Читать онлайн На репите бесплатно
![На репите](/pics/b/161328/161328.jpg)
Глава 1
Маша схватила с вешалки первую попавшуюся куртку и выскочила за дверь. Уж лучше она будет в очередной раз всю ночь торчать на улице, чем слушать идиотские разглагольствования о том, «как было в наше время» и какая она неблагодарная «дочь». Главное, успеть до прихода отчима домой. Судя по тону мамы, которая только что со вздохом закончила с ним разговор по телефону – тот снова явится домой пьяным в хлам. Но Маше не повезло. Очень не повезло. На выходе из подъезда она нос к носу столкнулась с Олегом.
– А куда это ты собра-алась?
– Гулять иду, – буркнула Маша, сунув руки в карманы джинсовки.
– Стоять. А кто…кто тебе разрешил? – прищурив плохо фокусирующиеся глаза, спросил Олег. Маша хорошо знала этот прищур – очередное настроение всем показать, какой он мужик, как он строит всех по струнке, а особенно приемную дочь.
– Мне твое разрешение не нужно, придурок, – рявкнула Маша, пытаясь обойти пьяного отчима. Тот вцепился в ее руку крппкой хваткой. Ловко для того, кто стабильно три раза в неделю вливает в себя по литровой бутылке водки.
– Слышишь, пока ты в моем доме живешь, ты у меня на все разрешение спрашивать должна. Ты меня поняла? Поняла?!
– Это квартира моей мамы, и это ты живешь в моем и ее доме.
– Как она заговорила, – хмыкнул Олег. – Давно не получала? Совсем страх потеряла, кобыла!
Маша попыталась освободить руку, которую Олег все сильнее стискивал. Будут синяки. Опять. Как же она устала от всего этого.
– Маша, привет, а я тебя жду, – со стороны старой детской площадки из темноты в свет тусклого фонаря вынырнул Никита. Они учились в одном классе и жили в соседних подъездах.
– Привет, пойдем.
Отчим ослабил хватку, не ожидав, что поздним вечером ему попадется кто-то из соседей, и Маша, освободив руку, быстро отошла от него к Никите.
– Дома поговорим, – прошипел Олег и стал подниматься домой.
Никита как всегда был в черной толстовке с натянутым на голову капюшоном и темных джинсах с порванными коленками. Неизменным класса с 8-го было в его образе все кроме кроссовок. Те он с заметной регулярностью менял несколько раз в неделю. Маша знала, что у него дома целый стеллаж под коробки с обувью. Джорданы в разных цветах, вансы, эйр форсы и конверсы – Никита пополнял коллекцию сам, что-то ему из командировок привозил отец, а какие-то в порыве гордости дарила мама.
– На выпускной ты уже выбрал, какие кроссовки наденешь?
Маша кивнула на ноги соседа, усаживаясь на старые неудобные качели. Здесь она часто проводила время днями и ночами, когда отчим приходил домой в боевом настроении. Лучше померзнуть и не спать, чем выслушивать алкоголический бред и ненависть этого придурка ко всем женщинам мира. Или чего похуже.
– Я даже еще не уверен, что пойду, – пожал плечами Никита, усаживаясь рядом.
– Как же так? Ты же гордость школы – победитель всероса по физике, отличник, суперумник, все дела. Ты не можешь пропустить выпускной. Учителя должны отплакать свое, когда будут провожать тебя в последний путь…в смысле во взрослую жизнь. Или как это называют?
– Я бы остановился на последний путь, – Никита вздохнул. – Ты же знаешь, я не умею взаимодействовать с людьми. Мне с тобой-то до сих пор бывает трудно разговаривать. А там придется слушать, терпеть, участвовать в конкурсах?
– Ну, Никит, это же не свадьба, не юбилей бабушки, какие конкурсы, – хмыкнула Маша. – Спасибо, что подошел к нам. А то эта пьяная истерика Олега превратилась опять…фиг знает во что.
