Читать онлайн Мои большие файерболы. Книга 1 бесплатно

Мои большие файерболы

Глава 1. Что такое ВР


* * *

— Ты чё, не слышала про ВР? — Милка вылупила на меня свои наглые глаза, в которых явно читалось: «Ну ты и курица!»

Мысли судорожно забегали у меня в голове. Что за хрень эта ВР? Новая брендовая шмотка? Клубешник, в котором все теперь зависают? Фантастический крем из Кореи, от которой кожа становится гладкой, как попка у младенца? Я изо всех сил держала покерфейс, но челюсть уже предательски отвалилась, выдавая удивление.

— Ну ты и курица! — с наслаждением выдохнула Милка.

Вообще-то теперь она отзывалась на имя Милана. Ребрендинг произошел, когда она прикатила в Златоглавую из своего Урюпинска вслед за мужем-колхозником. Ее колхозник обосновался в Думе, а Милка из бизнес-класса быстренько оттюнинговала себя в клиниках и салонах в комплектацию «Люкс». Мало кто лучше нее знал чудеса современной пластики. Ходили слухи, что Милке даже пришлось менять фотки в документах, а то бравые погранцы перестали узнавать ее на паспортном контроле. Сейчас она считала себя ландшафтным дизайнером и практиковалась на собственной даче в Барвихе. А еще Милка обожала всякие слухи и сплетни, половину из которых узнавала от своего благоверного. Тот был редкостным треплом, и, если бы какая-нибудь разведка подослала бы к этой дуре своего Джеймса Бонда, тот не успевал бы записывать за ней государственные тайны.

— ВР — это Внутренняя Реальность! — заявила Милка.

— Виртуальная, — поправила ее Тата.

Сказала слово и замолчала, щурясь как блудливая кошка. Тата даже молчала высокомерно, словно все вокруг ей денег должны. Когда-то девочка Наташа закончила мехмат, и даже успела поработать в каком-то унылом институте. Но потом ей надоело ютиться с родителями-пенсионерами в однушке хрущевке. Тата взяла кредит, сделала себе сиськи пошла работать официанткой в ночной клуб, и уже через месяц захомутала владельца сети гипермаркетов. Из Бирюлево Тата переехала на Хлебный переулок рядом с Арбатом, и уже никогда больше не работала. Правда бухала она с тех пор по-черному, так что за руль своего вишневого Инфинити ни разу не садилась. Даже в фитнес-центр Тата приезжала уже гашеная, и тут не добиралась дальше бара, пока мы с Милкой качали задницы в зале и сбрасывали калории на беговых дорожках.

Как всегда, по вторникам и четвергам мы сидели в фитбаре, перемывая косточки знакомым и делясь новостями. Милка выпендривалась, Тата щурилась, а я аж ерзала от любопытства. Напустив на физиономию как можно больше равнодушия, я фыркнула:

— Ну реальность, и че?

— А то что по этой штуке вся Америка с ума сходит. Надеваешь такие очки, и оказываешься в другом мире. И что хочешь там, то и делаешь. Хочешь султаншей, и чтоб у тебя гарем из мужиков, — Милка мечтательно причмокнула губами. — Хочешь колдуньей, и все тебя боятся до икотки. А хочешь — вообще Богиней, и чтобы тебе поклонялись и ножки целовали.

Идея стать колдуньей мне понравилась. Чуть что не по-твоему, шарахаешь сразу молнией или ураганом. Трепещите сучки! Пусть все по щелям прячутся, а я иду вся такая на шпильках и в платьице с корсетом, одна на трассе.

— А еще там лайки ставят, как в Инсте. Чем больше набираешь лайков, тем круче рейтинг. Людишки на тебя смотрят, завидуют и восхищаются. А еще говорят, что рейтинг можно минимизировать!

— Чё?!

— Монетизировать, — сказала Тата. — Бабло платят, если рейтинг высокий.

Как обычно брякнула и поморщилась, словно сожрала лимон. Сама походу не рада была, что так разговорилась. Я только сейчас заметила, что Тата тянет через трубочку не привычную мартиньку, а зеленоватый овощной смузи. Да и внешне она как-то посвежела, румянец появился.

— Мне пора, девчули, муа-муа! — Татка резко закончила разговор и пошла ко выходу, виляя задницей, обтянутой леопардовыми лосинами.

— Вот сучка, — прошипела ей вслед Милка. Прикинь, у нее муж под следствие попал, ареста ждать не стал, и свалил в Доминикану с бабками и секретуткой. А ей как с гуся вода, понтами сыплет.

— А бабки у нее откуда, если муж под следствием? — недоверчиво ахнула я. «Муж под следствием» — одно из самых страшных событий, которые могут случиться в нашей столичной жизни. Счета заблокированы, запасы наличности тают, а этот лузер еще и торчит дома под подпиской о невыезде, мозолит глаза и снимает стресс уничтожая коллекционное бухло в баре. Так что Татке хоть чем-то повезло.

— Да хрен ее знает, может любовника себе нашла. Видала, как цветет?

Значит не одна я заметила Таткино состояние. Любовник, как же! Любовник, он бывает либо для души, либо для кошелька. А чтобы и там и там сразу прибыло — это уже из области сказок про Золушку для младшего школьного возраста. Милка перескочив на новую тему уже расписывала с кем спит жена Спикера, пока тот радеет о нашем общем благе, но я слушала ее в пол-уха. Ведь гораздо интереснее не то, что тебе говорят, а то, о чем стараются промолчать. А Татка явно сболтнула лишнего.


* * *

Добравшись домой я первым делом набрала в поиске «Виртуальная реальность». Божечки-кошечки, ну и цены! Полный комплект с костюмом ВР стоил семнадцать тысяч баксов! Мне сразу еще больше его захотелось. Можно было купить урезанный комплект, очки и перчатки, но сразу было понятно, что это для нищебродов. Я привычно пробиралась через завалы акций и распродаж, брендовые костюмы, костюмы реплики, два костюма по цене одного, водонепроницаемые костюмы, гипоаллергенные, розовые с лиловыми единорогами, б/у костюмы (фу, гадость какая), для того чтобы выяснить главное. Нахрена эта дорогая, и полезная вещь вообще нужна.

Оказалось, к каждому купленному костюму прилагался бесплатный контент. Пакет виртуальных путешествий, в которых его владелец мог побывать с помощью этой штуковины.

Дайвинг в Красном море, подъем на Гималаи, сплав по Амазонке или прогулка по Луне. В общем полная хрень, во всех этих местах я и так могу побывать, без всякого костюма. Ну кроме Луны, конечно, но всем понятно, что и делать там нечего, потому что нет никакого сервиса.

Быстро пролистав всю эту бесплатную ерунду, я добралась наконец до платных приложений. Здесь были и самые разные гонки, и ходилки-стрелялки, вроде тех, на которые дрочит всякая школота. Но самыми популярными были далеко не они.

Виртуальное реалити. Или, если одним словом — Виртуалити. Так назывались шоу, с полным погружением. От обычных компьютерных игр их отличало то, что в любой момент к стриму игрока могли подключиться зрители, и во всех подробностях наблюдать, что с ним происходит. То есть каждый, кто регистрировался, становился участником огромного реалити шоу, в котором каждый его чих и каждый шаг влияли на рейтинг. А сам рейтинг определялся просто — если тебя смотрят, если к тебе подключаются, значит ты крутая, твоя трансляция в Топе, и тебе даже готовы платить бабки, за ту рекламу что создатели шоу пихают в твой стрим. И слава тебе, и богатство. Понятно теперь, почему Тата закрысила эту тему. Думала умнее всех, но я эту жучку вывела на чистую воду! Интересно, где она стримится?

Как только виртуалити стали популярными, их стали клепать на коленке все, кому не лень. Список доступных перевалил уже за третью сотню, но в абсолютном Топе уверенно держались три шоу.

«Звездные короли» — на заставке виднелись далекие галактики, похожие на утюги космолеты и фигуры в скафандрах. Сразу нафиг! Ну как в таком скафандре стримиться? В нем же что мужик, что девка — все едино железяка.

«Черная быль», тут в центр внимания выставили какого-то бомжару, с сильно побитой жизнью и перетянутой синей изолентой волыной в руках. На заднем плане красовалась средней потасканности телка с давно немытыми рыжими патлами. Бомжара на телку не обращал никакого внимания, на мой взгляд напрасно. Бицепсы у той были больше чем у нашего с Милкой персонального тренера в тренажерке. Огреет мужика чем-нибудь по башке, и утащит в свою пещеру, или где у них там принято уединятся. Если этого оборванца выставляют за секс- символ, то нам с этой игрой не по пути.

Третья в списке «Дорога славы» тоже поначалу не впечатлила. Очередные консервные банки в доспехах, плохо выбритые варвары, лесные чащи и негостеприимные каменные башни. Может внутри у этих башен все на пять звезд с персидскими коврами и джакузи, но ведь туда еще попасть сначала надо. Хотя это как раз не проблема. К любому дворцу можно подобрать ключик, а точнее к любому владельцу дворца. Уже более заинтересованно я стала листать картинки, и увидела то, что давно искала. На очередном скрине стервозного вида брюнетка в остроконечной шляпке презрительно смотрела куда-то вдаль, а с кончиков ее ногтей змеились самые настоящие молнии. Колдунья! Да еще и в платье из голубого атласа, а в глубоком декольте видно кружево ажурного черного лифа. Наконец-то цивилизованный мир! Маникюр, мода, дизайнерское белье! Практически все, ради чего стоит жить. Конечно эта дрянь смотрелась так себе, белье напоказ носят либо дуры, либо шлюхи. Я поймала себя на том, что уже мысленно примерила на себя это платье без лифа, а затем и лиф без платья. А ведь там можно и сиськи побольше сделать, без всякой хирургии. Не то, чтобы мой размер меня не устраивал, но… Те мужики, которые длинно рассуждают, что правильная грудь должна помещаться в ладони при виде четвертого размера делают стойку как кобели перед сахарной косточкой. Ни одной мысли в глазах и поток слюны из открытого рта.

И ножки можно сделать постройнее, а талию потоньше… До меня все больше доходили перспективы. Это ведь даже не на вечеринку с подружками без мужа вырваться. Все равно все расскажут, доложат и фотками проиллюстрируют. Это ведь совсем другая, новая жизнь! Никто меня в ней не знает, могу вытворять, что душе угодно! Мммм… хочу хочу!

Я уже внимательнее стала смотреть сайт игры, примеряя на себя. Восемь основных рас, и больше двух десятков дополнительных. Эльфы, гномы, орки в ассортименте. Гильдии, профессии, корованы (да да, так и написано!). Огромный бесшовный мир, уж не знаю, что это такое, но видимо хорошо. Бесшовное белье уж точно хорошо, значит и мир — неплохо. Статус 18+ и обязательная регистрация личных данных сначала напрягли, а потом даже порадовали. Меньше школоты — легче дышится. А карточку все равно привязывать, иначе куда будут бабки капать? А в том, что они закапают, я уже не сомневалась. Две трети пространства сайта занимали окна стримов. Заголовки вопили:

ШТУРМ ЭЛЬТААРА! ОРКИ РЕЖУТ ЭЛЬФОВ!

ГОНКИ НА ВЕРХОВЫХ РГХАГАХ! ДО ФИНИША ДОЙДЕТ ТОЛЬКО ОДИН!

ГОРНАЯ ЛАСКА ПОТРОШИТ ОЧЕРЕДНУЮ КУБЫШКУ! ЗАДЕРЖКА СТРИМА ВСЕГО 5 МИНУТ!

НЕВОЛЬНИЧИЙ РЫНОК АРГАПУРА! СТРИМЫ ПОКУПАТЕЛЕЙ И ПЛЕННИКОВ!

Нихрена не понятно, но ведь смотрят! Цифры подключенных зрителей зашкаливали. Картинка на некоторых экранах была размыта. Доступ только для зарегистрированных пользователей с подтвержденным возрастом. Значит за каждой циферкой сейчас кто-то реальный сопит, потеет, жрет попкорн и хлебает пиво. А еще приносит деньги.

Заголовки надрывались:

ОТКРОЙ СВОЙ СТРИМ И ПОЛУЧАЙ ДЕНЬГИ ИГРАЯ!

ПЕРВЫЕ ВЫПЛАТЫ С ПЯТИСОТ ПРОСМОТРОВ!

СТАНЬ МИЛЛИОНЕРОМ НЕ ВСТАВАЯ С КРЕСЛА!

По коже побежали мурашки азарта. Такое чувство бывает в казино, когда под утро в зал закачивают бодрящий кислород, или после первого глотка самбуки на закрытой вечеринке, из тех что заканчивается танцами в бассейне в мокрых платьях

И тут же экраны счастливчиков, тех, кто стрижет купоны, тех, кого любят и кого боготворят.

Парсифаль

Раса: Эльф

Класс: Паладин

Уровень: Абсолют

Закованный в сплошную броню из светлого металла сероглазый блондин отчаянно рубился с какой-то летающей дрянью. Та норовила зацепить красавчика когтистой лапой, и сковырнуть с верхушки зубчатой башни. Парсифаль отмахивался от нее здоровенным дрыном, не то копьем, не то топором на длинной ручке. Его усилия скорее раззадоривали исходящую на говно от злости тварь и ее малосимпатичного наездника. Шлема на паладине не было, то ли тварь его уже сорвала, то ли прошареный герой не хотел прятать свои золотистые локоны и сливаться с толпой. Стоящие рядом рыцари выглядели куда более блекло, но безопасностью не брезговали. А может головному убору мешали внушительные заостренные ушки. Так ведь эльф же, ему положено. Пытаясь рассмотреть красавчика получше, я интуитивно двинула мышкой, и тут поняла, что могу управлять камерой. Отдалив ее, я увидела высоченную крепостную стену, с частой цепочкой защитников по ее кромке, а ниже у подножья темной волной колыхалась масса нападавших. Ничего себе массовка! Это сколько же народу здесь собралось? Наверное, этот тот самый Эльтаар, про который писали в рекламе. Тогда приятелям Парсифаля не повезло, и скоро их поставят на нож. Получается, что мрачные субьекты, гроздьями висящие на лестницах — орки. Сейчас гляну на одного из них поближе.

Камнегрыз

Раса: Орк

Класс: Варвар

Уровень: 121

До абсолюта, похоже, этот парень не дорос, из молодых да ранних. Значит в лидеры просмотров выбиваются не только те, кто лучше всех играет. Тоже заметочка на будущее. Хотя с первого взгляда становилось понятно, что вывело этого персонажа в топ. Харизма. Дикая звериная энергия и властность так и перли от орка, прошибая о мурашек даже через экран. При этом ничего особенного он не делал. Камнегрыз ел. Впиваясь зубами в огромный кусок мяса, он обрезал его возле самых губ небольшим, но видимо очень острым ножом, а затем не спеша, задумчиво пережевывал. Больших толп народа поблизости не наблюдалось. Камнегрыз сидел на какой-то лесной поляне у чадящего костра. То ли малыша не пригласили на вечеринку в Эльтааре, то ли он сам не любил толкаться плечами. Внешне орк не слишком отличался от обычного человека, если конечно этот человек регулярно выигрывал конкурсы «Мистер Вселенная» а в будни не вылезал из качалки. Легкая, распахнутая на груди жилетка не скрывала бугрящихся канатов мышц. От запястий до плеч лапищи Камнегрыза были забиты татухами, которые оплетали тело как клубок змей. Мощная нижняя челюсть выступала вперед, а из-под губы торчали длинные клыки. Низкий лоб и глубоко посаженные глаза завершали картину. Про таких Танюха, моя подружка по сопливой юности говорила «ему проще дать, чем объяснить, почему не дала». А этот и спрашивать не будет, возьмет и… Я снова почувствовала подлые мурашки в самых разных частях тела и закрыла поскорее экран. Не время расслабл*ться. Третье место в топе занимала какая-то сучка.

Черная королева

Раса: Дроу

Класс: Лазутчица

Уровень: Абсолют

Стрим топовой лазутчицы был отключен. А жаль, было был любопытно глянуть на местную селебрити[1]. Я прокрутила список ниже, но подключаться уже ни к кому не стала. И так понятно — мастхев[2].

Но семнадцать кусков… По моим расходам это ударит серьезно. С голоду конечно не помру, но карта с моими «карманными» сильно похудеет. Ни тебе субботнего спа, и пару сейлов тоже придется пропустить. Это если быть дурой. Но разве я дура?

В половине четвертого утра меня разбудило гудение фитнесс-браслета. И почему это время называют «утро»? Как по мне, утро начинается в одиннадцать, ну в крайнем случае в десять. И длится всего час, потому что потом наступает день, причем сразу вторая его половина. Куда девается первая половина — неизвестно. Вот такая странная штука день, состоит всего из одной половины. Обо всем этом я размышляла, снова погружаясь в сон, но браслет не унимался, дергая мою руку как непоседливый щенок, зовущий на прогулку. С трудом я разлепила глаза. На улице стояла непроглядная тьма, даже в соседних домах не светилось ни одного окошка. Час волка, как говорила моя бабушка. Время самого крепкого сна и самых тайных дел. Вывернувшись из — под руки сопящего мужа я на цыпочках пробралась в прихожую, а затем спустя пару минут скользнула обратно под одеяло, и уснула с довольной улыбкой.



Глава 2. Покупка


— А он гипоалергенный?

— В смысле? — вылупился на меня консультант.

— В прямом. У меня задница прыщами не покроется от аллергии на эту вашу резину?

Консультант машинально посмотрел на мою попку, которой я для выразительности чуть покачала, и стал уже пунцовым. Поначалу мне даже нравилось его дразнить, такой милый мальчик, так хорошо разбирается во всех этих биодатчиках и нейроштуках. Наверное студентик подрабатывает, или даже аспирант. Будет двигать науку вперед, а пока вздорным теткам продает всякие игрушки для взрослых. Нет нет, не подумайте дурного, это я про магазин «Цифровые развлечения». И «вздорные тетки», это всякие другие покупательницы. Со мной-то общаться — одно удовольствие. Кстати теток тут было немало. Я‑то ожидала, что это игры для мужчин, и я там буду популярна, как чирлидерша в спортбаре. А оказалось все по статистике, на десять девчонок девять ребят. Но потом я поняла, что мужской пол здесь тоже присутствует, просто мужчины приходят, берут с полок готовые комплекты и молча пробивают их на кассе. А вот за внимание консультантов бьются всякие тетки, телки и прочие курицы. Но доставшийся мне мальчик уже полчаса как потерял связь с внешним миром, реагируя только на мои слова. Только что, забавно краснея он пытался объяснить мне, что костюм надо надевать на голое тело. На совсем голое. Да, абсолютно. И там тоже.

— Это не резина, это нейролатексное полупроводниковое волокно, оно должно полностью прилегать к Вашему телу, — он судорожно сглотнул под моим пристальным взглядом, — по всей поверхности.

— Так гипоаллергенный?

— Конечно гипоаллергенный, прошел все необходимые тесты! В лучших британских лабораториях. Все сертификаты прилагаются, — скромнягу консультанта отодвинул плечом начинающий лысеть пухлик. Похоже, что старший менеджер, который сидел до этого как паучок в своей норке, почуял запах денег и выполз наружу. Эх, студент, не видать тебе комиссионных. Похоже скромник тоже это понял, и заметно погрустнел.

А это что за безобразие? — пухлик грозно сдвинул брови, — зачем здесь эти уродливые очки? Это же прошлогодняя модель! Есть превосходные контактные линзы. Соединение через блутус, возможность круглосуточного ношения, совершенно не затрудняет движений.

Менеджер заливался соловьем, обшаривая меня взглядом. Но в отличие от студента, интересовали его не мои прелести. С безошибочной точностью он оценивал стоимость моих брючек Гуччи, норкового жакета и клатча от Фенди. Не прерываясь, он продолжал ворковать, подкладывая к горе на прилавке новые и новые коробки. В другой ситуации я бы давно уже остановила этот сеанс цыганского гипноза, но в этом случае только кивала.

— Абсолютно реальные ощущения… идеальная синхронизация нервных импульсов… полная стимуляция всех частей тела и симуляция ощущений… проплаченный ВИП аккаунт в одной из виртуалити… — паучок твердо решил не выпускать меня из своих лапок, и мягко придерживая под локоток повлек к кассе. Я не сопротивлялась, ведь сейчас наши цели совпадали. Я хотела купить самое лучшее, а цена меня не волновала. Двадцать четыре тысячи?! Сумма явно превосходила мои ожидания, но все должно было получиться. Я приложила карту к терминалу с недрогнувшим лицом, словно делаю такие покупки каждый день. Кассирша томно улыбнулась пухлику, подтверждая, что платеж прошел, и тот потер ручки от удовольствия.

— Пойдемте на выдачу товара, там Вас подробно проинструктируют о том, как Вы сможете воспользоваться этим великолепным приобретением.

От восторга он едва меня не приобнял, но кажется, счел это излишним. Я одарила его в ответ рассеянной улыбкой, потому что моя сумочка вдруг зажужжала. Выудив из нее свой айфончик, я взглянула на экран. «Пусичка», — красовалось на нем. Недрогнувшей рукой я сбросила вызов, но убирать телефон предусмотрительно не стала. Пусичка был настойчив. Пока я старательно слушала скромника — консультанта, постигая премудрости подключения нейрокостюма, он позвонил восемь раз. Затем в ход пошли СМСки.

«ИДИОТКА!»

«ТЫ СОВСЕМ СВИХНУЛАСЬ????»

«ВОЗЬМИ ТУБКУ ДУРА!!!!»

Консультант с менеджером то и дело кидали любопытные взгляды на телефон, который лежал на столе выдачи. Пусичка не отключал капс и не жалел восклицательных знаков. Экран вспыхивал каждую секунду от новых входящих, но я старалась не отвлекаться, ведь пользоваться костюмом мне предстояло самостоятельно. Приобщать к этому супруга я совершенно не планировала. Наконец поток сообщений иссяк. Подняв вверх палец, я прервала поток информации и набрала настойчивого абонента. Трубку пришлось отодвинуть от уха, чтобы мою барабанную перепонку не разорвало потоком ругательств, обвинений и угроз. Дав мужу вдоволь проораться, я снова отключилась, и вернулась к изучению покупки. Оба мужчины уже опасливо косились на меня, словно боялись, что их сочтут соучастниками, а то и зачинщиками всего этого безобразия. Но я прекрасно знала, что делаю.

Спустя еще минут десять айфончик снова ожил. Даже сам звонок звучал в этот раз как-то по — другому, скромно и немного виновато.

— Да милый? — ответила я с безмятежной улыбкой.

— Прости, я погорячился, — прозвучало в трубке. — Я сначала подумал, что у меня карту украли.

— Ты, наверное, снова карточки перепутал глупышка! Ну вспомни, мы вчера в ресторане моей расплачивались, там кешбэк больше. Вот ты к себе ее и забрал.

— Наверное, — проворчал муж. К моменту оплаты счета он был уже сильно нетрезв, и вряд ли хорошо помнил эту ситуацию.

— Ну вот, сам перепутал, а на меня орешь! — перешла я в атаку. — Если тебе жалко, я могу тебе обратно перевести все до копейки, крохобор.

— Не надо мне ничего переводить, — спустив пар, он сейчас явно не хотел продолжать ссору. — Что за «Цифровые развлечения»? Ты что там программируемый вибратор себе купила?

Это он так шутить пытается. Спустить, так сказать ситуацию «на тормозах». Ну что же, я не против:

— Ой, ахаха! Конечно нет, милый! Это такой специальный костюм для… Для фитнеса! Он сам подбирает тебе нагрузку, и стимулирует… мышцы, — я судорожно вспоминала рассказы консультанта о том, что еще может делать костюм.

— Да за такие деньги я бы тебе стадион построил. И тренера туда персонального нанял. Пожизненно.

— Да нафиг мне твой стадион! Это тебе тренерши нужны персональные, с сиськами третьего размера! А мне костюма достаточно. А тебе как всегда наплевать, как твоя жена выглядит, на других то интереснее смотреть!

— Слушая бессвязные оправдания, я поняла, что поле боя осталось за мной.

— Чмоки, милый, до вечера, я занятаааа… — пропела я в трубку, и обратила, наконец, внимание на продавцов. Оба они на время разговора застыли соляными столпами.

— Отомри, — я величественно ткнула пальцем в очередную коробку. — Продолжим, вот это что?

— А — анально — генитальный стимулятор, — студент вновь покраснел и даже стал заикаться от смущения.

— Чтоооо?!

Я поняла, что игра мне предстоит еще интереснее, чем я ожидала. Я вспомнила дурацкую шутку мужа. Черт возьми, ну почему он всегда оказывается прав!?


Глава 3. Примерка


Костюм виртуальной реальности был похож на… Да ни на что он не был похож! Сначала этот матово чёрный кокон напомнил мне гидрокостюм, в котором я ныряла на Мальдивах. Но весил он куда меньше, и на ощупь скорее был похож на ткань, чем на резину.

Примеряла обновку я на следующий день после покупки. Вечер я потратила, собирая мужа в очередную командировку. Благоверный отправился проверять работу одного из бесчисленных региональных филиалов своего банка. То есть, конечно, не своего собственного, а того в котором ему платили зарплату. Про свою работу он рассказывал немного, да я особо и не интересовалась. Главное, что денежки приходили вовремя, и их хватало не только на хлеб с икрой, но и на многое другое. Отправив супруга навстречу пьянкам, саунам, охотам и другим радостям провинциального гостеприимства, я наконец развернула свою покупку, и принялась в неё облачаться.

На внутренней поверхности ткани был виден причудливый узор датчиков, которые плотно прилегали к телу. Застегнув на себе комбинезон, я не удержалась, и от любопытства подошла к зеркалу. Такое ощущение, что все тело окунули в густую чёрную краску. Даже на лицо накладывалась специальная маска, чтобы передавать эмоции. Я вложила в уши миниатюрные пробочки, похожие на аир — подс, и сразу оказалась в полной тишине. Сработало активное шумоподавление. На зрачки с третьей попытки поставила контактные линзы. На зрение я не жаловалась, и процедура оказалась для меня непривычной. На шею, почти под самый подбородок закреплялся контактный микрофон. Долой дурацкие чаты! В виртуальной реальности можно было общаться голосом. Но не кричать свои фразы в микрофон, а проговаривать их мысленно. Специальный датчик считывал мельчайшие движения гортани, превращая их в полноценную речь. Все это я узнала из рассказа милашки — продавца. Он отнёсся к делу добросовестно, а я не поленилась записать его лекцию на мобильник.

Полностью одевшись я легла на диван, нажала кнопку запуска на груди и стала ждать. Ничего не происходило. Прождав минуты две, я попыталась вспомнить, что я делаю не так.

Флешка! Чертыхнувшись я полезла в коробку и выудив оттуда флешку воткнула её в свой бук. На экране замелькали окошки, сообщая об установке и синхронизации устройства и вдруг все исчезло.

Вообще все! Исчезла гостиная с итальянским кожаным диваном, столом из морёного дуба и сверхплоским телевизором во всю стену. Исчезла двухэтажная квартира в элитном жилом комплексе, и сам комплекс тоже исчез. Не стало Москвы, с её куполами, кольцами и пробками. Погасло Солнце и звезды, и лишь одинокое сознание испуганным зверьком билось в этой бескрайней пустоте.

Сначала я решила, что умерла. Что чёртов костюм замкнуло, и я лежу в коме, а может и окончательно отдала Богу душу. Вот так сюрприз ждёт мужа по приезду! Интересно, он хоть вернётся раньше, если я не буду отвечать на его звонки? Вряд ли, я его как-то раз неделю мурыжила, не беря трубку, когда вместо отпуска в Испании он поехал в командировку в Сыктывкар. Так что хоронить меня будут с закрытой крышкой, и никто даже не скажет над гробом: «Она так молода и так прекрасна! Смерть забирает лучших!»

А потом в пустоте я вдруг услышала голос. «Твоююю мааать»! — орал голос. И этот голос был моим!

— Сформулируйте свой запрос, — вдруг прозвучало в пустоте.

Раздавшийся голос ни капли не напоминал раскатистый бас Апостола Петра, или кто там еще должен встречать праведниц вроде меня в загробном мире. Это был наглый тон непуганой сучки с ресепшена, перед которой лебезят сотрудники, и которая считает себя исключительной, ровно до того момента, пока не раскроет свой хамский ротик не на того человека. Таких сразу надо ставить на место, как и все сучки они вполне поддаются дрессировке.

— А ты вообще кто такая?! — да, пусть я в темноте, и возможно вообще умерла, но голос невидимой дряни подействовал на меня бодряще, словно стакан текилы.

— Я голосовой помощник по настройке и использованию…

Тут я не дослушала:

— Сири? — ну да голос немного другой, но интонации до боли знакомые.

— Нет я не сири, я голосовой помощник по настройке и использованию костюма ВР, меня зовут…

Она еще что-то лепетала, но мне уже было неинтересно:

— Сири, сделай же что — нибудь! Я же ни хрена не вижу!

— Включить режим дополненной реальности? — похоже она сдалась, и стала откликаться на новую кличку. Что я там чуть раньше говорила про сучек?

— Да уж сделай что-то, будь любезна!

В темноте вдруг проступили очертания предметов. Я с облегчением опустила свою попу на диван, а затем, вспомнив инструкции продавца вытянулась на нем во весь рост.

— С чего бы Вы хотели начать знакомство с Виртуальной реальностью? — Сири задала вопрос и тактично замолчала.

— Виртуалити, — я едва вспомнила, как правильно произносить это слово, а оно уже прозвучало, сказанное моим голосом. Так вот как это работает! Наверняка во время всего моего диалога с Сири, в комнате стояла полная тишина. В воздухе надо мной повисли сразу несколько экранов. В каждом из них переливались рекламные трейлеры. Стоило мне заинтересоваться одним, как он плавно приблизился, словно призрак обтекая люстру и заслонил собой почти весь обзор. Только у меня мелькнула мысль, что в интерьере гостиной экраны смотрятся странно, и даже нелепо, как окружающий мир снова стал тускнеть, пока я вновь не оказалась в темноте.

На этот раз темнота уже не была пугающей. Меня окружал не мертвый черный, а какой-то насыщенно лиловый цвет, в котором я купалась, как в теплом и уютном океане. Экраны стали еще больше похожи на окна в другие миры. Мое тело стало легким, невесомым, наслаждаясь полетом я приблизилась к одному из экранов, заглядывая внутрь. По кроваво — красному песку среди бесформенных валунов там шагали гигантские роботы, паля друг в дружку какими-то лучами и ракетами.

Отшатнувшись назад я полетела к следующему экрану, и только успела подумать, что нужный мне мир можно искать долго, как их положение вдруг поменялось, и передо мной распахнулось окно в «Дорогу славы». Как я это поняла? По огромным. висящим прямо в воздухе буквам, словно в фильме Диснея. Я даже потрогала их рукой, и они рассыпались золоченой пылью. Крохотные золотые крупинки закружило вихрем и понесло над горами. Я вдруг ощутила себя одной из них, меня несло по ветру, а внизу разворачивалась панорама сказочного мира. Огромные деревья возвышались одинокими великанами над кромкой леса, на изумрудных лугах пасся скот, слишком мелкий, чтобы разглядеть, какой именно. К неприступным скалам лепились хищные стрельчатые башни замков.

В общем вся та хрень, которую показывают в заставках к подобным играм. Стоп. Эскейп. Перемотайте на начало, мне некогда.

Программа словно запнулась, как будто ее раньше не прерывали так бесцеремонно, ветер рванул сильнее, и на секунду у меня потемнело в глазах. А когда я огляделась, то увидела рядом с собой отвесную скалу, на которой красовалась надпись «Стена героев» а справа от нее арку со скромной надписью «Генерация персонажа».

Вот они лидеры рейтинга. Я стояла внизу, но по странному искажению пространства лучше всего были видны именно верхние ряды. Дальше и ниже все дробилось на все более и более мелкие окошечки. Вероятно, каждый мог бы отыскать здесь при желании себя, или своего знакомого, но случайный зритель увидел бы всего лишь переливающиеся бусинки.

Выше портреты становились крупнее, весомее, а вершину венчали все те же три героя, которых я видела на экране ноутбука. Парсифаль, Камнегрыз и Черная королева. Возле каждого из портретов словно на бирже менялись цифры, красными, словно истекающими кровью ранами рейтинг падал, веселой зеленью прирастал, обещая такие же вечнозеленые бумажки на банковский счет.

Экран Парсифаля был тусклым и серым. Героям тоже надо спать и есть. Его рейтинг покраснел, но все равно не опустился ниже шестизначной цифры. Сотни тысяч фанатов дежурили у своих экранов, чтобы не пропустить и мгновения, в тот момент, когда их кумир появится в онлайне.

Камнегрыз жрал. То ли он занимался этим третий день подряд, то ли это было его любимое занятие в игре. На этот раз перед ним на вертеле крутилась туша целиком зажаренного быка. Слуги расторопно срезали с него поджаренные ломти и поливали стекающим жиром. Приблизившись кокну я почувствовала одуряющий запах свежайшего мяса, никогда не знавшего протеиновых кормов и инъекций антибиотиков. Пир шел прямо на улице, столешницы заменяли выбитые ворота или двери, а фоном служили развалины полусгоревших окрестных домов. Судя по веселью собутыльников Камнегрыза, дома это были явно не их, зато становилось понятным происхождение вина и жратвы. Камнегрыз облизал пальцы, вытер их о юбку проходившей мимо служанки, а затем смачно врезал ей по заднице. Та чуть не покатилась кувырком от тяжелого удара, но не только не возмутилась, но наоборот выдавила из себя угодливую улыбку.

Вот овца, почему она не врежет ему в ответ?! Ведь это только игра! Или хотя бы не выйдет из онлайна, к чему терпеть подобное унижение? А может ей тоже как актеру массовки система отсыпает рейтинга? За тем, как банда отмороженного орка грабит городишко наблюдали полтора миллиона человек. Каждую минуту Камнегрыз богател на месячную зарплату продавшего мне костюм консультантишки, а может на десяток или сотню таких зарплат. От возможностей сладко заныло внизу живота. За такое и по жопе можно получить, к тому же она не твоя, а виртуальная. Я вновь увидела служаночку. Та уже нарочно крутила задом среди бухающих бандюганов, а после и вовсе приземлилась к одному из них на коленки. Шустрая девчонка, кует железо не отходя от кассы, как завещал советский классик.

Вдруг цифры справа стремительно замельтешили. Три миллиона подключений, уже пять! Я кинулась к экрану Черной королевы. Что же там происходит? В окне было почти ничего не видно. Узкий коридор замка с трудом освещали чадящие факелы. Я успела увидеть, как стремительной походкой по коридору двигалась затянутая в черную кожу фигура, наклонилась слишком сильно и вдруг провалилась внутрь!



Глава 4. Черная королева


Черная королева стремительной походкой шла по каменному коридору. Подбитые металлом острые шпильки ее сапог звонко цокали по гладким плитам пола. Но она никого не стеснялась и не опасалась. Это был ее коридор и ее замок. Камень окружал Королеву со всех сторон. Пол, потолок, стены, все вокруг было каменным, и глубже, за облицовочными плитами во все стороны простиралась сплошная скала. Лишь малая доля помещений замка размещалась на ее поверхности. Остальное было укрыто от глаз под толщей камня. Вся гора была изрыта коридорами, залами, кладовыми и темницами. Никто не скажет, сотворила это магия, или кропотливый труд темных дварфов. Королева умела хранить свои секреты. Репутация ее была настолько черной, что время от времени служители самых разных божков проклинали ее, направляя к стенам замка рыцарей и простолюдинов на священные войны. Но выкурить эту бестию из подземной норы не удавалось никому, а вскоре армии святых воинов поражал мор или безумие. Королева знала толк и в ядах, и в проклятьях. Она была самой тьмой, и даже островки света, которые отбрасывали факелы, казалось испуганно жмутся к стенам при ее появлении. Затянутая в тугой жесткий корсет, и в брюках из черной кожи, настолько тонкой, что они казались нарисованными тушью на ее ногах, она шла, наслаждаясь каждым движением своего ловкого и сильного тела.

Класс «Лазутчица», одна из кастомных, невероятно сложных в раскачке веток класса «Вор». Она звенела каблучками хотя могла бы проскользнуть по этому коридору совершенно бесшумно, так что ни один огонек факела не покачнется, ни одна тень не потревожит их света. Могла бы пройти по стенам, по потолку, прямо над головами у стражников, а затем убить их расчётливым единственным движением, или наоборот оставить жить, не подозревающих, кто даровал им эту милость.

И тут я ощутила, что это не Королева, это я иду по коридору. Иду так, чтобы меня слышали, и чтобы меня боялись. Играя своим телом, с запредельно раскачанной ловкостью, и зашкаливающими статами способностей, упиваясь ужасом окружающих и своим, не знающим ограничений безумием. Прохладный воздух подземелья бодрил и подстегивал, но еще сильнее бодрила ярость. Бурлящее внутри бешенство, которое когда-то привело королеву на вершину, и которое выжигало любые угрозы сейчас. Аура этой ярости заставляла трепетать даже стражников, железными истуканами застывших у входа в темницу. Она пьянила словно алкоголь, волнами перекатываясь по телу. Я не знала куда идет королева, не знала ее мыслей, но чувствовала все то же, что и она.

Дроу. Я не знала что это такое, но судя по остроконечным ушкам, какая-то разновидность эльфов. Кожа смуглая, как у мулатки, но со странным серым оттенком. Невысокая, даже миниатюрная, похожая на антикварную статуэтку из темного камня. Угольно черные волосы уложены в высокую сложную прическу. За версту от нее несло стервой, но стервой злой и опасной.

Королева нырнула в неприметную дверь в стене, и оказалась в просторном помещении. В глаза ударил яркий свет. Комната, а точнее целый зал, вырубленный в сплошной скале был полон людей. Хотя возможно это были не люди, а эльфы, или другие существа — я не успела их разглядеть. Королеве они были не интересны, ее взгляд устремился в центр. Все разговоры моментально смолкли, кажется что стоящие даже разучились дышать. Но мне тоже сразу стало не до них.

В центре зала была подвешена эльфийка. Расу выдавали ушки, которые торчали из под белобрысых прядей. Бедняжка отчаянно извивалась, отчего ее небольшие, но округлые сиськи задорно подпрыгивали. Ушастая фитоняшка была полностью голой. Все ее попытки вырваться вызывали у окружающих только хохот. Подвесили ее качественно и со знанием дела. Эльфа едва касалась каменного пола пальцами ног, и отчаянно балансировала на них, как балеринка из шкатулки. Обе ее руки были скованны короткой цепью, за которую пленницу и вздернули. Я с любопытством разглядывала виртуальное тело, удивляясь тому, как натурально оно выглядело. Сморщившиеся от холода, а может и от страха соски, светлая полоска интимной стрижки — сучка была блондинкой везде, напряженные, словно каменные ноги. Совсем скоро их сведет судорога, и они подломятся, заставляя тело повиснуть, словно тушу на бойне, а неподвижные руки и плечи зальет мучительной болью. И не спрашивайте меня, откуда я это знаю.

Пока пленница держалась, наверное, провисела недолго. На вошедшую королеву она глянула с вызовом. Дуреха не понимала того, что я уяснила за пару минут. Королева не знает жалости и не упускает добычу.

— Ты хотела прокачать на мне рейтинг, глупышка? — голос королевы был слаще меда. Она мурлыкала, как довольная кошка. — Ты решила грабануть меня. Меня! За твою наглость я тебя награжу. Ты получишь столько просмотров, что и не мечтала. Но за каждый, ты заплатишь сполна.

Я вслушивалась в слова королевы. Голос пугал и завораживал. Я представила, как презрительно кривятся ее губы, как плещется в темных глазах безумие. Нет, не представила, я снова видела ее со стороны. И тут же навалилась ноющая тяжесть в ногах. Холодный ветерок подземелья по коже. Онемевшие запястья. Беспомощность, паника. Королева подняла руку, и ко мне хищной гадюкой метнулась плеть. Обвилась вокруг тела, обожгла невыносимой болью. Я услышала крик, непонятно мой, или эльфийки и сознание милосердно вывалилось наружу.

Я стояла у подножья стены героев, с опаской глядя на вершину. Чертова сука, неужели ты напугала меня? Боясь, что еще немного, и я выставлю дурацкий костюм на Авито, я решительно шагнула в дверь генерации персонажа.



Глава 5. Утро в деревне


— Мам ну отстань, дай поспать еще. Мама, сейчас же лето, в школу не надо, зачем вставать так рано?

Утренний ветерок бодрил, прогоняя сонное тепло. Мама как всегда молча стащила с меня одеяло, распахнула окно и ушла на двор, заниматься своими делами. Зачем тратить время и слова, если холод и наглое солнце сами сделают свое дело. С улицы слышалось мычание, далекие стуки топора, перелай соседских псов и все те сельские звуки, которые делают утренний сон особенно сладким, когда ты понимаешь, что люди вокруг уже давно встали, и заняты делом, а тебе выпало счастье понежиться в постели.

Стоп. Какая нахрен школа? Какая деревня? Мне уже давно тридцать…. не будем говорить сколько, и родная Мухосранка являлась мне только в особо противных кошмарах. Я вскочила, на секунду представив, что московская квартира, красненькая аудюшечка, муж — банкир — все это мне только приснилось. Что сейчас я должна ждать, пока мама заплетет мне косички, есть мерзкую манную кашу, а затем полтора часа плестись по колдлобинам в соседнее село в школу.

Действительность оказалась еще хуже. Я оказалась взрослой, но практически голая. Всей одежды — трусики и лифчик, причем не мои. Я бы такую дешевку точно не купила. Простые, хлопчатобумажные — словно их выдали в больнице или в тюрьме. Но комната вокруг не была похожа ни на то, ни на другое. Я словно оказалась в простой деревенской избе, только чересчур просторной и чистой. Стены из толстых бревен, пол дощатый и на вид даже рассохшийся, но удивительно гладкий. Это я чувствовала своими босыми ступнями. Всей мебели — кровать, накрытая лоскутным пледом, стол и большое зеркало на стене. На столе стопка одежды, такой же странной и чужой.

«Меня похитили!» От этой мысли прошиб холодный пот, а коленки ослабели. Похитили и вывезли куда-то за МКАД. Для логова маньяка все слишком аккуратно, хотя кто их психов знает. А если потребуют выкуп? В пользу этой версии говорило то, что меня переодели. Многие из наших знакомых таскали с собой миниатюрные GPS-маячки, на всякий случай. Пойдет вот так замминистра в лес за грибами и заблудится, ага. Так что плакали мои шмотки, и новая вертушка вместе с ними заодно. Гниют теперь в каком — нибудь подмосковном болоте. Я пыталась вспомнить, что же на мне было надето, но мысли перескакивали на более важные темы. Если выкуп, то это капец. Мой жмот раскошелится, только если меня начнут присылать ему по частям. Интересно на каком по счету пальце у него проснется совесть? Я глянула на свои руки, и поняла — что пальцы не мои. Вместо дизайнерского нейл — арта, простенький френч, но зато каждый ноготок светился силой и здоровьем словно карибская жемчужина. Длинные тонкие пальцы, безупречный маникюр, отсутствие даже малейшего намека на кутикулы.

Я сделала шаг к зеркалу и поняла, что в нем отражаюсь не я. Девушка напротив была чуть выше, слегка моложе, значительно фигуристее. А ее лицо казалось удивительно знакомым. Еще бы, ведь именно эту моську я пол ночи рисовала в графическом редакторе. Чертова игра! Я так вчера устала, что заснула в костюме ВР

А проснулась, получается уже здесь. Во внутренней, мать ее, реальности. Реальность была абсолютно реальной. Из — за окна квохтала и блеяла деревенская живность. Кожа уже ежилась мурашками от назойливого сквозняка, а запах… Этот букет из свежего сена, августовского разнотравья, древесной смолы с неистребимо доминирующей нотой коровьего говна. Дизайнер явно знал в этом толк, и похоже был родом из такой же дыры, что и я. Я мысленно поаплодировала ему и пожелала в той же дыре и сдохнуть. И вообще, что за хрень? Где мои эльфийские города на деревьях? Где волшебные дворцы и водопады? Я не это заказывала!

На создание своей куколки я убила весь день. Проще всего оказалось выбрать расу. Я поржала над квадратными гномками, похожими на торговок с рынка, офигела от рельефных орчанок или оркесс, не знаю, как правильно. Не читая пролистала человеческие расы, которых оказалось целых три, но которые отличались только внешним видом. Хотя не заткавшаяся Сири предупредила, что южанам могут навалять на севере, а северяне рискуют отхватить люлей на каких-то там островах. В подробности я не вникала, потому что с выбором определилась заранее. Эльфийка и только эльфийка. Были правда небольшие раздумья насчет дроу, уж больно впечатлила Черная Королева. Но мулатки, это все же не мое. А ещё дроу изначально выступали на стороне зла, а я всегда помнила — что белым и пушистым отсыпают самые сладкие плюшки. К тому же эльфы — «магические существа, с хорошими бонусами к мудрости и ловкости, которые смотрят на все прочие народы — как на говно». Это мой вольный пересказ, как вы поняли, там букв было гораздо больше, но смысл я ухватила верно. Да я просто прирожденная эльфийка!

Выбор существ этим не ограничился, но к остальным полутора сотням вариантов я даже не стала соваться. Весь этот артхаус создают для фриков. Это как ехать отдыхать на сто раз прекрасный, но никому не известный курорт. Вам надо, чтобы потом знакомые в недоумении морщились и переспрашивали: «А это вообще где, в Молдавии?» По мне — так деньги на ветер. А эльфы — это бренд — проверенный временем.

С внешностью конечно пришлось повозиться. Та тощая оглобл*, которую предложили мне вначале совсем не впечатляла. От вида этих костей только собаки могли возбудиться. Заменить ее можно было на 20 стандартных вариантов. Некоторые из них были не так уж и плохи, но знать, что каждая двадцатая эльфийка выглядит в точности, как и ты — полный отстой. Подогнать внешность под свои вкусы можно — но уже в игре, и за дополнительные деньги. И вот тут впервые пригодился мой премиум аккаунт. Не зря с меня в магазине содрали столько бабок. Премиум — аккаунты в качестве бонуса к костюму прилагались на добрый десяток виртуалити в том числе и на Дорогу славы. Обладатели премиума, такие как я, могли настроить свою внешность заранее. Редактор был незнакомый, но после фотошопа — на один зуб. Высоту я уменьшила почти в полтора раза, сделав куколку чуть ниже среднего роста. Теперь даже самый плюгавенький мужчинка смотрелся рядом с ней героем и защитником. Мужское эго — штука хрупкая и нестабильная. Разбить его можно любым неловким движением, и потом хрен соберешь. А двухметровых подиумных вешалок любят только стареющие пузатики, и то не как женщин, а как аксессуар вроде часов от Пети и Васи[3]. Худышкой моя девочка тоже не была. Я сделала ей настоящую бразильскую попку, которые у нас славянок без силикона и имплантов просто не растут, хоть приседай круглые сутки. Грудь я сначала довела до пятого размера, но затем скрепя сердце уменьшила до четверочки. Пусть в виртуальном мире она и не будет тянуть к земле при каждом шаге, но даже такие роскошные сиськи имеют свои недостатки. Что вы помните про Аню Семенович кроме ее пятого размера? Поет? Да ладно! Хоть одну песню напойте!

Чтобы сделать настолько тонкую талию, в реальности мне пришлось бы удалить нижнюю пару ребер, а здесь у системы не возникло никаких возражений. Правда перед глазами несколько раз выскакивало предупреждение «образ не соотвествует расовому архетипу» но я его смахивала. Под конец наловчилась так, что не нужно было даже поднимать руку, хватало движения бровей.

С моськой было проще, мне понравились эльфийские высокие скулы и большие экзотичные глаза. Конечно губки пришлось подкачать, бровки сделать погуще, а носик чуть вздернутым чтобы смягчить стервозность. Потратив какие-то четыре часа я осталась довольна результатом. Мне нравилась эта девочка, непоседливая и чувственная. Такие разбивают мужские сердца куда чаще холодных высокомерных сук. Я снова вспомнила Черную Королеву. Это насколько самоуверенной дрянью надо быть, чтобы сразу так назваться. Ведь она тоже когда-то начинала игру, и также лепила себе куколку в самом начале. Какой она была? Тоже продумывала каждую черточку, или стартовала со стандартной мордашкой и оттюнинговала себя уже достигнув вершины пищевой цепочки? Может быть тоже стать лазутчицей? Я вспомнила каменный коридор и передумала. Я люблю тепло и комфорт, а во всех фильмах магички живут хорошо, их все слушаются и сразу в них влюбл*ются.

А дальше премиум снова преподнёс мне сюрприз. За все способности героя в «Дороге славы» отвечали шесть базовых характеристик. Сила — от нее зависел урон, который можно было нанести физическим ударом. Ловкость давала возможность увернуться от чужой атаки, пробить блок, подкрасться незаметно. Выносливость отвечала за способность таскать тяжелые сумки и за общую «живучесть» Интеллект позволял увеличивать силу заклинаний, а мудрость — накапливать ману, необходимую для их создания. И наконец харизма непонятным образом влияла на реакцию игровых персонажей, и даже, как обещали, других игроков. Куколка с высокой харизмой выглядела для них симпатичнее, привлекательнее, вызывала доверие. У меня пока эти способности выглядели так:

Сила — 5

Ловкость — 5

Выносливость — 5

Интеллект — 5

Мудрость — 5

Харизма — 5

Их можно было перераспределить, но в каждой надо было оставить хотя бы один балл. Игрок с нулем в выносливости родился бы с пустой шкалой жизненной силы, а при нулевой силе не мог бы даже одеться. Все это объяснила мне Сири. Она выдавала подсказки, стоило только на что-то посмотреть. Сначала я половины не понимала, но старательная девочка быстро подстроилась и щебетала как стажерка из бутика перед первой в жизни покупательницей. Слово «премиум» она произносила с таким сладким придыханием, что я даже прониклась, хотя раньше особого смысла в нем не видела. Кроме кастомной внешности премиум давал бесплатную комнату в отеле любого города игрового мира, 5000 золотых на счет и биосоматическую коррекцию базовых характеристик. Работало это так — костюм тестировал мои реальные способности организма, чтобы изучить «природные склонности» и перенести их на цифры способностей. Эту функцию ввели в «Дорогу Славы» недавно, как эксперимент, и за ее использование обещали 30 % дополнительных баллов. Неплохой бонус для старта, конечно я согласилась.

Правда после я не один раз успела пожалеть о решении. Сладкоголосая дрянь уболтала меня на тот еще челлендж. Я приседала, становилась на мостик, пыхтела в планке и скручиваниях. Мой фитнес — тренер мог бы мной гордиться. Потом упражнения сменились тестами, задачками на сообразительность и прочими викторинами. Я ставила галочки наугад от усталости и скуки все глубже проваливаясь в сон. Сири что-то спрашивала, я соглашалась, лишь бы меня скорее оставили в покое.

«А поутру они проснулись»… Я оглядела себя в зеркале и осталась довольна. Груди задорно топорщились даже под уродским белым лифчиком, светлые кудряшки подпрыгивали, а кожа была свежей и гладкой, словно мне только что исполнилось восемнадцать. Чуть заостренные ушки были почти не видны, я нарочно их уменьшила, а прическу сделала попышнее, а то сначала была похожа на чебурашку.

А вот шмотки не радовали совершенно. Какая-то бесформенная рубаха под горло, темная юбка неопределенного цвета ниже колен и черные ботинки на низком каблуке. Хорошо хоть, что не лапти. На столе остались лежать туго набитый кошель, и нож опасного вида. Я не разбираюсь в оружии, но на столовый он было совсем не похож. Я взяла их со стола, и пока искала в своей одежде карманы, как оба предмета с тихим звоном растворились в воздухе, а у меня перед глазами вдруг появилась табличка «инвентарь». В ней было всего восемь ячеек, одну занимал только что найденый нож «кинжал новичка отвратительного качества», вторую рисунок монетки с надпистью «500», а еще шесть были пусты. Пока я возвращала отпавшую челюсть на место, табличка скользнула куда-то вбок и исчезла. Я задвигала глазами, ища куда она делась, и «инвентарь» выкатился обратно. Кося глазами во все стороны, подмигивая и даже пару раз высунув язык я нашла остальные окошки.

Карта — с одной единственной зеленой точкой посередине, вероятно мной, и квадратом вокруг, вероятно комнатой, где я находилось.

Инвентарь — нож, монеты. Кстати, а почему их так мало? Обещали пять тысяч!

Навыки — пусто.

Профессии-тоже голяк.

Характеристики:

Сила: 6

Ловкость: 10

Выносливость: 9

Интеллект: 1

Мудрость: 2

Харизма: 12

Интеллект — ЕДИНИЦА!!! А это главная характеристика для мага, так Сири говорила. И главное, суки. не обманули, баллов действительно дали больше! Но вот только нахрена мне такие баллы? Я отчаянно, пыталась тыкать в экран сначала взглядом, а потом и пальцами, но поменять ничего не могла. Но сюрпризы этим не заканчивались.

Имя: Мариэль

Жизнь: 90/90

Мана: 20/20

Раса: Полуэльф

ЧТО?!! Со мной приключился полный невсебос[4]! Что за полуэльф, если я заказыывала эльфийку? Где мой дворец?!

Сири вслед за мной в игру не пустили, поэтому подсказки развернулись перед глазами все теми же золотистыми буквами. Когда я прочитывала фразу, буквы разлетались в воздухе как волшебная пыльца в мультике про фей. Красиво, но в данный момент меня это только бесило.

Полуэльфы — плод внезапной, и не всегда добровольной связи между человеческими мужчинами и эльфийками, обычно пленными или рабынями. Такие дети обычно воспитываются приемными семьями и не знают своих родителей. Они наследуют у своих эльфийских предков ловкость и обаяние, но поскольку рождаются и растут вдали от Священных Рощ, то не обладают никакими природными склонностями к магии.

Бонус к Ловкости — 50%

Бонус к Харизме — 50%

Штраф к Силе — 50%

Штраф к Выносливости 50%

Ну ладно штрафы, таскать тяжести или махать мечом я и не планировала. Но где мой бонус к мудрости? Зачем мне эта недоделанная эльфа? Ради раскосых глаз и острых ушек? Я поискала кнопку «жаловаться», но ее не наблюдалось. Ничего, вернусь в реальный мир — устрою им промывку мозгов через уши. А может все проще, и стойка администратора установлена где-то здесь? Тогда пора отправляться на поиски. Я решительно дернула входную дверь и вышла на улицу. Ни коровы, ни кур, ни прочей живности во дворе не было. Маленький газончик, и короткая дорожка из белого камня с цветниками по бокам ведущая к калитке из зеленого штакетника. Дверь захлопнулась за моей спиной. Ради любопытства я подергала ее, но она даже не шелохнулась. Видимо комната сыграла свою роль, выпустив меня в новый мир и повторного использования не предполагала. Приоткрыв калитку, я вышла на улицу.



Глава 6. Утро в деревне 2


Городок назывался Ольховец. Уже за одно это его стоило ненавидеть. Само название навевало на меня какую-то центрально — черноземную тоску. Откуда я узнала название? Из карты. Стоило выйти на улицу, как карта расширилась, на ней появилась полоска улицы, а сверху обозначилась надпись «гор. Ольховец».

Правда так это место никто не называл. Его звали «песочница», «ясли», «лягушатник», а чаще всего нубятник или нублокация. Кто такие нубы? Это я тоже успела узнать. Одним из нубов была я.

— Не стой столбом нубка!

Мощным ударом меня отбросило на несколько метров. Что удивительно — больно не было, словно бегущий по улице шкаф не толкнул меня плечом, а снес порывом ветра.

— Хамло! Смотри, куда прешь! — проорала я вслед гаду, который даже не обернулся. Одет он был мягко говоря странно. На ногах шортики вроде моих, но подлиннее — видимо мужской вариант. Сверху железный нагрудник и наспинник тоже на голое тело, а на голове шлем, похожий на ведерко. За спиной болтались непонятно как закрепленные круглый щит и топорик с короткой рукояткой.

Пока я разглядывала хама, мимо меня промчалось еще два персонажа. Все неслись как на пожар. Тупое выражение, нафига бежать на пожар, сгоришь же. Скорее ломились как на масленицу за халявными блинами. Решив, что и мне может обломиться что — нибудь полезное, я пошла вслед за ними. Точнее попыталась пойти.

— Миленькая помоги, отнеси внучку пирожки, — за рукав меня ухватила какая-то бабка. Могу поклясться, что секунду назад ее тут не было. И калитка нигде не скрипела. Бабка появилась ниоткуда и повисла на мне репьем.

— Внучек у меня в дозоре служит, на посту стоит, снеси ему узелок девица, будь добра. А может он приглянется тебе, он у меня парень видный! — старуха тараторила без пауз, вцепившись мне в майку сухой, но крепкой ручонкой. Ага, нахер мне ее пирожки, вместе с местным кавалером. Пусть других дур ищет.

— Спешу я, бабуль, дела у меня, в спа опаздываю, — я попыталась отодрать от себя бабку, но та не умолкала.

— Кормят их там плохо, ништо сравнится казарменное с домашним? Ты небось и сама мастерица, вон какая девка ладная, — бабка аж губами зачмокала, размечтавшись видимо, что сосватает за меня своего ППСника, и я буду драить ей избу в позе раком и таскать караваи из печи.

— Девки на Ленинградке, карга старая! — я начала психовать и оттолкнула от себя бабку.

— Гля гля! Нубка с неписью побрехала!

— Чё за нубка?

— Да ник прочитать не могу, вон видишь — сисястая.

На бесплатный цирк пялились двое. Один с заостренными ушами и здоровенным в свой собственный рост луком — похоже собрат по крови — полуэльф. На теле стартовые тряпки, зато на ногах сапожки из змеиной кожи, а на голове тирольская шляпка с пером. Второй ниже ростом с непримечательной внешностью в сером, словно линялом костюме, похожем на борцовое кимоно. Обут то ли в кожаные носки, то ли в мягкие сапожки. На поясе неприятного вида тесак. Пока разглядывала — заметила над головами мерцание. Стоило чуть скосить туда глаза, как прямо в воздухе проявились надписи:

Леговглаз

следопыт

2 уровень

Тенешмыг

вор

3 уровень

Вор значит. Вот так прямо и без уверток. Не то чтобы «человек с альтернативной экономической ориентацией». Непросто, наверное, воровать, если у тебя такое над башкой написано. Все сразу за карман хватаются. Я тоже схватилась, и поняла что они у меня пустые — зато перед глазами появились ячейки инвентаря. Неужели и оттуда воровать можно?

Пока я размышляла над непростой профессией Тенешмыга, бабка перешла в наступление. Она перегородила мне путь и принялась запихивать узелок прямо в руку.

— Айваром его кличут, на втором посту стоит, рослый такой…

— Раз такая шустрая, сама тащись к своему Айрану! — ржание зрителей окончательно меня сбесило, и я оттолкнула старушенцию с дороги.

Бабка как-то враз замолкла и подобралась. У нее над головой я тоже увидела имя «Баба Нюра», которое вдруг налилось темно — красным. Бабка подняла сучковатую клюку и врезала мне по плечу! Больно было, словно она била не палкой, а грифом от штанги. Перед глазами вспыхнула надпись:

ВЫ АТАКОВАНЫ ПЕРСОНАЖЕМ «БАБА НЮРА»

Вам нанесен урон 37

Текущий уровень жизни 53/90

Мало того, что безумная бабка на меня напала. Я поняла, что еще два таких удара, и я просто помру. Финита.

— Ооо! Непись сисястую пиночит! — послышался крик восторга с трибун. И еще, но уже обращенное ко мне:

— Беги сисястая!

И я побежала.


Глава 7. Охота на кролика


Бежала я легко. Сказывались многие часы, проведенные в фитнесс — зале. Шмотки оказались на удивление удобными, и даже стремные боты пружинили на ногах не хуже, чем любимые «Найки». Бабка быстро осталась позади, а вскоре и ее возмущенные вопли стали стихать. И все же, как больно она меня стукнула! Я с удивлением поняла, что плечо не болит совсем. Ни синяка, ни ушиба — ничего! Только полоска жизни пустая почти на треть.

Чувствительность костюма можно было регулировать. Поставь я рекомендованные производителем 10 %, бабкина клюка была бы для меня как поглаживание перышком. Но все советы по ведению стрима говорили другое. Зрители клевали только на 100 % соответствие. При подключении ниже 50 % шансы подняться были минимальны. А в первой тысяче все стримеры были с полной чувствительностью. Поэтому и я выкрутила ползунок до упора. Теперь я понимала, что бить и кусать меня будут тоже по полной. Хорошо, что я буду магом, и стану уничтожать врага на расстоянии. Ни одна дрянь даже не приблизится ко мне, чтобы навредить!

Я размышляла о том, какая я умница, как вдруг на все тело навалилась невероятная усталость. Словно я только что пробежала марафон, и если сделаю хоть один шаг, то сдохну. Перед глазами снова выскочили цветные полосочки. Красная — жизнь, недавно похудевшая. Под ней синяя — мана. Совсем коротенькая, всего двадцать пунктов. И серая — полностью пустая — Выносливость. А я‑то думала 90 пунктов — это много. Хватило меньше чем на пять минут бега.

ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы получили достижение «Марафонец»! Вы бежали до тех пор, пока не исчерпали все силы. Развивайте свое тело, и ваши способности станут значительнее!

Вам открыта способность «Бегун». Бег — это жизнь! Лучше хороший бегун — чем мертвый герой!

Бегун 1/100. Ваша Выносливость повышена на 1 %.

Проценты это наше всё. Кто не умеет считать проценты, тому не место на сейлах. Так что я сразу определила, что подгон был песпонтовым. Один процент от 90 не дотягивал даже до одного пунктика. Так что шкала Выносливости оставалась на 90 и сейчас медленно заполнялась зеленым. Очень медленно. Понадобится минут 15, чтобы она восстановилась совсем. Пусть заполняется, у меня есть дела поважнее.

Стрим! Я уже столько времени в игре, и до сих пор его не включила! Пора исправлять ошибку. Все, что касалось стрима я прочла заранее и подготовилась. Теперь оставалось только выставить настройки, и запустить трансляцию.

Я выставила галочки во всех вариантах передачи данных. «Вид из глаз» — передавал картинку, которую видела я сама. «Вид вокруг» — позволял разглядывать свободно движущейся камерой меня со стороны. И наконец «полное погружение» — режим доступный только владельцам костюмов передавал все данные сенсоров, которые были у меня. Зритель в прямом смысле влезал в мою шкуру. Это было впечатляюще, я сама смогла оценить это, оказавшись в подземелье Черной королевы.

К сожалению костюмы были только у каждого сотого игрока. Среди зрителей таких было еще меньше. Так что самыми популярными оставались первые два варианта стрима. Их можно было и снимать, и транслировать в более убогих шмотках. В «Дорогу славы» можно было играть даже с простой клавиатурой и мышью. Но таких оставалось все меньше и меньше, ни игровых, ни тем более рейтинговых шансов они не имели. Большинство обходилось минимальным комплектом — очки или шлем и перчатки. Они тоже могли запускать стрим, и даже набирали подписчиков, но значительно уступали владельцам костюмов. Нищеброды конечно пыжились, пытаясь придумывать оригинальный контент, но всем было понятно, что их терпели ради массовки. В тренде были сьюты, и это радовало.

Задержку сделала минимальной, в пять минут. Трансляция в реальном времени была запрещена. Когда виртуалити только появились, некоторые пройдохи придумали, как использовать стрим для подглядывания за противниками. Поэтому появилась задержка. Зритель видел то, что уже произошло пять минут назад. Задержку можно было увеличить до часа и даже до трех часов. Это делалось при проведении всяких диверсий и краж. Чем хвастливее был вор, тем короче тайм — аут он выставлял.

И наконец хэштеги. Я завертела головой и принялась лепить их на трансляцию. #милыйгородок #майкашорты #зажигаюнаприроде #villagestyle #trevelGirlSolo #телочкасовкусом и даже #сказочноебали. Пускай я не на Бали, но по собственному опыту знаю, хэштег работает. Пять хэштегов система вешала сама. Для простых смертных услуга была платная, для премиумов входила в пакет «все включено». Рядом с моими красивыми надписюлечками появилось: #ясли #недоэльфа #нубятник #нубка #большиесиськивнубятнике. Ни ума, ни фантазии. Я захотела удалить все, особенно последнее, но потом оставила. Если система что-то предлагает, значит не зря. И точно, именно хэштег про сиськи вдруг мигнул, показывая, что с него подключился зритель. Заработало!

Я приняла вальяжную позу, давая возможность рассмотреть себя во всей красе. Сама тем временем огляделась. Улица была похожа на немецкую или австрийскую деревню на фотках тревел — блогов, откуда похоже диз и черпал свое вдохновение. Аккуратные беленые домики с темными панелями в стиле фахверка[5], увитые плющом и дикой розой. За окнами кружевные занавески, под ними крохотные клумбы и палисаднички. Из — за заборчиков доносилось мычание и хрюканье, но никакой живности я пока не наблюдала. Хотя нет, в мансарде одного из домиков надрывается в клетке заполошная канарейка. А с крыльца напротив за ней украдкой наблюдает рыжий котяра. Я на пару минут забыла и о полосочках здоровья, и характеристиках. Кот был настолько похож на ленивого соседского Жорика, которого мы в детстве таскали и тискали всей улицей, что я полностью поверила в реальность происходящего. Вот сейчас из двери выйдет какой — нибудь хер Гюнтер, турнет для порядка кота, затянется трубкой и спросит, какого хера фройляйн туристка ищет на их улице, если здесь нет ни пивной, ни сувенирной лавки. Хотя после бабы Нюры стоит ждать не Гюнтера, а скорее деда Макара[6]. И кстати о пивной. Совсем неплохо было бы шлифануть новые впечатления вискариком, или если следовать местному колориту ягером.

Я сделала еще несколько шагов по этой бессмысленно пустой улице, и тут городок закончился. Дорога упиралась прямо в поле. Может быть это был и луг, не знаю. В общем сразу за домами все заросло травой вперемешку с какими-то яркими цветами. Я опознала только ромашки и васильки, и на этом мои познания закончились. По траве азартно носились игроки, подпрыгивая и замирая как дети, которые ловят кузнечиков. Вот только кузнечиков не лупят дубинами и мечами, и не пытаются подстрелить из лука. Игроки слонялись и в одиночку, но чаще группками по три — пять человек. В самой большой банде было около десятка. Время от времени оттуда доносился громкий треск и мелькали искры. Магия! Я хотела разглядеть их получше, но они были слишком далеко. У края поля терлись одетые как я новички с дубинками и железными ножами. Дальше народ видимо одевался по бомжатскому принципу «что нашел, то и напялил». Один нацепил поверх серой майки меховую безрукавку, второй топал подбитыми металлом ботфортами, у третьего на голове блестела какая-то медная каска. Девчуль было меньше, но они были. Одни, явные тихушки ползали по траве на карачках, что-то собирая. Другие не отставали от мужиков, рубили, кололи и стреляли. Особенно не понравилась мне одна сучка затянутая в черную кожу. Она промчалась с улицы из за моей спины, и за ней едва поспевал упакованный в металл крепыш. Бодигард что ли? Я сделала шаг в травяное море, глядя под ноги, чтобы не споткнуться и тут одна из травинок засветилась желтеньким.

ВЫ ОБНАРУЖИЛИ ЦЕННЫЙ ИНГРИДИЕНТ!

«Кривка ржавая» — используется при создании эликсиров.

ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы получили достижение «Зоркий глаз». Смотрите внимательнее, и мир раскроет перед Вами свои тайны!

Вам открыта способность «Наблюдательность». Все тайное станет явным!

Наблюдательность 1/100. Ваша Ловкость увеличена на 1 %.

Вот удача привалила! Того и гляди, выиграю бесплатный айфон, с оплатой пересылки из Новой Зеландии.

Второе достижение за пять минут. Мне везло как на лохотроне на Рижском рынке. В любой заманухе первые выигрыши даются легко, чтобы клиент подсел и поверил в свои силы. А потом бац, и ты без трусов, а то и в коленно — локтевой позе. Так что да, смотреть надо в оба, это они правильно советуют.

Я протянула руку и сорвала подсвеченную травинку. Она тут же исчезла у меня из руки и появилась в ячейке инвентаря. Если он так быстро заполняется, то моих восьми ячеек надолго не хватит. Я попыталась рассмотреть находку повнимательнее, и у меня перед глазами тут же развернулось пояснение.

Стебель кривки ржавой — используется при создании эликсиров. Время хранения 8/8 дней. Для длительного хранения должна быть засушена (Требуется навык Травница).

Еще одна травинка засветилась желтым, я снова протянула руку, и стеблей кривки стало два. К счастью второй поместился к ячейку к первому, только внизу появилась двойка. Я поняла, что уподобилась тем, кто ползает на четвереньках и только собралась гордо выпрямиться, как вдруг увидела такое — что позабыла про все свои опасения.

— Ой зайка! Какой ты милый!

Сидящее в траве существо уставилось на меня огромными трогательными глазами. Бархатные ушки, розовый носик и мягкая серая шерстка так и просились, чтобы их погладили. Сюсюкая еще что-то нежное я протянула руку, и тут пушистый комок прыгнул на меня.

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 3.

Ваша жизнь 50/90

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 4

Ваша жизнь 46/90

— Аййй! Отцепись от меня, дрянь! — от неожиданности и боли я споткнулась и шлепнулась за задницу. Мохнатая сволочь лупила меня передними лапами с острыми как ножики коготками, отпрыгивая и наскакивая снова. Я пыталась отбиваться от нее руками, но без особого успеха.

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 4.

Ваша жизнь 42/90

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 5

Ваша жизнь 37/90

— Помогите! Кто — нибудь! — полоска жизни быстро таяла и я заорала от отчаяния. Но на помощь мне никто не кинулся. Похоже вокруг только ржали надо моим горем.

— Глянь, в горло целится, — степенно проговорил мужик в длинном сером балахоне с большой сумкой через плечо и длинным посохом. Они вместе с какой-то девушкой оказались ко мне ближе всего. — Ненавижу зайцев. Жуткие твари.

— А почему она не защищается, Искандер? — его худенькая спутница с такой же сумкой смотрела на него как на гуру.

— Дура потому что, — изрек Искандер.

— Так подлечи ее, ты же можешь! — девчушка едва не приплясывала от любопытства, глядя как заяц рвет меня на кусочки!

Защищается. Я вспомнила про кинжал. Почти мгновенно он очутился у меня в руке. И что мне с ним делать? Максимум что я резала в последние годы, это стейк в тарелке. Широким движением я отмахнулась, пытаясь попасть по зайцу. Ушастый мерзавец легко увернулся, и вцепился зубами мне в запястье, а затем долбанул по руке задними лапами.

КРИТИЧЕСКИЙ УДАР

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 21

Ваша жизнь 16/90

— Если я ее подлечу, то весь опыт за зайца ей и достанется, — мужик в сером продолжал вещать, словно меня рядом не было. — Лучше дождемся, пока он ее ушатает, и потом в два посоха его быстро прикончим.

— А может с нее что-то ценное выпадет! — сочувствие во взгляде девчули сменилось интересом, от которого мне стало не по себе. Так разглядывают пирожные на витрине кондитерской.

