Хранитель древностей

Исходя из названия ожидала, чего-то более приключенческого, но обнаружила практически производственный роман. Очень кстати неплохой, атмосферный производственный роман. Будни музейного работника во всей красе. Древности и история, конечно в романе присутствуют, ведь главный герой именно хранит их и в материальном смысле и в моральном (ведь историю так легко исказить и изменить в угоду тех или иных движущих сил).
А еще это роман о времени, устоях общества и идеалах.

Я пытался читать Домбровского, еще когда учился в школе, как-то быстро завяз, затосковал и бросил. А тут проглотил роман со стремительной жадностью. Потрясающая, как оказалось, книга. Невероятно живая, ярко, зримо проступающая в сознании, мощно передающая настроение момента. Ну и это очень, на мой взгляд, сложносоздаваемое состояние текста, когда ситуация, которая кажется комичной, на самом деле становится с каждым мигом страшнее и страшнее.Короче говоря, я под сильным впечатлением, буду читать другие романы Домбровского.

(ноябрь 2012)Замечательная книга !!!!!!! Очень. Это чудо лично для меня, потому что Алма-Ата и Алма-Атинская обл. - это моя Родина, потому что Верный и Семиречье - это Родина части моих предков, а другая часть туда переселилась ещё до революции. С первых строк в книге всё знакомое, родное - горы, речки и арыки, сады, цветы, запахи !!! Землетрясения...пережили много этого ужаса. И даже змеи. "Марья Коревна" - горный цветок с особым запахом, у нас все его называли просто-марикоревна. Названия улиц в Алма-Ате, упомянутые в книге, существовали ещё во времена моей юности; р.Алмаатинка, Малая станица, Большая станица, "Горный гигант", г.Тараз, Кафедральный собор, сейчас действующий, всё снова вошло в жизнь и очень сильно напомнило о себе. И по сей день сохранились дома - творения архитектора Зенкова, мимо которых часто прогуливались в студенческие годы. "...видишь пышные деревянные ансамбли: деревянные кружева, стрельчатые окна, нависшие арки, распахнувшиеся, как шатёр, крылья низко спустившихся гребенчатых крыш...", все эти "завитушки и кренделя" и правда необычны и очень красивы. А собор! Ведь он такой и есть, как описан. Парк возле собора,часто упоминаемый, сейчас парк 28-ми гвардейцев-панфиловцев , там горит "Вечный огонь". А если пройти через парк, то выйдешь к Дому офицеров, а раньше-Дом офицерского собрания.
Упоминается в книге купец Шахворостов. В 1910 г. он построил в 50-ти км. от Алма-Аты на р.Каргалинка суконную фабрику ( упоминается и речка, и фабрика в следующей книге автора "Факультет ненужных вещей"). Потом эта фабрика переросла в огромный Каргалинский суконный комбинат в п.г.т.Фабричный - вот это и есть моя родина. А дома, барачного типа, но дома для рабочих, построенные Шахворостовым, стоят и поныне, целые, с резными завитушками под крышами. Благодаря книге опять окунулась в своё любимое занятие - родословную, ранее на время отложенное в сторону. Какие-то моменты в книге натолкнули на определённые мысли - подёргала за интернетовские ниточки и опять вернулась в прошлое!
Это вот часть событий, которые вызвали бурные эмоции и восторги. Есть и другая часть, вызвавшая другие эмоции и негодование. Что ж творилось в то время! 37-й год... Мaразм! Просто невероятно до чего доходили в своих фантазиях некоторые слои населения...

В сложные для страны времена остаться в стороне практически невозможно. Главный герой романа - руководитель археологического отдела краеведческого музея города Алма-Аты. Мы не знаем о нем ничего - ни имени, ни личной жизни, ни даже его мыслей, хотя рассказ ведется от его лица. Как мантру он повторяет про себя, что его дело - проводить инвентаризацию уже имеющихся древних черепков и искать новые, копая курганы. Однако раз за разом не может не сунуть голову в пекло, проверяя, действительно ли там так горячо или терпимо. Шел 37-й год, уже забирали безвозвратно людей, уже писались доносы по кажущимся незначительным поводам, уже вошла в активный словарный запас фраза "враг народа", а хранитель лез на рожон, несмотря на многочисленные намеки об опасности.В целом книга показалось мне не совсем полноценным романов, а будто бы введением в него - предощущение опасности, предчувствие событий, но ничего конкретного. Намного больше меня заинтересовало приложение - Записки Зыбина и рассказ про немецкого консула.

Очень необычный и яркий роман об атмосфере 1937 года.Начало книги, впрочем, может создать ложное впечатление о всём характере повествования. Читаешь первые страницы, и поневоле можешь подумать, что это что-то похожее на гранинского "Зубра" - так обстоятельно описывается Алма-Ата, личность и архитектурные воплощения Зенкова. И только потом на первый план, наконец, выходят музей, древности, научные (и псевдонаучные) сотрудники и та самая страшная эпоха.Историк Зыбин рассказывает о своей работе в Алма-Атинском музее, о тех древностях, хранителем которых он является. И медленно, очень медленно в его повествование вползает ощущение времени - когда каждый твой шаг может привести тебя к смертельной опасности, когда за тобой бдительно следят вездесущие Органы (очень похоже на постепенно осознание медленно поглощающей тебя тяжёлой болезни). Зыбин является вроде бы как убеждённым сторонником марксизма-ленинизма, но постепенно он начинает понимать, что не всё правильно в отечестве, где арестовывают по подозрениям или совершенно неправдоподобным обвинениям, где подозреваемые охотно признаются в совершённых ими преступлениях и торопятся как можно скорее выдать своих подельников.Это и мешает Зыбину быть полностью осторожным в своих действиях и поступках. Или всё-таки это его натура такая - во имя исторической справедливости отстаивать право портретов социалистических передовиков висеть на своих местах, пусть даже среди них могут быть потенциальные (не объявленные органами) враги народа? Или даже не ради исторической, а прочто человеческой справедливости сблизиться, поддержать Корнилова, который тоже оказался под пристальным оком ЧК? Ответы на эти вопросы даются в следующем романе Домбровского "Факультет ненужных вещей".

