всё решил: они твои. И как я буду информировать тебя о своих поисках решения твоей проблемы с проклятьем?.. А-а-а! – осенило его (не к добру). – Я понял, ты хочешь, чтобы я приезжал к тебе почаще. Уже скучаешь от мысли о разлуке?

  – Вот ещё! – смутилась я. – Не надо ко мне приезжать. Я же сказала: ты сделал всё, что мог. Спасибо. Но дальше я как-нибудь сама.

  – Сама что?

  – Что-нибудь.

  – Мне, конечно, нравится, что ты такая сильная и самостоятельная, но как мне тогда проявить себя, как мужчина, рядом с тобой? – ошарашил Рендел вопросом.

  – Можешь?.. – потупила взгляд и сглотнула, почувствовав сухость во рту. – Можешь быть серьёзным? Этого будет достаточно для начала.

  Повисла неловкая пауза. Я посмотрела на Рендела сквозь опущенные ресницы, оценивая его реакцию: он сидел довольно улыбаясь.

  – Я стараюсь. И прошу тебя, не злиться, если я не удержусь и начну паясничать, –  без тени насмешки сказал он. – Взять и стать серьёзным не так просто после долгих лет беззаботного отношения ко всему и ко всем.

  – Хорошо, – снизошла я до милости.

  Придя к согласию, мы взялись за ужин. Вернее, Рендел сам накидал специальной двузубой вилкой ингредиенты в бульон: олушный сыр, который сохранял форму при высокой температуре, ростки оквы, грибы и мясо. Аромат бульона усилился, смешавшись с запахами добавленных продуктов.

  Мы обсуждали еду: что любим, а что нет, и ждали, когда ужин приготовится.

  Первую пробу снял Рендел, съев кусочек мяса. Затем предложил мне, протянув вилку над столом. Я подалась вперёд и проглотила угощение. Довольно кивнула на предложение наложить порцию в тарелку. С удовольствием следила за ловкими движениями Рендела, молча наслаждаясь его рассказами о том, что и где он ел необычного.

  Съев всё до последнего кусочка, мы выпили чай.

  – В меня больше не влезет, – пропыхтела я и завалилась на постель. – Знала бы, что намечается пиршество в неформальной обстановке, вообще не затягивала бы корсет.

  – Так ослабь его. Тебе помочь? – поинтересовался Рендел, переместив поднос на край постели, где он благополучно завис над тумбочкой, оттопыривая тёмную ткань импровизированного балдахина.

  Я предприняла попытку справиться с этой задачей самостоятельно, но изгибаться с полным желудком, чтобы дотянуться пальцами до шнуровки было тяжело.

  – Да, помоги, пожалуйста, – сказала и повернулась на бок, давая доступ к своей спине.

  Сзади послышался шорох. Матрас задрожал под весом Рендела. Спиной почувствовала его близость. Он откинул пряди волос, которые мешались, и невесомым касанием огладил оголённую кожу на спине. Мгновение спустя шнуровка ослабла, я вдохнула поглубже, чувствуя свободу.

  – Спасибо, – поблагодарив, отклонилась назад и упала спиной на постель. – Теперь сладкое точно влезет, – заявила я с улыбкой, не отводя взгляда от лица Рендела.

  Более провокационную ситуацию сложно было представить. И уже в тот момент я понимала, чем это всё закончится, и даже не пыталась остановить себя или его. Мне уже терять нечего, а ощутить себя любимой хотелось всем сердцем.

  – И что ты хочешь? Сахарных лепестков или булочку с кремом? – спросил Рендел, бросив взгляд в сторону тумбочки.

  – Ммм... Сахарных лепестков, – ответила, схватив его за расстёгнутый ворот и потянула вниз. Рендел не стал сопротивляться, опасаясь испортить рубашку.

  – Эй, что ты... – вырвалось у него до того, как я смогла добраться до его губ.

  – Это за поцелуй перед всеми, – объяснила, отпустив воротник.

  – Тебе не понравилось, что я тебя поцеловал или как поцеловал? – задался вопросом Рендел.

  – И то, и другое.

  – Мне тоже. Девственность потеряла, а целоваться не научилась.

  – Эй! – стукнула его ладонью по ноге.

  – Грубо. Прости. Но правда. Как ты жизнь собираешься устраивать с такими навыками?

  – Не с-собираюсь... – надулась я, чувствуя как пылают щёки из-за постыдной правды.

  – Так и быть, покажу как надо, – согласился Рендел, хотя никто его не просил.

  Он склонился ко мне. Я задержала дыхание и закрыла глаза. Было чуточку страшно, но желание попробовать нечто запретное и недостижимое пересилило, поэтому я ждала.

  Рендел коснулся моих губ своими губами ласково и осторожно, словно боялся спугнуть. Я попыталась ответить, и это его раззадорило: напор усилился, язык Рендела проник в мой рот и принялся ласкать мой язык.

  Ощущения странные, но они захватили меня с головой. Началась настоящая борьба за право приласкать партнёра. С каждой секундой, с каждым рваным вдохом, с каждым лихорадочным ударом сердца страсть, охватившая нас, разгоралась сильнее, сжигая все проблемы и границы. Нас полностью отрезало от реального мира и поглотило жаждой, которую можно было утолить, прикасаясь друг другу, скользя руками по разгорячённой коже. У каждого из нас было то, что не хватало другому, и в стремлении дополнить друг друга мы сплелись единым целым, ловили вдох и выдох, жалили поцелуями, впивались пальцами в упругую плоть, кричали, рычали и смеялись из-за переполняющего нас счастья.

  – Притащить сюда полог была хорошей идеей, – в заключение выдала я, когда Рендел свалился без сил рядом.

  – Я его принёс, чтобы мы могли спокойно поговорить, но диалог ушёл в пикантное русло. Я старался держать себя в руках, но ты…

  – Я? – Вскинула брови и покосилась на Рендела.

  – Да, ты могла сказать «нет», но не сделала этого.

  – Перекладываешь всю вину на меня?

  – Никто не виноват, если произошедшее понравилось всем участникам. А тебе понравилось? – решил он уточнить на всякий случай.

  – Да, – выдохнула сквозь улыбку, устраивая голову у него на плече.

  – Точно? А то я могу повторить. Только дай пять минут отдышаться.

  – Не стоит. Отдыхай, – успокоила его, сама от усталости проваливаясь в сонную негу.

37 Неприятное открытие

  Проснулась и не верилось, что случившееся между нами с Ренделом – не плод расшалившейся фантазии. Красные огоньки, которые он создал с помощью магии, погасли, приглушённый голубоватый свет под пологом позволял разглядеть наши тела и обстановку в общих чертах. Оставалось гадать, сколько сейчас времени, но в любом случае пора было возвращаться в свои покои.

  – Уже уходишь? – сонно прозвучал голос Рендела, стоило мне выпутаться из его объятий.

  – Да, – не стала ему врать.

  – После всего, что между нами было?

  – Не драматизируй, – фыркнула я, сев на постели и заозиралась в поиске одежды.

  – Я был настолько плох, что не заслужил совместного завтрака? – спросил он, схватив меня за руку и потянув обратно к себе.

  – Не в этом деле, – пробурчала, упав на обнажённую грудь мужчины. Глупо было испытывать неловкость после того, что мы делали, но на свежую голову всё стало казаться неправильным.

  – А в чём тогда? – настаивал Рендел и погладил по плечам.

  – Мне надо собраться, привести себя в порядок перед отбытием.

  – Но вместе позавтракаем?

  – Я даже не знаю сколько сейчас времени, – проворчала, уходя от его рук. Краем глаза заметила странное движение: прямо на его груди промелькнула чёрная тень. Или показалось?

  Я замерла, прислушиваясь к ощущениям в своём теле. Ласковые поглаживания по спине отвлекали, но я всё же уловила, точнее, не уловила того, что пыталась. Приподнялась на одной руке, порадовав Рендела видом обнажённой груди, к которой он тут же потянул ладонь. Вторую руку я приподняла, игнорируя настойчивые ласки проснувшегося мужчины, и сконцентрировала магическую энергию на кончике указательного пальца: он засветился, озарив пространство жёлтым светом.

  – Что ты делаешь? – забеспокоился Рендел, но поглаживать меня не прекратил.

  – Проверяю, где проклятье.

  – Зачем?

  – Драконит полностью разрядился, хочу знать, где метка, чтобы не попасться с ней на глаза Лили.

  Рендел стал пристально смотреть на свет на кончике моего пальца. Я ничего не видела и не чувствовала. Обычно проклятье уже прибегало и съедало подобное угощение.

  Я отвела взгляд, понимая, что пятен перед глазами теперь не избежать, и снова заметила тень.

  – Что это? – взволновано выдала я, ткнув светящимся пальцем в пресс Рендела.

  – Кубики? Первый раз видишь их в такой близи?

  – Да нет же... – недовольно отмахнулась от него и, запустив несколько светящихся шариков в воздух, приподняла покрывало.

  – Что ты там ищешь? Хочешь отложить завтрак? Дай мне немного времени, чтобы настроиться, – нёс он какую-то чушь, пока я внимательно осматривала его тело.

  – Где же ты?.. – пробормотала, стараясь не поддаваться паники.

  – Пару горячих поцелуев, и он покажет себя.

  – Что?.. – Метнула в Рендела злобный взгляд. – Мне сейчас не до твоих шуточек. – Я вернула покрывало на место.