— Не выпадет, она еще единичка, падать начинает с третьего уровня, ничему ты не учишься Энги, — мужик покачал головой, на что мелкая сучка только хихикнула.

— А что она тут делает? Тут зона для четвертаков. Она здешним мобам на один зуб.

Нифига не понимая в их словах я пыталась бороться с зайцем. Боль от царапин и укусов сбивала и мешала сосредоточиться. Я тыкала в гаденыша ножом, а он все время уворачивался от ударов. Видимо так и работает «Ловкость». И у зайца ее было гораздо больше, чем у меня. Наконец я ухитрилась попасть.

Вы наносите урон 2

Зайка-загрызайка 48/50

Что?! Всего два? Столько стараний, и всего два очка урона? А вот зайцу так не показалось. Он отчаянно заверещал и усилил напор.

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 4.

Ваша жизнь 12/90

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 3

Ваша жизнь 9/90

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 5

Ваша жизнь 4/90

— А что она здесь делает, для нас останется тайной, — философски заметил Искандер.

— Почему?

— А потому что она сейчас умрет. И так что-то долго держится.

— Вот сукииии! — успела крикнуть я, и умерла.

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 4

Ваша жизнь 0/90

ВЫ УМЕРЛИ



Глава 8. Торговая площадь


Смерть оказалась простой и нестрашной. Только что я сражалась с чокнутым зайцем, и вот уже стою на круглой каменной площадке, разрисованной непонятными символами. Символы светились голубым светом, и казалось, немного двигались. Пока я пыталась понять, правда ли они шевелятся, или это обман зрения, как меня в спину ощутимо толкнули.

— Снова эта тупая нубка! Ты достала уже!

Придурок в шлеме — ведре с круглым щитом за спиной спрыгнул с площадки и не оборачиваясь помчался вдаль. Орать ему вслед я не стала. Наверное смерть что-то меняет в человеке, правда? Не каждый день тебя загрызают кролики. То неприятное чувство беспомощности, которое я испытала, когда от меня постепенно откусывали жизнь, а все вокруг стояли и тупо наблюдали, напомнило мне, что здесь нет ни мужа — банкира, ни его приятелей из генпрокуратуры, ни романтичного ФСБшника Виталия Арнольдовича, который ухлестывал за мной на Лазурке[7], и который мог уладить любую мыслимую и немыслимую проблему и еще многих других людей, знакомство с которыми делало мою жизнь простой и беззаботной. И что какое — нибудь хамло, в ответ на мое справедливое замечание, может просто огреть меня по голове своим топором или посохом, и ему после даже не придется продавать свою почку, чтобы загладить вину перед Маргаритой Дмитриевной. Совсем наоборот, он будет наслаждаться жизнью, а Маргарита Дмитриевна отправится вот сюда к голубым надписям, размышлять о том, как жестока и несправедлива ее судьба.

Ни денег, ни связей, совсем как в далекой и наивной юности. Лавандосики правда имеются, целых пятьсот. Но совсем непонятно — много это или мало, а также — где еще мои четыре с половиной штуки. А связи — дело наживное. Как говорила одна телочка по ящику — сначала надо сделать губы — а на остальное бабки сразу зайдутся. А у меня уже все при всем.

Рядом со мной в круге возник еще один мужик. Этот ничего не сказал, только недовольно зыркнул и побежал вслед за первым. Все спешат, торопятся, одна я стою медитирую. Я сошла с круга и пошла на звук голосов. Пора познакомиться с городом Ольховцом поближе.

Центр города оказался рядом, буквально за углом. Шум и суета там стояли как на площади Трех Вокзалов. Хотя масштаб был поменьше, но в целом похоже. Одни словно приехавшие в Златоглавую провинциалы жестко тупили открыв рты и пялясь вокруг. Другие как опытные местные жители проталкивались через первых, чтоб скорее прыгнуть в такси или метро. Ну здесь то не в метро, а по каким-то другим делам. И были третьи — которые пытались на них всех заработать.

— Элики на ловку, на силу на сложение! Сварю из вашей травы! Куплю бутылки!

— Шмот и бижа на вора, на варвара, на мечника!!!

— Благословлю на урон, стойкость, удачу! Отец Онуфрий — жрец 6 уровня!

— Точу мечи, ножи кинжалы! Снимаю и ставлю камни! Ставлю клеймо мастера!

— МАСТЕРА!!? Не слушайте этого рукожопа! Он мне рарный меч запорол!

— Это производственный риск! Тебя предупреждали! Там прочность была 1/10!

— В жопу риск! Гони бабки, точила!

Сначала в этом гвалте я просто оглохла ничего не понимая, но потом вспомнила про текстовый чат. Хаос распался на отдельные фразы, смысл которых все равно до конца был не ясен. Я стала колдовать с фильтрами чата. Оказывается он мог быть «дружеский» (0 друзей), «групповой» (нет групп), «клановый» (не состою в клане), «локальный» (локация «Узловая площадь»), и наконец «торговый» (город Ольховец). Получается барыга может рекламировать свой товар из любой точки города и его может услышать каждый- кто захочет. А кто не хочет — может не слушать. Я поубирала лишние галочки и наконец услышала нормальный разговор.

ХОМЯК_НИШТЯК: Что Рогатый, говорят ты снова в Урочище рейд водил?

KapaTeJIb: Слились они, даже до босса не дотянули!

ХОМЯК_НИШТЯК: Из него лид, как из меня балерина!

Dемон_с_рогами: Ооо! Хома решил класс сменить! Давай в танцорки, будешь в рейдах жопой вертеть!

ХОМЯК_НИШТЯК: Да меня в любой рейд возьмут! Просто я соло люблю.

KapaTeJIb: А соло любит тебя! Нахрен ты в рейде сдался, если тебя даже зайцы валят!

Нормальное русское развлечение — срач. На площади толпилось человек сорок. Форма одежды — потрепанное средневековье. Доспехи, кольчуги и кожаные куртки чередовались с камзолами, плащами и жакетами. Некоторые девочки щеголяли в секси брючках и лосинках. Мало у кого одежда составляла полный комплект. Чаще ее предметы сочетались в совершенно безумных вариантах. Но большинству на это было наплевать. Уровни от единицы — как у меня, до десятки. Выше — ни одного. Среди телочек были и неплохо прикинутые — но больше в агрессивном стиле. Еще было несколько унылых дамочек в серых платьях и с большими сумками, как у сучки Энги. Магички не было видно не одной. Я заметила несколько совершенно одинаковых мордашек. Отличались только прически и цвет глаз. Вот что значит типовая внешка. Это тебе не на вечерину в одинаковых шмотках прийти. Представляю, как эти сучки бесились, увидев свою точную копию. Закончив осмотр, я бросила пробный шар.

Мариэль(1): мяу

Вельзебуб (8): кто погладит кошечку?

ХОМЯК_НИШТЯК (4): брысь!

ПалкоВводецЪ (5): что мяучишь нубяра?

Hapkomuk (6): приветы

SirGirgor (3): привет киса

Сделан в СССР (4): кис — кис — кис

В моем чате вдруг открылись еще три окошка личных сообщений:

GLuukkk(2): го трахаца!!!!!!!!!!!

ВАН_ШОТ: сосешь?

MegaKillerIzAda (5): зачотные сиськи

А говорят, что регистрация 18+. Хотя мужики — существа ранимые. Они настолько боятся быть посланными, что хамят заранее. И если потом их отшили, то уже не так обидно. Все бабы — стервы, всем нужны бабки, а он, запоздалый мамин цветочек одинок и не понят. Двум первым писать бесполезно. Они настолько возбудились от своей смелости, что ответа не ждут. А вот третий вроде как комплимент высказал:

MegaKillerIzAda (5): зачотные сиськи

Мариэль(1): все натуральное… не силикон

MegaKillerIzAda (5): даш пощупать?

Ух мы какие быстрые. Оставив мальчика мариноваться в неведении, я неспешно пошла по площади, разглядывая потенциальных собеседников.

Вельзебуб — воин, восьмой уровень. Темная броня отсвечивает синим, за спиной двуручный меч. Солидный, небедный и не грубый мужчина. Жаль, что слишком высоко уже продвинулся по социальной лестнице. Будет явный мезальянс. Другими словами такие целеустремленные предпочитают уже упакованных, и не будут тратить силы на юную, но перспективную меня.

ХОМЯК_НИШТЯК — лучник, четвертый уровень, весь в нубском. Или лох, или жмот. Мимо.

ПалкоВводецЪ — варвар, пятый уровень. Гора мышц, потертая шкура на плечах, здоровенный топор за спиной. Если тут все такое большое, то в реале похоже, все такое же маленькое. Либо школота, либо забитый хлюпик с комплексами. К таким тоже можно найти подход, но выхлоп не стоит усилий. Мимо.

Hapkomuk — вообще телочка. Видать совсем ей скучно стало на этом мальчишнике. Прости подруга, не сейчас.

SirGirgor — паладин, третий уровень. Кожаный костюм, больше похожий на доспех. Из оружия меч и щит, без особых цацок, но приличные. Когда часто видишь дорогие вещи, то учишься оценивать их интуитивно. Даже если они не сделаны на фабрике или в мастерской, а нарисованы в графическом редакторе. Я рассматривала Сира Гришу, и то, что видела, все больше мне нравилось. Хоть уровень и низкий, но шмотки или из одного комплекта, или хорошо подобраны. Сам среднего роста, крепкий, с аккуратной бородой. Пожалуй, то, что мне надо. Девочки не подходят первые? Что за бред! Те девочки, которые не подходят — так и остаются девочками.

Мариэль (1): Привет… поможешь мне? — стукнулась я в личку.

У нормального мужика «поможешь», это как выключатель в мозгу. Он выключает все способности к сопротивлению. С детства мужикам говорят, что надо помогать бабушкам, девочкам, родственницам и незнакомым. Мужики доносят тяжелую сумку, уступают место, переводят через дорогу, отдают последнее мороженное. Иначе они не мужики, и гореть им в аду. Это вбили в них с детского садика, и если мужик не бросает все при подобной фразе, то он или самоуверенное хамло (с такими сложнее, но интереснее), либо бесполезный для общества псих. Мне сейчас не хотелось «интересней», мне был нужен результат. Я надеялась, что нашла правильного мужика. При этом сам мужик, выполнив самую мельчайшую просьбу считает себя Суперменом и Невероятным Халком в одном флаконе. Так что мы это делаем для их же пользы.

И еще, каждый правильный мужик уже сидит под чьим-то каблуком. Бесхозным такой типаж не встречается. Поэтому на невинный вопрос «Как дела?» тебе скорее всего ответят что у него уже есть девушка, или даже жена, и он — кремень, и не потому не будет общаться даже о погоде, чтобы не разбивать твое бедное сердечко. А вот просьба о помощи хитрым образом обходит этот психологический блок. Он же ПОМОГАЕТ! И не будь у бедной жертвы обстоятельств пухлой попки и третьего размера, он все равно бы ей помог. Эта индульгенция действует безотказно, и мужчина теряет бдительность, пускает новую знакомую в личное пространство, откуда потом можно развивать успех. И да, я знаю что такое индульгенция!

SirGirgor (3): Конечно! чем тебе помочь?

Клюнуло. Рыбка настолько мне понравилась, что я решила подстраховаться.

Мариэль (1): Подожди пару минут, ок?

Парень заинтригован. Только что он понадобился, а теперь уже вроде как не очень. Конечно теперь он наблюдает за мной. А еще — учится выполнять мои указания. Не я его, а он — мои. Пока, конечно, в мелочах. А чтобы наблюдать было интереснее — добавим зрелищности.

Не спеша я продефилировала мимо Сира Гришы прямиком к …. — здоровенному черному рыцарю, и улыбнулась, как старому знакомому.

Мариэль (1): Какая классная броня. Можно потрогать?

Вельзебуб (8): Ну потрогай

А довольный то какой! Мужчинам нравится, когда хвалят их игрушки. А когда трогают, особенно. Хоть один бы отказал. Вон как улыбается! Я провела пальчиками по черному металлу.

Малиэль (1) А мне такую можно будет?

Вельзебуб (8): Ну когда подрастешь, малышка

Мариэль (1): Ну и не очень-то и хотелось!

Обиженно надув губки я резко развернулась, оставив за спиной опешившего воина. Прошагав к Сиру Грише, я остановилась возле него, цокнув каблучками. Эх каблучки маловаты, на моих лабутенах вышло бы эффектнее. Естественно весь разговор с рыцарем велся в личке, и для Григора оставался загадочной пантомимой.

Мариэль (1): Ну все, теперь я полностью свободна.

SirGirgor (3): Эмммм…

Мариэль (1): Терпеть не могу хамов. А вот они меня почему-то очень любят. Надеюсь, ты не хам?

Григор только очень убедительно закрутил головой.

— Знакомы всего ничего, а уже хотел мне какой-то сеновал показать. Тут есть сеновал?

— Эээ есть… — смутился Сир Гриша.

— И ты туда же? — я смерила его подозрительным взглядом.

— Нет, но ты же спросила… И вообще тебе помощь была нужна! — Гриша отчаяно попытался сменить тему. Как раз на нужную мне.

— Ах да, — я заулыбалась, и Гриша с облегчением выдохнул. С этим он поторопился. — У меня стартовый ролик к игре на английском запустился. Ничего не поняла.

У Сира Григора отвалилась челюсть. Я даже поразилась, как красиво достоверно тут переданы эмоции. Так бы любовалась и любовалась.

— Как на английском, почему?

— Не знаю, — я пожала плечами. — Может потому, что я указала своим родным городом Ливерпуль.

Запомните девочки, чем нелепее отмазка, тем труднее ее опровегнуть. У мужиков в таких случаях мозги вообще отключаются. Кстати никто не знает, зачем они им вообще нужны? Ни разу не видела, чтобы они мозгами пользовались. Вот и Григор отчаяно тупил. Думаю про такую ситуацию он слышал впервые в жизни. И наверняка в последний. Вот такой я эксклюзивчик!

— А почему Ливерпуль?

— Да по приколу. Папе раньше Битлз нравились.

— И что ты хочешь спросить?

— Как что? Я ж английского не знаю. Расскажи, как в это во все играть?



Глава 9. Погреб


— Я туда не полезу. Даже слышать ничего не хочу.

Сир Гриша в отчаянии развел руками. Уже минут двадцать он топтался вокруг меня и уговаривал спуститься в этот самый погреб. Погреб почему-то вырыли не возле дома, а на пустыре за площадью. Может это был общественный погреб. Общегородской. В погребе жили крысы. Я их боялась.

— Да ничего тебе не будет. — в очередной раз начал Григор, — они нападают поодиночке. Даже если она тебя грызть начнет, ты ее этим кинжалом быстро добьешь. За полчаса уровень сделаешь, и пойдем дальше.

— Они мерзкие! И у них хвосты лысые! Не хочу, чтобы они меня грызли.

У Гришы случился фейспалм. Кстати выяснилось что, он совсем не Гриша, а Сережа. То ли Григоров, то ли Григорьев по фамилии. Ну да, «Сир Гей» как-то не звучит. Сережа оказался настоящей находкой. Он был рерольщиком. Первым своим персонажем — хантом он дошел до 42 уровня, но сменил его на нуба — паладина. Как я поняла, во всем виновата девушка. Какая-то его подружка стала выяснять, где он пропадает сутками, почитала рекламку и зарегистрировалась в игре. А потом застряла в нубятнике. Хороший мальчик Сережа удалил своего перспективного ханта, выбрал Паладина, как он сказал, лучший класс поддержки, и пошел искать свою принцессу по яслям.

Создатели игры как всегда наврали. Она была бесшовная но… не совсем. Бесшовность означала, что если ты идешь и идешь по дороге, то обязательно куда-то придешь. Не будет «перезагрузок локаций», лодочных пристаней, парящих в небе островов и прочих штук, маскирующих техническое убожество игрового движка. Все было честно за исключением яслей. Ясли к большому миру не относились. Это были собственные, замкнутые «мирки», в которых проходило обучение игре. Администрация говорила, что это позволит защитить нубов, от террора высокоуровневых игроков, и даст возможность «постигать игровые законы в комфортных условиях». Сережа считал, что они просто экономят мощности. Ясли отсеивают две трети неудачников, которые не добираются дальше пятерки и вновь и вновь идут на рерол. Есть даже категория игроков, которые никогда не вылезали из яслей, им и тут неплохо. В яслях можно выбрать класс, получить основы профессий, есть даже свои данжи и турниры на звание местного «Царя горы». Я старательно кивала, не понимая половины, но картина вырисовывалась невеселая.

Ясли это жопа. И из этой жопы не вылезти, пока не получишь 10 уровень. Тогда ты сможешь сесть на караван, который тебя отвезет в нормальный город, с блекджеком и шлюхами. Ну Сиру Григору это не светит, у него девушка есть. Ему только с блекджэком.

Как по мне, то ясли — это очередная замануха. Выйдешь ты такая в нубских тряпках, а мимо тебя кто-то на бентли в шубе на сотый уровень, или в золотых доспехах от Картье. Сразу все ЧСВ сдуется. Здесь детишек от такого берегут. В нубятнике все в общем дерьме, под названием Ольховец, одни чуть повыше, другие чуть пониже. Куда легче стать большой лягушкой в маленьком болотце. А потом и время убито, и бабки залиты, и бросать уже вроде как жалко. Но для меня это все равно не весело. Похоже «социальные лифты» стартуют здесь только с десятого этажа. А до него придется ножками.

— И как ты собираешься качаться? — вывел меня из задумчивости Сережа.

— А по — другому никак нельзя? Без крыс?

— По — другому ты уже профукала.

Ну да, профукала. Гадская бабка. Оказывается баба Нюра встречает всех новичков. Для мальчиков у нее еще и внучка есть, магичка там же в дозоре. У бабки в избе стоит мини — пекарня, и она раздает свои посылочки абсолютно каждому, кто появляется в игре. Притащив пирожки первому адресату, игрок получает там еще одно несложное задание. И так по цепочке обегав весь городок знакомится с его обитателями и достопримечательностями: таверной, рыночной площадью, ратушей, залом Гильдий и всем остальным. За каждое задание отсыпают немного опыта, и на них запросто можно набить второй уровень, а если нравится работать в Деливери, то и третий. А с третьим уже можно выйти один на один на зайца, и набирать опыт убивая мобов.

Мобы это зверюшки и другие существа, чей смысл жизни быть убитыми и принести игрокам опыт, деньги и лут-то есть разные шмотки. Да, из зайца может выпасть не просто его шкурка, но и колечко с камнем, и даже топор и кольчуга. Ну я понимаю с медведя — сожрал он игрока, а топор не переварился. Но с зайца? Хотя обычные зайцы вообще загрызть не могут. Будем считать это игровой условностью. Вон Сережу это не удивляет, а мне что — права качать?

Но для меня этот путь закрыт. Сережа хлопал глазами, а потом ржал как конь, услышав, как я посралась с бабой Нюрой. Теперь моя репутация с городом просажена, заданий мне не дадут ни на каком этапе цепочки. А старуху мне лучше вообще обходить стороной. Она на меня «сагрилась» и теперь будет кидаться как на красную тряпку. При этом убить ее нельзя. Она не моб, а непись, «неигровой персонаж»-то есть часть самого города. Кроме нее тут есть еще стражники, тренеры гильдий, торговцы, ремесленники и еще куча народу для реалистичности. Городок как бы живет, а мы в него должны вписываться. А чтобы не выпендривались, уровни у неписей запредельные. Конечно тот же Камнегрыз прихлопнет такую бабу Нюру, и не заметит. Только кто его сюда пустит? Думаю помня о ясельной никчемности, в больших городах они ставят неписей на нож с особым удовольствием.

Чтобы обойти цепочку, и качаться самостоятельно Сережа нашел мне крыс. Это были самые слабенькие мобы в Ольховце. Первый уровень, сложение дохлое, хватает пары ударов кинжала. Босс подвала, (над определением я поржала, а зря, оказывается у каждой дыры тут есть свой босс), так вот босс подвала, Крысиный король — третьего уровня и «потолще» по выносливости, но с ним и драться не обязательно. Достаточно резать по одной его подчиненных. Я просила Сережу пойти вместе, но он не мог. Погреб был устроен по принципу данжа. То есть каждый игрок попадая внутрь оказывался в своей личной, индивидуальной копии подземелья. Если мы зайдем с Сережей то нас раскидает в параллельные вселенные, и мы уже никогда не встретимся.

Смахнула слезку. Шучу. Толку из этого никакого не будет. У него будут свои крысы, а у меня свои. Вместе в данжи можно зайти, только находясь в одной группе. А ту группу, в которой он уже состоял, Сережа распускать не хотел. Даже от мысли при этом боязливо дергался. Видимо там состояла та самая принцесса, ради которой он отказался от карьеры и пошел на дауншифтинг[8]. Ну да, зайдет она такая в игру, а группы нет, и верный Паладин неизвестно где шляется. Не завидую Сиру Гею, то есть Григору конечно.

Сереже было 23, он закончил какой-то инженерный ВУЗ, мечтал о работе в крупной корпорации вроде МосТеха, а сам пока чинил гаджеты под лестницей в торговом центре в Ново-Огарево. Приехал из ебеней, поступил на бюджет, снимал однушку, размером с мою гардеробную, и был полон оптимизма. Играл Сережа с очками и перчаткой, но собирался взять в кредит полный сьют, и делать карьеру в виртуале. И вовсе не на стримах. На своем ханте он за месяц поднимал не меньше половины дохода от мастерской на луте. Взял себе специальность кожевенника, сдирал шкуры у всякого зверья и сдавал их мастерам. Вывести в реал местные золотые было не проблемой, биржей заведовала сама администрация игры. А курс был покрепче, чем у рубл*. Из-за рерола его планы захромали, но Сережа вроде не переживал, а я за него и подавно.

Я представилась Светланой, провинциалам нравятся простые имена. Студентка, изучаю искусство (какое не сказала). Недавно рассталась с парнем, знакомые посоветовали игру, как средство от депрессии. Сережа смотрел то сочувственно, то покровительственно, а то и заинтересованно. Я вела себя скромно, как на открытках пин-апа. Что с нубки возьмешь-то тут натянется, то там сверкнет с непривычки. Проникшись, он даже дал кинжал, чтобы бить крыс с одного удара. Сразу было видно, что это оружие — не чета моей сырорезке.

Неплохой кинжал охотника (284/300):

+6 — к урону

+2 — шанс нанести критический удар

Я сразу же отправила кинжал в основное оружие, и он возник у меня на поясе. Но к крысам все равно не пошла.

— Ладно, — сдался Сергей. — давай я тебя завтра с ребятами познакомлю. Если захочешь — вступишь к нам в группу. У нас все хотят прокачаться поскорее, и если щелкать не будешь — быстро с нами отсюда свалишь. А сейчас мне пора, заказы стоят.

Он быстро кинул мне мне предложение дружбы, и я занесла его в свой френд лист. Пока там одно имя. Паладин растворился в воздухе, и я осталась у подвала одна.

Мариэль (1): Мааакс?

MegaKillerIzAda (5): Че?

Мариэль (1): Где погреб с крысами знаешь?

MegaKillerIzAda (5): не тупой

Мариэль (1): Вот я рядом с ним стою

MegaKillerIzAda (5): Сиськи заголила?

Мариэль (1): Ой отстань! У меня полчаса только.

MegaKillerIzAda (5): Подгребаю

Все это время я перекидывалась СМСками с Максом. Здесь для этого даже телефон доставать не нужно. Макс сказал что ему 30, и я сразу поняла, что он — малолетка. Для таких 30 — все равно что «дохера». Он тоже был рерольщик, причем неоднократный. Создавал новых персонажей, потом бросал их и начинал сначала. Макс знал песочницу лучше, чем прыщики на своей физиономии, и это меня заинтересовало. Мне был нужен проводник.



Глава 10. Не пейте с незнакомцами


— Здарова питерская телочка!

— Привет мажорчик

Для Макса я была Ирма художницей из Питера. Не дай бог в реале искать начнет, лучше сразу нарисовать расстояние, мАсковские понты тут читались между строк. Мега Киллер из Зада появился звеня заклепками на черной косухе, как нефор из девяностых. «Стелс — лучник», — похвастался он, — «имбовый класс». Я изобразила глазами полный восторг. Пока никакого имбового класса у него не наблюдалось. Над головой высвечивалось уже не удивительное «вор».

— Так а ты у нас кто?

— Я?

— Кто по классу?

А ведь действительно, пока еще никто не предложил мне выбрать роль магички. Так что я, получается, никто. Хотя лучше сказать, передо мной открыты все возможности!

— Я волшебницей хочу играть.

— Маги фуфло, бери лучше лазутчицу. Или лучницу.

— Хочу магию, — я упрямо надула губки.

— А какую магию? Лечилку, боёвку, некромансера, стихийку?

— Ой ой, расскажи. Это вообще ты сейчас о чем?

— Ну ты и нубка!

— Зато красивая

— Ты мне статы свои скинь, а я так и быть расскажу.

По прокачке классов создатели «Дороги славы» явно загнались. Здесь не было стандартных «мага» или «лучницы», которые ты выбираешь на старте. Класс целиком зависел от твоих навыков. На каждый уровень — один навык. На некоторые, «пороговые», навыков давали больше. Выбираешь «удар мечом» — система опознает тебя как воина. Берешь фаербол — добро пожаловать в маги. На следующем уровне ты или повышаешь имеющийся навык, или берешь новый. Если добавил фаербол или молнию к мечу — ты уже «боевой маг». Наслаждайся универсальностью, но забудь про железные доспехи, они блокируют магию. Сетка навыков — невероятно запутанная. Одни открывали доступ к другим, давая огромное количество вариантов прокачки. Были игроки, которые ставили своей целью прокачать уникальные «кастомные» классы. Каждую неделю появлялся новый, которому система исправно придумывала новое название. «Стелс — лучник» был как раз таким трендом, стрелок и лазутчик с огромным разовым уроном. Такой средневековый хитмен. Узнав о нем Максик удалил своего огра класса «Живой таран» аж 9 уровня на каких-то Киммерлийских нагорьях, и за три дня взял пятерку в Ольховце.

Макс был стремительным, как клаббер под спидами. Даже передвигался везде бегом и прыжками. Качал выносливость. Трижды ему приходилось меня ждать, моя падала в 0. Зато примерно через два часа передо мной выскочило сообщение:

ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Ваша способность «Бегун» выросла. Что главное в беге? Чтобы тебя не догнали!

Бегун 2/100. Ваша Выносливость повышена на 2 %.

За это время Макс показал мне Гильдию мастеров, где и раздавали навыки, лабораторию алхимика, кузню и кожевню — в них можно было получить профессии, две торговых лавки, в одной продавали оружие, в другой доспехи и одежку. Я хотела задержаться во второй, но Макс потянул дальше:

— Рано тебе сюда еще. На твои нубские копейки ты тут ничего не купишь.

— Ну так ты мне купи!

— Ага, сиськи зажала, а еще «купи» ей.

Про свой премиум, и 500 золотых я ему конечно не сказала. Макс оглядел меня внимательно, я сделала губами «уточку» он расщедрился:

— Пойдем я тебя вкусняшкой угощу.

— Думаешь мою попку надо еще откармливать?

Макс заржал и потащил меня за собой в Трактир. Это был единственный Трактир в Ольховце, и собственного названия он не заслужил. Нет бы «Брыкающийся пони», или «Одноглазый орк». Кажется создатели создатели игры тут дали маху. Похоже они вообще не предполагали, что кто-то будет торчать в нубской пивной, вместо того чтобы рубить крыс и качать уровни. Под вечер, а я с удивлением поняла, что уже вечер, заведение было битком. В дальнем углу настраивал какую-то балалайку парень со странным именем ДвойнаяЗаппа, бард шестого уровня. Тяжелые дубовые столы занимали разноуровневые и пестрые компании. В зале было на удивление тихо. «Каждый шуршит по своему», — пояснил Макс. Ну да, как удобно открыть свой собственный чат — канал, и обсуждать придурка за соседним столом, а он в двух метрах ничего не услышит.

— Две гномьих задирухи, двойные! — Макс хлопнул по барной стойке ладонью. Пустой, конечно бабки у него напрямую со счета спишутся. А неплохо так — 2 золотых за бокал! Дороже только эльфийский мед. Не зря на него полтрактира обернулись. Ну и на меня конечно. Некоторые и взглядом обшарили, что за нубка такая с пятым уровнем бухать пришла. Одному, симпатичному блондинчику в стильной белой шкуре на плечах я даже стрельнула глазками в ответ. Макс заметил и проревел громче:

— Мне и моей девушке!

Ух ты, мои акции растут. Я поощрительно придвинулась к Максу, невзначай коснувшись его бедром. Судя по названию бухла, малыш решил меня споить. Трактирщик повернулся и выставил перед нами медные стаканы. Нихрена себе! Это и есть огр? Рост метра два с половиной, огромная лысая башка. Крохотные глазки недобно сверкают из под низких бровей. Хидагард, огр 138 уровня. Вышибалы такому не нужны. Трактирщик без особого интереса поглядел на Макса, а потом уставился на меня, точнее даже на мои сиськи:

— Девка… слыш девка

Тишина в зала установилась запредельная. Даже Заппа затих. Походу мужик был не из разговорчивых и сейчас проиходило что-то необычное.

— В подавалки ко мне пойдешь?

— В давалкииии…. — захрюкал от восторга Макс сползая со стула.

— Подавалки, — поправил огр деловито, — жратву таскать. Туда сюда. Четыре золотых в день плачу. Не обижу.

— Кааарьееерааа… — Макс уже стонал

— Заткнись, — я пнула идиота коленом, но он не унимался.

Огр не отрываясь смотрел на меня. Кривляющегося Макса он даже не замечал. Ни в какие подавалки я идти, конечно, не собиралась. Я хотела свалить из яслей как можно скорее, а не устраиваться тут на работу. К тому же бабки у меня есть.

— Спасибо… за… за любезное предложение. Но у меня другие планы.

— Да чё ты расшаркиваешься перед неписью? Его дело бухло наливать, — проворчал Макс.

А бабы Нюры, пирожки печь, ага. Странные они, эти неписи. Одна палкой лупит, второй работу предлагает. Огр между тем услышав отказ, молча развернулся спиной, и стал протирать стаканы.

— За знакомство! — Макс уже тыкался своим стаканом о мой.

— Чин — чин! — я опрокинула в себя стопку вырывухи.

А неплохо! Похоже на пражскую Бехеровку, хотя набор травок и немного другой. Теплая волна ударила в голову, побежала по телу и провалилась в желудок. Макс героически выпучил глаза — ему напиток был крепковат. Чтоб не выходить из образа я тоже закашлялась и смахнула несуществующую слезинку.

Вы применили эликсир «Гномья вырывуха». Срок действия 1 час.

Сила +2

Выносливость +2

Интеллект — 1

Как минус один?! У меня же он всего… Я взглянула на характеристики:

Сила: 8 (6)

Ловкость: 10

Выносливость: 11 (9)

Интеллект: 0 (1)

Мудрость: 2

Харизма: 12

— Мммм… — я захотела высказать Максу все, что думаю, но у меня не получалось произнести ни слова. В памяти вспыли пояснения Сири: «Если Сила — 0, не сможет двигаться, Выносливосить — 0 сразу умрет». А при нулевом интеллекте значит отрубается речь!

— Ты мууууд… — собрав все силы выговорила я.

ИГРОК MegaKillerIsAda предлагает Вам следовать за ним. Согласиться? (Да/Нет)

Я нажала «Да», думая что Макс хочет спасти меня от неловкой ситуации. Парень выдернул меня из за стойки и за руку потянул на улицу. Я шла за ним с тупой улыбкой, город Ольховец расплывался фонарными огнями, хохотал и качался вокруг. Я догадывалась, что малыш решил меня споить, но была уверена, что у него не получится. В реальном мире он бы пускал сопли под столом, пока я только разминалась. Но я забыла, что тут другие правила. Здесь я была нубкой, тупой нубкой, и эта сопливая школота делала меня как хотела. Я уже хотела нажать на ВЫХОД, но потом передумала. Это же блин, игра! Что здесь может со мной случиться?! А еще ожил стрим. Сначала один их хэштегов сменился на #пьянаянубка, а потом зажегся счетчик подключений. Три просмотра, десять, пятнадцать… Меньше чем за минуту он перевалил за сотню. Мелочь конечно, но отключаться на первом удачном стриме — верный способ просрать свое счастье.

Макс повернул в какой-то узкий проулок между домами и притиснул меня к стене.

— Ну же давай, заголяй сиськи, — хрипло зашептал он. — По тебе видно, что ты за цаца, вон лифон уже стянула.

Дебильный лифчик я и правда сняла еще на площади. Он делал фигуру совершенно квадратной, а чашки, учитывая мой размер выпирали вперед как корабельный таран. Без него же моя нубская кофточка смотрелась не так уродски. Ее бы еще чуть приоткрыть сверху… и укоротить снизу… Кто же мог знать, что этот прыщавый асасин так перевозбудится.

— Урррро…. — я замотала головой. Мой словарный запас в этой ситуации был сильно ограничен, но тут и идиот поймет.

— Хватит ломаться! Просто забери свою тряпку в инвентарь.

Макс тянул ко мне свои рученки, но я поняла, что прикоснутся ко мне он не может. Иначе я была бы давно уже вся ощупана и облапана. Между его похотливыми ладошками и моим телом висела невидимая но плотная стена, сантиметров десят в толщину. Все что ему оставалось — зловеще шипеть на меня и пускать слюни.

ИГРОК MegaKillerIsAda хочет прикоснуться к Вам… Согласиться? (Да/Нет) Я мстительно вдавила «НЕТ», а потом прицелилась и плюнула точно в левый глаз. Максик взвыл и потащил меня за собой. Я судорожно копалась в настройках и окошках, чтобы отменить его разрешение, а он тем временем выволок меня на центральную площадь. Мы пронеслись мимо кучки пустобрехов, обсуждавших чей меч длиннее и толще, и уперлись в фонтан. Днем я его особо не рассмотрела, да и не на что было там глазеть. Полуголый хипстер растягивал пасть большой рыбине- из которой била струя. Макс одним прыжком перемахнул через парапет, а я споткнувшись полетела за ним, прямо в воду.

#мокраямайка мигнул новый хэштег. Двести подключений… двести пятьдесят… триста…. замерцал счетчик. Я встала, выпрямляясь в полный рост. Вода сделала нубскую маечку абсолютно прозрачной. Как силикон она облепила мои сиськи. Соски от прохлады и неожиданности сморщились и заострились. Мокрый топик повис на них не скрывая ни миллиметра моих богатств. Макс расселся в чаше фонтана. Его клепаной куртке и штанам водичка никак не могла повредить. На роже цвела самодовольная улыбка. Этот раунд он выиграл вчистую.

«Она вся такая ни хуя себе цаца..» — мурлыкал Максик.

— Что детка, будешь теперь папочку слушать? Нравится — не нравится, спи моя красавица.

Я прекратила попытки послать его, и завертела головой. Это нахальное чмо бесило невероятно! Злость боролась с жадностью, и потихоньку побеждала. Я уже нашла глазами кнопку выхода, чтобы обломать урода, и хрен с ними с просмотрами, авось не последние. Но та вдруг стала серой, и как я не морщила лоб и не закатывала глаза, не желала нажиматся. Это что за нахрен? Срыв? Я заперта в этой игрушке на веки вечные?

ЗАПУЩЕН ИГРОВОЙ СЦЕНАРИЙ.

ВЫХОД ВРЕМЕННО НЕВОЗМОЖЕН.

Багровые буквы повисли прямо перед носом, а затем растворились, предупреждение для нубок, вроде меня. И тут же послышались крики:

— Всем оставаться на местах! Городская стража!

Любители вечернего срача, которые подтянулись на халявный стриптиз, резво отвернулись и уставились на абсолютно пустые крыши окрестных домов.

Похоже стражу тут побаивались. Два местных ППС-ника с копьями наперевес вырулили из переулка и рысцой направились к фонтану. Значит по наши души.

Сержант Малей и стражник Поупс 137‑го и 120‑го уровня соответственно. Быстро они работают. Мне даже стало приятно, что мои крики не остались напрасными. Ну Максик! Теперь ты попляшешь! Я продолжала гордо обтекать, и даже не думая прикрываться ткнула указательным пальцем в негодяя:

— Мммм!!

Адский киллер побледнел. Кажется, разборки со стражей и правда могут испортить жизнь. Он быстренько выскочил из фонтана и протекая на мостовую стал лепить отмазки:

— Да мы с ней вообще незнакомы! Она меня сама затащила! Жарко ей, говорит! А я споткнулся и за ней туда упал!

Вываливая этот бред Макс пятился все дальше и дальше пока вдруг не растворился в воздухе. Наверно там проходила граница спецоперации. Я возмущенно следила, как эти идиоты позволяю ему сбежать. И лишь когда Макс слинял, я поняла, что стражу интересовал не он.

— Что тут у нас, Поупс? — уставился на меня сержант, словно любовался редкой бабочкой в музее.

— Публичное обнажение, вашбродь! — услужливо буркнул Поупс. — Вон как сиськи выпятила!

— Но технически, или даже так сказать формально, одежда вся на ней, — ехидно продолжил рассуждать сержант.

Знаю я таких уродов, им только дай покуражиться. Я потянулась за мобилой. После пары звонков нужным людям такие короли жизни становятся угодливо льстивыми. А один обоссался прямо в форменные штаны. Было противно, но приятно.

Хватило пары секунд чтобы понять — нет никакой мобилы. И нужных людей нет. Есть сисястая телка в мокрой блузке, пара громил с полномочиями и стадо баранов, которые будут старательно отворачиваться, даже если меня разложат прямо здесь, на бортике фонтана.

Я постаралась взять себя в руки. Это все — таки игра. Пусть для взрослых, пусть жестокая. Но в яслях психику новых клиентов должны поберечь от травм. Иначе ребята уже задохнулись бы от судебных исков. Во всякое порочное дело дают втянутся постепенно, а не лупят вот так сразу по голове дубиной. От своих мыслей я малость осмелела и в ответ тоже уставилась на стражников.

Поупс был похож на пожарника, какими их рисуют в старых детских книжках. Пышные усы с сединой, густые брови, нос картошкой. Пунцовый цвет носа намекал на то — о чем в детских книжках не пишут. Стражник любил прибухнуть, и возможно даже сейчас был навеселе.

Сержант Малей был моложе, ниже и плюгавей своего компаньона. На голове его вместо каски был надет берет с пером, а копьем он вертел так, словно это был посох или трость, но совсем не честное оружие рядового состава. Губы сержанта презрительно кривились на каждом слове. Он не говорил, а словно выплевывал фразы, целясь в меня:

— Налицо попытка ввести в заблуждение стражу, — процедил сержант.

— И сиськи тоже налицо, — громыхнул басом стражник, — она, вашбродь, нарочно их побултыхала, чтоб видней было.

— Значит обнажение с использованием технических средств! — заключил сержант. — Поупс, проводите даму в участок.

Я гордо сложила руки на груди, показывая, что ни на сантиметр не сдвинусь с места. Пусть сами лезут в фонтан, а я уж не упущу возможность искупать их до самых кальсонов.

— Упорствует, вашбродь, — развел руками Поупс.

В фонтан стражники не спешили. Они оба как-то деловито поскучнели. Шоу не получилось, я не оправдывалась, не умоляла, не билась в истерике. Всему этому мешал чертов интеллект, который был на нуле. Другими словами, я стояла дура дурой, но дурой молчаливой. Сержант вытащил из-за пояса короткий жезл и направил на меня. Тот мигнул синеньким, и вдруг непонятная сила выдернула меня из воды и подняла в воздух. Попытки вырываться закончились, толком не начавшись. Я просто не чувствовала ни рук, ни ног, ни остального. Сержант Малей повел жезлом в сторону и меня развернуло плашмя, словно положило на невидимую подушку, а затем плавно понесло через площадь.

Я летела как панночка в древней экранизации Вия. Перед глазами проплывали цифровые ненастоящие звезды, и я только могла догадываться как сейчас мокрая одежка облепила мое сочное невинное тельце.

— Обнажение второй степени! — присвистнул Поупс, — вон как булками сверкает.

Меня тут же приподняло выше, наверно, чтобы сержант тоже разглядел масштаб моего преступного поведения. А вместе с ним и вся площадь.

Я могла бы им сказать, что это они, суки вытащили меня из воды, и теперь практически голой тащили по городу. Что в сам фонтан я попала благодаря уроду Максу. Много что я могла и хотела им сказать. Но я была нема и неподвижна, а теперь еще и нихрена не видела, уставившись в небо. И только стрим меня развлекал.

Сначала в хэштегах появились #влажнаятелка, а затем неожиданное #булкиобтекают. Пока я размышляла, что за извращенец создавал тут алгоритм, меня протащило по всему городу. Наконец я увидела над собой каменный потолок, услышала скрип тяжелой двери, а главное, кнопка выхода ожила. Сколько бы придурков не пялились сейчас на мои сиськи, с меня на сегодня хватит. Выход.



Глава 11. Знакомство с группой


Сучку звали Лира. Она мне сразу не понравилась. Худая, плоская, с тонкими стервозными губами и пучком черных волос на макушке. Вся в черном — брючки, сапожки, куцая курточка, открывающая пупок. Походу все местные ЧСВ косплеят Черную Королеву. Класс «вор» тоже на это намекает. Именно с него качают «лазутчицу». Про это Макс тоже успел рассказать. Странно, что человек, а не дроу, но может на это есть свои причины. Из оружия — два изогнутых то ли больших кинжала, то ли коротких меча. Упакована по полной, хотя и только четвертый уровень. Лира тоже меня разглядывала. Как раз дошла до кинжала на поясе и недобро зыркнула на Сира Гея. Сережа сдувался на глазах. Куда девался тот самоуверенный паладин, который вчера обещал мне дружбу и помощь. Я нахально выпятила вперед грудь, но на скандал не нарывалась. Прокачка мне была нужна, и вступить в готовую группу — самый быстрый вариант. Найти здесь адекватов не так то и просто, вчерашний пример с Максом это только подтвердил.

— Где ты ее откопал? На каком сеновале?

Вид у меня и правда был не очень. Нубская одежка до конца не высохла и липла к телу, в волосах застряли соломинки. Сегодня я проснулась в тюрьме.

То есть, конечно, не проснулась, а загрузилась. В этот раз я отчетливо помнила, как я покинула игру, и как снова в нее вернулась. Вчера сил хватило только на то — чтобы доползти до кровати. Время в онлайне летело незаметно. В реальном мире время уже перевалило далеко за полночь.

Проснулась я от бодрящего запаха кофе. Нет, его не принес в постель мужчина моей мечты. Но кофемашина с таймером — вариант не хуже, а чем-то даже лучше. По крайней мере, меньше болтает, и не требует взамен утреннего отсоса. Сережа назначил встречу на 9, так что в 7 я была уже на ногах. Не открывая глаз, получила прямую инъекцию кофеина в мозг. А как еще назвать мой любимый двойной эспрессо, крепкий настолько, что прилипал к чашке? Словив бодряка, я успела принять душ, уложиться и накраситься. Пускай в сьюте меня никто не увидит, но это не повод расслабляться. А еще я наконец-то заглянула в ТОС[9]. Есть такая славная русская традиция — читать инструкцию, только когда завоняет горелой электропроводкой.

«Публичное обнажение» в песочнице считалось серьезным преступлением. Как пояснял официальный форум (туда я тоже залезла), в первые недели существования игру захлестнула волна нубской обнаженки. Вместо того, чтобы изучать мир и качать уровни, игроки обоих полов устраивали стриптиз и творили прочие непотребства, чтобы накрутить себе стрим. Простым баном проблема не решалась. Новички не дорожили своими персами, бросали их и регистрировались вновь. Тогда в чью-то светлую голову пришло привязывать наказания не к персонажу, а к игровому профилю-то есть к личным данным. Другими словами если я сейчас зарегистрирую новую куколку, то она появится на свет не в уютной и светлой избе, а в тюремной камере. Бан в «Дороге Славы» существовал, но им наказывали за обман системы, например игру по чужим документам или взлом аккаунтов.

Песочницы сделали скромными, как детский мультик про пони. Заголяться запрещалось по всему городку, включая подвалы и подворотни. При этом мужикам делалась поблажка, им разрешалось ходить топлесс. Как по мне — чистый сексизм. Причем за «мокрые майки» наказывали отдельным пунктом. Видимо этот вид эротик — шоу тоже был популярен на заре «Дороги славы». Те, кто хотел уединения и частной жизни, могли снять комнату в трактире (дорого), или даже целый дом (очень дорого). Премиумы получали комнату бесплатно. Владельцы решили, что те, кто уже на старте вложил в игру несколько сотен баксов, найдут себе занятия поинтереснее, чем вертеть голой жопой в личных апартаментах. А даже если и решат, то это их дело. За все заплачено. При желании разрешалось даже трахаться, хотя и тутна жителей нубятников накладывали некоторые ограничения, узнав о которых я злорадно похихикала. То-то Макса так приперло, я даже посочувствовала бедняжке. За околицей было можно все, но тамнудистов и сладкие парочки легко уделывали кролики, или кто-то позубастее.

В больших городах взрослого мира тоже все было непросто. В одних кварталах обитали те, кто падал в обморок при виде голых сисек. В другие стража не совалась. Там разрешалось много чего, включая ПвП, то есть игрокам давали полное право грабить, трахать или резать друг дружку. Но порядок в этих местах поддерживали своими силами, и вроде никто не жаловался.

Большинство проступков карали игровыми способами. Наказание зависело не только от тяжести совершенного, но и от репутации в конкретном населенном пункте. Хорошим мальчикам и девочкам на первый раз могли просто пальчиком погрозить, рецидивистам — влетало по полной. Меня это здорово напрягло. С жителями Ольховца мои отношения не задались. Уже чуя пятой точкой приключения, я поспешила онлайн.

Камера была сырой, тесной и, к счастью, одиночной. А может быть, я была единственной преступницей в славном маленьком городке. На каменном полу была разбросана полусгнившая солома. Я сразу подумала о крысах, которые могут в ней прятаться, залезла с ногами на койку, да так и просидела, пока за мной не пришли стражники. Время потратила на то, что, скашивала и закатывала глаза, пока передо мной не появилось сообщение:

Репутация с городом Ольховец — НЕДОВЕРИЕ (-20). Ничего хорошего мне это не сулило.

Эта парочка стражников не была похожа на вчерашних. Одинаковые и какие-то безликие, я даже имена не успела прочитать. Два поворота, один коридор, и меня втолкнули в кабинет. Опухшая личность с ранней проплешиной, пред светлы очи которой меня доставили, была обозначена как «заместитель начальника стражи Крулл» 213‑го уровня. Не глядя на меня, он копался в бумагах, зачитывая отрывки вслух:

— Публичное обнажение… обман стражников при исполнении… — он поднял голову, и уставился на меня рыбьими глазами.

— Я ведь не нарочно, меня толкнули!

Замнач стажи сделал ленивый жест, словно отмахивался от надоедливой мухи:

— Двадцать часов исправительных работ. Уведите ее.

Стражники зря времени не теряли. Один приладил к ногам тяжеленные кандалы с круглой гирей на цепи. Второй впихнул мне в руки метлу. Перед глазами тут же появился счетчик. Двойка и пять нулей. Двадцать часов игрового времени. Сколько это — два дня? три? Если бы я с утра не заглянула в ТОС, сейчас бы уже удаляла персонажа. Но теперь я знала, что это не спасет. Зато я потеряю любовно нарисованную куколку, премиум — аккаунт с бабками, Сережу, который уже готов был взять меня в группу. Часики тикали. Мне что, идти на встречу с метлой?

— Сначала будешь мести внутренний дворик, — бубнил один из стражников, — внутри ходи свободно, за ворота гиря не пустит. Метешь — время идет, не метешь — стоит. Нам тут бездельники не нужны, хе-хе.

— Может, договоримся? — фраза вылетела сама собой.

— Да что с тебя взять? Обычная нубка, так ведь вас называют? — холодный взгляд ощупал меня с ног до головы. Меня измерили, взвесили и признали слишком дешевой.

— А ты гляди получше, такая ли я обычная! — нагло ответила я. — Нюх не потерял, начальник?

Мой расчет был прост. Все эти неписи не просто изображают живых людей. Они нарочно ведут себя как люди. Они сами, или программисты, которые их создали, или даже сама игра, ХОТЯТ, чтобы мы общались с ними, как с людьми. Игроки их не замечают, считают массовкой, фоном, тупыми болванчиками, которые дают квесты и отсыпают опыт. А неписи словно ждут, когда мы сойдем с проторенной дорожки. Агрессивная баба Нюра, разговорчивый огр — трактирщик, теперь еще этот перец, щеголяющий знанием слова «нубка». Хотят человеческой реакции — пусть получают.

— Замначальника, — сварливо поправил Крулл. Он снова обшарил меня взглядом, но уже гораздо более заинтересованным.

— С Вашей то хваткой и проницательностью, точно скоро начальником будете, — подлила я меду.

— А ну-ка быстро за дверь, — Крулл махнул рукой, и стражников словно ветром сдуло.

Мы сошлись на трехстах золотых. Чертова непись пыталась стрясти с меня все до копейки. Я уверена, что он видел каждый золотой у меня в кошельке. Но я умела торговаться. В конце концов, что такого — помахать метлой? Свежий воздух, физический труд, и эта метелка мне даже очень идет. Да я просто супер — секси, с этой метелкой! Для убедительности я подмела весь его кабинет, позируя, как на приватной фотосессии. К моей заднице этот слизняк остался равнодушным, а вот к опасности потерять бабки — нет.

— Выметайся отсюда, — сказал заметно подобревший Крулл. — Метелку верни.

— А разве я ее не купила?

— О чем ты, милая? Учитывая твою молодость и… — Крулл явно смаковал ситуацию, — …недалекость разума, я проявил милосердие, и ты отделалась предупреждением. Иди уже, пока я не передумал!

Это что, коррупция?! Наказание не заменили штрафом, нет. Меня только что развели на взятку! И ладно, что при этом назвали дурой. Лучше быть свободной дурой, чем умной зэчкой. Но то, что игровые законы можно обойти, мне только что наглядно пояснили. Интересно, а что еще можно учудить в Ольховце, если «занести» Круллу? Торговать дурью? Или открыть салон интим — услуг? Все чудесатее и чудесатее, как говорила одна юная любительница психоделических трипов[10].

До встречи с Сережей оставались считанные минуты. Я прицепила обратно на поясподарок (в застенках местной «кровавой ГэБни» все оружие оказалось заблокировано в инвентаре), и бегом помчалась на площадь. Даже в зеркальце не глянула и губки не подкрасила. А зря. Никакого зеркальца в игре, конечно, не было. Была возможность осмотреть себя со стороны во всех ракурсах. А как бы еще здешние модники смогли подобрать по цвету туфли к кирасе, а беретку к топору? В общем, функция была, но я спешила, и воспользовалась ею только после того, как услышала от Лиры: «Где ты ее откопал? На каком сеновале?»

Освобождение по УДО наложило свой отпечаток. Проверив игровые данные я обнаружила дебаф: «Предупреждение о непристойном поведении» — Харизма (-5). Внешне это выглядело как шмотки, которые словно прожевала корова, и растрепаная прическа, с торчащими во все стороны соломинками. Хорошо еще в полосатую пижаму не обрядили, или оранжевый комбинезон по американскому образцу. Давить пафосом в таком прикиде было глупо. Поэтому я молчала и хлопала ресничками, предоставив объясняться Сэру Гею. Тем более, что Лира уже показала — кто в этой стае альфа-самочка, и кого предстоит обнюхивать под хвостом. Сережа быстро потерялся в ее тени.

— Лира, мы же говорили про оптимальный состав консты. Нам как раз не хватает…мага.

— Мага? Ты разве говорил про мага?

— Ну да, она пока класс не взяла, но хочет играть магичкой. И онлайн у нее хороший. У тебя же хороший онлайн, Мариэль?

— Ага, хоть круглые сутки, — я закивала головой.

Сережа замер, уставившись на Лиру. Вообще не палится. Зуб даю, он сейчас строчит ей в личке. Вон как у той зрачки забегали — буковки читать. Сейчас особенно стала заметна разница сьюта и очков с перчаткой. У Лиры бровка приподнялась удивленно, и губы скривились в усмешке. Покерфейс держать совсем не умеет, а может считает ниже своего достоинства. А у Сережи на лице открытая и туповатая улыбка, сплошное сгенерированное дружелюбие. С такой мордашкой не быть ему звездой стримов. Хотя он и не пытается, у него другие цели. Какой продуманный парнишка, планирует все с начальных уровней. Я первый раз слышала слово «конста», но прекрасно поняла по смыслу. Сережа сколачивает какую-то местную ОПГ[11]. И мне очень хотелось в ней оказаться.

В группу Лиры-Сережи входило четверо. Кроме парочки лидеров еще блондинчик четвертого уровня в оливковом худи с ником КолоБрод и девочка-троечка ^^HIKKA^^. Я и не думала, что у стандартных мордашек можно сделать такие огромные глазищи. Бровки домиком, крохотный ротик и блекло-синяя карешка довершали картину упоротой анимешницы. Дальше буйство фантазии забуксовало. На тянке был такой же серый балахон, что и на сучке-Энги. Вообще эта унылая тряпка тут похоже была в тренде. Никакого интереса к потенциальной подружке — сестричке анимешница не проявляла. Во время разговора она то ли медитировала, то совсем бросила персонажа чтобы сходить хлопнуть винишка. А вот Колоброд весь извертелся, подмигивая и показывая украдкой большой палец. Не смотря на двух телочек в тусовке, женским вниманием его видно не баловали. К сожалению, решения тут принимал не он. Я снова посмотрела на Лиру. Сережа в чем-то убеждал ее, но она колебалась.

— Ой, какие у тебя черевички! — причмокивая от восторга я принялась разглядывать сапожки Лиры. Они и правда отличались от остальной одежды, добротной, но какой-то стандартной. На низком каблучке из мягкой серой кожи, они обхватывали голени, плотно как чулки, доходя почти до колена.

— Тебе нравится? — улыбнулась Лира

— Еще бы! Первая стильная вещь, которую здесь вижу.

— С Крока выбила, — похвасталась она, — редкие, плюс 20 к скорости.

— С крокодила? — Я натурально открыла рот. — У крокодила фактура другая. Тут чешуйки мельче, скорее похоже на какую-нибудь змею…

Лира не дослушав меня расхохоталась:

— Крок, это босс данжа. С него лутом выпали, когда мы в рейд ходили. Ты что, действительно такая нубка? Первый раз играешь? Не реролилась?

— Неа, — я уставилась на нее преданно, как практикантка на строгого босса. Мол, и кофе готова делать, и в химчистку бегать, и тапочки в зубах приносить.

— Ну ладно, — величественно кивнула Лира, — тогда пошли.

— Куда пошли?

— Умения получать, дурында.

«Дурынду» я проглотила. Проглотила, но запомнила. Когда — нибудь, я запихну это слово в твою хамскую глотку, мерзавка. А пока я поспешила за ней, и за Сережей. Колоброд увивался вокруг меня. Синеволосая плелась в кильватере.

— А ты за магичку играть собираешься? Маги — сила. А я стрелок. Лучник. У меня меткость знаешь как прокачана? Волка с одной стрелы валю. Я даже по гороскопу Стрелец. А ты кто по гороскопу?

— Весы. Но для тебя могу стать Раком.

Эта боянистая шутка привела Колоброда в жуткий восторг. Он тут же попытался меня приобнять, но я ловко увернулась, показав язык. Сережа мрачнел, Лира посмеивалась. Конкурентки во мне она уже не видела. А зря, я видела, как Сир Григор неосознанно ревнует меня к блондинчику. Ну и пусть помучится. Никто не должен ревновать двух женщин сразу, если он только не испанец[12].

— А Ника у нас будет жрицей, — не унимался блондинчик, — она только бога себе пока не выбрала, а умения уже взяла

— Я Хикка, идиот! — беззлобно огрызнулась анимешница.

— Ника, Хикка, какая разница.

Под болтовню Колоброда мы дошли до ворот Гильдии Мастеров. Я прикоснулась к медному кольцу на большой тяжелой двери, и впервые ощутила внутри настоящий восторг. Сейчас я сделаю свой первый серьезный шаг по «Дороге славы». Наконец я перестану быть никем. Я стану Волшебницей.


Глава 12. Немного магии


Гильдия мастеров снаружи казалась меньше, чем внутри. Так в детстве ты подходишь к шатру цирка шапито и не можешь поверить, что там внутри помещаются и клоуны, и львы и акробаты с трапециями. Гильдия тоже оказалась тем еще цирком, хотя начиналось все неплохо. Все здание состояло из одного большого круглого зала.

Я замешкалась у входа, разглядывая высокий стеклянный свод. Его подпирали шесть колонн. Шесть начал мастерства. Шесть путей. Меч, стрела, плащ, лира, книга и звезда. У подножья каждой из колонн располагались прозаические, конторского вида столики, за которыми сидели Мастера. Воин шлифовал тряпочкой меч, который и так пускал солнечные зайчики. Улыбчивый Бард с кучерявой бородкой бренчал на лютне. Из — под капюшона у Вора виднелся лишь длинный нос. Ни дать, ни взять — ярмарка вакансий. Слава богу к ХедХантерам не было очередей. Видимо, как и в данжах, для каждого вошедшего открывалась собственная копия Гильдии, чтобы не нарушать приватности такого интимного процесса, как выбор класса.

Нас впустили всей компанией. У самого входа в Гильдию я получила приглашение:

Игрок SirGrigor предлагает Вам присоединиться к группе да/нет

Быстро ткнула в «да», отметив для себя, что официально группой все же рулит Сережа. Слева появились кружочки с аватарками моих новых братишек и сестренок. Каждую окружало синее и зеленое колечки — вероятно мана и жизнь. Наверно это пригодится в бою, решила я, хотя и не знала, как именно.

— И что, сюда за каждым умением приходить? — шепнула я Колоброду

— Не, только первый раз, потом можно у себя карту умений открывать, и самому в нужное тыкать.

— И что, они из за одного раза тут сидят?

— Они вроде как справочное бюро. Если спросишь, могут про умения рассказать и совет дать. Только беспонтовый. Они в гайдах не шарят, — гоготнул лучник.

Я думала, что символ магии — книга, но Сережа решительно направился к колонне со звездой. Я тормозила, так что Колоброд не упустил возможности подпихнуть меня под мягкое место, и я оказалась прямо перед Магом.

Если Вы видели одного старого мага — вы видели всех. Книги и фильмы просто клонируют эти самые посохи, бороды и шляпы. И вот один из них сейчас нацепил на нос очки разглядывая меня с доброй улыбкой.

— Вы уверены, что созданы для пути магии, юная дева? — изрек он в результате.

— А что со мной не так? — вылупилась я на него.

— Ну обычно, мои ученицы выглядят иначе, — старый козел опустил глаза на мои нахально торчащие сиськи.

— Кого ты ожидал увидеть? Гермиону Грэйнджер? — я уже начала беситься.

Сзади раздались смешки. Громче всех хихикала Лира. «Не кипишуй, он смотрит на твои статы, и хочет дать совет. У тебя там что, совсем днище?» — услышала я Сережин шёпот.

Мог бы и заранее статы поглядеть, раз такой умный, подумала я. Хотя после Макса, я бы и не показала, наверное.

— Я бы порекомендовал Вам другую стезю, — продолжал вещать непись.

— И какую же? — мнение я не изменю, но все же стало любопытно.

— ЭКЗОТИЧЕСКАЯ ТАНЦОВЩИЦА! — торжественно провозгласил Маг.

Смешки сзади переросли в ржание. «О — о — о да! — причмокивал губами Колоброд, — у нас в группе будет своя танцорка».

— Он меня сейчас чё, шлюхой назвал? — я не выдержала и обернулась, — реально есть такой класс?

— И очень неплохой класс поддержки, — смеясь кивнул Сережа. — Это такой женский вариант барда, с упором на ловкость и харизму. У тебя там наверно самые лучшие статы. Отличный баффер — если раскачать. Но его редко раскачивают, потому что берут не за этим. Это как с коноплей[13].

— у танцорок самый офуительный классовый шмот, — перебил Колоброд. — На них даже в нубятнике фапать можно. А страже фиолетово — все по лору[14]. И навыки все на ловку. Они в такие позы встать могут — хоть штопором закрутиться. Решайся Мариша, видишь дядька умный, в очках, плохого не посоветует.


Неожиданно мне на помощь пришла Лира:

— Нахер нам танцорка в группе, кобелины? У нас уже есть бафферша. А теперь нужна магичка. Что ты слушаешь этого маразматика? (Это уже мне) Бери навык и пошли качаться.

— Я настаиваю, дайте мне навык мага, — я вспомнила Бабу Нюру и плешивого Крулла и добавила. — Пожалуйста!

Маг покачал головой, потом взмахнул ладонью и у меня перед глазами раскрылась карта. Нет КАРТА! Она напоминала карту звездного неба. Точки навыков соединялись в созвездия линиями развития. Не раскрыв один невозможно было добраться до другого. В центре по кругу стояли начальные навыки шести путей. Дальше варианты ветвились, переплетались и расползались настолько, что рассмотреть карту целиком я не смогла. У Воинов было что-то на усиление удара и защиты, у Стрелка на точность и скорость… Я поняла, что здесь можно залипать часами, и перевела взгляд на первую ступень магии.

Навыков было семь. Едва я приглядывалась к каждому, как Маг начинал читать его описание звучным, хорошо поставленным голосом.

КОРНИ (магия земли) — удерживает противника на месте на 1–2 х ЕР — секунды.

Откат 3 минуты.

«Одну или две, помноженные на количество баллов интеллекта, — услышала я голос Сережи. — Если у тебя в интеллекте 5 баллов, значит ты можешь застанить кого — нибудь на 5–10 секунд, если повезет конечно и у него не окажется защиты от твоей магии».

Не смотря на редкие непонятные словечки, Сир Григор объяснял все очень просто и толково. Я снова похвалила себя за удачный выбор помощника. Навык мне понравился. Если бы чертов заяц сидел и не рыпался, я бы за 10 секунд… что? Ткнула пару раз ножиком? Убежала бы с криками: «Помогите, убивают»? Хороший навык, но не для моего уровня.

ГОЛОЛЕД (магия воды) — создает под противником скользкую поверхность, сбивая концентрацию и лишая возможности использовать любые навыки на 2–4 х ЕР — секунды.

Откат 5 минут.

Фигня, дальше.

МАЛОЕ ИСЦЕЛЕНИЕ (магия жизни) — восстанавливает союзнику — 5–8 х EР пунктов жизни. Нельзя применить на себя.

Откат 5 секунд.

Клевый навык, и откат маленький. Жалко, что нельзя применять на себя.

ПОДНЯТИЕ СКЕЛЕТА (магия смерти) — создает одного скелета с 10–15 x EР количеством жизни, который будет сражаться на вашей стороне в течении 10 минут, или до уничтожения.

Откат 5 минут.

Вообще это круто. Ты сидишь на попе, а скелеты за тебя делают всю грязную работу. Но я с детства не любила кладбища, мертвецов, готов и прочую гадость. Черная магия не для меня.

ВИХРЬ (магия воздуха) — создает вокруг героя сферу, непроницаемую для метательного оружия. на 2–5 х Ер секунд.

Откат 2 минуты.

Тоже неплохая штука — защитить свое нежное тельце от всяких там лучников, и прочих колобродов. Я уже выяснила, что нам — магам, доспехи не полагаются. Нацепить на себя конечно можно все, что угодно. Но вот колдовать в таком виде не получится. Так что у магов имелись свои средства самообороны. Но сейчас мне это ни к чему. Сражения тут запрещены, на арену я не собираюсь. Так что это — на будущее.

ДВОЙНИК (магия разума) — создает копию героя которая управляется ИИ на 5–10 х ЕР секунд. Копия способна наносить 10 % от урона героя.

Откат 1 минута.

Кручу, верчу, запутать хочу. Может когда-то и пригодится, но пока не представляю, как это использовать.

ШАР ОГНЯ (магия огня) — наносит противнику урон 4–6 х ЕР огнем. Одиночное действие. Может быть ослаблено или блокировано защитой от магии огня.

Откат 5 секунд.

Вряд ли у зайцев будет защита от магии огня. Так что теперь я поджарю их длинные уши и все остальное. С таким крохотным откатом смогу шпарить в них, как из огнемета. Конечно, это не молния, о которой я мечтала, но тоже неплохо.

Я уже собиралась ткнуть в «шар огня», но тут ожила личка:

SirGrigor (3): — Исцеление бери

Мариэль (1): зачем? я хочу файерболы

SirGrigor (3): бери лечилку

SirGrigor (3): потом объясню

Мариэль (1): объясни сейчас

SirGrigor (3): ты с ними в группе ничего не надамажишь… у нас и так два дамагера… потом возмешь… счас лечилка

Мариэль (1): БЛИН! НИЧЕ НЕ ПОНЯЛА!

SirGrigor (3): не капси… бери лечилку

Мариэль (1): ИСЦЕЛЕНИЕ?

SirGrigor (3): исцеление

С большим усилием я перевела взгляд с шара огня на малое исцеление. Мысленное нажатие — картинка выплюнула облачко искр, а у меня перед глазами появилась иконка с крестиком, но почему-то не красным, а зеленым[15]. Я потренировалась в мысленном управлении и разместила наконец в правом верхнем углу. С каждым разом командовать интерфейсом игры мне было все легче. Символы и надписи не мешали, а наоборот появлялись словно по желанию. Скоро это будет так же просто, как вести машину болтая по мобильнику и подкрашивая реснички.

— Не тормози! — меня схватили за руку, и потащили за собой. — Пока ты тупишь, враг качается!

— Так почему исцеление? — я догнала Сира Григора, и пристроилась рядом с ним. Лира скосила на меня глаза, но промолчала. Так мы и шли, я слева, а она справа.

— В группе у каждого своя роль, — у Сережи даже голос поменялся, походу тема эта ему нравилась, и речь свою он уже выучил. — Я, например, «танк».

— О — о — о, и где твое дуло?

— Блин, кому что, нет у меня дула! — лидер чуть покраснел, но в подробности вдаваться не стал. — Я танк, потому что я самый толстый.

Лира пыталась хмуриться, но на этом моменте прыснула тоже.

— И хватит ржать, «толстый», это значит у меня прочная броня и много выносливости. Я могу держать агро… — Сережа посмотрел в мои большие, красивые глаза и понял, что говорить надо проще. Намного проще. — Врагам меня труднее всего убить. Поэтому я делаю так, чтоб мобы нападали на меня. Для этого у меня есть специальные навыки. А пока они тычутся в мой щит, Лира их шинкует в корейскую морковку. Она ДД, дамагер, ее дело наносить урон. Колоброд тоже ДД, но дистанционный. Поняла теперь, что твои файерболы будут не в кассу? Урон с них пока никакой. А вот лечить меня в бою — дело нужное. Я хоть и толстый, но не бессмертный.

— Если играешь в группе, ты должна быть полезна группе, — поучительно добавила Лира.

И ведь есть то мокрощелка, а пафоса как у богини. Я стискивала зубы, чтобы не сказать этой сучке, где ее место. Григор хотя бы объясняет, а этой все по жизни должны. Чтобы не психануть, я перевела тему:

— А Хикка что делает?

— Сейчас увидишь. Мы уже пришли.

Я и не заметила, как мы прошли весь городок и оказались у того самого поля, где я вчера так позорно померла. Все встали вокруг синеволосой анимешницы, она взмахнула ладошками, и наши тела окутало сияние, которое почти сразу пропало.

На Вас наложено малое благословение. Все характеристики повышены на четыре балла.

Ого, совсем неплохо! Я думала, что сейчас буду позориться со своей двойкой на мудрости. А оказалось, теперь у меня она — целых шесть. Шкала маны удлинилась до 120 пунктов. Хикка теперь — моя лучшая подружка, раз умеет делать такие штуки! И интеллект стал пятеркой. Это значит, я теперь смогу вылечить от 25 до 40 пунктов жизни. Еще бы знать, от чего зависит этот разброс. И как вообще лечить.

— Сережа — а — а, а что мне делать?

— Так слушай внимательно, и запоминай. В бою будет не до тебя. Жми на свою иконку и выбирай жест или слово.

ВЫБЕРИТЕ ЖЕСТ ИЛИ СЛОВО ДЛЯ АКТИВАЦИИ НАВЫКА, тут же появилось передо мной.

Я подняла руку перед собой и щелкнула пальцами. На всякий случай повторила еще раз.

ЖЕСТ ВЫБРАН

ВЫБЕРИТЕ ЖЕСТ ДЛЯ ОБОЗНАЧЕНИЯ ЦЕЛИ

Я послушно сложила два пальца, так дети изображают пустой рукой пистолет, и прицелилась в Сира Григора.

ЖЕСТ ВЫБРАН

Иконка с крестиком с легким звуком «пуф — ф — ф» исчезла из поля зрения. Я запаниковала. Не успела начать играть, а уже сломала что-то. Потом вспомнила про жест и щелкнула пальцами. Полоска маны опустела на 20 пунктов, больше ничего не изменилось.

— Стой, стой! Сначала цель выбери, а потом лечение кастуй! — Сережа огляделся. — Хотя мы пока здоровые все. Лучше просто стой, и ничего не делай.

— Ну и ладно, — я надула губы.

— Следи по группе, когда у меня жизнь упадет до половины — лечи меня.

Я хотела переспросить его, где та группа, и как там смотреть, но Григор уже развернулся спиной и двинулся в поля. Справа от него встала Лира. Колоброд и Хикка держались сзади. Паладин выбрал место посимпатичнее, зашел в траву и стукнул рукояткой меча по щиту. «Бом — м — м-м!» — раздался громкий звон, и из травы повалили зайцы. Первого Григор принял на щит, второго отпихнул ногой, третьего рубанул мечом в прыжке, а четвертый уже вцепился зубами и повис у него на колене. Я приготовилась драпать, но тут в дело вступила Лира. Она закрутила свои клинки так, что те превратились в сплошные полосы стали. Как лопасти вертолета они перемалывали зайцев, так что только пух летел. Когда она остановилась, я поняла, что это был специальный навык. Два зайца так и остались лежать, третьего она добила несколькими точными, но уже не такими быстрыми ударами.

Григор сделал несколько шагов вперед стряхивая с себя последнего ушастого агрессора и ударил снова. К зайцу подскочил Колоброд, доставая на ходу хищного вида ножик. Я уже машинально сморщилась, ожидая как наружу полезут кишки, но тушка просто растаяла у лучника в руках.

— Я Охотника качаю. Это профа такая. Мне за мобов больше лута дают, шкурки могу собрать, зубы, даже желчь.

Я хотела спросить, зачем ему заячья желчь, но тут Григор заорал:

— Не спи, ты не на прогулке! Следи за уровнем!

Его иконка в списке группы поминутно вспыхивала красным, а полосочка, точнее ободок жизни уменьшался. Вот он стал уже не зеленым, а желтым. Я направила на Григора пальцы и над ним вдруг повисла перевернутая капелька, как метка на навигаторе. Щелчок пальцами — и жизнь прыгнула вверх. Правда не так сильно, как я надеялась. Пришлось щелкнуть еще два раза, чтобы заполнить шкалу целиком.