– А ты сама идешь завтра на выпускной?
Маша вздохнула и поправила выбившиеся пряди каштановых волос, подстриженных лесенкой, за уши.
– Ой, я не знаю…будто бы не хочу, но и не хочу проводить этот вечер дома. Сам знаешь, теперь этот придурок работает в дневные смены, приходит домой злой и агрессивный. Вечно у него все вокруг виноваты, а я больше всех. Потому, наверно, из двух зол – одноклассники или вечер дома с отчимом идиотом, я выберу первое. Хотя я не в восторге.
– Да, понимаю. Ну раз пойдешь ты, то и я пойду. Вместе веселее.
– Точно. Возьмем Аньку, Влада и сядем за самый дальний столик в кафе, чтобы никто нас не мог достать.
Ночь была приятно прохладной. Один за одним гасли окна пятиэтажек вокруг, редкие прохожие подгоняли собак, чтобы те скорее делали свои дела и бежали по домам. Где-то вдалеке веселая компания распевала песни. Маша отталкивалась ногами от земли, покачиваясь на качелях. Никита ковырял носком белого кроссовка рыхлую землю. Каждый думал о своем.
Маша смотрела в чернильную темноту неба и представляла, как всего через несколько дней изменится ее жизнь. Наконец-то весь этот ужас закончится. Она называла нынешний период жизни «ненавистные подростковые годы на Волге». Дома – бардак, в школе – свои сложности. Но она старалась, как могла. После всех проблем, которые она отхватила с лихвой в старших классах и после того, как мама во второй раз вышла замуж, Маша мечтала лишь об одном – уехать из этого маленького городка на Волге. Эта мечта горела внутри нее ярким неоном, как вывеска над входом в невероятное красивое заведение с вкусной едой, интересными людьми и шансом на лучшее будущее.
– Маш, ты не замерзла?
– Что? А нет, я привыкла. А ты? Если замерз, то иди домой. Я еще посижу.
– Точно? Ты можешь пойти ко мне, если хочешь, мои все равно не дома. Отец на Севере по работе, а мать, как всегда, со своими собаками на даче.
– Спасибо, но если Олег и мама узнают, что я ночевала у тебя, то мне никакого выпускного, никакого поступления в Москву не видать. А клеймо местной прошмандовки…этого мне еще до полного бинго старшей школы не хватало.
– Ты еще и водишься с отличником, у которого проблемы с психикой, запиши в свой список.
– Ха, ладно, Никита, увидимся на выпускном. Я буду в белом.
– Рискованно, но кто я такой, чтобы говорить о риске, до завтра. И если что…пиши, ты можешь переночевать у меня.
– Договорились, спокойной ночи.
После просмотра нескольких роликов в ютубе, Маша все же признала сама себе, что хочет спать. Смартфон жалобно пискнул, сообщив, что вот-вот потеряет сознание из-за отсутствия заряда батареи. «Черт, придется идти домой», – подумала девушка, вставая со скамейки, на которую переместилась, чтобы не скрипеть на весь двор качелями в ночи.
– Надеюсь, дома все спят.
Маша быстро поднялась на третий этаж, аккуратно сунула ключ в замочную скважину, практически бесшумно повернула его и дверную ручку…
– Смотрите, кто явился, – из кухни послышался пьяный голос Олега. – Потаскалась с этим дрищом?
Маша принялась считать про себя. «Один, вдох, один, выдох, два, вдох, два, выдох…» Она не даст этому придурку вывести ее из себя. По голосу ясно – он уже не в том состоянии, чтобы стоять на ногах. Маша скинула обувь и бегом направилась в свою комнату, заперев на замок и придвинув к двери рабочий стол. Последние 2 года это стало своеобразным ритуалом. Потому что Маше совсем не хотелось проснуться от того, что Олег стоит, тяжело дыша, возле ее кровати и смотрит на нее немигающим взглядом.