  – Почему? – опасливо поинтересовался он.

  – Я не могу найти своё проклятье.

  Тут и с Рендела сошла вся весёлость.

  Я положила ладонь на его грудь и направила поток силы, мысленно молясь всем богам, чтобы безумное предположение оказалось неверным.

  Солнечная энергия согревала пальцы и кожу, к которой я прикасалась, яркий свет, исходивший от ладони, мешал рассмотреть детали. Но в одно мгновение всё изменилось: холод лизнул кисть, яркость света поубавилась. Я отдёрнула руку и уставилась на доказательство немыслимого: чёрная ящерка на светлой коже Рендела.

  – К-как?.. Почему?..

  Рендел прошёлся ладонью по своей груди, будто проверяя на реальность тёмную метку.

  – Боги... Прости, я не знала... Я не думала... – Паника сжала в тиски, сердце забилось в истерике. – Твоя мать меня убьёт, – выдохнула я, ошалелыми глазами посмотрев на Рендела.

  Он был спокоен.

  – Я предполагал что-то подобное, – заявил Рендел, выдержав небольшую паузу.

  – Предполагал и не остановил?

  – Ради одной ночи с тобой? Это того стоило, –усмехнулся он.

  – С ума сошёл? Это не стоит жизни! – Я села и обхватила голову руками.

  – Зато теперь можно сказать, что я сдержал своё слово и помог тебе избавиться от проклятья, – успокаивающе прошептал он, сев и приобняв меня за плечи.

  – Вот поэтому я держалась подальше от мужчин... Надо это исправить!

  Бросилась на шею Ренделу и принялась жадно целовать его.

  – Ты чего?.. – удивился он резкой перемене моего настроения.

  – Надо повторить ещё разок... Вдруг всё вернётся на место. Солнечная магия сильней огненной и привлекательнее для проклятья, – пояснила я и возобновила ураган поцелуев.

  – Стой... Адель... – Рендел силой оторвал меня от себя. – Это так не работает, – холодным тоном остановил он.

  – Откуда тебе знать, работает или нет, мы же ещё не попробовали?

  – Меня предупреждали, что если мы с тобой  повторим ту ночь, проклятье вернётся ко мне, потому что запомнило вкус моей магии.

  Меня словно по голове огрели чем-то тяжёлым. Я не хотела верить в то, что только что услышала. Всё рассыпалось в прах… Развеялось, словно наваждение, насланное галлюциногенными грибами. Как я могла вообще позволить себе хорошо подумать о Ренделе?.. На одну ночь такие парни не годятся, несмотря на их разгульный образ жизни, или точнее, именно из-за него.

  – Это... Это был ты? – спросила вслух едва слышно.

  – Я хотел бы всё объяснить, но...

  – Но решил воспользоваться возможностью получить удовольствие в последний раз?! Хотел забрать у меня своё проклятье, мог хотя бы сделать это не так!.. – злоба обожгла нутро, разбрасывая осколки разбившегося сердца. Я вырвалась из рук Рендела, cорвала с лжеца покрывало, чтобы самой завернуться в него, и поспешила скрыться.

  – Адель, погоди!.. – рванул он за мной, но я ослепила его вспышкой.

– Если вздумал избавить этот мир от своей персоны, можешь использовать магию, как ты привык, – процедила сквозь зубы и, путаясь в слоях ткани, стала искать выход.

  – Адель! – выкрикнул Рендел, тщетно пытаясь проморгаться.

  Я кое-как выбралась из-под полога, выглянула в соседнюю комнату и осмотрелась, игнорируя раздававшиеся сзади шорох и неразборчивый голос. Солнечный свет, пробивавшийся через окна, наводил на мысль, что уже давно рассвело и я могу наткнуться на Лили, заботливо освежающую цветы в вазах. Но её не было в приёмной Рендела, поэтому я быстрее ветра добежала до смежной двери и скрылась за ней.

  – Миледи? – напугал меня голос Лили.

  – Боги!.. – схватилась за сердце и повыше натянула покрывало. Мои опасения оправдались, только немного местом ошиблись. – Ты ничего не видела! Поняла? – пригрозила ей и прошмыгнула в спальню.

  Свободно используя свою магию, в считанные минуты привела себя в порядок и оделась. Наконец сняла с лодыжки браслет, который порядком натёр кожу за ночь, и положила его на туалетный столик, не желая оставлять себе что-то об этом обманщике. Взяла пропуск на телепорт в Каспин, который вчера вручил мне Джейми, и направилась на выход. Хотела убраться как можно скорее из этого дома, пока Рендел не предпринял попытку обмануть меня ещё раз.

  Эмоции бурлили, не давая и шанса трезво подумать. В таком состоянии я была лёгкой добычей, поэтому ноги несли вперёд, всё дальше и дальше от человека, который использовал меня... Дважды! А потом разбил сердце.

  Не буду врать, я ожидала плохого исхода… Но не такого.

38 Воспоминание

  Никто меня не задерживал. Я без проблем вышла через ворота с территории поместья д'Итьеров и устремилась в сторону здания телепорта, предусмотрительно спросив направление у попавшегося под руку дворового.

  Сейчас Рендел уже должен был прочувствовать неприятную часть обладания проклятьем: оно всегда стремилось осушить резервы в теле – магический и жизненный, которые тесно связаны между собой. Я смогла научиться отвлекать ящерку и держать её подальше от центра скопления сил. А Ренделу так просто не получится это повторить. Всё из-за его элементальной основы. Огонь сильный, но контролю тяжело поддаётся, поэтому у него не выйдет выстроить защиту вокруг резервов, не скормив всю затраченную магию на проклятье. И к лучшему. Не надо было изначально откладывать неизбежное.

  Настоящее наказание, а не взрослый мужчина. Бессмысленная трата магии и времени.

  Мысль о скорой кончине Рендела не грела душу, но он получит заслуженное.

  В порту поняла, что до моего портала ещё пять часов. Я не захотела сидеть на вокзале, где шум и гам не утихали ни на секунду и пошла прогуляться. Шла, сторонясь кафе и закусочных. Пропущенный завтрак начинал давать о себе знать, как только эмоции немного улеглись. Я игнорировала пустоту в желудке. И в какой-то степени была ей рада, так как она отвлекала от давящей боли в груди. Такое я чувствовала впервые. Даже поступок дедушки не так сильно ранил меня, как двойной обман Рендела. Везёт мне на лжецов. С дедушкой они бы нашли общий язык – лживый и ядовитый.

  Взглядом зацепилась за купол собора Фирджи и, надеясь на тихую обстановку, направила к нему.

  После свадебной церемонии центральный зал привели в порядок: цветы остались только в алтарной зоне перед статуями богинь и Мерла, бога плодородия. Резные кресла можно было пересчитать по пальцам и прятались они за колоннами, выстроившихся вдоль стен. Для обычных прихожан расставили скамейки, но сегодня в соборе было на удивление тихо и пусто, отчего мне на мгновение стало неуютно, словно я вторглась в священное место не в положенный час.

  Я прошла по проходу между скамеек к алтарной зоне, оглядываясь и выискивая кого-нибудь из храмовников. Никого не нашла. Пользуясь случаем, села в первом ряду, решив посидеть в тишине и подумать, пока кто-нибудь не появится и не прогонит меня.

  Сейчас всё выглядело как три года назад, когда дедушка попросил помочь ему с небольшим экспериментом, заведомо не рассказывая всех деталей. Я была рада провести время с ним за практикой сложной магии, поэтому не раздумывая согласилась. Дедушка переговорил с кем-то из храмовников и проводил мне в одну из комнат за алтарной стеной, в которой зачем-то стояла широкая кровать с голым матрасом. Тут уже стоило не только заподозрить неладное, но и засыпать деда вопросами о предстоящем ритуале, но доверие к самому родному человеку и любопытство заглушили тонкий голос разума.

  Дедушка пояснил: в соборе стоит самая сильная магическая защита, которая позволит не беспокоится о том, что кто случайно пострадает, если что-то пойдёт не так. Затем он дал мне выпить травяную настойку, чтобы обезопасить на время работы со сложным заклинанием. Тот горький вкус я до сих пор помню. Горький, как правда, открывшаяся после: я участвовала не как заклинатель, а как один из элементов ритуала.

  После к нам присоединился мужчина, судя по голосу, молодой. Чёрная маска скрывала его лицо. В прорезях для глаз были вставлены мутные стёклышки, не позволяя выстроить зрительный контакт. Из отверстия для ноздрей слышалось недовольное сопение.

  В тот момент мне стало страшно. Дедушка же заверил, что всё хорошо. Он попросил мужчину снять рубашку. Я увидела чёрную метку в виде ящерки, которая располагалась на груди незнакомца. Дедушка взял заготовленную краску красного цвета и кисточку. Быстрым размашистым движением он обвёл татуировку в круг. Та ожила и стала бешено метаться в пределах ловушки, чем меня ещё сильнее напугала. Тогда я не знала, что она пыталась поглотить магию. Но ей не повезло, так как мази, настойки и зелья всегда выполняли свою задачу, если в них не добавлялась магическая энергия, волшебные или зачарованные ингредиенты.

  Три года назад я носила модные платья, не стесняясь показывать руки, шею и грудь в рамках приличия, поэтому дедушка без труда начертал какие-то знаки под ключицами, не принуждая меня раздеться раньше времени.