Фууух! Мое первое лечение прошло успешно. Я поспешила за паладином, который пер как трактор, с прицепленной молотилкой в виде Лиры. Воспоминания из босоногого детства, если что. Колоброд потрошил отлетающую живность, а Хикка… Я завертела головой, и увидела, что наш жрец, что-то напевая себе под нос косит «Кривку ржавую», и прочие гербарии. Все при деле.

Полоска опыта постепенно заполнялась, хотя я и пальцем не тронула ни одного зайца. Незатыкающийся Колоброд пояснил, что опыт в группе делится на всех. Долю устанавливает лидер. Через полчаса мы остановились, чтобы обновить благословение. А потом случился конфуз. У меня кончилась мана.

— Лечи Маша! — заорал Григор. В бою он все время орал, хотя мы стояли рядом, и слышно его было прекрасно.

— Я не Маша, а Мариэль!

— Да пофиг, лечи давай!

«У меня мана на нуле», — отстучала я в личке. Сказать это при всех я постеснялась. Григор ответил не сразу, его жизнь пополнилась без моего участия, видимо выпил бутылек с зельем. «А ну ка, скинь мне статы», — написал он чуть погодя.

Дошло наконец. Хорошо, что он не засуетился еще в гильдии, подумала я. А то еще отбраковал бы, как негодную. А теперь поздно уже, выгонять своего куда сложнее, чем отказывать чужому. Я сбросила ему свои характеристики. На этот раз пауза была намного дольше. «Поговорим вечером», — написал он мне.

Я почти сразу про это забыла. Григор не стал раздувать тему, и лечился бутылочками, пока у меня не восстановилась мана. К обеду я взяла второй уровень.

— Все в мудрость кидай, — сказал Григор, посмотрев на меня с намеком. — И исцеление поднимай до двойки.

С баллами я так и поступила. Мудрость поднялась до семерки, а запас маны до 140. С благословением, получалось вообще отлично. А вот навык пока закрысила.

Не то, чтобы я не доверяла Сереже. Но «Малое исцеление» открыло доступ к другим навыкам, которые я даже не успела рассмотреть. «Вот прочитаю все, разберусь, а потом и увеличу это самое исцеление», — решила я. Тем более что группа все равно разбегалась. Колоброд и Хикка спешили в реал, Лира с Григором собирались пристроить лут, и прикупить что-то «для группы». Судя по довольному виду Лиры это «для группы» причиталось лично ей. А я снова осталась одна, и тоже решила устроить себе небольшой шопинг и узнать, богатая я или нет.



Глава 13. О красоте и пользе


Я была богата. И ключевое слово здесь «БЫЛА». Чтоб бы сдох, наглый вымогатель Крулл, а вместе с ним и идиот Макс. Пятьсот золотых в нубятнике были огромными деньгами. Цены в магазине редко доходили до сотни.

Хотя эту замызганую лавку и магазином назвать язык не поворачивался. Игроки толкались, чтобы пробиться к прилавку и швырнуть на него свежесодранные шкуры, мерзкого вида кости, а то и связки крысиных хвостов. Как пузатый торгаш ориентируется в этом бедламе я не могла понять, пока не докричалась до него сама:

— Эй, мужчина! Тут клиент! Ау!

— Торг, — буркнул мне пузан и передо мной открылось окошко, совсем как в интернет магазине.

Справа пустые ячейки туда я видимо могла поместить свои вещи для продажи, слева убогий ассортимент местного сельпо. С десяток тряпок, пяток сумок, странные фенечки, которые здесь называли гордым словом «бижутерия». Я обнаружила брючки и куртку Лиры за девяносто золотых, и балахон Хикки, всего за десять. Я заприметила пару плащей, явно магического вида. Один синий, второй красный за 50 и 100 золотых. Второй мне приглянулся больше, но я решила не спешить и посоветоваться с Сережей. Все — таки половина моего «золотого запаса». К тому же я не спешила светить свое богатство. Привычка, которая появилась еще в детском садике. Зачем показывать конфеты, которые мама дала с собой, если можно сначала съесть чужие. Поэтому я смотрелась, приценялась и ничего не тратила.

Оружие продавали прямо в кузнице. Оттуда я выскочила, зажав уши. Грохот стоял неимоверный. Ну и нафиг мне эти железки! Вот подкачаюсь еще немного, и буду жечь врага файерболами и поджаривать молниями! Я даже собралась продать свой ножик, который получила при рождении, но за него давали только десятку меди, и я пожадничала.

У входа на центральную площадь кучковался блошиный рынок. Народу было немного, зато шума от них — на весь город. Торговый чат, если его не глушить добивал до самых окраин Ольховца.

— Бижа на приста, на барда, на хила!

— Точу ножи и кинжалы за экспу, камни ваши!

— Шмот на лукаря пятого уровня, почти не битый!

На рынке в Марокко и то было понятнее. Там хоть товар видно, а тут даже вещи незнакомые. Красным и синим бутылочками я обрадовалась, как родным.

— Почем эликсиры?

— По пять серебрушек. Я сам варю. Алхимию качаю.

«В магазине в четыре раза дороже», — подумала я. По золотому за бутылку. Денежную систему я уже немного изучила. Монетки здесь были трех видов, золотые, серебряные и медные. Один золотой меняли на 20 серебра, а серебрушку на 20 медяков.

Худой и лысый продавец, с небольшой забавной бородкой по имени ДуриВар истолковал заминку по — своему.

— Если принесешь траву, из твоей сварю, на обмен. Мне главное экспа.

— Не, я не люблю ботанику. Только про пестики и тычинки помню!

Алхимик затупил, ботан, он и есть ботан. А я и сама хороша, строю из себя цацу, а сама одета как бомжиха. С этим срочно надо что-то делать. Не может быть, что тут нет приличных шмоток! Наверно тут телочки отыгрывают воровок и лазутчиц, потому что них есть хоть что-то симпатичного из одежки. Я бросила ДуриВару приглашение в друзья, и его имя тут же появилось в списке моих контактов. Прямо рядом с паршивцем Максом, который сегодня в игре так и не появился. Думаете, я его удалила? Как бы не так. Наоборот, я очень хотела пообщаться с этим гадёнышом, а лучший для этого способ — не спугнуть раньше времени. От алхимика я свалила по — английски, если понадобится, теперь я его найду, а пока нам говорить не о чем.

Я разглядывала дома, обступавшие площадь и вдруг чуть не взвизгнула от радости. В одной из витрин я увидела манекен. Портновский черный манекен, обтянутый велюром[16], а на нем что-то похожее на корсет.

Со всех ног я кинулась туда.

Колокольчик над дверью звякнул, и я оказалась в ателье. Помещение это знало и лучшие годы, тусклое освещение, разбросанные рулоны ткани на закроечном столе, пестрой змеей поверх этого спутанный портняжный метр.

— Вы ошиблись дверью, мадам. Острые железки продаются ниже по улице.

Я едва разглядела того, кто говорит. Острые модные усики уныло обвисли, под глазами мешки, во взгляде затяжная грусть. Портной, а это мог только он, налил себе в крохотную рюмочку тягучего ликера и отпил глоток.

— А даму Вы не угостите? И кстати, я мадмуазель. Мадмуазель Мари.

— Мадмуазель! Мэтр Седжвик к Вашим услугам! — смешной долговязый усач вскочил с места, чуть не перевернув бутылку, и принялся искать вторую емкость, — Ви правда ко мне? Ви не мираж?

Не смотря на британскую фамилию и усы испанского гранда, забавный персонаж пытался говорить с французским акцентом. Игровые дизайнеры сотворили его явно в порыве креативного угара.

— Вас не жалуют вниманием мсье? Как такой возвышенный человек мог оказаться в подобной дыре?

— Ах, я и забыл, когда в последний раз слышал колокольчик на этой двери. Я был так молод, когда открыл здесь свой салон. Я приехал из большого города, там народ культурный, изысканный. Мне казалось, что все, кто приходит в этот мир, будут стремиться к красоте. А они бесстыдно бегают, как оборванцы.

Он отыскал наконец вторую рюмочку под ворохом мятых выкроек, дунул в нее, посмотрел на свет, и счел достаточно чистой для использования. Я не стала привередничать, вряд ли здесь окажутся микробы. На вкус ликер был приторным, но приятным. Я поняла, что мэтр соскучился по свободным ушам, и готов изложить мне всю свою лайфстори, поэтому взяла быка за рога.

— Вы дождались своего часа, мэтр. Мне нужно сшить приличный наряд. А местами и не очень приличный, — я скромно опустила ресницы, приведя портного в восторг.

— О, зовите меня просто Антонио, мадмуазель Мари. Но я не могу ничего сшить. Я только перешиваю готовое. Но зато так, что оригинал поменяется до неузнаваемости.

Я слушала мэтра, прихлёбывала ликер, и офигевала от того, как изящно «Дорогу славы» из задротской РПГ превратили в лакшери — шоу. Здесь существовало огромное количество одежек для разных классов, с разными характеристиками и достоинствами. И чтобы подогнать уникальную, но совершенно не подходящую по стилю шмотку, существовали портные. Они изменяли внешний вид одежды, оставляя ее свойства. Конечно существовали ограничения, панцирь или кирасу нельзя было превратить в шелковую рубашку. Но изменить, ее цвет, форму, стиль, изменить цвет или нанести чеканный рисунок — можно. Чем ценнее была вещь, тем дороже обходилась ее модификация. Порой за «перешивку» драли две-три цены оригинала. Красота требует жертв.

Я листала каталог, который мне подсунул Антонио. «Изольда-затонная» — в зеленой узкой юбке-амазонке и изумрудном жакете-болеро, «Ника-костоломка» — отвязная боевая магичка в дутом бомбере стиля чавс[17]. высоких ботах и плессированой мини в агрессивную клетку от Барбери. Я облизывалась на «Эльвиру — мертвительницу» с черным корсетом в оторочке сиреневых кружев и шикарными чулочками в мелкую сетку с сиреневой же подвязкой. Но потом представила себя в таком будуарном виде среди хищных зайцев и расхохоталась. Нет, это наряд для особых случаев.

Я остановилась на «Аглае-огневке» — задорном образе в стиле Прованс. Шелковая розовая блузка держалась на двух пуговках, которые можно было и не застегивать, а ниже груди завязывалась в узел-бант, оставляя открытым животик. Пышная юбочка с оборками цвета бордо, очень короткая впереди и чуть длиннее сзади, и летние ботильоны в тон, с прорезным цветочным узором. Во все это под волшебными руками Антонио превратились мои нубские обноски. К наряду полагалась косынка, и я сбегала на площадь, ухватив первую попавшуюся панаму за два золотых.

— А могу я завязать косынку иначе? Сложить уже, как ленту, и подхватить волосы?

— Конечно, моя птичка, — мэтр Антонио обходил меня по кругу, восторженно размахивая руками и причмокивая, — ты хочешь сама научиться творить прекрасное?

— Еще бы! А Вы можете мне помочь?

— Проще простого, тебе просто нужно самой разрезать эту косынку и обметать край.

Индикатор моего кошелечка мигнул, и я обнаружила там «ученические ножницы», «ученическую иглу» и «наперсток простой». Все это я не держала в руках уже не буду говорить, сколько лет. Но здесь все оказалось проще, чем в реале. Ножницы резали идеально по прямой, стежки ложились ровно, а когда я зубками перекусила нитку на финальном узелке, увидела сообщение:

Вы получаете профессию ПОРТНОЙ!

Портной 1/10 Ученик. Вам доступна модификация вещей и обуви начальных уровней. Собирайте выкройки, повышайте, и вам откроются вершины мастерства!

До следующего уровня — 100 опыта

Опыт 0/100

Не успела я дочитать, как Антонио развернул передо мной альбом с выкройками:

«Скверная куртка», «Скверные брюки»… листала я. За «скверные» мэтр хотел 20 золотых. За «неплохие» — уже 50. «Да уж, профессию развивать — удовольствие не из дешевых», — сообразила я.

SirGrigor(4): Где ты? Есть разговор.

Ага, значит Лира гуляет в офлайне.

Мариэль(2): Немного занята.

На самом деле, я была свободна — как ветер. Но бежать по щелчку пальцев к мужчине, дурной тон. Слишком много о себе возомнит. Так ничего и не купив, и попрощавшись с погрустневшим мэтром, я вернулась на площадь. Надо было убить минут пятнадцать, и я потратила их на эксперименты. Купила за два золотых маленькую сумочку с пайетками и решила ее перешить. Сумка была «неплохой», но содержала всего два «квадратика» емкости, потому и стоила дешево. Я устроилась на бортике злополучного фонтана и вытащила ножницы. Юбка при этом задралась критически высоко, на мои ножки пялились, и это было приятно и привычно.

— Глянь, чё за сет такой?

— Танцорка что ли?

— Да не… вроде магичка…

— Я б такую отмагичил

— Так она тебе и даст!

— Да ты на пузо ее глянь! Выставила! Сразу видно, что не против!

Мужской треп, бессмысленный как щебет воробьев грел сердце. А вот ремесло — нет. Ножницы сразу пошли вбок, распарывая не шов, а ткань рядом. Игла не прокалывала тонкий ситец, норовя воткнуться в пальцы.

Вы нанесли себе урон 2. Ваша жизнь 88/90

— Ай!

Блин! Заколю себя до смерти швейной иглой. Не так больно, как обидно! Я уже поняла, что без рецептов ничего не получится. Мой первый урок кройки и шитья был очередной разводкой, чтобы подсадить на бабки. Тратить полтинник на ремонт беспонтовой сумки я не собиралась. Огляделась в поисках урны и не нашла ничего подобного. Выбрасывать лоскутки под названием «сумка рваная неплохая» на землю я не рискнула. Может это паранойя, но второго свидания с Круллом мой кошелек не переживет. Спрятав иглу я походкой «от бедра» подошла к самому шумному поклоннику, тому самому, что восхищался моим пузиком.

— Обмен

— Обмен, — оторопев ответил Жмых, полуорк пятерка.

Я переложила ему в инвентарь рваную сумочку. Пусть хранит ее, как залог любви, или дрочит на нее одинокими вечерами, — мне плевать. Избавившись от мусора, я удалилась с площади не оглядываясь.

Мариэль(2): Ты где?

SirGrigor(4): Иди к полю, где мы были днем. У околицы сверни направо. Скоро меня увидишь.

А Сережа — романтик. Я думала, мы встретимся в трактире, но он подыскал место получше. Деревню от поля тут отделял невысокий забор. Ну как забор — две поперечные жердины на покосившихся столбах. Рядом паслись две лошади, гнедая и пегая. а впереди открывался впечатляющий пейзаж. Еще было светло, но солнечный свет уже приобрел теплый рыжеватый оттенок раннего вечера. Он золотил вершинки колосьев, среди которых мелькали яркие соцветия маков. То ли идти сюда было далеко и неудобно, то ли мобы водились «невкусные», но игроки в эту часть деревни почти не забредали. Ниже в долине серебрилась река, и оттуда вверх уже полз молочными потеками туман. Он заливал подножия то ли высоких холмов, то ли низких гор. Где-то там, в штольнях качают рудокопов и сидит один из местных боссов — кобольд Грым.

Я стояла сзади, наблюдая за Сережей. Во время ожидания мужчины такие смешные. Одни психуют, дергаются, смотрят на часы и трезвонят, другие спокойные как скалы, третьи опаздывают сами. Сколько раз я вот так приходила на свидания вовремя, и разглядывала избранников со стороны. К особенным истеричкам так и не подходила, что за мужик, если не умеет держать удар. Самое смешное — увидеть, что парня нет на месте, позвонить и извиниться за опоздание. Тех пиздаболов, которые уверяли, что ждут уже полчаса я удаляла сразу, без шанса на возвращение.

Сережа был безмятежен. Он достал из кармана яблоко и сочно им захрустел. Пегая кобыла заинтересовалась, подошла и ткнулась ему мордой в плечо. Пристают девки, стоит одного оставить! Мой герой положил остатки яблока на ладонь, и скормил их нахалке. То есть пока, конечно, не мой, но…

— На них что, можно ездить?

— Ни разу не видел, чтобы в нубятнике на ком-то ездили, думаю, они здесь для красоты.

Сережа обернулся на мой голос и его невозмутимость как ветром сдуло.

— Ты офигела?!

— Нравится?!

Я покрутилась перед ним, принимая позы то провокационные, то дурашливые. Сиськи задорно подпрыгивали, одна из пуговок расстегнулась, юбка задиралась едва не приоткрывая булочки.

— Что это за сет? Откуда ты его взяла?

— Это не сет, это лук!

Я рассказала Сереже про свою встречу с мэтром Антонио, и про его классное ателье.

— О Боже! — схватился за голову Сережа. И ты нацепила это все на свои дефолтные вещи?

— Ну да, на них дешевле было.

К чести Сережи, он не назвал меня дурой. И никак иначе не назвал. Медленно и нудно он объяснил, что каждая шмотка тут может повышать статы. Убогий балахон, который носила Хикка и многие другие, добавлял +4 к мудрости и ускорял на 20 % регенерацию маны. Комплект из нескольких вещей назывался сетом. Собранный целиком он давал дополнительное усиление. Сет из черной кожи с отвратительным названием «ухорезка», который собирала Лира давал дополнительно +10 к ловкости и 10 % критического удара. Каждая отдельная шмотка в нем также повышала ловкость, крит и уворот. А мои вещи — они просто были… красивыми.

— Я вообще вот о чем хочу с тобой поговорить. Ты вообще, как статы умудрилась так запороть?

— Что я запорола?

— У тебя в интеллекте единица, и в мудрости двойка на старте. Те, кто хочет мага качать, вливают в них все, оставляют на ловкости и силе по единичке. В выносливость тоже добавляют, чтобы лут таскать, и все. Да у тебя на первом уровне могли бы быть по десятке в интеллекте и мудрости. Тебе с твоими статами в разбойницы идти или в танцорки. Или даже в воины можно. Но только не в маги.

— Так я и хотела в танцорки. А потом как услышала, что в них одни шлюхи идут, вот и передумала.

Врала я вдохновенно, но это меня не спасло.

— Я предлагаю тебе пойти на рерол. Создай себе нового персонажа, сделай правильные статы и играй. Придется конечно попрыгать, пока Ольховец найдешь. Я пять персов удалил, прежде чем в правильных яслях загрузился. Убьешь часа два — три, зато сможешь нормально развиваться. А я тебя в группу снова возьму.

— Я не могу. Не могу и не хочу. Я столько сил в этот образ вложила. Это теперь — часть меня!

Я не хотела говорить Григору про премиум. Паладин мне нравился все больше, но я все равно не была в нем уверена. Стоит стать «богатой невестой», и все увиваются не за тобой, а за твоими деньгами. А деньги были приличными, в этом я уже убедилась.

— У тебя что, премиум?

— Неее — е — ет, ты что!? — откуда у меня такие деньжищи?

Сережа сощурился недоверчиво.

— Какой же смысл держаться за эту куклу? Ну красивая. Так ты еще красивее себе сделать можешь.

— Правда красивая? Нравлюсь тебе? Вот сюда я хочу пирсинг вставить, правда классно будет? — я ткнула ноготком, заставляя посмотреть на мой пупочек.

— Красивая, красивая, — засмеялся Сережа, — я вижу, как ты с темы соскакиваешь. Это твое дело, но знай. Конста — это не просто группа. Это почти семья, и друг от друга у нас не должно быть секретов. Особенно от лидера.

— А я тебе все — все рассказываю. Я вот сегодня профессию получила. «Портной». Теперь шить могу.

— Блин, Маришка. Строишь из себя послушную, а сама везде лезешь не спросив. Ну зачем тебе эта бестолковая профа?

Оказалось, что у игрока может быть всего две профессии. Отказаться можно в любой момент, но тогда весь набранный прогресс сгорал, и начинать приходилось с нуля. В нубятнике старались брать добывающую профу. Самыми популярными были травники, шкуродеры и рудокопы. Мало того, что на сырье поднимали приличные для яслей бабки. Достижения в профессиях давали дополнительные умения. У травников росла наблюдательность, у шкуродеров — знание анатомии, у рудокопов — атлетизм. А это уже влияло и на точность выстрелов, и на шанс критических ударов. Производящие профессии: кузнеца, кожевенника или портного тоже можно взять в яслях. Но для их раскачки требовались чертежи, рецепты и выкройки. Стоили они дорого, а продукция продавалась за копейки. Я вспомнила лысого ДуреВара. Вот почему он барыжил по себестоимости.

— Сережа, ну видишь, какая я глупенькая. Меня никуда нельзя отпускать одну.

Я взяла его за руку обеими ладошками и посмотрела прямо в глаза. «Вот такая девушка нужна паладину, хрупкая, наивная, которой нужна защита и опора», — говорил мой взгляд.

— Так вот вы где! — Лира возникла словно призрак, из ниоткуда.

— Фу ты, напугала, — Сережа поспешно выдернул руку, и чмокнул подругу в щеку, — ты что, инвиз взяла?

— Нафига он мне, вы бы и огра не услышали. О чем шушукались?

— Григор отчитывал меня за неправильные шмотки, — взяла я удар на себя, и заслужила благодарный взгляд Сережи.

— Правильно делал, вырядилась как шалашовка. Пошли качаться, солнце еще не село. Нас на зайцев и троих хватит.

— Надо же подождать Сашку и Хикку, нам надо отрабатывать групповую тактику, — попробовал возразить паладин.

— Подтянутся, — отрубила Лира и ринулась в поля. За ней поплелся «лидер группы», а следом хихикая в кулачок направилась я.



Глава 14. О пользе и азарте


Мы качались как ненормальные. Лира закусила удила, и выгрызала уровни зубами. С зайцев мы переместились на волков. Эти твари были серьезным противниками. «Волк — зубощелк» пятого уровня был мобом агрессивным и социальным, так что кидались они на каждого, кто приближался, и за одного терпилу впрягалась вся стая. Сережа сменил тактику. Мы торчали на опушке, пока в лес забирался Колоброд. Точным выстрелом он дразнил одного из волков, стараясь не попасть на глаза остальным, а потом бежал со всех ног под защиту паладина. Сережа принимал врага на щит и удерживал, пока Лира на пару с лучником добивали моба. Я лечила, Хикка собирала цветочки и кушала опыт.

Я взяла третий уровень, Григор и Колоброд пятый, Лира шестой. Опыт в группе распределял лидер, и я уже поняла, что с этим распределением не все чисто. Весь лут тоже шел через паладина, скидывался оптом в лавке, а прибыль тратилась «на нужды группы». Нужды группы обычно ограничивались новыми тесаками или бижей для Лиры. Григор объяснял, что Лира, наша главная ударная сила, и только с ней мы сможем валить боссов и поднимать достойный лут, но при этом стыдливо опускал глаза.

Колоброд, который до сих пор таскал худи на второй уровень, раз залупился, потребовал равной доли и был послан Лирой нахер. В силу незлобивого характера он пошел, куда послали, и вернулся, готовый к компромиссам. За покладистость мальчику купили новый лук, и конфликт исчерпал себя. Хикке, похоже, было насрать на все, кроме ее гербария, который жрица стригла как долбаная газонокосилка. Я тоже молчала и делала выводы. Пять баллов за третий уровень я снова забросила в мудрость, а вот навык опять придержала. Статов хватало, чтобы лечить паладина, а большего от меня не требовалось. Я купила себе хламиду, как у Хикки, сбегала к Антонио и превратила ее в легкую розовую накидку, которую таскала только во время боев. Лечила я слабенько, но часто, и чтобы подтянуть расходы маны стала постоянной клиенткой ДуреВара. Парень оказался целеустремленным и морально устойчивым. Расстегнутой пуговкой на блузке и томными взглядами я смогла себе выбить скидку только в одну серебрушку. И то хлеб. За золотой я получала не четыре бутылочки, а пять. Хотя после совместного ужина в трактире, куда он меня настойчиво звал, цена могла и уменьшиться, но меня пока все устраивало. Вечера я тратила на Сережу.

Паладин замечал, что мои навыки лечения не растут, но покрывал меня, не желая очередного скандала от подруги. Наши встречи стали регулярными. Я нашла небольшую рощицу чуть в стороне от забора с лошадками. Буквально несколько деревьев давали приятный тенек, а поле вокруг не позволило бы наглой лазутчице подобраться втихую. Каждый вечер я забегала в трактир, прихватывала там уже собранную по моему заказу корзинку для пикника с парой бутылок игристого и закусками, и шла в лесок. Сережа называл эти встречи «разбором полетов». Считалось, что он учит меня игровым премудростям. Я поддерживала роль ученицы, хотя после пары бокалов его голова оказывалась у меня на коленях, а мои пальцы в его волосах. Сережа сердился на Лиру, а я умела слушать.

— Ты прикинь, она называет вас с Хиккой балластом. Говорит, что вы сосете опыт, а без вас мы бы уже из яслей выбрались.

— Ну, ей я точно сосать не буду! Нечего там сосать, хоть она из себя мужика и строит.

Сережа мои пошлые шуточки не поддерживал, но и не дергался от них, как раньше.

— Она не понимает, что соло боец игру не вытянет. Главная ценность здесь, группа, конста. А в группе самое главное — поддержка. Потом в большом мире мы лекаря и баффера уже так просто не найдем, вы там нарасхват. Надо выращивать поддержку здесь, в яслях и идти в игру уже сплоченной командой.

— Конечно, ты прав. У тебя же есть опыт игровой, ты все видел и знаешь. А она лезет командовать, да еще и спорит с тобой при всех, — аккуратно раздувала я огонек тлеющего конфликта.

Я изучила график Лиры, в безопасности мы были минут 40. Лира, а точнее Лара, Лариса была аспиранткой в ВУЗе, при кафедре своего папочки. Типичная малолетняя мажорка, она забивала на работу, но именно в это время их кафедра проводила какую-то онлайн перекличку, пропускать которую было нельзя под угрозой показательной порки и лишения сладкого от родителя. Колоброд был студентом — химиком, и в каникулы мог гонять игру хоть круглые сутки. Самой старшей в группе (не считая меня) неожиданно оказалась Хикка — училка русского и литературы, откуда-то из-за Урала.

Стройные планы Сережи разбивались о время, когда каникулы пройдут, и лафа закончится. Но об этом он почему-то не думал, а я не хотела его огорчать сомнениями. В одну из таких посиделок, он поделился со мной своей сокровенной мечтой — создать свой собственный клан. «Ты даже не представляешь, какие бабки они гребут», — рассказывал он мне. — «Клан, это не просто группа, это корпорация». По его словам, у верхушки клана все меняется, они не заливают капитал сюда, чтобы развлекаться, а зарабатывают тут, в реале только переезжая с курорта на курорт и потягивая маргариту из бокалов с зонтиками. Как в любой сетевой пирамиде, надо оказаться поближе к вершине, чтобы потом доить лошков, стоящих снизу.

Я его понимала. Как еще парень из под лестницы в Ново — Огарево произведет впечатление на дочку профессора со Староконюшенного переулка на Арбате? Только подарив красивую мечту, а в перспективе, еще и красивую жизнь. Я во всем этом не нуждалась, свою красивую жизнь я уже получила. Но Сережа был моим билетом на экспресс из яслей, и если для этого мне придется подвинуть зарвавшуюся сучку — я подвину.

Мой режим дня тоже поменялся. Я заходила в игру пораньше, влив в себя только дозу кофеина, чтобы успеть за волшебным допингом от ДуриВара. Около часа крутилась по площади и рынку, чтобы узнать утренние сплетни и поглядеть на интересные цацки, а затем подключалась к утреннему качу.

Домработница уже привыкла к виду хозяйки дома, лежащей трупиком на диване. Надеюсь, она меня хотя бы не обмахивает метелочкой от пыли. Очнувшись уже к обеду, я находила на кухне аккуратно прикрытые тарелочки с педантичными записками о составе блюд и указанием количества калорий. Час на йогу, затекшее от лежания тело иначе болело неимоверно. Перекусив, я выползала в ближайший парк, разглядывая там голубей и визжащую детвору. В голову лезли странные мысли: какой лут можно поднять с голубя, кроме перьев? у какого класса есть навык катания на роликах? те, кто жрет хот — доги из палаток, получают бонус, или дебаф?

В один из дней заставила себя прошвырнуться по бутикам, и поймала себя зависшей над кардиганом от Валентино. Оказалось, я пыталась понять, какие у него статы, а если их нет, то нахера его вообще покупать? С восторгом новообращенной я ныряла в мир «Дороги славы». Там воздух был чище, трава зеленей, брутальные мужичайшие мужики там рубились с монстрами, и глядя на них адреналин пер из всех отверстий. Реальный мир все больше казался мне серым, скучным. Без мужа я не могла сорваться в Зёльден[18] или на остров Берарра[19], и вынуждена киснуть в пыльной Москве. Из за кача, я пропустила даже вторничный фитнес. Поэтому когда мне позвонила Татка, я с восторгом подорвалась, оставив на сегодня Сережу без бухла и собеседницы.



* * *

— Вот она, сучка! Дай я тебя обниму, прошмандовка ты такая!

Милка глушила текилу шотами, и была уже хороша. Из всей закуски она признавала только сало и соленые помидоры, а их в СИЯНИИ[20] не подавали, будь ты хоть первая леди. Тата тянула через трубочку что-то густое и малиновое, и я заподозрила, что алкоголя в этой бурде нет. При виде меня она скривилась, изображая улыбку, хотя именно Татка организовала встречу. Наш любимый столик стоял на балконе высоко над танцполом, но все равно, чтобы услышать друг друга нам приходилось кричать.

Внизу пестрым морем колыхался рейв. От него перло такой энергетикой, что я пьянела здесь без бухла и препаратов. Хотелось броситься туда, вниз, стать крохотной икринкой и раствориться в потоке и ритме. Мы выбирались сюда позажигать, вдали от любопытных глаз. Милка уже свесилась через перила, выкрикивая что-то в такт биту. В гранжевых джинсах — бойфрендах[21] и потертой короткой джинсовке, увешанная полновесными золотыми цацками, она рассчитывала выглядеть в стиле «героиновый шик»[22], но была похожа на гопницу из Долгопрудного, ломанувшую местную ювелирку.


Тата напротив, в своей черной худи — безрукавке от Yeezy, с натянутым на барбарисовую[23] бейсболку капюшоном, смотрелась дорого и агрессивно, и была на кого-то смутно похожа. Я даже нахмурилась вспоминая, но быстро забила на это. Я сама оделась как рейв — герл, в кроссы — луноходы, розовые кожаные шортики в облипку, топ с принтом, и короткую серебристую курточку блескучую как фольга. С цветными нитями в афро — косичках и пирсингом — бабочкой в пупке хрен бы кто узнал сейчас Маргариту Дмитриевну, меценатшу и светскую львицу. На входе меня даже попросили показать паспорт, но я сочла это за комплимент, а не за реальное сомнение, что мне стукнуло 18.

Я сдула огонь с самбуки, залила ее в себя залпом, и горячий пряный вкус ударил прямо в мозг. Голова стала легкой, как воздушный шарик. Диджей качал, попадая в ритм сердечных ударов, и музыка лилась по жилам. Я чувствовала себя охуенной, красивой, всемогущей. Настоящей хозяйкой этого гребаного мира!

— Девчули, я попудрю нос! — Милка виляя задницей пошла вниз к туалетам. Да, здесь тебе не ПодZZемка[24], дороги прямо на столе никто рисовать не позволит.

Я пялилась ей вслед, как вдруг услышала Тату:

— Эльфийка?

— Чё?!

— Гоняешь эльфийкой?

— Где? — я все еще косила под дуру.

— В дороге славы. Думаешь, я тебя не раскусила, Маргоша? Я видела, как ты ерзала тогда в фитбаре.

— Да с чего ты взяла?

— Да ты на себя посмотри! Трубу не берешь целыми днями! Инсту не обновляешь. Уже неделю человечество не в курсе, что Маргоша на завтрак жрала. Жопу свою обожаемую качать перестала. Хорош мне звиздеть, эльфийкой? — Татка вскочила, схватив меня за руку, и впилась в меня взглядом как прокурорша.

— Эльфийкой, — опешила я от такого напора. Не стану же я ей сейчас объяснять, как сглупила при создании куклы.

— И магичкой, заключила Тата. Где ж тебе свои ручки холеные марать. Что, похожа я на Нику — костоломку? — она встала и покрутила задницей в плессировке от Барбери. Видела я твои гримаски, на них окончательно и спалила. Что, уже все бабло на шмотки слила?

— Я закатила глазки, дурачась, Таткины слова меня почему-то только смешили

— Мне больше Эльвира — мертвительница понравилась, она такая ммм…

— В твоем бл*дском стиле, — припечатала Тата

— Слышь, подруга! — я начала заводиться. Даже злость была веселой, я едва держалась, чтоб не заржать этой стерве в лицо.

— Чё тут, чё тут? — подскачила к столику Милка. Ее переполнял движ, зрачки залили радужку, она не могла стоять на месте, пританцовывая у столика — Чё собачитесь, сучки? Го танчить!

— Эта балка[25] возомнила себя геймершей. Виртуальную реальность покоряет.

Подогретая Милка загнулась пополам от хохота:

— Ты в ВР полезла? Тебе делать нехера, Маргоша? Недоеб в реале?

— Это у вас недоеб! С хера я должна отчитываться?

— Да потому, что ты дура! Ты полезла туда, где тебе не место! Это мир, для умных! Для тех, кто с мозгами! Там не поднимешься, просто раздвигая ноги перед нужными людьми! — Тата практически орала на меня, раздувая ноздри. Я никогда не видела эту холодную кошку такой взбешенной, но мне было не страшно.

— Сама ты дура, Татка! То, что ты закончила когда-то свой техно — сраный ВУЗ, не значит, что ты умнее меня!

— Тогда спор!

— Спор! Спор! — запрыгала Милка. Она была азартная до безумия. Полтора года назад, мужу пришлось блокировать ее карту, а потом самому лететь в Монтик[26], чтобы забрать эту идиотку, и заплатить ее долги.

— Спор! — я тоже вскочила и мы стояли с Таткой как две кошки, готовые вцепиться друг в дружку когтями.

— Если ты не дура, то за две недели, выберешься из яслей. Две недели, с этого дня! В полдень ты должна выйти к ратуше в любом из ваших стартовый городов. Вальтаан, Ровеллин, Делайно… Стрим должен быть включен. Если сможешь, ты победила. Но ты не сможешь. — Татка снова презрительно скривила губы. Теперь она вела себя, как обычно, и я не удивилась бы, если до этого она истерила мне напоказ.

— Только к этим городам? — уточнила я. — откуда я знаю, куда попаду из яслей?

Вряд ли дорога из Ольховца вела в эльфийские форпосты, а тратить время и деньги на перемещения я не собиралась. Если уж спорить, то надо обговорить все условия.

— В любой стартовый город, хоть в Некрофол, — расхохоталась Тата. — А что, из тебя бы вышло неплохое умертвие! Но ты попадешь в один из этих трех. Может быть. Если не зассышь. Ну что, забились?

И она вдруг швырнула на стол ключи от своей Инфинити. Милка глубоко и протяжно охнула, словно еще чуть — чуть и кончит от азарта. Голова вдруг стала чистой — чистой, и пронзительно, кристально ясной. Чем я рискую? У меня уже третий уровень, до четвертого всего ничего. Сережа говорил, что в яслях мы задержимся не больше недели. Да и когда еще выпадет такой повод, проучить эту наглую суку?

«Протяни руку, и коснись меня», — голос Джамелии взрывал танцпол. «Протяни руку, и обрети веру» — поправила я в уме плагиаторшу[27]. Наглые сучки… везде лезут наглые сучки, и всех их надо проучить. Песня показалась мне добрым знаком, и поставила точку в потоке сознания.

— Забились, — я бросила на стол ключи от моей Ауди ТТ. Моей любимой красной машинки. Прости меня, моя девочка, что я рискую тобой. Я обещаю тебя не подвести.

— Разбиваю, сучки! — завизжала Милка. — Какие же вы горячие телочки! Она сгребла нас в охапку и кинулась целовать и меня и Татку.

Официант приволок нам две бутылки Просекко. Я думала, что Тата хочет обмыть сделку, но он тыкал пальцем в сторону соседнего столика, откуда нам махали какие-то незнакомые смуглые личности. Милка показала им язык, и шибанула пробкой в потолок.

— Обольешь идиотка! — Татка вскочила отряхиваясь, растеряв весь свой сраный загадочный пафос.

— Го танчить, девки, го танчить! — ныла Милка. Препараты в крови не давали ей усидеть на месте.

— По одной, и шлифанем шампунькой, — Татка разлила по шотам текилу. — Погнали!

Вечеринка набирала обороты.



Глава 15. Об азарте и безрассудстве


— Аптечка, овечкааа! Спасай человечкааа! — ухмыляясь пропел Макс.

Пристукнула бы гада. Загнала бы его на точку возрождения, и стоя рядом убивала бы и убивала снова, может тогда бы хоть чуть успокоилась. Но во — первых, убийства в Ольховце были запрещены. Даже после дуэли проигравший оставался с позорным, но спасительным одним процентом жизни. А во — вторых, хренов стелс — лучник был уже шестого уровня, а я… я его могла разве что залечить до смерти.

Поэтому я молчала и слушала. Тем более, что рот у меня был занят. Я ела. Да что там, я просто жрала.

— М — м — м! — сладострастно обсосала я свинячье ребрышко в брусничном соусе. Пухлые губы так обхватывали его, что Максик поперхнулся на половине фразы и наклонился к мне.

— Закажи мне еще этих… еще рульку… и пирог!

— Да куда в тебя столько влезает то? — Макс округлил глаза, но послушно направился к стойке за заказом.

Прислуги в трактире не было. Это место, видимо ждало меня, но я не поддавалась на уговоры угрюмого трактирщика. Хотя его такса выросла уже до 5 золотых в день, а для яслей это отличные бабки. Я обглодала еще одну косточку и добавила ее к выросшей на столе груде. «Эх Максик, — подумала я, — посидел бы ты месяцок на одном сельдерее с брокколи, для тебя этот трактир стал бы раем с гуриями». До умной меня только сейчас дошло, что от виртуальной жратвы я не поправлюсь ни на грамм. Моя фигурка зависит только от местного графического редактора и прямоты ручек Маргариты Дмитриевны. Выбор блюд тут был простой, но на вкус все просто офигенно. Макс проставлялся за свои косяки, и я не скромничала.

А ведь еще час назад я думала, что уже ни куска пищи не смогу проглотить. Я лежала и мечтала о смерти, лишь бы она избавила меня от страданий.

Мое утро наступило в 17.32. С большим трудом я продрала один глаз и увидела нахальные цифры. Ресницы слиплись от туши. Умыться на ночь я вчера не удосужилась. Да и вообще, что было вчера? Загадка. Черная дыра.

Проснулась я дома, что само по себе — добрый знак. Пускай не в спальне, а на диванчике в гостиной, зато заботливо укрытая пледом. Хорошая у меня домработница. Надо ей зарплату прибавить чтоб не потерять такое золото. Как сюда попала — не помню. Капец, так и до рехаба можно допрыгаться[28].

Так, что под пледом? Топ на месте, юбка тоже. Даже трусы там, где им полагается быть. Вообще отлично. О, айфончик!

Соцсети я заблокировала, когда еще собиралась в клуб. Инста такая штука — вылетит, что — и уже не поймаешь. В ватсапе только несколько фоточек отправленных мужу. Забавных, но приличных. Вот какая я хорошая девочка! Чин — чин бокальчиками, сэлфи с подружками… Благоверный даже прислал смайл — большой палец вверх. Интересно, а почему он не спал в 3.47? Хотя, возможно, это я разбудила.

Остальные фоточки прятались в галерее. Вот Милка вышибает пробку из еще одной шипучки, на этот раз моэ шандона, а не итальянского суррогата, и купается в пенном фонтане как гонщица формулы‑1. Вот Тата пытается стащить ее со стола, а Милка сверкает сиськами в мокром топе. Вот мы с Таткой тянем губки в ростовом зеркале женского сортира. Милка стащила с себя топ, и ее пытается вывести охрана. Татка играет в глубокую глотку с горлышком бутылки. Я прям позавидовала ее талантам. Мы с Милкой целуемся взасос, на ней моя куртка, а Татка лапает мою задницу, изображая страсть. Бля… А фоткает кто?! Я потрясла башкой, и движение отозвалось резкой болью в затылке. Что-то связанное с Таткой не давало покоя. Зудело, как утренняя муха, не позволяя снова нырнуть в спасительный сон. Спор! Мы с Таткой поспорили, и до конца срока у меня осталось четырнадцать дней. А теперь уже почти тринадцать, один я практически просрала.

Я вскочила с дивана, запуталась в долбаном пледе и рухнула на пол. Со второй попытки сумела встать на ноги, и теряя по дороге части одежды потащилась в ванную.

Холодный душ, алкозельцер и два эспрессо не превратили меня снова в человека, но мир вокруг хотя бы перестал раскачиваться. Очень — очень медленно, стараясь не делать резких движений я натянула на себя костюм и запустила игру.

Суки! Как они это делают?! Я дышала смесью запахов сена, кислорода и говна и не могла надышаться. Я пила ее как ледяную воду в жаркий полдень. Голова не кружилась, желудок не подкатывал к горлу, тело было свежим и бодрым. Да на этом можно миллионы зашибать, просто выводя из запоя. Пару минут я просто наслаждалась, а затем заметила в поле зрения мигающий конвертик.

Двенадцать сообщений от Григора. Сначала удивленных, когда я не пришла на наше место, потом строгих, когда не явилась на вечерний кач, и, наконец, взволнованных, когда на утро так и не зашла в игру. Прямо заботливый папочка.

Одно — от Лиры: «Еще один прогул, и идешь нахер». Эта на мамочку не тянула, да я и не претендую.

Никого из группы в онлайне не было. Сережа паял мобильники. У него в это время самый поток клиентов. Работяги заканчивают трудовой день и тащат к нему свои заглючившие контрафактные гаджеты. Остальные подстраивали свой режим под танка. Вся стратегия группы была заточена под него.

Зато в игре оказался Киллер из Зада. Такой момент упускать было нельзя.

Мариэль (3): Максик…привеееет!

MegaKillerIzAda (6): прив

Мариэль (3): ты куда пропаааал?

Могу себе представить, как он сейчас офигевает. Наверное, ждал от меня игнора, или истерик, раз я его не удалила. А офигевший мужчина — как спелое яблоко. Просто протяни руки, и оно упадет тебе в ладонь.

MegaKillerIzAda (6): ты че соскучилась?

Мариэль (3): нуууууууу……….

Мариэль (3): я просто думала о тебе….

MegaKillerIzAda (6): и че надумала?

Мариэль (3): при встрече скажу

Мариэль (3): приходи в трактир

MegaKillerIzAda (6): когда?

Мариэль (3): счас

Мариэль (3): жду

Макс появился минут через десять. Я знала его слабое место и успела подготовиться. Расстегнула обе пуговки на топе и приспустила ткань с плеча. Максик уставился на мои буфера, словно кролик на удава.

— Так, о чем ты думала, детка?

— О том, что ты мне пятихатку золотом торчишь, малой!

— Чегоооо? Откуда у нубки столько бабок? опешил Макс. Он ожидал совсем не такого приема.

— Насосала! — я перегнулась через стол и причмокнула губами у него перед носом.

МегаКиллер судорожно сглотнул. Еще бы, это не нубочек по углам зажимать. Макса был такой вид, словно я сейчас перегну его через колено, и отшлепаю засранца. И он от этого еще и стояк словит.

— Ну ты чего, малыш? — я погладила его по щеке. — Я пошутила. У меня премиум.

— А я‑то тут причем? — проворчал Макс.

— То, что стража меня ошкурила, как ПэПСы нелегала. Все, что нажито непосильным трудом. А подставил меня ты, Максик. А может ты с ними в доле? Может у вас бизнес такой?

— Ты опупела? Мне еще с теневыми гильдиями репутацию качать. Без нее квесты классовые не дадут. А ты про стражу тут, — Макс испуганно заозирался.

Насчет сотрудничества с властями я ткнула пальцем в небо, и неожиданно попала. Этого малолетнего АУЕшника аж перекорежило.

— Да верю, я тебе, верю, — я взяла его за руку, — ты просто неудачно пошутил, так?

— Ну так.

— И я на тебя не сержусь, — я заметила, что Макс успокаивается, и закончила, — но ты мне все равно торчишь.

— Бабок нет, — начал торговаться Макс. И это само по себе, уже было успехом. МегаКиллер мог бы просто удалиться из друзей, кинуть в блеклист или послать нахер прямо в лицо. Но он не только признал свой долг, он почувствовал себя виноватым. Я водила Макса как крупную рыбу на леске. Так на Испании ловят тунцов, стоит резко дернуть, и огромная рыбина порвет снасти и уйдет в глубину. Ее изматывают, часами то отпуская, то подтягивая леску, пока тунец не всплывет на поверхность, подставляя жабры под багор. Как-то раз я увязалась за мужем на такую рыбалку. Думала, они будут бухать весь день, и из вредности хотела испортить малину. В результате я весь день терпела тесноту на маленьком пузатом кораблике, где и шезлонг поставить было некуда, ради этого зрелища — поединка человека и рыбы. Оказалось, с людьми это тоже работает.

— Я и не говорю про бабки. Услугу. Ты окажешь мне услугу, и мы будем в расчете.

— Какую?

— Пока не знаю, — я мило улыбнулась, — вот когда понадобится, тогда и спрошу с тебя. А теперь с тебя поляна.

— Нивапрос! Че будешь?

Я прислушалась к организму. Организм ловил вкусные запахи с кухни и начисто забыл про страдания из реального мира.

— Я буду мясо. Жареное. Разное. И овощей всяких. Тащи, а там разберемся.

Жратва тут стоила копейки. Это простая, без бафов, но мне они были и не нужны. Макс забил тарелками и подносами стол, а я пробовала одно блюдо за другим и при этом пересказывала события последних дней. Максик совсем оттаял и пытался облапить под столом мои коленки. Один раз я ему это даже позволила. Я рассказала про группу, про то, что стала магом и что стабильно расту в уровнях. Но этот козел вместо того, чтобы хвалить и восхищаться проблеял мерзким голосом про «аптечку».

— Поясни за аптечку?

— Так я тебя когда увидел, подумал ты умная. Или хотя бы с амбициями. А тебя вон на лечилку развели.

— Ну и что? Я маг!

— Ага, я тоже вроде как вор. Пока вор. Тут других отметок и нету. А вот когда ты в большой мир вырулишь, там будешь или лекарем или хиллером, или еще каким Айболитом. Секси — медсестричка при жирном танке, будешь ему в рот глядеть и здоровье поправлять всеми способами.

— Ну даже если так, и что тут плохого? Зато меня вытащат из этого дерьма на изи.

— И кем ты будешь, когда вытащат? Куда пойдешь? Это сейчас тебе кажется, десять уровней, это немного. Знаешь сколько раз я перса бросал из-за кривого старта. Ты даже здесь мобам нифига не можешь сделать. А там, после яслей, самые слабенькие будут уже 11 уровня. И что ты им сделаешь? Оздоровительный массаж? Станешь раком и попросишь не делать тебе больно? Тебя там выебут, перевернут и выебут еще раз. И выход будет один, бежать и прятаться в группе, за широкую спину танка.

— И спрячусь! — я надула губы. Макс говорил обидные вещи. И самое обидное в них было то — что скорее всего это была правда.

— Ты свой стрим давно глядела? Можешь счас не проверять, там нифига нет. Поддержка никому не интересна. Вы, тупо, прислуга для героев, для тех, кто делает рейтинг. Может по плечу похлопают и за щечку потреплют, а может нахер пошлют. Все время твердят: «Поддержка всем нужна», «Поддержка сама выбирает, с кем играть». Вот только это выбор хозяина, который будет держать тебя как сучку на коротком поводке. Если рейд победил, вся слава лиду. Если слился, виноват саппорт. И сбежать не получится, в соло ты будешь ноль без палочки.

— А я не трачу навыки. Я их коплю. У меня только первый уровень лечилки, на нем выезжаю чтобы не выгнали. Вот дойду до десятки, тогда и вложу их все в боевую магию и смогу быть соло.

Макс прищурился:

— А ты хитрожопая, Мариша. Но вот только не проканает это. Сколько ты счас поднимаешь здоровья? 8–12? Даже если шмот или бижу возмешь на интеллект, ну выдашь 30–40. Да у тебя танк на каждом уровне растет на 50 минимум, а ведь у него тоже броня со статами, да и баффер у вас есть. У него на шестом уровне жизни не меньше 1000 будет. И как ты его отлечивать собираешься? Это как оторванную ногу пластырем приклеивать.

— Что — нибудь придумаю, — брякнула я, делая вид, что мне пофиг.

Я никогда не считала себя особо умной. Если много думать — морщинки появятся. Представить себе не могу, как Татка высидела в своем ВУЗе шесть лет. Поэтому, наверно, она такая злющая. Когда я что-то не понимала, то старалась послушать людей, которые хоть чего — нибудь в этом деле достигли. Банкиров — о деньгах, фитоняшек — о диете, местных — о самых лучших пляжах. А давать охуенные советы в блогах я и сама могу. Настоящие профи блоги не ведут, им тупо некогда. Из моих знакомых в игре разбирались Сережа и Макс. Первый — добряк — паладин, второй — малолетний долбоклюй. Но сейчас я больше доверяла второму. Ему то какая корысть мне врать? А вот мой собутыльник похоже пользует меня втемную. В магичку он меня прокачает, ага. Осталось спросить: «А ты точно продюсер?» — и трусики вниз фьюить!

Что в этом случае делать? А ничего! Если б не чертов спор, то я могла бы качать права. А так — конста, это мой билет на экспресс из нубятника. Если его выкинуть и не поехать, то даже я сама буду считать себя дурой. Так что остается расслабиться, и получать удовольствие. Тем более, что пока все идет нормально. Может и получится зажать навыки, а на Большой земле сделать им ручкой, мол: «Всем спасибо. Все свободны». Так ничего и не решив я глодала свиняьчи ребра в меду, и тут ожил групповой чат.

SirGrigor (5): всем живым общий сбор… у края поля где всегда… 5 мин

КолоБрод (5): тут

КолоБрод (5): подгребаю

^^HIKKA^^ (4): (*・ω・)ノ

SirGrigor (5): Марго… ты тут? где тебя черти носят? все хорошо?

Мариэль (3): все норм

Мариэль (3): ща буду

КолоБрод (5): привет Мариша!

КолоБрод (5): где загуляла?

Мариэль (3): мяу

Лира (6): хорош засирать чат

Лира (6): бегом б…ть


Ага, мчусь, волосы назад. Лира бесила меня неимоверно. Я уже строчила язвительный ответ, хотя жопа изо всех сил предупреждала, не нарывайся. И тут судьба меня спасла.

— Двойную гномью вырывуху и пожрать! — раздалось от входа.

Раскатистый голос, звук удара тяжелой перчаткой по барной стойке, а главное, печально знакомое название напитка заставили меня обернуться. Глаза сразу уткнулись в чеканную кирасу, инкрустированную камнями. Пояс с бл*шками, очень похожими на золотые, на нем небольшой топорик. Острое лезвие отливает синим. За спиной двуручный меч. Вещи дорогие, я такое сразу вижу. Откуда же ты взялся, приятель? И какой у тебя уровень?

— Двадцать четвертый, — оказалось, что последний вопрос я задала вслух. — Это Жакоб, он с большой земли.

— Как?! Ведь отсюда только один путь, и вернуться нельзя!

— У Жакоба свои пути, — гаденыш увидел, что мне любопытно, и теперь раздулся от важности.

Я бы конечно вытрясла с него всю инфу, но время поджимало. Вскочив я чмокнула Макса в щеку, бросила: «Увидимся», и быстро пошла к выходу, совсем не глядя мажора с Большой земли. Рядом со стойкой мой каблук предательски подвернулся, и я рухнула прямо на мужчину.

— Ох! Какие большие… зубы! — проговорила я глядя в зеленоватое и раскосое лицо.

— Твои ушки тоже ничего, блондиночка, — расхохотался воин. — ты что, никогда орка не видела?

— Так близко, никогда.

Я рассчитывала перевернуть стопку с вырывухой, извиниться и заказать ему новую, так и познакомиться. Сразу видно, что мужик не бедный. А такие как раз не любят, когда девушка клянчит подачки и падки на мелкие знаки внимания. Но орк ловким движением спас свое бухло, а второй рукой подхватил меня и прижал к себе, так что сиськи расплющились о нагрудник.

— Ну и как тебе?

— Пока не раскушала, — усмехнулась я, вывернувшись из под руки. — Спасибо за спасение! Прости, спешу!

Я выскочил на крыльцо, чувствуя спиной заинтересованный взгляд. В личку уже долбился Григор.

SirGrigor (5): ну где ты?!!! Лира бесится!!!!

Мариэль (3): бегу

У трактира стоял мощный вороной жеребец. Барабан[29], прочитала я имя. Так вот на чем путешествует Жакоб, у которого свои пути. Я поставила отметочку в памяти об этом странном человеке, тфу, орке, и действительно припустила бегом к околице.

Я опоздала. Группа уже пересекала поле, и почти добралась до леса. Я в отчаянии встала у берега травяного моря. Пусть я и набрала три уровня, но даже несчастные зайцы были для меня непреодолимой преградой. Я чувствовала себя беспомощной дурой, которую везде надо водить за ручку. От обиды хотелось зареветь. Перед глазами встало злорадное лицо Лиры. Теперь она точно захочет избавиться от прогульщицы. Потом ее сменила Тата. Высокомерно кривя губы, она цедила: «Это игра для умных. А ты дура».

А вот и хрен вам, по всей морде.

— Встречайте, я иду! — отбила я в групповой чат и кинулась в траву.

SirGrigor (5): стой!!! тебя сожрут!!!

КолоБрод (5): жми Маришка! я прикрою!

^^HIKKA^^ (4): \(〇_o)/

Я старалась бежать вслед за группой. Там зайцев уже зачистили, и я надеялась, что новые появятся не сразу. И почти сразу напоролась на пушистого урода.

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 5!

Ваша жизнь 85/90

Сукаа! Больно же! Я стряхнула поганца с ноги и побежала дальше. Главное не останавливаться. Просто бежать вперед, пока хватит сил.

Бля! Второго зайца я заметила заранее. Он кинулся мне наперерез. Я притормозила пропуская его перед собой и тут заячьи зубы сомкнулись на моей заднице!

ВЫ АТАКОВАНЫ! КРИТИЧЕСКИЙ УДАР!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 15!

Ваша жизнь 70/90

Как же Григор это терпит? Его и зайцы грызут, и волки, и дальше будут только кусать и бить. Хотя у него сьюта нет, у него только очки. Для него это только циферки на экране. И для меня это тоже пусть будут просто циферки. Просто игра… боли нет… она ненастоящая…

Ааааа!!! — заорала я. Третий заяц отметился на моей ноге. Я почти наступила на него и ушастый мне отомстил.

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 7!

Ваша жизнь 63/90

Как жаль, что нельзя лечить саму себя. Сейчас бы встала и ржала бы над этой мелкой дрянью. Перед глазами встала облепленная зайцами, хохочущая фигура. Какой же бред лезет в голову.

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 6!

Ваша жизнь 57/90

Моя группа остановилась! Я вижу, как развернулся паладин, как машет руками Лира. Наверное, орет на него! Бедный Сережа. Даже голову в плечи вжал. Но стоит упрямо.

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 8!

Ваша жизнь 49/90

Последняя надежда. Срываю с пояса красную бутылочку, залпом выпиваю ее и отбрасываю в сторону. Вкус даже не почувствовала, зато в голову ударило словно от крепкого кофе.

ВЫ ПРИМЕНИЛИ МАЛОЕ ЗЕЛЬЕ ЛЕЧЕНИЯ

Ваша жизнь 69/90

Полпути позади, но больше бутылочка не проканает. Откат у нее 30 секунд. За это время я или добегу или улечу на возрождение. Зайцев уже пять. Кажется, что эти суки отрезают меня от леса. Загоняют, как борзые собаки.

SirGrigor (5): ДЕРЖИСЬ МАРИШКА!!!

Бля! Стряхиваю с экрана так не вовремя появившуюся надпись, и сразу получаю урон от трех зайцев. Они уже не кусают, а бьют задними лапами. Двадцатку жизни сняли только так! Ненавижу тварей. Ненавижу! В спальне среди мягких игрушек есть кролик. Вернусь, выкину его на помойку. А перед этим сожгу.

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 5!

Ваша жизнь 44/90

По ногам из укусов и царапин сочится кровь. Что ж за натурализм такой? Нахер я вообще во все это ввязалась? В кровь в грязь, в этот сраный Ольховец? Может Милка права? Это просто недоеб? Адреналина мало Маргарите Дмитриевне? Так на ка тебя когтями по жопе!

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 8!

Ваша жизнь 36/90

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 6!

Ваша жизнь 30/90

Эти падлы еще и юбку дерут. Ботинки вообще прожевали. Прочность у них никакая. Это же нубские шмотки, развалятся и все. Прибегу к группе с голой задницей. Да и похрен. Главное добежать. Выносливость уже в красной зоне. Еще чуть — чуть, и я просто остановлюсь.

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 6!

Ваша жизнь 24/90

Как бы отключить эту хрень? Она только отвлекает и вгоняет в панику. Я и так вижу свою полоску жизни. Она уже давно в красной зоне. Все короче и короче. Мои совсем близко. Сережа не выдерживает, кидается навстречу. Гремит броней, но все равно еще слишком далеко. Зайцев уже девять. Это те, что рядом, дальше в траве мелькают еще. Только бы хватило выносливости. Стоит мне остановиться, и они просто меня разорвут. Зайцы. Меня. И это даже не смешно.

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 7!

Ваша жизнь 17/90

Два — три удара и все, каюк. Как обидно то! Почти добежала! Почти! Ботинки окончательно развалились, и я бегу по траве босиком, как юная колхозница. В реальности уже бы все пятки себе исколола и села бы помирать. А тут еще держусь.

ВСЕ! Выносливость на нуле. К ногам словно привязали гири. Каждый шаг дается с трудом. Как в замедленном кино смотрю на пушистую дрянь, которая примеривается когтями к моей ноге.

Бам! Заяц кубарем отлетает в сторону. В его обмякшей тушке торчит стрела.

Бам! Бам! Колоброд бьет присев на одно колено не промахиваясь. Он давно перерос эту мелочь. Опыта за них почти не получит. Зато каждый выстрел — ваншот! Он выбивает тех, кто ближе ко мне. Но все равно не успевает, их слишком много. Я бреду как в тумане. Адреналин откатывает и приходит ощущение жуткой усталости, опустошения. Их слишком много для одного лучника.

Боммм! Тяжелый низкий звук заливает поле. Словно звон колокола он заполняет все вокруг. Боммм! Паладин бьет рукоятью меча в свой тяжелый прямоугольный щит. Я чувствую, как этот призыв словно волны расходится во все стороны. «Я здесь!» — говорит он. «Я не боюсь вас! Об меня вы сломаете свои зубы! Я раздавлю вас, растопчу! Вобью в землю!»

Мимо меня пробежал заяц. Даже не оглянувшись, не замечая. Меня, слабенькой недогрызаной аптечки для них уже не существовало. Они бились о тяжелый щит, грызли стальные сапоги, и дохли под стрелами Колоброда.

Я зашла за спину Григора, и на последних шагах с меня лоскутами облетела юбка. Словно нарочно ждала на последних стежках, чтобы обеспечить мне эффектное появление. Я осталась стоять в крохотных белых стрингах в красный горох. Хикка прыснула и показала мне «виктори» двумя пальчиками. То ли оценила мой забег, то ли мое белье. Кто ее знает, может она вообще по девочкам. Лира демонстративно стояла в стороне, поджимая губы и не участвуя в избиении пушистых.

— Прикройся, — не разжимая губ бросила она мне.

Мне было пофиг на ее недовольство. Я вытащила из инвентаря свой плащик, и обернула вокруг бедер. Получилось сексуальное мини — парео, оставляющее открытой одну ногу почти целиком.

ВЫ СОЗДАЛИ НОВЫЙ ПРЕДМЕТ ОДЕЖДЫ!

«Неплохая юбка — тюльпан» — мудрость +4; регенерация маны +20 %

Навык ПОРТНОЙ повышен!

Текущий навык 2/10 УЧЕНИК.

ВЫ ПОЛУЧАЕТЕ ВЫКРОЙКУ «НЕПЛОХАЯ ЮБКА-ТЮЛЬПАН»

Неужели, это Система поощряет меня за упорство? А может просто я была сегодня хорошей девочкой, и заслужила подарки?!

Григор с Колобродом добили последних ушастых. Они даже не стали подбирать лут. Паладин стряхивал со щита клочки меха, а лучник собирал те стрелы, которые лежали поблизости. Сейчас они мне не казались смешными или убогими виртуальными задротами. Они спасли меня, пришли на помощь, не бросили одну. Счастье и благодарность просто распирали меня изнутри.

— Мальчики, мои защитники! Обожаю вас! — я с визгом повисла у них на шее, расцеловав сначала одного, а потом второго.

— Еще один такой фокус, и вылетишь из группы. Столько времени из-за тебя просрали! — сплюнула в траву Лира.

— Мэм, да мэм! — пританцовывая от избытка чувств я отсалютовала ей рукой.

Мне было плевать на ее недовольство. Давно я не чувствовала себя настолько живой.



Глава 16. О безрассудстве и рейтинге


Я нашла стрим Лиры. Двенадцать тысяч подписчиков. До сотни тысяч просмотров. Пока я страдала херней, рядом со мной внаглую осуществляли мои мечты. Да, на фоне лидеров это смотрелось скромно. Но для шестого уровня нубятни — просто топчик. Для примера, видос с моим влажным арестом собрал 714 просмотров. Я еще гордилась первым успехом. А на следующий день даже получила монетизацию. На карту капнули аж 8 рублей 42 копейки.

Мой пробег по заячьему полю собрал больше 2к. И то, я думаю, некоторые перепрыгнули с Лиры. Помогать мне она не спешила, зато засняла все в лучшем виде, и заполошные визги, и драную юбку, и смачный след от укуса на заднице. В комментах меня называли «сисястой куклой», и «тупой лалкой». Одни предлагали гнать меня «пинком под сральник», вторые просили оставить, чтобы было «с кого орать».

Я встала, налила себе Блек Лейбл на два пальца, расхерачила стакан об стену и успокоилась. Глупо злиться на того, кто тебя уделал вчистую. Надо понять, как это случилось. Она моложе, тупее меня, и стрёмнее на внешку. Значит, она делает что-то, чего я не умею.

Из морозилки я извлекла ведерко жутко вредного, но вкусного мороженого. Мой неприкосновенный запас. Мозгам тоже нужно кушать, а сейчас им придется поработать. Забралась с ноутбуком на кровать, уселась по — турецки и принялась изучать своего врага.

В том — что врага, я уже не сомневалась. Слить ее по — тихому не получится. Мажорки — они такие, малость отбитые. Инстинктом самосохранения их Боженька обделил. Привыкли что папочка вытащит и из разбитой вхлам мурки[30], и из бэд — трипа и даже из — под следствия. Ну поорет, ну заморозит на пару недель пластик, но потом оттает и расцелует в розовую попку, потому что таких дряней всегда любят крепче чем старательных и работящих наследниц, которые сами себе с детского сада гольфики стирают.

Рано или поздно нам с Лирой станет тесно. Она уже во всю палит Сережины взгляды на меня, и ждет только повода. А мне лезть в драку рано. Этот болван прокачаного перса лишился, потом по нубятникам прыгал, чтобы принцессу свою найти. Да ему даже не телку будет жалко, а собственных усилий. А нас что связывает? Обжимашки под березкой и три бутылки красного? Не смешно даже.

Ну сука, признавайся, в чем твой волшебный бустер? Лира запустила стрим две недели назад. Среди хэштегов значились и #шикарнаятелочка, и #королеванубятника, и #танецсмечами, и еще один, не слишком понятный #доспехпифона.

Кто такой Пифон я знала. Нам на экскурсии в Дельфах рассказывали. Муж тогда остался болеть в номере, а я увязалась за одним художником, который перся по всем этим развалинам и статуям. Торс у этого козла был не хуже, чем у Ахилла с Геркулесом, но интересовали его похоже только древности. В итоге он прибился к вдове питерского застройщика, которая выгуливала в Греции внучку, тихоню — студентку. Через полгода я узнала про их свадьбу. С бабулей, а не с внучкой.

Пифон, это был перец, у которого Аполлон отжал храм, а самого прикончил. То ли мужик, по прозвищу «Змей», то ли настоящий змей, навроде русского Горыныча. Историю, как известно, пишут победители. Если бы тогда верх одержал Пифон, неизвестно еще, в какую тварь людская молва обратила Аполлона. А так он красавчик, всем на зависть.

Пифон был змеем, а у Лиры были сапожки из змеиной кожи. Совпадение? Не думаю. Стандартное приложение показывало у стрима только график просмотров и лайков. Но были продукты, которые позволяли заглянуть в статистику поглубже. Лира ходила в своих черевичках еще до знакомства со мной. А вот хэштег поставила только четыре дня назад. И сразу у нее поперли просмотры. Я прошла по хэштегу на другие стримы. На одном четверо квадратных гномов прессовали какую-то свинью, щемя ее ростовыми щитами и вживую делая отбивную шипастыми молотами. На другом мои ушастые родственнички водили хоровод вокруг пупырчатой жабы. Двое прижимали зверушку к земле эффектным колдунством, а третий, с толком и расстановкой шпиговал ее стрелами. Уровни во всех компаниях не превышали десятку, значит дело происходило в нубятнике. Стримов с таким хэштегом было чуть больше сотни, капля в море. У всех просмотры под сотню тысяч. Повесить его себе что ли? Смущало только то, что другие тысячи нубиков не осуществили до сих пор эту идею. Вряд ли они такие тупые, а я суперзвезда. Так и не решив, как поступить, я полезла в костюм.

— Сереж, а что такое доспех Пифона?

Сережа дернулся в моих руках так, будто его шмель ужалил.

— И ты туда же?! — паладин резко выпрямился. Его шевелюра торчала в разные стороны, всего секунду назад в ней были мои пальцы, а сам Григор млел как кот, которого чешут за ухом. Ничего эротического, ну или так ему самому казалось. Я выбрала момент, когда он полностью расслабится, а затем коварно задала свой вопрос.

— Откуда ты про него узнала?

— Так все говорят, это же сенсация. Только я, если честно не поняла ничего. Это ж ты у нас умный, а я так… красивая.

— Красивая — красивая, — пробурчал Сережа, снова устраивая голову у меня на коленях.

В этой позе наш лидер отдыхал от трудов и изрекал разные мысли, а я слушала и поддакивала. Лесть, это топливо, на котором работают мужчины. Подкинешь пару дровишек в топку, он и побежал подвиги совершать. Причем переборщить тут невозможно. Каждый из них внутри считает себя самым сильным, умным, и красивым. И если говорить ему это — он будет думать, что ты мудрая, и проницательная. Разглядела все его глубоко скрытые достоинства. Мужики на доброе слово, подсаживаются как на наркоту. Лишить их потом этого — все равно что выставить из уютного дома за дверь, в холодную темноту. И они на все готовы, чтоб вернуться обратно. Эх Сережа, мне бы пару недель, и ты б про свою пигалицу и думать забыл. Вот только нет у меня этой пары недель. Часики тикают.

— Ну Сережааа… ну расскажииии… Ну я же любопытная! Есть у меня такой недостаток. Единственный!

— Ладно, — смилостивился лидер и вождь, — только чур не щекотать.

Григор стал рассказывать, подробно и нудно, как отличник у доски. Но я навострила и без того острые эльфийские ушки. Всегда надо слушать тех, чья профессия — думать за других: юристов, финансовых консультантов и паладинов с повышенным чувством ответственности.

Доспех Пифона был уником. Единственным уникальным шмотом, который можно было заполучить в нубятнике. Эксклюзивчик. Его части падали с местных боссов. Падали не слишком часто и хаотично. Штучка пафосная, но по большому счету беспонтовая. Шмотки давали хорошую прибавку к характеристикам, но хорошую для нубятника. На Большой земле даже обычный шмот начального уровня ее перекрывал. А продать цацку было нельзя, она привязывалась к персонажу. Никто не знал почему, да и не морочился особо по этому поводу. Одна радость — доспех подстраивался под владельца. Воины получали броню с плюсами на силу и сложение, воры — кожаные доспехи для ловкачей, а маги — портки и хламиды на интеллект и мудрость.

Лира выбила сапоги с Крока. Вопреки названию, Крок был не крокодилом, а ящером. Шипастые твари четвёртого уровня паслись в крохотной пустыне с другой стороны городка. Они были очень «толстые» и трудноубиваемые, кусались больно, лупили с разворота шипастыми хвостами, а потому игроки их не любили, переходя после зайцев на «социальных», но куда менее живучих волков — пятерок.

Группа пошла туда, чтобы закрыть квест на шкуродера для КолоБрода, Лира ввязалась в бой с боссом, и едва не вайпнула всех. Но на последних процентах здоровья, потеряв матерящегося стрелка и Хикку, паладин и разбойница запинали Крока. Квест для Колоброда пришлось выполнять повторно, зато Лира обзавелась бомбической шмоткой.

Все изменилось четыре дня назад. На игровой форум слили инфу по доспеху Пифона. Подробный инсайд, словно протекло у разработчиков игры или у аналитиков топовых кланов (те, порой знали про хороший шмот еще больше, так как тестировали его в боевых условиях).

Части Доспеха падали с игровых боссов, это новостью не было. Но к этому прилагалось описание условий, в которых босс в наследство сбрасывал нужную шмотку. Боссов надо было бить группой, но чем меньше в ней участников, тем выше шанс на удачу. Уровень жертвы и убийцы не должен отличаться более чем на два, и как минимум половину урона надо нанести самостоятельно.

Условия резко сужали число охотников. Самый младший босс — Крысиный король был троечкой, и игроки старше пятого уровня только грустно кусали локти. Зато шансы тех, кто попадал в райдер значительно подрастали. Добыча доспеха перестала быть тупым рандомом, и стала вполне рентабельным занятием.

А самое вкусное — полный сет Пифона давал +20 % прибавку к двум базовым характеристикам. То есть бонус был не разовым, а масштабируемым. Доспех «рос» вместе с хозяином. Полный сет позволял жить на изи уровня до сорокового. Откуда это было известно — непонятно. Ни один обладатель полного доспеха так и не объявился. Но гайд был подробный, другие его пункты подтверждались, так что в финальный приз тоже поверили.

— Почему тогда желающих его получить так мало?

— Как это мало? Очень много. Некоторые на рерол пошли ради этой шмотки.

— А в стриме мало, — не сдавалась я.

— Вот откуда ветер дует, — нахмурился паладин. — Чертов стрим. Из всего клоунаду устроят.

— Я у Лиры увидела! — ввернула я. Она же стримерша, ты разве не знал? И хэштег я там увидела #доспехпифона. Она что, тоже хочет полный сет собрать?

— Хочет, — пробурчал Сережа. — В стриме челлендж объявили, на эту цацку. А у нее сапоги уже были, значит стартовые условия лучше, чем у многих. А боец с таким сетом — для группы это имба.

Паладин сказал это нехотя, словно сам убеждал себя. Все его прежние слова, про тактику группы, про совместную прокачку противоречили этой идее. «Так захотела Лира», — это было единственное объяснение, но его Сережа озвучивать не хотел.

— Ты говоришь, что желающих овердофига? А почему тэг не у всех?

