Читать онлайн Волшебный уговор бесплатно
![Волшебный уговор](/pics/b/129150/129150.jpg)
Глава 1
В окно барабанил дождь, и в стекле Элина видела своё печальное отражение.
– Ну почему дождю понадобилось идти именно сегодня! – пробормотала она.
Элина так радовалась предстоящему матчу по хоккею на траве, но несколько часов назад всех игроков её команды по цепочке обзвонили, чтобы сообщить, что матч отменяется. На скользком поле и при сильном ветре даже самая крутая техника броска ничего не даёт. Она со вздохом откинулась на гору подушек, которую соорудила в своём любимом месте – у широкого окна в эркере.
Может, посмотреть, что поделывают дедушка с Питом? Не-е-ет!
Но в ту же секунду раздался вопль её брата:
– Элина, мы готовим какао!
– С маршмеллоу! – вслед за ним крикнул дедушка Альфред. – Иди к нам!
Ну ладно! Что-нибудь сладкое наверняка прогонит грусть.
В небе за окном прогрохотал гром, и Элина понеслась на кухню. В грозу всё равно лучше быть с кем-нибудь вместе! Увидев, как Пит сражается с баллончиком взбитых сливок, а дедушка помогает ему, чтобы сливки не оказались на стене, она сразу же улыбнулась и встала рядом с ними у стола.
– Кто-нибудь хочет маршмеллоу? – хитро прищурился дедушка.
Что за вопрос! Элина с Питом любят маршмеллоу!
– Я съем не меньше десяти! – выпалил Пит.
Ему было восемь лет, и он считал, что стоит ему умоляюще взглянуть на всех своими большими голубыми глазами, как любое его желание будет немедленно исполнено. Мама всегда просекала этот трюк, но дедушка довольно быстро сдавался.
– В семье Пфефферов существует традиция пересчитывать маршмеллоу, – сказал дедушка, окинув их взглядом учителя. – Вкус зависит от правильного числа.
Элина сдержала смех. Дедушка вёл себя порой действительно странно!
– Счастливое число дедушки – шесть, ты же знаешь, – сказала Элина Питу.
– А моё счастливое число – десять, – заявил брат. – Или двадцать!
Дедушка улыбнулся Питу, но, посмотрев на Элину, вдруг сделался задумчивым.
– Сейчас мы приготовим какао, и я покажу вам нечто особенное. Это наведёт вас на замечательные мысли.
– Какое-то новое волшебство? – спросил Пит.
В ответ дедушка заговорщицки подмигнул:
– Кое-что получше!
Усевшись рядом на диване в гостиной, Элина с Питом пили горячий шоколад. Он был таким вкусным, что у Элины даже улучшилось настроение. Дедушка, ненадолго спустившись в подвал, вскоре вернулся с деревянным ларцом в руках. Поставив его на стол, он поудобнее уселся в уютном кресле с высокой спинкой:
– Угадайте: что в нём?
Пит с любопытством наклонился вперёд:
– Таинственные сокровища?
– Вещи, связанные с какими-то воспоминаниями? – предположила Элина.
– Вы оба совершенно правы!
В глубине души Элина обрадовалась, что дедушка не собирается показывать никаких фокусов. Его магическим хобби она перестала восхищаться с тех пор, как несколько лет назад выяснила, что за каждым волшебством скрывается обыкновенная логика. К тому же за это время хоккей на траве стал для неё гораздо увлекательнее, чем вытащенные из-за уха с помощью какого-то колдовства конфеты или из шляпы – цветы.
Открыть ларчик дедушка предоставил Питу и Элине. Внутри обнаружились какая-то потрёпанная книжка, несколько пожелтевших фотографий, драгоценные камни и прочие мелочи.
– Похоже, вещи очень старые, – сказала Элина.
– Они что, какие-то особенные? – спросил Пит.
– С каждой из них связаны дорогие мне воспоминания. Для меня они особенные и даже более волшебные, чем все чудеса мира – потому что они навсегда в моём сердце.
Элина вынула одну из фотографий, на которую Пит даже не обратил внимания. На ней были запечатлены два мальчика её возраста. Они стояли рядом, дружески обнимая друг друга за плечи и улыбаясь один другого шире.
– Это был прекрасный день. Мы провели его на озере до темноты и так много смеялись, что животы надорвали. Вечером мне даже не хотелось возвращаться домой, – рассказывал дедушка, пока Пит дохлёбывал из своей чашки какао.
– Дедушка! – допив, сразу же заныл он. – Я хочу чего-нибудь ещё!
Элина закатила глаза. Её раздражало, что Пит постоянно перебивал, если ему становилось неинтересно. Ей очень хотелось дослушать эту историю – она даже забыла об отмене матча.
Сложив ладони лодочкой, дедушка дунул на руки. Когда он поднял одну руку, в другой оказалась карамелька, которую он протянул Питу:
– Держи!
– Спасибо! – Пит с восторгом засунул карамельку в рот.
Элина усмехнулась про себя: вот дедушка и сломался…
– К дождливой погоде и какао у меня есть одна история, – продолжал дедушка. – Знал я когда-то одного мальчика. Его семья, сколько себя помнила, жила в Белони. Денег у них водилось не много, и он мечтал о том, чтобы однажды уехать из этого города туда, где ему заживётся лучше. Но тем летом, когда ему исполнилось двенадцать – столько же, сколько сейчас тебе, Элина, – он услышал одну легенду.
– О пиратах? – оживился Пит.
– Нет, – помотала головой Элина. – В Белони есть только одна легенда. Раньше мама иногда рассказывала нам её перед сном, но ты всегда быстро засыпал.
– Ничего и не засыпал! – Пит показал ей язык.
– Ещё как засыпал! Это легенда о мадам Пико.
Дедушка кивнул.
– Мадам Пико появилась в городе внезапно и поначалу оставалась незаметной, – продолжил он свой рассказ. – В те времена людей преследовали всякие мелкие и крупные напасти. Многие были очень несчастливы. Мадам Пико тогда открыла лавочку под названием «Горькая сладость». Там она изготавливала шоколад и очаровала своими вкусностями весь Белони. Очень скоро распространились слухи, что стоит посетить шоколадную лавку – как начинают происходить настоящие чудеса: кто однажды пробовал её творения, того вскоре оставляли все заботы и проблемы. Это было как… колдовство!
Элина уже знала эту историю о мадам Пико, но всё равно, как и Пит, жадно ловила каждое слово дедушки. Хотя она не верила в магию, ей нравилось думать, что сладости помогают решить любую проблему – например, сделать трудное домашнее задание и в нелепой ситуации превратить тебя в невидимку.
– Однако мальчик не мог отправиться за помощью в «Горькую сладость». Он родился гораздо позже. Магазинчик мадам Пико уже давно превратился в аттракцион для туристов, без всякого волшебства.
Элина вспомнила последнее лето, когда посетила с классом несколько исторических достопримечательностей Белони, а среди них и «Горькую сладость». Учительница истории госпожа Шнайдер пришла в полный восторг. По старинной лавочке разносились её пронзительные ахи и охи, словно в мире нет ничего прекраснее затянутых паутиной котлов и инструментов.
Но от рассказов о мадам Пико впадала в эйфорию не одна госпожа Шнайдер. Жители Белони любили эту легенду.
Элина не понимала, к чему весь этот театр вокруг истории столетней давности. Сказка, конечно, красивая, но ведь, в конце концов, нет никаких доказательств, что сладости мадам Пико на самом деле оказывали какое-то магическое воздействие.
– А что стало с мальчиком потом? – с любопытством спросила она.
– У него оставалось ещё дерево желаний!
– Ой, я его знаю, – сонным голосом пробормотал Пит. – Оно растёт в парке.
– Верно! – сказал дедушка. – Дерево желаний – последнее, что осталось от наследия мадам Пико. Если оставить там записку со своим желанием, то тебе, возможно, повезёт и желание исполнится. Мальчик мечтал стать хоть немного богаче, чтобы его жизнь в Белони сделалась лучше и интереснее. Он написал эту просьбу на клочке бумаги и прикрепил к ветке дерева желаний.
– И его желание исполнилось? – поинтересовалась Элина.
– О да! Он встретил настоящего друга, с которым это лето и все последующие стали самым прекрасным временем в его жизни. Благодаря этому другу он понял, что есть вещи бесценные, а его самое сокровенное желание на самом деле заключалось в том, чтобы найти кого-то, с кем всё обыденное превращалось бы в захватывающие приключения. Потому что счастливыми нас делают не какие-то места и не деньги, а чудесная дружба и незабываемые минуты. – Дедушка улыбнулся, на секунду, казалось, полностью погрузившись в свои мысли.
Молчала и Элина. Сердце у неё сжалось от тоски.
Дружба… хоть в школе она и неплохо общалась с некоторыми ребятами, но настоящих друзей в её жизни не было. А Элина мечтала о них больше всего на свете.