«Я стараюсь пройти тихо-тихо, незаметно-незаметно, никого не толкнуть, не задеть, не рассердить, а выходит, что задеваю всех. И все они на меня кричат, хотят мне что-то доказать, что-то показать. А что мне показывать, что мне доказывать, меня просто нужно оставить в покое». Сюжет книги не обещает ничего интересного. Относительно молодой человек по фамилии Зыбин устраивается работать в музей Алма-Аты, где его назначают хранителем материала, который находится на опознании/реставрации. Он потихоньку там обустраивается, вникает в работу и все его начинают называть не иначе, как «хранитель». И, вроде бы, сюжет обещает ничем не примечательный производственный роман про музей, но действие происходит в 1937 году, от одного упоминания которого бросает в дрожь. А каково жилось людям в то время – даже представить сложно. Понятно, что эти времена обросли уже домыслами и что правда, а что ложь уже и не разберешь, но с тем, что люди в это время страдали от репрессий не поспоришь. Автор с этим тревожным настроением знаком не понаслышке, ведь он четыре раза подвергался аресту и находился в тюремном заключении и в лагерях. Узнав про это, я ожидал книгу, которая будет пропитана злобой и ненавистью к власти, державшей простых людей в страхе. Но мои ожидания не оправдались в полной мере. В книге чувствуется тревога, напряжение, когда люди бояться сказать что-то не то, посмотреть не так или бояться быть неправильно понятыми. Но вот главного героя занимает не это – ему интересна архитектура города, он любить читать различные статьи, рассуждать об искусстве и архитектуре. На всё происходящее он смотрит словно через розовые очки, не замечая того, что происходит вокруг. Или же он просто специально так делает, отгораживается от всего и думает про себя «Я в домике, я в домике, меня застукать нельзя». Но долго у него так делать не получается, ведь под подозрения может попасть каждый и когда близкие люди хранителя начинают страдать он замечает, что же вокруг творится. Да и сам он тоже успевает отличиться – начинает спор на пустом месте с одной массовичкой по поводу портретов на выставке изобразительного искусства (массовичка утверждала, что в будущем людей на картинах могут признать врагами народа, значит, портреты надо снять) и из-за этого он и сам попадает «на карандаш». И книга повествует о довольно мрачных и эмоциональных событиях, но Домбровский описывает всё очень сухим, безжизненным, безэмоциональным языком, в результате чего читать книгу довольно тяжело. Да и рассуждениям об архитектуре и искусстве уделено немало внимания. Я бы даже сказал, очень много внимания. И из-за этого не каждый сможет дочитать книгу до конца. А до конца дочитать её определённо стоит, ведь после 150-й страницы события начинают разворачиваться очень стремительно. Тут начинает проявляться интересный сюжет, интрига и ещё автор подводит нас к мысли о том, что некоторых людей начинали подозревать в шпионаже/измене Родине по сущим пустякам, но этот пустяк раздували до невиданных размеров. Работники следственных органов этим самым показывали свою работу, раздували из мухи слона, а в итоге зарабатывали себе хорошую репутацию, но при этом ломали людям судьбы. Читать про это обидно и больно. Но, опять же, хочется отметить, что из-за не совсем удачной подачи и сухого языка повествования в полной мере это не удастся прочувствовать. А ещё к этому роману есть дополнение «Из записок Зыбина», благодаря которому мы узнаём, как сложилась судьба некоторых персонажей через пару десятилетий после описываемых событий. И вот эта часть может похвастаться и драматизмом, и яркими образами, и эмоциональностью, но автор не включил эту главу в роман из-за того, что «благодаря» ей роман не прошёл бы цензуру, а очень жаль, потому что такой финал произведения искупил бы все недостатки. Но, хорошо, хоть мы в наше время имеем возможность прочитать роман отчасти таким, каким его планировал Домбровский. В общем, роман довольно тяжелый, вязкий и не каждому придётся по вкусу. Если прочитаете, будьте готовы к минимуму действия и максимуму разговоров на отвлеченные темы, такие как архитектура и искусство. И напряжённая и тревожная атмосфера прилагается.

Ну почему, когда дело доходит до написания отзыва на понравившуюся книгу у меня возникает творческий кризис. Вроде совсем не сложно выразить свои восторги ан нет, особенно когда в голове крутится понравилось, понравилось, понравилось... Всё от первой и до последней буковки.
С первых же слов я влюбилась в летнюю Алма - Ату 1937 года и в хранителя музейных древностей историка Зыбина. Читала и не верила, что за окном сейчас зима, настолько погрузилась в атмосферу летней разморенности. Понравился мне Зыбин своей любовью к предметам старины, тем что без страха высказывает свои мысли и отстаивает свою точку зрения. И всё это в тревожной атмосфере несправедливых и неожиданных арестов.
Резким контрастом выделяются главы, где описывается лагерь и предвоенная Германия.