— А его система фильтрует. Иначе б его любой дурак вешал. Пока залезешь, пока глянешь что тебе фуфло подсунули, просмотр уже засчитается. Тут все не так просто. Система следит за контентом, если ты действуешь в рамках челленджа — тебя продвигают. Отклонился или забил больше чем на сутки — выкидывают еще и со штрафом. Могут на твой стрим повесить значок ФЕЙК, и живи с этим неделю или больше.

— Капец! — меня аж передернуло от такого ужаса. — И что, надо каждый день по боссу уничтожать?

— Нет конечно, это и нереально. Главное целевая активность. Можно об этих боссов тупо убиваться, и оставаться в челлендже.

Тупо убиваться. Вот что мы будем теперь делать — тупо убиваться. Интересно, Сережа понимает, что Лире сам доспех нахрен не упал? Ей нужны просмотры, подписчики, которых другим способом в нубятнике не получить. Доспех она, возможно, рано или поздно получит. Но до этого мы будем сливаться, терять опыт и время ради красивой картинки.

— Сереж, а это ты так решил, или Лира подсказала?

— А какая разница? — недовольно ответил паладин.

— Потому что не похоже это на тебя. Ты мудрый, ты о группе думаешь. О том, чтобы все качались и росли. А она… Ты просто не видишь, как это со стороны выглядит.

— Как? — Сережа закипал, но слушал.

— Как будто ты папочка, а она твоя непослушная капризка — дочка. Но ей не семь лет, и косичек с бантиками тоже не видно. Позорит она тебя, вот что. Может в реале ты ее знаешь другой. Но здесь выглядит так, словно она тобой просто пользуется.

Сережа молчал и пыхтел, того и гляди взорвется. Значит мои слова попали на нужную почву. Теперь главное — загнать этот гнев внутрь, не дать ему сорваться на меня. Пусть побережет эмоции для Лиры.

— Ой, ты помнишь, говорил мне, что тут нельзя верхом кататься?

— Помню, тут маунтов нет.

— А я видела! Чернющий такой конь! На нем седло было, значит можно ездить. Его хозяин в Трактире был, а конь на привязи, возле. Жуткий, но симпатичный!

— Конь симпатичный?

— Хозяин. Представляешь, он Орк! Вот такие клычищи и торчат! — я оскалила зубы, состроив забавную мордашку. Сережа улыбнулся, хотя и напрягся на словах о симпатичном орке.

— У него 24 уровень, — продолжала я, — шмотки бомбические и меч вот такой!

Я раскинула руки во всю ширину, Сережа скривился.

— Нубас он, — заочно обхаял паладин незнакомого орка. — Рекрут в клане, или даже стажер. Их по любой фигне гоняют, а те выслуживаются.

— А здесь он что делает?

— Купи — продай. Кланы могут взять патент, на торговлю с ясельным городком. Скидывают сюда весь хлам со своего крафта, а малышню, вроде твоего орка с товаром отправляют как коробейника. «Уж полным полна моя коробушка», издеваясь напел Григор, потом вспомнил весь текст песни и помрачнел еще больше[31].

— Значит он ездит просто так, без караванов?

— Конечно, зачем ему караван, если у него свой конь есть? — Сережа ответил, не чуя подвоха.

— И меня с собой может взять?

— Да нахрена ему тебя брать?! — психанул Сережа. — Ему что, делать больше нечего? Он извозчик? Или трамвай?

— Да я просто так, из любопытства спрашиваю, — я сделала невинные глазки, — куда же я от группы?

Хмурый паладин поднялся, буркнул: «Нам пора», и не оглядываясь зашагал в степь. Я забросила в корзину остатки пикника, поместила ее в инвентарь и с улыбкой поспешила следом. Не ладится сегодня у Сережи с бабами, ну никак. Одна его, оказывается, позорит. Вторая в бега собралась с сомнительным орком. Тяжела ноша лидера.

К месту встречи Григор пошел напрямик, а я сделала крюк, обойдя лишний квартал. Появилась чуть позже и со стороны площади. Там уже было оживленно.

— А я говорю рано нам туда! — махал руками КолоБрод. Нам на волках счас — самый кач. Экспа идет, лут хороший. А там я что обдирать буду? Скальпы? Я чё, Чингачгук?

Наш лучник исходил на гавно, никогда его таким не видела. Сережа перед ним молчал, лицо его покрывалось красно — белыми пятнами. Я в очередной раз поразилась как реально тут выглядят эмоции. Принцесса Лира стояла рядом задрав носик, и предоставив паладину самому усмирять подчиненных. Хикка словно мышка шуршала в сторонке, старательно делая вид, что ее тут нет.

— Чего это они? — шепнула я ей.

— Сир Григор сказал, что мы на Грыма идем.

Царь кобольдов Грым, который живет под холмами. Понятно, что бесится Колоброд, освежевать человекоподобного кобольда — это перебор. Может злые колдуны и снимают тут с людей кожу, чтобы писать на ней самые страшные заклинания, но в навыки охотника такое умение вряд ли входит. Да и в пещерах с луком не развернуться. Из ценного члена команды стрелок превращается там в балласт.

Подданные Грыма — горные кобольды шестого уровня — нам были уже по зубам. А вот их босс — восьмерка, вряд ли. Лира утром взяла седьмой уровень. Григор и КолоБрод — оставались на шестом, Хикка на пятом а я на четвертом. А ведь чтобы до него дойти, надо пробиться через три уровня каменных пещер, целый лабиринт с ловушками и тайными ходами. Это все мне рассказывал сам Сережа. Из нашей рощицы на холмы Грыма открывался отличный вид. А еще говорил, «Туда лучше не лезть, качнуться на коблах, и идти дальше». Теперь наши планы поменялись.

— Ты Босс, — сплюнул на землю КолоБрод, — но я все равно не понимаю, на кой нам туда лезть.

Никто ему так и не ответил. Григор развернулся и зашагал по дороге к холмам. Туда вел целый тракт. На тележках, запряжённых забавными осликами везли руду и уголь, туда и обратно брели компании рудокопов, неписей и игроков. Друг от друга они почти не отличались. Замызганные кожаные фартуки, каски, похожие на тазики, кирки за плечами. Мобы на тракте не нападали, поэтому переодеваться в доспех было не нужно.

Мы шли молча. Эхо скандала еще висела над группой, и каждый гонял свои мысли. В отличие от КолоБрода я знала, зачем нам лезть под холмы. Мы шли тупо убиваться.


Глава 17. О рейтинге и боссах


Смогу ли я убить человека? Вот о чем я размышляла, пока в молчании наша группа шла к холмам. В старых играх это все — были картинки на экране. Все эти лихие комбо, которые выбивали из противника дух особо извращенным способом. Или можно было сбить всмятку пешехода и поорать над брызгами на лобовом стекле. А тут все было реально — тело, дыхание, эмоции. Мне, как магу, проще, заклинания действуют на расстоянии. А вот так, стоя лицом к лицу рубануть топором, или воткнуть меч в пузо — каково это? На арену сходить что ли… испытать себя. Хотя какая мне арена, с моей самой гуманной профессией? Только в рожу плюнуть и смогу. Но как только получу первый боевой навык — сразу схожу. Пусть меня там сразу положат, не беда. При этом не теряются ни вещи, ни опыт. Лучше пять минут позора, чем в нужный момент затупить из за дурацких рефлексов.

Я думала об этом, потому что решила, что кобольды будут похожи на людей. Нифига не похожи. Мелкие красные твари, Григору по пояс, а мне почти по сиськи, похожие на лысых обезьянок. Мордочки у них были вытянуты, как у собак, а за ушами торчали небольшие рожки. То, что эти суки разумны, подтверждали только каменные копья и ножи в длинных лапках. То, что они выкрикивали нам из темноты больше походило на собачий лай. Лишь привыкнув, я стала различать отдельные слова:

— Прочь! Прррррочь! Наши горррры… Нашшшши!

— Сдохни! — крикнулКолоБрод, выпуская очередную стрелу.

Кобольды в ответ рычали и тяфкали, прячась все глубже и глубже во мрак узких коридоров.

— Нас заманивают, — сказала Хикка.

От этих слов, сказанных самым молчаливым участником группы, стало еще больше не по себе. Словно мы в дешевом ужастике, и режиссер нагоняет саспенс. Мы шли за кобольдами вглубь горы уже двадцать минут, и до сих пор не убили ни одного. Вдали скрылись деловитые рудокопы, перестал слышаться стук их инструментов. Зайдя в штольни мы быстро миновали участок, на котором шла добыча. Коридоры там были высокими, их освежали масляные лампы, а своды держали деревянные распорки.

Шахтеров было немного, десятка три. Еще четверо стояли у входа в темный лаз. Эти были вооружены и собраны, но внутрь не совались. Наверно охрана. Интересно, им тут денежкой скидываются, или по очереди дежурить ставят? На нас парни смотрели с удивлением. Кобольды были непопулярной добычей. Теперь я понимала, почему. Может иногда они набираются наглости, и толпой вылезают, чтобы устроить шахтерам веселую жизнь. Иначе зачем мужикам торчать возле этой дыры? Но случается это не часто. Пока мы были здесь — не случилось. Пока нас заманивали.

Помощи от стражи ждать не приходилось. Как только мы нырнули в проход, данж закрылся. Теперь любой вошедший встретит своих кобольдов и своего Грыма, а нас даже не заметит. Чертов Сайлент Хилл. И название подходящее[32].

Коридор сужался, где-то капала вода, Григор и Лира несли факелы и их пламя бросало тревожные тени на неровные каменные стены. Интересно, как они собираются сражаться с факелами в руках? В отличие от нас, эта парочка к походу подготовилась. Почему нам не сказали заранее? Боялись, что мы их пошлем? Или им просто похер на других? От Лиры я другого и не ждала, но Сережа? На него это не похоже совсем. Или мне просто не положено знать лишнего. Меня как овцу ведут за собой, куда надо. Аптечка… овечка… тфу!

Врага мы толком не видели, зато понесли первые потери. В одном месте прямо из стены выскочили ржавые железные шипы, наколов нашего паладина, как бабочку. Я завизжала от ужаса, думая, что мы потеряли лидера. Но Григор даже не поморщился, обломав их у основания и вытащив из тела. Крови в игре, слава богу, не было, поэтому я просто отлечила ему просевшее здоровье. Второй раз на голову Сереже обрушился небольшой камнепад. Он снова выжил, но приложило серьезно. После этого, вперед пустили КолоБрода. Лучше всех ловушки обнаруживает вор, но Лира таковой была только по названию. А вторыми в этом умении оказались стрелки. У них прокачивалась наблюдательность, она давала плюсы к дальности и меткости стрельбы, а заодно позволяла «видеть невидимое». Так что в ПВП стычках стрелки были чем-то вроде местного антитеррора, отлавливали вражеских тихушников.

Спокойствия это не прибавило. КолоБрод легко находил ловушки, указывая то на подозрительный камень, то заставляя перешагивать через невидимую нить, зато кобольды обнаглели. Тощего лучника они боялись меньше, чем бронированного паладина. То и дело из темноты высовывались красные мордочки, которые крыли нашего стрелка, почему-то по — польски:

— Куррррва! Курррва!!!

— Сами вы падлы! — психовал КолоБрод пуляя наугад в темноту.

— Не трать стрелы! — покрикивала Лира.

Этой до всего есть дело. Небось, уже все монетки в наших карманах считает своей собственностью, да и нас самих до кучи. У Лиры кроме сапожек прибавились еще и перчатки. Стильные такие гловелетты[33] почти до локтя. Значит еще одного босса прикончила. Можно даже не гадать, какого. Крысиный король, он Лире на один зуб. Судя по истерике КолоБрода — за доспех он не в курсе. Значит они это дело вдвоем с Сережей обстряпали. Надо же, тихушник, а мне ни словечка.

Задумавшись, я чуть не пропустила момент, когда коридор вдруг закончился, и мы вывалились в огромный зал. Впрочем, о размерах можно было только догадываться, стен видно не было.

— Свет! — крикнула Лира, хлопнув в ладоши, и у нее над головой появился шарик, который заливал все вокруг ровным теплым светом.

Магия! Но как эта сука смогла?! И почему не я?! Свиток… конечно это свиток. Я видела такие, даже приценялась. Стоили они дохера, но мы и лута набивали немало. И все шло «на нужды клана», в том числе и на вот такие гребаные спецэффекты.

Шарик поднялся выше, освещая весь зал, и я увидела кобольдов. Они стояли вдоль стен плотной шевелящейся толпой. Их было много, несколько десятков, может больше. Они больше не выглядели забавными уродцами. Кобольды поскуливали и тяфкали от дикой злобы, от желания убивать. Я на мгновение оторопела, и тут кобольды бросились на нас.

— ДД в клин! Хикка, Машка, назад! — заорал Григор

— Для тебя Мариэль!

Я злилась на Сережу, и не скрывала этого. Мог бы и поделиться планами своей подружки заранее. Я бы конечно сделала все, чтобы они не осуществились, но даже если бы у меня ничего не вышло, я хотя бы подготовилась. Да у меня конечно и так все забито пузырьками. Два на жизнь, остальные на ману. Но ради такого я бы себе хоть сумку новую прикупила бы. А то всего 12 ячеек, смех один.

Григор ударил рукоятью по щиту, и кобольды кинулись на него. Они даже не замечали стоящих рядом лучника и Лиру, отталкивали друг друга, чтобы вцепиться в ненавистного паладина. Мне показалось, что эта волна сметет его, но Сережа устоял. Тех, кто впереди, удерживал щит, а вот сзади до него добрались. Кобольды усердно тыкали своими короткими копьями в ноги, в спину и даже прямо в задницу. Мы с Хиккой только рты открыли от такого попрания мужской чести нашего лидера.

— РРРРАА — А — А! — паладин явно применил какой-то классовый навык, и враги отлетели от него на пару метров. Некоторые кобольды ошалело трясли головами, видимо приложило их неслабо.

— Не дергайся ты, целиться мешаешь — КолоБрод ржал в голос, оценив угрозу Сережиным тылам.

— Так стреляй, а не пялься! Мариша, хил!

Здоровье паладина резко просело. Еще бы, его дрючили со всех сторон. Урон от кривых допотопных копий был мизерный, зато удары сзади система засчитывала как криты. Я принялась отлечивать Григора, понимая, что легко удерживаю его полоску жизни в зеленой зоне. КолоБрод бил как в тире. Конечно кобольды не падали с одной стрелы, как кролики. Но трех — четырех выстрелов хватало, чтобы отправить их в страну вечной охоты, или куда там попадают цифровые мобы после смерти.

— Фрррррр — р — р-р! — взорвавшаяся каскадом ударов Лира напоминала взбесившийся блендер. Расставив свои тесаки в стороны, она вертелась как волчок, разбрасывая в стороны разрубленных или покалеченных красных уродцев.

— Переагриваешь! — закричал Сережа, — бей наверняка!

— Да и хрен с ним, а то всю ночь провозимся. Колоброд прикрой!

Я увидела, что значит «переагрить». Кобольды, которых недобила Лира словно очнулись от массового гипноза. Они бросили Сережу и кинулись мстить разбойнице. А двое из них вообще опустили копья, с интересом глядя на нашу священницу. Хикка ойкнула, и принялась оглядываться в поисках убежища. Что делать в таких случаях, нам с ней не объясняли.

Спас нас КолоБрод. В две стрелы он положил первого, на второго хватило одной. Видимо Лира их уже неплохо потрепала. Разбойница азартно рубилась сразу с пятью, отбивая удары каменных наконечников, а то и просто уворачиваясь от них. Это было красиво, но неэффективно. Нанести урон своим врагам она тоже не успевала, и ждала перезарядки навыка. Не дождалась, всех методично перебил лучник.

Сережа по — прежнему стоял в центре, стряхивая с себя кобольдов, как медведь — собак. Хорошо, что у него очки, а не костюм, подумала я. Это ведь больно, когда в тебя тычут, режут, жгут. Ладно, если просто не повезло. А у паладина работа такая — быть мальчиком для битья. Мечом он махал скорее для того, чтобы было не так скучно стоять. Лишь два кобольда рядом с ним светились оранжевыми полосками жизни, остальные были полностью здоровыми и полными энергии.

Интересно, а кто по классу орк? С таким большим мечом, вряд ли он отыгрывает тут боксерскую грушу. Наверное какой — нибудь варвар, ДД с огромным уроном и выносливостью. А может даже шаман. Я понятия не имела, чем занимается тут шаман, но орк — шаман это звучит… интригующе!

— Хил, Мариша! — Сережа закричал, словно почуял мои мысли.

— Да милый! — вырвалось у меня.

А может, и не вырвалось, может, я нарочно эту сучку подразнить хотела. Сейчас ей точно не до разборок, поэтому пусть бесится и косячит.

Через пару минут все было кончено. Сдирать с кобольдов шкуры создатели игры сочли негуманным, так что для КолоБрода работы не было. Красные тельца почти сразу истаяли, оставив после себя, только дрянные копья и ножи, да россыпь медных монет.

— Ты переагриваешь, Лира. Надо или держать их на мне, или бить наверняка. — Сережа поучал разбойницу, но та только отмахивалась.

— Да пофиг. Они картонные, сразу валятся. Не нуди.

Паладин вздохнул и глянул на меня, ища сочувствия, мол вот как мне трудно приходится. Но я игру не поддержала, и отвела глаза. Сам виноват, пусть теперь помучится.

На первом ярусе таких залов было три. Третий мы проходили почти скучая. Паладин вышел вперед, Лира запустила шарик света. Потом Сережа терпел, КолоБрод стрелял, я лечила, а высокомерная сучка переагривала. Григор только качал головой, считая это упрямством и непослушанием, но я то знала, что Лира бьется ради рейтинга. Поход за сокровищами превращался в скучную рутину. Лира всеми силами развлекала зрителей, и я боялась, что она нарочно устроит бойню, лишь бы накрутить просмотры. Ведь лучше всего на роль жертвы, которую будет немножко жалко, но без которой все обойдутся, подходила я.

Перед спуском на второй уровень Хикка обновила благословения. Мне она добавила как и раньше по пятерке ко всем характеристикам, а вот над паладином и Лирой колдовала особо, наверно разучила что-то полезное для нашей элиты. Но даже так, наша группа становилась уровня на два сильнее своих реальных показателей. Страшно представить, на что способны бафферы более высоких уровней. Теперь я понимала сережины слова, о том что суппорт решает все. Умный он все — таки. Если б не эта сучка, цены б ему не было.

Ловушки на втором уровне были серьезнее. КолоБрод шел медленнее, щурясь и разве что не обнюхивая пол и стены. Но замечал не все. Два раза мне пришлось его отлечивать. Можно было поберечь ману, и съесть пирожок или яблоко. Это не бой, и любая пища давала ускоренную регенерацию. Но ничего подобного мы просто не захватили. Да и Лира гнала нас вперед почти пинками.

Кобольды здесь оказались злее и умнее. Кроме того у них были пращи. Кожаные ремешки, которыми они метко и больно пуляли булыжники. В первом же зале, не все из них кинулись на паладина. Некоторые остались стоять вдоль стены, и не попали под его призыв. Первой досталось Хикке. Булыжник ударил ее уже на излете, но все равно сбил треть здоровья.

— Мариша! — она жалобно смотрела на меня, но я не могла бросить паладина. «Хил лечит пала, падает пал — падает рейд», это Сережа вбил мне в голову еще в первую нашу охоту на кроликов.

Лечила я непрерывно. У малого исцеления откат был крохотный, но и заклинание первого уровня возвращала совсем немного очков жизни. Даже после баффа я отхиливала только 35 единиц здоровья. Так что я щелкала пальцами как испанская танцовщица, восполняя то, что вышибали с паладина копьями и камнями.

С метателями затеял перестрелку КолоБрод. Он бил сильнее и точнее, но кобольдов было больше. Камни прилетали все чаще, сбивая всего по несколько процентов, но восполнять их было некогда.

— Лира, режь камнеметов! — Сережа сообразил первым.

Слава Богу разбойница не стала капризничать, она была стервой, но не дурой. Рванув перекатом мимо стада, которое пыталось затоптать паладина, она побежала вдоль стены, срубая кобольдов с пращами, как молодые березки. Они уже поняли, откуда придет их смерть, но ничего не успевали сделать. Лира уворачивалась от камней, летящих прямо в упор и разила своими короткими мечами с одного удара, срубая головы, вспарывая животы, отсекая конечности и, кажется, ни разу не повторяясь. Я даже залюбовалась дрянью.

Когда последний владелец пращи сдох — Лира вбила ему тесак прямо в рот, зачистка зала стала вопросом времени. Их перебили по одному, стараясь не рисковать.

— Кульная штуковина, — я подобрала с пола пращу, и поместила ее в слот оружия.

Камней вокруг валялось достаточно. Стоило взять один, и мое оружие оказалось заряжено.

— Не зашиби, — заржал КолоБрод, — коблы не добили, так Мариша счас прикончит!

— Курррррва! Курррррва! — я зашипела и оскалилась, подбираясь к лучнику.

Напряжение после боя отпускало, и я поняла, как сильно испугалась. Адреналин пьянил, хотелось хохотать и дурачиться, чтобы чувствовать себя живой.

— Лут, это собственность группы. Положи, где взяла, — бросила Лира, и тут же отвернулась.

От удивления камень сорвался с ремня, и улетел куда-то в сторону. Искать его не было никакого желания. Праздник закончился. Пришел сторож, и всех разогнал.

— Это же мусор! — неожиданно вступился за меня Сережа. Надо же, хватило смелости. — Мы и не подбираем ничего, это ж хлам.

— Херово, что не подбираем, — Лира зло сузила глаза, — давно ты миллионером стал Серый, раз за медью не нагинаешься?

Игру в гляделки паладин проиграл. Лира ударила по самому больному, по коморке под лестницей в Ново — Огарево, по выбору между дешевой колбасой или дешевыми сигаретами, поездкой на троллейбусе, или прогулкой пешком. «Лутаем», — буркнул он опускаясь на корточки. За ним присели стрелок и Хикка.

— Мне не во что, все бутыльками забито! — я помахала ладошками, показывая, что у меня лапки, и я не собираюсь становиться на четыре точки.

Так мы и стояли с Лирой друг напротив друга, пока наши компаньоны кряхтя ползали по залу. Сама она в сборе лута, понятное дело тоже не участвовала. Зрители не поймут.

В следующем зале Григор и Лира хапнули уровень. мне до четвертого оставалось совсем чуть — чуть. Я выпила третью бутылку маны, и была уверена, что оставшихся семи мне хватит.

А потом мы потеряли КолоБрода.


Глава 18. О боссах и агрессии


Это случилось в последнем зале второго уровня. Там снова были метатели, а еще десяток здоровенных кобольдов, ростом почти с человека. Их рожи были плоскими как у бульдогов, а в лапах они держали большие дубины. «Кобольд — страж», — прочитала я скосив глаза. Жизни у этих отбойщиков было раз в десять больше, чем у мелкотни. Может кобольды практикуют борьбу сумо, и эти стражи у них — местные чемпионы 7 А может они вообще своей задницей тоннели затыкают. Был проход — и нету. Граница на замке.

У Лиры заблестели глазки, с такой тушей махаться куда зрелищней, чем с писклявыми обезьянками. Не одобряет разбойница бодипозитив. Это по ее костлявой жопке понятно, даже тут из себя доску сделала, при таком богатстве возможностей.

— РРРРАА — а — а! — заорал паладин бросившись вперед.

До меня дошло, что туши отжимают нас от центра зала, стараясь загнать обратно в туннель. Они выстроились в ряд как игроки в американский футбол, и медленно шли вперед. А ведь только с центра Григор может агрить на себя всю толпу.

— Бац! — Сережа врезался в ряд стражей, как стальной шар в боулинге.

Один из кобольдов отлетел, придавив визжащую мелкоту. Остальные накинулись на паладина с двух сторон, пихая животами. Не знаю, как они умудрялись в такой тесноте махать дубинами, но здоровье Сережи скачками понеслось вниз.

— Хил!! Мариша, хил!

Мог бы и не кричать, свое дело я знала. С трудом, но я держала жизнь паладина в зеленой зоне. Выглядело все конечно страшновато, Сережа как гордый утес стоял под ударами красных волн. Он бил по щиту приводя в бешенство кобольдов, те отталкивали друг дружку, чтобы вцепиться в гадкого паладина, и все же ничего не могли с ним сделать. Бафф Хикки и моё исцеление делали его неуязвимым. Тактика и организация била толпу. Я загордилась нашим лидером, именно он собрал нас, он научил действовать вместе. Я никогда не любила командные виды спорта. Одинаковые маечки, речевки, весь этот бред про «чувство локтя». Но сейчас мне было хорошо. Хрен с ней с «аптечкой», если надо, буду хорошей девочкой, буду лечить лидера и побеждать вместе с ним.

Розовые сопли мне утерли первым же прилетевшим камнем. Он упал на излете и снял всего 15 пунктов здоровья, но зато отрезвил и вернул ясность мыслей. Сразу вспомнился шестой класс, спортзал и дылда — переросток Гуля Катаева. На волейбольной площадке она всегда целила не в пол, а прямо в лицо. Когда она сотворила такое со мной, я в ответ со всей дури рассадила ей нос волейбольным мячом. С тех пор моим любимым видом спорта стал бег. Там все зависит только от тебя.

— Лира, пращи, Лира! — закричала я, показывая на метателей.

Сучка то ли не услышала меня, то ли проигнорировала. Будет она еще какую-то аптечку слушать! Вместо этого, с воплем «Серый, я иду!» она врубилась в толпу стражей. Удары в спину давали чудовищные криты. Одна туша осела на пол, почти сразу за ней вторая. Третьему жирдяю Лира отстригла башку, сложив свои тесаки ножницами. Она выдавала одно комбо за другим, взрываясь ударами, в то время как мы за ее спиной готовились сдохнуть.

Меня и Хикку спас КолоБрод. Отступив назад и практически прикрывая телом нас, он начал перестрелку с метателями, вызывая их огонь на себя. Я смотрела на нашего лучника словно в первый раз. Вечное трепло и долбоклюй сейчас вытаскивал нас из полной жопы, в то время как прима — балерина плясала свой танец совсем в другой стороне.

Каждая стрела находила свою, два — три попадания и кобольд валился на пол. КолоБрод стал отличным бойцом, мощным ДД, выдававшим очень хороший урон. «Может быть даже слишком хороший», — мелькнула поганая мысль. Он ведь не в курсе, чьей мы свитой сейчас являемся, и кому должны уступить победу.

Я до последнего надеялась, что стрелок успеет. Но кобольды пристрелялись, нанося все больше урона. Жизнь Колоброда уже дважды падала в красное, но он спасался бутылочками. В отчаянии я перекинула на него метку, и попробовала хоть немного отлечить, но тут же раненым медведем заревел Сережа: «Мариша, хил!»

Чуть не плача, я как мантру повторяла про себя: «Падает танк, падает рейд». Раньше я не спрашивала, играет ли лучник со сьюта, но теперь видела, что да. Видимо, когда тебя забивают камнями — это больно. Удары все чаще сбивали ему прицел, а в последние секунды он просто стоял, умпямо глядя на своих врагов. Еще один камень, и КолоБрода не стало. Только что-то из шмоток шмякнулось на каменный пол, да зазвенели рассыпаясь монетки.

Лира сразу отлипла от стражей, и пошла вырезать метателей, что еще сильнее укрепило меня в гнусных подозрениях. Через пару минут все было кончено.

КолоБрод (5): эй… как вы там?

КолоБрод (5): все целы?

Мариэль (4): Колоброооодиииик! живооооой!

КолоБрод (5): вот ты чудная Машка

КолоБрод (5): куда я денусь?

Мариэль (4): беги к нам!

Мариэль (4): народ… мы ведь его подождем?

SirGrigor (6): никто никуда не идет… это закрытый данж… сюда больше прохода нет

SirGrigor (6): колоброд жди на нашем месте или спать иди

КолоБрод (5): шмот мой там подберите

SirGrigor (6): подберем

SirGrigor (6): всем брысь из чата! не отвлекаемся!

Третий уровень был совсем короткий. Всего один зал. Тронный зал Грыма. А может и не тронный, понятия не имею, что там внутри. Может там кобольды в дурака режутся и кегли сбивают черепами невезучих старателей.

Григор обошел нас словно отец — командир. Велел проверить оружие (которого у нас с Хиккой не было), и эликсиры (словно они от этого прибавятся). На всякий случай, я все таки заныкала себе одну из пращей, больше из упрямства, но пользоваться ей не рискнула. Вдруг своих кого зашибу.

Хикка лихо хлопнула синий бутылек и обновила благословение. Прежнее еще держалось, но мало ли, сколько будет длиться бой с царем кобольдов, да еще и в сокращенном составе. Может и недолго, поубивают нас, и по домам пойдем. Кукольное личико Хикки выражало полную покорность судьбе. А я еще на свою игровую роль жалуюсь. А тут благословила раз в полчаса, и собирай цветочки. А если цветочков нет, скучай в сторонке. Интересно, зачем вообще выбирают такие классы? Так хочется быть кому-то нужной? Или ее как и меня охмурили во младенчестве, а теперь уже поздно соскакивать? Или она пацифистка, и не хочет ручки марать? Тогда самое то.

Коридор был коротким, а зал большим. И здесь уже горели факелы. И нас ждали.

— КТО ОСМЕЛИЛСЯ ЯВИТЬСЯ В МОИ ШТОЛЬНИ И ШТРРРРЕКИ!!!?

Бла… бла… бла… пафосная речь, которую задвинул этот жирдяй не кончалась минут пять. Шел бы в тамады, цены б ему не было. Он был огромным, метра три ростом с жирными складками на пузе и бородавками на физиономии. По сравнению со своим царем, обычные кобольды мне показались милыми домашними песиками. Кстати их в зале видно не было. Зато были стражи, десятка два — личная царская гвардия. Недобро ворча и постукивая дубинами о пол они двинулись на нас.

— Смотрите за проходами. — паладин ткнул рукой в несколько темных дыр на стенах, — оттуда могут выскакивать кобольды. Обычно это происходит, когда жизнь босса падает до какого-то порога: 75 процентов, половина, 25 процентов. На этих моментах ждите гадостей.

Самое время для лекции. Хотя может раньше я б и не запомнила, а сейчас ловила каждое слово. Не сказал только Сережа, что НАМ делать, когда полезут кобольды. Визжать погромче, или наоборот быть с ними поласковее. На всякий случай я решила держаться ближе ко входу, и если что смыться на второй уровень. Но моим планам не суждено было сбыться.

— Бааамс! — с лязганьем и стуком за нашими спинами упала ржавая, но вполне крепкая решетка.

— ВЫ В МОЕЙ ВЛАСССТИИ! — обрадовался, и даже заплясал на месте Грым, — СОТРРИИТЕ ИХ В ПЫЛЬ! В ПЫЛЬ!!!!

Трона в зале не было, зато стояли длинные деревянные столы, как в немецкой пивной, а еще странные, неприятного вида приспособления с крепежами для рук и ног, ростовые клетки — в одной тоскливо привалился к решеткам скелет в ржавой кольчуге и истлевших портках, а ближе к центру стоял большой каменный алтарь с потеками чего-то бурого. Умом я понимала, что это могут быть и декорации. А если нет? В одних застенках я уже побывала. Про себя я решила живой кобольдам не даваться, мало ли с какого уровня тут начинается взрослый контент.

Стражи попытались окружить нас, они заходили с боков, охватывая широким полукольцом. Сережа применил проверенную тактику. Уперся щитом в землю, и стал лупить по нему рукоятью меча. Не знаю, что в этот момент чувствовали мобы, может он их оскорбл*л всячески, а может наоборот казался им стейком прожарки велл — дан, но фокус опять сработал. Глаза стражей налились кровью, они развернулись к паладину, и скачками, опираясь на передние лапы, как гориллы, ринулись на него.

Не все. Четверо крайних, слева и справа замотали бошками, потом осуждающе глянули на соплеменников и развернулись к нам.

— Ой! — снова запаниковала Хикка.

— Ш — ш — ш, молчи… вдруг они нас не заметят, — я легонько пихнула ее локтем но поздно. Твари уже почуяли в нас жертв и поперли вперед.

— Стааааять сучки!!! — с визгом, который ей заменял боевой клич, Лира врубилась в группу непослушных стражей.

Троих она связала боем, а вот четвертый рванул к нам. Глядя, как приближается неминуемая смерть, я уставилась ей в лицо. Не из отчаяной смелости, просто других вариантов особенно не было. Если рассмотреть, мордашка стража была даже симпатичной. Похож на бульдожка. Или мопсика. До стража оставалось шага три, когда я поняла, что помощь не успеет.

— Разбегаемся! — заорала я отталкивая от себя Хикку,

Так в началке мы тырили мороженое. Выхватывали порцию из рук уличной торговки и кидались врассыпную. Шанс, что она поймает вора был минимальный. В случае провала, случайная жертва моментально принималась реветь, размазывать сопли и давить на жалость, а брошеный лоток тем временем зачищали остальные.

У Хикки такого опыта не было, не зря она в училки пошла. Отбежав несколько шагов она прижалась попой к стене и мелко тряслась. Спина стража почти заслонила ее, а дубина стала подниматься.

Я оглянулась вокруг — ничего подходящего. Полезла в инвентарь — кинжал охотника. Да я даже от зайцев им не отбилась, а тут кобольд. Праща! Пользоваться ей, я не умею, но есть же камни!

— Эй урод! — увесистый камень влетел стражу в затылок. Промахнуться с двух шагов было невозможно.

ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы получили достижение «Глаз — алмаз». С первого раза вы попали метательным оружием в цель, нанеся критический урон.

Вам открыта способность «Снайпер»! Цельтесь лучше, берегите боеприпасы!

Снайпер 1/100 Ваша точность (вероятность критического попадания) повышена на 1%

Нахер мне это все! Смахиваю сообщения. Страж развернулся, забыв про Хикку пялит глаза на меня. «Критический урон», да у него даже полоска жизни не уменьшилась.

— Хороший песик… глянь какая вкусная девочка… какая сочная…

Виляю перед ним бедрами и тут же — На ка! — еще одним камнем в морду!

ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы получи…

Отмахиваясь от сообщений запрыгиваю на клетку, потревожив прах неизвестного бедняги, с нее на стол, а оттуда на какой-то каменный уступ. Спиной я чувствовала сзади трещит дерево, и как сопит взбесившийся страж. Я от бабки ушла, я от кроликов ушла, а от тебя урод, и подавно уйду!

— Слезай, обезьяна, — услышала я голос Лиры.

Обернувись я поняла, что все кончено. Она разделалась с последним прорвавшимся стражем, и сейчас побежала помогать паладину.

— Мариша, хил!

Сейчас, сейчас подлечу тебя, болезный. Сердце колотилось так, что отдавалось в ушах. Я полностью забыла, что я не в реальной жизни. А там если биться, то надо биться до конца. Никто тебя не пожалеет, никто не скажет — «она старалась, пусть победит дружба». Надо биться, пока не сдохнешь.

Уступчик, на который я залезла, был в метрах полутора над полом. Так бы я хрен туда заскочила. Помогли ловкость, поднятая благословением, и хороший стимул, в виде кобольда за спиной. Я решила никуда не слезать, тут и лечить могу, и как-то спокойнее.

Здоровье Сережи упало в красное, и я защелкала пальцами, поднимая его жизненные показатели. Лира резала стражей. Хикка сидела на полу привалившись спиной к стенке, и ее заметно потряхивало. В общем каждый занимался своим делом.

Я невольно залюбовалась Лирой. Она не просто сражалась, она танцевала. Ее короткие мечи, больше похожие на мясницкие тесаки казались продолжением рук. Она отсекала конечности, перерубала шеи, раскраивала черепа. И никто не давал ей сдачи. Тупые кобольды мутузили в это время Сережу, даже не замечая эту фурию. Какая скверная штука — контроль сознания. Интересно, а с игроками так можно?

Стражи закончились минут через пять. Грыму это очень не понравилось. Он и рычал, и пыхтел и топал, но в бой не ввязывался. Лишь когда рухнул последний страж, царь кобольдов счел нас достойными того, чтобы лично дать звиздюлей.

АРРРР!!! — на два голоса затянули Грым с нашим паладином. Два альфа — самца столкнулись на одной дорожке. Дубина Грыма опустилась на щит Григора, тот присел от удара, но удержался на ногах. И началось эпическое махалово. Сталь звенела высекая искры из камня. У Грыма не было никакой защиты и Сережа то и дело цеплял мечом то ногу, то плечо, то жирное пузо. Но полоска жизни у Грыма едва дергалась

20 000/20 000. Сначала я думала, что ошиблась в ноликах. Но нет, именно столько здоровья было у этой туши. Большую часть ударов Грыма паладин блокировал, но они были настолько мощными, что просаживали здоровье процентов на 10. Я лечила неприрывно, так что полоска Григора, хоть и прыгала сильнее, но оставалась все время в зеленой зоне.

— И чего вы встали? Долго я один с ним буду бодаться?

Лира опомнилась, подскочила к боссу и принялась строгать его телеса своими тесаками. Она ловко, хотя и немного банально рубила с двух рук, время от времени взрываясь комбо, при которых ее движения смазывались настолько, что я не могла их разглядеть.

— Не переагривай! Откусывай понемногу, — это Григор. Голос спокойный, может они и правда знают, что делают.

19759/20 000…19538/20 000…19257/20 000… Сколько же урона она наносит? Лира и правда стала машиной уничтожения. Сережа вкладывал в нее все средства от лута, львиную долю опыта группы, и сейчас она отрабатывала инвестиции.

17923/20 000…17480/20 000…

Грым резко остановился, и стал раскручивать дубину над головой. Первым сообразил Сережа.

— Всем назад! К стенам! Это стан!

Сам он тоже ломанулся назад, топая тяжелыми сапогами. Грым с размаху опустил свою дубину на пол, и мощный удар прокатился по всему залу. Он как волна опрокидывал, выбивая землю из под ног. Я едва не свалилась со своего балкончика, чудом успев схватиться рукой. Сережа покатился кубарем, и как тюфяк приложился о стену. Хуже всех пришлось Лире, она слишком увлеклась, и оказалась ближе всех к эпицентру. Сейчас она стояла на четвереньках, мотая головой, и кажется, совершенно не понимая — что происходит.

— Шмяк! — с сочным звуком молотка на свежей отбивной дубина Грыма опустилась на хребет разбойницы. Второй удар выбил ее здоровье в желтую зону.

— РРААА!!! РРРААА! — паладин вскочив, пытался привлечь к себе внимание царя кобольдов.

Он бегал вокруг Грыма, колотя в щит, как шаман в бубен. Наконец тот с неохотой бросил свою жертву и обернулся к Григору. Босс словно проснулся, или только начал драться всерьез. Он стал быстрее, злее, бил точно и сильно. Сережа дважды пропускал криты, его полоска тоже пожелтела. Я лечила не переставая, обнулила ману, и опрокинула очередной бутылек.

У меня осталось пять, и не «малых», а «небольших». Дуревар драл за них по два золотых, но они того стоили. Поднимали запас сразу на 200 пунктов, почти всю мою полоску. Три уровня я бросала всё в мудрость, и сейчас там было 17 пунктов. Еще пять давало благословение, два — юбка, которую я неожиданно, для себя соорудила из плаща, и единичку — милый браслетик из красных бусинок. Его я купила по случаю, бродя по толкучке. Вместе получалось симпатично ровное «25» — двести пятьдесят пунктов. Умничка Мариша, запасливая. Не зря банками сумку забила, даже не зная про этот тухляк. Как говорила одна моя подружка: «У каждой приличной девочки, всегда с собой должна быть зубная щетка. Кто знает, где проснешься утром?»

— Хил! Хил!!!

А это Лира очнулась. Прости, мне бы Сережу удержать, а тебе лечение по должности не положено. Демонстративно отвернулась от нее, тем более, что паладин то и дело проседал до половины.

— Сучка, — прошипела разбойница и кинулась в бой. Здоровье у нее подросло, но не до предела. Пожлобилась видно на хорошие бутылки и ждет отката.

На половине здоровья босс снова запыхтел и поднял дубину, но теперь все прошло гладко. Пал и разбойница отбежали к стенам и переждали удар, а затем поймали Грыма на агро. Тому не помогли даже кобольды, с лаем выскочившие из дыр по кругу. Все они послушно бросились на Григора и были вырезаны Лирой.

— Не переагривай! — вопил Сережа.

Лира слушалась, а может просто прижала хвост. Напугала ее дубина Грыма. Устраивал бы ей Сережа порку время от времени, была бы шелковая

Здоровье царя кобольдов исправно таяло. На двадцати пяти процентах жизни Грыму на помощь выскочили метатели. Лира прошлась по ним бешеным волчком, и я впервые поверила, что наша авантюра может закончиться успехом.

Все шло гладко, пока жизнь Грыма не упала до пятнадцати процентов. Не знаю, что нашло на Лиру, может все ее убойные навыки откатились, может подзуживали зрители в стриме, а может эта овца просто заскучала. Разбойница взорвалась каскадом ударов. Мне показалось, что от ее тесаков отлетают искры. Она все била и била, в прыжке, с разворота, двумя мечами сразу и поочередно. Полоска здоровья босса скачками ринулась вниз. Это было красиво и феерически тупо.

— Переагришь! Лира! Лариса, остановись же, бл*я! — завопил Сережа.

— Шмяк! — даже я почувствовала этот удар всем телом.

Грым врезал дубиной наотмашь, прихлопывая Лиру, как надоедливую муху. Разбойница попыталась блокировать удар, но ее короткий меч просто отлетел в сторону. Она покатилась по полу и приложилась о тяжелый табурет. Грым прыгнул следом. Казалось бешенство придавало ему сил. Зря паладин звенел своим щитом. Грым вымещал разбойнице всё. Вверх — вниз, вверх — вниз ходила дубина. Лира сначала визжала, а потом завыла зло и тоскливо:

— Хил! Хил Мариша, Хил!!!

Я лечила, но мое малое исцеление было ей как жеваный подорожник на открытый перелом. У Сережи большую часть входящего урона поглощала броня, и раскачаная стойкость. Лира же все вкладывала в ловкость и силу, и сейчас Грым рвал ее как бультерьер сиамскую кошку. Каждые пять секунд я поднимала по сорок — пятьдесят пунктов, а Грым сносил по две сотни.

— Сука! Бейся со мной, сука! Как мужик с мужиком! — Сережа похоже забил на навыки и врубился боссу в спину.

— Хил! Хил!!!

И вдруг в пещере наступила тишина. Сопел Грым, Звенел доспехами Григор, и только Лиры с нами уже не было.



Глава 19. Great Balls Of Fire*

Great Balls Of Fire — Большие шары огня, песня американского певца и музыканта Джерри Ли Льюиса.

Там есть такие слова:

Ты треплешь мне нервы, и выносишь мне мозг.
Слишком много любви сводит человека с ума.
Ты ломаешь мою волю, но зато какой кайф!
Боже милостивый, Большие шары огня!

Признаюсь, на какой-то миг я испытала злорадство. На одну короткую и глупую минуту. Потом ко мне пришло осознание того, что произошло. Мы оказались в тупике. В ловушке. В глубокой жопе.

В групповом чате бесновалась Лира. Я смахнула сообщения, потом отключила полностью. Мертвым не место среди живых, а они с КолоБродом были для нас сейчас все равно, что на том свете. А мы, пока что, на этом.

Наш паладин стоял с видом человека, который только что просрал все свои деньги на одной максимальной ставке. Я знала это чувство. Глубокая и звенящая пустота внутри. Чуть позже придет злость, желание откатить все назад, поиск виноватых. А сейчас-только пустота в которой хочется спрятаться.

Сережа все поставил на одну лошадь, но кобыла оказалась дурой и понесла перед самым финишем.

К реальности нас всех вернул Грым. Прихлопнув назойливую муху, он наконец заметил паладина и огрел дубиной по задумчивой башке. Следующий удар прошел критом. Григор даже не поднимал меч и щит. Грым забивал его в пол как молот бетонную сваю.

— Сражайся! Ты что, мудак, слиться решил?! — до меня дошел смысл Сережиных действий.

Сейчас ему в личку наверняка строчит Лира. «Сливайтесь, цигель — цигель, быстро сюда, к ноге». Мы для нее были уже мертвецами. Живя лишние минуты, мы просто тратили её время.

— Мариша, какой смысл? Быстрей вайпнемся, быстрей попробуем снова. Да он тебя с одного шлепка убьет. Ты даже не почувствуешь ничего.

— А если не убьет?! — я спрыгнула и теперь орала на паладина, — Откуда ты знаешь, что он сделает с двумя беззащитными девчонками? Это взрослая игра, Сережа. Мы там при входе бумажки всякие подписывали, что за нашу психику не несут ответственности. Мне страшно, Сережа! А если он разложит нас с Хиккой прямо на этом алтаре? И стражей позовет, чтоб нас по кругу пустить? Ты отдашь ему женщину? Отдашь этому уроду СВОЮ женщину?! Да ты не мужик, а говно сопливое!

Сережа стоит как оплёванный. Для него сейчас умереть — легче всего. Сделать вид, что это просто неудачная попытка. Обмануть звенящую пустоту внутри.

— Умирай первой! — кричит Сережа. — Ты, Хикка, а потом я!

Мы орем друг на друга, словно супруги, не обращая внимания на окружающих. Нам пофиг на окружающих, нас не интересует их мнение. Они в нашей жизни-только декорация. Даже Грым — декорация. Трехметровая жирная туша — декорация!

— На убой пошлешь, как корову? Мууууу! — кривляюсь в бешенстве, — Сережа, ты наш лидер! Ты привел нас сюда. Паладин ты, или хрен у Лиры на подсосе?! А ну не смей подыхать, понял?!

— Ты идиотка, Мариша. Ты конченая идиотка, — говорит Сережа и подставляет щит под удар Грыма.

Я отлечила его, потратив еще одну бутылку. За время попытки суицида здоровье паладина упало в красную зону. Мне стоило большого труда вытащить его. И тогда до меня дошло, что вместо спасения, я только продлила нашу агонию.

У босса оставалось меньше десяти процентов жизни. Всего 1895/20000. И все равно — слишком много для нас. Удары паладина снимали по 15–20 пунктов, которые тут же восполнялись чудовищной регенерацией. 1907/20000… 1918/20000.

Паладин — самый универсальный класс в игре. Так говорил Сережа, пока мы валялись с ним на травке. Он может атаковать и обороняться, лечить сам себя, бафать благословениями, и получать резист к магии. Все это дают храмовые квесты, которые паладины выполняют во славу своих богов. Ходят в паломничества и крестовые походы, добывают артефакты, изводят темных тварей. Невероятно сложный и задротный в раскачке класс. Еще один Имба.

Но это потом, в будущем. Пока из Сережи паладин, как из меня колдунья. Он вкладывался только в стойкость и агро. Идеальный танк. Толстая и беззубая черепаха.

1927/20000… 1935/20000… Я знаю, что будет совсем скоро. Из круглых дыр, со всех сторон полезут кобольды метатели. Их некому будет остановить. Наверное, так и случится, когда здоровье Грыма поднимется до двадцати пяти процентов. А если и нет, если мы уже перебили всех кобольдов, то чуть позже у меня просто закончится мана. Сначала упадет танк, потом мы с Хиккой.

Хикка всхлипывает, сидя на корточках, пряча лицо в ладонях. Она тоже все поняла. Видимо ее настолько проняла моя речь, и она тоже боится.

От нее толку не будет. Я ни разу не видела в руках у нашей жрицы оружие. Может она пацифистка? Религия ей не позволяет? Хотя и я от нее недалеко ушла. Ведь могла же себе поискать посох какой — нибудь, или с чем тут маги ходят?

«Неплохой кинжал охотника», который висел у меня на поясе… Так я им даже зайца убить не смогла. Едва ли у паладина силы меньше, чем у меня. Но его удары — словно комариные укусы. Что еще, праща, камни?

Идиотка, как есть идиотка, прав Сережа на сто процентов. Какие посохи? Оружие мага — это заклинания! Открываю карту навыков: Вот оно!

ШАР ОГНЯ (магия огня) — наносит противнику урон 4–6 х ЕР огнем. Одиночное действие. Может быть ослаблено или блокировано защитой от магии огня.


Откат 5 секунд.


У меня сейчас с благословением и шмотками — в интеллекте 8. Значит, при худшем раскладе буду снимать по 36 пункта. И это только на первом уровне навыка.

С веселой злостью жму на навык. Кончилась ваша аптечка! Сменила квалификацию. Кружок вспыхивает, открывая новые возможности. СТЕНА ОГНЯ… МОЛНИЯ… ЖГУЧИЕ ОСЫ… Как жаль, но читать некогда. Жму в ШАР ОГНЯ еще два раза. Третий уровень — урон 16–24. Снова кружочек в поле зрения. «Выберите жест или слово»… Жест. Ладонь вперед, пальцами вверх. Ну теперь держись, сука!

Вытягиваю ладонь, и с руки срывается файербол. Я даже почувствовала легкую отдачу, словно саданула из пейнтбольного маркера. Файер был ярко рыжим, как апельсин, и примерно такого же размера. Он весь вертелся и переливался всполохами огня. Подробнее рассмотреть я не успела. Шар улетел как теннисный мяч после хорошей подачи. Глазом видно, но увернуться вряд ли получится. В глубине зала плеснуло искрами и запахло паленым. Кажется, я разнесла одну из клеток.

Паладин заслонял мне босса, и я обошла его справа. Бугристая жирная морда Грыма была почти надо мной. Ближе подходить я боялась, даже случайно задев меня, босс мог обнулить очки жизни. И так промахнуться было невозможно.

— Бах! — и еще раз — Бах! — через 5 секунд. Грым замотал башкой, мои файеры вошли ему прямо в морду.

Сережа застучал мечом, усиливая агро. Неужели я могу преагрить эту тушу? Маленькая и слабая я? Нет, тут что-то другое…

— Он слепнет! — закричал Сережа, — бей по глазам!

Сейчас, вот только подлечу тебя. Здоровье паладина снова в красной зоне. Стоит отвлечься хоть на минуту — оно рывками идет вниз. Бутылок всего четыре. Должно хватить. Грым метелит Сережу дубиной, а я пытаюсь в ответ его поджарить. Раз лечилка, два лечилка, три — файербол… Бью на три такта… Раз… два… три… Раз…два…три… Как вальс. Ничего сложного.

Крит! Грым ревет, вжимая башку в плечи. Мне кажется, что он меня боится. Он пропускает удар, пятится, щурит мелкие глазки. Кобольды — подземные твари. Свет только в этом зале и то — факелы коптят еле — еле. Мои файеры, яркие и жгучие, пугают его. Удары босса становятся менее точными, и вместо лечения я бросаю больше огня.

1567/20000…1485/20000… 1393/20000…

Каждые десять секунд я выбиваю из Грыма в среднем по 80 пунктов жизни. 480 за минуту. Через три минуты все будет закончено. Если хватит маны. Шар огня третьего уровня тратит сорок пунктов. Пять фаеров на мою «небольшую» бутылку. Бутыльки только отлетают. Последний растягиваю на сколько возможно. Никакого исцеления-только огонь.

У Грыма остается 120 пунктов, когда мана заканчивается. Просто в очередной раз я вытягиваю руку, а из нее не вылетает ничего. Мне не хватило совсем чуть — чуть.

Чувствую на своем плече руку. Это Хикка, она что-то говорит. Меньше всего мне сейчас нужны утешения. В горячке боя я не понимаю ее слов. «Обмен», — говорит Хикка. Обмен.

Мне в инвентарь падают две бутылочки маны. «Малые», но мне достаточно. Мне достаточно даже одной. Восемьдесят пунктов маны — и я вбиваю два шара огня в прыщавую рожу Грыма. Один за другим, с разрывом в пять секунд. Прямо в упор — чтобы не промахнуться. Раз… два… три… четыре… На цифре «пять», Грым сдох.

Босс растекся жирной кляксой, и Григор торопливо протянул руку. Лут прежде всего, и как всегда — на нужды группы. Я обернулась к Хикке.

— Сколько я тебе должна?

— За что?

— За ману

— Нисколько, — Хикка замотала головой, зажмурив глаза для убедительности. — Это я тебе должна.

Понятно, что она говорит не про шмотки или опыт. Её проняло. Большинство людей поступает так и в реальной жизни. Они не верят в плохие вещи. Не верят, даже когда те происходят с ними ПРЯМО СЕЙЧАС. Может быть все вокруг — просто антураж для очередного игрового атракциона. Но я не собираюсь проверять это на себе.

— Надо обыскать здесь все. Тут должны быть тайники, — деловито командует Сережа.

Интересно, как он собирается это делать. Единственный из группы, у кого была хоть какая-то наблюдательность — это КолоБрод. Ну и теперь еще я, но я не хочу это афишировать. Не собираюсь увеличивать Лире её золотой запас. Пока Григор и Хикка суетятся, я разглядываю зал и стоящие в нем приспособления. Хожу среди них, трогаю руками.

Косой крест. На таком распяли кого-то из апостолов[34]. Руки и ноги должны быть разведены в стороны буквой «Х». Но к этому кресту жертву не прибивали гвоздями. На коротких цепях висели две пары кандалов — ручные и ножные.

Колодки. Большая дыра для головы, две по бокам — для рук. Высота такая, что стоять можно только, прогнувшись и отклячив задницу в позе раком. Жертва надежно зафиксирована и доступна спереди и сзади.

Козел — жуткий пра — прадед школьного гимнастического снаряда. На четырех ножках с острой гранью по верху. На это ребро человека клали животом и грудью. Руки и ноги крепили к основаниям ножек. Там тоже есть кандалы. Ребро заляпано черным и бурым.

Здесь все заляпано черным и бурым. Особенно много потеков на алтаре. Большой глыбе из черного камня. Зал похож на логово маньяка из сериалов Нетфликса[35].

Это все декорации, убеждаю я себя. Страшилки для нубиков. Здесь даже крови нет, просто падает здоровье. Но во мне все тверже и увереннее поселяется мысль — все это здесь есть. Не в нубятнике, в большом мире. И даже, если монстры на такое не способны, игроки с игроками смогут сделать все — что угодно.

Я снова вспомнила подземелье Черной Королевы. Тоненькую белую фигурку, подвешенную на крюке, словно туша на бойне. Её отчаяние и страх разлитые в воздухе. Как далеко можно зайти в мире, где нет смерти, зато существует боль?

— Мариша! — машет рукой Сережа. — Пойдем отсюда наконец.

Прямо за троном Грыма еще один проход. Он шире чем дыры, из которых лезли кобольды, чтобы прийти на помощь боссу. По размеру — как туннели на верхних этажах.

Мы проходим по нему не больше десяти шагов и оказываемся снаружи, на склоне холма. Про себя я благодарю всех неизвестных мне пока богов этого мира. что нам не пришлось лезть обратно через шахты. Вход зарос каким-то бурьяном. Я уверена, что если мы сейчас захотим вернуться в пещеру, то просто не найдем его. Игровые условности. Я начинаю к ним привыкать.

Над головой раскинулось звездное небо. Системные часы показывали, что в Москве сейчас 3.32. Мы проходили подземелье больше семи часов. Дорога оказалась совсем рядом. Группы шахтеров сновали по ней даже ночью. На палках шахтеры несли граненые стеклянные фонари со свечными огарками внутри. Вдали они казались стайками светляков, летящими к городу.

Мы шли молча. Сережа хмурился, наверное, готовился к разговору с Лирой, Хикка никогда не отличалась болтливостью, а я просто устала. Выгорела.

Ночь пахнет мятой и полынью, и еще чем-то знакомым, названия которому я не помню. Воздух теплый и сухой. За все время пока я здесь, дождя не было ни разу. Невозможно сказать: «Давай не будем сегодня качаться, на улице жуткий ливень». Наверное, где-то здесь дождь льет непрерывно. Это тоже игровая условность.

Мы шли минут двадцать. Лире как раз хватило времени, чтобы досмотреть шоу с нашим участием. Сейчас на моем стриме 128 тысяч просмотров. Один из них — Лира. Когда разбойница сдулась — все её зрители перепрыгнули ко мне. Всем хотелось увидеть финал. Почему ко мне, а не к паладину или Хикке? Может потому, что я единственная из группы повесила тег #доспехпифона. А что такого? Мы бьемся с боссом. Никаких фейков.

Нас встречали у околицы, там, где тракт превращался в одну из городских улиц.

— Ты овца! — Лира брызгала в меня слюнями. — Ты нарочно меня слила!

— Я?!

— Да, ты! Ты нарочно меня не отлечила, сучка!

— Лира, хил лечит танка. Мы же это разбирали, — Сережа пытается вступиться за меня.

— Заткнись! — от ее воплей закладывает уши. — Не смей ее защищать. «Свою женщину»! Давно ли она стала твоей женщиной, а?! Хрен на подсосе!

— Лира, ты все не так поняла!

— Думаешь я не замечаю ваши переглядки у меня за спиной, не вижу, как она к тебе свои сиськи подкатывает?!

— Мне хоть есть, что подкатывать! — я подкидываю строго отмеренное бревнышко в костер Лириной истерики, и она сваливается в полный невсебос.

Лира визжит, пытаясь вцепиться мне в волосы. Система трактует ее действия как агрессию, и выдает мне запрос:

ИГРОК Лира хочет прикоснуться к Вам. Согласиться (Да/Нет)

Глупый вопрос, нет конечно. Хорошо, что мы в нубятнике. В Большом мире эта дрянь нашла бы способ размазать меня по мостовой. Лира беспомощно скребет ногтями в сантиметре от моего лица.

— А может ты просто слишком тупая? — Вбиваю свои слова как гвозди. — Тупая и жадная сука. Слишком тупая, чтобы выполнить то, что сказал тебе лидер. Настолько тупая, чтобы опозорить его перед всеми своими зрителями. Знаешь Сережа, сколько людей смотрело на ее шапито с конями? Сто двадцать тысяч!

Я била словами в Лиру, но целила в Сережу. Он должен увидеть Лиру такой, как я говорю. Она сразу хотела повесить поражение на меня, а когда я вытащила группу, то стала ненавидеть меня еще сильнее.

— Ты нарочно слила меня! Ты хочешь мой квест, мой доспех!

— Мелкая жадная дрянь! Да это ты подставила КолоБрода, — я ткнула пальцем в офигевшего лучника. — Нарочно не стала вырезать метателей, ждала пока он ляжет. Боишься, что он лучше ДД, чем ты? Он лучше! В тебя заливают весь опыт, и все бабло, но ты все равно всего лишь сопливая мокрощелка.

— С меня хватит. Серый, или она или я! — Лира выкрикнула, и растворилась в воздухе.

Вышла из игры.

— Завтра утренний кач отменяем. Надо отоспаться. Подходите вечером. — устало выдохнул Григор.

Всю нашу ссору он простоял не двигаясь, как соляной столп.

— Сережа…

— Григор, че там за слив?…

— Завтра, все завтра. — и он тоже разлогинился.

«Пока… пока…» — бросили мне КолоБрод и зевающая Хикка, и я осталась одна.


Чабрец, это был чабрец. Маленькие жесткие шишечки с сиреневыми цветами. Мама и тетка Настасья собирали их летом на холмах, а потом сушили на зиму. Я стояла и вдыхала запах мяты, полыни и чабреца. А потом пошла спать.



Глава 20. Ticket to Ride*

Ticket to Ride — «Билет для поездки», песня группы «The Beatles»)


Там есть такие слова:

Я думаю, мне будет грустно.
Я думаю, уже сегодня, да.
Девушка, что сводит меня с ума.
Собралась уезжать
Она купила билет для поездки
Она купила билет для поездки
Она купила билет для поездки (У — у — у!)
И ей на все наплевать!

С утра я успела переделать сотню разных дел. Утренний кач отменили, и я как трудолюбивая пчелка жужжала по всему Ольховцу. Пробежалась по рынку и купила себе сумочку побольше. Местное ханде-манде[36] било магазинный ширпотреб и по цене, и по характеристикам. А внешний вид недолго подлатать у моего друга мэтра Сэджвика.

В мою новую «неплохую торбу травника» помещалось 24 бутылочки. Правда выглядела сумка так, словно ее сшили из куска ковра. Причем не приличного, настенного, а полового коврика, об который пару лет вытирали ноги. Она была настолько уродливой что давала — 5 к харизме. Но это были мелочи, которые исправлялись хорошим дизайном. Я еще не решила, во что ее превратить — в клатч или в багет[37], а может вообще в рюкзачок — они сейчас в тренде.

И Сережа, и Лира были в офлайне, поэтому я на время выкинула их из головы. Нет смысла думать о том, на что не можешь повлиять — от этого морщинки появляются. Так говорит мой косметолог, а ей можно доверять. Кожа у нее — как у китайской фарфоровой статуэтки — а мысль только одна, танцевать с богом Шивой на заснеженных вершинах Тибета. То, что она курит, слишком забористо даже для меня, но по внешке она — мой гуру. Билет в один конец, подальше отсюда, вот и все, что ей нужно от жизни. И мне тоже.

Покупкой сумочки я значительно поправила себе настроение. Теперь нужно было ее наполнить. Эксперт по наполнению, сидел сейчас напротив меня и уныло цедил через трубочку какой-то травяной настой или отвар, уж не знаю, что они с этой дрянью делают, прежде чем разлить по кружкам.

— М-м-м, попрофуй! Офигенно фкуфно! — я двинула к нему блюдце с пироженкой.

Бисквит снизу… сливочный крем внутри, ягодное желе поверх и шоколад вообще везде, куда его возможно запихнуть.

Кофейни в городке не было, и мы сидели все в том же безымянном трактире, абсолютно пустом по причине раннего утра. Предложить, что ли владельцу название? «Три топора[38]», — например. А что, свежо и антуражно. Нейминг — наше всё.

— Я веган. — Дуревар вернул мне вкусняшку, и даже ни одна жилка не дрогнула на его лице.

— И чё?!

— В них используют животные жиры.

— Я тебе тайну открою, — я легла грудью на стол, придвинувшись к нему и интимно прошептала, — в них даже муку не используют, они цифровые, как и все тут.

Мне нравилось доводить Дуревара, особенно потому, что он не велся на мои подначки. Худой и лысый, невозмутимый как монах в Катманду и глубокомысленный как дон Хуан[39]. Только быстрые движения глаз при особо удачных моих позициях и ракурсах выдавали его.

— Это не мешает мне быть веганом. Это вопрос самодисциплины. — Дуревар не удержался, опустил глаза на мои сиськи и рассмеялся, — Мариша, спрашивай уже, что ты хотела?

— Скучный ты, — я надула губки, — неприятный тип. И как тебя только жена терпит.

— У меня нет жены.

— О-о-о, — я демонстративно облизнулась.

— Мариша! — взмолился алхимик, — у меня счас клиент пойдет, народ на фарм закупаться будет.

Завтрак это самая безопасная и продуктивная форма общения с мужчинами. На ужине они думают о том, как затащить в койку тебя, на обеде — как завалиться туда самим, а вот за завтраком их голова, как и желудок, пуста, и в нее еще возможно поселить какую — нибудь мысль.

— Вар, а почему «небольшие» зелья стоят так дорого?

— Что значит дорого?

— Ну четыре «малых» бутылочки дают 320 маны, а одна «небольшая», за те же два золотых, всего 200.

— А ты сама их почему покупаешь? Брала бы малые.

— У малых надо откат ждать после каждой бутылки. И место они занимают столько же, сколько и «небольшие».

— Ну вот поэтому и берут. Чем выше уровень, чем больше здоровья и маны, тем круче нужны зелья. Но для нубятника «небольшие» это потолок. На «средние», тут просто нет рецепта.

— А что, на них больше травы уходит?

— Ингров? Больше, но незначительно. Но чтобы их делать, нужны рецепты. Я за них сотню отдал. По полтиннику за ману, и за исцеление. Надо ведь мне отбить свои бабки?

Качать алхимию в нубятнике начинал каждый второй. Стриги травки, вари зелья — лечи сам себя. Помучившись пару дней бросали почти все. Слишком много времени убивало это занятие. Все хотели махать мечом и стрелять из лука, а не вот это все. Проще собрать лут, скинуть оптом и прикупить флаконы у трудолюбивых зануд, вроде Дуревара. Таких на рынке было шесть человек и один полу — гном. Я ни разу не видела, чтобы они общались, каждый торчал на своей стороне, но цену их профсоюз держал крепче, чем шлюхи в Амстердаме[40].

— Мариша, самое ценное в игре — это время. Оно в жизни вообще самое ценное. Я трачу свое время, и продаю его за деньги. Другие тратят время на стрижку травы, и несут ее мне. Так всегда — одни развлекаются, другие на этом зарабатывают.

— А если я тебе реалом за бутыльки заплачу?

— Нет смысла. — Дуревар покачал головой. — Во — первых, если администрация зажопит, то это бан без апелляции. Всё тут только через биржу, а она в нубятнике не работает. Ладно, подарю я тебе несколько бутыльков, не светя реальную оплату. Ты девушка видная, мне любой поверит, что я… хмм… пал жертвой твоих чар. И что? Столько того реала? Пятихатка? Косарь? Назад я их не залью, а мне тут бабки нужны, на ингры и на рецепты. Я ведь профу качаю, не забыла?

— Ой Варчик, не звезди. — Я махнула ладошкой, — ты уже небось все что можно вкачал до капа.

Дуревар оглянулся, словно кто-то в абсолютно пустом зале мог его подслушать, и тоже придвинулся ко мне понизив голос.

— Мне оборотка нужна, Мариша. Товар — деньги-товар. Это в нубятнике «неплохие» зелья что-то стоят. А на Большой земле это мусор, который не окупит даже пустой бутылек. Там даже «средние» — мусор, а рецепт на них стоит 250 золота. Так что я стригу бабки, пока можно, не уйду отсюда, пока не соберу стартовый капитал.

— А если вам кто-то цену порушит? Найдется молодой, да ранний? Тут вам не реал, в лесополосу не вывезешь.

— Мы его и так придушим, — усмехнулся Дуревар. — Думаешь, не было таких? Сначала товар скупим, а потом закупку на ингры задерем. Дурак либо побултыхается, и сдохнет, если он совсем дурак, либо поумнеет и поставит правильную цену.

Ух ты, какой тут минигарх[41] под боком. Скромненький такой, в неприметном плащике с капюшоном, а бабла небось уже сейчас больше, чем у любого пафосного вояки. Плохо, что таким женщины не нужны. Точнее мы им понадобимся позже, как показатель статуса и предмет роскоши. Соблазнить такого по — настоящему, все равно что налить меда в швейцарский хронометр. Залить сладкими и липким весь чертов механизм внутри. Он будет твоим, но работать перестанет.

Я могла бы попробовать, но сейчас для меня Вар, не парус, а якорь. Он никуда не будет спешить из нубятника. Здесь его мирок, он окопался, нашел свою тему и будет сидеть на ней, пока не выжмет до последнего медяка. А мне нужен билет, в один конец. И даже можете не провожать.

— Ладно, Варчик, у тебя там клиенты, а я тебя глупостями задерживаю. Муа — муа, — я поднялась и расцеловала воздух возле правой, а потом левой щеки алхимика.

Если я хотела удивить Дуревара, то мне это удалось. Он то был уверен, что я хочу закупиться, и скидочку буду выпрашивать. Уже, наверное, фразы составил ядовито — саркастичные. Сейчас наверняка крутит в голове — что пошло не так. Я и правда хотела, и скидку бы выбила. Но резко передумала.

— Тебе бы поспать, Мариша, — участливо покачал головой Дуревар, — а то все хлопочешь, не высыпаешься.

— С чего ты взял? — удивилась я.

— Выглядишь не очень, — Вар неопределенно покрутил пальцами, — как будто приболела. Может дебаф словила?

Я и правда не выспалась, оживив себя кофе, контрастным душем и фруктовым смузи. Но вряд ли это было заметно по моей куколке в игре. А Вар не похож на тех, кто станет говорить гадости из за сорваной сделки. Скорее наоборот — искренне тревожится за потенциального клиента, вдруг тот помрет раньше, чем закупится.

Спасибо, Вар, — задумалась я. — Увидимся.

Никаких дебафов я не чувствовала, да и система ничего такого не показывала. Неужели реальное состояние отразилось на моей внешности? Да ну, чушь какая-то.

В трактире у меня было еще одно дело. Подойдя к стойке, я требовательно хлопнула по ней ладошкой.

— Уважаемый, у меня тут номер забронирован.

Широченная спина огра развернулась. Трактирщик уставился на меня крохотными глазками, словно не узнавая.

— Ма — ри — эль, — проговорила я по слогам.

— Четвертая, — буркнул огр, — завтрак бесплатно, сортир во дворе.

Он достал из — под стойки здоровенный амбарный ключ с приделанным на кольце бочонком, как от домино, только раза в четыре больше, положил на столешницу и потерял ко мне всякий интерес. Ни слова про работу подавалкой. Так, я бы только обрадовалась, но после слов Дуревара наоборот напряглась. Да что со мной не так?

Лестница обнаружилась рядом с барной стойкой, я на нее просто раньше не обращала внимания. Через весь второй этаж вел длинный коридор, с дверями в обе стороны. Интересно, за какой дверью живет загадочный орк? Его коня я снова видела сегодня возле крыльца. Именно мысль о «Купи — продай» Жакобе заставила меня отказаться от покупок у Вара. Что за «мусор» он привез из Большого мира?

Комната мне неожиданно понравилась. В реальном мире я бы в такой жить, конечно бы не стала, да еще и скандал закатила турагенту. А вот здесь приятно удивилась. Наверно потому, что ожидала худшего, какого — нибудь топчана с блохастыми шкурами, или нары вдоль стены. Ничего подобного. Большую часть помещения занимала кровать. Она была не двух, а скорее трех, или даже четырехспальной. Я посидела на ней, полежала и даже попрыгала. Массивное деревянное чудовище даже не шелохнулась. Этот сексодром мог выдержать даже огра, или сразу двух огров. Не то, что я собиралась их приглашать, но… вы понимаете. Запас прочности никогда не повредит.

У изголовья я обнаружила ряд квадратных цветных наклеек: черная, белая, красная, синяя и так десятка полтора. Я нажала на одну из них и обалдела. Покрывало на кровати сменило цвет. Из стильного фактурно — горчичного оно стало гладким и бл*дски красным. Я ткнула еще в одну, и получила идиотский синий. В итоге на кровать я убила час. Остановилась на лиловом покрывале и лавандовом белье. Думаю, они отлично будут сочетаться с… Хотя нет, не буду загадывать раньше времени.

Окон в комнате не было, свет обеспечивала винтажная бронзовая люстра, судя по стойкому и ровному огоньку внутри, магического действия. Одну стену занимал тканый гобелен, вторую, напротив, ростовое зеркало в кованой раме.

Гобелен изображал эльфов и эльфиек, пляшущих на лесной полянке. Одежды на них был самый минимум, и встреть их в таком виде стража Ольховца, город был бы обеспечен подметальщиками на пару недель вперед. После кровати я уже ожидала подвоха, и не ошиблась. Изображение на картине перелистывалось пальцем как фотки в галерее. Контент был взрослый и межрасовый. На одной картине два орка в штурмовых доспехах мечтательно смотрели, как на костре перед ними поджаривается худосочная эльфа. Ее запекали целиком, как кабанчика, проткнув кол через рот и соответственно задницу. Острые грудки вопреки законам физики торчали вверх, а короткие косички едва не касались пламени. Телочка не просто была жива, вид у нее был до крайности возмущенный, как будто ее пригласили на ужин, но не сказали, что будет главным блюдом в меню. Картина называлась «Ужин на траве[42]». Наверно художник намекал, что орки уже дунули для поднятия аппетита.