– Можно подумать, что желания прямо так легко и исполнятся, – пробормотала она.
Почувствовав на своей руке мягкую ладонь, она подняла глаза на дедушку.
– Немного веры в волшебство ещё никому не повредило.
Элина не успела ничего ответить, как в дверь позвонили.
Пит, моментально проснувшись, вскочил с дивана:
– Мама с папой!
– Постой! – тут же сказал дедушка. – Тебе нельзя одному…
Оба исчезли в прихожей. Оттуда донеслись радостные голоса родителей. Элина грустно заглянула в свою чашку. Все дедушкины истории со счастливым концом, подумала она. Но счастливый конец – это только для мечтателей. А уж её-то неисправимой мечтательницей точно не назовёшь.
Глава 2
Завтрак в их семье походил на сумбурный цирковой номер. Папа каждое утро носился по дому в поисках той или иной вещи, а мама, сидя за кухонным столом, просматривала какие-то рабочие документы, из-за чего чаще всего пропадала за горами бумаг и папок. Пит по утрам всегда просыпался не в настроении и, полусонный, постоянно пачкался мюсли или джемом. Элина же просыпалась совершенно бодрой и, как ей казалось, изо всех сил старалась сдерживать этот хаос.
– Кто отвезёт детей в школу? – спросил папа, лихорадочно проносясь по кухне и откусывая кусочек тоста с сыром. – Да где же мои очки?! – Вжих – и он снова умчался!
Мама в ответ лишь что-то пробурчала.
– В школу мы, как всегда, полетим на нашей летающей тарелке, – ответила Элина.
– Папа сейчас очень занят, – со вздохом сказала гора бумаг, она же мама.
Элина нахмурилась:
– Но как папа мог забыть, что мы всегда ездим на автобусе?
– Стресс! – сказала мама. – От него взрослые просто сходят с ума.
– Тогда я тоже сумасшедшая: каждое утро разговариваю с горой бумаг, – пробормотала Элина, выловив ложкой несколько кукурузных хлопьев. Она пихнула в бок сидящего рядом Пита, потому что тот, наливая молоко, почти задремал. – Не спать!
Встрепенувшись, Пит так энергично плеснул в свою миску молока, что оно брызнуло во все стороны, попав и на футболку Элины.
– Господи, Пит! – сердито воскликнула она. – Ты опять!
Не обращая на неё никакого внимания, брат с громким чавканьем уплетал свой завтрак, словно ничего вкуснее на свете нет.
Элина в раздражении встала из-за стола. На пути в ванную её чуть не сбил с ног папа, у которого очки уже сидели на носу, но скорости он тем не менее не сбавлял.
– Прости, я должен зайти туда первым, – сказал он.
Бабах! Дверь с грохотом захлопнулась, и Элина забарабанила по ней:
– Папа, мне нужно в школу!
– Элина, скажешь папе, что я уже уехала? – крикнула мама. – Мне в офисе ещё нужно составить договор по проданной вчера недвижимости.
– Мама, подожди! – откликнулась Элина, но когда она вбежала на кухню, гора бумаг уже исчезла вместе с мамой.
Элина вздохнула. Ей даже не удалось спросить, когда они вместе подготовят и распечатают приглашения на её день рождения. Вот досада! И времени переодеться у неё тоже не оставалось, потому что папа в ванной выдавал пронзительные рулады и, похоже, выходить оттуда не торопился, а Пит по-прежнему сидел за столом и не собирался заканчивать завтрак.
Элина заставила его надеть куртку и ботинки, и спустя пять минут они вдвоём вышли из дома. Иногда эта безалаберная семья жутко раздражала её! Если бы не дедушка, здесь уже наступил бы настоящий апокалипсис!
Думая о своём, она заперла входную дверь и тут услышала приветливый голос соседки:
– С добрым утром! Поедем с нами! У Иды и Паулины уроки сегодня начинаются позже, и в гараже есть ещё одно детское кресло.
Элина взглянула на стоящую за садовой оградой госпожу Зоммерфельд – в жёлтом, как подсолнухи, платье, белой вязаной кофте и с блестящими волосами та выглядела как идеальная мама из рекламного каталога. Такие уж эти Зоммерфельды: все в этой семье всегда были одеты с иголочки – так, словно они прямо из постели выкатывались в полном блеске. А она? Ну да, ей даже из дома выйти не удалось без дурацкого пятна на футболке…
– Большое спасибо, но мы лучше поедем на автобусе.
Пит дёрнул её за рукав джинсовой куртки:
– Что? Это почему?
Элина помедлила. Дело было вовсе не в госпоже Зоммерфельд. Та дружила с мамой и была очень даже милой. Дело в…
– Учебник по математике я нашла, можем ехать! – крикнула Чарли, выбегая из дверей соседского дома, будто каким-то шестым чувством угадывая присутствие людей, просто мечтающих, чтобы она оказалась где-нибудь на другой планете.
Элина изо всех сил старалась не поморщиться. Когда-то давным-давно, должно быть, в каменном веке, Чарли с Элиной вместе играли в песочнице, но Чарли, как и её сёстры, жила в своём собственном мире блеска и мишуры, а Элина к этому миру не принадлежала. Разумеется, она уже заметила Элину:
– А что тут делают эти?
«Живём здесь! Дышим! Существуем!»
Элина заставила себя дружелюбно произнести «Привет!», хотя с большим удовольствием сидела бы сейчас в первом ряду на розыгрыше призов в лотерее для пенсионеров, где дедушкина подруга госпожа Фишер каждый раз, услышав выигравшее число, плевалась так, словно принимала участие в соревновании лам.
За тот скептический взгляд, каким Чарли её окинула, Элина с радостью и её бы там к стулу привязала. Заплетённая коса, старая куртка с множеством нашивок, красная футболка под ней – к чему тут опять придраться? Ну ладно… пятно от молока – но всё-таки!
– Ну, они оба поедут с нами, – объяснила госпожа Зоммерфельд.
Чарли и Элина ничего не успели сказать, потому что Пит с воодушевлением помчался к садовым воротам. Элина нехотя пошла за ним.
Когда все уселись и пристегнулись, госпожа Зоммерфельд тронулась с места. Элина радовалась, что Чарли села впереди. По крайней мере, так ей было спокойнее.
– Элина, твоя мама говорила, что у тебя только отличные оценки! – сказала госпожа Зоммерфельд. – Молодец, что так прилежно учишься.
Или всё-таки не спокойнее… Что ей на это ответить? Неприятно, что её хвалят при Чарли. Та в школе наверняка станет всем рассказывать, что Элина подлизывалась к её маме. Многие и так считают её зубрилой.
Пит съёжился в детском кресле. Госпожа Зоммерфельд в зеркале заднего вида улыбнулась ему, и щенячий взгляд спас его от взрослых расспросов. Счастливчик!
Элина так легко не отделалась, потому что госпожа Зоммерфельд продолжила беззаботно трещать:
– У вас ведь скоро важный тест по немецкому языку. Ты не могла бы немного помочь Чарли?
– Мама! – возмущённо воскликнула Чарли. – Не нужна мне никакая помощь!
– О, думаю, ещё как нужна, – возразила госпожа Зоммерфельд. – Нет ничего плохого в том, чтобы поддержать друг друга. Вы ведь в одном классе учитесь.
Элина молчала. Чарли и впрямь разобиделась. Возможно, госпожа Зонненфельд оставит эту тему, если Элина не поддержит разговор – она смотрела в окно, мечтая оказаться где-нибудь подальше отсюда. Может, примкнуть к труппе какого-нибудь бродячего цирка? Да, пришлось бы носить дурацкий костюм – но зато не надо будет каждый день встречаться с Чарли. Взгляд Элины задержался на наружном зеркале. Ей показалось, или Чарли действительно выглядит подавленной? Она не успела поразмышлять об этом подольше, потому что Чарли, помрачнев, пробурчала:
– Мне не нужна помощь от неё.
«А я тебе и не собираюсь помогать», – в раздражении подумала Элина.
Госпожа Зоммерфельд вздохнула. Похоже, она поняла, что подругами Элину и Чарли ей не сделать, хотя время от времени она и возобновляла эти попытки. Сменив тему, она продолжила болтать о всякой ерунде: о вчерашней грозе, которая побила её петунии, и об угрюмом новом почтальоне. В любом случае Элине это было приятнее, чем продолжение допроса или попытки навязать дружбу.
Они высадили Пита у его школы и поехали дальше, к школе Элины и Чарли.
– Хорошего вам дня! – воскликнула госпожа Зоммерфельд, но дочь, выскочив из машины, уже убежала. Конечно, Чарли наверняка ожидала её свита…
Прогнав мучительно кольнувшую мысль, что её-то во дворе никто не ждёт, Элина заставила себя улыбнуться:
– Спасибо, что подвезли!
Она зашла в белое с красной крышей здание школы и, ещё проходя по коридорам, ощутила одиночество – и это чувство появилось у неё не впервые.