  Тут мне захотелось открыть рот и задать пару вопросов, но, видимо, выпитая настойка начала действовать, поэтому меня сковало параличом. Я стояла и глупо хлопала глазами, пока дедушка давал последние напутствия незнакомому мужчине. Что он ему говорил – не помню... Упустила из внимания, пытаясь понять, как заставить себя сделать хоть что-нибудь. Возникший страх и предчувствие плохого будто усилили действие настойки.

  Дедушка ушёл, оставив меня наедине с полуголым незнакомцем. Хотелось уйти следом за ним, вернее сбежать, но тело не слушалось, дрожа мелкой дрожью из-за лихорадочно стучащего сердца.

  – Не бойся. Больно не будет, – начал незнакомец со лжи, его голос звучал приглушённо из-за маски.

  Он приблизился ко мне вплотную, коснулся моей щеки словно в попытке успокоить, огладил большим пальцем губы, видимо, жалея, что не может поцеловать меня. Из-за того, что ящерица была в ловушке, она не могла поглотить магию незнакомца – ту, которую он стал творить руками, чтобы расслабить меня. Тепло растекалось по телу от каждого его прикосновения, заставляя млеть от дурманящей неги.

  Всё, что произошло потом, помню как в тумане, в большей степени из-за того, что не хотелось запоминать детали столь позорного случая, перечеркнувшего все мои планы.

  Шум со стороны алтаря выдернул меня из неприятных воспоминаний, не позволив сравнить первую ночь с тем незнакомцем с прошедшей, в объятиях Рендела. Сердце не хотело верить, что это был один и тот же человек.

  – Прос-с-сти-те, – извинилась женщина в холщовой рубахе до пят. Если бы не цвет её волос, то решила бы, что это кто-то из послушниц вздумал навести порядок перед статуей Тилии.

– А почему тут так подозрительно тихо? – озвучила вслух вопрос Белая Жрица, окинув взглядом зал собора и в итоге остановившись на мне. – Вы, разве не невеста того?.. – Она прищурилась, напрягая память.

  – Сира д'Итьера, – подсказала я.

  – Да! Его самого, – заплетающимся языком выдала она. – А кто и зачем поставил защиту на входе?

  Я оглянулась на указанный жрицей проход. Распахнутые двери радушно приглашали внутрь, но люди держались от него подальше.

  – Это из-за вас? – добавила она, направившись ко мне шаткой походкой. – У меня вообще-то сегодня выходной. После Рорха я не готова быть проводником. Вечно он со своими молниями... У меня из-за этого волосы все пересушены и дыбом стоят! – пожаловалась она, плюхнувшись на  скамейку рядом со мной, и убрала непослушные волосы с лица, которые вблизи напоминали мочалку.

  – Есть маски для волос, которые снимают все негативные воздействия окружающей среды, в том числе и магические, – сказала я, из вежливости поддерживая завязавшийся разговор.

  – Чтобы снять все негативные воздействия, мне понадобится ванна с такой маской... И я не буду из неё вылазить, чтобы не дать шанса воздействовать на меня снова.

  – Нелегко быть жрицей семи богов, – выразила я сочувствие.

  – Ты даже не представляешь... Ой, ничего, что я на «ты»? Всё равно Тилия рвётся побеседовать с тобой, и она не будет церемониться... А все всё равно решать, что это я такая, а не их любимая богиня... – ворчалаВейн, косясь в бок, будто Тилия стояла рядом и только ждала, когда жрица позволит использовать себя для того, чтобы поговорить со случайно забредшей в собор девушкой.

  – Случайно?– вскинула бровь жрица и села прямо,  сложив изящные ладошки на коленях. – Я ждала твоего визита три года, малышка Адель.

39 Предложение богини

  – Понимаю, тебе сделали больно. И хочу, чтобы ты знала, мужчины всегда рано или поздно жалеют о своих поступках, – сказала Белая Жрица.

  Вид сидящей передо мной зачуханной женщины изменился: волосы преобразились, мягкими волнами обнимая плечи Вейн, кожа буквально засветилась, а глаза стали ярко-голубыми. Даже голос её зазвучал как-то иначе, пробирая до дрожи мощью, которая была в нём сокрыта.

  Без сомнения, со мной говорила сама Тилия – богиня, покровительствующая любви и добрым союзам.

  – Помню тот день, как будто это было вчера, – заявила она, закинув ногу на ногу. – Огненному парнишке не нравилась задумка, но и помирать он не хотел. Такой молодой и горячий, – усмехнулась жрица.

  – Парнишке было двадцать четыре года... – ошарашенно выдала я, не веря, что сама богиня решила вступиться за него... И с какой стати? Он же не прямой представитель королевской династии, которую боги защищают всеми  возможными силами.

  – Для меня все смертные словно дети малые, – отмахнулась богиня, жеманно откинув волосы с лица и покачав плечами. – Я могу тебе сказать, что он тебя любит, поэтому пошёл на такую глупость...

  – Три года? Всё это время любит?

  – О, нет конечно. Тогда он больше всего любил жизнь... И родителей. А когда умер его отец, он каждый день приходил в собор, как ты сегодня, и просто сидел себе тихонечко. Мужчины такие умилительные, когда начинают использовать мозг. Он так усиленно размышлял над своей жизнью, что я слышала его мысли без всяких вмешательств, – делилась Тилия будто со старой знакомой.

  – Зачем вы мне это рассказываете? Хотите сказать, что боги всё давно решили, и мне надо вернуться и забрать проклятье назад?

  – Боги, безусловно, всё решили, но мы не вправе заставлять смертных поступать так, как мы считаем нужным. Это же ваша жизнь. Такая короткая, – выдала она с сочувствием и лёгкие пренебрежением. – Не стоит растрачивать её на умников, которым попросту весело управлять тобой.

  – Использовать. Ради забавы.

  – Можно и так выразиться. Три года назад у меня был разговор со старичком, который организовывал ритуал по переносу проклятья на тебя.

  – С моим дедушкой?

  – Да-а-а. Дедушка, – брезгливо протянула она. – Он прознал про Вейн и пытался сначала вытянуть через неё нужную ему информацию про выгорание сильных магов, а потом притащил её во дворец, чтобы она, вернее мы – боги помогли спасти племянника короля, – недовольно качнула она седой головой.

  – Не скажу, что мне интересна предыстория самого худшего дня в моей жизни, – предприняла попытку остановить словесный поток божьих слов. Возможно, прозвучало грубо, но мне было всё равно. После открывшейся правды я не представляла как с этим дальше жить.

  – Тебе тогда не понравилось? – на лбу жрицы пролегла глубокая морщинка. – Эмоциональная связь важна, тем более для первого раза, – глубокомысленно добавила она.

  – Не в этом дело! – громче положенного в священном месте выпалила я.

  Щёки загорелись от стыда, ведь, несмотря на отсутствие поцелуев, первая близость с мужчиной оставила у меня приятное впечатление, портило всё несколько вещей: как это было организовано, с какой целью... И как найти желающего взять в жёны ту, что не сохранила себя для мужа и к тому же проклятье подцепила от незнакомца, который и познакомил с миром соблазна. Всё это надолго отбило у меня желание жить, радоваться каждому приятному моменту и смотреть на мужчин, особенно если боги наградили их великолепной внешностью и складным телосложением.

  К тому же случившееся было неприемлемо обществом, это меня больше всего тяготило. Поэтому я не признавала, что секс приятен и полезен. Слышала, как мамины подруги говорили об этом, но предпочитала считать их глупыми курицами, которые живут в своём мире без проклятий и предательств от самых дорогих людей. Лучше бы я больше цеплялась за мамину юбку или интересовалась папиной работой вместо того, чтобы пропадать в библиотеке с дедушкой. Но прошлого не вернуть и сделанного не исправить.

  – Я поняла. Тебе больно. И ты запуталась в своих чувствах. Но ты же знаешь, что бывает, если двое, любящих друг друга смертных, предаются плотским утехам? – задала богиня смущающий вопрос.

  – Я... Я... Конечно знаю.

  – И что же бывает?.. – издевалось воплощение любви.

  – Бывает? Мне надо сказать это вслух?

  – Да, чтобы я своими ушами – прости, Вейн, – услышала ответ. Так что бывает?

  – Бывает... – я потупила взгляд, сгорая от стыда, – … приятно, – выдавила из себя.

  – Глупая! – возмутилась богиня. – Я не про это спрашиваю.

  – А про что?

  – Про слияние двоих в едином порыве, когда не только тело, но и души становятся едины.

  – Эм... Это, наверное, ещё более приятное действие... – замялась я, отгоняя нахлынувшие воспоминания прошедшей ночи.

  – Как с вами, смертные, сложно, – вздохнула собеседница. – Истинное удовольствие, поверь мне – богине, когда создаёшь что-то поистине удивительное. Этот мир, к примеру, сначала населяли одни насекомые, которые достали Диану, и она создала птиц. Другие стали соревноваться в создании существ и всё в итоге зашло так далеко, что я могу общаться с плодами своих работ на одном языке.

  – Не-е-ет! – пронзило меня осознанием, к чему могла клонить богиня.

  – Я сама в шоке. А всё из-за животных, которые до сих пор не понимают, что им говорят.

