Человек-Зверь

То, что человек - это зверь ни для кого не секрет. И даже не в физиологическом плане, а именно в психологическом, душевном, духовном. (Хотя, не хочется обижать зверей. Они порой гораздо более человечнее самих людей). И как же круто мой любимый Эмиль Золя нам всем об этом лишний раз напоминает.Совершенно жуткая книга. И, читая её, я невольно задумывалась - откуда Золя все эти нюансы так хорошо умудряется прочувствовать? Откуда он с таким тонким психологизмом описывает чувства, мысли, эмоции убийц (а их тут, к слову сказать, достаточно). Неужели это его фантазия? Или у него у самого были такие мысли в голове? Сложно представить, поскольку описано это действительно потрясающе.У всех этих убийц свои мотивы, свои "сумасшествия". Кто-то готов убить из ревности, кто-то из-за жажды отомстить, кто-то из-за денег, кто-то от безумной, неизлечимой тяги к насилию. Одни пытаются с этим бороться, а кто-то находит себе оправдание (сложно представить, но это факт). И автор замечательно рисует портреты этих разных героев повествования. Причем есть такие, которые изначально предстают перед нами зверьми, а есть те, кто раскрывается по мере развития сюжета. И еще неизвестно, кто из них хуже - тот, кто по сути своей зверь (возможно, где-то даже неумышленно), а кто постепенно к этому состоянию приходит.
И все же мне показалось, что тема ревности тут главная. Человек способен превратиться в зверя из-за ревности. Способен убить из-за ревности. А ведь всё из-за низкой самооценки. Ощущение, будто в человеке что-то обрывается и он уже не в состоянии себя контролировать.Но тут ведь еще дело не только в "зверях-убийцах". Тут есть "звери" иного плана. Те, кто, например, развращает малолетних.И за всем этим стоит Паровоз. Как символ. Тут у него даже имя есть - Лизон. И у меня такое ощущение, что автор симпатизирует в книге только ему (точнее ей). С каким восторгом и гордостью он о Лизон рассказывает, и с какой горечью он с ней прощается. Почему-то ни одна смерть в этой книге не произвела на меня такое впечатление и не вызвала бурю жалости, как финальная сцена с Лизон...Ну а кроме того книга очень актуальна. Все эти низменные чувства и грехи будут преследовать людей во веки веков. Ревность, жажда власти и денег, прелюбодеяние и жадность - от этого человечество никогда не избавится. И это делает людей зверьми, способными даже на убийство.С удовольствием продолжаю цикл "Ругон-Маккары".

Казалось бы, что ещё можно ожидать от Золя, немало тем уже освещены, каждый том затрагивает ту или иную проблему, всё расписано до мелочей... Нет же, оказалось, ещё не все силы исчерпаны! Страшно подумать, что ещё будет впереди!
На самом деле, если оценивать объективно, то по воплощению задуманной идеи, оценка только "отлично". Но, т.к. я не очень люблю читать про убийства и людей с разными отклонениями, про подробности, совершаемые жестокими героями, оценка снижена. Это лишь по субъективному восприятию.
Для меня это некий триллер с элементами детектива. Здесь мы встречаем второго сына Жервезы, Жака Лантье. Человек оказался странным. Внешне привлекателен, работоспособностью и ответственностью отличается от других. Ни в чём нелицеприятном замечен не был. Однако, он обладает настолько извращённой особенностью, что и представить себе трудно. В чём-то он напомнил мне ГГ из «Парфюмер. История одного убийцы» Патрик Зюскинд . Сложно сравнивать, кто из них менее хладнокровен и жесток, если речь идёт о потере человеческих жизней. Трудно себе представить рядом такого человека! Хотелось бы верить, что подобные существа бывают только в книгах. Кроме Лантье речь идёт о супругах Рубо, жизнь которых протекает спокойно до определённого момента. Оказывается, супруг Рубо ревнив до безобразия. Ему открывается тайна жизни его супруги до замужества. С этого момента их жизнь меняется кардинально. Они совершают невообразимое. Сойдёт ли им с рук содеянное? Останутся ли они безнаказанными? Флора - девушка, влюблённая в Жака Лантье. Сначала она даже кажется привлекательной, милой, но необразованной деревенской девушкой, что не является её недостатком. Но и в ней живёт определённый "зверь", который мешает смотреть здраво на вещи. Кто из перечисленных героев больший зверь? Каждый из них по-своему ужасен и безчеловечен. Кого-то гложет вина, кого-то нет. Невинные люди страдают от подобных зверей.