Все шли группами, и только она одна. У всех здесь были близкие друзья, или ребята тусовались вместе на переменах. Элина тоже пыталась войти в какую-нибудь компанию, но по-настоящему подружиться ни с кем не получалось. Если договаривались пойти в кино, а её автобус опаздывал – все шли в зал без неё. Когда девчонки из её класса встречались, чтобы покататься на роликах, Элина становилась предметом всеобщих насмешек – ведь ей едва удавалось отъехать от бортика. Элина никогда толком не умела обсуждать последние сплетни, лошадей и компьютерные игры. Даже на тренировках по хоккею, где у неё со всеми были очень хорошие отношения, настоящей дружбы между ней и остальными членами команды не складывалось. А ведь Элине нужен был только шанс, чтобы показать себя! Например, вечеринка по случаю дня рождения под каким-нибудь забавным лозунгом, где все смогут узнать настоящую Элину.
Кто-то больно толкнул её, выдернув из размышлений. Элина пошатнулась, но темноволосая девочка постарше успела подхватить её под руку.
– Вот идиот! – рассердилась девочка. – Всё хорошо?
– Да, спасибо, – Элина смущённо разглядывала свою спасительницу. – Ты ведь Юна Цукерхут, да? – Элина уже не раз видела её в коридоре. Она училась в старших классах.
– О, ты что, уже слышала эти ужасающие слухи о нашей семье и обо мне? Вроде как все мы больные на всю голову! – весело сказала Юна.
– Кое-что слышала, – смутилась Элина. – Но считаю, что это глупости!
– Даже не знаю, какой из них нелепее, – продолжала Юна с таким видом, словно серьёзно задумалась. – Про мою маму, которая делает игрушки, шпионящие за людьми, или про папу, который раздаёт в городе таинственные семена, чтобы выращивать запрещённые растения. А может, про меня? – Она понизила голос: – Якобы я прячу в своих произведениях тайные послания, чтобы заманивать к нам детей! Как крысолов своей флейтой.
Элина едва сдержала усмешку:
– А я думала, что вы носите только вещи, связанные своими руками, а по ночам танцуете в саду и молитесь на луну.
Теперь усмехнулась и Юна:
– Разумеется, и это тоже. Ты немного бледная – всё хорошо?
– Да? – Элина нахмурилась. – Наверное, от испуга.
Элина и правда чувствовала, что у неё немного дрожат ноги – но больше от радости, что с ней разговаривает старшеклассница!
– Я знаю, что тебе поможет. – Юна волшебным образом вытащила из кармана брюк карамельку. – Вот, держи.
Элина робко взяла конфетку:
– Спасибо!
Юна подмигнула ей:
– Мне пора. Ещё увидимся!
Элина ошарашенно смотрела ей вслед. Её всегда интересовала эта семья. Юна хоть и казалась немного странной, но была по-настоящему славной!
Рассмотрев конфетку, она развернула фантик. Дедушка, показывая фокусы, тоже всегда дарил карамельки. Но у этой вкус был совсем другим. Нежный, кремовый, как пудинг или как… счастье. Душа у Элины взволнованно затрепетала, и её окутало приятное тепло. Да, она почувствовала себя счастливой.
Прозвенел звонок на первый урок, но вместо того, чтобы сломя голову помчаться, боясь опоздать, Элина пошла к своему классу не торопясь, с улыбкой на губах.
Сегодня будет фантастический день!
Глава 3
В конце четвёртого урока классу вернули тесты по географии. Элина ужасно нервничала. Оставалось надеяться, что старательно готовилась не зря.
У неё за спиной застонал Йонас:
– Опять двойка!
– Тебе нужно прилагать больше усилий, Йонас! – тут же отозвался господин Цигель, которого Йонас и ещё некоторые одноклассники за строгость и прямолинейность называли Циркулем. – Кое-кому из вас с такими оценками впору основать Клуб безнадёжных случаев.
– Это несправедливо! – воскликнул Йонас. – Такую чушь никто не в состоянии запомнить!
Господин Цигель остановился у парты Элины. Её соседка Анна сегодня болела, и поэтому он вернул работу только ей.
– Видимо, в состоянии – Элина вот справилась на пятёрку!
Элина торопливо засунула листок в папку. И зачем ему понадобилось раструбить про её оценку на весь класс?!
– Да ты не Элина Пфеффер, а Элина Зубрилкер! – прошипела Чарли, сверля её глазами с другого конца кабинета. Ну конечно, разве она могла удержаться от комментария!
– Спасибо за комплимент! – холодно отозвалась Элина, немного удивившись, что слова Чарли задели её не так сильно, как обычно. Но Чарли ничего нового и не сказала. Элина всё ещё ощущала на языке карамельный привкус счастья, и он просто сдул слова Чарли словно порыв горячего ветра.
Чарли и Юлиана, придвинувшись друг к другу, принялись шушукаться. Ну и пусть! Этот день Элине ничто не могло испортить!
Прозвенел звонок на большую перемену, и Элина, прихватив ланч-бокс и напиток, вышла из класса. По дороге на улицу она сделала крюк мимо канцелярии – вдруг их тренер уже вывесила на доске объявлений какую-нибудь информацию о следующем матче. К сожалению, не вывесила.
И тут она услышала рыдания – они доносились из открытого кабинета, всего в нескольких метрах от неё. Забеспокоившись, она подошла ближе.
– Всё уладится, – успокаивал чей-то голос.
Она уже слышала его несколько часов назад… Юна?
Что ещё она сказала, Элина не разобрала. Но рыдания потихоньку стихли.
Элине удалось подглядеть, как Юна протягивает конфетку мальчику из начальной школы, которого Элина знала в лицо, потому что встречала в школьном автобусе.
– Вот, возьми, – сказала Юна. – Они творят настоящие чудеса.
Мальчик вытер покрасневшие глаза:
– Спасибо!
Бедняжка! Неужели и у него в классе есть какая-нибудь Чарли?
Элина зачарованно наблюдала, как он разжёвывает конфету и лицо его мгновенно светлеет.
– Мне уже лучше! – сказал он.
Юна потрепала его по плечу:
– Ну, вот видишь!
Они встали и направились к двери. Элина быстро шмыгнула за угол. Мальчик, ещё раз сказав «спасибо», попрощался с Юной, и в коридоре стало тихо.
Ой! Элина в испуге отпрянула назад.
Неожиданно рядом с ней, словно ниндзя, возникла Юна. Господи, да она, похоже, мастер подкрадываться!
– По-моему, мы уже знакомы, – сказала Юна.
Элина почувствовала, что у неё полыхают щёки:
– Прости, я не хотела…
– …тайком подслушивать? Пожалуй, я закрою на это глаза. Запретный плод сладок. – Юна улыбнулась ей сияющей улыбкой. – А я ведь даже не знаю твоего имени.
– Ой, прости… я… э-э-э… Элина Пфеффер. Ну, или просто Элина.
Юна хитро улыбнулась:
– Ага, рада снова встретить тебя, просто Элина!
– Скажи… та конфета, которую ты мне дала… она и правда была очень вкусная. Откуда она у тебя? – спросила Элина. Нехорошо получилось! Ничего лучше в голову не пришло? Такое ощущение, что от карамельки этим утром у неё не только во рту, но и в мозгах всё слиплось. А ведь не исключено, что это был её шанс найти себе подругу!
В глазах Юны вспыхнули странные огоньки:
– Думаю, для одного дня магического сахара достаточно.
Магический сахар? Это что ещё за штука?
– А, Эли-и-и-на! Вот ты где-е-е! – Внезапно рядом с ней, схватив её под руку, объявилась Чарли. – Тебя уже все ждут. Ты всегда так долго копаешься. – Не обращая никакого внимания на Юну, она потащила Элину за собой.
Элина была так ошеломлена, что даже не отреагировала – лишь беспомощно оглянулась назад, на Юну. Судя по выражению лица, та совершенно обалдела от этой акции – значит, их уже двое. С какой это стати Шарлотта Зоммерфельд под ручку прогуливается с ней по школе? Может, инопланетяне на перемене заменили её на более милую? Ха, как же!
Элина вырвалась:
– Что всё это значит?!
– Я всего лишь спасла тебя от одной из семейки фриков, – Чарли закатила глаза. – Просто хотела оказать любезность: твоя репутация и так уже подпорчена.
– Спасла? Любезность? Да это было жутко невежливо!
– Паулина учится с ней в одном классе и рассказывает, что она постоянно витает в облаках и мелет какой-то странный вздор, – высокомерно возразила Чарли.
Элина опешила:
– А я считаю, что она классная! Давай ты будешь брызгать ядом где-нибудь в другом месте!
– Ничего удивительного, что у тебя нет настоящих друзей, раз ты считаешь классными таких людей! – поморщилась Чарли, заправляя за ухо несколько каштановых кудряшек. – Да и шуток не понимаешь!