  – Нет. Вы же не... Нет-нет-нет... – Помассировала виски и глубоко вдохнула. – Не-е-ет... – выдохнула я, закатив глаза. – У нас с... Мы же просто... Это всё не всерьёз. Было приятно. Так и задумывалось как бы. Но не так. От одного раза такого не должно быть.

  – Дыши. Дыши, – пришла на подмогу жрица или богиня. Я запуталась. Окончательно.

  – Я же не... Это слишком... – пропищала, смаргивая набежавшие слёзы.

  В первый раз он забрал мою чистоту, а теперь решил оставить о себе напоминание побольше, чем воспоминания со смешанными чувствами.

– Мы же даже... – всхлипнула я. – Почему мне так не везёт?..

  – Тихо, маленькая, тихо, – женщина обняла меня и стала раскачивать, пытаясь успокоить. – Дети – это же счастье... Дети – это отрада...

  – Отрава-а-а? – провыла я.

  – От-ра-да, – отчеканила женщина, выпустив меня из своих объятий.

  – Мне не нужны дети... Меня мама с папой выгонят из до-о-о-ма-а-а... На этот раз точно-о-о... – разревелась я.

  – Окл говорил, что беременность от большой любви для кого-то может стать проклятьем, а не благословением. Начинаю понимать почему. Ну что ты расклеилась... – недоумевала Тилия. – Тоже мне трагедия. Всё же решаемо. Богиня я или кто?

  – Вы мне поможете? – дрожащим голосом спросила я, утирая мокрые глаза.

  – Помогу... Я.... Или ещё кто. Может быть. Тут уже всё зависит от того, что ты захочешь.

  – Хочу, чтобы вы помогли: отменили детей и стёрли воспоминания о... о Ренделе.

  Женщина нахмурилась.

  – Сделаю вид, что я ничего не слышала, – проворчала она, щёлкнув пальцами обеих рук.

  В одной ладони жрицы появился свёрнутый свиток, во второй большая красная таблетка.

  – Слушай внимательно, потому что тебе предстоит сделать судьбоносный выбор, – преступила к разъяснениям богиня. – В свитке инструкция к ритуалу, в котором рассказано, как перенести проклятье со смертного в новый сосуд. А таблетка... Волшебная. Достаточно её выпить, и ты забудешь своего мужчину и вашу первую встречу.

  – А вторую?..

  – И вторую тоже.

  – И…

  – Все дни, в которых он фигурировал. Но возможен и третий вариант: ты ничего не берёшь у меня, а просто оставляешь всё как есть. Знаю, что вы, смертные, очень дорожите своими воспоминаниями, поэтому сразу говорю все варианты.

  Я потянулась к таблетке. Жрица сжала ладонь в кулак, мешая забрать простой и действенный способ сделать свою жизнь лучше.

  – Я ещё не закончила, – сердито выдала женщина. – Выпив таблетку, твоя беременность будет аннулирована...

  Я снова потянулась к пилюле, взглядом прося отдать её мне.

  – И никогда не узнаешь, что твой любимый дедушка жив, – добавила она. – Ой, уже узнала. Но выпив таблетку, забудешь об этом и не сможешь поговорить с ним... Или накричать... Что ты там хотела с ним сделать?

  – Но он же сгорел... – неверяще прошептала я.

  – Да, его телесная оболочка пришла в негодность. Сильные маги не умирают, как все прочие смертные, уж слишком сильна в них магическая основа.

  – Хотите сказать, что он стал кем-то другим?.. Чем-то другим?..

  – Ха-ха... Это и говорю. Но ты можешь забыть о воссоединении семьи, раз хочешь отказаться от любимого мужчины, который тебя тоже любит.

  Я пристыженно повесила голову. Слишком резко всё изменилось. Эмоции не душили больше, но мысли так и не разложились по полочкам.

  Дорожу ли я Ренделом?..

  А временем, проведённым вместе?..

  Последние дни были чудесными... И ночь... Сама не заметила, как влюбилась в этого дурака...

  Не ожидала, что его чувства настолько глубоки и сильны...

  Дура!.. Расслабилась и оторвалась на славу, подумав, что ничего страшного не случится из-за одной ночи с самовлюблённым повесой...

  – Волшебная таблетка хороша... – нарушила я молчание.

  – Ну конечно, смертным только дай возможность не напрягаться, чтобы их проблемы и заботы растворились, – расстроенно прокомментировала богиня, занявшая тело Белой Жрицы. – Плоды упорного труда приносят больше радости и пользы, чем такие вот таблетки... Но я не вправе тебя принуждать или склонять к тому, чего тебе не хочется...

  Я робко потянулась к кулаку, в котором была зажата волшебная таблетка.

  – И куда ты руки свои тянешь? Уверена, что не пожалеешь?

  – Я же всё забуду... – растерянно парировала я.

  – Да, но сейчас-то ты всё помнишь, – не соглашалась принимать мой выбор Тилия. – Твоё сердце разбилось лишь по твоей же глупости... Да кому я это объясняю?.. Если я скажу, что с этим рецептом ты сможешь сотворить лучшую жизнь для себя и для своего ребёнка, ты по-прежнему предпочтёшь волшебную таблетку? – уточнила она, потряся свитком перед моим носом.

  Я задумалась. Мысль о маленьком карапузе меня и раньше посещала, когда видела прогуливающихся по берегу моря молодых мам с детишками, но тогда подобное казалось недостижимым.

  Ребёнок Рендела. Плод нашей внезапной любви... Каким бы он был?.. Любопытно. И страшно.

  До этого я была непригодна для успешного замужества с кем-то своего уровня, но это было терпимо. Всё ради сохранения видимости, что я не так сильно отличаюсь от остальных незамужних женщин, которым не посчастливилось встретить свою половинку. Теперь же мой социальный статус могли понизить, если решу рожать и откажусь отдавать ребёнка в приют. Как и работающих женщин, так и матерей-одиночек в обществе не принимали. И если в первом случае был шанс отстоять своё имя и статус «эм» – богатого или сильного мага, то во втором придётся постараться и надеяться на полное восстановление магического резерва, который затмит все принятые регламенты по определению социального статуса. То есть магией перекрыть факт морального разложение, ведь дети вне брака приравнивались к отбросам, таким как Джейми.

  В этой стране скатиться вниз просто, а вот поднять свой статус из «о» в «эм» – сложно, почти нереально. Для меня это означает ещё больше трудностей... До конца жизни... Хватит ли у меня сил на это?..

  – Я-я... не уверена... Это слишком сложно. Я даже не могу поверить, что Рендел меня действительно любил...

  – Любит, – поправила меня Тилия. – Но я тебя поняла. Это нам, богам, всё ясно и понятно с одного взгляда, вам, смертным, всё надо показывать и доказывать. Поэтому сделаем так...

  Она положила волшебную таблетку на шершавый пергамент, а затем, сложив лист в несколько раз, завернула в него пилюлю наподобие того, как это делали в лавках зельеваров.

– Так... – Она бросила на меня задумчивый взгляд. – Надо получше сложить, – сказала и стала усиленно сминать получившийся комочек.

  Я забеспокоилась, подумав, что всё будет безвозвратно испорчено, особенно волшебная таблетка. Попыталась остановить саму богиню, но не смогла выдавить ни единого слова, лишь нервно мыкнула, когда та сжала бумажный комок в кулаке.

  – Фух... Готово. Держи.

  Тилия протянула ко мне раскрытую ладонь. Я от удивления выпучила глаза, уставившись на маленькую золотую брошь в виде бабочки, крылья которой были украшены красными камнями.

  – Хорошо будет сочетаться с твоим помолвочным кольцом, – подметила она, когда я приняла подарок, от которого исходила невероятная мощь, из-за чего пальцы покалывало от этой силы.

  Я бросила взгляд на кольцо. И вправду... Забыла его снять перед уходом. В отличие от браслета с массивным драконитом оно мне не мешало.

  – Когда определишься со своим выбором, коснись броши и получишь то, что тебе действительно поможет. А теперь проведём простой тест на силу магической основы, – заявила она, взмахнув рукой. В её ладони появился детектор магии, которые используют при тщательных досмотрах там, где они могут понадобиться: на входе в учебное общежитие, в портах, на вокзалах и у лекарей.

  Длинная, толщиной с палец палочка из особого типа дерева с ручкой из драконита была украшена шестью кристаллами: пять из них определяли тип магии, а шестой, расположенный на самом кончике, – её силу.

  Жрица сделала глубокий вдох.

  – Фух... Это надо, чтобы детектор не свихнулся из-за моего присутствия, – резко выдохнув, пояснила она и снова задержала дыхание.

  Держа палочку за основание, женщина навела её кончик на мою грудь, вернее на невидимые обычному глазу резервы. Кристалл на верхушке засветился белым светом и с каждой секундой разгорался всё сильней и сильней. Потом загорелся камень, определивший мою магическую основу. Тут ничего нового и удивительного я не увидела: ярко и отчётливо засиял жёлтый кристалл солнечного элемента.

  Тилия медленно перенаправила палочку на мой живот. Свет главного кристалла стал слабее, жёлтый потух и загорелся красный.

  – Огонь?

  – Да. Из-за проклятья не удалось продублировать твою основу, – объяснила богиня, убрав детектор. – А если бы не моё благословение на детей по любви, то этого не случилось бы. Можешь злиться, но я останусь при своём: дети должны рождаться из-за большой любви, а не из-за очередного акта удовлетворения потребностей.