Очередная книги автора, которая удивила и поразила.

После знакомства с двумя произведениями Золя, пока воспринимаю его как автора производственных романов.
В «Дамском счастье» отлично показана жизнедеятельность галантерейного магазина, «Человек-зверь» же показывает мир поездов и машинистов. Поезда тут представлены, как живые существа с характерами. А эпизоды со снежными заносами и другими экстремальными ситуациями описаны необычайно круто. И концовка очень классная! Также, в романе немного отражена работа правоохранительной системы и показаны ситуации, когда власть ради сохранения репутации закрывает глаза на преступления.
Аннотация очень спойлерит половину книги. Но даже так, вторая часть очень удивляет большим количеством событий. А вообще, сюжет начинается с того, как жена с мужем скрывают совершенное преступление.
Была наслышана, что «Человек-зверь» это триллер, но мне он показался скорее драмой, смешанной со сплетнями, интригами и низменными желаниями. Тут полно любовных и семейных разборок и почти все персонажи ведут себя так: «Я хочу, а остальное меня не колышет». Из-за этого я не сочувствовала никому – наворотили герои предостаточно. Виноват будет каждый)) Но с психологической стороны персонажи описаны интересно, показана их моральная деградация на протяжении романа. Автор многократно сравнивает многих героев с дикими зверьми. Любопытный момент: введение в сюжет статной, дикой девушки с характером воительницы.
В «Человеке-звере» Золя попытался объяснить природу маньяка: жаль, что все свелось к инстинкту первобытного человека.
Роман качается: то тихо плещется, то бушует волнами. В некоторые промежутки я откровенно скучала (сцены видов из окна и сплетен соседок по дому я быстро пробегала), но затем сюжет снова разгонялся. Повествование охватывает довольно большой промежуток времени, и герои даже успеют впасть в дремоту.
В результате: очень спокойные впечатления от романа. Но он все равно весьма хорош – абсолютно не устарел. Просто второстепенные персонажи и сцены с поездами у меня вызывали больше эмоций, чем любовная возня двух главных героев)) Поэтому оценка 4/5.

Свою серию о семействе Ругон-Маккаров писатель задумал, дабы проследить влияние наследственности на последующие поколения, какое действие оказывает среда на формирование личности и что важнее социум или все же гены? Так получилось, что цикл читаю вразнобой, надо отдать должное Эмилю Золя, это совершенно не мешает восприятию книг. Главный герой данного романа машинист Жак Лантье, сын прачки Жервезы. Ее история падения и полной деградации подробно описана в романе "Западня" (пока все же он, лично для меня, остается лучшим в серии.) Условия, в которых росли и воспитывались четверо детей Жервезы далеки от идеальных, впрочем, само слово "воспитание" слишком громко звучит для данного случая. И если историю о судьбе старшего сына Клода- художника-импрессиониста ("Творчество") можно назвать "картинным романом", а младшего Этьена ("Жерминаль"), повествующего о борьбе шахтеров за свои права, "революционным", то судьба среднего Жака скорее напоминает детектив. И безусловно, все книги относятся к жанру "психологического романа".В вагоне поезда убит миллионер, председатель окружного суда, человек близкий королю, вращающийся в высших эшелонах власти, господин Гранморен. Автор не делает интриги из того, кто убийца и каков был мотив. Задача в другом, показать психологический портрет преступника, раскрыть темные стороны личности, способной на убийство, проанализировать состояние преступника после совершенного преступления, нащупать те нити, которые связывают людей-зверей."Человек-зверь", "в нем проснулось что-то звериное", "как зверь он набросился на нее" эти фразы писатель применяет сразу к нескольким своим персонажам. Звериное сидит в каждом, оно дремлет, порой прорывается наружу, кто-то силой воли может сдержать свои чувства, кто-то даже и не пытается по той причине, что вовсе не считает пороком. Войны, конфликты на религиозной, национальной почве не оттого ли, что в каждом из нас дремлет человек-зверь? Требуется определенная почва, среда, ситуация и он просыпается. Спокойный и внешне интеллигентный человек, когда наступили на "больной мозоль", может превратиться в чудовище, в гневе изрыгая из себя желчь, злобу, ненависть к обидчику. А вот, чтобы убить? Автор утверждает следующееРазве к убийству приходят путем рассуждений? Нет, убийство — это инстинктивный порыв, голос крови, пережиток древних схваток, вызванных необходимостью жить и радостным чувством своей силы.Каждый из героев романа, охваченный желанием обладать тем, что не принадлежит по праву, чтобы добиться желаемого, находит самый короткий путь - убить другого, того, кто стоит на пути. И если Жак - зверь "по наследству", корням, уходящим к предкам; то есть еще другие: зверь, не убивший никого, прикрывающийся положением в обществе, пользующийся властью и вседозволенностью, который развращает малолетних девиц; зверь, поддавшийся первому порыву, из-за ревности режет горло сопернику; зверь, методично и медленно отправляющий на тот свет супругу из-за жажды денег; зверь, из-за мести, готовый убить обидчиков и совершенно не важно, что при этом могут пострадать совершенно чужие, ни в чем не повинные, незнакомые люди. Понимание совершенного, раскаяние, приходит, увы, не к каждому. Зверь испытывает радость, временное успокоение, не замечая, как дьявол, вселившийся в душу, приступает к дальнейшему ее разложению.