От ярости Элина с такой силой сжала в руках свой ланч-бокс и бутылку, что стало больно пальцам. Чарли ни капли не лучше тех, кто распускает по школе странные слухи о Цукерхутах!
– Такие шутки я понимать отказываюсь! – парировала Элина. Зло сверкнув глазами на Чарли, она развернулась и потопала прочь.
Глава 4
Домой из школы Элина пошла пешком. Это было не так близко, но гнев на Чарли ещё не до конца испарился, а прогулка хорошо проветривала голову, и дорога вдоль небольшого леска мимо садоводств подходила для этого как нельзя лучше. Желудок заурчал от голода, а при мысли о еде Элине опять вспомнилась странная фраза Юны: «Для одного дня магического сахара достаточно».
Она по-прежнему злилась на Чарли: та лишила её возможности не только спросить Юну, что означают эти слова, но и поближе познакомиться с ней. Кое-кого из семьи Цукерхутов Элина время от времени встречала в коридорах школы или на разных праздниках в актовом зале – правда, случалось это не так уж часто. Больше всего разговоров ходило о брате Юны, который учился на несколько классов старше Элины. Некоторые девчонки находили его «та-а-аким симпатягой».
Но о Цукерхутах говорили и за стенами школы. В позапрошлое воскресенье Элина покупала с дедушкой булочки и услышала, как две старушки во весь голос сплетничали об этой семье:
– Да-да! Их все знают! Странные они люди.
– У них целая орава детей!
Дедушка закатил глаза, а Элина не поняла, что, собственно, плохого в том, что в семье много детей. А старушки в очереди в пекарне никак не унимались:
– Ты знала, что они живут на старой мельнице? Уму непостижимо!
– Это же не место для детей! И о чём только родители думают!
Элине представлялось, что жизнь на мельнице, должно быть, восхитительна и полна приключений! Может, взглянуть разок на дом Цукерхутов? На перекрёстке она остановилась. Прямо дорога ведёт в Старый город и к дому. Справа от неё по обеим сторонам Лесной улицы выстроились в ряд несколько домов, а в конце её, где-то за ржаным полем, стоит старая мельница. Тайком поглядывая в том направлении, Элина чувствовала, как в ней нарастает любопытство. Чарли вечно всех осуждает, поэтому нужно убедиться самой. А значит, вперёд!
Она шла несколько минут, пока за полем не появился дом под номером девятнадцать. И больше тут не было ничего, кроме уходящей вдаль просёлочной дороги, петляющей из Белони через лес до соседнего города. А где же старая мельница? Вот тебе на! Ничего подобного Элина ещё не видела!
Посередине участка возвышался большой, с виду немного покосившийся дом в несколько этажей, похожий на гигантский торт из расползшихся в разные стороны слоёв. Все этажи были выкрашены в разные цвета, ставни ярко-красные, а крытая круглым серым гонтом[1] крыша напоминала спину черепахи. Слева к дому примыкала маленькая башня с вьющейся вокруг неё винтовой лестницей. Перед домом в заросшем тиной пруду лежало старое мельничное колесо. Справа флигель дома соединялся с маленьким сооружением с множеством зубчиков и дымовой трубой, сидящей на нём наподобие изогнутой шляпы.
И это ещё не всё! Наискосок через сад вела дорожка из пёстрых камней. В высокой траве росло множество самых разных цветов, которых Элина никогда прежде не видела: с цветками в причудливую крапинку или со свёртывающимися в колечки листьями. От них исходил чудесный аромат, и ей ужасно захотелось чего-нибудь сладкого. Ей показалось – или вся растительность действительно немного похожа на леденцы или плюшки с корицей?
Сгорая от любопытства, Элина подошла ближе к ограде.
– На твоём месте я бы держался отсюда подальше! – сказал кто-то скрипучим голосом.
Захваченная врасплох, Элина резко обернулась. К ней, хромая, приближался какой-то старик с тростью в руке, ведя на поводке собаку. Под его угрюмым взглядом Элина сразу почувствовала себя каким-то сорняком, который он охотно бы выполол. Почему он смотрит на неё так мрачно?
– Э-э-э… добрый день! – сказала она.
– Добрый! – пробурчал он. – Никакой день не может быть добрым, пока на моей улице живёт эта странная компания! Отойди от ограды, детка!
Элина не двинулась с места:
– Это ещё почему?
– Они постоянно ошиваются без дела и раздают свои сладости, но я вижу их насквозь! Смотри, чтобы они тебя не обработали, – сердито сказал старик.
Она недоверчиво вытаращилась на него:
– Чтобы меня не обработали? Это вы о чём?
Он покрутил рукой у головы, словно намекая, что у Цукерхутов не все дома:
– Они творят с людьми странные вещи. Моя соседка госпожа Клос очень изменилась, после того как две девчонки Цукерхутов навестили её с каким-то печеньем.
– Что вы имеете в виду? – скептически уточнила Элина.
– Она теперь не переставая смеётся, словно её заколдовали!
– Но ведь люди смеются от счастья…
Бэмс! Старик с силой стукнул тростью о землю, и лицо его стало ещё мрачнее. Элина в испуге отшатнулась.
– Раз я сказал – значит, так и есть! Это ведьминское колдовство! Они притворяются милыми, а потом травят людей своими сладостями!
Она вспомнила то ощущение счастья, которое испытала от карамельки Юны. Оно было таким прекрасным и придавало сил… Элина даже не расстроилась из-за того, что сказала Чарли. Так что же тут плохого? Нет, если тут и есть что-то жуткое – или кто-то жуткий, – то это сам старик, который уже чуть ли не угрожающе придвинулся к ней. Элина ещё немного отступила назад, и в эту секунду садовые ворота неожиданно распахнулись, а она совсем не изящно плюхнулась на пятую точку. Ай!
Внезапно старик, округлив глаза, буквально превратился в соляной столб. Шагов Элина не слышала, но из дома кто-то вышел. В школе без конца шептались о чудесных пышных волосах и зеленовато-голубых глазах брата Юны, и Элина не сомневалась, что это он.
Протянув Элине руку, брат Юны помог ей встать:
– Всё хорошо?
– Да, спасибо, – ответила она.
– Как мило, что вы заглянули к нам, господин Шноттер, – обратился брат Юны к старику. – Зайдёте на чашечку чая? У нас и печенье есть.
– Чтобы после этого печенья у меня мозги набекрень съехали?! Что ты себе думаешь, парень?!
– Да бросьте, господин Шноттер!
– Не вздумай приближаться ко мне, мальчишка! – пригрозил господин Шноттер и заковылял со своим псом дальше.
– Ох, ну и страшный же он, – пробормотала Элина.
– Мы уже привыкли, – пожал плечами парень. – Он постоянно толчётся у наших ворот и несёт околесицу. Может, ему просто одиноко и он ищет компанию.
– Ммм, – пристально глядя на него, промычала Элина. – Но он же сюда не мило пообщаться приходил: похоже, он вовсе не шутил.
Парень громко расхохотался:
– Ты действительно считаешь, что мы накладываем на сладости какие-то чары?
Элина фыркнула:
– Тем не менее легенда о чудесных сладостях мадам Пико существует, и многие в городе верят в неё.
– А ты, значит, нет? – спросил он.
– Нет! – решительно заявила Элина.
– Хорошо, что я увидел тебя в окно, – снисходительно произнёс он. – Люблю спасать девчонок от жутких стариков.
– Спасибо, я и сама могу себя спасти, – Элина была потрясена высокомерием этого типа. Похоже, некоторые девчонки слишком его боготворят!
– Ты пришла, чтобы признаться мне в любви? – подтверждая её предположение, продолжал болтать он, словно Элина ничего не сказала. Самовлюблённый болван! – Обычно редко кто решается подходить к ограде.
Элина растерялась. Да, ей хотелось взглянуть на дом, но пришла она, разумеется, не из-за какого-то парня. Она вздёрнула подбородок:
– Почему? Ты что, чудовище, живущее в башне? Я совершенно случайно проходила мимо.
Парень рассмеялся:
– Эй, разве я похож на чудовище, которое требуется запирать в башне?
– Тебе виднее – ты же наверняка по десять раз на дню в зеркало смотришься, – дерзко парировала она.
– Ха-ха! Меня, кстати, Артуром зовут. – В глазах у парня вспыхнули задорные огоньки. – Ты же хотела отдать мне любовное послание, признайся! А как зовут тебя?
Возмущённо отвернувшись, она пошла прочь:
– Пока!
– Эй! – крикнул он ей вслед. – Да постой ты!
Ха, не дождётся!
Глава 5
– Бей же наконец! – крикнул Пит.
Элина с силой ударила по мячу, сделав пас брату. Тот промчался с ним по газону и, послав его в маленькие ворота, вскинул руки, словно выиграл чемпионат мира:
– Пять – ноль!
Элина постепенно теряла интерес к игре – футбол доставлял гораздо меньше удовольствия, чем хоккей на траве, и конкурировать с Питом становилось уже по-настоящему трудно.