В итоге я оставила полотно «Жатва» в стиле Васила Горанова[43], на котором колхозницы в миниюбках и коротких топах шалависто изгибались среди пшеничных колосьев.

А вот зеркало меня расстроило. Нет, само оно было отличным. Ростовое, как я люблю. От разглядывания себя камерой со стороны у меня с непривычки кружилась голова. Меня расстроило мое отражение.

Кожа нездорового сероватого оттенка, сеточка красных сосудиков в глазах… Даже кудряшки уныло распрямились и повисли сосульками.

На мгновенье мелькнула мысль, что Лира навела на меня порчу. Я в такое, конечно, не верю, но от этой ведьмы всего можно ждать. Как бы не пришлось тут бабку искать. Надеюсь, это окажется не баба Нюра.

Мариэль(4): Мяу

MegaKillerIzAda (7): кис кис

Мариэль(4): Максик а ты кофе уже пил?

MegaKillerIzAda (7): я те че казуал[44].. такой херней страдать

Мариэль(4): Жаааль… а я угостить хотела…

MegaKillerIzAda (7): когда?

Мариэль(4): да сча

Яичница с ветчиной, пирог с печенью, оладушки в сметане и два яблока, которые Макс тут же спрятал в инвентарь, и огромная кружка ягодного чая. Бесплатный завтрак внушал уважение. Макс лопал, а я смотрела на него и умилялась.

Этот здоровенный долбоклюй пробуждал во мне какие-то инстинкты наседки. Странно, если учесть, что чужих детей я не любила, а своих у меня не было.

— Ты чё, бомжа ограбила, Маришка? — заявил он с порога.

— Это винтаж, бохо[45] стиль, так в Питере самые модные телочки ходят, — я гордо перекинула вперед чудовищную сумку.

— Теперь на ваше болото ваще ни ногой, вы там долбанутые все. — подытожил Макс и зарылся в еду.

Минут через пятнадцать МегаКиллер, сыто откинулся от стола, спрятал в сумку остатки пирога и снова заметил меня.

— Макс, посмотри на меня внимательно, ничего не замечаешь?

— Хреново выглядишь, заболела?

— Какой блин заболела? Это игра, вирт — реальность. С чего я могу выглядеть тут хреново?

Макс сразу подобрался и стал серьезным.

— А ну ка скинь мне свои статы.

— За дуру меня держишь? Я уже один раз скидывала.

— Не пыли Мариш, проехали. Мне же для дела надо.

Макс чего-то там считал и думал, а я смотрела на него и ожидала диагноза.

— А вот это у тебя — что? С харизмой?

Харизма — 7 (-5)

— Это все сумка, она харизму режет. Ну и что? Я думала, что это вообще бесполезный стат.

— Думать, Мариш, не надо. Не твоё это.

— Дурак, — я надулась, но стала слушать.

Оказалось, что харизма особенно нужна для общения с неписями. Чем выше у тебя циферки, тем охотнее с тобой говорят. Могут даже дать скидку или поручить скрытый квест. Есть даже категория игроков, которая качает харизму и репутацию в разных городах и селах, чтоб колоть местных на предмет загадок, кладов и сокровищ. Этакие Индианы Джонсы и Лары Крофт в одном флаконе. Макс посоветовал от них держаться подальше. Со временем у таких ребят векторы в голове настолько смещаются, что они считают неписей более настоящими, чем игроков, женятся на них, или выходят замуж, впрягаются в их внутренние, цифровые разборки, дичают и уходят в виртуальный мир целиком.

Но и на других игроков харизма действует. Те, кто видел меня сегодня в первый раз, наверное, ничего бы не заметили. А вот Дуревар, и Макс, которые уже привыкли к моим 12, решили, что я заболела. Мельчайшие детали, чуть другой цвет кожи, нездоровые белки глаз, тусклые волосы, и вот девочка с обложки тускнеет, на нее не хочется обернуться, она не остается в памяти яркой вспышкой, которую хочется вспоминать вновь и вновь. Я запихнула чертову сумку в инвентарь. Буду доставать только на каче, надеюсь мобы от нее не разбегутся.

— Вау! Да ты крашиха! — МегаКиллер, уставился на похорошевшую меня, и я поняла, что стиль решает все. Даже здесь. Особенно здесь.

— Макс, тут вот еще что. Эта штука появилась у меня в инвентаре, хотя я точно помню, что ее не подбирала.

Я выложила на стол пластину кроваво — красного цвета с непонятным орнаментом. Даже с частью орнамента, пластинка напоминала кусок простой детской головоломки.

— Ого, вы Грыма завалили! Растешь, аптечка.

— Завалили, ага, — я не стала вдаваться в подробности, — но я лут не поднимала.

— Так и не надо. Надо в группе быть. Это твой билет отсюда. Точнее его часть.



Глава 21. Longest day*

Longest day — «Самый длинный день» песня британского дуэта «Soulsavers», Текст песнинаписал и исполнил ее лидер группы «Depeсhe Mode» Дейв Гахан)

Там есть такие слова:

Это может быть самый долгий день
И ночь только должна прийти
Это может быть дверь, чтобы выйти
Мне некуда больше бежать.

Я обалдело хлопала глазами. Стройная и понятная картина нубского мирка сейчас дала трещину.

— Какой нахрен билет? Десятку взяла и все, бай!

— Мариш, скажи, ты как вообще на свете живешь такая наивная? Может ты принцесса какая, или жена футболиста? Ты инструкцию читаешь, только когда паленым завоняло?

Ход мыслей Макса мне не понравился. Давно уже Штирлиц не был так близок к провалу.

— Макс, ты чё расшумелся? Глянь, лекцию мне читает. По нормальному скажи.

— Ты ролик вначале игры смотрела?

— Неа. Нафига?

«И запечатал мудрец вход в ту долину, и расколол печать на пять частей. И отдал те части пяти чудовищам, что превосходили других. Только тот герой, чью спину прикроют верные боевые товарищи, добудет их, сложит печать и откроет себе выход», — пафосно надувая щеки процитировал Макс. — Блин, я раз пятнадцать это прослушал за мои реролы, пока отключать не научился. А ты с первого раза изловчилась.

— Пять чудовищ… Это что, пять боссов?!

— Соображаешь. Смотри не перетрудись. А то вон корни уже темнеть начали.

— И что, всех пятерых нужно грохнуть, без этого никак?

— Сонц, эту игру буржуи делали. У них водительские права, и то не купишь. Надо реально знать, на какую педальку жать, чтобы тачка ездила. А тут тем более. Нубятник, это обучалка. Из нее можно выбраться, если знаешь, как играть. Для этого надо вкачать десятку, выбрать хоть одну профу, и уметь действовать в группе. А боссы, это рейды. Двух старших в одиночку даже имба не положит. Но ты не переживай. Их всех валят веселой толпой рыл в пятьдесят. Значок падает каждому в группе, кто не лег. Без всякого лута, просто как достижение. Соберешь все пять, и отдашь караванщику. Раньше еще бога выбрать надо было, — Макс заржал, — так олды кринжанули, «свобода совести», типа. Теперь можно вообще без религии ходить, если ты не клирик и не пал.

Корни моих волос не темнели. Нет, они потихоньку вставали дыбом. Боссов легко было валить раньше, пока кто-то не открыл сезон охоты на доспех Пифона. Теперь на боссов ходят сплоченными группами, не меньше трех, и не больше пяти, и посторонние там нужны не больше чем бомжи на халявном фуршете.

Как не вовремя все это! Слив информации, челлендж, хэштеги… Сотни игроков сейчас меряются письками и толкаются плечами, устраивая затор и давку на моем пути из нубятника. Но меня перетрясло не поэтому. Тем более, что группа нужного состава у меня есть. («Пока есть», — противно царапнуло внутри.)

С чего я взяла, что Тата вот так просто позволит мне выбраться из яслей? Пари было идиотским — все шансы на моей стороне. И вся история с доспехом началась слишком уж вовремя, как раз, чтобы накидать битого стекла мне под ноги.

Кто же ты здесь, подружка? Какие силы тебе подчиняются? Какими возможностями ты обладаешь? Устроить слив, как раз в твоем стервозном, бабском стиле. Каждая вторая инстасучка, которую «взломали, чтобы слить интим», делает это сама.

Тут не нужно ни ума, ни ресурса. Просто хорошо знать игру, совать свой хитрый нос во все дыры. Крыска лабораторная. Я вспомнила старую фотку Таты в белом халатике, рядом с каким-то синхрофазотроном. Еще тонкогубую и плоскую, как Лира.

На всякий случай я залезла в настройки стрима, и убрала хэштег #доспехПифона. Возможно, Тата сейчас ищет меня среди тех, кто штурмует боссов. Я не знаю тебя, ты не знаешь меня — поиграем в жмурки.

Легкомысленно чмокнув Макса в нос, я помчалась дальше. Следующая остановка — ателье мэтра Седжвика. Можно сколько угодно ужасаться коварству моей заклятой подруги, но дела сами себя не сделают.

Увидев мою сумку маэстро перекривился, словно хлебнул уксусу. Помня о поведении огра в трактире, надевать стремную шмотку я не стала. Просто выложила ему на раскроечный стол. Боюсь увидев меня с таким зашкваром, мэтр, при своей тонкой душевной организации, выставил бы меня за дверь, или спрятался в примерочной.

— Сеньорита Мари, — сказал он с очень серьезным лицом. — я бы посоветовал Вам ЭТО сжечь. И, желательно, без свидетелей, чтобы Вас не приняли за чернокнижницу, призывающую демонов.

— Она досталась мне от бабушки, Антонио. — Я смахнула несуществующую слезинку. — На старости лет она увлеклась рукоделием, и одаривала внуков своими творениями. Это моя единственная память о старушке.

Сердце у Седжвика было добрым и мягким, как батистовая подушечка, которую он подкладывал себе под зад. Он едва не прослезился вместе со мной, а затем приблизился к сумке и стал аккуратно тыкать в ее сторону пальцем, словно опасаясь к ней прикоснуться.

— Вот тут распороть, здесь изменить шов. Добавить бархата и кожи, поменять ремень… Если потрудиться, то это чудовище хотя бы не будет уродовать Вас. Но это обойдется Вам в пятьдесят золотых. — Мэтр развел руками. — Материалы дорогие.

— То есть Вы затачиваете вещи на харизму?!

— Затачиваю? — портной посмотрел на меня с недоумением, а потом замахал руками, — о нет, синьорита, я же не кузнец, чтобы что-то точить. Но я могу расшивать вещи золотой нитью, самоцветами и драгоценными тканями, которые повышают возможности тех, кто их будет носить.

— Ловкость, силу и интеллект тоже?

— Все зависит от нитей, и камней, — мэтр вдруг погрустнел. — Увы, я далек от вершин мастерства, И в этой глуши вряд ли их уже достигну. Поэтому красивую вещь из Вашей сумки я сделать не смогу. Но хотя бы уродовать Вас она не будет.

Ювелира в Ольховце не было. Наверно не находили под холмами шахтеры ни золота ни алмазов. Зато запас драгоценных цацок хранился у самого Седжвика. Портной мог заточить одну шмотку максимум на пять единиц какой — либо характеристики, но только одной. Это прокатывало с «неплохими» вещами. «Грубые», а их тут было большинство, точились на два, «плохие», улучшению не подлежали.

Рубаха или доспех, перчатки, брюки, сапоги, головной убор, да еще оказывается, и сумка. Шесть предметов, которые можно точить. Прикинув на пальцах я получила тридцать баллов характеристик, которые можно добавить, дизайнерски перешив шмот.

Почему так не делают все? Ответ простой — деньги. В яслях появляются на свет с десятью золотыми в кармане. Здесь даже новые шмотки покупают редко. Зачем вкладываться в то — что перерастешь неделю. Ходят как оборванцы в том, что выпало из лута. Это нубятник, детка. Захолустье игрового мира, трущобы, где не живут, а выживают, и откуда мечтают выбраться.

— Нафиг эту дрянь, — я забрала сумку в инвентарь. — Мэтр, мне нужен один из Ваших нарядов, давайте обсудим, как его можно улучшить.

Следующие два часа пронеслись для меня словно минута. Мы листали альбомы, спорили, ругались. Один раз Маэстро даже обиделся на меня настолько, что пришлось выпить с ним на «мировую», по стаканчику его приторного ликера.

Не знаю, кто писал для него скрипты, но портной был хорош. Я узнавала в нем черты персонального шопера[46], причем скорее миланского чем парижского. Отсюда, наверное, и его итальянские словечки. Он конечно упорно делал вид, что не слышал ни о Фенди, ни о Версаче, но в фасонах и моделях разбирался ровно до Недель[47] четырехлетней давности. Все, что придумали после — было для него ересью и безвкусицей.

Я порхала на рынок и обратно, подбирая тряпки для основы. Мэтр творил, расшивая их кружевом и стразами. Для поднятия боевого духа, он время от времени опрокидывал стопочку, но глаз его оставался точен, а рука тверда.

— Антонио — Вы волшебник! — ахнула я, подойдя к зеркалу.

— Ну что Вы, Мари, — растроганный портной промакнул платочком уголки глаз. — это я должен благодарить. Я едва не забыл, что значит искусство. И мне, за этот наряд добавили два пункта мастерства. Еще немного, и я смогу выбраться из этой дыры, и открыть бутик в Силентиуме или Новой Бухте.

Оказывается, неписи тоже качаются. Эту мысль я себе отметила, и отложила в памяти, вдруг пригодится. Бабла мэтр сегодня поднял неплохо. У меня остался один золотой, двенадцать серебрушек и восемь медяков. Вежливо но твердо отказавшись от продолжения банкета, я решила взять тайм — аут и сходить в реал.

В столовой ждал остывший обед. Брокколи, морковь, и сельдерей на пару, отварная семга, обезжиренный творог. Моя личная епитимья за ведерко мороженного и пропущенные тренировки. Будущий разговор тяготил все сильнее. Эмбиент[48] из скрытой акустики не расслабл*л привычно, а недобрым холодком прокатывался по коже. Мне захотелось вдруг очутиться в самоназванном трактире «Три топора», услышать фальшивое треньканье Двойного Заппы (а чего вы хотите от шестого уровня?), впиться зубами в свежайший стейк. Там мне было уютнее, чем в пустой, хотя и роскошной московской квартире.

Как это бывало со мной в минуты слабости, я набрала мужу. Его голос, не важно, о чем мы говорили, всегда успокаивал. Гудки, потом он сбросил. Совещание. А может охота. А может пьянка. Чем они там в провинции командировочных развлекают — не знаю, и знать не хочу. «Ничего срочного, не перезванивай», — отстучала я сообщение. А то будет трезвонить в отет, пока я мумией лежу в костюме, разволнуется.

«Синюю или красную, Нео?» Синие в виде полумесяца, красные — с рожками, как чертенок. Какая из реальностей — реальней? Синие мне подогнала Милка, красные я сама брала в «ПодZZемке». Мне понравился дилер, молодой и худенький, похожий на кубинца, а может и правда оттуда родом. Он очень надеялся меня трахнуть, обещая скидку. Все алхимики одинаковы. Синюю или красную? На самом деле — это все маркетинговый ход. Действие одинаковое.

Скорость. Я — скорость. Кажется, это уже из другого фильма. Сегодня очень долгий день, и для меня он только начинается.

Таймер. Минут через десять Сережа зайдет в игру. Я изучила его повадки, тропы и лежки — выследила его по всем правилам охоты.

Значок Сережи мелькнул на восьмой минуте моего онлайна. Мы не стали здороваться в чате. Я знала, где он. Он знал — что я приду сама. Такая вот телепатическая связь.

Красный чертенок впитывался в кровь, разгоняя ее все быстрее. В голове заиграл медленный, тягучий блюз со скрипучими электронными нотами. Под такую музыку хорошо заниматься любовью, дразня друг друга и смакуя каждое движение, или шмалять из дробовика, превращая врагов в кровавые ошметки. Я пока еще не решила, что выбрать.

Сережа не дошел до нашей рощицы, он ждал меня у ограды. Серая лошадь тыкалась ему в ладонь мордой, выпрашивая яблоки. Плохой знак.

— Привет, милый! — я закинула руки ему на шею. Доброты во мне было как в щенке лабрадора.

— Привет, Мариша, — паладин мялся, не зная с чего начать, и я не собиралась ему помогать.

Я поцеловала взасос, чувственно, хотя и слегка агрессивно. Так должен целовать мужчина, раздвигая кончиком языка податливые губы. Даже в поцелуе быть захватчиком, завоевателем. Мы целовались в первый раз.

— Мариша, откуда у тебя оказались свободные навыки? — отдышавшись спросил Григор?

— За уровни. — я захлопала ресничками. Святая наивность.

— Я говорил тебе вкладываться в исцеление.

— Я забыыыыла! Сережа, ну не до того было. Я откладывала, а потом закрутилась просто.

— Если бы ты вкладывалась в лечилку, мы бы не слили рейд, — Сережа наконец поднял глаза и упрямо посмотрел на меня.

— А разве мы слили? На минутку, это я его вытащила. Когда одна имбанутая дура легла под Грыма. Она ему хоть подмахивала? Ты не разглядел?

— Если бы у тебя было выше исцеление, ты успела бы ее отлечить. Ты нарочно дала ее убить, потому что ненавидишь.

Он хотел меня поддеть, хотел разозлить. Хотел увидеть мою слабость и истерику. Но мне было весело. Лира хорошо потрудилась. Вряд ли дала, но в остальном домашку сделала на пятерку. Сережа может теперь нудеть и час, и два…Что-то обсуждать, о чем-то спрашивать, слушать мои оправдания. И все для того, чтобы успокоить свою гребаную совесть.

— Сереж, это тебе Лира сказала, да? Что я ее ненавижу и остальную фигню?

Сережа насупился и молчал. Мужикам мало принять решение. Надо при этом обязательно выглядеть хорошим в своих глазах. Чистеньким паладином в блестящих доспехах.

— Какая разница? — буркнул Сережа.

Я могла бы сказать ему, что это они на пару с Лирой развели меня как пара вокзальных аферистов курочку из Верхнего Суходрищево. Пообещали исполнить все мечты, а сделали аптечкой на подхвате. Но мужчины сильно переоценивают логику. С ее помощью можно доказать что угодно, но нельзя убедить.

Вместо этого я смотрела на Сережу с выражением исконного бабского всепрощения. Так смотрят на мужа — алкоголика, заблевавшего коридор и обосравшегося в штаны, перед тем, как вычищать дерьмо и мыть этого омерзительного пупса. Я насмотрелась на такие взгляды в детстве. Повторить несложно.

— Бедный ты мой, бедный, сколько на тебя всего навалилось. — вздохнула я. — Перед выбором еще поставили. А лечить кто будет?

— Хикка, она возьмет пару уровней малого исцеления.

— А потянет?

— Ты ведь тянула.

Вот так, все уже решено. То, что Хикке поломают прокачку, никого не волнует. А тем более не волную я. Обо мне уже в прошедшем времени.

Я протянула ладонь к Сережиной щеке.

Вы хотите прикоснуться к игроку SirGrigor. Ожидайте подтверждения.

Не пойму, как это работает. Когда я целовала Сережу, или даже когда толкнула орка в баре, система молчала. А сейчас выдала предупреждение, словно считывает что-то в моем организме.

SirGrigor дает вам разрешение.

Я улыбнулась, и почти без замаха, как кошка лапой, влепила ему пощечину. И почти сразу еще одну, слева.

— Ты урод, Сережа. Глупое мелкое ссыкло. Я доверилась тебе, делала все ради твоей мечты, ради консты. Ради тебя!

У Сережи дрожали губы. Честное слово, как у ребенка в детском садике. Мне показалось, что он вот — вот расплачется.

— Мариша, ну прости меня, Мариша. Мы с Лирой, мы в реале вместе. Это ведь реальный мир, ты же понимаешь. Она сказала, что бросит меня, если ты останешься.

Все тут понятно. Дочка профессора, породистая московская сучка с родословной, и кобелек из замкадья. Игра, это единственный способ быть на равных, дать ей то — что она хочет. Сережа пойдет нахер, как только станет бесполезен, но это уже не моя беда.

Музыка в моей голове играла все громче. «Танцуй со мной», — пел хриплый мужской голос. «Мы просто тени в темноте, под небом, в котором нет ни одной звезды». Так бывает, когда подхватишь где-то мотив или фразу, и она вертится повторяясь, словно в ней и есть вся мудрость мира. Это было так прекрасно, что я чуть не забыла про Сережу. Жалкий маленький мудак. Я и не ждала от него другого исхода. Только где-то внутри давала ему крохотное право на чудо.

Паладин стоял опустив глаза. Профессиональный мальчик для битья. Что ему мои оплеухи, если ему по башке Грым лупил. Ты в прошлом, Сережа, а я на прошлое время не трачу.

— А мне пох, пох[49], слышишь? — пропела я на кураже.

Нерды[50] такое не слушают, но мало ли, вдруг поймет намек. Немного надежды в финале, это еще больнее.

Мне стало весело и легко. На улицах загорались первые огни. Я развернулась к ним, и пошла, оставляя Сережу позади.

Игрок SirGrigor удаляет Вас из группы.

Не оборачиваясь, я вскинула над головой факовый палец.

Хороший финал для драма — шоу. Все любят драму. На моем стриме его посмотрели тридцать две тысячи зрителей. Хэштеги #драмавнубятнике и #бросаюпарня привели ко мне кучу народа, а мое собственное изобретение #паланах, мигало неприрывно и било все рекорды. Я их выставила, как только зашла в игру. Вот такая я сучка.

Музыка вела меня дальше. Это очень долгий день, и ночь еще впереди.



Глава 22. Dark Horse*

Dark Horse — «Темная лошадка» — песня американской певицы Кэти Перри)

Там есть такие слова:

Значит, ты хочешь поиграть с колдовскими чарами?
Парень, тебе следует знать, во что ты ввязываешься…
Малыш, хватит ли тебе смелости на это,
Ведь я перед тобой — тёмная лошадка.
Готов ли ты
К идеальному шторму?
Ведь стоит тебе стать моим,
Пути назад не будет…

Какая пошлая глупость — переодеваться на улице, если есть своя собственная оплаченная комната. Я могла бы сменить наряд одним кликом, но сейчас вертелась перед зеркалом, дотошно разглядывая себя на каждом этапе облачения. Результат мне нравился.

Черное и лиловое. Эльвира — мертвительница. Я доработала наряд, избавилась от глупой амазонки[51] и старомодного корсета и чуть изменила цвета. Теперь мою безупречную талию, которую не надо было утягивать, охватывали тончайшие кружева через которую проглядывала нежная эльфийская кожа. Ну пускай полуэльфийская, от этого зрелище было не менее симпатичным.

Расшитый стразами топ отороченный лентой лилового валансьена[52] приподнимал грудь открывая ее почти до сосочков, на самой грани приличия. Жесткая юбка — пачка из черного многослойного гипюра[53], едва прикрывала попу сзади, и была еще короче спереди. На ногах чулки в мелкую сетку с лиловыми ажурными резинками. На руках — перчатки, полностью открывающие ладонь. Они держались за счет петли на среднем пальце и обхватывали запястье почти до самого локтя.

С бижутерией в нубятнике было хреново. То, что делали местные крафтеры больше походило на хиповские фенечки, а лут был сер и уныл. Два простых, колечка непонятного металла, каждое с единичкой в харизме, я надела на левую руку, чтоб никто, ни дай Бог, не принял их за обручальные. Еще одно — туда же, с единичкой в интеллекте, на случай если вдруг придется пить.

На правую я отыскала совершенно беспонтовый, но симпатичный перстень. Прибавок он не давал, в статах было написано «неопознанно», но это оказалась единственная приличная цацка, да и просили за него недорого. Темный овальный кабошон[54] в простой оправе жил своей жизнью. В нем время от времени возникали всполохи и закручивались вихри разных цветов, порой совершенно неуместных в моем луке.

Лабутены я не смогла выпросить у мэтра Седжвика ни за какие деньги. Лучшее, что мы смогли отыскать, это аккуратные черные ботильоны на устойчивом среднем каблучке. Они придавали моему гламурному луку, какую-то стим — панковскую лихость.

Я одевалась не спеша. Наверное, так же рыцарь облачается в своей палатке, перед турнирной схваткой, или боксер бинтует руки в раздевалке, с каждым витком настраиваясь на бой, отрешаясь от всех остальных проблем, превращая свой разум и тело в абсолютное оружие.

А вы мальчики думали, что ваши телочки по два часа ресницы красят, заставляя скучать у подъезда? Нет, они вводят себя в боевой транс, чтобы потом, одним движением глаз размазать вас по асфальту.

Когда я отошла от зеркала, моя харизма равнялась двадцати девяти.

Мариэль

Полуэльф

4 уровень

Маг

Сила: 6

Ловкость: 10

Выносливость: 9

Интеллект: 2 (1)

Мудрость: 22

Харизма: 29 (12)

На второй этаж к жилым комнатам можно было попасть не только через зал трактира, но и по вполне удобной лестнице в торце здания. И это было хорошо. Появляться в одиночку в таком виде перед толпой нетрезвых мужиков было полной дурью. Кураж бурлил в крови и требовал движухи, но я держала себя железной рукой, ожидая момента, когда смогу отпустить поводья.

Черный жеребец по имени Барабан при моем приближении забил копытами и негромко заржал. Неужели харизма подействовала даже на него? Вон как ноздри раздувает, словно феромоны учуял. Я подошла ближе и погладила бархатистую морду.

— Ну тише… хороший мальчик… хочешь вкусняшку?

Конь смотрел на меня взглядом, слишком умным для простого животного. Лошадей я не любила и боялась. В моем детстве корова была почти в каждом дворе, а вот кони уже стали экзотикой. Мы бегали через пять домов на двор пастуха, чтобы поглядеть на его кобылу. Она исправно подбирала с наших ладошек хлеб и кусочки рафинада, но однажды, не пойми с чего психанула и цапнула соседского пацана, Никитку, за ногу чуть выше колена, большими желтыми зубами.

Огромный лиловый синяк не сходил две недели. Меня это привело в ужас. С тех пор я старалась не приближаться к лошадям, даже к пони. Конь словно чувствовал мой страх, косил хитрым глазом, и в нем боролись желания раскрутить дурную тетку на угощение, или шугануть меня ради веселья.

— Вот, — я протянула на ладони яблоко. Я уже видела, что местные лошадки их любят. Спасибо Сереже.

Барабан сдался перед искушением и захрустел, разбрызгивая сок.

— Кто-то пытается угнать моего коня? — услышала я голос от крыльца трактира.

— Просто я неравнодушна к большим и сильным самцам, — ответила я не оборачиваясь, и только чуть наклоняясь вперед, чтобы сделать вид сзади еще интереснее.

Все получилось, как я и рассчитывала. Барабан был пэтом, или маунтом, я в этом не сильно разбиралась. Главное, что хозяин видел и отслеживал его состояние. И когда энергия у коня вдруг стала расти, орк не удержался, и вышел посмотреть. Это все равно, что пнуть колесо у тачки, чтобы выманить владельца. Сколько таких любопытных идиотов положили у их собственных подъездов в девяностые, не счесть. Сама я те события не застала. Муж рассказывал.

— Хочешь сдать меня страже? — я почувствовала, что орк приближается, и развернулась, игриво сложив запястья, словно на мне наручники.

— Почему нет? Вдруг за тебя дадут награду! — Жакоб широко лыбился, включившись в игру.

Я дала ему подойти вплотную, а потом резко прильнула, прижавшись грудью к плотному кожаному доспеху и прошептала прямо в ухо:

— А я скажу, что твой конь пытался меня изнасиловать.

Орк попытался меня удержать, но я так же резко отпрянула, и достав еще одно яблоко, скормила его жеребцу, делая вид, что конь мне интереснее хозяина.

ЧуднЫе существа — мужчины. Дай им все — и они даже не пошевелят мизинцем, чтоб это получить. Но стоит подкинуть им возможность побороться, и они готовы соперничать за внимание даже с собственной лошадью.

— Нравится?

— Ага

Похвали мужчину, и он зазнается. Похвали его любимую игрушку, и он будет считать тебя самой мудрой и внимательной.

— Хочешь прокатиться?

Бинго!

— Не знаю, а он выдержит? Я не упаду?

— Выдержит, он смирный.

Ну конечно, пришло время показать, кто из вас главный, — ты или твой конь. Бедняга Барабан, сейчас тебе напомнят твое место. Хотя конь этому только обрадовался, заперебирал копытами, зашевелил ушами. Застоялся видимо, заскучал.

— Для этого, наверно, какие-то навыки требуются?

— У меня они есть, — сдержано похвалился орк, — ты главное держись крепче.

До околицы мы доехали шагом, Жакоб давал мне привыкнуть, а может просто хвастался перед местными. На нас оглядывались. Верховые тут были редкостью. До Барабана я таких вообще не видела. Но мне приятно было думать, что смотрят на меня.

Скакать верхом было удобно. Совсем не так, как в реальности. Широкая спина Барабана больше была похожа на сиденье чоппера. Я прижалась грудью к спине орка, обхватила руками его за пояс. Плотно — плотно. Я ведь девочка, а вдруг я упаду?

— А быстрее он может? — мои губы почти касались его уха.

Жакоб горделиво поднял коня в «вилли[55]», и ускоряясь погнал его к холмам. Скорость. Я — Скорость. Нет, не я, это Барабан черной тенью мчится по тракту. Я уже всерьез вцепилась в Жакоба. Его панцирь пах мокрой кожей, совсем как байкерская косуха. От нас шарахались, прижимались к обочине, смотрели вслед. Сердце сжалось и провалилось куда-то к ногам, а вдоль спины побежали предательские сладкие мурашки. Пару раз я даже охнула от восторга, раззадоривая орка еще сильнее.

Игрок КолоБрод занес Вас в черный список.

Игрок Hikka занес Вас в черный список.

Игрок Лира занес Вас в черный список.

А вот и оргвыводы. Отделили ангцев от козлищ. От одной, особо вредной козы Мариши, чтоб не портила им стадо. Наверно собираются на вечерний кач, и Сережа оглашает «решение группы». А может увидели мою кружевную попку по дороге к холмам, ведь туда они должны плестись сейчас ради Лириного доспеха.

Игрок SirGrigor занес Вас в черный список.

Барабан с разбегу перемахнул изгородь у штольни, я завизжала и вся эта тухлая муть вылетела у меня из головы. Жакоб гнал коня через темнеющее, туманное поле напрямик, к реке. Слева оставались скалы в которых жили наги — наполовину люди, наполовину змеи. Справа сквозь туман проглядывала ограда старого погоста. Там, в окружении своей армии скелетов и зомби, в развалинах сгоревшей кирхи обитал лич Фабрициус. Финальный и самый сложный босс нубятника — двенадцатого уровня.

Орк остановил коня у самого обрыва. В нос ударил запах сырости и гниющих водорослей. Внизу лениво несла свои воды река. «Олым» — сверилась я с картой. Она подковой охватывала ясли, создавая видимость естественной преграды. Интересно, почему ее нельзя просто переплыть? Кто — нибудь сожрет на середине, или на дно утянут водовороты? Я поняла, что даже не в курсе — умею ли я здесь плавать. Правый берег был скрыт туманом. Я была здесь впервые, но слышала, что так он выглядит при любой погоде.

— Смотри, — махнул рукой Жакоб, — вон мост.

Единственная переправа через Олым оказалась совсем рядом. Широкий деревянный мост вел на Большую землю. Основательный, словно был рассчитан на серьезный трафик, а не на тощий караван раз в сутки. У моста стояла будка стражи, в ней светилось оконце. Не тут ли служит сынок скандальной бабки Нюры? Не ближний свет для пирожков, но зато были бы знакомства на таможне. Вот так нубики должны постигать мир, а не как я. Но в моих методах были свои плюсы.

— И ты можешь свободно поехать на ту сторону?

— Могу.

— Когда угодно?

— Дня через четыре, когда разберусь с делами.

Мои пальцы нырнули куда-то глубже и оказались вдруг под доспехом. Орк напрягся и натянул поводья. Барабан не понял маневра и удивленно заржал.

— Назад?

Я кивнула головой загадочно улыбаясь. Мои пальцы жили своей жизнью. Орк развернул коня и бросил его в галоп.

В одной невероятной скачке мы домчались до города. Пыль, недовольные крики, ветер с запахом полыни, сердце как мячик вверх — вниз, конское фырканье, горячее тело под доспехом, фонарики на палках у шахтеров, чабрец, жесткие душистые метелки, мурашки от затылка и до мизинцев ног, волнами.

Орк спрыгнул у крыльца трактира и подставил мне руку для опоры. Барабан сам отошел и встал на свое место у коновязи. Чудеса средневековой парковки.

Внутрь мы ввалились больше чем приятелями, но меньше, чем любовниками. Нас связывала общая тайна, которую мы оба знали, но не смогли бы рассказать даже на допросе.

— Десять золотых! — прорычал огр по имени Хидагард и- за стойки.

Да мой ты зайка, как же ты вовремя!

— Двадцать! — я азартно принялась торговаться, хлопнув ладошкой по столешнице.

— О чем вы? — недовольно спросил Жакоб, обхватив меня за талию.

— На работу меня нанять хочет, нравлюсь я ему.

Мой кавалер оценил взглядом лысую башку и безразмерные плечи и не стал поднимать кипеш раньше времени.

— Огры в Большом мире при трактирах бордели держат, — громко зашептал он мне в ухо, — может этому скрипты не потерли, и он хочет бизнес расширить.

— Фу на тебя! — я отмахнулась от Жакоба. — Ему подавалка нужна.

— ПЯТНАДЦАТЬ! — прогрохотал огр, в упор не замечая Жакоба.

— Восемнадцать!

— Ну нафига тебе это? — нетерпеливо шептал орк.

— Завтра принесу тебе завтрак в постель.

— У меня нет постели.

— Зато у меня есть.

— ВОСЕМНАДЦАТЬ! — крикнул огр уже нам в спину.

В мою комнату орк внес меня на руках. Но совсем не так, как новобрачный переносит свою невесту через мостик. Жакоб подхватил меня своими лапищами под зад, а я сомкнула ноги у него поясе. Мы дважды чуть не рухнули на лестнице, а дверь комнату он открыл моей спиной. Крыша, которая и так весь вечер держалась некрепко, окончательно сделала мне ручкой, и отчалила.

Уже значительно позже я начала воспринимать, мир вокруг. Час прошел, или больше — я не считала. Выносливости орка можно было позавидовать, меня он вымотал полностью.

Мы лежали, приходя в себя. Моя голова уютно устроилась у Жакоба на плече, а он перебирал мои волосы.

— Жакоб…

— Что милая?

— Сделай для меня кое — что

— Для тебя, что угодно.

— Жакоб, — мой голос был слаще меда, — увези меня отсюда. Забери меня с собой, в Большой мир.


Глава 23. Dust In The Wind*

Dust In The Wind — Пыль на ветру. Песня американской рок — группы Канзас. Первоначально, автор Керри Ливгрен придумал мелодию, как упражнение для пальцев при игре на гитаре, и категорически не хотел превращать ее в песню, поскольку она не соответствовала стилю группы. Песню часто исполняли другие музыканты — самые известные из которых: LED Zeppelin, Сара Брайтмен, Scorpions.

Там есть такие слова:

Не держись ни за что
Ничто не длится вечно, кроме земли и неба
Все ускользает.
Все твои деньги не купят даже одной минуты.
Пыль на ветру,
Все мы пыль на ветру

— Кха… кха!

Мне показалось что Жакоб подавился. Я вскочила и уставилась на него. Нет, орк задыхался от смеха. Он просто ржал надо мной в покат.

— Ну, эльфиечка, ты ради этого все устроила?!

— Нет, конечно, ты мне понравился, — дала я заднюю, — а что не так то?!

— То есть ты думала, что можешь проскочить мимо стражников, на моем Барабане и приехать четверочкой в Новую Бухту?

— Ну да, это же не караван.

Орк снова согнулся от хохота.

— Милая, это ИГРА. Я не знаю, что именно с тобой случится, но еще никто не выбирался из нубятни нелегалом. Иначе тут бы уже автобусы стояли, как на мексиканской границе.

— А если попробовать?

— А если меня подорожной лишат? Тогда из клана вышибут на раз.

— Ну пожалуйста! — я умоляюще сложила на груди ладошки.

— Нет, даже за все миньеты мира, — орк подмигнул. — Хотя сосешь ты зачётно.

— Скотина! — я бухнула дверью и вылетела наружу.


Ольховец еще не спал. Шумели гуляки внизу в трактире, бегали по улице лузеры, улетевшие на возрождение. Я спустилась по боковой лестнице, на ходу цепляя на себя одежду. Кто-то засвистел вслед, наверно юбка появилась слишком поздно. Еще один попытался поймать меня, широко раскинув руки. Почему-то всякие ублюдки безошибочно чувствуют момент, когда у девушки нет сил сопротивляться. Я просто поднырнула под его руку и пошла дальше.

— Эй цыпа!

— Иди нахер! — сказала не оборачиваясь, возможно он даже не услышал, но в любом случае остался позади.

Все они остались позади: группа, друзья, идеи, варианты, нихрена не осталось. Кипевшая внутри ярость требовала выхода. Я огляделась, и обнаружила себя на поле. Именно здесь меня первый раз убили. Трудно поверить, что прошла всего неделя. Где та наивная нубочка, которая хотела погладить пушистого зайку? Теперь я уже отрастила зубки. Где вы сейчас ушастые уродцы?

Я сделала шаг в траву, еще один и еще…

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Зайка-загрызайка наносит Вам урон 3.

Ваша жизнь 87/90

Получи! Шар огня врезается в мелкого ублюдка.

Вы наносите урон 16

Зайка-загрызайка 34/50

Да, в интеллекте сейчас всего двойка, на мне неправильные тряпки, и рядом нет Хикки с ее благословением. Но зайцу хватает и этого. Он визжит, в воздухе пахнет паленой шерстью.

Вы наносите урон 12

Зайка-загрызайка 22/50

На третьем шаре прошел крит. Заяц вспыхнул, заверещал и превратился в скрюченную тушку. Я шла дальше. Еще один, на него пришлось потратить четыре файера. Третий зацепил меня дважды, располосовав когтями ладонь. Четвертый и пятый напали вместе, опустив мою жизнь в желтое, пока я от них отбивалась. На седьмом закончилась мана, я добивала его кинжалом, матерясь и визжа громче, чем ушастый.

Бешенство понемногу отпускало. Я злилась не на Жакоба, он то как раз оказался совсем неплох, а на себя. Акелла промахнулся. Теряете хватку, Маргарита Дмитриевна, расслабились, обленились. Того и гляди — съедят Вас молодые и наглые, как Вы в свое время съели предыдущую мадам Затонскую.

Все сильнее на меня наваливалась усталость. За бешеный драйв теперь придется заплатить амебным состоянием. Но пока мои мышцы и кости не превратились в желе, мозг мыслил с угрюмо — кристальной ясностью.

Может ну ее нахрен, эту игру? Сгонять на неделю Барселону или в Рио? Потупить на местных, накупить антикварного хлама, позволить тамошней экзотике прочистить желудок и мозг. Забыть пропахший навозом, понтами и амбициями Ольховец и больше сюда никогда не возвращаться.

Нельзя. Долбаное пари держало как крючок в губе у рыбы. И плевать на бабки. Аудюху подарил муж на нашу пятую годовщину. Заморочился с ней настолько, что даже цвет подобрал в тон к моей любимой помаде. Мне идет довольно редкий оттенок. Женщин, которым идут редкие оттенки, дизайнерские фасоны, у которых аллергия на искусственные ткани и дешевую бижутерию больше ценят. Каждый хочет обладать эксклюзивом.

Мужики — существа сентиментальные, суеверные и мнительные. И чем брутальнее особь, тем кучерявее у него заморочки. А их подарки — как пограничные столбы, которыми они метят зоны влияния, и которые регулярно проверяют.

Спортивная малышка имела 310 лошадок под капотом, и муж, сам предпочитавший что-то габаритами не меньше Крузака, радостно охал, когда оказывался на пассажирском сидении, и лыбился так, слово сам собрал ее своими руками до последнего винтика. Мне даже казалось, что он нарочно напрашивается ко мне, как ребенок на американские горки. Водила я агрессивно, но аккуратно, и в ТТ-шке сама души не чаяла.

Лишиться ее — гарантированно и очень серьезно поругаться с мужем. Он не жадный, но ни за что не простит неуважение. А это уже тонкий лед, под который может затянуть и с концами. Можно было бы проиграть цацки, муж всегда дарил их по принципу «что дороже», даже не запоминая, или антиквариат.

Странно, что Тата не забилась на какую — нибудь древность. Она просто пищала от всякой рухляди. Как-то гашеная рассказывала, как ее соплюшкой таскала по музеям мамаша — нищебродка. Тата могла отличить ампир от чиппендейла, а рококко от эпохи Регентства.

Мои находки она называла «плебейским фартом», говоря, что дуракам везет по закону вселенского равновесия. При этом за комодик с флорентийской мозаикой[56], который я привезла с Порто Портезе[57], Тата была готова продать душу, если б та у этой стервы имелась.

Назло Татке я хранила в комоде перчатки и пояса, а на него кидала связку ключей. По цене он превосходил мою машинку вдвое, но она с тех пор только дешевела, а вот комод — дорожал. Почему не забиться на то, что всегда хотела? Нет, я и его бы не отдала без боя. Но для меня это был бы вопрос бабок — не принципа.

Клубок мыслей в голове расплетался на нитки.

Я снова и снова прокручивала в голове сцену в клубе. Тата заранее подобрала шмотки, как в одном из наборов портновского альбома. Ника — костоломка. Боевой маг. Наверняка стандартные ясельные комплекты. Я попалилась, узнав ее лук, и подтвердила ее догадку. И с хера бы ей дальше невсебос закатывать? Значит, все это шапито с конями было в мою честь. Выбесила, взяла на слабо и швырнула на стол ключи, зная, что я отвечу тем же.

Я познакомилась с Таткой, когда грелась с мужем в Эмиратах. Жены в этих случаях оказываются в положении детей, которых взрослые взяли с собой в гости. Приводят тебя в совершенно незнакомую семью, и подпихивая под спину говорят: «Вот, погляди, какие милые детишки, вам с ними будет весело». Муж Таты, Сава Ремизов, король просрочки и контрафакта оказался с моим Затонским закадыкою. То ли они вместе по юности вагоны воровали, то ли кредиты списывали, я в подробности не вдавалась.

Первое знакомство не задалось. Я решила, что Тата уделяет моему супругу чересчур много внимания. Хохочет над туповатыми шутками, невзначай касается плеча ладонью, а дважды, на правах первого знакомства даже вытащила потанцевать. Ее Сава, в кругу друзей откликавшийся на погоняло «Ряха», свои ноги мог увидеть только в зеркале, так что выбор кавалера был очевиден, но неприятен.

Свое недовольство я высказала Тате в дамской уборной. Она не прислушалась к моим аргументам, в результате сломала себе два ногтя при попытке вцепиться мне в волосы, а я получила длинную царапину на скуле. К счастью в отеле оказались наши соотечественницы, и нас растащили. Ужин завершился спокойно. Мужья ничего не заметили.

Утром Тата с бутылкой Бейлиса пришла ко мне мириться. Затем мы прикончили мой минибар и к вечеру стали лучшими подругами. Татка обладала качеством, которое в наше время называют «эмоциональный интеллект[58]», а раньше звали попросту хитрожопостью. Она могла быть и пушистой кошечкой, и игривой лисичкой, и наивной простушкой, причем меняла свои состояния, как будто щелкала внутри переключателем.

На деле Татка была злющей и язвительной, чем постоянно меня смешила. Мужа своего она ненавидела люто, хотя он об этом даже не догадывался. Ремизов никогда не упускал возможность напомнить, откуда он ее вытащил. Временами она даже чеки в магазинах и барах за собой собирала, когда на Саву находил каприз устроить собственной супруге аудит. Думаю сейчас Тата внутри ликует, не смотря на риск остаться с голой жопой.

Тогда в краю белых песков, черных балахонов и тотальной трезвости мы с Таткой спелись и стали неразлучны. Настолько, что перетащили курортную дружбу в столицу, что вообще бывает нечасто.

Своего капитала Татка не нажила, и арест ремизовских активов должен больно по ней ударить. На последнее она спорить точно не будет, это не отбитая на голову Милка, чья отвага происходила из недостатка воображения. Значит, она уверена в победе. А ставку выбрала нарочно, чтобы я не соскочила раньше времени, чтобы тратила силы и ресурсы.

Здесь, в игре я на ее территории. Понятия не имею, чего она тут достигла, но наверняка не стояла на месте. Не удивлюсь, если Татка замутила какой — нибудь маленький бизнес, а я для нее — наивная нубка, которую грех не нагнуть. Вот только хрен ей, по всей морде. Пусть я не знаю игру, но жизнь знаю отлично. И тот, кто захочет в ней взять мое, получит по наглой морде так же, как в свое время в женском сортире отеля Кепитал Гейт в Абу — Даби.

«Это игра для умных», — Таткины слова бесили. Я понимала, что она меня разводит, но теперь отступить — означало признать, что эта высокомерная кошка права.

Я протянула руку, впервые за всю свою жизнь в игре поднимая лут. В кошелечке звякнуло. 3 медяка. Больше ничего, я же не шкуродер, как Колоброд. Со всех обугленных трупиков собралось 19 медных монет. Даже ману не окупят. Перспективы для вольной охоты и соло — кача нерадостные.

Подобрав юбку, я села среди высокой травы, и обхватила руками колени. Подобьем бабки. До окончания пари осталась неделя. Ровно половину времени я уже просрала. Денег нет. Группы тоже нет. Возможно, прижми я хвост, и засунь язык себе в задницу — смогла бы удержаться в консте у Сережи. И что? Лира теперь будет охотиться за доспехом, стримиться и выжимать из ситуации максимум. Совсем не обязательно, что она уложится за неделю, при таких жестких условиях. Ей то спешить некуда. Здесь всем спешить некуда, кроме меня.

В моей комнате лежит орк, который меня поимел. Или, которого поимела я — это уж как посмотреть. Наверно все — таки он, ведь именно Жакоб сейчас дрыхнет на широкой кровати, а я сижу здесь, как выпускница, сбежавшая со школьного бала. Не хватало еще разреветься, для полноты картины.

Увезти из нубятника он меня не может или не хочет. И это, как говорится, две большие разницы. Если не хочет, то это поправимо. Гораздо хуже — если не может. Тогда моя блестящая идея, закончить игру, сделав ход конем — невероятный тупизм. Как минимум, я в нее вбухала всю наличку, потеряла время, хотя и получила удовольствие.

Огласки я не боялась. Трансляция в комнате работала только с разрешения владельца, то есть с моего. Стрим орка я обрубила сразу, и он не возражал, свой тоже отключила. Не то — чтобы я чего-то стеснялась или опасалась. Это другой мир, и нет ни одной ниточки — которая свяжет полуэльфу Мариэль с Маргаритой Затонской. Иностранцы относятся к конфиденциальности намного серьезнее наших. Случись тут утечка — и игру разорили бы в судебными процессами. Но становиться порно звездой этой дыры я не планировала. Устану автографы раздавать и от поклонников отбиваться. Что до рейтингов — картинка конечно вышла сочная — но чересчур откровенная. Она совсем не укладывалась в образ милой наивной эльфиечки, и я решила не делиться ей с миром.

Да еще огр! Я думала, что свалю из нубятника уже сегодня, поэтому торговалась ради куража, и чтобы подразнить Жакоба. Надо хотя бы глянуть, на что я подписалась.

Вы приняли предложение трактирщика Хидагарда и поступили к нему на работу. В течение как минимум 7 дней, Вы должны находиться в трактире не менее 4 часов в сутки. В Ваши обязанности входит:

— прием заказов от посетителей;

— подача заказанных блюд на столы;

— уборка грязной посуды;

— поддержание зала и мебели в чистоте;

Во время выполнения задания, обязательно ношение спецодежды, а также вежливое и приветливое обхождение с посетителями.

Награды:

18 золотых/сутки.

Улучшение репутации с трактирщиком Хидагардом +4

Штрафы в случае отказа или невыполнения:

Ухудшение репутации с трактирщиком Хидагардом‑4

Ухудшение репутации с городом Ольховец — 4

Невозможность посещать Трактир

Невозможность пользования личной комнатой.


Интересно, что там за спецодежда. Если халат — как в какой — нибудь столовке, лучше сразу повеситься, и пойти на рерол. А если серьезно — задание мутное и неудобное. Времени и без того мало. Зато оплата приятно радует. Это целых девять «небольших» бутылок маны, или три единицы способностей на заточку или многие другие полезности.

Если я буду качаться в одиночку, бабки мне понадобятся. А ведь начиналось все с пяти монет. Неужели так моя харизма на него повлияла? Вот она, магия невидимых циферок. Не исключено, что даже баба Нюра меня в таком виде простит.

Я заберу у нее пирожки, окручу племянника, и тот мне выпишет пропуск на Большую землю. А Крулл вернет штраф, возьмет меня в дозор пресс — секретуткой, и прихватит с собой в Новую Бухту на конгресс ясельной стражи.

Глупые мечты, но вряд ли намного глупее, чем план проскочить с Жакобом, на его жеребце. Я нифига не знаю, об этом мире. За неделю меня здесь кусали, арестовывали, убивали и предавали. Гадский Сережа. А ведь он мне даже начал нравиться. Его бы в хорошие руки, вырос бы высокоресурсный самец[59], как пишут в книжках для начинающих сучек. Только хороших рук поблизости не предвидится. Лира попользует мальчика, пока у нее есть интерес в игре, и найдет себе другой объект приложения усилий.

Другой вопрос, нахрена я ввязалась в эту разборку? В реальности, будь у меня неделя, три дня, да даже полноценные сутки, я бы никогда не уступила этой наглой соплячке. Я вела себя так, словно это настоящая жизнь, при этом понимая, что мне нифига не светит. Ведь я знала исход разговора, когда шла на встречу с Сережей, знала, когда посралась с Лирой, и даже раньше в подземелье Грыма понимала к чему все идет. Привычки и инстинкты обманывали меня, как тупую гончую собаку, которую заставляют бежать за механическим зайцем.

Мысль вертелась гадюкой в болотной жиже, и я никак не могла ухватить ее за скользкий хвост. Это выдуманный мир с реальными людьми. Мы играем здесь, а живем там. мы здесь и мы там это разные люди или одно и то же и что в нас сильнее игра или реальность и кто мы на самом деле эльфы орки или люди и какой мир считать большим который за мостом и стеной тумана или куда мы уходим снимая очки и сьюты и даже через закрытые глаза пробивался запах гари и паленой шерсти и все что я успела сделатьотключаясьэтонажатьнавыход.


Глава 24. Blowin' Smoke *

Blowin' Smoke — буквально «Дуем дым». В переносном смысле «делаем фигню». Песня американской кантри — исполнительницы Кейси Масгрейв

Там есть такие слова:

В суете между ланчем и обедом
Келли прыгнула в отходящий автобус на Вегас.
Мы все здесь говорим ерунду, делаем ставки.
Не вынимая изо рта сигарет.
Она всегда считала, что достойна большего, чем быть официанткой.
Да, все мы говорим, что однажды убежим,
Лишь придет наш корабль, мы тут же уплывем…
Но сейчас мы только выдыхаем дым,
Хей-е

Я пыталась открыть глаза, но у меня ничего не получалось. Серая, плотная пелена заслоняла все. Запах гари только усилился, он стал противным, едким, царапающим грудь изнутри. Тело не слушалось. Свинцовая слабость прижала руки и ноги к земле. Мне показалось, что я застряла между двумя мирами, потеряла сознание на травяном поле, и ко мне подбирается пламя от моих файерболов. Чертовы паленые зайцы мстят, за свою гибель.

Громкий, неприятный звук не давал отключиться. Звук, которого не должно быть в мире магии, полей и умирающих эльфиек. Истошно надрывался бесперебойник в кабинете у мужа. Значит просто обрубилось электричество. Такое редко, но бывает даже в элитном жилье. На глазах — линзы, ставшие теперь мутным бельмом. И только дым не вписывался в общую картину.

Я с трудом выпрямилась. Выжатое до предела препаратами тело не слушалось, а этот бесконечный день все никак не хотел заканчиваться. В изломанном свете уличного фонаря, я видела сизую темноту в прихожей. Она время от времени озарялась вспышками и треском. Горел стабилизаторный щиток.

Первым моим порывом было — броситься к спасительному окну. Я с детства жутко боялась пожаров. Пьяные курильщики и дерьмовая проводка — спутники всякой нищеты — исправно поставляли новые трупы в статистику райцентра. Хотя взрослые запрещали — мы тайком бегали на пожарища, переживая в детских душонках ужас и облегчение, от того — что это случилось не с тобой.

Уже во взрослой жизни ютуб научил, что сидеть на карнизе, выбирая между поджариванием задницы и прыжком вниз-тоже не лучший исход. Рванув из блока питания бесполезные провода, я зажала лицо подушкой и отчаянно двинулась ко входной двери.

Верхний замок, щеколда, цепочка. Я знала все на ощупь, но едва держалась, чтобы не сорваться в такую желанную панику, не начать биться о преграду с криками, как пойманная птица, чтобы скорее пришли, спасли, и сделали все, как надо. Только злость удерживала рассудок. Холодная бешеная ярость.

Тяжелый сейфовый замок сыто щелкнул, и я вывалилась наружу, чтобы заорать «Пожар» в спящий лестничный пролет.

Снизу забухали шаги. В таких домах есть те — кому по службе положено бежать навстречу опасности. Квадратный секьюрити с огнетушителем в руках перепрыгивал через две ступеньки. За ним, сильно отставая, семенил пожилой консьерж. Загудел лифт, видимо в нем тоже спешила подмога. Я поняла, что в подъезде мирно горит свет. Только дверной проем за спиной был темным.

В квартире вдруг стало шумно и многолюдно. Какие-то мужики в спецовках притащили переноску и деловито устанавливали лампы на штативах. Управдом Семен Петрович, пытался напоить меня то водой, то моим же коньяком. Его седые усы даже поникли от огорчения и сочувствия. Начальник охраны, стоя рядом с героическим секьюрити, увлеченно тыкал пальцами в обгорелый щиток, а его подопечный кивал, и невзначай бросал на меня любопытные взгляды.

Я сообразила, что одета только в игровой сьют. Тонкую латексную хрень, которая не скрывала вообще ничего. Обслуга жилого комплекса была настолько вышколена, что застань они меня абсолютно голой, с наручниками и плеткой, все равно упорно делали бы вид, что не происходит ничего необычного. А вот малыш был из новеньких. Вскормленный на жирном молоке и сметане, он топтался в прихожей неуклюже, как бычок двухлеток. Я поймала его взгляд, и пояснила с приветливой улыбкой:

— Я дайвингом занимаюсь. Тренируюсь в ванне, пока не сезон.

— Зеньки опусти, дебил! — увесисто пхнул его в бок начальник. — Тебе еще завтра отчет писать по всей форме.

— Не ругай его, Иван Макарыч, он молодец, все правильно сделал. — Я заметила, как у парня покраснели уши. Совсем молодняк.

— Как тебя зовут, герой?

— Андрюха, то есть, Андрей.

— А фамилия?

— Онищенко

— Спасибо, Андрюша Онищенко, — сказала я, и тут же потеряла к нему интерес, прислушиваясь к рассказу домоуправа.

— У вас проводку коротнуло, Маргарита Дмитриевна. Видать перегрузили ее чем-то сильно. — Семен Петрович кинул быстрый взгляд на мой костюм, и тут же соскочил с опасной темы. — супруг у вас тут все по своему оборудовал, не по регламенту, вот стабилизаторы и выгорели. Так бы щелк, и все, — он выразительным щелчком показал, насколько быстро все бы произошло.

— Что все? — я прищурилась. — Вы хоть догадываетесь, сколько это ВСЕ стоит? Да тебя, хрен старый на органы пустить, и то вся эта техника не окупится. Ты моему Филиппу ботинки лизать должен, за то, что он на вас, уродов, не понадеялся.

Фил в последнее время увлекся джазом. То ли попал под влияние всяких снобов и ценителей, то ли причудливые ритмы винтажных темнокожих маргиналов и впрямь задели что-то в его расчетливом банкирском сердце. Он накупил коллекционного винила и хай — эндовской акустики, а поскольку та капризничала на истерически скачущем сетевом напряжении, муж оборудовал квартиру собственным блоком стабилизаторов. Не сам, конечно. Притащил нужных спецов из своего банка. Этот блок и сдержал внезапный и необъяснимый скачок напряжения. Мощные приборы, сколько могли, сглаживали электрическое безумие, плавясь и сгорая. Не будь их — сейчас бы искрили и тлели и мой макбук, и точка доступа в интернет, и что самое веселое — я сама, в моем игровом сьюте.

Тишина в квартире установилась запредельная. Я поняла, что собравшиеся готовы меня услышать, и продолжила:

— Сколько твоим мальчикам нужно на ремонт?

— Если начать с утра, то к вечеру…

— Начать сейчас. Москоу неве слип. Вся ночь впереди. К десяти утра все должно работать.

— Но Маргарита Дмитриевна…

— Филиппу Альбертовичу я сообщу сама, — перебила я его. — Или не сообщу, (на этих моих словах домоуправ с надеждой выдохнул). Как поторопитесь. Смету отдашь Антонине. За срочность накинь, но без хамства.

Я ткнула ногтем в домработницу. Та уже примчалась на боевой пост, за рекордное даже для ночной столицы время. Точно жалование ей прибавлю. Если вспомню, когда проснусь. С этой мыслью я развернулась, и светя себе айфончиком, пошла в спальню.

Глаза уже категорически не желали открываться, но прежде чем рухнуть на кровать, я сделала один звонок.

— Виталий Арнольдович, прости, что разбудила… Это срочно. — я позволила себе всхлипнуть в трубку. — Виталий, кажется меня хотели убить. Нет… приезжать не надо… со мной уже все хорошо. Пришли кого — нибудь… поговорить с охраной. Дежурного зовут Андрей Онищенко. Пересменок у них в 8. Я жутко устала… Спокойной ночи.


Не дожидаясь ответа, я положила трубку и отключила телефон.

Спать.


* * *

Столица прекрасна без пробок. Въезды в город и транспортные кольца уже забивал поток замкадышей, но мне было нужно не внутрь, а наружу. Через полчаса моя юркая машинка выкатилась на Царскую дорогу[60]. Я миновала громаду Барвихи Лакшери Вилледж, свернула на Жуковку и вскоре уже сигналила перед мощным шлагбаумом, который мог удержать даже танк. Именно за охрану это место особенно ценили чиновники и депутаты. Избранники и слуги народа надежно хранили частную жизнь от своих избирателей.

Пять часов сна. Двойной эспрессо в постель от верной Тони. Контрастный душ. Минимум макияжа. Я полюбовалась на суету в прихожей, натянула джинсы, впихнула ноги в кроссы и стартовала.

Ночное происшествие не испугало меня. Скорее взбодрило, как хорошая пощечина. Пока я разнюнилась, как потерявшая целку восьмиклассница, против меня играют жестко, и технично. Если бы не паранойя Фила, в квартире пришлось бы менять всю технику и проводку, и хрен его знает, сколько бы времени занял ремонт. Два или три дня — для меня сейчас это огромный срок.

Моей жизни вряд ли что-то угрожало. Еще в магазине меня убедили в полной безопасности костюма. Сработали бы предохранители, или что еще. Драматизма я добавила нарочно, чтобы оправдать ночной звонок.

Ненавижу выражение «френд — зона». Его придумали прыщавые соплячки, чтобы потешить свое ЧСВ. Глумиться над собой, и вытирать ноги позволяют только убогие отбросы. Они бесполезны. Своих мужчин я называла рыцарями, обращалась с ними бережно, и дорожила каждым. Мое внимание было для них, как шарфик на копье — повод совершать подвиги в мою честь.

С Виталием Арнольдовичем я познакомилась в старомодной Ницце. Он увлекался яхтами, был поджарым и энергичным, а еще имел какой-то серьезный чин в госбезопасности. Виталий ухаживал красиво и изобретательно. Но курортного романа не случилось. Гэбист был старше лет на двадцать пять, а к папикам я питала стойкое отвращение со времен бедности. Но надежды не терял, на звонки реагировал охотно, и дважды выручал меня по мелочам, в которые я не хотела впутывать мужа.

Я была уверена — охрана жилого комплекса не будет разбираться. Свалить все на меня у них не хватит наглости, значит спишут на случайный скачок напряжения. Но если б я верила в случайности — работала бы поварихой в родной Мухосранке. Поэтому я решила разобраться еще в одном совпадении.

Миновав три поста, и трехметровые кованые ворота с двуглавыми орлами, я загнала машинку на гравийную стоянку перед особняком, и пошла разыскивать хозяйку.

По своей колхозной привычке, жена депутата Государственной Думы Филимонова вставала с солнышком. Я прошла через перголу[61] и лабиринт из кустарника, с натыкаными хаотично античными статуями, и обнаружила Милку на лужайке. Она занималась любимым делом — гоняла прислугу. Небрежно задрапированная в шелковый халат от сладкой парочки[62] и пушистые тапки, она была похожа на современную реинкарнацию Салтычихи. В иные времена Милка с удовольствием порола бы прислугу где — нибудь на конюшне, но учитывая современные нравы, заменяла физические унижения моральными.

— Как вы сыплете, идиотки! Разбрасывать надо, овцы безголовые!

— Бог в помощь!

— О, принесло сучку спозаранку, — обрадовалась мне Милка.

— Кто ходит в гости по утрам…

— Тот к обеду уже в хлам! Будешь? — Милка кивнула на раннюю мартиньку у себя в руке. То ли лечилась со вчерашнего, то ли уже разогревалась.

— Не, кофе буду.

— ЗОЖ-ница херова, — мы обнялись и расцеловались в щечки.

С полянки открывался вид на птичник. Сразу четыре пейзанки в красочных фартучках и косынках кормили кучу павлинов, фазанов и какой-то еще пернатой дряни.

— Нахера они тебе?

— Яичницу жру!

— И как?

— Как обычная, но в сто раз дороже, — гоготнула Милка.

Нам накрыли в оранжерее. Милка выращивала тут бананы, манго и другие экзоты. Не сама конечно, на это были садовники. Служанка в кружевном чепчике, с зареванными глазами таскала на стол разные блюдечки и мисочки.

— Как они тебя терпят?

— Эти криворукие курицы? Да они одного боятся, что я их нахер уволю. Очередь желающих — отсюда и до Ленинградки. Воспитывая прислугу мы трудимся ради наших детей.

Милкиных детей я не видела ни разу. Сын учился в Британии, дочка в Швейцарии. Чтобы догнать прислугу до тамошнего уровня — Милке еще пахать и пахать.

— Попробуй варенье, — Милка протянула мне блюдце с золотистыми шариками в сиропе прозрачном сиропе.

— Что это?

— Кумкваты.

— Ты сама что ли закрывала? — просекла я причину ее гордости.

— А то!

— Капец! Одичаешь тут совсем.

— А хули еще делать? Ты вот даже на фитнесс забила. Кинула подругу, сучка.

Момент показался мне удачным.

— Милка, а откуда ты про ВР узнала?

— Чё?

— Помнишь в фитзале? Это ты задвинула про ВР. Какая это клевая штука, и все дела. А сама ты откуда это знаешь? Сама что ли бегаешь там?

— Делать мне нехера.

— Так откуда?

Милка надула губищи и осуждающе тыкнула в мою сторону пальцем:

— А ты вообще дрянь! И тихушница.

— Я?!

— Ты! Мы с Таткой такой офигенный подарок тебе на днюху придумали. Фил твой по полгода дома не бывает. А тебя одну никуда не пускает, козел ревнивый!

— Слышь, подруга!

— Да хороший он, хороший, — заржала Милка, — не обижаю я твоего Фила. Тебя жалко. Сидишь в своей клетушке одна.

Мои двести сорок квадратов в Центре трудно было назвать клетушкой. Но Милка с ее тремя гектарами- смогла.

— Ну и чё?

— Так я говорю, Татка в Майями такую штуку увидела. Отчаянные домохозяйки[63], бл*, теперь по виртуальным лесам с голыми жопами гоняют. Племена создают, и пиздятся квартал на квартал.

— Ну спасибо!

— А чё, весело же.

Мой ДР был через месяц. Объяснение дохлое, но это для меня, а не для Милки. Та обожала праздники, и могла готовиться даже за полгода.

— Вы мне сьют подарить хотели?

— Доперло?!

— А слили тогда зачем?

— А чтоб ты больше захотела! А то я тебя не знаю, сучка. Ты аж жопой заерзала, когда услышала. Кто ж знал, что ты тут же ломанешься его покупать.

Ну да, кто же знал? Через день после знакомства Тата прозвала меня «реактивной белкой». Скучая в Эмиратах я подрывалась на любой кипеш, и ее тянула с собой. Палить идею за полтора месяца до днюхи? Только не со мной.

— А в клубе? — спросила я наудачу.

— Это Татка придумала.

— Что?

— Кокса тебе в бокал сыпнуть.

— Да вы охуели обе?!

— Зато про костюм узнали! Тихушница! Купила и язык в жопу.

Я в игре потому, что так захотела Тата. С самого начала, с первого дня. Она не просто уверена в победе. Она расставила эту ловушку для меня.

— Ну хорошь дуться, хочешь сыром тебя угощу? — Милка примирительно пхнула меня в плечо.

— Козий?

— А то, — Милка знала мою слабость.

Крошащийся кубик ударил в нос запахом мужских носков, которые спрели на ногах у хозяина. Я забросила его в рот и закатила глаза от наслаждения.

— Французский?

— Неа. Сосед делает.

— Аграрий что ли?

— Журналист международник. Привез семью французов. Они коз развели и сыр клепают. Импортозамещение, бл*.

— Вы тут реально дичаете, — офигела я. — Ты хоть в столицу выбирайся.

— Послезавтра на вручалово. Тебе кстати тоже.

Я поморщилась. Мы с Милкой входили в состав правления нескольких благотворительных фондов. Мужья отстегивали туда деньги, а мы торговали лицами. Социальная ответственность, все дела. «Вручалово», — это раздача каких — нибудь премий с пафосом и фуршетом. Еще один вечер впустую. А времени и так в обрез.

— Тогда до встречи, побегу, дела. Муа — муа!

— Ага, — расстроилась Милка. — На фитнесс приходи, а то жопа отрастет.

Я от порога показала ей сердечко пальцами, и зашагала к машине. Если поспешить, можно успеть домой до обеденных пробок.

Но спокойно доехать мне не дали. Айфон в сумочке на переднем сиденье замурлыкал: «С чего начинается Родина[64]». Этой мелодией я дразнила Виталия еще на Лазурке. Ему тогда очень польстило.

Я рылась в сумке, разыскивая телефон, а когда выпрямилась — прямо мне в лоб, по встречке отчаянно гудя летел лексус.


Глава 25. The Man Who Sold the World*

The Man Who Sold the World — песня британского рок — певца Дэвида Боуи из одноименного альбома 1970 года. Стала особенно популярна, после исполнения группой Нирвана в 1993 году. Многие даже считают ее автором Курта Кобейна, а не Боуи, что, конечно же, неправильно.)

В ней есть такие слова:

Он сказал, что я был его другом,
Который появился внезапно.
Я ответил ему прямо в глаза,
Я думал, что ты умер в одиночестве
Уже очень давно
О нет, не я
Мы никогда не теряли контроль.
Ты стоишь лицом к лицу
С человеком, который продал мир

Слева, по своей полосе — большегруз. Неведомо как пролез через арку[65]. Торопится, чтобы проскочить недружелюбную трасу. Справа, по моей — лексус. Пыжится обогнать, но фура длинная, а дальнобой не пропускает. Лексус подозрительно рыскает носом. Хер его знает, кто там за рулем, под утро, да из столицы. В трубочку здесь дуть не заставляют — борзый гаец может разом погон лишиться. Так что встречная тачка — куда опасней предсказуемого большегруза.

Все это отпечаталось в голове как-то разом, моментально. Просто инстинкт. Лексус опаснее, решила я, перескакивая на встречку. Дальнобою резко расхотелось играть в «Гонки с дьяволом[66]». Завизжали тормоза, завыла сирена, громкая, как у парохода. При лобовом столкновении с этой тушей мне мало что светило. Но последствия для водилы могли быть фатальными. На Рублевке прав тот, у кого ксива толще. А после такой аварии до суда можно и не дожить. Фил бы постарался.

Большегруз тормозил старательно, а вот лексус и не думал сбавлять. Он просвистел мимо, и полагаясь больше на звук, я дернула руль вправо уводя машинку из под широкой морды грузовика. Маленькая красная аудюшка втиснулась между двумя машинами, чуть вильнула задом, когда я выправила ее, и покатила по свободной трассе[67].

«Реактивная белка», suka?! Сначала делаю, потом думаю? Будь я другой, меня бы сегодня вырезали по частям из обгорелого металла. Адреналин в крови зашкаливал, а вместе с ним бурлил азарт. Моя размеренная московская жизнь получила хорошую встряску. Одно я понимала точно. Моя ТТ-шка сегодня спасла мне жизнь, и хрен я с ней теперь расстанусь. И если для этого мне придется лично придушить Наталью Марковну Ремизову — я это сделаю.

Переведя дух, я отыскала телефон, воткнула наушник и перезвонила.

— Алло?

— Марго? У тебя все хорошо? — Виталий почуял неладное по голосу или дыханию. Еще одна причина, по которой я ему отказала в свое время. Он настолько много замечал, что от этого становилось неуютно.

— Один урод на дороге подрезал, — не так уж сильно соврала я.

— Ты была права, — сразу перешел к делу Виталий. — Был визитер. Твоего Андрюшу научили, что говорить, но у нас он быстро поплыл. Я сегодня пришлю мальчика — посмотреть записи с камер. Он тебе все и расскажет. К двум будешь дома?

— Лучше к трем.

— Значит к трем. Он к тебе поднимется. Очкастенький такой. Зовут Герман.

— Спасибо, мой герой! — промурлыкала я в трубку.

— Лучше ты мне это лично скажи, — усмехнулся Виталий.

Я засмеялась, и повесила трубку, не ответив. Тут как минимум — поход в ресторан. Как максимум… Максимума не будет, правила в этой игре устанавливаю я — и я так решила. Да и Виталий был из тех рыцарей, которым интереснее штурмовать крепости, чем после в них жить. Так что останусь неприступной. Пускай и дальше ломает копья.

Я успела. Минут пятнадцать постояла на Кутузовском, но это вообще ниочем. Даже заскочила в «Цифровые развлечения», заменить блок питания. Ночью я обошлась с проводами не слишком аккуратно. В пятнадцать минут одиннадцатого я уже была дома.

Мастера ушли. Свет работал. Домработница хлопотала на кухне. Пока я здесь — враг качается.

* * *

— Что будете заказывать? Есть чудные круассаны, только что испекли. Побалуйте себя, если не боитесь за фигуру.

— Мариша…

— Еще есть яичница из гусиных яиц, паштет, каша овсяная с черносливом, каша пшенная со свининой, каша рисовая с молоком, — я старательно зачитывала меню.