  Мне стало стыдно, но я промолчала. Не скажешь же богине, что всё это случилось лишь из-за потребности почувствовать любовь мужчины, возможно, наигранную или из вежливости деликатную, но мне всё сгодилось бы, чтобы потом на долгое время охладить интерес к противоположному полу.

  Меркантильный повод... Непризнанные чувства... И немного самообмана... Всё это вылилось в патовую ситуацию, с которой надо разобраться, и лучше, пока Рендел не умер.

  – И главный плюс: тебе не надо беспокоиться о выгорании. Проклятье сильно опустошило твой резерв. Понадобиться лет двадцать, чтобы восстановить его до уровня трёхлетней давности, – сообщила Тилия, сияя довольной улыбкой.

  – Мой резерв был настолько большим?

  – Именно, – кивнула она. – Если бы не проклятье, то ты бы уже давно присоединилась бы к своему дедушке.

  У меня челюсть отвисла от таких новостей.

  – Этой ночью в небе сошлись три луны... или что?.. – спросила я шокировано.

  – Слишком много информации? Знаю. Но ты достаточно взрослая, чтобы разобраться с полученными данными и принять верное решение. Верное для себя в первую очередь.

  – Ну конечно. Дедушке вы то же самое говорили?

  – Я – богиня. Живу не первую сотню-ю-ю дней, поэтому наработала свою схему общения со смертными. Иногда импровизирую, но суть от этого не меняется. На этом вынуждена попрощаться, тела смертных плохо подходят для вместилища божественной сути, – она махнула рукой в бок, создав портал в чью-то комнату с большой кроватью. – Другими словами, мне надо уложить Вейн в постель, чтобы она отдохнула.

  Женщина встала, сделала шаг к порталу и рухнула спиной на кровать. Исчезло чувство присутствия чего-то немыслимого, а с ним и проход в покои Белой Жрицы.

  Я ещё немного посидела в полном одиночестве, стараясь переварить всё услышанное и случившееся. Заступничество богини за Рендела раздражало. И ей он приглянулся...

  Отогнав все эмоции, пробежалась по фактам и имеющимся активам. Набросала несколько вариантов развития ситуации, примеряя их на себя и проживая, чтобы с уверенностью вытянуть из броши волшебную таблетку... Или описание ритуала...

  Хотя я начала склоняться к третьему варианту. Самому простому для меня, так как не буду чувствовать себя обязанной самой богине.

40 Откуда пришло проклятье

  Я толкнула дверь, та скрипнула, и это не осталось незамеченным хозяином покоев.

  – Лили? – уточнил Рендел, не поднимаясь из кресла, стоявшего у разожжённого камина.

  – Нет, это не Лили.

  – Адель?.. – Он нахмурился. Кресло скрипнуло, когда Рендел подался вперёд, не поднимая на меня взгляда. – Джейми, если ты не нашёл Адель, не стоит проворачивать свои фокусы. Это не тот случай, – жёстко добавил он.

  – Это не Джейми, – сказала с тяжёлым вздохом.

  – Подойди ближе, чтобы я убедился, что это не Джейми меня дурачит, – настоял Рендел, протянув руку не напрягаясь угадать направление. – В этот раз вспышка оказалась сильней, я почти ничего не вижу, – добавил он.

  – Я не рассчитала... – пробурчала, приблизившись к креслу, и взяла его за руку.

  – Адель... – прошептал он, захватив мою ладонь в плен и исследовав каждый пальчик. – Я думал, что уже никогда тебя не увижу.

  – С возвращением твоего старого друга ты никого больше не увидишь.

  – Старый друг?

  – Я про...

  – А... Нет. Оно мне точно не «друг». Хотя, благодаря ему, я обратил на тебя внимание, – заявил он, прижимая к груди мою ладонь, из-за чего мне пришлось наклониться.

  – Отпусти. Мне так неудобно...

  – Мне тоже неудобно, что всё так вышло. Хотел объясниться, но не знал с чего начать.

  – Мне неудобно так стоять, – зло прошипела и дёрнула на себя руку – почти удалось выдернуть её из захвата беспомощного, но физически сильного мужчины.

  – Прости. Садись... – Рендел выпустил мою ладонь и попытался указать на подходящую для его предложения мебель, но не смог сориентироваться, поэтому неопределённо махнул и стал ждать моих действий.

  Я села на диванчик, подальше от Рендела. Мне неимоверных сил стоило вернуться в дом. Сначала решиться, затем найти и дойти до нужного здания, утопающего в зелени. Наткнулась на магический замок на калитке для прохода слуг – это почти притупило моё стремление выслушать пару сказок от Рендела, но я уже столько прошла, что обидно было поворачивать обратно, на вокзал. Действовала быстро и решительно, как человек, затеявший недоброе. Не рассчитала сил и подплавила решётку в нескольких местах, была поймана с поличным и спасена кем-то из слуг, который узнал во мне невесту сира д'Итьера.

  – Я слушаю, – холодно произнесла я, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди.

  Рендел молчал, размышляя о чём-то. Его невидящий взгляд был устремлён в пол. Между бровями пролегли глубокие морщины.

  – Я так понимаю, мне надо рассказать всё с самого начала?

  Я ничего не ответила.

  – Мои родители были молоды...

  – Ты решил буквально с самого начала начать?

  – Подумал, что так у тебя не возникнет вопросов, когда я закончу свой рассказ.

  – И рассказывать ты его собрался неделю? У тебя точно найдётся столько времени?

  – Операция «Долгий рассказ» не удался, – усмехнулся Рендел. – Но я готов потратить всё оставшееся время на тебя...

  – Прекрати. Я пришла за информацией по существу, а не за лапшой на уши.

  – Ладно. Понял.

  Рендел тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла. Огонь в камине раздражённо потрескивал. Сцепила зубы, чтобы не потребовать его погасить.

  – Три года назад у Виктора была свадьба. Его оберегали как главного претендента на трон. Он со своей женой чудом познакомился, ведь его всегда окружала охрана, никого близко не подпуская. Видимо, это повлияло на желание, которое загадала его женщина. И я её могу понять, мне бы не хотелось, чтобы рядом всегда был кто-то... посторонний. Мы же сейчас с тобой одни? – поинтересовался он, повернув голову в мою сторону.

  – Да. Мы одни.

  – Хорошо, – он кивнул и продолжил: – Заполучив и проверив работу наложенной защиты, Виктор решил устроить мальчишник. Да, он его делал после свадьбы, потому что перед ней не вышло, опять же из-за охраны и ограничений, накладываемых на будущего короля, что ещё не факт. Я вот надеюсь, что корона просвистит мимо него – Кристофер пока свободен, и всегда есть вероятность, что его невеста окажется солнечным магом, – поделился Рендел.

  Я оставила его надежды и чаяния без комментариев. Хуже семейных дел могут быть лишь дела королевской семьи.

  – Мальчишник был... отвязным. Охраны – всего несколько телохранителей, которых отвлекали работницы дома досуга.

  – Бар... – я прикусила язык. Не моё дело, где был мальчишник принца Виктора. После свадьбы... После консумации брака... Да хоть после рождения первенца!

  – Ты что-то хотела сказать? – спросил Рендел, прервав свой рассказ из-за вырвавшегося у меня возмущения.

  – Быстрее к сути перейти никак нельзя?

  – Никак нельзя. Но я стараюсь не потерять важных деталей, чтобы картина выстроилась правильно.

  – Тянешь время.

  – Самую малость. А ты куда-то опаздываешь? Точно! Портал. Я могу послать Джейми поменять твой билет.

  – Рассказывай дальше, – процедила сквозь зубы и нервно дёрнула ногой, потревожив ткань юбки.

  – В общем, был мальчишник. Был в месте самом подходящем для мальчишника и самом не подходящем для принца, – вернулся к своему рассказу Рендел. – Безусловно нашёлся тот, кто захотел воспользоваться возможностью, чтобы причинить вред правящей династии. Если точнее, это был дракон. Чёрный дракон. Всё свою силу он вложил в проклятье, которое направил на Виктора. Думаю, ты уже поняла, что случилось в итоге.

  – Сам скажи.

  – Проклятье отскочило от защиты и попало на меня. И раз оно было заговорено на Виктора, тебе не стоит оставаться со мной до самого конца, чтобы... Чтобы оно не воспользовалось тобой, когда мои силы иссякнут. С помощью этого проклятья можно уменьшить численность людей, а всё из-за того, что оно не сможет добраться до того, кого должно убить. Это мои догадки, но не будем рисковать, только не уходи прямо сейчас, – с мольбой в голосе поспешно добавил он.

– Ты долго думал, прежде чем согласиться на перенос проклятья?

  – Ну... У меня не так много времени было на размышления. К тому же, когда чувствуешь себя плохо, сложно думать о чем-то, кроме как «пусть всё это закончится».

  Я внимательно посмотрела на его лицо: кожа стала бледной, на лбу небольшая испарина, и точно не из-за близости к огню.

  – Твой дедушка повторял, что ритуал поможет не только мне, но и тебе. Он меня буквально умолял сделать это.

  – И чем же мне должно было помочь бесчестье?

  – Он сказал, что ты очень сильный маг, такой сильный, что-либо тебя постигнет выгорание, либо проклятье будет съедать излишки твоего резерва.

  – И ты в это поверил?