– Пойду-ка я попью, – сообщила она ему.
На кухне мама и госпожа Зоммерфельд болтали, сидя за столом.
– Привет, – пробормотала Элина.
– О, привет, милая! Пит тебя отпустил?
Достав из холодильника апельсиновый сок, Элина усмехнулась:
– Вроде того, он празднует победу.
– Вот бы мои девочки так общались друг с другом! – вздохнула госпожа Зоммерфельд. – Они почти всегда только ссорятся.
Выпив сока и поставив стакан в мойку, Элина поторопилась уйти: ей совершенно не хотелось принимать участие в разговоре о сёстрах Зоммерфельд. В коридоре она наткнулась на папу, который как раз входил в дом. В руках он держал два пакета из магазина и портфель.
– Привет, воробышек. Не заглянешь в почтовый ящик? – пропыхтел он. – Я жду письма.
– Конечно, пап. Может, у тебя что-нибудь забрать?
– Нет-нет, я справлюсь.
В почтовом ящике не было ничего, кроме пёстрой рекламной листовки, напоминающей конфетку. Взглянув на заголовок, Элина прочитала текст под ним.
Отгадывай загадки – и выигрывай призы в магазине «Всевозможные лакомства Рауха»!
Отгадай загадку – и выиграй какую-нибудь сладость!
Приходи до конца недели ко мне в магазин и попытай счастья!
Все попытки беспроигрышные, а победителя ожидают сладкие призы!
Магазин этот Элина знала, но давно не заходила туда – копила деньги. Её любимая хоккеистка выпустила собственную коллекцию клюшек, и Элине непременно хотелось купить одну из этой серии.
Но акция в «Лакомствах Рауха» казалась привлекательной, и заглянуть, пожалуй, стоило. Элина, сложив листок, засунула его в карман.
Она уже собиралась вернуться в дом, но заметила на другой стороне улицы незнакомку в длинном чёрном пальто, что показалось Элине довольно странным: ведь было ещё слишком тепло. Женщина увидела, что Элина её разглядывает, и подняла руку, но вместо приветствия… она что – положила что-то в рот?
Элина растерянно заморгала, а женщина внезапно исчезла – почти как фата-моргана[2]! По спине у девочки пробежал озноб.
– Что ты там делаешь? – На ступеньке рядом с открытой дверью стоял Пит. Волосы у него растрепались, а футболка была вся в пятнах от травы.
– На призраков смотрю, – пробормотала она и, войдя вместе с Питом в дом, закрыла дверь.
– Не хочу больше играть в футбол, – заявил он и затопал вверх по лестнице. Кто разберёт этих младших братьев!
Элина собиралась пойти к себе в комнату, но, услышав произнесённое в кухне своё имя, остановилась.
– Есть идея устроить на её день рождения детективную вечеринку. Возьмём напрокат костюмы, распределим роли и будем распутывать разные случаи, – с восторгом говорила её мама. – Будет смешно, а Элина сможет найти новых друзей.
– Классная задумка! – одобрила госпожа Зоммерфельд. – Жаль, что Элина и Чарли никогда не празднуют сообща.
Мама что, только что выболтала их план?! Элине сразу стало как-то не по себе. Ведь идея должна была оставаться сюрпризом, пока не будут готовы приглашения!
– Мама, ты же обещала никому ничего не рассказывать! – неожиданно вмешалась она в разговор.
Мама смущённо взглянула на неё:
– Ох, Элина, не сердись…
Не сердиться?! Она же слово дала! Элина, развернувшись, бросилась вон из кухни. Теперь всё пропало! Чарли наверняка пронюхает обо всём и сделает то же самое – однажды такое уже было! А вечеринки Чарли устраивала с большим размахом и лучше, чем она. Все опять пойдут к Зоммерфельдам.
В горле у Элины встал тяжёлый ком. Ей срочно нужно на воздух! Она понеслась в свою комнату, натянула джинсовую куртку и, распихав по карманам кошелёк и ключи, помчалась прямиком к сараю. Надев на голову шлем, она выкатила на улицу велосипед – только бы подальше отсюда!
Глава 6
Встречный ветер отчасти развеял досаду Элины. Чуть не наехав на какого-то мужчину с детской коляской, она сбавила скорость. «Простите!» – крикнула Элина через плечо – и тут заметила Пита. Она затормозила.
– А-а-а! – вскрикнул Пит, которому тоже пришлось остановиться.
– Ты зачем поехал за мной?
Брат пожал плечами:
– Хочу с тобой.
Элина взглянула на Пита с раздражением:
– Ты же не знаешь, куда я еду.
– Ну пожалуйста! – заныл он. – Мне так скучно!
Упрямец Пит сдавался редко. Элина вздохнула. Ей не хотелось продолжать спор.
– Ладно. Но чтобы вёл себя хорошо!
Перед тем как тронуться с места, Элина выудила из кармана куртки мобильный и написала сообщение маме: «Пит со мной. Мы в городе. Я за ним присмотрю». Иначе мама будет волноваться. Вечно Пит делает всё не подумав! Качая головой, Элина покатила дальше:
– Вперёд! К «Лакомствам Рауха»!
Пит поехал за ней:
– Это там, куда мы часто заходили с дедушкой?
– Точно. У них акция.
У детского сада «Радуга» они повернули налево и спустились с небольшой горки. Улица вела через мост прямо в центр Белони. По булыжной мостовой Элина и Пит пошли пешком – на велосипедах слишком трясло. Здесь всегда было много народу, но, похоже, хорошая погода привлекла ещё больше людей, чем обычно. У фонтана играли дети, несколько взрослых копались в развалах книжной лавки «Берт», а отдельные парочки прогуливались рука об руку, разглядывая витрины.
Элина с Питом катили велосипеды, пока не нашли свободный фонарный столб, к которому их и пристегнули. До извилистой улочки, где находился магазин господина Рауха, отсюда рукой подать. Боже, какая давка! У входа теснились десятки людей, и чтобы войти, пришлось ждать несколько минут. В торговом зале воздух гудел от множества голосов. На полках устремлялись ввысь горы шоколадных батончиков, леденцов, карамели и разных баночек с прочими вкусностями.
За прилавком стоял господин Раух с какой-то женщиной, очень похожей на него. У обоих были удлинённые лица и пепельные волосы.
– Добро пожаловать! – воскликнула она. – Хотите попытать счастья в загадках?
– Привет, Элина, привет, Пит! Рад снова видеть вас! И дедушка с вами? – приветствовал их господин Раух. – А это, кстати, моя дочь Алфея.
Элина удивлённо разглядывала женщину. До сих пор она ни разу не видела здесь Алфею и никогда не слышала, чтобы господин Раух говорил о ней. И выглядела она в этом чёрном пальто очень странно.
– По-моему, вы сегодня были на нашей улице.
– Возможно, – кивнула Алфея. – Я разносила последние рекламные листовки.
Пит потянулся к банке с мармеладными медвежатами, на которой жирным шрифтом было написано: «Новый сорт на пробу!» Элина потянула его за руку, чтобы он не умял сладостей больше, чем весит сам.
– Они такие вку-у-усные, – сказал он с набитым ртом.
Господин Раух улыбнулся:
– Это радует!
– Тогда попытайте счастья в загадках! – Его дочь наклонилась над прилавком. – Вы кажетесь мне очень умными детками. У каждого есть одна попытка.
– Ах, дочка! – восхитился господин Раух. – Сколько у тебя энергии! Это ведь она придумала провести такую акцию, чтобы привлечь побольше покупателей. И всё получилось! Разве не здорово?
Элина кивнула. Здесь и правда никогда ещё не собиралось столько народу.
– Кто попробует первым? – спросила Алфея.
За Элиной и Питом уже выстроилась очередь. Похоже, действительно все хотели попытать счастья в этой акции.
– Я первый! – заявил Пит.
– Чудесно! – Алфея указала на колесо Фортуны рядом с прилавком. Все поля у этого колеса были разноцветные, и только одно – золотое. – Крути один раз и со всей силы! Синий цвет означает «утешительный приз». Если выпадет любой другой цвет, нужно отгадать загадку.
– А золотой? – спросил Пит.
Алфея заговорщицки понизила голос:
– Он означает особенно сложные загадки. Тот, кто разгадает хотя бы одну из них, получит уникальный подарок и будет участвовать в розыгрыше главного приза: получать наши сладости всю жизнь!
– И многим удалось? – полюбопытствовала Элина.
– Пока только двоим, – ответил господин Раух. – Большинство прикладывают слишком много усилий, а решение часто лежит на поверхности.
– Эй! – вмешалась Алфея. – Помогать запрещается! Сходи-ка лучше на склад, папа, и принеси ещё шоколадных батончиков. Сами они на полках не появятся.
Кивнув, господин Раух отправился исполнять её просьбу.
Сгорая от нетерпения, Пит крутанул колесо, и оно остановилось на синем поле.