— Ну, Мариша!

— Меня зову Ма — ри — эль.

— Давай поговорим…

— Я на службе, мне не положено.

— Да нафига тебе это нужно вообще?!

Я все рассчитала правильно. В задании не указывалось, когда именно я должна появляться в Трактире. Так что я выбрала себе утро. В это время в зале обычно пусто. Народ подтягивался после обеда и к вечеру. Кто-то недоволен? Извините. Делить смены мне было не с кем, а трактирщик вроде не возражал. Он молча выдал мне форму (та появилась в моем инвентаре), и, мотнув башкой в сторону зала неразборчиво буркнул.

Одно я не учла. Посетитель все — таки был. Орк.

Потратив пару минут на переодевания, я оглядела себя со стороны. Голубенький дирндль[68] сел превосходно. Простая, но задорная белая блузка приподнимала грудь, а мягкий корсет с атласными лентами подчеркивал талию. Дир — н — д-ль — жуткое название для женского наряда. Только немцы могут в одно слов запихнуть столько согласных. Юбочка целомудренно прикрывала колени, и в целом я смотрелась скорее мило, чем сексуально. Вдобавок он давал по двоечке к силе, ловкости и харизме. Получше, чем мое привычное платице в красный горох. Надо было сразу в подавалки идти, кучу денег съекономила бы. Чего, спрашивается, ломалась?

Чулок наряд не предполагал, так что я добавила свои — с пятеркой в харизме, и походкой от бедра пошла обслуживать первого клиента.

— Да нафига тебе это нужно вообще?! — Орк сначала подмигивал, видимо думал, что осчастливил меня своим появлением, затем смущенно вздыхал и наконец стал беситься.

— Деньги зарабатываю, — я даже бровью не повела. — Между прочим 18 золотых в день.

— Разве это деньги? Да я тебе…

— Тссс… остановись, — я строго посмотрела на орка, и даже погрозила пальцем. — Я не беру у мужчин деньги. И не говори такое, о чем потом пожалеешь.

Жакоб сидел и хлопал глазами. Еще вчера я была у него в руках, такая теплая и податливая. А сейчас стою такая, морожусь. Будто ничего и не было. Как тут не сбеситься?

— Но мы вчера…

— Это была минутная слабость, — фыркнула я.

Громила орк вдруг поник. Мне даже стало его жалко. Ну, может быть, самую капельку. В его слова о мосте я поверила сразу. Слишком уверенно говорил Жакоб. Конечно, я еще заставлю его попробовать. Время есть. Но всерьез эту возможность я уже не рассматривала. Мне было интереснее другое.

— Ты будешь заказывать? Хватит тратить мое время.

— Да я тут единственный посетитель!

— Это не делает тебя исключительным.

В задании было сказано про обходительное обращение. Но орк то его не читал! А жаловаться трактирщику он точно не будет.

— Буду! — взорвался Жакоб. — что ты там говорила!?

— Круассаны…

— Круассаны!

— Оладьи…

— И еще оладьи!

— Яичницу.

— И яичницу тоже тащи!

— Сию минуту, — мило улыбнулась я, делая пометочки в блокноте.

Орк съел яичницу. Пироги с ливером. Ребрышки в брусничном соусе. Паштет из дичи. Трактирщик Хидегард радостно сопел. Раньше в эту пору заказов еще не было. Его кадровая политика начала приносить плоды.

Я мучила Жакоба часа полтора. Стоило помурыжить его пару дней, но время поджимало. Время… время… Его постоянно не хватает. Приходится использовать сильнодействующие средства и бить наверняка. Вчера для заезжего орка я была просто еще одной нубкой. Симпатичной, возможно даже, желанной. Но всего лишь одной из многих. А сейчас я была его женщиной, его собственностью. И этой собственности его лишили, не давали прикоснуться, шлепали по рукам. Все его распухшее эго протестовало. То самое эго, которое заставило его вылепить здоровенного клыкастого орка, с двуручным мечом и черным жеребцом. Он даже не подумал бы волочиться за какой-то ясельной красоткой. Но упустить своё теперь выше его сил.

Я взяла себе кофе, булочку с мармеладом и уселась напротив.

— Не возражаешь?

— Ты же работаешь.

— У меня пересменок.

Булочка была мягкой, мармелад свежайшим. Я отломила корочку и стала увлеченно намазывать ее сладким желе. Орк следил за моими движениями, не отрываясь.

— Что ты вообще здесь делаешь?

— В трактире? — Жакоб снова насупился.

— В яслях. Нубочек клеишь? — я с хрустом откусила булочку, и закатила глаза от удовольствия.

— Я торговый представитель клана «Двух Топоров», — произнес орк как можно более солидно.

Коробейник. Туда — сюда, купи — продай. Об это мне рассказывали и Макс и Сережа, но я все равно изобразила крайнее удивление.

— Да ладно?! Ты не похож на торгаша. Я думала — ты воин! — я даже губки надула разочарованно.

— Конечно воин! Берсерк!

— ДД-шник?

— Танк. Когда вхожу в боевое бешенство — получаемый урон режется в несколько раз. И физика, и магия.

— «Боевое бешенство», — хихикнула я.

— Это расовое умение!

— А причем тут торговля? Качаешь что ли? — я тупила, как могла.

— Клановое задание. Наш клан купил патент, на торговлю с Ольховцом. Сюда возим товары — отсюда сырье.

— Так ты в клане? А — фи — геть! А чё за товары?

Жакоб почуял шанс растопить лед между нами, и заливался соловьем. Возить выгоднее всего алхимию, — так он сказал. Она компактная и дорогая. Отдельный бутылёк почти ничего не весит, а в специальных сумках их помещаются сотни. Да и сколько можно продать в нубятнике «простых» или «неплохих» мечей? А эликсиры тут глотают чаще, чем алкаши — чекушки. На Большой земле «небольшие» зелья ничего не стоят. Даже «обычные» считаются мусором. Но крафтят их много, без этого не прокачать профу. Выход один — скинуть в нубятники. Патент стоил немалого бабла, Жакоб даже не знал, сколько именно. Но, похоже, все отбивалось.

Обратно можно было везти все, что угодно. Но дело снова упиралось в вес. Руда или заячьи шкурки не давали выхлопа. Из нубятника везли травы. За мостом конкуренция у юных натуралистов была намного выше, а монстры в полях зубастее. Жакобу выдали список из двух десятков трав. Говоря об этом он совсем скис.

Я едва сдерживалась, чтобы не заржать. Орк напомнил мне юность. Тогда у нас в спорткомплексе тренер поставил одного из боксеров торговать спортивным питанием. У того за прилавком была такая же грустная рожа.

— А у тебя можно будет затариться?

— Да я тебе затак…

— Мне ничего не нужно за так. Я самостоятельная девочка, и у меня есть деньги. Точнее будут, после смены, — я засмеялась.

Орк тоже заулыбался. Теперь он смотрел на меня совсем другими глазами.

— У тебя есть «неплохие» зелья на ману?

— Есть, конечно.

— Почем?

— Пять серебрушек.

— СКОЛЬКО?!

— Я понимаю, что дорого, — снова расстроился Жакоб, — на ауке они по серебрушке. Но их потому сюда и везут. Надо отбивать патент. Не я цену устанавливаю.

— Нормально, — я его успокоила. — Закуплюсь у тебя после смены.

Цены, проценты, сейлы и распродажи — это наше всё. Я помню до цента, сколько заплатила за каждую из своих шмоток. И уж точно не забыла, сколько плачу за каждую бутылочку. Два золотых. Ровно в четыре раза дороже.

— А много их у тебя?

— Дохрена, — поморщился орк. — А еще надо траву где-то закупать.

Я подумала, не тороплюсь ли, но потом решилась.

— Возможно, я смогу тебе помочь.

— Как?! — изумился орк.

— Сведу с нужными людьми. Если получится, решим сразу все твои проблемы.

— Серьезно?

— Жакоб, я здесь каждую собаку знаю, — приврала я.

— Прям каждую? — вскинулся орк. Неужели ревнует? Как хорошо то.

— Ты точно симпатичнее всех здешних кобелей, — шепнула я ему, привстав. — А теперь извини. Пора изображать активность. Вдруг за смену не заплатят.

Я принялась собирать со стола блюда. За утро их набралось немало. На аппетит Жакоб не жаловался.

— Когда ты освободишься?

— Мне четыре часа отрабатывать. Но потом надо на часик в реал выскочить.

— И мне надо в реал. Я тут… — орк хотел сказать, что давно меня поджидает, понял, что это выглядит глупо, и смутился.

— Увидимся. — Я легонько тронула орка за плечо, и пошла к стойке.

Игрок Jakob — предлагает Вам стать друзьями. Принять да/нет.

Ха! Вот уж действительно, секс не повод для знакомства. А теперь — самое время. Я нажала «да», и иконка орка появился у меня в списке контактов. Почти сразу она стала серой.

Остаток времени я скучала. Протерла столы. Подровняла гравюры на стенах. Добавила масла в светильники. А после засела у окна с чашкой кофе и глазела на прохожих. Трактирщик не возражал. Когда истекли четыре часа, он молча отсыпал монеты, и потерял ко мне интерес.


* * *


«Очкастенький» Герман оказался совсем молодым, худым парнем в ноунеймовских джинсах и тщательно выглаженной, светлой рубашке. Но облажавшийся охранник Андрюша, и его босс боялись его до икоты. У начальника службы безопасности Петра Макарыча, которого жильцы за глаза, а порой и в лицо звали «Наганычем», на белой рубахе под мышками расплывались пятна нездорового пота. Бычок Андрюша и вовсе повесил голову, уткнув глаза в пол, и его голос доносился до нас глухо, как из банки.

Мы собрались в дежурке, где стояли экраны камер наблюдения. Герман небрежно развалился за пультом, прокручивая клавишами архивное видео. Второе кресло досталось мне, я откатила его подальше, чтобы видеть всех сразу. Наганыч с охранником сидели на раскладных стульчиках, как нашкодившие школьники.

— Вторжение произошло в 19.42, — сообщил Герман.

При слове «вторжение» я сразу представила себе зеленых человечков с бластерами, или как минимум космодесант. Но все оказалось прозаичнее. Молодой парень в светлом костюме, с большим букетом роз. Лица не видно, цветы заслоняли его от камеры. Охранник говорит с ним, смеется, подмигивает.

— Что он сказал? — спросила я

— К подружке пришел, мириться, — пробасил Андрюша, — та ломается, и обидки строит. А с такого веника разом слезки утрет и ножки раздвинет.

— Гхм… — подавился Наганыч.

— А в какую квартиру? — я продолжала расспросы.

— В семнадцатую.

— Кто там живет?

— Снегиревы, — сверился со списком Герман.

— Он чё, дебил? — у меня отпала челюсть, и я ткнула пальцем в секьюрити. — Наиля Моисеевна Снегирева этому хлыщу в бабушки годится.

Пожилая чета Снегиревых были самыми спокойными жильцами нашего дома. Квартиру им купил сын — нефтяник. Сам он в столице не появлялся, разрываясь между Нижневартовском и британским офисом. Старички родители уезжать из родного города отказались, и теперь жили в тихом районе на полном пансионе.

— Он сказал, к ним племянница приехала. С ней и замутил, — оправдывался Андрюша.

— А жильцов предупредили?

— Неа. Типа сюрприз. А то закобенится и не откроет.

— Какой у тебя романтичный сотрудник, Наганыч, — проговорила я, откровенно издеваясь. Помог влюбленным сердцам.

— Этого больше не повторится.

— Конечно, не повторится. Потому что ни его, ни тебя тут больше не будет. К пенсии готов? Дачку прикупил?

Наганыч смотрел на меня побитой собакой. Пусть трясется. Раздувать скандал мне не с руки. Если о покушении узнает Филипп он подключит своих безопасников. А я не хочу, чтобы мои приключения в игре, и особенно пари вылезли наружу. Но чтобы Наганыч молчал, лучше связать его взаимным интересом. Пусть думает, что я замяла все ради него, а не наоборот.

— Оба свободны, — мотнул головой Герман, и охранники молча вышли.

— Так что произошло? — я поняла, что серьезный разговор только начинается.

— Маргарита Дмитриевна, по мнению Виталия Арнольдовича Вашей жизни ничего не угрожало, — Герман сделал паузу, словно ждал, что я буду спорить и истерить, и удивился, когда я просто кивнула. — Это была диверсия.

— Как он это сделал?

— Специальный жучок в щитке. Выгорает за несколько часов, а потом замыкает цепь. Причем напряжение растет постепенно, чтобы выжечь вообще всё. Вам бы каждую розетку пришлось менять, а возможно и стены штробить, если бы проводка сгорела. А в самом щитке обычный электрик увидел бы только обугленные провода. Мы нашли, потому что знали — что искать.

— Вы поймаете его?

— Попытаемся. Лица на записях не видно. Он везде прикрывается букетом. А из охранника свидетель никакой. Он только цветы и запомнил. Фоторобот сделаем, но сильного сходства ждать не приходится. Это как селедку в море искать, — Герман виновато пожал плечами.

— Это профессионал?

— Больше похоже на любителя, но ловкого и с фантазией. Вы знаете, кто хочет Вам навредить?

— Понятия не имею, — соврала я.

— Появятся идеи, звоните, — безопасник совсем как в кино протянул мне визитку.

На белом прямоугольнике было написано только «Герман» и одиннадцать цифр федерального номера.



* * *

— Значит, у тебя есть элики?

— Ага.

— Сколько?

— Много.

— Какие?

— На жизнь, на ману, бустеры.

— И чего ты хочешь?

— Доброго совета. Как считаешь, лучше продавать это все на толкучке, или скинуть сразу, тому, кто потянет?

ДуреВар нахмурился и стал поглаживать бородку. Жест из реала, значит там он — такой же пижон. А еще — это показатель крайнего волнения. Я не стала назначать встречу. Просто поймала его на торговой площади и отвела в сторону.

— Почем? — алхимик присел на бортик фонтана.

— «Небольшие» на жизнь и ману — по золотому. На остальные ценник позже подгоню.

Вар задумался. Медленно поднимая глаза, он разглядывал меня, словно видел в первый раз. Туфли, чулочки в сетку, юбочка, корсет. Ради встречи я была при параде, хотя не думала, что алхимик поведется на харизму. Наконец он встретился со мной глазами, и усмехнулся.

— Значит, ты познакомилась с приезжим торговцем. У него есть элики, это понятно. Также понятно, что они очень дешевые. Ты ведь себя не обидела, это точно. Мне непонятно одно, зачем ты, такая красивая, вообще мне в этом нужна.


Глава 26. Money*

Money — «Деньги», песня британской рок — группы Pink Floyd из альбома 1973 The Dark Side of the Moon. Самая популярная композиция за историю группы. Знаменита, в том числе, отдельной «партией» состоящей из звона монет и звуков кассового аппарата, задающих ритм. Сейчас такое легко монтируется на специальной технике, но тогда дорожку кропотливо нарезали и склеивали из кусочков пленки.)

В ней есть такие слова:

Деньги, должны вертеться
Я в порядке, приятель, руки прочь от моего бабла.
Деньги, это кайф.
И не надо гнать мне всякое «положительное» дерьмо.
Я путешествую первым классом, с роскошным обслуживанием
И я думаю, мне нужен собственный реактивный авиалайнер

— Я думала ты умный, а ты жадный, — я разочарованно вздохнула.

— Одно другому не мешает, — ответил алхимик.

— Ты, конечно, можешь подкатить к приезжему торговцу. Но тебе придется кое — что сделать.

— Что же? — заинтересовался ДуреВар.

— Рерольнуться в блондинку, — я подошла ближе и сейчас говорила ему практически на ухо. — Только учти, поначалу в попу будет больно. Но я верю в тебя, ты привыкнешь.

— Вот сука, — прошипел Вар.

Обиделся бедняжка. Какая нежная натура. Я отвернулась и ушла по — английски, не прощаясь. Говорить нам больше было не о чем.

* * *

Жакоба в игре не было. Зря терять время не хотелось, и я решила попробовать свои силы в прокачке. До сих пор я не парилась насчет опыта. Обо всем думал Григор. Он говорил, куда надо идти и что делать. Сам выбирал мобов, и распределял баллы. Шкала потихоньку заполнялась. Когда приходило время — выскакивали новые уровни.

Смешно сказать, я даже не знала, сколько пунктов дается за ту или иную тварь. Шкала опыта находилась вверху — не трудно не заметить. Очень длинная шкала. Одним своим видом она меня бесила. Чтобы получить первый уровень, хватало ста пунктов. За второй — уже двести. Потом цифры резко подпрыгивали. Для пятого, мне нужно было набрать двенадцать тысяч. А что дальше будет? Страшно представить.

Полоска почти заполнена, хоть это радовало. За убийство Грыма, мне отвалили до хрена опыта. Ну, по моим меркам — до хрена. Повезло, что Лира слилась. Ублюдочная система, которую установил Сережа, «кормила» в основном ее. Остальным доставались объедки. Теперь я сама себе хозяйка, и весь опыт-только мой.

Народу на заячьем поле как всегда было валом. Серые плащи, ржавые мечи, дрянные доспехи. Сюда собиралось все нубье Ольховца, пробежавшее по стартовым квестам и ухватившее первую пару — тройку уровней. Себя я нубкой уже не считала. После пещер кобальдов, ночной скачки с Жакобом, знакомства и ссоры с Сережиной констой и прочей фигни, казалось, я живу здесь всю жизнь.

Странно, когда я здесь, квартира на Остроженке, шопинг, вечеринки, светские тусовки размывались и блекли, как забугорные приключения в хмурой столице. Вроде как было, но то ли сама развлекалась, то ли в инсте видела. Мне стоило усилий, чтобы не заиграться и помнить — кто я на сама деле такая. Помогала в этом сучка Тата. В обоих мирах я ее ненавидела одинаково.

— Не спи нубка! Достала уже!

Толчок, и я как пушинка отлетела в сторону. Мимо протопал знакомый персонаж в шлеме — ведерке. Могучий_Пельмень, пятый уровень, воин. Торопится портки подобрать. Ниже пояса придурок светил нубскими шортами. Я уже собралась запустить ему под ноги файер. Даже руку вытянула. Урон не нанесу, зато обделается как от петарды. Но потом пожалела ману. На всех кретинов не напасешься. Лучше потрачу ее с пользой.

Зайцы. Враг старый и ненавистный. Сегодня я поквитаюсь с ними за всё.

На краю поля стригли траву четверо серых плащей под присмотром лучника — пятерки. Тот лениво пялился на оттопыренные задницы колхозниц, и изредка постреливал в набегавших зайцев. Опыт ему это вряд ли приносило, разница в уровнях слишком большая. Лучник явно трудился за денежку, а может, сам сколотил банду и крышевал мирных овечек. Увидев меня, все пятеро вылупились забыв о работе.

Должно быть, я выглядела забавно. Сверху блузка и корсет от трактирной униформы, снизу веселенькая юбка в красный горох, чулки и ботинки на харизму. На запястьях дурацкие фенечки, одна из цветных бусинок, вторая из лоскутков кожи. Такая вот девочка — припевочка пришла воевать. И я еще смеялась над тем, как тут одеваются. Зато статы собрала по максимуму.

Мариэль, полуэльф, 4 уровень.

Сила: 8 (6)

Ловкость: 12 (10)

Выносливость: 9

Интеллект: 4 (1)

Мудрость: 26 (22)

Харизма: 21 (12)

Самое главное для меня — мудрость и интеллект. Мудрость дает 520 единиц маны. Кажется, что много. Но это всего 14 кастов моих файерболов. Дальше придется пить бутылки, или курить в сторонке, пока мана не восстановится сама. Интеллект делает меня сильнее. Каждый балл умножает урон. Как же меня бесила моя кривая прокачка! Пухленькая слабая аптечка, копилка для маны! Мне бы хоть десятку в интеллект, сносила бы за раз от полутора до двух с половиной сотен. Мысли о том, что можно было бы заточить шмотки на интеллект, а не на харизму я гнала прочь.

Файер третьего уровня наносил урон с разбросом от 16 до 24 пунктов. С учетом моего интеллекта это давало уже 64–96. Для ушастых хватит с запасом.

Игноря глазеющих колхозников, я прошла чуть дальше и нырнула в травяное море. Подсвеченные стебельки «Кривки ржавой» и «Вьюна рвотного» напоминали о Жакобе. Может это любовь?

Я поржала над этой мыслью. ДуреВар подкинул гадский сюрприз, и теперь мои вторые «девяносто» просто вопили о неприятностях. Мне надо поймать Жакоба раньше, чем он пересечется с алхимиком. Но орк загулял в реальном мире. Я поминутно дергалась, проверяя список друзей, однако его авка оставалась серой.

Первый заяц кинулся на меня из травы. Хлоп! Ладонь вперед — и от ушастого ублюдка осталась воняющая паленым головешка. Интересно, смог бы что-то получить из нее охотник? Мне досталось только три медяка. Не самая прибыльная добыча, зато самая легкая. Шлеп! Я заметила, что лучник теперь пялится на меня, и рисуясь, навскидку прибила следующего зайца.

Довыпендривалась. По следующей дряни я промазала. Пришлось как козочка отпрыгивать назад, и палить себе прямо под ноги. Так я узнала, что сама себе урон не могу нанести. И то радость.

Я стала осторожнее, и это окупилось. Еще одного зайца поймала в прыжке, и его разорвало на части. Походу, прошел крит. Уши, лапки, какие-то красные ошметки, — все в разные стороны!

Одна из травниц согнулась, словно сейчас сблюет. Слабачка. Я показала лучнику большой палец и продолжила отстрел. Приловчилась и палила без промахов. Напоминало компакт — спортинг[69] в «Лисьей норе»[70], только без грохота и отдачи. Стрельба — один из лучших способов борьбы с подавленной агрессией. Главное представить нужную рожу, и пуля сама летит куда нужно, а на душе становится тепло и солнечно.

Я шла по полю, сея смерть и собирая опыт. Один каст — одна тушка. Так вам, твари! Я карающий заячий демон! Я Немезида!

Вот только опыта капали крохи. С одного зайца — 40 пунктов. Ползунок едва дергался. Я опустошила запас маны, прикончила тринадцать штук и не набрала даже одного процента.

Пришлось глотать бутылочку. Они достались по дешевке, я затарилась у Жакоба, но все равно было жаль тратиться на такую мелочевку. Две бутылки, один золотой, еще десять зайцев. Я только начала фармить, а уже была готова сдохнуть от тоски.

На двадцать восьмой пушистой дряни в игре появился Жакоб, и мне стало не до зайцев.


* * *

Я торопилась со всех ног, но все равно опоздала. Жакоб сидел в трактире, кажется даже за тем же самым столом, а вместе с ним — Вар и незнакомый полугном с ником IIy3aH.

— А прислуга здесь нерасторопная, — оценил мой нарядик ДуреВар. — Метнись ка, девочка, принеси пива моим друзьям.

Его приятель одобрительно крякнул. Жакоб оглянулся, заметил меня и замер. Я еще не открыла рот, а он какой-то неведомой мужской интуицией почуял висящий в воздухе скандал. Может быть он женат?

Впечатывая каблуки в пол я подошла, демонстративно чмокнула в щеку Жакоба и села рядом.

— И ты позволишь этим уродам вот так оскорбл*ть меня?

— Ты чё сказала овца? Это кого ты назвала уродом? — вскинулся IIy3aH.

Полугном выглядел комично. Настоящих гномов я еще не видела, но этот по самые глаза зарос бородой из которой торчал здоровенный носяра. Пузо тоже имелось. А в остальном — коренастый, цыганистого вида мужик. Надо сказать Жакобу, чтоб за конем присматривал. А то «ай — нанэ — нанэ», и будет орк пешком ходить. Шумный и вспыльчивый. Просто подарок.

Вар недовольно скривился. Все было на мази, а тут какая-то сучка портит сделку. Сейчас он уже пожалел, что вздумал меня поддеть.

Проснулась личка.

Жакоб (23): ты чё творишь!!!!!!???????????

Мариэль (4): тебя спасаю

Жакоб (23): что???

Мариэль (4): эти двое хотят нас поиметь, поэтому мне не рады

Жакоб (23): в смысле!?

Мариэль (4): нравится, когда имеют? ты че девочка?

Жакоб (23): Мариша блин!!!!!!!!! поясни как?

Мариэль (4): я заложила им нормальную цену чтоб ты тоже заработал… а они меня прокинули и к тебе… ты же цен не знаешь.

Мариэль (4): я для тебя стараюсь!!!

Жакоб как-то вдруг стал собран и деловит. К счастью, дураком он не был.

— Сейчас вы оба извинитесь перед дамой, или я вас выкину отсюда нахер. Сил мне хватит. — Орк встал, и за столом стало тесно.

Я представила, что Жакоб сейчас воткнет в столешницу кинжал, или разобьет бутылку, сделав «розочку», как в кино, но он сдержался. Жаль, вышло бы эффектно. Люблю, когда мужики дерутся из за меня. Это тонизирует.

ДуреВар примирительно поднял ладони:

— Наша беседа свернула не туда. Я прошу прощения, Мариэль. Меня ввел в заблуждение твой наряд. Думал, ты ролевые игры затеяла. Ты ведь девушка с фантазией.

Вар намекал, что я накрутила цену для себя, и теперь не рискну ему мешать, чтоб не спалиться. Но если сейчас поджать хвост, весь товар уплывет к торгашам. Шанса откусить хоть кусочек уже не останется. Потому я и открыла все орку. Пусть думает, что я милашка — альтруистка. Мужчины всегда легко верят в лучшее.

Полугном пробурчал что-то неразборчиво примирительное. Чертовы барыги. Хоть ссы в глаза — все божья роса. Выгода на первом месте. Обидно, я хотела раздуть ссору, чтобы спровадить их и выиграть время.

— Проехали, — мне пришлось смириться, — так о чем вы говорили до того, как беседа свернула?

— О делах торговых, — алхимик усмехнулся. — У Жакоба есть товар, мы его покупаем.

— Вы что, свататься пришли?! — округлила я глаза.

— Почему? — охренели торговцы.

— Ну как… «товар — купец», «изловили лисицу — красную девицу»… Только он мне не папочка, — я ткнула орка локотком под ребра, — да и замуж я не спешу. Хотя смотря кто жених. Если богатый — я подумаю!

— Какой жених? Что ты несешь! — снова начал кипятиться полугном. Выдержки у него было поменьше, чем у компаньона. — Мы за эликами пришли.

— А чего пришли? — мой голос был слаще меда. Пазл у меня в голове сложился, теперь главное, чтобы Жакоб не затупил. — Я цены озвучила, вот этот лысый отказался. Передумали?

— Вот у него цены получше, — ДуреВар ткнул пальцем в Жакоба. — Он хоть знает, что ты хотела на нем навариться?

— Дурак ты, Варчик. Жакоб — лицо официальное. У него других цен и быть не может. Ты спросил — он озвучил. Но с чего ты решил, что он тебе по такой цене их продаст?

Жакоб то ли не поспевал за моими мыслями, то ли просто решил не мешать. Он молчал, старательно надувал щеки и в остальном вел себя как «лицо официальное».

Вар тоже молчал и злился. Это было почти незаметно. Но барыга играл со сьюта, а эмоции в игре отрисовывались отлично. Он был похож на собаку, которая терпит и изображает вежливость, но прижимает уши и готова вот вот вцепиться.

— А почему не продаст? — до сих пор не догнал Пузан.

— Все уже продано, госконтракт закрыт, добро пожаловать в торговый дом «Мариша и Ко».

— Да ты гонишь?! — не унимался недогном. — Где ты взяла столько бабок?

«Насосала», — чуть не вырвалось у меня, но я сдержалась. Эти ведь поверят. Помог Жакоб.

— Не ваше дело, парни. Без обид, ничего личного. Это бизнес. — Орк оскалился в широченной улыбке.

Он явно наслаждался ситуацией. Скучная командировка в ясли превращалась в блокбастер. Роковая красотка (я), стрелки, разборки, плохие парни. Здесь, в нубятнике, он был супергероем, и походу всю жизнь мечтал сказать что-то подобное. Ну может еще: «Аста ла виста бейби».

— Ты об этом пожалеешь, Мариша, — прорвало IIy3aHа. — Навариться они решили, идиоты. У вас никто в этом городе не купит ни бутылька. Сами приползете со своими эликами, иначе этого клыкастого из клана попрут.

Бац!

Кулак орка застыл в нескольких сантиметрах от физиономии полугнома. Глупые игровые условности, даже в трактире морду нельзя начистить.

— Мы уже уходим, — сухо заявил ДуреВар. Пятерня перед носом напарника произвела на него не самое приятное впечатление.

— Расценки ты знаешь, Варчик, — пропела я вслед. — Не пропада — а — а-ай!

Жакоб проводил торгашей внимательным взглядом.

— А ты уверена в том, что делаешь?

— Мой герой, — я обняла руками могучую шею орка. — Ты воин, а не барыга. Это я в тебе и ценю. В мужчине должен быть размах, широта. А эти крохоборы. Тфу! Ненавижу таких.

Я гладила Жакоба по самому чувствительному и эрогенному органу у мужчин — по самолюбию. Самолюбие росло и крепло. Регулярное применение этой процедуры способно взбодрить даже хлюпика. А с теми, у кого есть потенциал, творит чудеса.

— Жакоб, они продают их по два золотых! Если б не были такими жлобами, все остались бы довольны. Но этим козлам нужна не только прибыль. Им надо поиметь тебя, как малолетку на вписке, показать, что это их город, и они устанавливают правила. Неужели ты им позволишь?!

— И сколько же ты накрутила? — орк уже лыбился во всю пасть.

— Всего пять серебрушек плюсом. Тебе плюсом! Я же о тебе забочусь, это твои эликсиры, а не мои!

Черта с два орк увидел бы эти деньги, если бы ДуреВар сразу согласился на мое предложение. Но теперь придется играть тоньше. Тупые мужики — вечно они все усложняют.

— Пять серебра?! Это ведь еще одна цена сверху! — расхохотался Жакоб.

— Ну, правильно! А иначе, какой смысл со всем этим морочиться? — искренне удивилась я.

Глаза у орка загорелись. Было заметно, что он пересчитывал будущие прибыли, и цифра ему нравилась. А говорят, что деньги портят людей. По мне — они идут на пользу и людям, и оркам, и кому угодно. Вон как взбодрился сразу. Энергия так и прет.

— Мариша, а зачем ты все это затеяла?

— Как это зачем?

— Почему мне помогаешь?

— Жакоб, мне нужен мужчина не только сильный, но и богатый. — я заботливо чмокнула его в нос. — И если будешь меня слушать — я тебя таким сделаю.


* * *

— Тебя надо отпаровозить, — заявил мне Жакоб.

Учитывая, что он в этот момент развалился в моей постели, а моя голова покоилась у него на груди, идея прозвучала двусмысленно.

— Ты меня и так весь вечер паровозишь, — игриво проворчала я.

Жакоб заржал. Мужчины любят пошлости от своих женщин. Это чужих пошлячек они считают вульгарными.

— Нужен сильный игрок, чтобы протащить тебя по уровням. Он паровозик — ты вагончик. Чух — чух! — дурачился орк.

— Танк? — мне стало интересно.

— Не обязательно. Главное — распределение опыта. Он будет бить мобов, а ты в это время хоть васильки собирай и веночки плети. Экспа будет тебе капать.

— А ты так можешь?

— Увы, — орк виновато развел лапищами, — для меня даже с местных боссов ничего не капнет. Ни опыта, ни лута. Слишком большой разрыв в уровнях. Я даже не уверен, что система меня здесь увидит.

— А нафига кому-то меня паровозить?

— Обычно прокачивают за бабло. Для некоторых это серьезный бизнес. Но не в яслях конечно. Тот, кто хочет бабок — тут не задерживается. Поискать можно. Вдруг кто-то поведется на твои чаевые.

Жакоб быстро входил в роль богатого парня. Еще не получив от сделки ни золотого, он держался с апломбом работника месяца, которому на карту капнул бонус от руководства. То, что я отказывалась брать у него деньги, орка бесило и раззадоривало.

— Это не чаевые, а честный заработок! От вас, жлобов, чаевых не дождешься, — я потянулась, так что шелковая простыня соскользнула с груди. — Надо только найти паровозика не жадного и симпатичного.

— Зачем это? — нахмурился Жакоб.

— Натурой доплачивать, — расхохоталась я и попыталась сбежать из кровати, но была беспощадно поймана ревнивым орком. — Отстань! Бесполезный ты тип! Никакого толка от тебя! — смеясь и брыкаясь я быстро сдалась его напору.

Орк подал мне идею. Зачем платить за то, что можно получить даром. И я уже придумала, кого на это раскрутить.



Глава 27. Oops!.. I Did It Again*

Oops!.. I Did It Again — песня Бритни Спирс. Главный сингл ее второго альбома с таким же названием. Считается, что именно после нее Бритни получила титул «поп — принцессы». Долго ходил слух, что впервые эту песню исполнил Луи Армстронг еще в 1932 году. Жаль, что это неправда.)

В ней есть такие строки:

Упс, я снова это сделала!
Да, да, да.
Да, да, да.
Я думаю, я опять это сделала.
Я заставила тебя верить, что мы больше, чем друзья.
Ох, малыш!

Правый берег Олыма был не слишком популярным. Река здесь подходила вплотную к городу, но берег зарос жесткими колючками, среди которых бродили жирные ящеры — гекко. Игроки их не любили. Шкуру ящеров покрывали толстые костяные пластины сильно срезающие физический урон, а длинный хвост заканчивался пучком сросшихся шипов. Хреново тому, кто подставится под его удар. Он грозил не только просевшим здоровьем, но и оглушением. Пока танк считал звездочки вокруг башки, слив остальной группы был делом времени.

Про гекко мне рассказывал Сережа. С местного босса Лира выбила первую часть доспеха Пифона, сапожки, которые так приглянулись мне при первой встрече. Главный ящер — Крок, обитал где-то в глубине. Сережина конста пробилась к нему еще до знакомства со мной, даже не имея хила. Вряд ли мне в ближайшее время светит такой подвиг. Одного бы ящера завалить.

Из своей комнаты я смылась при первой же возможности. Орку сказала, что иду качаться. Его ревность мне нравилась, и я аккуратно подпитывала её. Даже на влюбленность нужно время. А ревность вспыхивает сразу, и прицепляется как жвачка к подошве. Но сейчас она могла помешать моим планам на вечер.

Народу было немного. Какая-то группа рубилась в зарослях. Я их слышала, но не видела. Неподалеку два ящера гоняли беднягу — лучника. Парень спотыкался и мазал, похоже, словил дебаф. Уже при мне ему трижды прилетало шипастым хвостом. Чуть дальше закованный в глухую броню рыцарь — пятерка бодался с гекко, упершись щитом в широкий лоб. Оба одинаково фыркали и рычали, но в перспективе я бы поставила на ящера.

За ними скучая наблюдал мужик в знакомом мне уродском балахоне. Для лекаря слишком уж сильно скучает, значит, вариант один.

— Бафнешь? — подошла к нему я.

— Десятка, — лениво процедил мужик.

— Серебра?

— Золота.

— Да ну на? — поразилась я.

— Поищи дешевле, — бафер огляделся и заржал.

Я не стала спорить или ругаться. Это такая национальная черта, заломить цену, чтобы потом был повод ни фига не делать. Поэтому у нас строят турки, грузы перевозят белорусы, а улицы метут таджики. Может, Хикка и правда была азиаткой? Иначе откуда такое трудолюбие.

Где бы мне отыскать бафера из Китая или Кореи? Я представила себе подобную объяву на ХедХантере. Или их ищут на LinkedIn? Смешно. Теперь я лучше понимала Сережу. Кадрами тут не раскидываются. Сука Лира подосрала и ему, и мне.

Я пошла по дорожке вдоль пустыря. Если бы кто-то заморочился выкорчевать все колючки, поставить зонтики и кабинки для переодевания, и замутить прокат шезлонгов — получился бы неплохой пляж. Пологая песчаная коса уходила в воду так и маня пробежаться по ней босыми ногами, и бултыхнуться в прохладную воду. Но мордатые гекко сразу отбили такую мысль. Хрен его знает, что там может жить в глубине. Переплыть Олым не удавалось никому, это я тоже узнавала.

Я рискнула подойти поближе. Ящеры ползали поодиночке, парами и небольшими группами. Социальными они не были, друг за дружку не вступались, так что главное было, не зацепить сразу несколько зверюг.

Гривастый Гекко (4) — все что я смогла прочитать над их тушами. Чтобы узнавать больше, надо качать «Наблюдательность». Этим занимаются охотники и воры. Первые могут узнать о мобах и количество пунктов жизни, и резисты и даже слабые места. Вторые-то же самое — об игроках. У меня «Наблюдательность» была 1/100, и никаких бонусов за это не полагалось. Даже полосочка здоровья оставалась просто зелененькой, без циферок. Наверно узнать, насколько ящеры толстые можно только вступив в бой.

— Бах!

От любопытства кошка сдохла. Жаль, я вспомнила эту поговорку после того, как по высокомерной физиономии ящера растеклись огненные всполохи моего файербола.

Вы наносите урон 68

Гривастый Гекко 732/800

Охренеть! Восемьсот! Почему у зайчиков третьего уровня жизни пятьдесят, а у этой твари на четвертом — восемьсот?! Понятно, за что их не любят. С пятеркой в интеллекте я выдала почти свой максимум. Значит, от магического урона у гекко защиты нет. И все же с таким здоровьем, сколько же мне его колупать?!

Ящер зашипел и припустил прямо ко мне. Не такой уж он и медленный. Блин. Сука!

Я стояла и палила до последнего, хотя все мое существо тряслось внутри и мечтало валить отсюда как можно скорее.

Бах… Бах… Бах!

Четыре файера. Еще четыре раза я опалила мерзкую рожу, пока не задала стрекоча.

Вжжжжж!!! — просвистело по колючкам сзади. Я вжала голову в плечи, но хвост ящера меня не достал. Я сняла с гекко двести пять пунктов. Отличный результат, если бы у него не осталось еще почти шесть сотен.

Я пыталась оторваться, но тварь неожиданно резво семенила за мной. Дизайнеры при создании гекко особо не парились. Взяли обычную игуану, увеличили ее до размеров коровы и добавили на шею пышный «воротник» из синих, красных и желтых кожистых складок. И хвост. Да, да, я чуть не забыла про хвост. У приличных земных игуан он был намного короче и без шипастой дряни на конце.

Немного оторвавшись, я пальнула с разворота. Результат плачевный. Один файер ушел мимо, еще один скользнул по гриве, сняв десятку, и только третий зашел нормально с уроном в 62 пункта.

Гривастый Гекко 453/800

Я наматывала круги среди колючек, на ходу глотая бутыльки и огрызаясь плевками магии. По — прямой, я бы легко оторвалась от ящера, но постоянные рывки в разные стороны лишали меня всякого преимущества. Больше всего я боялась наткнуться еще на одну зверюгу. Вдвоем они бы меня сразу ушатали. Маны пока хватало, но я спешила и часто мазала. Хуже всего то, что проседала выносливость. Она была уже в желтой зоне. Если свалится в красную — мне капец.

Ящер тоже пострадал: на морде черные подпалины, жизнь чуть выше трехсот. Его бы придержал кто — нибудь на месте, и я прибила бы тварь за пару минут. Но добровольцев, желающих спасти принцессу от дракона, не находилось.

«Добровольцев». Сознание зацепилось за это слово. Если никто не спешит мне на помощь, пора назначать спасителя самостоятельно.

Я сделала еще один вираж в зарослях, и выскочила прямиком на бафера. Тот поначалу даже заржал, от моего заполошного вида, но только до тех пор, пока не увидел гекко. Ящер от восторга, что жертв вдруг стало две растопырил пестрый воротник и забулькал как индюк.

— Эй?! Что ты делаешь?! — задал тупейший вопрос бафер.

— Убегаю — у — у-у!

Я промчалась мимо него, не оборачиваясь. Может, гекко за последние минуты растерял агро, а может, просто дорожка была слишком узкой, чтобы разминуться без столкновения. В любом случае мой план сработал.

Ящер счастливый как бычок на энсьерро[71] с разгона боднул бафера лобешником. Тот покатился кубарем, отлетев на пару метров. Он даже успел вытащить что-то для самообороны, не то дубинку, не то посох — я не разглядывала.

— Сейчас я тебя спасу! — громко прокричала я. Мало ли, вдруг потом встретимся, пусть видит, что я не со зла, и все это чистая случайность.

Бафер не ответил, наверное, был занят. Отчаянно матерясь, он отбивался от гекко, а тот раз за разом лупил хвостом, роняя мужика на песок.

Между нами метров пятнадцать, ящер стоит боком. Идеальная позиция.

Бах! …раздватричетырепять… Бах! Каждые пять секунд казались мне вечностью. Я била по откату, снося каждым файером по шесть — семь десятков жизни. Я уже не боялась переагрить ящера, времени хватало. Но Фрагус оказался слишком тощим, и слился раньше. С него что-то звякнуло, и мы с гекко снова остались вдвоем.

Гривастый Гекко 123/800

Два файера. Максимум три. Десять секунд. Я стояла невозмутимая, как Одинокий Рейнджер[72], хотя чуть не описалась, когда после второго каста ящер не сдох, как ему полагалось, а с двенадцатью пунктами жизни кинулся на меня. Добивать пришлось в упор. Тарантино мог бы мной гордиться.

Шкала опыта прыгнула сразу на 120 баллов. Еще парочка ящеров, и я возьму пятый уровень. Неплохо бы, но где взять еще пару баферов им для приманки? Я вспомнила физиономию Фрагуса и прыснула. Небось несется сюда вприпрыжку за шмотками. Кстати, пора валить. Нафиг он мне нужен, со своим негативом, только настроение испортит.

С гекко я подняла три серебрушки, к кучке бафера даже не притронулась, хотя любопытство и разбирало.

Дорожка пошла на подъем, песок сменился гравием. За пустырем показался небольшой холм, тропинка огибала его, но плоские камни на склоне были похожи на ступеньки.

Наверху я нашла увитые плющом развалины. Когда-то давно здесь была беседка или что-то подобное. Отсюда открывался прекрасный вид на реку. Наверное, раньше сюда выбирались из города веселые компании — бухнуть на свежем воздухе. Хотя все эти мысли — полная фигня. Весь Ольховец — древности и новоделы, кусты, пещеры, все нарисовано прыщавыми гейм — дизайнерами, сидящими на аутсорсе. Здесь нет ничего случайного. Каждый камень создан чьим-то сознанием и волей.

Рощица, где мы встречались с Сережей, не несла никакой пользы. Там не было мобов или ресурсов. Несколько деревьев, уютная полянка, пенек, ровный как стол. Деревья в яслях рубили топорами, пеньки после них оставались острыми, словно морковки. Ночью они исчезали, а утром на их месте уже шумели новые сосны или березы. Наш пенек стоял неизменным. Как специально, чтобы поставить бутылку вина и пару бокалов. Отличное место для встреч наедине. И если его создали — должны быть и другие.

Так и здесь. Плоская плита по центру — хоть банкет накрывай. Несколько камней по кругу, удобные словно кресла. Развалины по кругу заплетены зеленью с россыпью ярких цветков. Уют и интим. То, что надо.

Мариэль (4): че делаешь?

MegaKillerIzAda (8): экспу бью

Мариэль (4): го бухать

Рефлексы у Макса были на уровне

MegaKillerIzAda (8): ты где?

Мариэль (4): где гекко знаешь?

MegaKillerIzAda (8): ты с ящерами бухаешь?

Мариэль (4): ахахахах

Мариэль (4): неее… от них направо… там холм… поднимайся

MegaKillerIzAda (8): все не выпей

Мариэль (4): а ты не щелкай

Максик нарисовался меньше, чем через пять минут. Вот что значит, выносливость прокачана. Влетел на холм, и даже не запыхался.

— Вау, крашиха!

Мой «харизматический» комплектик произвел впечатление. Для усиления эфекта я встала и покрутилась. В руке булькнула полупустая бутылка гномьей задирухи. Поллитра недешевого бухла ради образа пришлось пожертвовать окрестным камням, но оно того стоило. В глазах у Макса тут же засветился интерес. Телочка на эмоциях, да еще и поддала. Самое время отыграть реванш.

— Падай, — я показала рукой на камень, похожий на кресло.

На центральной плите уже была расстелена скатерть. Моя корзинка для пикников снова пригодилась. Ветчина, сыр, фрукты, два пустых стакана. Я набулькала в них задируху.

— Брудершафт? — предложил Максик.

— Нее, — расхохоталась я, — мы и так на «ты». Давай просто накатим.

— Давай, — не сильно расстроился Макс, опрокинув в себя алкоголь. Я поддержала на равных.

В яслях темнело быстро, словно в тропиках. Над рекой повис туман, но до нашего гнездышка сырость не добиралась. Город светился окнами и уличными фонарями. Я зажгла масляную лампу, и она отгородила нас от темноты уютным теплым коконом.

— Что празднуем?

— Мою соло карьеру.

— Посралась со своей бандой?

— Наглухо.

Слово за слово, я рассказала Максу всю историю рейда на Грыма и моей ссоры с Лирой. Про Жакоба промолчала, его это не касалось, да и к делу отношения не имело.

— Ну и дура. — подытожил Макс.

— В смысле?!

— Босса, бывает, и по десять раз проходят, если нужная хрень не дропнется, или игрок с квестом сольется. Это обычное дело. А ты на ровном месте залупилась.

— Да эта сука сама виновата!

— Сука виновата, а бухаешь сейчас ты.

Между делом я разглядывала Макса. Перса он себе сделал симпатичного. Черные волосы стояли торчком, лохматясь в модной приче. На смуглом лице сильно контрастируя с темными бровями сияли светло серые глаза. Прямой нос, пухлые губы. Мачо — мэн. Чуть ниже левого века я заметила небольшую татуху, странный символ, что-то вроде трехлучевой звезды с концами, закрученными спиралью. Это придавало МегаКиллеру этакий бандитский шарм.

— Да и похер на них! Зато я теперь маг! Смотри, как могу!

Я вытянула ладонь вперед, и с нее сорвался сгусток огня. Он шипя пролетел над водой и с хлопком взорвался где-то в тумане.

— Эгегей! — заорал пьяный Макс. — С новым годом!

Бах! Бах!

Еще несколько файеров взмыли вверх, как фейерверк.

— С новым счастьем! — расхохоталась я. — Давай зажигать!

На столе лежала «балалайка», дешевый артефакт из лавки, созданный в угоду избалованным прогрессом игрокам. Что-то вроде умной колонки со вшитыми фолковыми мелодиями. По умолчанию она играла только для владельца, но легко расшаривалась на несколько слушателей.

Раздать звук игроку MegaKillerIzAda? Да/Нет

Да, конечно. Я стала пританцовывать в такт музыке. Что-то непонятное, не то клубное, не то восточное, зато очень эротичное. Макс так и впился взглядом.

— Современный музон есть?

— А можно?

— Можно закачать, только денег стоит.

— Хочешь, сама спою?

Все — таки, странная штука — местное бухло. Хотя я сочковала, пила через раз, и на всякий случай приняла антидот — элик с лечением ядов, все равно крыло конкретно. Как они это делают? Здесь чувствуешь боль, усталость, но и удовольствие тоже. Нейростимуляция? Щекочут, как подопытным крыскам правильные нервные узлы, а мы дергаем лапками от восторга? Накрывает меня. Накрывает.

Я подняла ладони вверх, к небу, прикрывая глаза. Над нами загорались первые звезды. Совсем незнакомые созвездия. Здесь есть какая-то своя, завязанная на них мифология. То ли боги, то ли покровители, а может, чертов местный гороскоп. Пофиг на них. И на Макса тоже пофиг. Я одна во вселенной.

Пьяная… я пьяная…
Последний танец…
Пьяная… я пьяная…
Не звоните маме…

Макс заржал, одобрив мой выбор и подхватил:

Танцуй как тупая сука…
Танцуй как тупая сука…[73]

Расхохотавшись, я шлепнулась рядом с ним, невзначай обняв за плечи.

— Ирма, а как тебя ласково называют?

Чуть не забыла, я же для него Ирма, художница из Питера.

— Ну, кошечка…зайка…

— Нет, я про имя. Ира? Ириша?

Я вспомнила одну давнюю знакомую, настоящую Ирму. Она впадала в полный невсебос, когда ее называли Иришей, за что сначала превратилась в Ирмусю, а после просто в…

— Муся!

— Серьезно?!

— Ага, только никому не говори, а то и так слишком много про меня знаешь, — я сделала вид, что смущаюсь.

— И что в этом плохого?

— Нечестно просто. Ты про меня много, а я о тебе почти ничего, — я продолжала дуться, а потом, высказала светлую идею. — А давай сыграем?

— Во что?

— В правду или действие.

— Это как?

— Реально не знаешь?

— Неа.

Я тоже не знала. Никогда не играла в эту тупую игру. Правила сейчас придумывала на ходу. Мало ли во что играют питерские телочки, особенно художницы.

— Я задаю вопрос. Если ответишь правду, я выполню одно твое желание. Если соврешь, ход переходит, и спрашиваешь ты.

— А если не совру?

— Тогда с меня еще одно действие.

Максу правила понравились. Его глазки сразу масляно заблестели. Сведения о реальной жизни здесь разглашать не любили. Своеобразное местное правило хорошего тона. Реальные имена-только для близких друзей, и ничего больше. Но разве можно ожидать неприятностей от девушки, которую зовут Муся?

— Начинай, спрашивай.

— Сколько тебе лет?

— Говорил же, тридцать.

— Врешь, точно больше.

— Тридцать два!

Я надула губы:

— Макс, ну че тебе сложно? Счас будет переход хода.

Зрачки у парня забегали. Ему очень хотелось выиграть.

— Лады. Сорок пять мне, довольна?

— Ой какой взроослый! Теперь верю.

— С тебя действие?

— Ага.

Макс закрыл глаза. И хочется, и колется, и боится, что пошлю нахрен.

— Тверк станцуй!

— Ты серьезно?!

— Да да, давай, ты обещала.

— Блин, ну я же тебе не гоу — гоу. Я не умею — у — у-у-у! — заканючила я поднимаясь.

— Давай, как сможешь.

Я ткнула пальцем в «балалайку», выбирая мелодию поритмичнее и завертела задом перед носом у МегаКиллера. Получилось не очень похоже, но задорно и эротично. Максу уж точно понравилось. Он ржал, хлопал в ладоши и даже, кажется, подвывал от восторга.

— Продолжаем, — азартно заявил Макс, когда я снова села.

— Так, фамилию не спрашиваю, потому что свою тоже не скажу. А какое у тебя отчество? Такого взрослого дядьку надо по отчеству называть.

— Ну прекрати, какой я тебе дядька…

— Отказываешься? Ход переходит ко мне.

— Нет нет не отказываюсь! Леонидович!

— Максим Леонидович. Звучит.

— Теперь ты!

— Ну загадывай.

— Сиськи покажи, — осмелел Макс.

— Нее… Ты чё!?

— Твое действие! Показывай!

— Нуууу… за такое действие этого мало. Нужно очень много правды, — я опустила глаза и задумчиво потянула шелковую ленту, ослабл*я шнуровку на коресете.

Максик поплыл. Его взгляд не отрывался от моих пальцев. Сейчас он бы выболтал мне даже коды своих кредиток.

Ответы полились рекой. Максим Леонидович, 43 года, бывший корпоративный юрист, сейчас занимается частным консалтингом. Живет и практикует на Якиманке. Разведен.

Какой вкусный мужчина. Не будь у меня сейчас Фила — заинтересовалась бы. Вот где надо упакованных мужиков искать. А мы то, дуры, по клубам да по барам.

— Ну же?!

— Заслужииил, — хихикнула я.

Медленно я развязала бантик на корсете, сдвинула его чуть вниз, оголив соски, а потом — Хлоп! — топ отправился в инвентарь. Груди упруго качнулись, ощутив свободу. Я чуть приподняла их ладонями и отпустила, заставив мои мячики подпрыгнуть. Тот, кто создавал физику в игре — долбаные извращенцы, но я их за это обожаю.

Макс замер и судорожно сглотнул:

— А потрогать?

— А это уже будет твое действие, а не моё. И я его не загадывала. Все, концерт окончен, — я чмокнула МегаКиллера в нос и вернула топ на место.

— Ну Муся!

— Тссс… Мы же договорились. Это наш секрет. Никакой Муси, тут я Мариэль.

В моем инвентаре исчезали посуда, остатки еды, скатерть… напоследок пропала лампа, оставив обалдевшего Макса в темноте.

— Мне с утра на пары, пора в кроватку, цемочки! — я покачала пальчиками и не дожидаясь ответа офнулась.


Глава 28. I want it… I got it!*

I want it… I got it! — «Я хочу это… Я это получаю!» речитатив из песни 7 Rings (Семь колец) американской певицы Арианы Гранде. Песня побила несколько рекордов по времени пребывания на верхних строчках чартов.

Еще один рекорд — количество обвинений в плагиате. Ни одно из них, правда, так и не было доказано.

В песне есть такие строки:

Да, завтрак у «Тиффани», бутылки шампанского,
Девушки с татуировками, которым по приколу неприятности.
Ресницы, бриллианты, банкоматы,
Я сама покупаю себе любимые вещички. (Да!)
Я прошла через трэш, и должна была стать грустной сукой.
Но кто мог подумать, что пережитое превратит меня в дикарку?
Я это вижу…
Мне это нравится…
Я хочу это…
Я это получаю!

Следующим утром я встала так рано, что перепугала домработницу. Она застала хозяйку, копающейся чуть свет в холодильнике, и решила, что я устроила ревизию. Утешив верную Тоню, и стребовав с нее мюсли и овощной смузи, я уже спустя несколько минут наслаждалась пышным омлетом с лесными грибами, хрустящими круассанами с джемом и огромной чашкой кофе с молоком. До капучинатора цивилизация в Ольховце пока не добралась, но так тоже неплохо.

Ясли жили по Москве. Здесь играли те, кто выбрал «русский интерфейс» при настройке. Хотя в стране и окрестностях утро наступало в разное время (это я знала благодаря командировкам мужа), был даже Петропавловск — Камчатский, в котором всегда полночь, но все в итоге подстраивались под столицу (и муж тоже).

В семь утра по улицам уже шарились ранние уральцы и сибиряки, но в трактир никто не заглядывал. Этого я, собственно, и добивалась. Огр не возражал, ему похоже было пофиг, а мне тем более. «Изи мани», как говорят штатовцы.

Тех же самых штатовцев и других иномарок я до сих пор не видела. Сначала это было странно. В стримах они активничали во всю, да и в миллионы игроков из Раши я не верила. Я не заседала в Думе и не родилась в генеральской семье, так что не питала иллюзий насчет доходов обитателей замкадья. Мой сьют стоил как однушка в не самом задрипаном городе. Даже очки и перчатки для большинства были неподъемными.

Сережа жрал дошик, пахал и в игре, и в реале, и все равно не тянул сьют без кредита. На своем старом персе, ханте 42‑го уровня он так и не добирался до иноземцев.

«Русский мир» был трущобой игровой вселенной. Ясельные деревни приводили в такие же «национальные» городки под копирку отрисованные локализаторами. Такие же гетто были у немцев, французов, арабов… Каждая страна, которая подключалась к проекту «заселяла» свой раёнчик. Самые крупные угодья отхватили англо — саксы, латиносы и китайцы. Каждая из этих трех общин была больше, чем все остальные народы вместе взятые.

До полтинника игроки варились в собственном соку, а дальше начинался треш. Дикие земли. Все, кто сюда добирался «лишались национальности». Их имена для каждого встречного звучали по — своему, или в переводе, или в «оригинале», если игрок выбирал такую опцию. Я буду Мариэлью и для испанца, и для индуса. А вот Камнегрыз мог вполне изначально оказаться каким — нибудь Стоунитером или Роэром Пьедра. Даже речь хитрый алгоритм подхватывал и переводил на лету. Я смотрела стримы. Там все говорили по — русски. Может слишком правильно, как в кино, но абсолютно достоверно.

Такой границы как с яслями здесь не было. Топчики могли возвращаться в стартовые городки, и не только в свои. Хотя делать там особо было нечего. Пошалить и покуражиться админы не позволяли. Понимая, что один игрок уровня «абсолют» мог устроить здесь тотальный геноцид, админы на входе резали статы до того же полтинника. Такой же принцип действовал на турнирах и некоторых челленджах, так что механизм был отлажен. Конечно крутые пухи и уникальные умения решали, но толпой местные пацанчики легко могли запинать зарвавшегося гастролера.

В дикие земли также можно было попасть хоть с десяткой. Но туда не спешили. Мобы и квесты позволяли легко и уютно качаться в родном болотце до того самого полтинника. Это дальше становилось тесно. С низкими уровнями в диких землях могли оказаться лишь торговцы, шлюхи и рабы. Первых и вторых манили большие города и большие бабки. Мнения третьих не спрашивали. Путешествия там были опасным делом, поэтому и первые и вторые легко могли стать третьими.

В рабство попадали должники и пленники. Их продавали и покупали, загоняли на плантации, в рудники и даже бордели. Гуманизмом здесь и не пахло. Ставя галочку при запуске игры, ты оптом отказывался от всех гражданских прав и свобод. Для слабонервных был «запасной выход». Амулет самоубийцы — дорогущая цацка, которая отправляла тебя в безопасное место из любых застенков. Самоубийство пылесосом вычищало весь инвентарь, выкидывая все на месте гибели, сбрасывало несколько уровней, вешало чудовищные дебафы и вечную метку на профиль. Но оно давало альтернативу, затыкая рот возможным нытикам и правозащитникам. Амулеты стоили дохера, только на них не экономили.

Из задумчивости меня вырвал громкий окрик. Какая-то компашка приперлась в трактир в такую рань, и теперь требовала пива. Блондинистый варвар, лукарь и тихушник. Слово «тихушник» я подхватила от Макса. Он фыркал, когда я называла его класс «вором» и утверждал, что это обидно и неприлично. Еще он звал себя «рогой», но это вызывало у меня истерический смех. Олень, блин! Поправив фартучек, я поспешила приступить к работе.

Варвар играл мускулами на голом торсе, но особого впечатления на меня не произвел. Жакоб выглядел куда внушительнее. Тихушник и лучник выражали свой интерес еще откровеннее. Прислуга — игрок привела всю группку в бурный восторг. Бедняги чуть глазки не вывихнули. Ников я почему-то не видела у всех троих. Наверное, ограничения для обслуживающего персонала. Прайвиси клиентов, все дела.

Пиво… пиво… еще одно пиво и «чё — нибудь пожрать». Глядя поверх голов, я невозмутимо черкала в блокнотике, а затем максимально высокомерно виляя попкой удалилась к барной стойке. Заказ передала огру дословно. Он хмыкнул, но выдал мне поднос с тремя кружками пива и дымящимися мисками не то рагу, не то жаркого.

Выставляя заказ, я склонилась над столом и вдруг почувствовала ладонь у себя на ноге. Она уверенно ползла по бедру под юбкой, и уже подбиралась к ягодице. Взвизгнув от неожиданности, я отпрыгнула почти на метр. Посетители заржали. Что удивительно — система молчала. Никто не интересовался заботливо, можно меня лапать, или нет.

С трудом удержав покерфейс, и сохраняя безопасную дистанцию я безразлично поинтересовалась.

— Что-то еще?

— Садись к нам, милашка! — Тихушник подмигнул. Теперь понятно, кто здесь любитель совать руки куда не положено.

— Нельзя, я на работе.

— Забей, мы все разрулим. — Это уже варвар. Он мотнул башкой в сторону трактирщика и двинулся, собираясь вставать.

Это мне совсем не понравилось. Мало ли, насколько далеко, по мнению огра, должно простираться мое гостеприимство. Фраза «приветливое обхождение с посетителями» могла трактоваться по — разному.

— Квест запорю! — драматично округлив глаза, я проговорила театральным шёпотом.

Парни переглянулись. Одно дело, клеить симпатичную официанточку, и другое — ломать чужую игру. Плохишами они себя не считали.

— А чё за квест?!

— Не могу говорить, надо ролеплей[74] отыгрывать.

— Я Леха, — ткнул себя пальцем в грудь тихушник. — Это Толян и Жека.

Над головами игроков появились имена, правда другие. Хочун, Мартовский Кот и СуПерТаПок. Та еще компашка. Хочун самый «взрослый» — четвертого уровня. Остальные — троечки.

— А я Мариэль.

— Ты чё, эльфийка?

— Ага, эльфийка. — Я поправила белокурую прядь, показывая заостренное ушко. Приставку «полу» я скромно пропустила.

— А чего в человечьем городе?

— А я не местная, от каравана отстала.

Пока они тупили, я предусмотрительно смылась к барной стойке.

— Посетители довольны? — придирчиво прохрипел Хидегард.

— Они в восторге, — я сделала честные глаза. Восемнадцать золотых за эту работенку уже не казались мне халявой.

От стола снова заорали:

— Эй эльфиечка! Тащи пиваса моему корешу! И нам повтори!

Я приволокла четыре кружки. К компании присоединился еще один персонаж. Троечка. Бритый и безбровый, с головой похожей на яйцо. Одет в какой-то халат. Ник — Якодзум[75]. Сначала я подумала, он бафер или хил, но над головой высвечивалось «воин».

Пацанчики собирались в рейд на Крока. Доспех Пифона не давал покоя многим. Я навострила ушки. Мне тоже рано или поздно пришлось бы столкнуться с этим боссом, чтобы выбить из него значок. Но команда не впечатляла. В этом я уже начала разбираться. Четыре ДД, никакого суппорта. Уже успели несколько раз посраться за то, кому будут выбивать доспех.

— Парни, вы в рейд идете?

— А ты с нами хочешь, блондиночка?

Тихушник прошелся по мне таким раздевающим взглядом, что даже собирайся я пойти с ними, сто раз бы задумалась.

— Падай на хвоста, мы тя прокачаем! Айда с нами! — компашка оживилась.

— Не — е — е, мне работать надо. — Я вроде как огорченно скривила губки. — Некогда мне качаться. Я про другое спросить хотела. Вам элики нужны? В рейд всегда элики берут.

— Ты алхимик что ли? — прищурился Якодзум. — Он вообще говорил меньше других, но к нему прислушивались. Основной. Неформальный лидер.

— Неа. Мне приятель подогнал. Он для себя варит. Но мне качаться некогда.

— За красивые глазки подогнал? — причмокнул тихушник.

— А это уже мое дело, за что, — посчитала нужным обидеться я.

— Какие зелья то? — лениво процедил лысый. Он старательно показывал равнодушие, но получалось плохо.

— Ща погляжу, — я с нубским усердием принялась разглядывать свой инвентарь. Для четверки это смотрелось тупо, но парни логикой не блистали и проглотили мой цирк.

— «Небольшие». На жизнь и на ману.

— А почем?

— Я не зна — а — аю… Я их не продавала никогда, — протянула я хлопая глазами.

— Давай по пять серебра! — Якодзум аж привстал от азарта.

Вот жлоб!

— Чего-то мало, — задумчиво протянула я. — Я за столько малые покупала.

— Да тебе они вообще нахаляву достались, не жмись! — вставил свои пять копеек лукарь.

— И что мне их теперь, дарить что ли?

— Хорошо. Давай за золотой. Целый золотой, прикинь! — Якодзум выложил на стол монетку и закрутил ее сверкающим шаром. Гипнотизер, блин.

— Может полтора? — неуверенно предложила я.

— Ты же понимаешь, крошка, все от качества зависит. Мы же не знаем, что за фуфло твой кореш набодяжил. А вдруг они беспонтовые.

Меня разводили, как малолетку на вписке. Пацанчики слушали туфту, которую втирал мне их лысый приятель, и млели от восторга. «Эта дура даже не в курсе, что все элики каждого вида — одинаковые», — говорили их взгляды.

— А сколько возьмете?

— У тебя их чё, много?

— Ну сколько?

— Давай десятку на жизнь, и пять на ману.

На ману-то им зачем? Все бойцы. Видать решили навариться. Значит попались. Я нахмурила лобик и выдала.

— А у меня с собой столько нет. Четыре на жизнь, и три на ману.

— Ну давай, что есть, — расстроился Якодзум. Потом до него дошло. — Что значит «с собой»?

— Блин… Да не важно. — Я сделала вид, что зря проговорилась.

— Ну — ка, ну — ка… Хорош ломаться. Говори! — Лысый буравил меня взглядом.

— В общем… Приятель у меня свои элики хранит. У меня тут в Трактире подсобка своя, ну по квесту.

— Опа — опа! И много там?!

— Вам хватит, — вздохнула я. — Сколько вы там хотели? Десять красных и пять синих?

— Погоди теперь, цыпа. — Якодзум усмехнулся. — Не гони коней. По золотому за элик, значит?

Парни зависли. Небось скидываются всей наличкой, которая есть. Поняли, что второго шанса у них не будет. Приятель — алхимик пришибет меня за транжирство, и уж точно не позволит снова запустить лапки в кубышку. Значит надо брать сейчас по максимуму. Вот варвар спешно подорвался с места, не сказав ни слова. Побежал лут сдавать, или занимать по знакомым.

— А это хорошая цена? — снова засомневалась я, — вдруг он недоволен будет?

— Отличная цена! — поднял вверх палец Якодзум, — твой алхимик будет рад…

— … расцелует тебя в зад! — гогоча продолжил тихушник.

Я тоже засмеялась. Вот ведь гады! Дурят бедную девочку, зная, что она будет крайней. Что на нее будут орать, что она поссорится с приятелем. Что, скорее всего, попадет на бабки. Какая разница, что «друга — алхимика» в природе не существует. Они же этого не знают.

Тем более, я их не обманываю. Элики настоящие, и цена настоящая. Другое дело, что перепродать их они уже не смогут. Скоро «уникальное предложение» станет единственным. Они просто стали моими первыми покупателями. Фокус — группой. Подопытными крысками.

В Трактир вбежал запыхавшийся варвар. Цифры он похоже скинул своему лидеру заранее, так что Якодзум сразу огласил заказ:

— Сорок красных и двадцать две синих. Давай, тащи малышка, не надорвись.

Мне пришлось трижды подниматься в свою комнату на втором этаже. Вчера Жакоб оставил «на пробу» по две сотни эликсиров жизни и маны. Я очень хотела встретить его уже с первой выручкой. Чем дальше, тем сильнее орк сомневался в этой затее, и удачная сделка должна была укрепить мои позиции. Возможно, я могла бы задрать цену и до полутора золотых. Это все равно дешевле, чем на рынке. Но тогда они бы купили бы ровно столько, сколько нужно для рейда. А я хотела выдоить с них все до монетки.

— Иди ка поближе, красивая, — Якодзум подмигнул и поманил к себе пальцем.

— Это зачем еще? — недоверчиво спросила я.

— Ну ты совсем нубка! Обмен совершать. — все четверо заржали.

— А говоришь, покупала элики, — лысый покачал головой, — а — я — яй, врать нехорошо.

— Я у знакомого покупала. А че такое?

— Хороший, видать знакомый.

— Да в чем дело, то? — я уже взаправду вылупила глаза, ничего не понимая.

— Обмен можно открыть только при личном контакте, — пояснил Якодзум. — Да не боись! За руку тебя возьму просто.

Он привстал и обхватил рукой мое запястье. Так вот почему ДуреВар каждый раз при покупке меня лапал. А я‑то думала, я ему нравлюсь! Вот сволочь меркантильная!

— А как же неписи? Они не прикасались.

— Им и не нужно. У неписей и так прописано, с кем и где торговать. Вышел из лавки — окошко закрылось. А каждого щупать, рук не хватит. А вот игрокам укорот нужен. А то будут корешам в данжики зелья перебрасывать. ОБМЕН!

У меня перед глазами открылось окошко с инвентарем и свободными ячейками для вещей и денег. Сначала я от таких штук дергалась и нервничала, но быстро привыкла. Даже жаль, что нельзя в реале вот так открыть свою сумочку и забрать что нужно. Приходится копаться и искать наощупь.

Перекидала пузырьки в ячейку. В отделение напротив уже лежали деньги. Кнопки «обмен» две, прямо как ключи в депозитарии[76]. Каждый нажал свою и я стала на 62 золотых богаче. Не я конечно, орк, и это чуточку огорчало. Но пока главное показать Жакобу, что я смогу распорядиться его богатствами. Неожиданная продажа случилась очень вовремя.

Якодзум и тихушник кинули мне «дружбу». Я отказываться не стала, мало ли, кто и когда пригодится. А вот смылась по — английски. Собрала со стола пустые кружки, отнесла их к стойке и молча протянула ладонь за получкой.

Хидегард проворчал что-то неразборчивое, но отсыпал мне золотые. Пусть сам дальше пиво таскает, я и так двенадцать минут лишних переработала. А в реале меня ждут дела повеселее.

ВЫХОД!


* * *

С сожалением поглядев на себя в зеркало, я потащилась на кухню за очередным ведерком мороженого. Последним ведерком. Надо заказать Антонине еще. А вдобавок беговую дорожку. Час йоги уже не спасал. Организм клинило. Он целыми днями валялся на диване, и при этом хотел жрать словно спасал мир. Хорошо, что осталась всего неделя. Выиграю пари и брошу все нахрен. Или, хотя бы, отдохну.

Муж называл это «гаданием по инстаграмм». Вычисление симпатий или даже тайных связей по лайкам, репостам и фоткам он считал бредом. Я с ним не спорила, это вообще бесполезное занятие. Но свои умения оттачивала регулярно, а использовала редко, но эффективно. Например, заставила уволить секретутку, которая засэлфилась в Милане в то же время, когда мой благоверный был там в командировке. Может оно было и по работе, правда. Но дурные привычки надо обрубать на корню.

Мне хватило сорок минут и всего полведерка мороженого, чтобы получить заветный телефончик. Из — под стопки ватных дисков на туалетном столике, я вытащила симку. Куплена на Иванову Марью Ивановну в переходе у Павелецкого вокзала. Выслушав пару гудков, я защебетала в трубку:

— Леонид Дмитриевич? Здравствуйте! Вас беспокоит сервисный центр онлайн — виртуалити «Дорога славы». У нас поступила заявка на сервисное обслуживание Вашего аккаунта. Вам удобно провести его сейчас?


Глава 29. Bad Guy*

Bad Guy — Плохой парень, плохиш. Песня американской певицы Билли Айлиш которая появилась в 2019 году побила массу самых разных рекордов, и в одночасье сделала свою исполнительницу знаменитой. Благодаря в основном ей, Айлиш получила сразу четыре Грэмми в 2020. В песне выражение «Bad Guy» применяется к девушке, и означает буквально антигероя, злодея.

Там есть такие строки:

Так ты крутой парень
Такой реально жесткий парень
Просто ненасытный, парень
Весь из себя напыщенный, парень
А я из плохих
Я могу расстроить твою маму
Я могу свести с ума твою девушку
Я могу соблазнить твоего отца
Это я плохой парень, прикинь?


Макс слушал с каменным лицом. Я уже подумала, что мальчику сейчас станет плохо. В обморок, там, грохнется или еще чего. А все начиналось так весело. Я позвала его заценить новые треки, которые залила на «балалайку». Макс примчался вприпрыжку, поржал над моей униформой, приобнял меня и, не смотря на запрет, снова назвал Мусей.