Надо ж было к терроризму из "Моя сестра живет на каминной полке" еще и Золя добавить. Я не знаю, везение это? Подобное к подобному.Название книги пишется через дефис, но я бы там тире поставила. Человек - это зверь. Ведь в тексте не один "зверь", а целое стадо. Коренные французы, между прочим. И без аллахакбара можно поезда под откос пускать, насиловать и трепетать в ожидании убийства. Человеческое? Звериное?Золя - мастер на все руки. Теперь точно назначаю его писателем года. Третье произведение - и снова совершенно новое направление (душа художника в "Творчестве", коммерсант и реклама в "Дамском счастье") - разрушительный инстинкт, тяга к насилию и система судопроизводства в Ч-З. Я не понимаю, как можно было так глубоко, бескомпромиссно и страшно описать мысли и чувства убийц - всё внутри сжимается от крика "такого быть не может!!!"; потом открываешь новостную ленту и падаешь в "может". Не зависит от национальности, от идейности и веры - просто есть люди с инстинктами тигров-людоедов - и Золя про них написал откровенный и жуткий текст.Самый страшный эпизод, когда Жак сидит напротив девушки в поезде, которая взахлёб рассказывает о муже, о грудном своём ребёнке, о счастье и радости жизни. А мужчина просчитывает, куда ударить ножом. Он ни на миг не задерживается на её ЖИЗНИ, прекрасной, юной, дарящей и впитывающей свет и любовь. Он тупой больной людоед. Нет смысла распинаться, что не все тигры такие, есть благородные и убивающие только с голодухи, для тигрят своих маленьких, природа у них такая опять же. И поэтому нужно понять и простить конкретно этого урода.Точно также невозможно без дрожи переживать то, что натворила Флора. От её размышлений сводит желудок. И ведь ей до конца было по барабану, чьи кости перемешались с паровозным железом. И нельзя отказать этому зверью в сознательности - они обдумывают поступки и желания, их путь к преступлению длителен, не аффективен. Это осознанное причинение зла другому человеку. Какое оправдание можно придумать? Никакого.Кстати, Золя обходится без морализаторства. Для меня это очень ценное качество в человеке - он видит, что здесь нечего даже и объяснять. И, возможно, мы с ним не правы в этом. Практика показывает, что многим требуется вывод: убивать - плохо, насиловать нельзя, войне - нет, женщина - человек и так далее.Сложно оторваться от тех сцен, которые напоминают актуальные новости, и переборов эмоции, увидеть что-то еще в романе. Образ Северины интересный, она тоже убийца, но в ней много от жертвы, и этот персонаж в другое время меня бы очень занимал. Еще обратила внимание на описание судопроизводства во Франции, Золя явно это волновало и горького сарказма там много. Думала, что это реакция на дело Дрейфуса, но нет, оно прогремит еще через 4 года после выхода романа. Однако уже по Ч-З ясно, что Золя не мог не встать на сторону Дрейфуса. За что ему дополнительные аплодисменты.
А нет, не туда посмотрела, как раз роман был написан после и доказал, что Золя - последовательный дрейфусар.Книгу было очень тяжело читать. Тяжело, что людоедство это обычное человеческое качество и никуда от него не деться.