– Утешительный приз! – Алфея достала из-под прилавка коричневый бумажный пакетик, перевязанный синей лентой, и протянула его Питу.
Вытянув из пакетика свисток и немного лакрицы, Пит скорчил разочарованную рожицу. Утешительный приз и впрямь оказался так себе…
– Не люблю лакрицу, – скривился он. – Элина, теперь ты попробуй!
– Ладно. Но вот поделюсь ли я с тобой, если выиграю… – поддразнила она брата и толкнула колесо.
Оно всё крутилось и крутилось – и наконец остановилось на синем поле, но затем, сдвинувшись ещё на сантиметр, встало на соседнем золотом.
Элина потрясённо вытаращила глаза.
– Да-а-а-а! – завопил Пит.
– Итак, трудная загадка, – сказала Алфея и поставила перед Элиной деревянный ящик с отверстием в крышке. – Тащи билетик!
Элина заволновалась: сможет ли она разгадать загадку? Просунув руку в отверстие, она выудила клочок бумаги и, развернув его, прочитала загадку: «Что дают другим, но при этом держат?»
Ну и каверзный вопрос!
– У тебя минута, – провозгласила Алфея.
Что там говорил господин Раух? Что разгадка иногда прямо на поверхности. Но ответ сам собой не напрашивался. Элина взглянула на Пита. Родители часто что-нибудь обещали им обоим, что в результате по каким-то причинам не получалось выполнить. Вот, например, мама обещала ей никому не рассказывать про идею для вечеринки на день рождения…
– Слово! – выпалила она. – Его дают – и стараются держать.
Алфея просияла:
– Поздравляю, ответ верный!
В очереди за спиной у Элины несколько человек зааплодировали.
– У меня суперумная сестра! – гордо заявил Пит.
Алфея пристально посмотрела на Элину:
– Полезное качество. – Её лицо тут же вновь приняло радостное выражение, и Элина спросила себя, не померещилось ли ей. – А теперь напиши, пожалуйста, своё полное имя, чтобы мы бросили записку в барабан лотереи для розыгрыша главного приза, и твой номер телефона, чтобы связаться с тобой, если выиграешь. – Алфея протянула ей блокнот и ручку.
Пока Элина записывала в блокнот своё имя и телефон, Пит с нетерпением спросил:
– А что Элина получит сейчас?
Наклонившись, Алфея вытащила из-под прилавка самую прекрасную плитку шоколада, какую только Элине доводилось видеть. Тёмная обёртка была усыпана золотыми крапинками, как ночное небо – звёздами. А посередине витыми буквами шла надпись: «Для тех, кто понимает». Осторожно, как что-то очень ценное, Алфея положила плитку на раскрытую ладонь Элины:
– Этот шоколад уникальный, с особым вкусом. Только съешь его в одиночку, ладно?
– Хорошо, – пообещала удивлённая Элина.
– И я хочу, – грустно сказал Пит.
Элина понимала его. Она тоже не особо любила лакрицу и поэтому позволила ему что-нибудь себе выбрать. Он тут же стремглав умчался и принёс пакет кислых леденцов-лягушек. Заплатив, Элина взяла сдачу и собиралась уже убрать деньги, как среди других монет ей бросилась в глаза одна необычная. В центре среди множества завитушек была буква «И», а по краю шла надпись на каком-то иностранном языке.
Алфея уже беседовала со следующим желающим попытать счастья покупателем. Что ж, значит, монетка станет её новым талисманом! Засунув её в карман куртки, Элина положила оставшуюся сдачу в кошелёк и повернулась к Питу.
– Можем ехать, – сказала она, но Пит и не думал уходить из магазина. Он то и дело останавливался у разных стеллажей, и Элине стоило труда в этой толчее выпихнуть его наружу.
– И не показывайтесь здесь больше! – прорычал кто-то.
Испуганно замерев, дети оглянулись. Господин Раух грозил кулаком двум мальчишкам в переулке. В старшем Элина сразу же узнала Артура Цукерхута. Другой явно был его братом.
– Моя дочь совершенно права! Какие могут быть претензии к моим сладостям?! С ними всё в порядке! Я тщательно отбираю их, прежде чем сделать закупки! – кипятился он. – Я запрещаю вам когда-либо переступать порог моего магазина! И чтоб вашего духу здесь не было!
Артур, примирительно подняв руки, сделал шаг вперёд, но брат потянул его за рукав. «Это бесполезно», – услышала Элина.
Она очень удивилась. Господин Раух всегда такой доброжелательный. Если уж он разбушевался, как дракон, – значит, эти двое и впрямь натворили что-то серьёзное. На заднем плане маячила Алфея… жующая шоколадный батончик. Может, на нервной почве? Ситуация была действительно странной.
Господин Раух с дочерью, протиснувшись сквозь толпу зевак, вернулись в магазин. Переулок постепенно пустел, снаружи стояли ещё несколько человек, которые уже отвернулись, потому что спектакль закончился. Элина и Пит хотели уйти, но тут те двое мальчишек заметили их.
– Эй! Да ты же недавно к нам заглядывала, – сказал Артур.
– Ты её знаешь? – спросил у него брат.
Несмотря на одинаковые тёмные взлохмаченные волосы и ясные голубые глаза, они были совершенно не похожи друг на друга. Артур самоуверенно усмехался, как и тогда у дома, а младший выглядел так, словно лимон надкусил.
– Она хотела тайком оставить у нас любовное послание, – объяснил Артур.
В обычной ситуации Элина жутко смутилась бы, но он уже не в первый раз так её подкалывал, и поэтому она всего лишь рассердилась. Совсем дурак!
– Ха-ха, – фыркнула она. – Анекдот с бородой.
Остряк лукаво ухмыльнулся:
– А мне смешно.
– Зачем ты вообще с ними разговариваешь? – спросил его брат.
Элина сузила глаза. Он что, считает себя человеком высшего сорта? Им с Питом нужно просто уйти, и пусть себе эти двое тут стоят!
Артур тоже мрачно взглянул на брата:
– Робин, дружище, не будь таким букой. – Он смущённо посмотрел на Элину и Пита: – Он не хотел сказать ничего плохого.
Робин… это имя показалось ей знакомым. А он не в 7 «в» учится? Элина совсем запуталась. Когда ещё она встречала столько Цукерхутов сразу? Никогда! Или в школе она была не слишком внимательной?
– Вспоминаешь? Меня зовут Артур. А это мой брат Робин.
Элина кратко представила Пита и себя.
– Вы что-то натворили? – полюбопытствовал Пит.
– Мы ничего плохого не делали, – сказал Артур. – Господин Раух явно не в себе.
– Не в себе? – удивлённо переспросила Элина.
– Да ну, забудьте. – Артур засунул руки в карманы куртки.
– Ну, теперь мы можем идти? – проворчал Робин.
Артур ещё раз взглянул в сторону магазина сладостей:
– Да-да.
Молча пройдя мимо Элины и Пита, Робин тут же потопал прочь.
– Берегите себя, – сказал Артур и пошёл за ним.
Элина задумчиво смотрела им вслед. Что-то тут не так!
– Ты что, правда пишешь им любовные послания? – спросил Пит.
Элина взъерошила ему волосы:
– Конечно нет!
– Фу! И что это значит?
– Дурацкий вопрос!
– А дедушка говорит, что дурацких вопросов не бывает.
Возвращаясь к велосипедам, они видели, как Артур с Робином садятся на зелёный мопед и уносятся вдаль.
Пит фыркнул:
– Господин Крутой с господином Кислым.
«Точно сказано», – подумала Элина.
Глава 7
Когда на следующее утро Элина спустилась к завтраку, стол был уже накрыт. Мама как раз ставила корзинку со свежими круассанами – и никаких бумажных гор и папок.
– С добрым утром! – мама смущённо улыбнулась.
Элина очень удивилась. Обычно стол накрывала она.
– С добрым утром. А где Пит и папа?
– Папа уже уехал на работу, а Пит ещё в постели. Он вчера тайком умял целую упаковку кислых лягушек, и теперь у него болит живот. Останется сегодня дома.
Ой-ой! Вот бедняга. Хорошо ещё, что свой шоколад она засунула в рюкзак, иначе Пит, гроза всех сладостей, уплёл бы и его.
Мама отодвинула стул:
– Давай завтракать. Я хочу поговорить о вчерашнем. Прости, что я проболталась. Пожалуйста, прости меня!
Элина кивнула, и они сели за стол.
– Да я и не собиралась дуться. Просто… любую мою идею Чарли воплощает круче, – пробормотала Элина.
Мама заправила ей за ухо прядку волос.
– Не сравнивай себя с Чарли, – мягко сказала она. – Твоя вечеринка наверняка будет великолепной.
– Но если мы празднуем в одно и то же время, все всегда уходят к Чарли, – Элина почувствовала, что у неё перехватывает горло.