  – Не особо. Но ты сейчас здесь. Живая.

  – Ага. Твоими стараниями.

  – Я понимаю, ты злишься... – Рендел подался вперёд, слепым взором выискивая меня.

  – Нет. Ты не понимаешь! – всплеснула я руками. – Ты всё знал и понимал, что происходит и зачем это делается. Меня же... молча подложили под незнакомца!

  Он поджал губы и повесил голову.

  – Почему меня обошли простым разговором? Потому что я женщина? Я недостаточно умна, чтобы понять складывающуюся ситуацию? Почему нельзя было это обсудить со мной?!

  – Я... Прости. Я не знаю. Возможно, твой дедушка струсил... Или не смог найти правильных слов, как и я.

  – И зачем ты решил разыскать меня столько времени спустя?!

  – Хотел узнать, что мне не соврали, и та ночь оттянула неизбежное. Хотел знать, что хоть кому-то смог помочь, несмотря на бессмысленно прожитую жизнь.

  – Тебя накрыло кризисом среднего возраста? Рановато, не находишь?

  – Если я скоро умру, то поздновато, – слабо улыбнулся он, подняв голову выше.

  – Ты с самого начала хотел забрать проклятье на себя?

  – Не скажу, что планировал это, но узнав тебя поближе, понял, что тебе с ним несладко живётся. Один твой характер... Солнечные маги всегда отличаются добродушием, улыбка редко сходит с их лиц.

  – Да, я бука, и кто в этом, спрашивается, виноват?

  – Не знаю. Но сейчас никакое проклятье тебе не мешает быть добрым и отзывчивым представителем солнечных магов.

  – Началось.

  – Что именно? – Рендел изобразил тревогу.

  – Попытка манипулировать. Я злюсь. У меня весомый повод на это. Два повода! Даже три!

  Рендел нахмурился. На его лице читался сложный мыслительный процесс с попыткой высчитать обозначенные мной поводы, который прервала резко распахнувшаяся дверь, да с такой силой, что ручка ударила о стену и, кажется, оставила там серьёзную вмятину.

  – Рендел! Почему мне передали, что тебе нужен лекарь, а ты от него отказываешься?! –  потребовала объяснений миледи д'Итьер, влетев в комнату с бешеными глазами.

  Я вскочила на ноги, перепугавшись, что сейчас придётся вспоминать все защитные заклинания, какие смогу выудить из своей небогатой практики.

  – Адель? – заметила меня хозяйка дома. – Что происходит?

  – Сама пытаюсь разобраться, – ответила ей, судорожно улыбнувшись.

  – Мама, только не нервничай, – заговорил Рендел, поднявшись из кресла.

  – Одной этой фразы достаточно, чтобы понять, что повод для этого есть и нешуточный.

  Рендел замялся, рассматривая ковёр под ногами, чтобы родительница не поняла, что на деле он ничего не видит ни перед собой, ни под собой.

  – Всё хорошо? – поинтересовалась женщина, вплывшая в приёмную.

  Я чуть не поседела от страха, понимая, что теперь точно живой не уйду из этого дома, когда выясниться, что именно с Ренделом не так.

  – Добрый день, ваше величество, – поприветствовала я королеву, приседая в неглубокий реверанс. Опасалась, что задеревеневшие от страха ноги подведут, и я рухну обратно на диван, если повезёт.

  – Тётя, что ты здесь забыла? – не очень вежливо спросил Рендел, подняв голову. Его взгляд метался в поиске точки, на которой можно было сфокусироваться.

  – Рендел, что с твоими глазами? – заподозрила неладное леди Маргерэт и подошла к сыну.

  – Ничего страшно, просто Адель немного перестаралась с демонстрацией своего мастерства владения солнечной магии, – попытался он отшутиться, вырываясь из рук матери.

  – Правильно я понимаю, – подала голос королева Лисандра, – что лекарь тебе не сможет помочь?

  – Не сможет? – удивилась леди Маргарэт. – Почему это не сможет?

  – Из-за проклятья.

  – Кого проклятья? – Миледи д'Итьер бросила на меня вопросительный взгляд. Я выпучила глаза и задержала дыхание, не зная, что сказать.

  – Маргарэт, я всё объясню, но сначала хочу узнать у твоего сына, зачем он это сделал? – произнесла королева Лисандра, оттягивая неприятное внимание перепуганной матери на себя.

  – Захотел и сделал... Моя жизнь: что хочу, то и делаю, – дерзко ответил Рендел, высоко задрав голову, видимо, чтобы никто из присутствующих не смог дотянуться и наградить его щелбаном или оплеухой.

41 Решение

  Королева предложила сесть и, как только все разместились, рассказала то же, что успел поведать мне Рендел. Даже про то, что я идеально подходила для этого обряда, потому что никто из участников не хотел обрекать кого-то на смерть.

  – Так, ещё раз, – ошеломлённо прошептала леди Маргарэт. – Проклятье было адресовано Виктору, но попало на моего Рендела... С помощью ритуала вы перенесли проклятье с него на...

  – Адель. Можно было и запомнить, – тихо пробурчала я последнее.

  – А теперь оно вернулось на него? – продолжила мать Рендела. – Вы опять проводили ритуал по переносу?

  – Да-а-а... Ритуалом это можно назвать, – ответил ей сын, и улыбка растеклась по его бледному лицу.

  – Ну так повторите его ещё раз! В чём проблема?!

  – Проблема в том, что нужна инструкция от кого-нибудь из богов, – пояснила королева.

  – Почему так?

  – Потому что, дорогая Маргарэт, только они смогли обмануть смерть, а значит, только они могут подсказать, как это сделать смертным. Но задачка это непростая в любом случае. В первый раз ушла неделя на подготовку.

  – Отлично. Ты же королева. Сходи в собор и поговори со жрецами, пусть они свяжутся с богами и скажут, чтобы они связались с тобой и рассказали, что делать. Если надо будет сделать жертвоприношение, я готова, – последнее заявление было брошено с острым взглядом в мою сторону. Замечательно, кого принесут в жертву уже определили.

  – Скорей всего, предложат ту же инструкцию, что и в первый раз, – озвучила своё предположение её величество. – Не думаю, что боги будут придумывать что-то новое.

  – Либо они откажутся помогать, – вставила я.

  – С чего вдруг?! – взвилась леди Маргарэт. – Мой сын не заслужил такую смерть, тем более по вине других.

  – Мам... – одёрнул её Рендел.

  – Я что, не права?

  – Права, права, – поспешила успокоить её королева.

  Лисандра была намного старше Маргарэт, но старалась смягчить ситуацию. Заметно было, что королева боялась испортить отношения с единственной сестрой мужа, поэтому та до сего дня оставалась не проинформированной о случившемся на мальчишнике принца Виктора.

  Та, кого бояться все, тоже чего-то боится... Это открытие обнадёживало, но не вселяло уверенности.

  – Адель, но почему ты думаешь, что они откажут нам в помощи? – поинтересовалась королева Лисандра, впившись в меня цепким взглядом.

  – Да я... – занервничала и машинально коснулась броши, которую решила спрятать на видном месте – на воротничке платья. Раздался хлопок, я ощутила удар по пальцам. – Нет-нет-нет... Я же ещё не... – спохватилась я, ловя полетевший на пол свиток. Он не выглядел так, словно его сминали до самого малого объёма.

  – Что это? – удивлённо выдохнула леди Маргарэт.

  – Что... Что случилось? – занервничал Рендел, не находя себе места в удобном кресле.

  Я застыла, глядя немигающим взглядом на аккуратно свёрнутый пергамент в моих ладонях. Что ж за невезение такое... Я не хотела танцев с бубнами для ритуала. И выслушав рассказ Рендела, не скажу, что прониклась к нему жалостью. Хотя он заставил себя уважать своим желанием защитить меня и оградить от проклятья.

  А может...

  Ухватившись за мелькнувшую мысль, спешно развернула свиток, надеясь найти в нём волшебную таблетку. Она бы мне пригодилась, чтобы забыть о том, каким образом должны перемещать проклятье с одного человека на другого. И я, судя по всему, для этого не подхожу, значит, какая-то другая девушка проведёт ночь с Ренделом, чтобы он не умер. После такого я его не захочу знать, и таблетка бы отлично с этим помогла. Но в пергамент ничего завёрнуто не было, а в самом начале инструкции крупными буквами было написано: «Забыла сказать, что лимит волшебных таблеток в этом месяце исчерпан, поэтому поздравляю с правильным выбором. Внимание! Копирование информации запрещено магическим договором о неразглашении. Свиток исчезнет по истечению семи дней с момента передачи в руки смертных. Ваша любимая Тилия».

  – Да вы издеваетесь! – от большой досады выпалила я, отшвырнув пергамент на кофейный столик. Лист отпружинил от лакированной поверхности, стремясь скрутиться обратно.

  – Что это? – повторила требовательным тоном миледи д'Итьер. – Адель, объяснись!

  Королева же не стала ждать моих откровений, а подхватила пергамент, развернула его и пробежалась взглядом по написанному тексту.

  Меня прошибло потом. Я вцепилась в ручки кресла. В голове не сложился чёткий план, который бы меня устроил, поэтому вмешательство самой влиятельной женщины Анклавии могло всё испортить, вернее, переиначить на свой лад. Уж племянника королева не бросит помирать, ведь если она спасёт Ренделу жизнь, отношение к ней Маргарэт может потеплеть.