«О, эта ночь, какой вихрь мучительных мыслей среди сигнальных свистков, громыхания колёс и качки вагона...».____Довольно сложно объяснить мою страсть к поездам, она просто есть – и всё. Сидеть с кружкой чая и интересной книгой, в то время как за окном проносятся живописные просторы, а размеренный стук колёс убаюкивает, – о, как же это прекрасно! Потому меня эта история и захватила буквально с первой же страницы, ибо она посвящена ей – волнующей и стремительной железной дороге. Впрочем, как это обычно и бывает у Золя, романтизм в его творении отыскать довольно сложно (хотя можно, если сильно постараться), зато нуарности хоть отбавляй. На его железной дороге нет ни красоты, ни уюта, ни спокойствия, здесь обитают мрак, страх и пороки, и там рыщут они – звери, мечтающие утолить свой ненасытный голод.____И у каждого он свой: у одного это ревность, у другой алчность, третий желал пролить кровь. На этот раз особое внимание было уделено не столько характерам героев, сколько их внешности: на первый взгляд приличные и приятные, они то и дело выказывали терзающий их голод то затуманивающимся взглядом, то невольной гримасой, а уж что происходило у них тем временем внутри... Окружающие их люди были ничуть не лучше: одни чуть ли не до смерти избивали женщин (и никто ничего с этим не делал, а зачем; тоже своего рода звери), другие травили жён ради наживы (ох уж эта тысяча франков), кто-то и вовсе был готов уничтожить целую толпу, лишь бы отомстить за отвергнутую любовь (описание крушения – моё почтение, читать было страшно). Похоть, тщеславие и злость разрывали этих с виду порядочных людей, и пусть правосудие в угоду власти и не наказало виновных, они всё равно ответили за содеянное, ведь от внутреннего разрушения никуда не деться, как ни успокаивай себя, что всё осталось в прошлом.____Но почему люди вообще идут на столь страшные преступления? Мне понравилось раскрытие мотивов персонажей, но зацикленность на инстинкте не могла не выводить из себя, и раздражал меня не автор (стоит принимать в расчёт теории того времени), злило меня то, что и по сей день любое насилие оправдывают инстинктом, не понимая, что вообще стоит за этим словом. Психологические проблемы и усугубляющие их пагубные привычки, чувства и эмоции, воспитание и среда – что только не способно повлиять на человека, но никак не первородный – серьёзно? – грех; это понимание настолько пугающе, что люди предпочитают верить в силу каких-то там инстинктов, ведь это куда проще, нежели рассматривать множественные факторы. Разворачивающийся на этом зверино-безумном фоне цирк со следствием, защитой режима и вниманием общественности лишь подчеркнул отчаянность всего происходящего, ибо прошло полтора века, но ничего, ничего не изменилось. Видимо, и не изменится.____А поезд всё продолжает свой яростный бег... Было что-то невыносимо печальное в том, что, показывая звериную сущность людей, Эмиль Золя очеловечил паровоз; «Ей казалось, что все колёса поезда врезались ей в сердце», – именно это чувствуешь после гибели этого прекрасного мощного создания. Вот он, прогресс: то, что должно приносить благо, вполне может и уничтожить, ибо таких зверей невозможно полностью подчинить, как и людей. В финальных кадрах, в этом несущемся на погибель паровозе, забитом отправленными на убой солдатами, показано просто всё. Звери, вокруг одни звери.«Нечего и говорить, железные дороги – чудесная штука, ездить можно быстро, да и народ становится от них как будто умнее... Звери, однако, остаются зверьми, и какую бы хитрую механику ни выдумали люди, всё-таки звери от неё не выведутся».