– Как же я его ненавижу, – прошептала Маша и открыла шкаф, проверить платье и туфли на завтра. Она долго отнекивалась от участия в таком занимательном мероприятии, как выпускной. Это точно не входило в ее планы, но мама настаивала. Она уговорила Машу, что надо попрощаться с учителями, погулять с друзьями перед тем, как ехать в другой город, менять жизнь на 180 градусов. Маша сопротивлялась, но сдалась. Так редко в последнее время ее маму что-то вдохновляло и заставляло улыбаться. Они вместе выбрали платье, туфли, потратив половину маминой зарплаты. За что, конечно же, обе выслушали вопли Олега, а в очередной перепалке Маша получила хорошую такую пощечину. Но она привыкла. Эти размахивания руками и постоянные оскорбления ее уже не впечатляли. Но позволить ему трогать маму она не могла. Пусть машет своими ручонками перед ее носом, но маму не трогает. Машу пугали другие вещи, которые она замечала за отчимом, и о которых она не могла говорить с мамой. Она вообще не могла говорить с матерью про ее второго мужа, потому что не понимала, как можно жить с таким человеком.
Платье на выпускной было лаконичного кроя с летящей юбкой, v-образным вырезом и рукавами, приятного жемчужно белого цвета. Маше оно сразу понравилось. В нем она казалась себе приятной, даже более взрослой. К платью они на распродаже нашли серебристые босоножки и пару крупных серег такого же цвета. Маша провела рукой по юбке и закрыла шкаф. Очень хотелось в туалет, но она из комнаты не выйдет. «Город засыпает, просыпается зверь внутри лысеющего, кривоногого человека, который никак не реализовался кроме как в унижении слабых и угнетении женщин», – вздохнула Маша и пошарила рукой под кроватью. На случай засады в комнате у нее давно был спрятан обычный пластмассовый тазик.
Маша проснулась, как только за Олегом закрылась дверь. Она тут же вылезла из-под одеяла и понеслась в ванную комнату. Приняв душ и почистив зубы, она выглянула на кухню. Мама готовила суп, поглядывая на часы.
– Маша! Вот ты где. Ну с днем выпускного?
– С днем, – кивнула Маша, наливая кипяток в чашку и зачерпывая ложкой кофе с горкой. – Ты куда-то собралась?
– Прости, я не смогу тебе помочь со сборами, мне нужно на работу. Что-то намудрили с отчетами, теперь будем сверять все точки заново.
– Ничего страшного. Я соберусь, доберусь.
– Шли фотки, ладно? Моя косметичка в твоем полном распоряжении и вот, – мама достала из кармана несколько тысячных купюр. – На всякий случай. На такси, на что-то там…вдруг пригодиться.
– Это ни к чему, но спасибо, – Маша крепко обняла маму. Она даже обрадовалась, что этот невыносимый день сможет спокойно собраться и провести одна. Перед тем как нырнуть в этот колодец, на дне которого спрятаны все чудеса среднестатистического выпускного небольших городков. К такому надо еще полдня морально готовиться. А ее выпускной точно будет с добавками экстра, она не сомневалась.
– И не вздумай остаться дома! А то я тебя знаю, будешь смотреть свой сериал бесконечный или книжку читать вместо того, чтобы идти на праздник. Ты все это можешь сделать и в другие дни, поверь мне. Экзамены закончились, совершенно спокойно можешь болтаться и бездельничать, тратя время на все, что считаешь нужным. Но сегодня выпускной!
– Да-да, уникальный опыт, невероятные воспоминания, – закатывая глаза, закивала Маша.
– Дело даже не в этом, дочь, – мама села напротив, дирижируя ложкой под свои слова. – А в том, что ты упустишь один из интересных моментов в жизни. У тебя впереди их будет много, конечно. Но только подумай, как приятно иногда будет возвращаться воспоминаниями к моменту, когда твоя нелюбимая географичка пустилась в пляс под Элджея. Или как отряд отличниц дружно напился и облевал все платья? Ты хочешь это пропустить?