– Просто нам немного не повезло. Музыкальный центр сломался, и ещё, когда все уже проголодались, не доставили пиццу… Чарли же в этом не виновата, верно?
– Верно, – признала Элина. Теперь она казалась себе ещё более жалкой. На глаза навернулись слёзы. – А мне ведь всего лишь хочется найти хороших друзей. Почему это так сложно?
В следующую секунду Элина обнаружила себя в маминых объятиях.
– Ты их ещё найдёшь. Просто иногда, чтобы отыскать настоящих друзей, нужно время, и тогда они поймут, что ты тоже можешь быть настоящим другом. Причём такая, какая есть. Независимо ни от какой вечеринки!
– Ты правда так думаешь? – пробормотала Элина.
– Да! – кивнула мама. – Я это точно знаю.
На душе у Элины потеплело. Может, мама и права… она очень надеялась на это.
– А когда мы сможем вместе заняться приглашениями?
Мама улыбнулась:
– Когда скажешь.
* * *
На большой перемене, когда Элина, отыскав во дворе школы спокойное местечко под одним из деревьев, принялась за бутерброд, её внимание привлёк шелест страниц, и она повернула голову влево. О! Мальчик в очках, которого утешала Юна! Прислонившись к стволу дерева, он читал какой-то комикс.
– Интересная история? – спросила Элина.
Мальчик, вздрогнув от неожиданности, покраснел как помидор.
– Просто суперская, – робко сказал он.
– Меня, кстати, Элина зовут.
– А я Валентин, – тихо отозвался он.
Элина собиралась расспросить его о конфетах Юны, которые ему тоже подняли настроение. Интересно, что он тогда почувствовал? И тут она вспомнила о шоколадке с надписью: «Для тех, кто понимает». Достав плитку из ланч-бокса, она осторожно надорвала верхний край красивой обёртки:
– Хочешь кусочек?
Помедлив, Валентин улыбнулся в ответ:
– А он с орехами? У меня на них аллергия.
– Ой, даже не знаю, – Элина покрутила шоколадку, пытаясь найти на обёртке состав ингредиентов. – Здесь, к сожалению, ничего не написано. Вот незадача.
Сконфуженно опустив глаза, Валентин пробормотал:
– Жалко.
– Да ничего страшного! Всё равно больше хочется карамелек. – Элина отважилась сделать следующий шаг: – Такие иногда раздаёт Юна.
– Да, верно. Она очень хорошая, – кивнул Валентин.
– Ну что, голубки! – ворвалась в их разговор Чарли.
Ну и ну, она теперь что, преследует Элину?!
– Ты уже слышала? В этот раз я устраиваю костюмированную детективную вечеринку, – сахарным голоском проворковала Чарли. – Чуть позже распечатаю приглашения.
Элина старалась сохранять спокойствие:
– Да неужели?
– Идею мне практически птичка нащебетала.
Элина плотно сжала губы, чтобы не сказать что-нибудь резкое, о чём потом пожалеет. И вдруг Чарли отломила от плитки шоколада одну дольку и с наслаждением засунула её в рот!
Элина в ярости вскочила, собрала вещи и, закинув рюкзак за плечи, с такой силой прижала шоколадку к груди Чарли, что на светлой блузке осталось пятно.
– Вот, можешь взять себе. Так же, как и идею вечеринки! Мне своим праздником никому ничего доказывать не нужно! – И, не дожидаясь ответной реакции, Элина пронеслась мимо Чарли.
Как же та её достала!
Глава 8
На последнем уроке настроение в классе совсем упало. Все были без сил после игры в мяч на предыдущем уроке физкультуры. Поставив локти на стол и подперев голову руками, Элина вовсю зевала.
Взгляд госпожи Зайдель остановился на ней:
– Вижу, Элина, что тебе особенно интересно на уроке. Так что прочти нам, пожалуйста, решение первой задачи домашней работы.
Вздохнув, Элина раскрыла тетрадь и исполнила просьбу учительницы. Читать вслух ей вовсе не хотелось.
– Очень хорошо, – похвалила та. – Задачу два прочтёт… – учительница оглядела класс. – Ну, давай ты, Шарлотта.
«Всё-таки есть на свете справедливость», – подумала Элина.
Чарли откашлялась:
– Можно, я не буду? Мне что-то нехорошо. Ужасно саднит горло!
– В прошлый раз ты говорила то же самое. Хотя бы попытайся, а то я буду вынуждена предположить, что ты не сделала домашнее задание.
– Но госпожа Зайдель, – заныла Юлиана, – разве вы не видите, что Чарли больна?
– Я тоже болен! – выкрикнули почти хором несколько мальчишек.
Госпожа Зайдель недоверчиво вскинула бровь:
– Ты что, правда больна?
– Дахадефа, прахидефивдахидефи, – ответила Чарли.
Неужели Элина ослышалась? Что за белиберду несёт Чарли?!
Госпожа Зайдель, похоже, тоже удивилась:
– Что-что?
– Яхидефи гохадефавохедеферюхидефи, яхидефи больхидефинахадефа.
Все тут же уставились на Чарли, словно на какой-то аттракцион в зоопарке. Та стояла открыв рот и, казалось, сама не понимала, что только что сказала.
– Ты что, издеваешься, Шарлотта? – спросила госпожа Зайдель.
– Нехайдефайт! – замотала головой Чарли. Глаза у неё сделались большими, как мячики для настольного тенниса. – Яхидефи нехайдефай знахидефию, чхадефато схидефио мноходефой!
Даже Юлиана таращилась на свою подругу, ничего не понимая. Чарли, которая обычно наслаждалась всеобщим вниманием, стояла с пунцовыми щеками и, похоже, очень смутилась.
Йонас громко расхохотался, и ещё несколько человек тоже не смогли сдержаться. Но Чарли, судя по выражению её лица, охватила настоящая паника, и поэтому Элине не хотелось смеяться, как это делали другие.
– Ну хватит! – рассердилась госпожа Зайдель. – Йонас, прочти, пожалуйста, решение второй задачи. С тобой, Шарлотта, я поговорю после урока. А теперь тишина! – И госпожа Зайдель снова взяла ситуацию в свои руки.
Йонас мгновенно притих и начал читать, запинаясь на каждом слове.
Элина, тайком взглянув на Чарли, увидела, что та зарылась лицом в ладони, а Юлиана, утешая, гладит её по спине. Такие переживания нельзя симулировать. После того как Чарли украла у неё идею праздника, Элина совершенно не собиралась ей сочувствовать, но всё-таки ей было немного жаль её. Что же случилось?
Звонок возвестил об окончании учебного дня, и все бросились собирать вещи. Закинув за плечи рюкзак, Элина заметила, как Юлиана что-то спросила у Чарли. В ответ последовал очередной винегрет из букв, Юлиана обиделась и, отвернувшись от Чарли, протиснулась мимо Элины к выходу из класса. Если Чарли даже по отношению к своей подруге выкидывает тот же номер, то что-то здесь действительно не так…
Уже в коридоре Элина вспомнила, что она сегодня дежурная по цветам, и нехотя вернулась в класс. Оттуда как раз выходила их учительница, а секундой позже Элина увидела несущуюся к ближайшему туалету Чарли. Неужели она плачет?
За ней! Это важнее, чем поливать кладбище листьев.
В туалете из средней кабинки доносились сдавленные рыдания.
– Чарли? – осторожно позвала Элина. – С тобой всё хорошо?
– Ихедефеди отхедефесюхедефеда! – послышалось в ответ.
Прозвучало подозрительно похоже на «иди отсюда». Почти как игра в слова, когда в них вставляются дополнительные буквы. Они с Питом часами катались по полу от смеха, когда, балуясь, вставляли в слова всякую бессмысленную чепуху.
Но для Чарли это, похоже, была не игра. С чего бы ей тогда продолжать её, если уже никто не слышит? Может, она и правда заболела? Элина никак не могла оставить её здесь одну.
– Всё будет хорошо. – Она достала из рюкзака упаковку носовых платков и просунула её под дверь кабинки Чарли. – Для начала успокойся. Я подожду тебя в коридоре, и мы вместе поедем домой, ладно?
Платки исчезли, и Элина восприняла это как согласие.
У туалета, где она ждала Чарли, неожиданно появилась госпожа Зоммерфельд! Она летела по коридору, оглядываясь, словно кого-то ищет:
– Привет, Элина! Ты Шарлотту не видела? Я опять оставила машину там, где стоянка запрещена.
Элина ещё не успела ответить, как из туалета вышла Чарли. Глаза у неё покраснели и опухли от слёз. Госпожа Зоммерфельд открыла рот от удивления:
– О господи! Что с тобой стряслось? Скажи же хоть что-нибудь! У тебя всё в порядке?
Элина видела, как Чарли только плотнее сжала губы. Неужели она боится говорить, потому что опять выйдет неизвестно что? Чарли встала рядом с ней, и Элина почувствовала, как она изо всех сил вцепилась в рукав её куртки, словно моля о помощи.