  – Адель! – хлестнула Маргарэт.

  – Мама, не кричи на Адель! – вступился Рендел, в очередной раз попытавшись уйти из кресла, подальше от огня, но в итоге передумал. Во-первых, он не мог ориентироваться без своей магии, во-вторых, огонь в камине подпитывал его магическую основу, которую медленно поглощало проклятье.

  – Адель уже достала инструкцию для ритуала, – произнесла королева, сворачивая пергамент. – Я распоряжусь, чтобы всё необходимое подготовили и нашли новый сосуд для проклятья.

  – Сосуд? Опять солнечную магиню? – уточнила леди Маргарэт.

  – И девственницу, чтобы заинтересовать проклятье. А солнечная основа позволит ей прожить с проклятьем долгие годы...

  – НЕТ! – в один голос возразили мы с Ренделом, напугав его мать.

  – Что нет? – поинтересовалась королева, посмотрев на меня. Я не смогла ответить, парализованная пристальным взглядом льдинистых глаз.

  – Я не буду спать ещё с кем-то. Я же помолвлен с Адель. Я говорил ей, что больше не веду развязную жизнь, а значит, в моей постели может быть только моя невеста, Адель. И я. Я и Адель. И никого больше, – ответил Рендел.

– А ты, Адель, то же самое имела своим «нет»? – полюбопытствовала королева.

  – Не-е-ет, – тихо проблеяла я.

  – Вот как, – выдала её величество, и ни один мускул не дрогнул на её лице. – Что же тогда ты имела в виду своим «нет», – настаивала она на моём объяснении.

  – Я не позволю вам ломать ещё одну жизнь.

  – Ломать? Никто не ломает. Все от этого только выиграют. Тебе же заплатили за прошлый обряд, и ты на эти деньги открыла магазин, – напомнила королева, ненавязчиво запугивая.

  – Деньги не покроют поруганную честь и не купят возможность выйти замуж за достойного человека.

  – Ах, если в этом проблема, то я прослежу, чтобы у второй девушки благополучно устроилась личная жизнь.

  – Немыслимо... – шокированно произнесла я.

  – Ничего страшного в этом нет, если найдём подходящую кандидатку, согласную на наше предложение. Деньги и удачное замужество за участие в ритуале – выгодные условия, – настаивала королева.

  – Действительно, ничего страшного. Странно, что у меня никакого согласия в прошлый раз не спрашивали.

  – Эм... – замялась её невозмутимое величество. – Твой дедушка сказал, что сам всё тебе объяснит.

  – Правда? И вы ему поверили. Ведь какой глупец будет врать королеве... накануне своей гибели, – выплюнула я ядовитую злобу, что обжигало нутро, и на последнем слове неожиданно вспыхнул кофейный столик.

  – Боги! – взвизгнула Маргарэт, отклонившись от взметнувшихся языков пламени. – Прекратите спорить и сжигать мою мебель! – потребовала она.

  – Это не я, – холодно отозвалась Лисандра, не сводя с меня пытливого взгляда.

  – Вы решили спалить дом? Потушите огонь, – недовольно вставил Рендел, не рискуя соваться в пекло вслепую.

  Леди д'Итьер, переживая за своё имущество, поспешила унять огонь, развернувшийся на кофейном столике. Она будто пыталась объять руками высокий столб пламени, но он лишь больше разгорался.

  – Рендел, если это ты, то потуши, – попросила его мать, поняв, что не справляется с чужим заклинанием из-за идентичности основ, в то время как заклинатель развеет его на раз-два.

  – Я ничего не поджигал, – грубо отозвался он.

  – Тогда... – Мрагарэт перевела взгляд на Лисандру.

  – Я же сказала... Но попробую, – не стала препираться она и попыталась повторить то, что не удалось её золовке.

  Огонь зашипел и расползся по всей поверхности столика. Я вжалась в спинку кресла, отдаляясь от жара.

  – Да как же так? Кто из вас это сделал? Рендел?! – вознегодовала хозяйка дома, вскочив на ноги.

  – Я ничего не поджигал, ещё раз говорю! – выкрикнул он, поднимаясь со своего насиженного места.

  Перепуганная Маргарэт пошла на отчаянный ход: вытащив цветы из стоявшей на консоли вазы, она схватила её и выплеснула воду на кофейный столик. Огонь на мгновение уменьшился, зло шипя на непредвиденные осадки, затем вспыхнул с утроенной силой, лизнув острыми языками потолок.

  Леди Маргарэт окончательно забыла, что она леди, и с визгом запустила вазу в яростное пламя, разбив её о многострадальный столик, едва не задев меня разлетевшимися черепками. Она подскочила к Ренделу, причитая о скорой погибели своего имущества, если он не исправит всё.

  Я же оказалась из-за её выходки в настоящей ловушке, кое-как наложив на себя защиту, которая уже однажды спасла меня от ожогов.

  – Леди Адель, – спокойным тоном обратилась ко мне королева, по лбу которой покатилась капля пота, но она даже не дёрнулась, чтобы её смахнуть, – это же вы подожгли столик. Вашу позицию я услышала, поэтому попрошу развеять это пламя. И пожалуйста, пройдите курсы для восстановления контроля над своей магической основой.

  Я посмотрела на королеву, размышляя о том, что было бы неплохо потушить этот пожар, и если подумать, то я вполне могла быть его создателем. Выплеск магии на эмоциях вполне ожидаемое следствие, когда ты – не хочу этого признавать, но – беременна.

  Как именно утихомирить пламя я не знала, пришлось импровизировать, используя то, что удалось выловить из своей памяти. Несколько пассов руками над столом с чётким представлением, как магия рассеивается в окружающем пространстве, обесточивая заклинание, попавшее на лакированное дерево, и огонь наконец потух.

  – Слава богам, – с облегчением прошептала леди Маргарэт, не спеша отлипать от сына.

  – Адель, ты в порядке? – поинтересовался Рендел.

  – Да. Со мной всё хорошо.

  – Не знала, что солнечные маги так легко могут создавать огонь, – призналась леди Маргарэт, подчинившись настойчивости сына и оставив его рубашку в покое.

  – Я такое видела. И не раз, – сообщила королева. – И сама устраивала пожары, когда эмоционировала. А по их силе оценивали силу будущих детей.

  – Точно! Я сожгла постель, когда была беременна... – Маргарэт замерла с открытым ртом, не договорив свою фразу.

  Я бросила взгляд на Рендела, и стало ясно, что он всё понял.

  – Адель?.. Это правда? – он с надеждой улыбнулся и попытался пересечь расстояние между нами, но наткнулся на почерневший от копоти столик.

  – Я...

  – Вы!.. Тот ритуал! – завелась по новой леди Маргарэт. – Нельзя так! Сначала свадьба – потом дети!

  – Мама успокойся, – осадил её сын. – Я, по-твоему, просто так решил устроить помолвку с Адель? Я её люблю и готов на всё, ради её счастья, – сказал он, направившись в мою сторону.

  Леди Маргарэт нервно затопталась на месте. Ситуация её не радовала, но ничего с этим она не могла поделать.

  – А теперь я счастлив, узнав, что мои чувства были взаимны. Это же так? – Спотыкаясь о длинный столик, Рендел неумолимо приближался ко мне.

  – Я... Не скажу, – выдавила, изо всех сил стараясь сдержать слёзы.

  Он опустился рядом с моим креслом и положил ладони мне на колени. Близость Рендела смыла решимость вычеркнуть его из своей жизни. Моё сердце рвалось к нему, требуя дать этому обманщику ещё один шанс.

– Да. Я тебя люблю, – произнесла сквозь слёзы.

  – Не плачь. Всё будет хорошо. Я позабочусь о вас. Вы ни в чём не будете нуждаться, даже когда меня не станет.

  Я всхлипнула и, обняв его дурную голову, прижала к груди, осторожно высвобождая свою силу, чтобы отвлечь ящерку от поглощения резерва Рендела.

  – Если вы любите друг друга, зачем кому-то умирать? – спросила королева.

  – Но ведь... – открыла я рот, собираясь вернуться к спору о судьбе неизвестной девушки с солнечной основой.

  – У нас почти всё необходимое для ритуала есть, осталось сделать краску с кисточкой и договориться с собором. Они точно не откажут в проведении ритуала.

  Я выпустила голову Рендела, который заинтересовался словами своей тётки.

  – Единственное, вам придётся снова переспать, – добавила королева.

  – Я тебя уважаю тётя, но моего ребёнка я не буду подвергать такому риску, – Рендел жёстко отверг требование королевы, повернув голову на её голос.

  – Вашему ребёнку ничто не угрожает. Ваша любовь защищает дитя и позволит раз и навсегда обезопасить всех от проклятья.

  – Передав его малышу? – поняла я задумку.

  – Именно так, – подтвердила королева. – В инструкции не зря внесено уточнение о сосуде для проклятья. Тот, кто её дал тебе, уже знал о твоём положении.

  – Позвольте? – попросила я пергамент.

  Королева охотно протянула его мне. Я развернула шуршащую бумагу и прочитала то, что не удостоила своим вниманием ранее: «Чистый сосуд – 1 шт. (Можно использовать зарождающуюся жизнь, чтобы трансформировать проклятье. Оно органично впишется в создание нового сосуда, в результате чего будет безопасно для носителя и окружающих)».