Я не хотела даже малейшей огласки, и назначила встречу у себя в комнате. Точнее не в ней самой, а за Трактиром. Наверх я проводила Макса по боковой лестнице. Только здесь я была уверена, что все сказанное останется между нами. Свой стрим я отключила, а гость отсюда тоже не мог вести трансляцию. Правда с мебелью было туговато. Сундук для вещей, кровать, да картина на стенеЕстественно, МегаКиллер раскатал губу.

— Муся, продолжим игру? Теперь финал? — он выразительно похлопал ладонью по кровати. Вторая рука потихоньку с талии переползала мне на попу.

Обломав парня, я легонько но выразительно шлепнула его по пальцам, и уперев кулачки в бока заявила:

— Макс! Про должок не забыл?

— Какой такой должок? — Макс лыбился, считая что я с ним кокетничаю.

— Ты обещал мне желание!

— Помню, загадывай! — судя по глазам Макса, он решил, что я захочу лично его, причем немедленно.

— Прокачай меня до десятки!

— Чегоооо?! — обалдел Макс.

— Сделай так, чтоб я выбралась из нубятника. Вот мое желание! Прокачать меня до десятки и выбить знаки из всех боссов.

— Да ты офигела, цаца? — Мегакиллер сразу растерял всю свою любезность. — С чего это я буду тебя паровозить?

Во, и слово сказал правильное. Паровозить. Значит я на верном пути.

— Потому что из за тебя я лишилась кучи бабок! Я могла бы шмот нормально заточить, или нанять бойца для прокачки. Да что угодно! И ты дал слово!

— Как дал, так и взял. — Макс развернулся и направился к двери.

И тут я включила «балалайку»:

— «Леонид Дмитриевич? Здравствуйте…»

На первой же фразе Макс дернулся, как от удара. Он замер, уставившись на «балалайку», и так и простоял до конца разговора.

В Москве тысячи корпоративных юристов. Вряд ли их кто-то считал по головам, но цифра точно будет очень большая. Скорее всего их даже больше, чем таксистов и проституток. Но Макс дал мне очень точные наводки.

Я еще могла предположить, что мужик за сорок знает слово «сасный» или «крашиха». Может, в сети покопался, чтобы перед телочками рисоваться, какой он продвинутый и молодежный. Но чтобы он слушал Моргенштерна? Да ну нафиг! Так что мой последний тест Максик провалил.

Врал он складно, уж больно не хотел, чтоб я поймала его на лжи. Тогда ему обломалось бы все сладкое. Поэтому он говорил реальные факты. Только не о себе.

Основная часть корпоративных юристов трудилась на крупных и мелких фирмочках. На одиночное плаванье решались немногие. Это не адвокаты, которых пруд пруди. Конторы на Якиманке держали семь независимых корпоративных юристов. И конечно, у каждого из них были аккаунты в соцсетях. Где еще можно похвастаться тем, что выбрал правильную профессию?

Юристы фоткались с теннисными ракетками и клюшками для гольфа, постили свои или арендованные яхты, тискали в кадре жен или подружек. Только один выбивался из стаи. Женщин поблизости от него не мелькало, зато присутствовал сын — Макс. Ученик престижного лицея шестнадцати лет от роду. О том, куда делась их мама — соцсети молчали. Родитель свое чадо любил, таскал с собой по заграницам, но, похоже, баловал и слабо контролировал.

Леонид Дмитриевич Заступин, которому я звонила с утра, понятия не имел, что на его имя открыт аккаунт в «Дороге славы». Он с любопытством выслушал меня, сначала предположил, что это рекламная разводка. Но я не наседала, ничего не пыталась втереть, и в итоге мы с ним решили, что это простое недоразумение. Максик дослушал, как я воркую с его папой, и спросил:

— И нафига?

— А чего ты мне врал?

— Так игра 18+. Мне, тупо, нельзя тут находиться.

— Вот именно, малыш! А теперь подумай, что будет, если админы узнают, что Кирилл Петрович о МегаКиллере из Зада (я, смакуя, выделила последнее слово) ни сном ни духом? Забанят тебя на пару годиков, пока не подрастешь. А папаше твоему могут и иск впаять, за то — что допустил малолетних ко взрослому контенту. Особенно если я заявлю, что когда узнала про твой возраст — моральную травму получила. И справку принесу от психолога. И счет за антидепрессанты.

— Ты этого не сделаешь. — Макс побледнел.

— С чего ты взял? Ты поломал мою игру. Убил мне репутацию. Выставил дурой на стриме. С чего мне тебя жалеть?

Макс поник на глазах. Даже чуб непослушных волос опустился унылой челкой. Я не испытывала к нему ни капли жалости. Может кто-то и готов прощать. Но это не мой случай. Воду возят не на обиженных, а на тех, кто прощает обиды снова и снова. Хотя мальчик мне понравился. В нем чувствовалась порода. Внутри, под шелухой подросткового раздолбайства подрастал молодой волчонок. Такое чувствуется нутром, инстинктом.

Есть женщины, у которых инстинкт сбит, нарушен. Их тянет к убогим, к слабакам и уродам. Им нравится заботиться, подтирать чужое дерьмо и класть свою жизнь на алтарь служения ничтожному хаму. Моё чутье не подводило меня ни разу. Даже мысли о Максовом папаше вызывали приятную волну мурашек в самых разных частях тела, а сын явно тянулся в отца.

Поэтому я сделала парню поблажку. Дала возможность самому вспомнить о долге. Хотя и не удивилась, когда он пошел в отказ. Для таких людей есть только собственные интересы. И это прекрасно. Не то, что мямля Сережа. Кто крепче взял за яйца, тот и вертит в свою сторону.

— Ты тварь! Сука! Я тебя в реале найду! Тебя закопают, ты поняла?! — Макс вдруг взорвался истерикой, нависая надо мной.

— Ищи милый, ищи. — я тоже шагнула вперед, едва не упираясь сиськами ему в грудь. — Не надорвись только. Ты мне здоровеньким нужен. Срок тебе на раздумье до завтрашнего утра. И подумай, что тебе проще — неделю со мной покачаться, или два года сидеть в бане.

Макс молча бухнул дверью, а через секунду его иконка стала серой. Я только усмехнулась про себя. Какие там стадии принятия неизбежного? Отрицание, гнев… Что следующее? Кажется, торг. Значит, завтра будем торговаться.

Жакоб в онлайне до сих пор не появился. Я заметила, что орк проводит в игре не так уж много времени. А может, как раз, нормально. Ведь есть у него какая-то работа, и личная жизнь. Это я связалась с задротами, которые здесь сутками живут. Да и сама такой скоро стану. Сделала в уме пометку — погулять сегодня в парке, и тут же про нее забыла. Мысли о торге напомнили, что время бежит. Эликсиры сами себя не продадут.

Набив бутылочками свою чудовищную сумку, я глянула в зеркало. Заточенные под харизму шмотки перебивали дебаф, и выглядела я неплохо. Конечно, слишком пафосно для уличной торговли, но тут на подобные мелочи никто не обращает внимания. Только сумка подкачала. Я думала, что двенадцать ячеек — это много, но теперь поняла, что мне придется бегать в номер за каждой новой партией товара.

Надо будет Жакоба раскрутить на новую сумочку, мы же теперь партнеры. Деловые, я имею ввиду. Не думаю, что он откажется. Надо брать с бонусами на харизму, и на выносливость. Или на торговлю, если тут такое есть.

С этими приятными мыслями я дошла до торговой площади. В самые первые дни я думала, что торговцы кучкуются тут, повинуясь своему особому стайному инстинкту. Так всегда, стоит одной бабке встать где — нибудь с мешком семечек, как возле нее сразу образуются еще две — три с дохлыми хризантемками и перекупленными втридорога помидорками с соседнего рынка. Пройдет пара недель, и через толпу будет уже не протолкнуться, базар начнет обрастать навесами и стенами из картонных коробок, а еще через месяц его можно снести только бульдозером.

Поболтав между делом с барыгами, я узнала, что стихийную торговлю в городе не жалуют. Продать с рук на руки вещицу конечно можно где угодно, но стоит только потянуться ручейку постоянных покупателей, как к тебе заглянут ребята заместителя командира стражи Крулла. На первый раз предупредят, потом штрафанут. А особо упрямых отправят в каталажку.

Логика в этом есть. Торгаши ведь молча не стоят. Кто орет, кто бубнит, кто креативит по своему. Торговый чат хотя бы отключить можно. А слушать такое по всему городу? Нет, спасибо.

Торговцев на площади, стояло десятка два. Как и в реальном мире, это были в основном перекупщики. Если ты стрижешь траву, или варишь зелья, — то где найти время, чтобы втюхивать свой товар другим? Лучше скинуть все оптом и бежать обратно к цветочкам или колбочкам. Так всегда — пашут одни, а зарабатывают другие. Как говорил мой знакомый астролог: «Работа» и «деньги» это два, совсем разных эгрегора[77]. Нужно желать или много работать, или много получать.

Я встала в сторонке и открыла торговый чат.

Мариэль (3): РАСПРОДАЖА! Эликсиры на жизнь и на ману. ТОЛЬКО СЕГОДНЯ! ЦЕНЫ ПОПОЛАМ! 1 бутылочка — 1 золотой.

В личку тут же стукнули:

LIJyXeP (7): ты не гонишь?

Мариэль (3): Подходи убедись

LIJyXeP (7): Ты где?

Мариэль (3): На торговой прямо напротив кузницы

Я нарочно выбрала видное место с хорошим ориентиром. Хуже нет искать нужное тебе заведение среди «Строений Б» и «Корпусов 3». Мне из за этого пришлось попрощаться с отличным спа — салоном. Каждый раз я искала его в лабиринте абсолютно одинаковых переулков, и в конце концов плюнула и перешла в другой. Наверно не одна я, через полгода они закрылись.

LIJyXeP (7): 2 мин

Шухер, значит. Почти наверняка, тихушник. Мана такому не нужна, и я порадовалась, что захватила красных бутылочек восемь, а синих — всего четыре.

Я стала искать глазами потенциального покупателя, но вместо этого обнаружила нездоровую активность. С одной стороны площади ко мне спешил уже знакомый полугном, с лицом конокрада, с другой, неожиданно, безбровый Якодзум. Я невозмутимо ждала, не слишком понимая смысла их действий. Правила яслей надежно охраняли меня от любой физической агрессии. Они собираются устроить акцию протеста? Вперед!

Якодзум встал чуть поодаль, а вот полугном подошел вплотную:

— Удачно расторговалась? — усмехнулся он.

— Не жалуюсь, — бросила я, глядя в сторону.

— Мы тут с твоими покупателями познакомились. Послушали, чего ты им назвездила.

— А вы тут что, за права потребителей боретесь?

— Мы просто поможем парням заработать, а заодно проучить одну наглую дрянь.

Я глянула на Якодзума, и тот отвел глаза. Все понятно. Ничего личного, просто бизнес. Судя по всему, гоп — компания сунулась с моими эликсирами на рынок, чтобы навариться. Здесь столкнулась с торгашами, а те их просто перекупили. И товар, и самих пацанчиков. Интересно, зачем?

— Эй, ты элики продаешь? — мне издалека махал рукой долговязый тип в капюшоне. Тихушник, я угадала.

— Да! Подходи сюда! — махнула я в ответ.

Вдруг на пути у Шухера возник Хочун. Вор попробовал обойти его и наткнулся на Мартовского Кота. Такое случалось, и на Торговой площади особенно часто. Игроки могли залипнуть в личке, и в это время стояли столбами.

— Блин, да вы издеваетесь?! — психанул Шухер.

Справа и слева ко мне шагнули Якодзум и СуПерТаПоК, замнкув кольцо. Бля! Они даже за руки взялись, словно я елочка, а они сейчас начнут водить дурацкий хоровод.

— Вот, как это делается, дуреха, — подмигнул мне полугном IIy3aH. — Вот что делают с овцами. Ставят их в загон.

Физический контакт. Для обмена нужен физический контакт. Теперь законы нубятника работали против меня. Я протянула руку, и наткнулась на невидимую преграду.

Игрок IIy3aH не позволяет Вам прикоснуться к нему.

Игрок Якодзум не позволяет Вам прикоснуться к нему.

— Да что за хрень тут творится?! — Шухер ходил кругами, как в какой-то детской игре, — ты меня разводишь, да? Я так и думал, это разводка. Не бывает эликов за такие деньги.

Тихушник был худым, суетливыми, и каким-то дерганым. Он эмоционально размахивал длинными руками, бормоча под нос:

— Так и думал, что фигня…Только время потерял…

— Проходи мимо, приятель. Видишь, воровку поймали. Стражу ждем. — деловито бросил ему IIy3aH.

— Какая я тебе воровка, козел?! — не выдержала я.

Когда Шухер услышал про стражу, его глаза забегали, и он резко испарился.

— Хочешь попробовать еще? — полугном глумился. — Давай, мы никуда не спешим.

— Думаешь, на тебя не найдется управы?

— Что, побежишь своему орку плакаться? Давай! Только правила для всех одинаковые. Будь он хоть абсолют, ему нас не раскидать. Пускай приходит. Только скорее увидит, что ты трепло, и с тобой не стоит иметь дел.

От бессильного бешенства мне хотелось визжать, и кататься по земле. Втоптать этого урода в землю, размазать его, заставить скулить, умолять о прощении, целовать мне туфли. Дикий невсебос накрыл с головой, и мне пришлось закрыть глаза, чтобы не видеть мерзких рож.

Водопад. Я вижу водопад. Он шумит, кипит брызгами. Капельки прохладной пыльцой касаются моего лица. Гладь воды абсолютно прозрачна. Я вижу каждый камешек на дне. Вижу под водой лица IIy3aHа, Якодзума, ДуреВара. Их глаза выпучены, из разинутых ртов пузырьками выходит воздух…

Я резко выдохнула и успокоилась. Может ли Жакоб раскидать эту шваль? Думаю, сможет. От толчков всяких торопыг я сама только отлетала. Двинет плечом, и разлетятся как кегли. А что потом? Устраивать американский футбол каждый раз, когда появится покупатель? Как скоро ему это надоест? Его вон до сих пор в игре нет. Увидит, как я облажалась, скинет товар барыгам и умчится по своим клановым делам.

— Долго стоять будем? — спросила я. — Может вам «В лесу родилась ёлочка» спеть?

IIy3aH усмехнулся и отступил на шаг. Его ребятки тоже рассосались, но терлись поблизости. Действовали на нервы. Бесили. Мысль пойманной мышкой тыкалось в разные варианты, и упиралось в тупик. Отвратительное сравнение. Терпеть не могу мышей. И тупики тоже терпеть не могу.

Прятаться по переулкам — не вариант. Это не реал, стража тут получает инфу напрямую от системы. Можно ли ее подкупить? Даже если и да, то пока нечем. А взятку только дай, будешь потом заносить регулярно. Такой вот проебизнес.

Одно я понимала точно, Жакобу про эти заморочки знать не нужно. Странно, но я не могла предсказать его реакцию. Заржет он или отморозится, станет помогать, или пошлет куда подальше, вместе с моими идеями.

Вообще мужчины — существа несложные. Это как техника с универсальным пультом. Жмешь на кнопку и получаешь нужный результат. И не важно, сколько у мужика дипломов или нулей в суммах на счете. То ли все способности они тратят на грызню за главенство в своих стаях, то ли заботливые мамаши еще в детстве вкладывают им в головы правильные программы.

В орке я чувствовала какую-то странность. Что именно меня смущало, я и сама не могла сказать. Он вел себя предсказуемо, реагировал на все правильно. Может слишком правильно? Я не могла сказать — антураж игрового мира сбивал с толку.

Он напоминал большое и сильное животное, которое выполняет команды не от страха, или ради подачки, а просто из любопытства. И от мысли, что рано или поздно ему это надоест, становилось неприятно.

Помяни черта… Иконка Жакоба уже несколько минут светилась. Я ждала его «привета» и готовилась хвастаться первыми продажами, но вместо этого получила:

Жакоб (22): Мариша! Что за хрень?!!

Жакоб (22): во что ты успела вляпаться?!!!!!!



Глава 30. Немного шопинга


В этой фразе мне не понравилось все. Не понравился тон. С чего он взял, что может на меня покрикивать? Не понравилось слово «успела». Словно я только и жду момента, чтоб во что-то вляпаться. Про содержание я и говорить не хочу. Ничего хорошего оно не обещало.

Мариэль (4): Ты где?

Жакоб (22): в трактире

Мариэль (4): жди

Я понятия не имела, о чем пишет орк. Может, в мою комнату вломилась стража и ищет взрывчатку и ваххабитские листовки. Или Лира привела под окна трактира свою шайку, и обещает убивать по одному неписю в час, пока ей не выдадут мою голову. А возможно Сережа бросил эту сучку и вызвал Жакоба на дуэль.

Последняя картинка мне настолько понравилась, что я профантазировала её несколько раз. Особенно ту часть, в которой орк вбивает тупого паладина в землю. Так что в трактир я вошла с довольной улыбкой, лихо уселась напротив Жакоба, закинув ноги на стол, и утерла со лба несуществующий пот.

— Уфф! Умаялась. Принеси попить что — нибудь холодненькое.

— А? — Орк с трудом оторвал взгляд от бантиков на резинках моих чулок. Суть моей просьбы прошла мимо его сознания.

Самое тупое в этой ситуации — оправдываться. Это значит сразу признать себя виноватой. При этом можно выболтать немало того, о чем вообще никто не в курсе. Некоторые придурки любят так развлекаться. Наехать, мол колись, я все знаю, а потом слушать чистосердечные признания.

Выпытывать подробности тоже не вариант. Это все равно, что оправдываться. Сразу ставит тебя в уязвимое положение, показывает, что тебя хоть как-то волнует происходящее. А мне на это пофиг. По — фиг!

— Попить, говорю, принеси. Поухаживай за дамой, будь хорошим мальчиком.

— Вообще, это твоя работа. — ухмыльнулся орк.

— Я на сегодня свое отработала, теперь твоя очередь.

Орк ушел к стойке и вернулся с двумя бокалами не то лимонада, не то мохито. Цвет напоминал первое, а мятные листья внутри — второе. Любопытно, где трактирщик берет лед? Холодильника я у него не замечала. Жакоб глядел на меня с растущим любопытством, а я была безмятежна.

— Ты в городской чат заглядывала? — не выдержал он.

— Не-а, а чего там?

Не дожидаясь ответа, я полезла в чат. А там бесновался адок.

LIJyXeP(7): эльфку на торговой поймали

LIJyXeP(7): паленые элики продовала

Siамочка(4): о_О

Siамочка(4): как паленые?

ХомаБрут(6): откуда тут эльфка?

ЗлаЙя_ВИшЕнka(3): шпионка… хотела колодец отравить

IIy3aH(8): не паленые а ворованые!

ХомаБрут(6): у кого ворованые?

IIy3aH(8): У КОГО НАДО!

Паffнутий: ее стража забрала

Паffнутий: я сам видел!

Дальше я не выдержала. Откинувшись на спинку стула, я звонко и с удовольствием расхохоталась:

— Какой хааайп! Ну прям до слез! — я и впрямь сделала вид, что стряхиваю слезинку.

— И что это? — снова не выдержал Жакоб. Кажется, удивлять его входит у меня в привычку. И это правильно. Нет ничего тоскливее скучных женщин.

— Это зависть, милый! Вот так она выглядит.

Акции орка в моих глазах немного упали. Каждый, кто в этой жизни, хоть чего то стоит, привык к хейтерам также как к пробкам или скверному российскому лету.

Хотя, может, он за меня переживал? Собирался драться со стражей, вызволять из застенков… Такой правильный порыв точно не должен пройти впустую.

— И чему они завидовали?

— Моей молодости и красоте конечно, — сказала я, ухватив Жакоба за запястье. — Обмен!

Шестьдесят две золотых монетки упали в инвентарь орка.

— Ого, что это?

— Первая выручка. И была бы намного больше, если б ты подумал обо мне!

— В смысле?

Я шваркнула на стол свою жуткую сумку. Сейчас она особенно напоминала побитый молью ковер.

— А в чем мне их было носить?! Да я с ног сбилась, туда — сюда бегать! А еще на каблуках!

— Помассировать? — орк ухмыльнулся и протянул лапищу к моему бедру.

— Обойдусь, — я резко и пружинисто встала.

— Хочешь, отдам тебе один из своих ларей? — растерялся Жакоб.

— Смеешься?! — машинально я отметила необычное слово. Так вот как называются его сундуки. — Да я от перегруза с места не сдвинусь!

Орк внимательно разглядывал меня. Я стояла в возмущенной позе, уперев кулачки в бока и слегка надув губы. Капризно, но мило.

Боже, как тупят иногда мужики! Не зря соцсети забиты мемасиками с тонкими намеками на девичьи хотелки.

Мужские подарки вообще делятся на две категории. Первая — это то, что нравится ему самому. К ним относятся тачки, гаджеты, телеки во всю стену и уродская хай — тек мебель из бизнес — журналов.

Второе, то что ему нравится видеть на тебе. Белье, чулки, шубы и побрякушки с брюликами. Вид и качество вещей зависит от вкуса и эротических фантазий дарителя.

Все по настоящему красивое, удобное или нужное приходится покупать самой. Ну, или вести за руку и тыкать носом в витрину.

— Я видела тут в лавке прекрасную сумку на 30 ячеек. С ней я смогу продавать как минимум в два раза больше.

— Ты же отказывалась от подарков, — удивился орк.

— Кто говорит о подарках, малыш? Это инвестиции в наш общий бизнес!

Я подхватила Жакоба под руку и повела к выходу. Оказавшись на улице, он собрался оседлать коня, но я его удержала.

— Давай пройдемся, ты хотя бы город посмотришь.

— Да чего тут смотреть, все нубятники одинаковы, — буркнул орк.

— И во многих ты был?

— Этот второй.

Мы, не спеша, дефилировали по улице в сторону торговой площади. Могучий орк запредельного для яслей уровня и очень красивая полуэльфийка — очень яркая пара. На нас оглядывались, нас обсуждали. Я не хотела светить отношений с Жакобом, но после стычки с торгашами решила обозначить свои позиции. Хотя уделать их физически было невозможно, система не позволяла нападения в городе, но мужики инстинктом чувствуют чужую силу.

Была и еще одна причина. Мне хотелось вытащить из орка побольше информации. И Сережа и Макс были соло игроками. Паладин собирался вступить в клан, но хотел продать себя подороже, войти констой, готовой боевой группой. Одиночкам высоко не пробиться, говорили и тот и другой. И вот представитель клана. Бухает, развратничает (со мной), валяет дурака, и ведет себя не как представитель серьезной организации, а как ПТУ-шник сосланный на лето к бабке в деревню.

Жакоб напоминал мне политтехнолога, отправленного вершить волю партии в провинцию. Те так же соединяли в себе презрение к аборигенам с полным нежеланием что либо делать. Если все чудом оборачивалось хорошо, шли на повышение, если закономерно шло по пизде, отправлялись в регион поплоше. По закону средних чисел они так и кружили по стране, словно дерьмо в отстойнике.

— Жакоб, а у вас клан большой?

— Средний. Зато мы входим в альянс «Сотрясатели земли».

— А ты там кто?

— Я же говорил, торговый представитель.

— Ну, это сейчас, а вообще?

Больше всего на свете мужчины любят говорить о себе. Даже больше секса. А вот Жакоб рассказывал неохотно. Но старательно удивляясь, округляя глаза и охая в нужных местах я вытащила из него реальный расклад. Клан «Два топора», был небольшим «учебным» кланом, в котором обкатывались и фильтровались кадры для большого клана «Сотрясателей», которые уже обитали в Диких землях.

Это для яслей 22 уровень казался большим. На большой земле Жакоб был настоящим нубом. Даже не постоянным членом клана, а рекрутом. Чтоб попасть в основной состав, рекрутов нещадно гоняли. Те рубили древесину, стригли травки или торчали в шахтах. За это им давали возможность качаться на клановых землях, помогали с квестами. А главное, приучали трудиться ради общего блага. Тим — билдинг в лучшем виде. Корпоративный дух.

Жакоб заявил в клане, что будет качать торговца. Но только потому, что остальные варианты ему нравились еще меньше. Валить деревья или дробить руду он не собирался. Я все сильнее укреплялась в мысли, что передо мной еще один мажорчик. Учитывая цену на сьюты — не удивительно.

Подорожная на торговлю с яслями была артефактом, бесполезным для одного игрока, но хорошим подспорьем для клана. Выбивалась она, как ни странно с мобов. Я пыталась представить себе это логически. Может, моб съедал королевского гонца, и свиток оседал у него в желудке? Мерзость.

Свитки лежали на аукционе, и кланы выкупали их по мере надобности. Поэтому доступ в человечий город запросто мог купить орочий клан. В нубятниках сбывали излишки крафта, а оттуда тащили ресурсы. Дело было прибыльным, но скучным и вешалось на тех же рекрутов. Хаи куда больше пользы приносили на фарме, а вот мелюзга должна была доказать клану свою нужность.

Так что Жакоб понятия не имел, как торговать эликсирами. Будь он побойчее — сам бы встал на площадь. Может, так делают те рекруты, кто правда хочет быть торговцам. Орк же мечтал побыстрее закончить дела, и свалить.

Я даже подумала, что в операцию с перепродажей он ввязался не ради денег, а чтоб подольше держать меня при себе. Зацепила.

— Да ты крутоооой, раз тебе такое дело доверили, — подытожила я. — Это не лес валить!

Орк гордо расправил плечи. Весь рассказ он аккуратно строил фразы, чтоб не выглядеть бледно. Мы как раз подошли к толпе торговцев. Ну как толпе… группке. В ней мелькнула и пропала озадаченная физиономия ДуреВара. Решил — что я пришла права качать. Пускай помандражирует.

— Поищем крафтовое? — предложила я.

— Там один хлам, — скривился Жакоб.

Тут он был прав. Ремесло в яслях поднималось только до второй ступени. Это позволяло делать максимум «неплохие» предметы. Они либо изначально были дрянью, либо все их преимущества сопровождались кучей штрафов, как это было с моей чудовищной сумкой. Единственным достоинством этих вещей была их крайне низкая цена. Крафтеры делали их ради прокачки, и старались отбить хотя бы цену материала.

— А в магазине дорого — о — о-о… — протянула я.

Худшее оскорбление для мужчины — обвинить его в нищебродстве. Такое смывается только деньгами. Орк решительно повел меня к дверям единственного в Ольховце сельпо, растолкал плечами игроков, сдающих оптом подешевке заячьи шкуры и ржавые кинжалы кобольдов, и величественно буркнул: «Обмен».

— Обмен! — почти пропела я, вставая к прилавку рядом. Надо же участвовать в выборе.

Приглянувшаяся мне сумка стоила 50 золотых. 30 ячеек, +2 к выносливости, минус 10 % к весу груза. Но Жакоб величаво ткнул в другую. 50 ячеек, + 3 к выносливости, минус 15 % к весу. Стоила эта роскошь 100 монет.

— Не тяжеловата будет? — засомневалась я.

Сумка мне понравилась, но пусть он увидит, что не так уж сильно я ее и хочу.

— А мы ее заточим на выносливость, — орк уже полюбил свой будущий подарок, и теперь активно его защищал.

— Лучше б на интеллект…

— Зачем? — поразился Жакоб, — Ты же магичка. Это твоя базовая характеристика. У тебя и так в нее все должно быть залито.

— Ты б тогда на меня даже не взглянул. А я КРАСИВАЯ магичка. У меня все в харизму залито.

Хорошо, что он моих статов не видит. Катался бы сейчас по полу от смеха. Орк задумался, хмыкнул и добавил в «корзину» кольцо +3 к интеллекту и амулет — подвеску в виде красивой многолучевой звезды из темного металла: +4 к интеллекту и +2 к мудрости. Мой герой! Покупка тянула на 175 золотых, но Жакоб недрогнувшей рукой расплатился.

— Урааа! Спасибо, спасибо! — Я не стесняясь окружающих повисла у орка на шее. Он заслужил свою минуту славы. Когда мы вышли наружу, Жакоб сиял от удовольствия как свежевымытый троллейбус.

— Где тут портной?

— Сейчас покажу, — я потянула орка в нужную сторону.

Мои подозрения крепли. Орк был не только мажором, но и донатором. И амуниция и особенно конь были слишком роскошными для его уровня. Я не знала цен большого мира, но хорошие вещи всегда стоят дорого. А уж в хороших вещах я разбиралась.

То, как он выкинул сумму в три раза больше полученной выручки, тоже о многом говорит. Тем более понятно, почему ему настолько лень заниматься торговлей. Он не за этим пришел играть, ему хочется приключений и битв. Но чтобы двигаться дальше, надо выполнять скучные клановые задания. И тут такое развлечение в виде меня!

— Мадмуазель Мари, как же я рад Вас видеть! — мэтр кинулся мне навстречу с распростертыми объятьями, и резко затормозил, уткнувшись взглядом в фигуру орка.

— И я счастлива, мэтр! Познакомьтесь, это Жакоб мой… мой компаньон.

Жакоб хрюкнул от такого определения. Вот прям, действительно хрюкнул, я такого звука от него не ожидала. Но смолчал, может, подумал что я репутацию с портным качаю, а может решил, что ни к чему всяким неписям знать подробности нашей личной жизни.

— Здравствуйте мэтр, у вас чудесное ателье, — подыграл мне орк.

Дела у мэтра Сэджвика и правда пошли на лад. Аккуратные ряды ярких тканей, манекены вычищены и стоят стройно в ряд. Сам портной тоже блистал новым костюмом, был весел и опрятен. Вот что бабки животворящие делают. Как только пошли доходы, ателье преобразилось. И без разницы, что единственным заказчиком тут была я.

Жакоб и правда умел быть обаятельным. Они хлопнули с мэтром за знакомство мятной настойки, добавили еще, и принялись обсуждать Новую Бухту, моду на рукава с пышными воланами, и наряды королевы Изимиры. Не знаю, кто это, но она мне уже не нравилась.

Пришлось отвлекать сначала одного, чтобы прокачать сумку на +5 к выносливости и утвердить дизайн, а потом второго, чтобы оплатить заказ. Орк, не глядя, выложил 75 золотых. Шопинг сегодня определенно задался.

— Ого! — только и сказал орк, увидев сумку. Здоровенный баул превратился в аккуратный кожаный рюкзачок с золотой пряжкой, словно из каталога близняшек Олсен[78]. Выбор моделей у мэтра тоже стал богаче.

— Нравится? — я покрутилась, давая ему насладиться подарком.

— Ну что, теперь отмечать первые успехи? — орк явно рассчитывал на продолжение банкета.

— Прости, никак не могу, мне срочно нужно в реал, — я встала на цыпочки, поцеловала его в щеку и шепнула, — правда никак, но знай, что мне очень — очень приятно.

У орка только что снова отняли конфетку. Пусть привыкает, что у конфетки своя жизнь, и она не выдается по заказу. Как сказала одна гуру инстаграма: «Надо разделять информационные потоки. Скандалы отдельно, рекламу отдельно.» Отдельно подарки — отдельно секс. И они никак не связаны. Ну почти.


* * *

Тем более что я действительно спешила. Стащив с себя сьют, я торопливо натянула джинсы, кроссы, футболку от Philipp Plein и зеркальные очки авиаторы. Я хотела проследить за Татой, и надеялась в таком виде слиться с толпой. Кому надо, конечно мог посчитать, что мой лук стоит больше годового дохода среднего москвича. Но таких знатоков в толпе немного, а дешевле вещей у меня просто не было.

Решительным шагом я пошла к метро, потом поняла, что у меня нет жетонов. Или там билеты? Как там вообще сейчас расплачиваются? Плюнув на паранойю я вернулась к своей аудюшке, и доехала на ней, с трудом парканувшись за пару кварталов.

Сегодня вторник. Татка в фитнесс — зале. Я точно знаю, где сесть ей на хвост. Вскинув руку, я попыталась поймать бомбилу. В эпоху Убера это смотрелось дико, но мне повезло. Не прошло и пары минут, как рядом притормозил не старый, но потрепанный опель. То, что надо.

Мужичок за рулем, в пестрой рубашке и с ранней лысиной открыл рот, чтобы сказать какую — нибудь из дежурных фраз для знакомства, но я его перебила.

— Едем прямо. Через два квартала после светофора паркуемся. Ждем.

Увидев в моей руке пятитысячную купюру, мужик молча газанул, и мы двинулись. Любопытство его прямо таки разбирало, но вид красной бумажки действовал гипнотически.

— А если там негде парковаться? — нарушил он молчание.

— Аварийку врубишь.

Долго ждать не пришлось. Инфинити Таты вырулил с подземной стоянки и покатил по проспекту.

— За ним. Близко не жмись. — Я ткнула пальцем

— Мужа выслеживаешь? — снова не удержался водила.

— Любовницу. Мужика себе завела дрянь, — отрезала я.

Тата ехала явно не домой. Арбат и его тихие и дорогие переулки были в противоположной стороне. Кружили мы недолго. Тата остановилась у одного из бизнес — центров, поставила машину на сигналку и скрылась внутри.

Глядя на ее обтянутую лосинами задницу, мужик уронил челюсть. Видимо до сих пор думал, что я шучу. Теперь будет рассказов о том, какие страсти царят в лесбийском сообществе.

Я выждала пять минут. Тата не выходила. Отпустив ерзающего от нетерпения водилу, я пошла внутрь. Бизнес — центр раньше был фабрикой или заводом. Интересно, какому дураку пришло в голову строить заводы в центре города? Сейчас его, конечно, привели в порядок. Стены в вестибюле зачистили до кирпича, превратив в модный лофт. Я решительно направилась к ресепшену.

— Мне в студию загара. Не помню названия.

— Простите, у нас таких нет, — сучка за стойкой натянула улыбку, но по глазам было видно, насколько ей пох.

— Как нет, мне подруга адрес дала! — я вытащила мобильник и принялась читать список организаций на стене. — Электрикгрупп… Сингулярность… Тили — Тесто… Делайно… Евроокна… Делайно! Точно, это они.

— Нет, Вы ошибаетесь. Эта фирма занимается айти — технологиями.

Представляю, как она ржет внутри надо мной. Тупая дура перепутала адрес и качает права. Смейся, девочка. Все, что надо, я у тебя выяснила. Приложив к уху неработающую трубку, я доиграла спектакль до конца, и под смешки ресепшионисток покинула здание:

— Солнце мое! Убить тебя мало, курицу! Ты дала мне НЕ ТОТ адрес!



Глава 31. Укрощение строптивых


У фирмы «Делайно» был свой сайт. Хороший сайт. Они же айтишники. Френдли архитектура с модным поименным списком сотрудников. И фотками. Пусть заказчик видит их улыбчивые лица и переполняется доверием. Фирмочка небольшая — двадцать четыре человека. Под описание подходили пять. Я сохранила фотки и скинула их Герману. Он перезвонил минут через сорок.

— Обалдеть, Маргарита Дмитриевна! Где Вы их взяли?!

— А что?

— Мы показали их охраннику. Одну он опознал. Это был человек из Вашего подъезда.

— Которую опознал?

— Вторую.

— Записывай. Алексей Ветров, работает в фирме «Дилайно», рабочий адрес Большая Пироговская 55[79]. Надеюсь, этого хватит? Или мне и дальше за вас вашу работу делать?

— Хватит, — буркнул Герман и повесил трубку. Судя по его голосу, ничего хорошего Алексея Ветрова не ждало.

Машинально я взглянула на часы. 17.22 Раньше я в это время только листала инсту, обзванивала подружек и строила планы на вечер. А сейчас уже упахалась, как ломовая лошадь. Поспать бы. Или просто поваляться…

В окошко доносились звуки позднего московского лета. Тоня по своей нищебродской привычке оставила открытой створку. Я с отвращением проглотила овсянку на обезжиренном молоке, похожую на вату индейку на пару и пресные овощи. Без соли, без сахара, без жиров. После тридцати жизнь превращается в вечный бой. Как я понимаю Злую Королеву. «Свет мой, зеркальце, скажи…»

Никакая она не злая, просто реалистка. Да любая из нас готова отравить всех этих юных мокрощелок, которые вьются вокруг наших мужиков. С упругими сиськами, тугими попками и задорным румянцем на мордашках. Которые могут пить как кони и плясать всю ночь, а наутро свежи, словно майские розы. Такую хоть в штору заверни, она будет смотреться лучше, чем я через десять лет в платье от Гуччи. Мы тоже такими были такими были, помнишь, зеркальце?

«Где та молодая шпана?» — вспомнилось совсем уж неуместное. Нет ее, и не будет. Удавятся, добираясь до наших высот. Кто не сдохнет сам, тем поможем. А пока, в позу, Маргарита Дмитриевна! Позиция: «Кошка лезет под забор[80]». Плечи вниз… попку вверх…

Не жалея, размяла обленившееся тело. Сьют что-то там делает, если разработчики не врут. Стимулирует мышцы микроразрядами, чтобы те не превратились в кисель. Но по мне — недостаточно. Сейчас бы еще сайкл[81] прогнать, но некогда.

В игру зашла разгоряченной. И тут словно споткнулась. Что делать, непонятно. Для гекко я слабовата. В прошлый раз победить удалось чудом. Подарки Жакоба прибавили ударной силы, но достаточно ли? Я представила себе беготню среди кактусов с ящером за спиной. Не впечатляет. Пойти к зайцам? Муторно и долго. С продажей эликов вообще засада полная, и не одной свежей мысли.

От раздумий меня спас МегаКиллер. Его иконка мигнула в списке друзей, и тут же пришло сообщение:

MegaKillerIzAda (7): ты тут?

Мариэль (4): да

MegaKillerIzAda (7): подходи к ящерам

Мариэль (4): ок

Время флирта и кокетства прошло. Вон мы какие деловые оба. Внутри крепла уверенность, что все прокатило. Чтобы послать меня, встречаться не обязательно. Хотя с импульсивными натурами все непросто. Может он в лицо мне плюнуть хочет, и презрение свое высказать. Или слезы по щекам размазывать и канючить: «Тётя Маша, не говорите папе…» Подросток, он как кубик в казино. Хрен его знает, что на этот раз выпадет.

— Глянь, вон она! Я про нее тебе говорил!

Едва я свернула к пустырю с колючками, как увидела толстяка Фрагуса. Жрец, тыча в меня пальцем, припустил навстречу. Из — за кактусов появился воин. Так вот кого Фрагус на меня науськивал. Этого я тоже видела недавно, он бодался с гекко лоб в лоб. Что-то я становлюсь чересчур популярной. Хорошо тут папарацци нет, а то бы уже бегали сзади стайкой.

Жрец увидел, что я не собираюсь убегать, притормозил и подошел вразвалочку. Воин держался рядом. Сердюк, пятый уровень, закован в приличную броню с головы до ног. Интересно, «Сердюк» — это фамилия, или сокращение от «сердитый индюк»? Я хихикнула, что очень не понравилось серьезным мужчинам, решившим устроить разборки.

— Вот она на меня ящера навела. Я ее, суку, хорошо запомнил!

— Ты кого сукой назвал, жирдяй?! — я взбеленилась от этого неожиданного хамства, — Ты сам влез, тебя никто не просил!

— Я скорее поверю своему другу, чем тебе, — встрял Сердюк.

— Да мне пофиг, во что ты поверишь! Пройти дай!

Я попыталась обойти их, но воин заступил дорогу. Оттолкнуть его у меня бы не получилось даже с разбегу. Тяжеленная гора железа. Фрагус одет полегче, но для хрупкой магички тоже слишком тяжелый.

— Ну и что с ней делать? — Сердюк отвернулся, делая вид, что я ему абсолютно не интересна.

— Затолкаем к ящерам! Пусть полетает, как я! — Фрагус мстительно приплясывал на месте.

— А вдруг и нас заденет? Лучше с берега столкнем и утопим.

— А шмотки ее как забрать? С ящеров проще.

Мнимая безопасность яслей сыграла со мной злую шутку. Толкая с двух сторон эта парочка легко загонит мою куколку куда угодно, словно шар в лузу. На пустыре никого. Да и если б кто-то и был, не принято тут вмешиваться в чужие дела. В реале, впрочем, все также.

— Да вы охренели?! В курсе, с кем связались? Вас счас в блинчик раскатают! — храбрилась я, а сама гипнотизировала френд — лист. Иконка Жакоба оставалась серой. Чертов орк, ну почему ты вечно в офлайне?

— Зови своих малышей, четверочка! Мы их тоже плавать научим.

И тут я увидела Макса. Он шел по тропинке медленно, видимо, оттягивая неприятный разговор, и невозмутимо жевал травинку, словно герой Клинта Иствуда. Увидев нас, он резко ускорился, и ловко втерся между мной и оппонентами.

— Чё быкуем? Чё за дела?!

Я уже знала, кто у Макса папа, да и самого на фотках видела. А так, в жизни бы не догадалась, что культуру российских гопников он изучал по сериалам и ютубу, а не за гаражами в Бирюлево.

— Ты вообще по жизни кто? — Макс развивал успех, ткнув пальцем во Фрагуса.

— Инже… то есть жрец, — опешил тот.

— Ну вот иди, жри… чё встали то? — У Макса на лице появилась глумливая ухмылка. Он был в своей стихие.

— У нас претензии к этой… эльфийке. — Сердюк оказался лучше подкован в таких беседах.

— Обоснуй?

— Она на меня ящера вывела. Нарочно, чтоб меня слить, — поддакнул Фрагус.

Я стояла и любовалась Максом. Только чуть — чуть подвинулась у него за спиной, чтоб если что — сделать ноги в сторону города. Вспомнился технарь, серые пятиэтажки. Пацаны насмотревшиеся «Бригады», вечно кидавшие предъявы и забивавшие стрелки соседней общаге. Позже все вопросы решались уже другим языком. Вежливо. Так, почему то, гораздо страшнее.

— Она вещи твои взяла?

— Нет, — признал Фрагус.

— В чем тогда ее резоны? — торжествуя заявил Макс. — Выгода где?

Вот она кровь! Я мысленно зааплодировала. Сразу видно — сын юриста!

— Да нам без разницы, — Сердюк был увереннее и наглее, — Мы ее все равно прибьем. Хочешь нам помешать? Попробуй.

MegaKillerIzAda (7): ты умереть готова?

MegaKillerIzAda (7): что выпадет верну

Мариэль (4): а это обязательно?

MegaKillerIzAda (7): лучший вариант

MegaKillerIzAda (7): зато решим проблему насовсем

Мариэль (4): ок… доверяю тебе

— По беспределу значит, — Макс пожал плечами и сделал шаг в сторону, — нехорошо это.

— Давай, давай, проходи мимо, — обрадовался Фрагус. Он не ожидал, что МегаКиллер так легко отступится.

Я бы сама поверила, если б не знала, что Макс что-то затевает. Он очень убедительно сдулся, бочком прошмыгнул мимо воина, пошел дальше по тропинке.

— Давай — ка, девонька, вещички скидывай, и нам отправляй. Может и откупишься, — заявил Сердюк.

— И помедленнее, с чувством, — загоготал Фрагус, — чтоб глаз радовало.

Праведная месть превращалась в банальный гоп — стоп. Я тянула время, но даже ради этого не собиралась устраивать стриптиз этим уродам. Демонстративно сняв с шеи кулон — звездочку, я забрала его в инвентарь.

— Кому отправлять-то? — спросила я, сделав лицо попроще.

— Сюда давай, — протянул руку Сердюк, — открывай обмен.

— А чего это тебе? — возмутился Фрагус, — это я пострадал!

— Какая разница?! Потом поделим!

Черт, где же Макс? Может он так технично решил свалить? А «умереть», значит слиться из-за этих придурков?

— Ты слышишь? — Фрагус завертел башкой.

— Нет, чего? — у его приятеля, видимо, «Восприятие», было прокачано хуже.

Я тоже услышала шум. И он приближался.

MegaKillerIzAda (7): БЕГИ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Я уже давно присмотрела себе щель в обороне придурков. Поднырнув под руку Фрагуса, я припустила что было сил в сторону Ольховца.

— Твою мать! Сука! СУКААА!!! — заорали сзади.

Мимо меня не оборачиваясь пробежал МегаКиллер. Тело чуть наклонено вперед, руки ритмично движутся. Долбаный марафонец! Я набрала воздуха, чтобы заорать ему, но не успела. Что-то с силой толкнуло в спину.

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Гривастый Гекко наносит Вам урон 87.

Ваша жизнь 03/90

Не знаю, можно ли это считать везением, но умерла я не сразу. С несчастной троечкой жизни я откатилась к обочине, и снизу смотрела на чешуйчатые лапы и растопыренные гребни. МегаКиллер притащил на тропу целый табун ящеров. Не знаю, чем он их так выбесил, но гекко толкались и верещали, сметая все на своем пути. Еще с полминуты я чувствовала себя героиней «Парка Юрского периода», а потом мне прилетело хвостом, и все закончилось.

ВЫ АТАКОВАНЫ!

Гривастый Гекко наносит Вам урон 97.

Ваша жизнь 00/90

Миг, и я сижу на площадке возрождения. А рядом с ней стоят злющие Фрагус и Сердюк.

У меня выпали кулон и перчатки. Фрагус потерял посох. Может и еще что-то, но этого не было заметно. Зато с Сердюка упали латные штаны, или как они называются у рыцарей. Я уже замечала, что система любит снимать при перерождении именно эту часть одежды.

Тут к нашей веселой компании присоединился Макс. Он выскочил из переулка легкой рысцой, с видом чемпиона подбежал к площадке и произнес:

— Дошло, идиоты?

— Что дошло? — задавая вопрос, Фрагус и правда выглядел не очень умно.

— Пофиг, сколько вы весите. Главное, что бегаю я быстрее. И я буду водить хороводы к вам до тех пор, пока не оставлю в одних нубских трусах. Всосали?

— Да поняли мы, — вздохнул Сердюк, — вещи верни.

— Это плата за учебу, разговор окончен.

Друзья разбойники потоптались какое-то время и ушли. Наверно на рынок, за новыми штанами.

Макс взял меня за руку. Обмен. В инвентарь упали мои перчатки и амулет, а еще здоровенный посох Фрагуса.

— Ого, зачем это мне?

— Трофей, на память. А может пригодится, — победивший Макс был великодушен.

Я вытащила посох, и стала крутить его в руках. «Неплохой посох отшельника» +2 к мудрости +8 к дробящему оружию. Мудрость мне нужна, но таскать в руках такую дуру — не улыбается. Переточить бы его во что — нибудь. Например, в волшебную палочку. Экспелиармус, суки!

Бам! Я стукнула посохом об землю и стала похожа на Снежную Королеву из школьного спектакля. Макс улыбнулся, но потом снова нахмурился.

— Мариша, ты ведь не стала бы этого делать?

— Чего?

— Стучать моему отцу.

Хуже места для разговора не найти. Мимо нас сновали ожившие игроки. Я развернулась и пошла обратно к пустырю. Макс шел рядом, ожидая ответа. Со стороны ни дать, ни взять, по селу парочка гуляет. Пригласил ее на танцы, а она ломается. Только у нас наоборот, танец я заказываю.

— Макс, — я разорвала молчание, — мне надо выбраться из яслей как можно быстрее. И для меня счас все средства хороши. А ты выбирай: потерять неделю со мной, или два года без виртуала. Как тебе варианты?

— Неделю? — Макс подумал, я шучу. — А почему не две?

— Две слишком долго. Мне надо выйти из яслей за неделю.

Тихушник замолчал. Но это было не напряженное молчание перед плохим разговором. Непоседливая натура МегаКиллера хотела объяснений. Я не собиралась помогать. Мужики такой народ — сами для себя все придумают.

— У тебя что, эпический квест?! — Макс даже споткнулся от своей догадки, — Ты рерольнулась под эпик квест? Да ну нах! Ты ж нубка полная!

— А что такое эпический квест? — подлила я масла в огонь

— Квест, который меняет всю игровую историю. Например, материк новый откроют. Или Богов вернут из небытия. — Макс возбудился не на шутку.

— А тут такое было?

— Нет, не было.

— Откуда же тогда ты знаешь, что это такое? — хихикнула я.

— Так все ждут, а разрабы только обещают. — Макс снова оглядел меня с головы до ног, — Нет, не может быть!

— Макс, ты с темы не соскакивай. Будешь мне помогать?

— Ладно уболтала, — легко согласился МегаКиллер. Думаю, он принял решение еще до того, как зашел в игру. Но нам повезло, и вся ситуация здорово подсластила ему пилюлю. — Только у меня есть условие.

— Какое? — тут уже я удивилась.

— Тупо паровозить тебя, я не буду. Это долго и беспонтово. Все равно, что одному качаться, только в два раза медленней. За неделю точно не успеем. Да и ты выйдешь из яслей, хоть и десяткой, но такой же нубкой. Лучше выбрать класс, и прокачать тебя по нему.

Я не стала говорить мальчику, что через неделю выставлю долбаный сьют на Авито, или сдам по гарантии, а сама укачу на Лазурку, греть попку на солнышке, пить розовое прованское вино и есть лангустов. Что сыта этим Ольховцом, гномами, тихушниками и орками по самые гланды. Зачем его расстраивать? Пусть получает удовольствие от процесса.

— Стоп, что значит выбрать класс? Я выбрала. Я маг!

— Пока ты не маг, а аптечка с сиськами.

К Максу быстро возвращалась его обычная наглость, и честно говоря, я этому была только рада. Еще не хватало строить из себя жертву обстоятельств.

— Фишка мага в масс ПвЕ и масс ПвП, — по моим глазам он понял, что нужны подробности, и продолжил. — Настоящий маг — это как… ты в курсе, что такое баллистическая ракета?

— Неа, без понятия, — ответила я ни капли не стесняясь. А нахрена, спрашивается, мне это знать?

— Парад Победы видела?

Парад Победы я видела, и даже, в отличие от Макса, не по телеку, а с трибуны, поэтому закивала.

— Помнишь такую здоровенную дуру на тягаче многоколесном?

— Конечно.

— Вот эта штуковина стреляет издалека, — Макс очертил рукой полукруг, — по площади. И там, куда упадет, остается выжженная земля. Так и маги. Они в одиночку не воюют. Их берегут и охраняют. Чтобы потом — бац! И вынести одним ударом у врага половину войска.

— Макс, я чё-то не хочу быть дурой на колесиках.

— А надо, — развел руками Макс и заржал, — ну лады, не депрессуй. Зато на пафосе будешь.

— До того пафоса, как до Китая раком. Мне сейчас надо.

За разговором мы добрели до окраины. Солнце палило. Шуршали колючки. В них сновали гекко.

— Сейчас, — задумался Макс. — Можно и сейчас. Маги разными бывают. Только прокачка — такая штука, потом не исправишь. Полную паль можно откатить, и сбросить, но за такие бабки, что легче рерольнуться.

— И чё делать будем? — мне не терпелось уже хоть к чему-то приступить. Все мужики здесь обожали строить планы и произносить речи, словно впереди вечность. А часики-то тикают! — Тебе статы скинуть?

— Статы потом.

Тихушник снял с плеча арбалет, взвел одним движением, и навскидку пальнул в заросли. Там кто-то возмущенно забулькал, колючки качнулись и расступились. Ящер обвел окрестности близоруким взглядом и замер, заметив меня.

— Проверим тебя в деле, — усмехнулся мой новый персональный тренер. — Го, Мариша!



Глава 32. Бои по правилам, и без


Игрок MegaKillerIzAda хочет прикоснутся к Вам. Разрешить Да/Нет?

Что?! Этот придурок только что попытался хлопнуть меня по заднице?

— Руки оторву! — крикнула я не оборачиваясь, и выбрала глазами НЕТ.

Нашел время, доблоклюй. Стараясь не отвлекаться на ржание Макса я следила за ящером. Тот особо не медлил, навелся своими крохотными глазками и попер на меня.

— Бах! — первый шар я выпустила слишком рано. Он прошел выше, чуть задев гребень.

Вы наносите урон 42

Гривастый Гекко 635/800

А неплохо его Макс причесал с одного выстрела. Мне стало стыдно мазать. Подождав отката я всадила файер прямо гекко в морду.

Вы наносите урон 165

Гривастый Гекко 470/80

Ого какие цифры! Откуда столько урона? Я глянула в статы и увидела в интеллекте 6. Ну конечно, подарки Жакоба! Кольцо давало плюс три, а вот амулет до сих пор валялся в инвентаре. Пока я его доставала и цепляла на шею, гекко подбежал уже вплотную и даже наклонил лоб для удара. От неожиданности я завизжала и припустила бегом по тропинке. За мной помчался ящер, а замыкающим пристроился Макс.

— Макс, придержи его за хвост! — заорала я.

— Нашла дурака! Отрывайся от него и бей! — крикнул он в ответ.

Ящер тоже пробулькал что-то, но его мы оба не поняли. Оторваться было не так-то просто. Медлительность гекко сильно преувеличивали, а может, это я была не лучшим бегуном. Тварь шипела, фыркала и скрежетала когтями по гравию, так что я боялась обернуться. Казалось, стоит мне остановиться, и челюсти гекко сомкнуться на моей попе.

Наконец под вопли Макса я решилась на разворот. Ящер прилично отстал. На два выстрела хватит. Или на один, если не рисковать. Торгуясь сама с собой, я подняла ладонь и отправила файер в полет. Даже на глаз он казался ярче. Каким-то более рыжим, что ли. Словно его сильнее напитали огнем.

Вы наносите урон 242

Гривастый Гекко 228/800

Нихрена себе! Ящер даже оступился, и заковылял ко мне не так уверенно. На его шкуре виднелись подпалины, а грива слегка дымилась. Я решила еще немного пробежаться, чтобы добить моба наверняка, но МегаКиллер решил сворачивать представление. Так же небрежно он загнал стрелу куда-то в заднюю лапу гекко, а когда тот завертелся на месте, крикнул мне:

— Кастуй!

Немного рисуясь я сделала два шага вперед, приняла модельную позу, положив ладонь на бедро и чуть выставив вперед колено, и выпустила файер.

Вы наносите урон 253

Гривастый Гекко 0/800

Гривастый Гекко убит!

С ящера снова упали только монетки. Интересно, я такая невезучая, что ни разу не видела другого лута, или просто так редко убиваю мобов? Макс на свою долю в добыче не претендовал, а я его и не спрашивала.

— Скинь мне лог боя, — попросил он.

— Чего скинуть? — не поняла я.

— О май гарбл[82]! — Макс закатил глаза. — Открой общий чат, копирни историю и закинь мне.

Немного путаясь в мысленных командах для всплывающих окошек, я все же отправила своему новому наставнику описание боя.

— А ты нехило дамажишь, — оценил Макс. — Это годнота. А кроме фаера, какие еще скилы?

— Лечилка, — скривилась я.

— Плохо, — задумался тихушник. — Может попасться моб с резистом к огню. И что тогда?

— Тогда его ты будешь убивать, — хихикнула я.

— Не варик. Один могу и не затащить.

Мне порой приходилось напрягаться, чтобы понять Макса. Но так, как я была для него студенткой — художницей, переспрашивать было не вариант. Точнее не варик.

— Оки, ящера ты разбираешь с четырех кастов. Это на изи. Со мной — с трех. Сколько экспы тебе до левелапа?

— 320 пунктов.

— А в ящерах?

— Три штуки.

— Тогда чего стоим? — Макс сурово вытаращил глаза. — Го! Я вытягиваю на себя. Ты стоишь в стороне, переагриваешь и добиваешь.

Я кивнула. Наконец-то в моем будущем забрезжил свет. Деловитость и энергия Макса поражали. Последние слова он выкрикнул на ходу. Добежал до зарослей. Пальнул туда. И вот уже чешет обратно с ящером у пяток.

Следующего ящера я чуть не упустила. Макс добежал до тропинки, а я все еще целилась.

— Кастуй, не спи! — напарник припустил вдоль пустыря, а ящер бодро двинулся за ним, уползая все дальше.

Бах! Огонь растекся по бронированной спине гекко. Ящер взвыл от боли, похоже припекло его не слабо. Я отключила оповещения, оставив только полоску жизни. После моего файера она просела почти на треть. Крит! Ящер неуклюже разворачивался, я его переагрила. Как раз дал время откатиться спеллу. Второй файер полетел в морду, сбив жизнь до половины.

Или не до половины? Сколько кастов осталось, два или три? Ждать или бежать?! Вот я дура, и чем мне эти оповещения мешали?! Ожидая подсказки я глянула на Макса. Этот гаденыш сложил руки на груди и любовался на нас словно в цирке. Р-р — р! Надо почаще злиться, это успокаивает.

Иконка заклинания зажглась и я швырнула еще один файер. Жизнь у гекко ушла в красное. Все равно осталось слишком много. Успею или нет?

Не успела. Вблизи гребень у гекко был очень красивым. Он словно состоял из разноцветных радужных перышек. Пернатый змей. Кетцалькоатль[83]. Только разжиревший и с лапками. Англичанка в школе говорила, что у меня способности к языкам. Если услышу слово — уже не забуду. Но мама по знакомству запихнула меня в кулинарный технарь. На иняз денег не было.

Убегать бесполезно, гекко разогнался как торо браво[84]. Стоит обернуться, и он врежется мне в задницу. Я приготовилась продать жизнь подороже, и тут услышала вопль Макса:

— В сторону! В сторону прыгай!

Я резко отпрыгнула вбок, и гекко промчался в сантиметре от меня. Тореадор, смелее в бой! В Барселоне Фил не хотел брать меня на корриду, боялся, что мне будет плохо от вида крови. Но поединок человека и быка, звериной силы и невероятной ловкости пробудил во мне самые глубокие, первобытные инстинкты. А вернувшись в отель я накинулась на мужа и буквально изнасиловала его, словно это был последний вечер в нашей жизни.

Гекко отчаянно тормозил растопырив лапы. Я влепила файер ему прямо в бок, в упор. Ящер даже не заревел, а жалобно взвизгнул. Жизни у него осталось совсем чуть — чуть. Может не тратить ману, а добить посохом, — подумала я, но решила не нарываться. Оставив гекко за спиной, я побежала к Максу.

Страх ушел. Я была сильнее, быстрее и опасней неповоротливых тварей. Как только прошли пять секунд, я обернулась и добила моба.

Мне захотелось потрогать цветные перышки на гребне, но стоило коснуться, как ящер растаял, а в инвентаре звякнуло серебро. Полутала. Может так оно и лучше, без лишней крови и подробностей. А кому хочется натурализма, пусть берет профу шкуродера.

Сзади послышались хлопки. Макс лениво аплодировал.

— А ты шустрая для кастера, — заметил он. — Это у тебя с первого файера крит прошел?

— Ага, — кивнула я.

Интересно, как он заметил. Мы ведь даже не в группе. Кстати, а почему?!

— Потому что для меня ящеры слишком дохлые. В группе экспа будет резаться конски. Тебе надо апнуть хоть пару левелов самой. Тогда можно будет группу делать.

Ну да, тупой вопрос. Штраф за разницу в уровнях никто не отменял. А уровень группы считается по самому сильному участнику. Максу за гекко дадут меньше, чем мне за кроликов. Я же на его уровнях совершенно бесполезна. Хотя там монстры жирнее и очков опыта с них больше… И если настроить группу так, чтоб весь опыт капал мне…

— Макс… а Макс…

— Чего?

— Может ты меня сам подтянешь до своего левела? А там вместе пойдем?

— Блин, Мариша, — Макс вздохнул, — ну мы же договорились. Я для тебя стараюсь. Думаешь охота мне в этих колючках время терять? Вот гляди, у тебя прошел крит. Значит, ты когда-то смогла открыть «Снайпера» или «Анатомию», что для тебя вообще не профильное.

— Я ничего не трогала — открестилась я, — оно само!

— Что само то?

— Снайпер, однопроцентный.

Не буду же я ему рассказывать, как в кобальдов камнями кидалась и себя на закуску им предлагала.

— Так это хорошо, качать легче чем открывать, — размышлял Макс. — Лукари по сотне стрел изводят, чтоб «Снайпера» получить. И твой файер он бустит. Но от кастов не качается, магия и дистанционка — все же разное. Опять же магия огня. Чем больше ты ей пользуешься, тем больше шанс открыть способность. Не помню, как у кастеров называется, профильная. Так что я могу тебя отпаровозить до восьмерки за пару дней, но дальше мы встрянем. Чем выше левел, тем сложней геймплей. Или ты дойдешь сама, имея по факту разовый дамаг процентов на двадцать выше.

Я задумалась. Макс говорил убедительно. К тому же он меня уже выручал, рассказав про аптечку. И я нанимала его не для того, чтобы спорить (пускай и бесплатно).

— Ну давай качаться, — я пожала плечами.

— У тебя метательное что-то есть?

— Праща.

— А камни?

— Камней нету, я ее на память из пещер кобальдов взяла.

— Жди тут, — МегаКиллер резво стартовал по направлению к городу. На каждый пятый шаг, он еще и подпрыгивал. Маньяк. Мой маньяк. Персональный.

Я уселась на камешке и захрустела грушей. Яблоки поднимали здоровье, а груши — ману. В бою они были бесполезны, слишком медленно шел процесс, да и прибавка небольшая. А вот в паузах — самое то. Одна груша стоила пять медяков, но я нашла бесплатные. В саду через два дома от трактира. А может и не бесплатные они, а просто забор там низкий.

Макс вернулся быстро, я только доела вторую грушу, и целилась огрызком в заросли.

— Обмен, — буркнул он и положил руку мне на попу. Какой наглый чит! Главное, чтоб другие про него не догадались. В инвентарь упали две упаковочки с цифрами 100.

— Это чего? — я сделала вид, что ничего не произошло, и мягко отстранилась.

— Ядра к праще. Просто надень эту штуку на себя.

Я перетащила упаковку на аватарку, и у меня на поясе появилась маленькая сумочка. Заглянула внутрь и увидела камни. В бою ладно, а вот по городу я ее таскать не собираюсь.

— Берешь ядро, кладешь в пращу и кидаешь, — пояснил Макс. — в сумке они сами будут пополняться, пока упаковка не закончится.

— И нафига? — я скривилась. — Файером у меня урон в десять раз больше.

— Пер — спе — кти-ва! — Макс даже пальцем себе по лбу постучал. — Файером дамажишь, пращой качаешь «Снайпера».

Видела я в детстве такой мультик. Про ноги, крылья и хвосты. «Лучше день потерять, зато потом быстро долететь». Без особого энтузиазма я поплелась в заросли.

Какой там крит! Первые два камня улетели в заросли. Третий угодил в кактус, сбив пару веток. Ящер покосился на меня хитрым глазом, подобрал одну из них и начал флегматично хрустеть ей, как добрая ленивая корова. Я глянула на тропинку, Макса вроде не видно, значит и меня ему-тоже. Камень лежал в руке удобно, он был меньше и легче чем в пещерах кобальдов, но все равно увесистый. Я подошла поближе, потом еще поближе, прищурила один глаз для меткости, и запустила окатышем прямо в чашуйчатый лобешник!

Урон никакой, полоска здоровья даже не дернулась. Зато гекко взвился на дыбы и бросился на меня. Обиделся наверное сильно. Я завизжала и кинулась к дороге.

— Кастуй! Кастуй на него! — заорал Макс.

Мне было не до того. Только домчавшись до тропинки я рискнула обернуться. Ящер топал сзади, довольно далеко. Один каст я профукала и сейчас поспешила отыграться. Файер, если на глазок, снес чуть меньше четверти жизни. Еще четыре каста.

— Пращей! Пращей бей! — Макс крутил рукой, изображая замах, видимо считая меня полной дурой.

— Нахер пращу! — огрызнулась я.

Пока заклинание откатывалось, я обрушила на гекко град камней. Чем ближе он подползал, тем чаще были попадания. В лоб, в нос, в гребень! Получи скотина! Ящер крутил башкой, огрызался и еще больше терял время. Я отбегала, швыряла булыжники и била огнем, сама не заметив, как тварюшка вдруг подохла.

— Зачем ты вообще мне нужен? — гордо заявила я, подойдя к Максу.

— Конечно, когда все разжуют и в рот положат. — Макс хмыкнул, — Не расслабл*й булки, го!

Последнего ящера я забила легко. С его смертью ощутила приятное покалывание во всем теле, и увидела опустевшую полоску опыта. 72 тысячи! Да они обалдели! Это если в гекко — шестьсот штук! А то и больше, ведь теперь у нас разрыв в два уровня и штрафы будут больше. Зато и кусаться я буду больнее! Все в «Интеллект», решила я, но Макс меня опередил.

— Уровень?

— Ага!

— Грац, — лениво поздравил он. — Не спеши баллы раскидывать, меня сначала послушай. Если ты не хочешь делать обычного кастера, и тебе нужно все и сразу — придется делать ставку на ближний бой. Я предлагаю тебе два билда. Смотри в личке.

В личном чате я увидела странные квадратные значки, кликнула мысленно на первый, и передо мной развернулся свиток, с картинкой и изрядным куском текста снизу. Он даже красивенько покачивался, что на мой взгляд было лишним. Читать мешало. И букав много.

БОЕВОЙ МАГ. На картинке лысый мужик с бородкой прятался за ростовым щитом, сколоченным из досок. То ли металла на нормальный не хватало, то ли денег. Одет он был в странные доспехи, кожаные, но очень толстые и плоские как у японских самураев. Картинка двигалась. Мужик то высовывался из за щита, кастуя что-то огненное и убойное, то прятался, а на щит прилетали стрелы, камни, снег, зеленый туман и еще какая-то дрянь.

— Макс, а чё у него щит деревянный?

— Так с железо каст блокирует. Вот и выкрчиваются. Тут упор на выносливость и силу каста. Боевые маги мощные, «толстые» и живучие, не то что обычные «тряпки».

Толстые? Этот билд мне сразу разонравился.

ВЕДЬМАК. Еще один мужик с узким, хищного вида мечом, и пальцами левой руки, свернутыми в хитрую загогулину. Он проделывал лихие фехтовальные пассы и швырялся огненными вспышками. Бледную и хмурую физиономию пересекал глубокий шрам. В его взгляде было что-то неприятное, волчье. Уголовник наверное.

— А чего он седой? Болеет что ли?

— Ну это фандомный билд. Для РП-шников, — как-то замялся Макс.

— А я тоже буду седой? А называться как? Ведьмой? Это, блин, обязательно?

— Мариша! — наконец-то дошло до МегаКиллера. — Ты чё, только на картинки смотришь?!

— Конечно. А нафига мне куколка, которая мне самой нравиться не будет?

— Но это ведь примерное изображение. На тебе все иначе будет.

От волнения Макс сбился даже на нормальный человеческий язык. Готова забиться, в школе он — отличник.

— Да мне и так все понятно. С этой крышкой от гроба в руках я таскаться не буду. Ну что за стрим от тетки в хоккейных щитках, которая носит с собой дверь от сарая?

— А Ведьмак? У него и зелья особые и боевой транс…

— Так он еще и торчок?! Вот почему бледный такой. Ты меня споить хотел, а теперь на препараты решил подсадить?!

— Да нафиг надо! — обиделся Макс. — Если тебе ничего не нравится, выход один.

— Это какой же?

Макс еще раз оглядел меня с головы до ног, торжественно поднял палец и объявил:

— Будем лепить из тебя МУЛЬТИКЛАСС.


Глава 33. В поисках имбы


— Мульти- что? — мне было приятно, что Макс так загнался по моей прокачке, но за мыслями я не поспевала. — Ты можешь не умничать?

— Оке, специально для блондинок, расскажу медленно. Есть традиционные классы: воин, вор, маг, лучник, жрец и бард. Гильдию видала? У каждого класса свои скилы. Из них ты набираешь специализацию. И «Лазутчик», и «Бретер», и «Диверсант» — все растут из класса «Вор».

— Черная Королева — лазутчица, — блеснула я.

— И Ласка тоже. — кивнул Макс.

— Это кто? — Имя мелькнуло где-то в памяти «ЛАСКА ПОТРОШИТ КУБЫШКУ»…

— Ласка, лучшая взломщица игры. Собирательница редкостей и легендарных сетов. Она первый соло — игрок взявший «Абсолют».

Щелк! Кусочек пазла в голове встал на свое место.

— Какой она расы?

— Эльфийка, — ответил Макс, и зачем-то добавил. — Не как ты, а настоящая.

Темное подземелье. Холод и ужас. Камень на много — много метров вокруг. Худая остроухая фигурка, балансирующая на кончиках пальцев ног. Балеринка поневоле.

— Надо глянуть ее стрим, — я вздрогнула, прогоняя воспоминание.

— Попробуй, только она неделю как пропала. В стриме тишина.

— Макс, я не поняла. Ты начал про меня говорить, а соскочил на какую-то телку!

Не то, чтобы я была совсем против, слушать было интересно, но время поджимало. А еще Макс говорил про эту сучку с таким томным придыханием, что это выбешивало.

Мультикласс… — МегаКиллер снова уставился на меня подбирая слова. — это когда навыки берут не из одного, а из разных направлений. Вот я «Стелс — лучник». У меня способности и тихушника и стрелка. За счет тихушника я раскачиваю скрытность и крит, через лукаря — меткость. Могу засады делать, могу подкрадываться, и за раз даю дамага в три раза больше, чем простой лукарь.

Я вспомнила. Макс рассказывал мне об этом в мой самый первый день в игре. Тогда все казалось простым и понятным. В одной руке меч, в другой — магический огонь. Круши врага направо и налево! Теперь я знала, что даже мечники бывают разные. Между «толстым» танком Сережей, и бешеной мясорубкой Лирой — пропасть уже на третьем — четвертом уровне. И если кидать навыки и статы в разные классы, то будешь и херовым бойцом, и магом — так себе. Или нет? Максу вон нравится.

— И в чем подвох?

— В смысле?

— Ну почему все так не делают?

— Сложнее, это раз. Надо считать, какие навыки тебя усилят, а какие перекосят. На мультиклассы тоже пишут гайды, но кто-то ведь идет первым и пробует все методом научного тыка. И совсем не факт, что его гайд — самый годный.

— А два? — я продолжала пытать Макса, видя, что он недоговаривает.

— Два — можно и промахнуться. Я так дважды перса запарывал. Велся на топовый билд, перекашивал статы и получал зашквар. Это как динамит по инструкции из сети делать. Может пронесет, а может и ёбнуть.

— Не ври, нет в сети таких инструкций. Тоже мне шахид — самоучка, — засмеялась я.

Макс только хитро глянул на меня, но продолжать тему не стал.

— И какой билд мне подойдет? — тихушник был редкостным треплом, и его приходилось постоянно подгонять.

— А я не знаю, как он называется. Я его только что придумал.

У Макса появилось знакомое мне, слегка припизднутое выражение, которое бывает у фотографов на фотосессиях и режиссеров на съемках. Их перекашивает от того, что они увидели будущее. То чего пока не существует нигде, кроме их гениальной башки. Спорить с ними в таком состоянии опасно, могут прибить, чтобы не мешала. И все же я попыталась.

— Максик, а ты уверен? Меня не перекосит? — спросила я осторожно?

— Не ссы, Муся! Сделаю из тебя имбу!

Кто такой имба — я не знала. Слышала это слово много раз, но смысл не догоняла. Имба мне казался каким-то древним чудовищем, типа мумба — юмбы. Большой и страшный. Чтоб выбраться из нубятника — самое то.

— Ну и что ты решил лепить, Малевич[85]?

Признаюсь, мне было страшновато. Но лучше советчика, чем Макс, у меня не было. Хороший парень Сережа кормил обещаниями и сделал из меня аптечку на подсосе. Жакоб тоже помогать не спешил. Подарки не считаются, я их заслужила.