Ярость Рубо не проходила. Минутами, казалось, она затихает, но вслед за тем снова охватывала его, как опьянение, заливала могучими волнами, уносившими его в своем круговороте. Вне себя метался он по комнате, размахивая кулаками, весь во власти налетевшего на него вихря бешенства, подчиняясь одной лишь потребности — как-нибудь насытить пробудившегося в нем зверя. Это была чисто физическая, непреодолимая потребность, жажда мщения, терзавшая все его существо. У него не будет ни минуты покоя, пока он ее не утолит.Думала, что любимый автор, у которого прочитано уже не одно, не два и даже не десять произведений, удивить особо меня ничем не сможет, порадовать интересной историей– да, увлечь происходящим и заставить испытывать море эмоций – естественно, но удивить… Оказалось, что я ошибалась, абсолютно неожиданно прямиком из конца девятнадцатого века я получила самый настоящий напряжённый, кровавый и жестокий триллер, уровню которого могут лишь позавидовать многие современные романы в данном жанре.Супруги Рубо недолго были счастливы вместе, совершенно случайно муж узнаёт, что опекун, крёстный отец, благодетель и покровитель его красавицы-жены Северины, который вырастил оставшуюся сиротой дочку служившего у него садовника, тот ещё старый сластолюбивый козёл, не пропускающий на своём пути ни одной юбки и чем моложе та юбка, тем лучше, благо деньги и связи позволяют не особо заморачиваться ни по поводу возраста желанных девиц, ни даже по поводу согласия оных. Супруг, который вдруг обнаружил, что ему на брачное ложе подсунули попорченный товар, рассвирепел не на шутку и единственное, что может примирить его с дальнейшей жизнью это месть.Так начинается история людей, что жили, как звери, вспомним название романа, которое кстати вроде и подходит, но не совсем, оригинал точнее, здесь речь идёт скорее о таких представителях рода людского, которыми управляют в основном лишь инстинкты и они не могут и/или не хотят им сопротивляться. Похоть Гранморена, того самого старика, ярость Рубо, желание убить, потому что это высшая степень обладания любимым человеком, у Жака Лантье, жадность Мизара, заставившая его годами травить жену, уязвлённое самолюбие отвергнутой Флоры, стоившее жизни десяткам людей, похоть пробудившейся в Северине женщины, что сметёт всё и вся на своём пути лишь бы получить желаемое, ревность кочегара Пекэ, дающая ему силу для убийства.Похоть, ярость, ревность, жадность, доведённые до крайности и тем самым превращающие людей всего лишь в их подобие. Золя задумывал этот свой роман в некоей мере как ответку «Преступлению и наказанию» Достоевского, если у нашего соотечественника убийца терзается философскими вопросами и терзается тем стоит ли ему терзаться, то у Золя никто не сомневается в том, что он/она правоимеющий, они об этом даже не задумываются, потому что в мире каждого из его героев на первом месте не мысли, а чувства, не права, а желания, в центре мира каждого из них лишь Я и моё хочу, всё остальное, включая другие человеческие жизни, не важно.Поэтому и полицейское расследование уходит совсем в другом направлении, ведь комиссар пытается понять произошедшее, руководствуясь логикой обычного человека, в картину которой вписывается убийство из-за наследства, но не вписывается убийство одного любовника из ревности, чтобы потом позволить чуть ли не в открытую завести другого. Вообще, расследование стоит отдельных слов, критика судебной системы тоже была одной из целей Золя при написании данного романа. Кому нужна истина, если она выставляет в дурном свете существующий режим и власть имеющих? Лучше отпустить убийцу на свободу и спустить дело на тормозах, чем признать, что жертва не просто богатый и почитаемый член правительства, а педофил и насильник.И на контрасте со всей это человеческой мерзостью сеттингом Золя выбирает то, что в его время являлось символом торжества человеческой мысли, вершиной технического прогресса – железные дороги и поезда. Все герои так или иначе связаны с ними, работают на них, обслуживают, да и все убийства, которых в книге хватает, происходят либо в самих поездах, либо в непосредственной близости от них, с их помощью скрывают улики и добывают себе алиби, а Лизон – поезд, на котором служит Жак Лантье – Золя описывает скорее, как живую женщину со сложной судьбой, чем как бездушное транспортное средство.Чего уж там, описания это, пользуясь современным языком, одна из фишек автора, они ему удаются просто потрясающе, не важно, о чём он пишет: о парижской бирже, где проигрывались состояния, светском балу, полном лжи, лицемерия, красоты и богатства, первом французском супермаркете, или как здесь, о поездах и железных дорогах – читатель будто бы садится в машину времени и переносится туда, ты не видишь строк, ты видишь людей и предметы, чувствуешь запахи и вкусы, вздрагиваешь от неожиданного паровозного гудка и в ужасе смотришь вдаль уносящемуся на начавшуюся войну неуправляемому поезду:Что ему было до жертв, раздавленных на его пути! Несмотря ни на что, он стремился к будущему, стоило ли обращать внимание на пролитую кровь! Он мчался во мраке, без водителя, словно ослепшее и оглохшее животное, которое погнали на смерть. Он мчался, нагруженный пушечным мясом, солдатами, которые, одурев от усталости и водки, орали во все горло патриотические песни.