  – Смею предположить, что ребёнок из-за этого проклятья вырастет магом с двумя магическими основами. Что само по себе будет удивительно, – воодушевилась королева Лисандра, в её глазах сиял неподдельный интерес.

  – Нам надо подумать, – ответил Рендел.

  – Конечно, думайте. Я пока займусь подготовкой к ритуалу, буду держать вас в курсе. Маргарэт, проводишь меня? – обратилась она к золовке, поднимаясь с диванчика.

  Они ушли, оставив нас с Ренделом наедине. Мы не сдвинулись со своих мест: он сидел на полу, я в кресле, в тихой и спокойной обстановке, если закрыть глаза на почерневший столик и потолок. Мы неспешно обсуждали ситуацию в поиске верного решения.

  Сначала Рендел настаивал на безопасности ребёнка, но прекратил, услышав урчание из моего живота. Разговор в срочном порядке был отложен, но в итоге, взвесив все за и против, мы пришли к единому решению, отчасти уповая на помощь Тилии.

***

  Через шесть дней мы, под чутким руководством королевы Лисандры, завершили подготовку к ритуалу, придерживаясь пояснений, указывающих на перенос проклятья в зарождающийся сосуд. Было страшно без полной уверенности в итоговом результате, но Рендел, державшийся лучше всех, несмотря на подтачивающее его силы проклятье, вселил в меня веру, что всё завершится благополучно.

  – Помнишь, что пели птички Дианы на объявлении нашей помолвки? – тихо спросила я, приближаясь к кровати, на которой сидел Рендел.

  – Пели? Тот жуткий визг так называется?

  – У тебя есть силы шутить, – подметила я, стараясь не смотреть на ящерку, которая металась  в начерченном на его груди круге. – Они щебетали «связанные судьбой», – напомнила я, сев на его колени и обхватив руками шею. – Выходит, Диана всё знала про проклятье.

  Рендел нахмурился, положив руки на мою талию. Тонкая ткань сорочки была единственной преградой между нашими телами.

  – Мы связаны судьбой, а не проклятьем, – ответил он и потянулся к моим губам, но сослепу промахнулся и чмокнул меня в глаз, который я вовремя успела закрыть.

  – На том мальчишнике что, больше никого не было, кроме тебя, принца Виктора и напавшего на него заклинателя?

  – Ну-у-у... Там было полно народу.

  – Вот. О том и речь, что проклятье попало именно на тебя.

  – Может, поговорим о чём-то более приятном?

  – Опять об обустройстве детской?

  – Бери выше, – шепнул он на ухо, а затем поймал губами нежную мочку, запустив волну мурашек по телу. Я хихикнула, ёжась в его руках.

  – Давай покончим с этим и восстановим твоё зрение, – сказала я, устраиваясь удобнее.

  – Я не против, но пока ещё можно всё отменить, хочу спросить, – Рендел внезапно стал серьёзным, – Адель, ты станешь моей женой? – Я улыбнулась, но он этого не увидел, поэтому добавил: – Я уже внёс предоплату за церемонию, и её мне не вернут.

  – Шантажируешь?

  – Ни в коем случае, просто ставлю в известность, что своим отказом ты мне сделаешь больно, а храмовников осчастливишь на тысячу оринов, ведь отрабатывать эти деньги им не придётся.

  – Не люблю, когда с деньгами так безалаберно обращаются.

  – По-другому не умею, – пожал он плечами.

  – Придётся переучиваться, – прошептала я и поцеловала его. Рендел ответил, с жадностью впиваясь в мой рот.

  – Это означает «да»? – решил он уточнить, резко прервав поцелуй.

  – Тебе не надоело спрашивать меня об одном и том же?

  – Нет. Потому что мне нравится слушать твой  голос, особенно когда ты соглашаешься на моё предложение. – Я услышала просительные нотки и не удержалась:

  – Да, это в очередной раз означает «да». Я согласна стать твоей женой. – И уточнила для ясности: – Исключительно из жалости. Кто ещё возьмёт такого?

  – С проклятьем?

  – С плохим характером и подмоченной репутацией.

  Усмехнувшись, Рендел крепко прижал меня к себе и поцеловал, распаляя страсть.

ЭПИЛОГ

  Десять лет пролетели, поглотив меня заботами и радостями семейной жизни.

  От своего бизнеса пришлось отказаться, передав его матери, которая внезапно заинтересовалась вопросом самореализации. Весь период беременности мы с Ренделом провели в Каспине, наслаждаясь морем, солнцем и обществом друг друга, изредка делая исключения на гостей из столицы и моих родителей.

  После рождения сына мы перебрались в поместье, которое нам передал король в качестве свадебного подарка. От него до границы с Хельфхордом было рукой подать, но нас такая близость не пугала, всё-таки я смогла к тому времени увеличить магический резерв и подтянуть знания по защитным и атакующим заклинаниям.

  После того как отметили девятый день рождения сына, мы отправились на пикник к горному хребту. С зелёного луга, который выбрал Рендел для стоянки, открывался красочный вид: изумрудные холмы убегали в даль, а из-за них серой стеной вырастала отвесная скала.

  – Почему мы приехали сюда? – спросил сын. – Это из-за того, что я испортил дворец?..

  – О, милый, нет, – заволновалась я, – это не наказание.

  – Нет? Тогда зачем вы меня привезли сюда?

  Я забрала плед из рук Рендела и взглядом попросила у него помощи в усмирении любопытства сына.

  – Мы здесь, чтобы познакомить тебя с новым учителем, который лучше других объяснит как управляться с твоей силой, – ответил он.

  – Он тоже умеет уничтожать предметы прикосновением? – с сомнением протянул сын, смущённо наминая ладошки.

  – Уверен, что может, но мне он такие приёмы не демонстрировал, – ответил ему Рендел.

  – И на чём он сюда приедет? На коне или в карете?

  Я улыбнулась, выкладывая свёртки с едой из корзинки на расстеленный на земле плед. Мне никогда не надоест слушать их разговоры. Рендел вышел на удивление хорошим отцом. Наша любовь, казалась, притупилась из-за беспокойства за судьбу сына, но это было не так. Наши чувства менялись вместе с нами, изо дня в день становясь крепче, благодаря уверенности друг в друге. Но беспокойство никуда не уходило, создавая невидимые барьеры между нами, которые всё время приходилось преодолевать.

  – По воздуху?! – восторженно выдохнул сын, услышав ответ отца. – А это как? Он что, на драконе прилетит? – почти угадал он.

  Нас накрыла тень от очередного облака, которое заслонило солнце, но крики сына обратили наше с Ренделом внимание вверх, где, развернув гигантские кожистые крылья, парил дракон.

  – Это он? Это же он?! – прыгал от радости ребёнок, размахивая руками.

  Мы не успели ничего ответить, как дракон, сложив свои крылья, резко спикировал вниз. Здоровая туша красного цвета врезалась в землю на наших глазах, подняв столб пламени на месте своего приземления. Из огня вышел мужчина: подтянутая фигура в строгом костюме. Седые волосы и небольшая бородка были аккуратно уложены, серые глаза лучились радостью.

  – Адель, Рендел, рад вас видеть вместе! А это тот, кто я думаю? – спросил дракон, остановившись перед поражённым его появлением мальчиком.

  – Без спецэффектов появиться не мог? – ворчливо перебила я короткое приветствие Рендела, поднимаясь с пледа.

  – Первое впечатление очень важно. Тебе же понравилось, как я трансформировался из дракона в человека? – поинтересовался старик у главного зрителя.

  – Да! А я тоже умею поджигать траву!

  – Какой способный... террорист растёт, – усмехнулся дракон, бросив взгляд на чёрную яму, оставшуюся на месте приземления.

  – Норман, – обратился Рендел к сыну, встав за его спиной и положив ладони на тонкие плечи ребёнка, – познакомься со своим дедушкой Алисандром, который будет обучать тебя магии.


Оглавление

  • Аннотация
  • 1 (не) выгодное предложение
  • 2 Что желает сердце?
  • 3 Собеседование
  • 4 Услуга за услугу
  • 5 Бегство из Каспина
  • 6 Печати печали
  • 7 Откровенно о...
  • 8 Холодный приём
  • 9 На чужой территории
  • 10 Слуги герцога
  • 11 Элди-Бри
  • 12 Полоса невезения
  • 13 В тесноте
  • 14 Желание Адель
  • 15 Знакомство с д'Итьер
  • 16 Гость
  • 17 Прогулка
  • 18 Опасные женщины
  • 19 Тёмная сторона Рендела
  • 20 Свидание на крыше
  • 21 Сборы на свадьбу
  • 22 Свадьба второго принца
  • 23 Брачная традиция Анклавии
  • 24 Подарок Рендела
  • 25 Белая Жрица
  • 26 Божественные дары
  • 27 Принц Виктор
  • 28 Обиженная и обманутая
  • 29 Воинственный дух арены
  • 30 Дело чести
  • 31 Сцена из-за постели
  • 32 Королевская кровать
  • 33 Завтрак
  • 34 Официальная помолвка
  • 35 Разговор в ландо
  • 36 Прощальный ужин
  • 37 Неприятное открытие
  • 38 Воспоминание
  • 39 Предложение богини
  • 40 Откуда пришло проклятье
  • 41 Решение
  • ЭПИЛОГ
  • Teleserial Book