— У тебя статы изначально кривые. Ты пьяная что ли перса делала? И раса не магическая. У эльфов буст к мудрости, у гоблов на интеллект. Ты чё гоблиншей не стала?

— Ты дурак? Ты их телок видел?

— Ну да, таких буферов там не нарисуешь, — заржал Макс. — Прокачка должна учитывать расовый буст, у тебя он на ловку и на харизму. С твоей расой танцорку брать надо.

— Макс, да заткнись уже! Не ты первый мне ее подсовываешь, озабоченный.

— Ты зря так, из танцорок не только шлюхи хорошие. Они офигенно бафают и станят, — Макс наткнулся на мой непонимающий взгляд и пояснил, — зачаровывают врага, парализуют. У тебя ловкость уже хорошая. Если статы кидать в нее и в интеллект, ты станешь этаким «ганфайтером», бойцом средней дистанции.

— И как мне статы раскидывать? — в таком потоке информации я растерялась.

— Три кидай в интеллект, два в ловку. Вот гляди, у тебя буст, так что в ловке прибавилось не два, а три пункта, и за уровень ты получила не пять, а шесть. — Сказал Макс с таким гордым видом, словно сам только что купил мне этот дополнительный пункт, или изваял его из камня.

Мой наставник расселся прямо на земле, и стал чертить палочкой на песке. В его каракулях я с трудом узнала таблицу навыков, но общий смысл уловила. Я должна уворачиваться от врагов, держать дистанцию и бить магией. Одиночной магией. Про массовые заклинания Макс велел пока забыть.

— Тебе надо второй огненный спелл с коротким откатом. Тогда ты сможешь чередовать, и бить не каждые 5 секунд, а каждые две с половиной. А дальше качать пассивки на снижение отката. Но это потом. Сейчас бери «отскок».

Я поглядела на карту навыков, и не сразу отыскала этот самый «отскок». Он ютился в начальных навыках тихушников, прямо с противоположной от магов стороны.

— Макс, ты уверен? — я медлила.

— Нет, ты конечно можешь качаться, как все! — психанул МегаКиллер. — Бери огненный шторм, иди к зайцам и глотай бутыльки. Через пару дней возьмёшь шестерку. Еще через неделю — семерку. Но ты ведь хочешь все и сразу, да?

— Ага, — я честно закивала головой. — Все и сразу.

— Тогда бери «отскок» и не спорь.

ОТСКОК (путь уклонения) — перемещает героя назад на 0,5 х EP метров (не более 10 метров).

Откат 10 секунд.

Уже знакомое предложение выбора жеста. Я скрестила пальцы на левой руке. Правая будет для файеров, левая для всего остального. На символе — непонятные полоски. Значков пока у меня всего три — не перепутаю. Прошло десять секунд, значок налился светло — синеньким, и я скрестила пальцы.

— Твааааааю маать! — в ушах засвистел ветер. Даже не так, он свистнул и затих, а я уже стою хрен знает где, среди колючек. Макса не видно за кактусами. Теми самыми, через которые я, вроде бы, только что пролетела. Не веря, ощупала себя. Тоже цела. Бред полный. Бредятина.

— Мариша, блин! Ты куда?! — голос Макса приближался.

— Оно само! А как оно так, а?!

— Отскок и другие уклонялки переносят тебе сквозь игроков и мобов. Через неписей тоже. Вообще сквозь живых существ. Это работает со всеми уклонялками, чтоб ими не читерили. С ног не сбивали, урон не наносили. А вот об стену, или там об скалу реально убиться, — Макс хмыкнул. — А за колючки я не знал. Походу, тоже за «живых» считаются.

Я переваривала то, что случилось. Не надо бежать. Не надо отпрыгивать в сторону. Два каста… отскок… два каста… и жареная игуана готова. Секрет от лучших поваров. МегаКиллер веселился, предлагал осмотеть мою попу и другие части тела на предмет впившихся колючек. А я хотела расцеловать этого ушлепка, который за пару часов сделал меня значительно сильнее. И так хотелось это все опробовать — аж руки чесались.

— Макс, я покачаюсь, ок?

Макс только развел ладонями, принимая справедливость моих слов.

Мариэль, полуэльф, 5 уровень.


Сила: 8 (6)


Ловкость: 15 (13)


Выносливость: 14 (9)


Интеллект: 14 (5)


Мудрость: 28 (22)


Харизма: 21 (12)

Я шла и предвкушала встречу с гекко. Вот так, не спеша, зная, что теперь могу размазать этих ящериц по песку. Всегда приятно размазать кого-то, не глядя на лица, имена и должности. Вбить в землю, растоптать, чувствуя, как они трясутся за свои никчемные душонки, места или карьеры. Но еще слаще смотреть, как они пыжатся, как надуваются значимостью, властью, хамят, покрикивают, не догадываясь с кем связались. И как потом всё уходит, как воздух из шарика, как только его прокололи. Уничтожать таких особенно приятно.

Файер в лоб. Полоска жизни просела сразу на треть. Гекко забулькал что-то, побежал неловко топая, разгоняясь. Еще один — в упор, и сразу «отскок». Я едва не упала споткнувшись, но устояла на ногах. Дело привычки. Ящер высовывает морду из за куста колючек, и получает в нее каст. Готов! Я сходила за лутом, и гордо задрав нос вернулась к Максу.

— А камни что, забыла? — посмеиваясь напомнил он.

— Да с ними дольше, — заупрямилась я. Обидно что Макс подловил меня на такой фигне.

— Не дольше! Не расслабл*й булки, Муся! Работай на будущее! — МегаКиллеру, похоже, нравилось меня гонять.

Умник херов. Он все больше напоминал мне тренера в фитзале. На того я так же бесилась, и так же его слушала. Плевать на его тупые подколы. Ведь работает же!

Полоска опыта и не дернулась. Той крохи, что дал убитый гекко даже не заметно. Я заглянула в логи. Рост уровня порезал очки экспы еще сильнее. 96 пунктов. Чтобы набрать 72 тысячи надо поджарить почти восемьсот ящеров. Теперь уже 799. Я вытащила из сумки камешек и пошла в заросли.

Камень… каст… камень… камень… каст… отскок… каст. Собрать лут. Дождаться отката. Не все шло гладко. Один раз я прилетела точно в другого гекко. Тот удивился и попробовал откусить от меня кусочек. Это меня и спасло. Удара хвостом я бы не пережила. И файер и отскок были на откате. Пришлось побегать. Скотина Макс так и не вмешался. Потом я уже следила, куда повернуты мои тылы, чтоб не ждать там сюрпризов.

Еще два раза я повисала на колючках. «Отскок» работал гибко, и, если «точка приземления» оказывалась в самом кусте или на ящере, он слегка смещал ее вперед или назад. Так что «врасти в куст» или превратиться с гекко в сиамских близнецов я бы не смогла даже при желании. Но вот оказаться в паре сантиметров — запросто. Длинные жесткие иголки окружали со всех сторон и приходилось выдираться из них, неся физические и моральные потери. Иглы неприятно кололись, снимая очки жизни и прочность одежды.

— Больно? — ехидно посочувствовал Макс. — ты как бабочка в коллекции. Симпатично.

— Фигня. Это ты шугаринг интимной зоны не пробовал. Вот это больно, — ответила я.

Макс невольно перевел глаза в район моей интимной зоны и, кажется, даже слегка покраснел. Мне нравилось дразнить парня. Теперь, когда его возраст раскрылся, он особенно старался вести себя взросло. Помогал… советовал… брал отвественность… Это умиляло. Материнский инстинкт проснулся, что ли? Чур меня!

Жакоб (22): Привет, че делаешь?

Сообщение выскочило во время боя, и файер пролетел мимо. Блядь! Я психанула, и отвечать не стала.

Жакоб (22): ау!

Жакоб (22): ты где?

Жакоб (22): Мариша?

Жакоб (22): Ты чего молчишь?!

Жакоб (22): что случилось???

Жакоб (22): МАРИША БЛИН!?

Жакоб (22): ты что обиделась?

Я свернула личку, чтобы та не мешала, и она только время от времени вспыхивала входящими сообщениями. Потянув полчасика орка за усы, я поняла, что хорошее настроение вернулось.

Мариэль (5): что случилось сладкий?

Мариэль (5): ты чего кричишь?

Жакоб (22): Ты куда пропала?! Почему не отвечаешь?!!

Мариэль (5): качаюсь я… я не видела… посворачивала все

Мариэль (5): ничего не замечаешь?)))))))

Жакоб (22): Чего?

Мариэль (5): я уровень взяла!

Мариэль (5): хоть бы поздравил… только о себе и думаешь…

Мариэль (5): эгоист!

Оставив орка извиняться, я снова свернула личку. Идти к нему я не планировала. Тем более не ждала здесь. Сталкивать их лбами с МегаКиллером не нужно. Конечно, конкурирующие мужчины способны на чудеса, но слишком уж разные весовые категории. Макс от обиды может впасть в крайности, а мне он нужен бодрым и увлеченным. Каждый мужчина должен быть на своем месте. Это как сумки. Глупо идти на пляж с клатчем[86] от Фенди, а на официальный прием с торбой[87] от Витона. Хотя одно не ценнее другого — предназначение совсем разное.


МегаКиллер скучал. Ящеры дохли легко. Я почти не останавливалась, глушила бутыльки, швырялась камнями и привыкала к полетам вперед спиной. Получалось все лучше и лучше. Фарм — теперь я понимала, почему это так называется. Как на прополке картошки, в борозде попой кверху. Тупая механическая работа. Я уже не испытывала к ящерам ни злости, ни азарта. Методично зачищала заросли, набивая опыт.

— Ты тут сама дальше, оке? — не выдержал Макс. — Пойду тоже экспу побью.

Я в ответ только кивнула. Не хотелось тратить время на слова. Я как автомат. Каст, каст, отскок, каст. Я двигалась вдоль тропы, убивая всех подряд. Наткнулась на компанию трешек, азартно бодавшихся с четырьмя гекко. Посмотрела, как их загоняют в кучу и забивают хвостами. Дольше всех держался танк, рыжий коренастый латник, похоже, полугном. Молча сопел, прикрываясь ростовым щитом. А аптечка наоборот, кричала жалобно, аж до слез, пока не осыпалась облачком. О помощи не просили, я и не вмешивалась. Потом добила ящеров. Стала богаче на подбитые железом «неплохие» ботинки, «дрянные» кожаные наручи, колечко +1 к силе, вполне приличную остроконечную шляпку +3 к мудрости и почти на 3 золотых мелочью. Месть — выгодное дело. Ботинки почти сразу выкинула, перегружали, а шляпу напялила. Стала похожа на ведьмочку из какого-то мультика.

В небе зажглись первые звезды. Стемнело, но я видела все отчетливо. Или у полуэльфов есть сумеречное зрение, или еще одна игровая условность. Бить экспу можно в любое время суток. Без дискриминации по часовым поясам. Мысли текли сами по себе. Состояние «потока». Что-то важное сказал сегодня Макс. Я его перебила, а зря. Ласка. Лазутчица — эльфийка. Не её ли я видела в том подвале? Даже если ее, как это касается меня? Никак. Я даже играть не начала тогда. Еще что-то про доспехи. Идея ускользала. Собирательница легендарных сетов. Доспех Пифона не легендарный. Но гайд по нему появился как раз сейчас, когда собирательница сетов пропала. Появился, и здорово испортил мне жизнь. Куда шла та бестолковая группа, на которую я наткнулась? Не за доспехом ли?

Эликсиры я глотала не считая. Жакоб дал мне карт бланш, и я этим нагло пользовалась. Как дальше торговать, я понятия не имела. Можно проскакивать через блокаду «отскоком». А дальше что? Торговать в прыжке? Да и много ли наторгую, две — три продажи. Так и об стену убиться недолго, причем в самом натуральном смысле. ДуреВару на потеху. Я‑то надеялась сбить цены, чтоб заставить Вара мириться. Напугать его демпингом. Успехи пока нулевые.

«Снайпера» я так и не улучшила. Зато уже когда совсем стемнело, упало другое сообщение:

ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы получили достижение «Пироман»! Впереди у Вас все горит, позади все тлеет!

Огонь — Ваша стихия, и всем сразу видно, что Вы — горячая штучка!

Вами открыта способность «Сила огня». Зажигай от души, чтоб никто не потушил!

«Сила огня» 1/100. Урон огнем повышен на 1 %.

Я совсем потерялась во времени. В нормальном мире было хорошо за полночью Жакоб давно вышел. Завтра придется мириться. Прощу его, куда деваться. А вот МегаКиллер еще торчал онлайн.

Мариэль (5): я Пиромана взяла… +1 % к урону огнем

MegaKillerIzAda (8): грац

Мариэль (5): я спать

MegaKillerIzAda (8): завтра в 14 по мск будешь?

Мариэль (5): буду

MegaKillerIzAda (8): подходи туда же

Мариэль (5): Маааакс! я задолбалась от этих ящеров! давай че нить другое?

MegaKillerIzAda (8): нафиг ящеров

MegaKillerIzAda (8): пойдем на крока

Я хотела сказать, что не готова. И этому есть сотня причин. Еще вчера даже один ящер гонял меня по пустырю. Один удар хвоста отправит меня на возрождение. Мы с Максом еще ни разу не сражались в группе. А главное — у меня в ушах до сих пор стоял плач умирающей хиллерши, чья шляпка мне досталась по наследству. Но Макс не дал мне ответить. Написал, и сразу вышел. Вот сволочь!



Глава 34. Все включено


На Крока мы не пошли. И виновата в этом, конечно же я. То есть, я сама в этом никогда не признаюсь, но в глубине души, догадываюсь.

Все началось с того, что я проспала. Антонина нашла меня на диване, свернувшуюся калачиком. Вместо того, чтобы разбудить и принести кофе, эта дрянь заботливо укрыла меня пледом. В тепле и уюте я продрыхла до обеда.

Открыв глаза и увидев на часах 13.52 я взвыла, наорала на домработницу, швырнула в нее пледом и уползла в душ. Сильные струи воды, то ледяные, то обжигающие, смыли сонную одурь. Я переступила босыми влажными ступнями на махровый коврик, и вгляделась в ростовое зеркало. Прохладный воздух из сплит — системы осушал запотевшее стекло, проявляя отражение, еще мутное по краям и четкое в середине, словно виньетка в инстаграмме.

Сейчас в этом мягком фокусе, скрадывающем детали, я была особенно похожа на Мариэль. Маришу. Мусю. Мое виртуальное воплощение. Альтер эго. Младшую сестру, которой у меня никогда не было. Ту, которую через шесть дней я собиралась убить.

Не одеваясь прошла в столовую. Тоня вызывала у меня не больше смущения, чем мебель или еда на столе. В наготе вообще намного меньше сексуального, чем в красивом белье или кокетливой одежде. Нагота пугает, отталкивает, демонстрирует презрение. Стоит неожиданно показаться голой малознакомому мужчине, и он будет потеть, отводить глаза, а потом стойко начнет Вас боятся. Срабатывает в 99 % случаев. Правда для одного процента исключений стоит носить газовый баллончик.

Растерянная Антонина накрыла сразу и обед, и завтрак, льстиво отыскав даже любимую мной панна — котту[88], но я проглотила эспрессо и нырнула в съют.

Жакоб бушевал. Он требовал сообщить где я и с кем я. Взывал к жалости и совести. Напоминал про свои подарки и мои обещания. Намекал даже, хотя и очень мягко, что наши деловые отношения базируются на личных симпатиях.

Правда, все это было вчера. Не удивлюсь, если запасы гномьей задирухи в трактире изрядно уменьшились. Надеюсь, сегодня ему уже станет стыдно за свои слова. А если сразу не станет, я постараюсь, чтобы стало.

Очнулась я на пустыре. Значит, здесь с вечера и уснула. Кругом помятая трава и ящеры гуляют. Обалдевший гекко поглядел на меня голодным взглядом, но я не стала с ним связываться, и бегом припустила к Трактиру.

Огр Хидегард как всегда возвышался за стойкой, словно скала, и тщательно протирал кружки. Мне он коротко кивнул, и тут же потерял всякий интерес. Правильно, расписание я сама для себя придумала. И не зря. Раннее утро пропустила, теперь придется работать. В зале уже сидело три компашки. В одной четверо, в другой трое, а в третьей сразу шесть человек.

Я заскочила на лестницу, сменила наряд одним кликом, и направилась в зал. Ссориться с огром не хотелось. Штрафы за провал задания обещались немалые, да и золотые пока на голову дождем не валились. Изи мани. Хотя из за дурищи Антонины, уже не такие и изи. Её бы сейчас сюда, пусть ее клиенты за ляжки хватают

— Что будете заказывать?

— Пиво.

— Пиво.

— Да пожалуй что… пиво, — выпендрился третий.

Причем все трое ответили не поворачивая головы. Я даже обиделась, одеваешься тут для них, улыбку из себя выжимаешь, а они даже не смотрят. Две семерки — воина, и один плотно упакованный мужик восьмого уровня, я, почему-то решила, что жрец. Имена мне не показывали, поэтому про классы тоже приходилось догадываться.

На столе уже стояли шесть пустых кружек и корзинка с хлебом. Кружки они выставили в неровную линию, и азартно окружали их круглыми хлебцами, распотрошив корзинку.

— Мне убрать? — я потянулась к кружкам.

— А? Не — не — не! — замахали на меня руками мужики. — Лучше к пиву что — нибудь принеси.

— Гренки с чесноком… ребрыш…

— Во — во! Гренки, тащи гренки. — перебили меня они, кажется только для того, чтобы их оставили в покое.

Вторая компания поглазела на меня чуть больше, заказала три пива и яблочный сидр и тоже вернулись к разговору. Здесь кричали громче, стучали по столу кулаками. Отходя я услышала: «Пещеры… Грым… опять вайпнемся нахрен».

Я уже подходила к третьему столу, когда на меня снизошло озарение. Днем в Трактир приходили только с одной целью. Собрать пати для рейда или данжа, придумать стратегию, и конечно, решить кто главный. А что нужно в рейде?!

— Чай, кофе, эликсиры, молодые люди?

Шесть пар изумленных глаз уставились на меня.

— С чего это такой сервис? — первым пришел в себя долговязый блондинчик в удивительно драной кольчуге. Как она держалась на нем в таком состоянии, ума не приложу.

— Расширяем ассортимент, — не моргнув глазом ответила я, — прямые поставки из Новой Бухты.

— И почем? — блондин был самым активным.

— Один золотой. Жизнь, мана, бустеры.

— Ты ведь игрок, не непись, — влезла в разговор единственная девчуля в команде. Еще бы, уже целую минуту на нее не обращают внимания. Кукольное личико, мелкие черные кудряшки. Стандартная мордашка номер 7. Нищебродка.

— Игрок, — я пожала плечами. К чему отрицать очевидное.

— Я ее видела, — торжествуя заявила она своим. — Она на площади элики паленые пыталась продать. Её стража забрала.

— Что значит паленые? Кто их палил? — Я сузила глаза.

— Не знаю, — растерялась стервочка, — просто паленые.

— И что, похоже что я сижу в казематах? — я вытянула руки вперед, сложив запястья, словно они в кандалах. Грудь задорно подпрыгнула. Блондин сглотнул.

— Да чё ты гонишь, Вишня. Вот же она стоит.

— Это все вранье конкурентов. Кто там стоит на площади? Перекупщики! Отрыжка Черкизона! А у нас официальное предприятие. Поэтому честные цены!

Огр Хидегард сурово хмурился за стойкой, придавая весомости моим словам. Из моей пламенной речи он не слышал ни слова, да это и к лучшему. После тех выступлений, которые мне приходилось слушать на разных «вручаловах», я могла в Думу избираться без шпаргалки. Некоторые мои подруги так и делали. Но муж сказал, что трахать депутата — это перебор. А семья для меня превыше всего.

Парни зашушукались, и стали покупать. Я вспомнила кучерявую дрянь. ЗлаЙя_ВИшЕнkа (3). Одна из тех, кто истерил вчера в городском чате. Я подарила дряни элик +5 к ловкости «за счет фирмы». Раз такая громкая, пусть покричит в мою пользу.

— Ничего не заказали, — буркнул огр, когда я вернулась к стойке.

— Думают, — ответила я, — меню читают.

— Плохо, — огр шмыгнул носом и размял кулаки, — нельзя так сидеть.

Этак вышвырнет сейчас моих клиентов сразу после удачной сделки. Плохая реклама. Я быстро просмотрела меню. Самый низ списка. «Кисель из сопливки овсовой на воде». 1 медная монета.

— Комплимент от заведения! — я выставила на стол шесть стаканов с мутной липкой жидкостью. — Лично от Хидегарда. Как первым клиентам.

— Это обязательно пить? — Блондинчик понюхал стакан и скривился.

— Нет, — я покачала головой. — На ваше усмотрение.

— Тогда мы лучше пойдем, — компания опасливо косилась в сторону стойки. Вдруг огр решит, что они пренебрегают гостеприимством. Мало ли какие мысли бродят в его лысой башке.

— Приходите еще! — пропела я вслед компании и пошла втирать элики остальным.

Покупали много, покупали с интересом. Обещали приходить еще и приводить друзей. Я поглядывала на дверь, каждую минуту ожидая парней Крулла, но все было тихо. Обнаглев я кинула рекламку в торговый чат.

Мариэль (5): Супермегасейл!!!! ЭлИкИ «небольшие» на ЖИЗНЬ, на МАНУ, на ПОДНЯТИЕ ХАРАКТЕРИСТИК. Единая цена 1 золотой!!!! Обращаться в трактир!!!

IIy3aH (8): Не верьте! Она мошенница!!!

ЗлаЙя_ВИшЕнkа (3): Ты сам мошенник!

ЗлаЙя_ВИшЕнkа (3): Закупились отлично… элики первый сорт… надавали кучу подарков… сервис отличный

ЗлаЙя_ВИшЕнkа (3): цемочки Мариэль

Мариэль (5): цем сонце…приходи на скидочки

TIGRовая Lili (4): цемочки Вишенка… а что за подарочки?

Мариэль (5): подарочки индивидуальные… в честь открытия!

В дверях появился первый посетитель. Воин, пятерка. Одет в разный хлам, явно с лута. Он бестолково крутил головой, словно ожидал увидеть витрину. Я проводила его за столик, напоила киселем и провела обмен. Купил тридцать штук «на жизнь», но бегал за ними три раза — инвентарь не позволял унести все. Кисель он тоже выпил. Экономный.

Потом народ повалил. Продажи киселя пошли в гору. Я металась от столика к столику как дилер в VIP-зоне, раздавая бутылочки и сгребая монеты. Маленькая лошадка Мариша. Я даже улыбаться каждому устала. Хидегард вроде был доволен. Его скрипт требовал полного зала, а не больших доходов.

Написал Макс. Я сказала что занята, и рейд переносится. «Дело твое» — ответил он. Кажется, МегаКиллер не сильно расстроился, ускакав по своим делам. Мне хотелось разорваться, клонировать себя на несколько маленьких Мариш. Одна качается, вторая торгует, третья развлекает Жакоба. Ну и шлюха эта третья!

Жакоб был легок на помине. Зашел надутый, сел за последний столик и стал делать вид, что меня не замечает. Ругаться мне не хотелось. Надо бы, но тупо — некогда.

Я принесла ему без заказа большую кружку холодного пива и стейк, клюнула в щеку быстрым поцелуем и, взяв за запятстье, перебросила семь сотен золотых.

— Давай потом поговорим, если надо. Сейчас видишь что творится?!

— Вижу, но не понимаю.

— Большая распродажа, — я хихикнула, — «Черная пятница» на рынке эликсиров. И ты еще в меня не верил!

Орк подумал с минуту, ухмыльнулся и приступил к стейку. Если мужчина так ест, значит конфликт исчерпан. Это глаза могут врать. Мужской желудок не врет никогда. Он органически не принимает пищу из рук врага. Древний рефлекс. Страх, что подсунут яд.

Орк поел, полюбовался на то, как я скачу по залу и ушел в офлайн. Я уже догадывалась, что этим вечером мне качаться не придется.

Следующий посетитель зашел эффектно. Дверь от удара едва не слетела с петель, и в трактире появился Пузан. Сзади подтягивалась его свора. Хочун, Мартовский кот, СуПерТаПок и, конечно, Якодзум. Пузан заметил меня и направился в развалочку. Якодздум двинул следом, остальные пошли по проходам вдоль стенок, чтобы не дать мне сбежать.

Вот она — гопота. Навыки, всосанные с первой баклагой пиваса. Романтик МегаКиллер бредит теневым миром игры, квестами и «понятиями», а тут все запросто, между делом. Тут этим не играют. Тут живут.

Я никуда и не бежала. Стояла и ждала развязки. Жалела только о том, что Жакоб вышел так рано. Хотя скорее всего это и не случайность вовсе. Стояли и пасли, ждали момента, чтобы застать одну. В голове ни одной мысли. Помогать мне никто не будет. Это мы уже проходили.

Можно позвать Макса. Он за меня впишется, я не сомневалась. Но что он сделает?! Приведет паровоз ящеров прямо в таверну? Я не хотела вмешивать тихушника в свои разборки. Если торговлю эликами можно провалить, то прокачку — ни за что. Это главнее. Так что это я должна беречь Макса, а не он меня. Он мой последний козырь в этом хреновом раскладе, вчера я уже в этом убедилась.

Между тем кольцо сомкнулось. Пузан подступил спереди, Хочун и Кот блокировали сзади.

— Что, попалась шалава? — Процедил Пузан. Не поняла ты сразу. Придется тебя поучить.

— Ты чего кипятишься, Пузанчик? — я сделала вид, словно его не слышала, — Запор у тебя что ли? Так ты кисельку выпей, авось попустит.

— Ты охуела дура?! — Пузан саданул мне по руке, так что кисель веером разлетелся по залу. — Ты реально не догоняешь?! Обмен!

— Отклоняю! — вслух крикнула я. Если б не вчерашняя выходка Мегакиллера с пятерней на моей попе, я бы приняла на автомате, мысленно, даже не думая. До сих пор я не ожидала от этой процедуры ничего плохого.

— Да похер! Я и так могу! — Полугном вцепился мне в запястье. Глиняный стакан выпал из руки и с сухим треском раскололся. — Знаешь зачем в трактиры девок набирают? — орал мне в лицо Пузан, — В качестве шлюх — клиентов развлекать. В нубятниках такого обычно нет, но ты у нас сука исключительных талантов, вот у лысого скрипт и сработал. Поэтому тебя и лапать можно, и драть без всякого согласия. Система дозволяет. Так сейчас и отработаешь нам все наши убытки со всем прилежанием. Сначала всем разом, а потом каждому по очереди.

Я почувствовала на своем бедре ладонь, горячую и потную. На этот раз она не остановилась. Поднялась под юбку, легла на ягодицу и стала грубо ее мять. Я не стала визжать и вырываться. Этим уродам это только и надо. Им в кайф от чужой беспомощности и чужого страха. Только это я и могу. Не дать им удовольствия увидеть мой страх.

— Они заплатили? — раздалось у меня из-за спины. Голос был тихий, но низкий и раскатистый. Словно вдруг тигр в зоопарке заговорил по — человечески. Не голос. Рев. Только очень спокойный, даже вкрадчивый.

— Я заплатил! — взвизгнул Пузан.

— Я не тебя спросил, — произнес тот же голос.

Рука на моей заднице замерла. Кажется, ее хозяин рад бы убрать ее совсем, но боится двинуться. Только сейчас до меня дошло, что это говорит Хидегард, угрюмый огр — трактирщик, которого я привыкла считать чуть ли не декорацией.

— Нет, не платили они! — закричала я. — Посуду бьют, гостей пугают, ко мне лезут… на халяву.

Публика, видя, что открывать рот стало безопасно, загудела, поддерживая меня.

— Я пытался платить, — возмутился Пузан, — она сама не взяла. Я клиент!

— Хорош клиент, чужой стакан разбил! Дебошир он и погромщик!

Ладонь сзади исчезла вдруг резко, рывком, а затем раздался грохот. Я обернулась, и успела увидеть, как Хочун сползает по стенке у лестницы. Как мешок дерьмом он повалился на пол. Имя над головой серое. Сильнейший дебаф. Оглушение.

Двумя пальцами за шкирку, как щенка огр держал Мартовского Кота. Тот упирался обеими ногами пытаясь вырваться. Бесполезно. Хидегард даже не замечал его усилий. Он приподнял… и с размаху приложил о дубовый стол. Стол выдержал, а Кот — нет. Игрок осыпался кучкой пыли, оставив дрянные даже с виду сапоги и горсть мелочи.

Трактирщик огорченно покачал головой. Перестарался бедняга. Расстроился. Трое оставшихся ушлепков рванули к выходу. Но в планы Хидегарда не входило отпускать их без показательной порки. С удивительной для его размеров ловкостью он перекрыл выход и отлавливал каждого по одиночке.

— Мариша! Ну скажи ему! Мы же друзья… я же тебе ничего плохого не сделал! — взвыл от ужаса СуПерТаПок. У пижона — варвара тряслись губы. Казалось бы, это игра. Любая боль мгновенно пройдет на площадке возрождения. Но зрелище того, как трактирщик превращает в котлету Якодзума, было сильнее разума. А может боялся дебафов на внешку. Мне не верилось, что такие убийственные телесные повреждения останутся без последствий.

Я молча показала средний палец. Бог простит. Любой из игровых — на выбор. Последних двоих Хидегард ухватил разом, по одному в каждую руку. Выпустив пар он уже развлекался, тряся игроками, как чирлидержа[89] пипидастрами[90] и время от времени сталкивая их в воздухе. При этом оба не только оставались живы, но и, кажется, в сознании. Наигравшись огр поволок обоих к выходу, как матерчатые куклы.

Я вышла на крыльцо следом. Хидегард зашвырнул Пузана и Тапка в пыль и любовался получившейся картиной. Величественно он выставил вперед палец, открыл рот, и я подумала что вот — вот сейчас огр произнесет «I'll be back», или там «NEVERMORE». Но тот пробасил просто:

— Пошли вон! Теперь вам тут не рады!

— Смеешься тварь, — приподнял голову Пузан. Трактирщик поработал хорошо. Узнать в этом куске мяса самодовольного полугнома было непросто. Лично я различала только по имени. — Думаешь поймала орка за яйца, и теперь ты королева? Только таких королев в баазарный день — три рубл* пучок. Не купили тебя, купим другую. А твоему серому другу все равно кого трахать. Сама напросилась…

Пока я слушала, Хидегард приволок еще два тела, и отправил в полет к остальным. Пузана прихлопнуло сверху, и это стало последней каплей. Барыга растаял, и с него звякнуло побольше, чем с остальных оборванцев. Я направилась за компенсацией морального ущерба, и тут прямо перед глазами у меня повисла надпись:

АВАРИЙНЫЙ ВЫХОД!

СРОЧНЫЙ АВАРИЙНЫЙ ВЫХОД!

У ВАС ЕСТЬ 10 CЕКУНД, ЧТОБЫ ПЕРЕМЕСТИТЬСЯ В БЕЗОПАСНУЮ ЗОНУ!

СРОЧНЫЙ АВАРИЙНЫЙ ВЫХОД!

9…

8…

7…


Глава 35. Игроки и пешки


— Госпожа Затонская… Маргарита Дмитриевна… Маргарита Дмитриевна, очнитесь! — Антонина трясла меня за плечо.

— Тоня, что случилось?! Опять пожар?!

Зрение возвращалось не сразу. Я словно поднималась вверх с большой глубины. Закладывало уши, а «картинка» перед глазами плыла и двоилась. Реальность была куда меньше похожа на себя, чем вирт. Я никогда не думала, сколько по времени происходит выход из игры, но теперь понимала, что явно не десять секунд.

— Нет, Госпожа Затонская, — вид у Тони был испуганный. Вам звонят.

Сначала я хотела ее убить. Вот прямо без преувеличения, приложить чем — нибудь тяжелым по ее дурной башке. Добработница, видимо, прочитала это в моем взгляде, и впервые за историю своей работы, разревелась.

Оказалось, что она настолько перепугалась, не разбудив меня утром, что весь день провела в панике. И, когда зазвонил телефон, не мой обычный айфончик, а маленькая золотая вертушка[91], номер которой знали не больше десятка человек, Тоня запаниковала еще больше. Телефон не унимался, и Антонина решила привести меня в чувство. Как это сделать, она не знала, и просто трясла меня. Как будто разбудить пыталась. Система восприняла это как угрозу, и выкинула меня пинком из виртуального пространства.

— Опять звонит — упавшим голосом сказала Тоня, боясь поднимать на меня глаза.

— Дай сюда трубку, — ответила я. — И умойся сходи, позорище.

Звонил Герман:

— Нам нужно встретиться, Маргарита Дмитриевна.

— Подъезжай, я дома.

— На нейтральной территории, — заупрямился особист. — Не нужно, чтоб нас слышали.

— А у меня могут услышать?

— Я ничего исключить не могу, а качественная проверка займет время.

— Хорошо, — сдалась я. — Где?

— Чебуречную на ВДНХ знаете?

— Я пожалуюсь твоему шефу, что он тебе мало платит, — прыснула я.

— Там минимальный шанс встретить знакомых. Чебуреки есть не обязательно.

— Хорошо, — я прикинула время, — буду через полтора часа.

— До встречи.

Чебуречную на ВДНХ я действительно знала. В начале двухтысячных там собирались телевизионщики и рекламисты, сценарии эфирных бестселлеров писали на закапанных жиром салфетках, а девочки из провинции ловили удачу за парой стопок водки с нужным человеком.

Знакомых я встретить не опасалась. Удачливые перебрались оттуда в Дягилев, а потом в Кису и Горыныч, а лузеры на помойку или на кладбище. Может быть новое поколение тоже ловит там свою волну, не знаю.

Германа я заметила сразу. Он занял угловой столик и торопливо доедал свой чебурек.

— Всегда заказываю, — словно извиняясь сказал он. — Вкусные.

Я никак не покомментировала его слова. Ностальгии во мне — это место не вызвало, и я хотела лишь убраться отсюда поскорее. Но хотя бы поняла его резоны. Шум тут стоял не прекращаясь, и записать наш разговор вероятно было невозможно. Хотя к чему такая секретность.

Безопасник правильно понял мое молчание. Он отложил недоеденный чебурек, тщательно вытер пальцы и вытащил из папки стопку тонких листов с машинописным текстом. Мне кажется эти черные кожаные папки производят исключительно для ментов и особистов. И продают только по предъявлению удостоверения. Ни разу не видела с такой нормального человека. Неужели они сами не понимают, насколько с ними палятся?

Текст действительно был отпечатан на машинке, причем, похоже, в одном экземпляре.

— Показания Алексея Ветрова, — пояснил Герман. — В Ваш подъезд он проник по указанию владелицы фирмы, Ремизовой Натальи Марковны. Целью было обесточить квартиру № 32, нанеся максимальный вред находящемуся внутри электрооборудованию. Устройство разработал сам. По образованию он — инженер — электронщик. За работу получил премию в 1000 американских долларов наличными. Никакого ущерба для жизни и здоровья в ходе акции не планировалось. Это точно, мы тщательно выяснили. — От слов Германа веяло холодком.

— Отличная работа. Я скажу Виталию Арнольдовичу, что довольна.

— Спасибо! — щеки оперативника чуть порозовели, было понятно, что это упоминание пойдет на пользу его карьере. — А с ним что делать?

— С ним? — удивилась я.

— С Алексеем Ветровым.

Думала я недолго.

— Уложите его в больницу на пару месяцев. Совсем не калечьте, но дайте время поразмыслить о жизни.

Да, это пешка. И ход делала совсем другая рука. Но пешки гибнут первыми, и их гибель ослабл*ет позицию. Может Леша Ветров, которого я видела только на камере наблюдения, и не осознавал риск. Зато теперь все его коллеги десять раз подумают, прежде чем сделать гадость Маргарите Дмитриевне. И запросят побольше, чем сраная тысяча баксов.

Герман медленно кивнул. Может удивился моей кровожадности. Я часто произвожу на людей обманчивое впечатление.

— А с Натальей Марковной? — уточнил он аккуратно.

Я его понимала. Ремизовы — фамилия известная. Такую фигуру и спецслужбам трогать опасно. Даже сейчас, когда, Сава Ремизов сидит под следствием. Опять же, это Милка сказала, что сидит. А что там по правде. неизвестно.

— Ничего, — успокоила его я. — С ней я сама разберусь.

— Тогда на этом все?

— Да, спасибо. И приятного аппетита, — я кивнула на чебурек.

Герман чуть смутился и опустил глаза, дав мне возможность уйти не прощаясь.

Терпеть не могу прощаться с людьми. За жизнь так и не научилась. Поэтому всегда стараюсь уйти молча.


* * *

Моя маленькая красная машинка ползла через столичные пробки. Милке хорошо, она с мигалкой гоняет на мужнином мерине[92]. Точнее, у них в семье два таких, с одинаковыми номерами. Стоят людишки в пробках, терпят. Милку в спа салон пропускают.

Я ехала на встречу благотворительного фонда «Новое поколение[93]». Сама председатель правления Милана Викторовна Филимонова лично напомнила мне о необходимости присутствовать:

— Прокинешь меня, сучка, придушу и обижусь. Я десять кило белужьей игры выписала. С кем мне беленькую кушать? С курами из министерства?

— Я за рулем, вообще-то, — попробовала отвертеться я.

— Так вылазь, — захохотала Милка. Для нее приезд в столицу из своей деревни уже был праздником.

На светских мероприятиях Госпожа Филимонова любила проявлять патриотизм в напитках и закусках. На сцене мы обе в струящихся платьях от Версаче, как две богини сошедшие с Олимпа благословляли и напутствовали молодые дарования. Главная богиня старалась дышать в сторону и изредка икала.

Потом пошли тосты за здоровье и за процветание. Я держалась, как могла, но нытье Милки и гербовая Смирновка в штофе со слезой[94] сделали свое дело. Первая стопка пошла колом, вторая соколом, третья мелкими пташками. А на четвертой я уже подпевала хору, глядя как Милка сбросив туфли отплясывает с молодым чубатым солистом.

И я думала о величии нашей прекрасной родины, которая настолько щедра и обильна, что никак невозможно пропить, проесть и потратить ее богатства. Мы любим ее всем сердцем, за то, что она нас кормит. А вот за что ее остальные любят, я не знаю.

…Ты неси меня река…

И река несла меня. Я плыла по ней, не погружаясь в холодную темную воду, по верху, легким перышком. Надо мной вставали незнакомые звезды. Ящеры подходили к берегу, топча его кривыми лапами, и я слышала их клекот. С высокого холма раздавались смех и музыка, а в небо взлетали росчерки фейерверков. А дальше из темноты смотрел темный всадник на черном коне. Я не видела его, но чувствовала кожей его взгляд.

— Ну ты дала, мать! — Милка водила рассеяно глазами по сторонам, словно не узнавала никого. Охранники бережно поддерживали ее по обе стороны, пытаясь усадить в авто, но она все никак не могла со мной распрощаться. — Люблю тебя, сучка! Ты одна здесь — настоящая.

Она вдруг обхватила меня, и впилась в губы поцелуем. И было в нем столько одиночества, что я хотела в ту минуту, уехать с ней и греть ее всю ночь своим телом, обняв как сестру.

Но конечно, я поехала домой. Вежливые секьюрити довели меня до двери, убедились, что мне сию секунду не требуется врач, и оставили одну.

В пустой квартире было настолько тихо, что я слышала стук своего сердца. Оно как вселенский метроном отсчитывало ритм у меня в голове. Ступая по ковру в спальню я избавлялась от одежды. Грудь сжимало странным, забытым волнением. Я шла туда, словно к любовнику, хотя точно знала, что постель пуста. В такую ночь нельзя оставаться одной. Это сказала мне Милка. Я прочитала это по ее губам.

Было уже слишком поздно, но он не спал. В трактире стоял шум. Бренчала лютня Двойного Заппы. Кто-то в глубине смеялся и спорил. Орк опирался о стойку смакуя «Задируху» словно односолодовый виски.

— Мариша, — кинулся он ко мне. — Мне рассказали… Как ты?

— Тссссс… — я прижала палец к его губам. — Ничего не говори. Пойдем со мной.

Хидегард заговорил что-то про дневную оплату, но я отмахнулась от него, как от большой назойливой мухи. Это сравнение так насмешило меня, что я упала бы, если б мой орк не придержал меня под руку.

— Пойдем, — я тянула его наверх, — ну идем же…

Даже идиот понял бы намек, а Жакоб идиотом не был. Мы пробрались на второй этаж, словно заговорщики. Орк изголодался по мне, и я его не разочаровала. Мы оба выжали друг друга до предела. А потом я просто уснула, тихо и безмятежно. И мне было плевать, где сейчас мое тело. Ведь я сама была здесь.


* * *

Я проснулась одна и обрадовалась этому. Вчерашний закидон прошел, я снова была свежей, бодрой и злой. Торговля в трактире давала офигенные перспективы. Барыги сюда больше на сунутся. Городской чат до сих пор гудит. Везунчики хвастаются. Лузеры спрашивают, будет ли сегодня товар.

Другая бежала бы вприпрыжку, с песней «Конфетки — бараночки» и лотком эликсиров. А я, дрянь такая, нежусь в теплой постельке и не спешу. И правильно делаю. Мне пофиг, сколько бутыльков я продам. Главное ДуреВар с Пузаном не продадут ни одного. Со вчерашнего дня купить эликсир за два золотых — кринж и зашквар. А падать в цене они не могут. Пара недель, и мы с Жакобом их разорим.

У меня нет этой пары недель, но об этом знает только Макс. Он меня не выдаст, ему в эти дела вообще соваться не с руки. У меня есть пара дней, чтобы нагнуть их, и заставить принять мои условия. Угрозы Пузана мне не понравились. Дело для него стало слишком личным. Надеюсь, Вар поставит его на место. Тот только бабками все мерит. Врагу патроны продаст, если будет спрос.

Я потянулась в последний раз, и пошла трудиться. Стоило кинуть объяву, и в трактир повалил народ. Овсяный кисель шел на ура. Я нашла самый дешевый способ легалайза, для торговли в трактире. Хидегард радовался, клиенты не возражали, а я только успевала бегать наверх за очередной сотней бутылочек. Больше в сумку не помещалось.

МегаКиллер нарисовался неожиданно. Забегавшись я даже пропустила момент, когда он появился в онлайне.

— Так это ты акула бизнеса? — усмехнулся он, садясь за угловой столик, — ты полна сюрпризов, Муся.

— Я наемная работница, Макс, — я состроила невинную мордашку, — Мои бабки ты слил. Приходится крутиться.

— Хочешь сказать, орк тебя нанял? — не поверил тихушник.

— Я вызываю инстинктивное доверие в людях, — гордо заявила я. — Даже если они орки. Да чё ты грузишься, Макс? Я для нас стараюсь. Эти элики нам теперь на халяву достанутся. Обмен.

Открыв экран я накидала напарнику бустеров на ловкость и силу, и эликов жизни. Глаза у Макса лезли на лоб. Это богатство по прежним ценам тянуло монет на тридцать золотом. Сначала победа, потом бухгалтерия. Победителей не судят.

Ладно, — кивнул МегаКиллер. — Это твои дела, главное, чтоб не мешали нашим общим. Ты сказала, у тебя есть неделя.

— Шесть дней, — уточнила я.

— Уже шесть дней. Я накидал график:

Сегодня: мы валим Крока. Ты должна взять шестерку. Статы раскидываешь также в интеллект и в ловку. Вообще до десятки распределяешь их только так. Берешь «Стрейф джамп». Это как твой «отскок», только в сторону.

Завтра: идем в Урочище бить мишек. Они восьмерки, толстые и быстрые. Но по факту — типа гекко, только социальные. Придется побегать, таскать по одиночке. С твоим уворотом ты затащишь. Зато опыта будет падать тонна. Они на два уровня старше. Бьем экспу, пока ты не возьмешь восьмерку. На седьмом и восьмом берешь второй огненный каст. Качаешь до второй ступени. Твоя огневая мощь повышается почти вдвое. Это важно, у мертвяков резист к магии. Дамажить надо сильно.

— Мертвяков!?

— Ага, на четвертый день нам надо выйти к Погосту. Там скелеты девятого уровня и зомби десятки. Там за два дня нам надо докачаться до капа. В крайний день пойдем на Иеронима.

— Босха!? — не выдержала я.

— Просто Иеронима, — не понял Макс, — это лич, босс Погоста. У него 12 уровень. Валим его, и все. Финита.

— Мааакс, — от восторга у меня отпала челюсть. — Ты не думал тренером стать? Это твоё, серьёзно.

— Каким тренером, Муся? — МегаКиллер смущенно улыбнулся, — во мне 57 кг и зрение минус три.

— Подбери линзы или раскрути отца на операцию и иди на йогу. Через пару лет с твоим упорстовом станешь Ботхисатвой. Сгоняешь на Тибет, словишь там просветление. Телочки за тобой табунами бегать будут, и не мыться после того, как ты к ним прикоснулся. Проживешь до ста лет, сохранив эректильные функции в цветнике и почете, — я догадывалась, о чем мечтают подростки, и била наверняка.

— Нееее, — вздохнул Макс. — Отец хочет, чтоб я на юридический пошел.

— Так иди, одно другому не мешает. Иметь диплом, не значит быть юристом. Ты будешь взрослым, Максик. Сам зарабатывать, сам тратить. Твоя жизнь — твои правила.

Макс задумался. Идея прокачать себя в реальной жизни не приходила ему в голову. Он бежал в игру от судьбы, которую придумали и рассчитали за него. Сережа бежал от безденежья. Жакоб, скорее всего, от скуки. И только я ни от чего не бежала. Выиграю пари, и только меня тут и видели.

— На Иеронима надо пати собрать. Вдвоем не затащим.

— Нам бы бафера в группу, — я вспомнила Хикку.

— Ооо, что я вспомнил! — Макс вдруг возбудился до крайности. — Пошли, кое что покажу. — Он вскочил из за стола, и потянул меня за руку.

Игрок MegaKillerIzAda предлагает вам следовать за собой (Да/Нет)

— Макс ты офигел!? — я вдавила «Нет». — Куда ты меня тянешь? Мне еще сорок минут работать.

— Потом доработаешь! — Макс не унимался, — пошли скорее, а то она уйдет!

— Кто уйдет? — любопытство оказалось сильнее, и я пошла за Максом. Он так спешил, что мне временами приходилось переходить на бег.

— Да сама все увидишь, — отмахивался он.

— Куда мы хоть спешим?

— На Торговую.

От Трактира до Торговой — всего ничего. Мы вырулили из за домов и уткнулись в толпу. Народу на площади было явно больше, чем обычно.

Вот — гордо ткнул пальцем Макс, — гляди.

ТВАААААЮЮЮ МАААААТЬ… — выдохнула я.


Глава 36. Империя наносит ответный удар


На лодыжках и запястьях позвякивают золотые браслеты. Им вторят десятки тонких золотых цепочек: на бедрах, на руках, на шее, на спине. Они блестят на солнце, переливаются на смуглой коже, притягивают взгляд. Сеанс массового гипноза.

Пухлые губы, зеленые глаза с вульгарными стрелками. Рыжие волосы затянуты в высокий бл*дский хвост. Яркая, но типовая мордашка. Только кто на нее посмотрит, если ниже задорно подпрыгивают сиськи, едва прикрытые прозрачным топом. Абсолютно прозрачным, сквозь него даже видны набухшие соски и темные ореолы. Весь топ состоит из двух лоскутков красного шифона которые небрежно удерживают все те же цепочки. Снизу такие же прозрачные шароварчики, только чуть более плотные между ног. Мне показалось, что сучка стоит на цыпочках, но потом разглядела ажурные босоножки на тонкой шпильке.

Эта прошмандовка стреляла глазками, покачивала задницей и терлась возле ДуреВара и Пузана, мило щебеча с барыгами. Она словно не замечала общего внимания, а может уже привыкла к такому.

— Какого хрена!? — Я стала оглядываться. — Где стража?

— Не будет стражи, — Макс ухмылялся. — Все законно. Это и есть танцорка. У нее такая классовая амуниция.

— То есть меня за мокрую майку ПэПсы загребли, а эта шмара неглиже может расхаживать, и ей ничего не будет?

— Ага, — Макс наслаждался моим бешенством. Сученок.

Меня бесила не только несправедливость. Я предвидела проблемы. Смутный намек Пузана обрел плоть. Бесстыжую, сисятстую, практически голую плоть.

Это уже не пешка. Эта фигура — как минимум конь. Точнее, кобыла. И надо срочно убирать ее с доски.

— Говорил тебе, бери танцорку, — веселился Макс, — Тебя бы из яслей на руках вынесли.

— Не на руках, а на… на других частях тела. — Настроение упало настолько, что даже матом ругаться не хотелось.

— Тоже вариант, — гыгыкнул МегаКиллер, — зато быстро и с комфортом.

Ненависть женщин, которые считают себя приличными, к шлюхам коренится очень глубоко. Что бы не думали мужчины, в ней нет чувства конкуренции. Это ненависть скрипача — виртуоза к бухому уличному лабуху[95] с треснутой гитарой, шеф — повара мишленозвездного[96] ресторана к торговцу хот — догами, установившему свой вонючий лоток у входа. Шлюхи обесценивают то, что должно быть эксклюзивом. Пусть горят они все в аду.

Макс видимо что-то такое прочитал в моем взгляде. Он подобрал слюни и нашел в себе силы отвернуться:

— Ну что, го на Крока?

— Мне доработать надо. И в реал выскочить хоть ненадолго.

Я сообразила, что не выходила из игры со вчерашнего вечера. Поесть, наверное, надо. Или что там еще в реале делают?

— Оке, — не сильно расстроился МегаКиллер. — Давай через два часа у колючек.

Ловко, словно уж, он ввернулся в толпу и двинулся конечно же к новой знаменитости. Разглядеть поближе. А, зная Макса, возможно еще и пощупать.

— Угу, — кивнула я ему в след и побрела дорабатывать.

Широкую спину орка я заметила издалека. Задумчиво покачиваясь с пятки на носок он разглядывал что-то на стене, возле двери Трактира. Даже мои шаги, а топала я громко, не заставили его обернуться. Афиша. Скромный листок с нескромным содержимым.

СЕГОДНЯ И КАЖДЫЙ ВЕЧЕР!

СУСАННА НЕСРАВНЕННАЯ!!!

С ЭКЗОТИЧЕСКИМ НОМЕРОМ:

«ТАНЕЦ СТРАСТИ»

Ниже изгибалась сама Сусанна. Одежды на ней нарисованной было еще меньше, чем вживую. Хватило одних цепочек. Товар лицом. Даже босоножки где-то потеряла. Зато на моське красовалась золотая полумаска, словно эту прошмандовку с площади трудно опознать по другим приметам.

— А-а-а, Мариша, — заметил меня Жакоб и смутился, — это его смущение особенно выбесило. Возникло чувство, что мы стоим втроем, и Сусанна на афише подмигивает своим бл*дским глазом. Орку призивно, а мне издевательски.

— Да, милый, — я по — хозяйски поцеловала орка в щеку, игнорируя назойливую дрянь.

— Я что-то хотел сказать тебе, и забыл, — взгляд Жакоба стал задумчивым. Он точно не был похож на взгляд мужчины после долгой ночи любви.

Мужчины, не все из них, а только самые наглые и умные, чувствуют этот момент. Когда ты не просто позволяешь любить себя. Когда отпускаешь вожжи. Начинаешь нуждаться в нем. Отдаешься полностью. Бой окончен. Победа. Можно рисовать звездочку на фюзеляж.

— Что я самая прекрасная, и ты восхищаешься мной? — я уже шла с козырей.

— И это тоже конечно. — Орк вытащил из инвентаря какую-то бумажку, заглянул в нее и продолжил уже более уверенно. — Вижу с эликсирами у тебя получается. Но нам надо еще и ингры закупать. Ты уже думала об этом?

Нам. Тим — билдер, бл*дь! «Нам надо хорошо потрудиться, чтобы я смог купить себе Бентли». Я чувствовала, как нарастает во мне бешенство. Как огненной волной оно прокатывается по телу, как пылает в мозгу, выжигая все разумные мысли и доводы. Потрахались, теперь пора и поработать. К станку, Мариша, давай, трудись. А для развлечений, найдется кто — нибудь посвежее и поинтересней.

Стоп. Это как раз то, что все от тебя ждут. Сорваться, закатить истерику. Выставить себя неадекваткой. Ждут ДуреВар с Пузаном. Ждет рыжая дрянь, чтобы я сама расчистила ей дорогу. Возможно, где-то внутри, ждет и сам Жакоб. Для него это все упростит. Поиметь телочку с афиши — что может быть приятнее для самолюбивого орка? А я в этом только помеха. Колоссальным усилием воли я взяла себя в руки. Не дождетесь.

— Дай сюда, я погляжу. Обмен. — Я забрала список прямо у орка из рук. Как ни странно, это сработало.

КРИВКА РЖАВАЯ (суш.) — 500 шт.

ВЬЮНЕЦ СТРЕКУЧИЙ (суш.) — 500 шт.

СОПЛИВКА ДОННАЯ (суш.) — 1000 шт.

… и еще три десятка наименований. При взгляде на список меня замутило. И это не образное выращение. Перед глазами все поплыло, а земля закачалась под ногами.

— Мариша, ты чего? — забеспокоился Жакоб.

— Я офлайн, срочно, — проговорила я, судорожно вдавливая кнопку «Выход».


* * *

Говорят, от хорошей водки не бывает похмелья. Чушь. Все зависит от количества. Мне хватило. Вирт спас от утреннего пробуждения. Но организм достучался до меня даже в прекрасном далеко. Болело все. Затекшая шея, поясница, почему-то ноги. Раскалывалась голова. Но хуже всего другое…

Я ринулась в туалет сдирая с себя на ходу костюм. Он облепил меня как любвеобильный осьминог, и никак не хотел расставаться. Когда организм исторг из себя все лишнее, я переползла в душ и долго сидела под струями ледяной воды. Когда кожа посинела и покрылась крупным мурашками, ко мне вернулась возможность соображать.

Айфончик разрывался от звонков. Пока я была в душе, он голосил трижды. Вытираясь на ходу большим махровым полотенцем, я отправилась на его поиски. Мобильник обнаружился на зарядке в спальне, куда я вчера так и не добралась. Тоня выслуживается. Двенадцать пропущенных. Девять — от Таты. Тут айфончик завибрировал прямо у меня в руках. На экране Натали Ремизова отправляла мне воздушный поцелуйчик. Не слишком актуальная фотка по нынешнему времени.

— Алло?

— А ты в курсе, что у него семья?! У него ребенок маленький! Сука бессердечная! — с ходу напустилась на меня Тата.

— У кого?

— У Леши Ветрова!

— А кто это? — я вложила в голос все возможное удивление.

— Мой сотрудник, — нахрапом меня взять не удалось, и Тата заговорила спокойнее.

— Соооотруууудник, — протянула я ехидно. — Ты чё, на работу устроилась? В офисный планктон? Жизнь дала трещину, денег остался последний мешок?

— Ты дуру из себя не строй, все равно не поверю. Его изуродовали, понимаешь?! Врачи сказали, что останется калекой!

Пронзительный голос Таты вкручивался в мозг, как перфоратор воскресным утром. Нахрена она мне звонит? Чтоб пришить меня к этому делу? Вряд ли. В ментовку она не побежит, тогда и ее делишки вскроются. Выяснить, что я знаю? Раз ее Леша в больнице, — значит достаточно. Тогда просто давит на психику, заставляет паниковать, совершать ошибки. Любимая Таткина тактика. Брякнуть что-то, замутить воду, и глядеть как остальные барахтаются.

— Ты плати сотрудникам лучше, чтоб на хороших врачей хватило. А то жадничаешь небось. Набираешь по объявлению. Они и дело запарывают, и травмы на производстве получают.

— Все что надо, он сделал. — воткнула шпильку Тата. Не удивлюсь, если ради этой фразы и затевался весь разговор.

— Тогда в следующий раз нанимай холостых и бездетных, чтоб некому было их оплакивать, — сказала я, нажав на отбой.

Сука. Все — таки вывела из себя. Что он сделал? В чем была его задача? Что, бл*дь, вообще происходит?! Как же болит голова… Сейчас бы томатного сока… водки… табаско… и размешать палкой сельдерея[97]. Нельзя. Когда вокруг твориться херня, голова должна быть ясной. С отвращением я заглотила горсть таблеток, запила минералкой и погрузилась в спасительный вирт.


* * *

— Смещайся вправо, — сказал МегаКиллер. — Если не убила с двух кастов, отскоком уходи назад и вправо. Я там прошел. Там чисто. Нет риска собрать паравоз.

— Ага, — покладисто кивнула я. — Погнали дальше.

Мы шли через гекко, как теплый нож через масло. Я наслаждалась моментом, когда не надо ни с кем разговаривать. Все моё дневное бешенство выплескивалась в огненных вспышках. От этого казалось, что файеры получаются особенно злыми и жгучими. Даже Макс не отвлекал, вставляя фразы коротко и по делу. Идеально.

Чтобы доработать смену в трактире мне хватило получаса. Я смылась оттуда, разминувшись с орком, да и не слишком хотела его видеть. Хотя время в запасе еще было, МегаКиллер уже ждал меня у зарослей. С небрежностью героя вестернов он сидел на камне, перекладывая из сумки в колчан какие-то блестящие штуковины.

— А что это за стрелы такие… блестящие? — я заглянула через плечо.

— Это не стрелы — это болты. Слышала выражение «положить болт»? Вот это про них.

— А-а-а, — только протянула я, хлопая глазами.

— Они бронебойные, — хохотнул Макс, оценив мое замешательство. — Для ящера, самое то.

Я оценила и бронебойные стрелы, и превосходство восьмого уровня над мобами третьего. Гекко падали как тряпки, с одного выстрела из арбалета. Я пыталась, но не могла угнаться за ним. На ящера уходило два — три каста с разрывом в пять секунд. Пока я возилась с одним, Макс подбивал двух — трех. Зато я сама себе нравилась. Быстрая, ловкая, смертоносная. Не хватает правильных хэштегов: #танцысогнем #файердетка #зажигаемвнубятнике…

— Муся, блин! — МегаКиллер пришпилил стрелой ящера к кактусу прямо за моей спиной. — Хватит сэлфиться, на респ улетишь!

— Маакс, ну я стрим настраиваю. Дай минутку!

— Было б что тут стримить. Го! А то до вечера не дойдем.

Я надула губы и побрела за ним. Цифры в просмотрах все равно подрастали. Пока шел откат я сочиняла завлекалочки, а во время кастов принимала эффектные позы. Хотела даже сменить костюм, немного потеряв в убойности, но Макс просек ситуацию, и так зарычал на меня, что пришлось переодеться обратно. Печалька.

Мы словно зачищали в зарослях широкий коридор. Безопасным он оставался недолго, гекко респились быстро. Я не думала, что пустырь такой огромный. Мы шли уже больше часа пока не наткнулись на плотную стену колючек.

Игрок MegaKillerIzAda (8) предлагает Вам вступить в группу (Да/Нет).

Ну наконец-то! Соглашаюсь и вижу перед собой показатели Макса. Нет, лечить его не буду, пусть даже не просит. Шучу. Жизни у нас — по полной, ящеры нас даже не поцарапали.

— Слушай и запоминай, — Макс был серьезен. — Дальше залы со свитой. Перебить надо всех, иначе не откроется проход. Гасим мобов по одному. Они не социальные. Агрятся только на дамаг. У них есть рейндж. Не стой на месте, после каста сразу отскок. Уходи всегда вправо. Не зацепи никого. Мы вытянем на изи, но толпой нас нагнут.

Я хотела спросить, как ящеры могут нас нагнуть, и главное, с какой целью, но он уже исчез в зарослях. Тропинка вывела нас не в зал, а скорее на огромную поляну.

Гекко здесь были крупнее, жирнее и злее. Да это были и не гекко. «Кислотный бронеплюй», прочитала я у них над башкой. Макс ошибся. Ящеры не стояли как обычно, словно сытые ленивые коровы. Они шипели, хлестали себя хвостами и плевались. Все потому, что мы были не одни.

— Опа — опа! — обрадовался Макс. — Го группу!

Трое, нет четверо. Пухлая коротышка с темными кудряшками пряталась за спинами остальных, и я ее поначалу не заметила. А вот она меня — сразу.

— У этой сучки моя шляпка! — завизжала она как подорванная. — Отдай шляпу, дрянь!

— Бляяя, Мариша — у Макса случился фейспалм, — как ты умудряешься встревать вообще во всё?

— Кто нашел, того и шляпа! — возмутилась я.

— Грета! Хил! — взвыл их танк, приземистый полугном.

Он прикрывался ростовым щитом, в который прилетали плевки сразу от трех ящеров. Щит успешно сдерживал кислотного цвета плюхи, но мелкие брызги окатывали танка с ног до головы. Они были едкими или жгучими и полугном болезненно дергался. Слабак.

Одного из ящеров осыпали стрелами два следопыта в одинаковых магазинных худи. Одета пати была добротно, но скучно. Только гном мог похвастаться зелеными чашуйчатыми наручами. Чертов доспех Пифона. Значит Крыса уже прошли, и теперь подбираются к Кроку. Интересно, как танк собирается нанести больше половины урона? Видимо боссу предстояло умирать долго и мучительно.

«Златогор» звали полугнома. На себе он не экономил: добротная кольчуга, крепкий, не меньше чем «неплохой» шлем. Про щит я уже говорила — здоровенный как дверь гаража. Одинаковые с лица лучники Дрист Ветров и УмриОтСтрелы, оба в капюшонах, даже цвет волос не различить. И наконец, коротышка, с дурацким именем VinniGretka. Пожрать что ли любит? Над ее головой гордо значилось «маг», но я знала цену такой магии. Она единственная оставалась на третьем уровне, остальные уже взяли четвертый. Я считала их бестолковой мелкотней, а вот МегаКиллер так не думал.

— Го пати, народ! Нам доспех не нужен, берите себе! Мы за значками, — предпринял еще одну попытку Макс. Но его миролюбивый месседж не был принят.

— Воровка! — не унималась пышка.

— Аптечка… овечка… бэээээ! — не осталась в долгу я.

— Ты нас нарочно под вайп подвела!

— Да вас не надо подводить, — охренела от такого обвинения я. — Вы сами слились, крабы криворукие!

Это ругательство я подслушала в трактире. Людей надо оскорбл*ть на их родном языке. Так гораздо обиднее.

Теперь на меня развернулась вся компашка. Винигрета перехватила посох, словно колхозница скалку, а лучники зачем-то взяли меня на прицел. С ящерами остался бодаться один танк. Одного слива ребятам явно было мало. Лох — это судьба.

Кажется, эту фразу я тоже сказала вслух. У Дриста не выдержали нервы, и он стал палить в мою сторону. Стрелы ожидаемо пролетали мимо, а я приняла язвительно — скучающую позу. Разве что не зевала.

— Мариша, сзади! ОТСКОК!!! — заорал МегаКиллер.

Я, конечно, сначала посмотрела, от чего отскакивать. Такое зрелище я уже один раз видела. В Кении. Одна дура решила сфоткать носорога. В сумерках. Со вспышкой. Когда тяжеленая злобная туша приближается к твоему джипу, чувствуешь себя маленькой — маленькой, и такой хрупкой, словно твои косточки сделаны из стекла. После мужики все вместе проставились водителю лучшим вискарем, который был в той дыре.

Про навык я вспомнила, когда ядовитый плевок уже повис в воздухе между мной и ящером. Движение ладони… и я улетела нахрен с поляны, оказавшись в зарослях за стеной, прямо посередине тропы. Правую руку и плечо жутко щипало, на коже вздулись противные волдыри. Жизнь убегала по 5–10 пунктов, каждые несколько секунд. Я выпила красную бутылку, потом еще одну. Прошло минуты две, пока жжение прекратилось, а кожа снова стала гладкой и красивой. Я снова нырнула в узкую тропинку, дошла до ее конца и аккуратно выглянула наружу.


Глава 37. Буря в пустыне


Четверо бронеплюев зажали в угол пати Златогора. Еще один валялся, словно куча мусора. Грохнули, но лут собрать не успели. Идиоты. Сами себе подгадили. Ящеры зажимали танка подбираясь все ближе, готовые пустить в ход убойные хвосты. Винигретка хилила по откату. Она заметила меня, но отвлекаться не рискнула, только злобно сверкала глазками. А вот Макса нигде не было.

Мариэль (5): Макс ты где?

MegaKillerIzAda (8): в инвизе?

Мариэль (5): ГДЕ??

MegaKillerIzAda (8): в невидимости

MegaKillerIzAda (8): давай уходи вправо… бери крайнего ящера и разбирай

Мариэль (5): а давай они сольются сначала?

MegaKillerIzAda (8): да что ты кровожадная такая!

MegaKillerIzAda (8): пусть воюют… отвлекают на себя… нам же лучше

Мариэль (5): чё они вообще тут делают? как их пустило?

MegaKillerIzAda (8): это же не данж… просто рейдовый босс… кто успел-тот и съел

Я послушалась Макса. По кромке зарослей, которые сплелись в глухую стену, прошла вправо, подальше от нервных соседей. Выбрала место, куда буду отпрыгивать и запулила первый файер в голову бронеплюю. С почином.

Кислотный бронеплюй (4) 2018/2400

Прыгать пришлось сразу же. Обиженный ящер задрал морду, смачно харкнул и запулил в меня сгустком кислоты. Отскок. Ящер не стоит на месте. Бежит. Торопится. Жду отката. Сердце колотится как заполошное. Хочется припустить бегом, смыться подальше от этой твари. Жду. У него тоже есть свой «откат». На шее бронеплюя набухает бугор, уродливый зоб. Сквозь шкуру видны яркие прожилки. Я читаю его как фиша[98] в холдеме[99]. За секунду до плевка ухожу отскоком. И тут же с новой точки кастую файер. Огонь прокатывается по шее и спине. Бронеплюй ревет. Вертит башкой чтобы взять меня на прицел.

Где же Макс? Какого хера он заныкался в своем инвизе? Ящер только выглядит тупым. У него есть план. Он прижимает меня к зарослям. Загоняет в угол, как крыску из поговорки. В прошлый раз меня выкинуло на тропу. Но сейчас она далеко в стороне. Что будет при отскоке? Выкинет снаружи? Слишком явный чит. Скорее прижмет спиной к колючкам, как мишень в тире.

Ящер все ближе. Прикидываю расстояние, и когда тварь поднимает морду, разворачиваюсь к ней задом и делаю отскок. Кислота растекается по стене из кактусов. Хитрый навык проносит меня мимо обалдевшего ящера прямо к нему в тыл. Прицеливаюсь, пижонски вскинув руку, вдруг эти убогие смотрят, и вгоняю огненный шар бронеплюю под хвост.

Я не учла одного — зоны агро. Меня забросило слишком близко к соседнему ящеру. Тот прищурился подслеповато, кашлянул, и на его горле стал надуваться бугор. Оба навыка на откате. Вдруг навалились усталость и безразличие. Беги — не беги, плевок кислотой в упор я не переживу.

Стрела возникла из ниоткуда, из воздуха. Коротко, басовито прожужжала и вонзилась бронеплюю в левый бок, чуть ниже лопатки. Не стрела. Болт. Он вошел почти до оперения. Ящер запнулся и осел, словно он надувной, и из него вдруг выпустили воздух. Из уголка рта потекла на песок струйка кислоты. Несостоявшийся смертельный плевок. В меня. Интересно, а собирать ее можно? Наверняка ценный ингредиент.

Макс появился вдруг и сразу. Только что было пустое место, и вот он МегаКиллер. Стоит, ржет и хвастается.

— Как я его, а!? Крит из инвиза с тройным дамагом!

— Максик, тут у нас война… — ласково напомнила я.

Подкопченный мной ящер уже развернулся и бежал обратно, лелея планы мести. Макс небрежно наложил граненый болт, и явно рисуясь, навскидку выпалил в бронеплюя. Я добавила вдогонку огня. Ящер не выдержал двойного удара и сдох прямо на ходу.

— Лутай, Мариша. Ты у нас казначей, — махнул рукой МегаКиллер.

Никакой кислоты мне не дали. Ни одной чешуинки тоже. Скучные 7 и 5 серебрушек, и «скверный» кинжал. Представить, что обладатель такого хлама дошел сюда и был съеден бронеплюяеми, я могла с трудом. Очередная условность.

Положение стало проще и понятнее. Четыре ящера щемили наших новых знакомых. Один чувствовал себя плоховато, пошатывался и спотыкался. Лучники делали свое дело, только медленно. Танк хотя и размахивал в воздухе штуковиной, похожей на молот, от ящеров пятился, и в прямое столкновение не вступал. Соблюдал дистанцию.

Еще восемь тварей бродили по поляне, шипели, но в драку не лезли. Простора стало больше, мы могли маневрировать. Я вытаскивала ящера на себя, так чтобы не задеть остальных, уводила в сторону отскоком, и подставляла под стрелу Макса. Нужно было влепить три файера, чтобы выстрелы из арбалета не переагривали бронеплюев.

Дважды меня задевало брызгами. Первый раз я засмотрелась на стрим. Счетчик бежал вверх! Нашу битву смотрели полторы тысячи зрителей! Я полезла поправлять хэштэги и взвыла от кислотного ожога. Плевок прилетел в землю, в метре от меня. Кислота окатила бедра и колени, а чулки светились дырами. «Прочность 7 %» — прочитала я. Мои любимые дизайнерские чулки +5 к харизме! Боль моральная была куда сильнее физической. Я скорее забрала их в инвентарь, чтобы не развалились совсем, и продолжила бой сверкая голыми коленками.

Второй раз отвлеклась на комменты:

ТЫ СУПЕР!

ВЕРНИ ЧУЛОЧКИ!!!!!!!!!

А? А?А? А?

СДОХНИ ТВАРЬ!

НЯША!!!

МУРМУРМУРМУР

ПОКАЖИ СЕРДЕЧКО!

Только я подняла ладони, как левую руку обожгло болью. Жизнь просела сразу вполовину. Пришлось снова глотать бутылки и сворачивать экран стрима.

Любитель теории Макс сам не умел ни отскакивать ни стрейфить… нихрена подобного. А его волшебный инвиз откатывался пять минут! Я фыркнула, но взяла на себя роль приманки. Приятно быть хоть в чем-то круче игрока — восьмерки. Зато стрелял он мощно. Второй болт оказывался смертельным.

Ему прилетело только раз, зато качественно. То ли один из файеров прошел вскользь, то ли сыграл свою роль всемогущий рендом, но после третьего каста ящер не глядел на меня влюбленными глазами. Он обиженно рявкнул, получив болт под лопатку, и залепил МегаКиллеру плюху прямо в грудь.

На этом наш рейд и закончится, подумала я. Без напарника я не вытяну.

— Получи сука! Вот тебе! Сдохни! — я швыряла ящеру в морду камни, целя в глаза, — отвали от него, мразь!

Иконка Макса выглядела странно. Она была серой, неактивной, но полоска жизни не обнулилась, застряв глубоко в красной зоне и рывками уменьшаясь. Тихушник валялся сломанной куклой, не думая улетать на респ. Дебаф. Дебаф и кислота. Еще немного — и она его добьет.

Злясь на саму себя вытягиваю руку, сложив два пальца. Цель отмечена