Маша захихикала.
– Ты тоже можешь чего-то вытворить, но на тебя надежды мало, – прищурившись сказала мама. – Но и наблюдателем быть тоже неплохо. И, боже упаси, я не призываю тебя пуститься во все тяжкие. Но ты сама говоришь, что мечтаешь, когда начнется уже эта «прекрасная эпоха университета», так почему бы тебе не поставить такую, пусть традиционную, но не менее от этого веселую, точку в «эпохе школьной». Ты заслужила.
– Мам, тебе надо было становиться лидером какого-нибудь движения me too.
– А стала царицею морской, – мама улыбнулась. – Давай, собирайся. Я могу в обед вернуться и помочь тебе сделать прическу, если хочешь.
– Ты мне уже помогла на последний звонок.
– Что сказать, у нас в морском царстве у всех волосы всегда лежат, как у Ариэль. И никаких плоек.
Месяц назад Маша чуть не осталась без волос с правой стороны головы, когда мама попыталась сделать ей локоны старой плойкой.
– Ладно, я, конечно, пойду и не поменяю решения в последний момент. А если меня спросят, я всем буду говорить, что меня мама заставила.
О том, что она пойдет на выпускной лишь бы не проводить вечер с отчимом, который с вероятностью 99 процентов снова припрется домой пьяным, Маша промолчала. И что ей сто процентов напомнят ту историю из 9 класса, которую мама всячески старалась обходить стороной, делая вид, что ничего не случилось, тоже.
Маша обеспокоенно глянула на себя в зеркало. Краситься она не умела. Она знала, ее одноклассницы будут делать макияж у визажистов, укладки у стилистов и с утра проводят время в салонах, приводя себя в порядок. Но Машу Полякову такие вещи оставляли равнодушной. Она понимала, что маме больших трудов стоило оплатить выпускной и все траты на него. Олег ни копейки не дал на это, аргументируя, что «твоя дочь – твои траты». Потом еще каждый день ворчал, что из-за выпускного семейный бюджет сильно пострадал.
Потому Маша еще сильнее ждала момента, когда она выдохнет и вдохнет новую жизнь. Будто избавится от старого свитера, который мал, стесняет движения, давно вышел из моды и постоянно колется. Такой ей казалась ее жизнь нынешняя. Школа, а особенно последние 2,5 года, точно не входила в топ лучших периодов ее жизни. Но она переживала, как оставит маму одну с отчимом. Весь удар его недовольства и презрения, все ужимки, рукоприкладства и хамство Маша умело направляла на себя. Там и стараться не надо было, Олег невзлюбил ее с первых секунд знакомства. Как и Маша его. А куда он будет сливать свою «лысую агрессию» теперь? Если на маму, то Маша вернется и придушит его собственными руками. Странно, что за все эти месяцы он никогда не показывал истинного лица рядом с женой. Для нее он хоть и пьющий, но деловитый малый. Шутки умеет шутить, по дому помогает, а как остается один на один с Машей… там показывает себя настоящего. Свою гаденькую сущность.
Спустя бесконечное количество попыток нарисовать ровные стрелки, три затяжных попытки впасть в истерику от того, что не получается красиво накрасить губы, Маша была голова. Готова к тому, чтобы больше никогда не браться за косметику. В целом получилось неплохо, но уверенности ей это не прибавило. Наоборот Маша уже представила, как Ленка, школьная Реджина Джордж, будет, вытаращив глаза, тыкать в нее пальцем и громко вопрошать, как это «удивительно, Полякова накрасилась». А всего пару лет назад они были лучшими подругами. Но потом случилась та история, и Ленка стала презрительной, вечно задевающей Машу одноклассницей. А она знала многое про нее, знала, куда кидать дротики с ядом, чтобы попасть в цель.
Маша отогнала грустные мысли. Веселиться так веселиться. Выпускаться из школы, так выпускаться.
Глава 2
Выпускной