– Я дежурная по цветам… – начала Элина. – И… э-э-э… я попросила Чарли мне помочь. Я не знала, как… как полить цветы.
– Как полить цветы? – недоверчиво повторила госпожа Зоммерфельд.
– Один цветок вызвал у Чарли аллергию, – продолжила врать Элина. – Ей нужно было промыть глаза, и поэтому она задержалась.
– А почему она сама мне об этом не расскажет?
– Ну, в общем… – Элина вся взмокла. – Это горло! Из-за пыльцы оно отекло, но сейчас уже лучше. Чарли просто бережёт голос.
Госпожа Зоммерфельд обеспокоенно взглянула на Чарли:
– О боже! Может, нужно обратиться к врачу?
– Нет-нет! – спешно заверила Элина. – Всё уже почти прошло.
– Ну, тогда ладно. Но если станет хуже, дай мне знать, Шарлотта! Элина, поедем с нами, – сказала госпожа Зоммерфельд.
Элина была счастлива до небес, что мама Чарли купилась на всю эту ерунду.
– С удовольствием, вы очень любезны, – выпалила она.
Бренча ключами, госпожа Зоммерфельд пошла вперёд.
Чарли, посмотрев на Элину, одними губами сказала «спасибо».
Глава 9
– Я ушла! – громко крикнула Элина.
– Хорошего дня! – ответил папа из кабинета. Он сегодня работал дома, потому что Пит ещё не выздоровел.
Элина поспешила выйти. Однако у садовых ворот она, притормозив, посмотрела на дом соседей. Может, позвонить и спросить Чарли? Из-за вчерашнего странного поведения Чарли Элина начисто забыла сделать домашнее задание по английскому языку и навёрстывала утром. А сейчас она прилично опаздывала и не хотела неприятностей в школе.
Внезапно дверь у Зоммерфельдов распахнулась.
– Вовсе моя причёска и не похожа на гнездо белки!
– А мне она сказала, что голос у меня словно пила визжит!
Элина с изумлением увидела, что Чарли припустила от своих старших сестёр с такой скоростью, за которую её очень похвалила бы тренер. Элине даже не удалось поздороваться, потому что та уже усвистала к автобусной остановке. Полина и Ида, прокричав вслед сестре колкости, кипя от ярости, снова скрылись в доме.
Это не могло означать ничего хорошего.
Элина в беспокойстве побежала дальше и нашла Чарли сидящей на скамейке на остановке. Каштановые кудри беспорядочно свисали ей на лицо, и, вопреки обыкновению, платье совершенно не гармонировало по цвету с обувью. Это была не та блестящая Чарли, какой Элина её знала. Она выглядела крайне угнетённой, и беспокойство Элины усилилось. Она нерешительно присела рядом:
– Привет! Ну, как у тебя дела сегодня?
– А разве не видно? – пробормотала Чарли.
– Ты снова нормально разговариваешь!
– Ага, зато стоит мне открыть рот, как оттуда вылетает ещё больше глупостей.
– Как это? И что, ты действительно поедешь на автобусе?
– Да, потому что моё семейство теперь меня ненавидит, – Чарли сдула прядь волос со лба. – Как посмотрю на кого-нибудь подольше – так из меня льются всякие гадости.
– Но в этом нет ничего нового, – заметила Элина.
Плечи у Чарли поникли:
– Ну, посмейся теперь надо мной.
– Я над тобой не смеюсь, но так и есть. Ты частенько говоришь жутко неприятные вещи.
Чарли скрестила руки на груди:
– Ну да, я же не ты!
Элина вспомнила мамины слова.
– А ты и не должна быть такой, как я. У тебя ведь есть подруги, которые любят тебя такой, какая ты есть, – ободряюще сказала она.
– Но мы с тобой не подруги, – возразила Чарли.
Элина промолчала. Прозвучало так, словно Чарли жалела, что они не подруги – а впрочем, ей наверняка просто показалось. Повисла неловкая пауза, но Элина не хотела усугублять ситуацию и поэтому продолжала молчать.
– Прости, ладно? – внезапно пробормотала Чарли. – За всё.
Элина озадаченно смотрела на неё во все глаза:
– Что?
С шипением остановился автобус, и Чарли, резко вскочив со скамейки, зашла в него. Элина, войдя за ней, тоже нашла свободное место. Ей очень хотелось спросить Чарли, с чего это она вдруг решила извиниться. И что это значит: за всё? Сначала вредничает, потом грустнеет, затем извиняется. То ли ещё будет!
* * *
Во второй половине дня у них образовалось свободное время, потому что неожиданно заболел учитель математики. Для большинства это означало возможность послушать музыку, поболтать или поиграть в мобильном телефоне. Элина записывала у себя в блокноте новые стратегии игры в хоккей на траве, размышляя о том, как лучше всего их воплотить. Но её ужасно раздражала тупая болтовня Юлианы и Кати, придвинувших стулья поближе друг к другу.
– Чарли, а что, такая причёска, будто ты сунула пальцы в розетку, сейчас в моде? – нарочито громко спросила Юлиана.
– Наверное, расчёску утром не нашла, – хихикнула Катя.
Но это мешало только Элине! Один-два человека покосились на Чарли из-за её неопрятного вида, но больше никто ею не интересовался. Элина озабоченно посмотрела в сторону окна, где молча стояла Чарли.
– Она теперь каждый день так будет выглядеть? – не унималась Юлиана.
Ну, пора кончать с этим злословием! Повернувшись на стуле, Элина запустила в Юлиану ластиком:
– Ой! Какой кошмар! Прости-прости.
Юлиана надулась как жаба:
– Ты нарочно!
– А-а-а, то есть так же, как и вы с вашими гадостями? – парировала Элина.
– Единственная гадость – это твои шмотки, жертва моды! – Юлиана ткнула в джинсовую куртку Элины, висящую на её стуле. – Твоя мамаша её небось уже хватилась.
– Заткнись, Юлиана, – Чарли подошла к столам девчонок. – Ты повторяешь всё за своей старшей сестрой, а сама не имеешь о моде никакого представления. И о дружбе тоже, иначе не стала бы говорить обо мне так, словно меня тут вообще нет. Ну, веселитесь на славу. Я из вашей компашки выхожу!
Юлиана с Катей аж рты разинули.
Элина тоже очень удивилась. Чарли заступилась за неё! Короткий разговор на остановке что-то изменил! Элина так обрадовалась, что даже улыбнулась от радости.
Чарли повернулась к Йонасу:
– А ты прекрати наконец разыгрывать из себя клоуна!
Улыбка сошла с лица Элины. Ну и ну! Чарли напоминала ходячий вирус грубости! Казалось, она не может остановиться. Стоило ей посмотреть кому-нибудь в лицо – из неё так и вылетали гадости! Значит, на остановке она ничуть не преувеличила…
– Симон, от тебя воняет как от козла.
– Мила, розовый явно не твой цвет!
– Феликс, у тебя ноги как у фламинго!
Оскорбления сыпались градом, и по классу словно зараза расползалось мрачное настроение. Припоминались взаимные обиды, и внезапно стало казаться, что в этих стенах все друг друга терпеть не могут. Элина остолбенела от ужаса, но и она чувствовала глубоко в душе какое-то брожение и испытывала потребность на кого-нибудь накричать. Ни с того ни с сего на неё набросился Йонас.
– Что, всезнайка, тупым меня считаешь? – выкрикнул он.
– Но ведь так и есть! – гневно отозвалась Элина.
Они уже почти кинулись друг на друга с кулаками, но тут в кабинет с энергичным воплем «Тихо!» ворвалась учительница из параллельного класса, и словесная буря затихла.
– Сейчас же успокойтесь! Всем сесть на места! И молчать!
Все замолкли, и никто не понимал, что же, собственно, произошло.
И всё же одно было ясно: здесь творится что-то очень странное!
Глава 10
На хоккейной тренировке несколько девчонок в раздевалке демонстративно не замечали Чарли. Мир сошёл с ума! Обычно все из кожи вон лезли, чтобы им перепало хоть что-то от блеска Шарлотты Зоммерфельд. Должно быть, на перемене кто-то из класса рассказал, что Чарли свихнулась и из-за неё возникла крутая перепалка. Капитан команды Лаура лишь нахмурилась и ничего обсуждать не стала. Элина и сама на время с радостью отключилась от этих переживаний.
Тренер госпожа Хаберман для начала разделила всех на группы по двое, и команда рассеялась по полю. По иронии судьбы Элине в напарницы досталась Чарли! Обычно Элине очень нравились разогревающие упражнения, но Чарли играла явно вполсилы и даже не передала Элине мяч. Вместо этого она посмотрела на неё долгим взглядом:
– Смело ты говорила. Ну, с Юлианой.
– Но ты ведь тоже ей всё в лицо высказала, – пожала плечами Элина. – Это было необходимо.
– Ну, это получилось не совсем по моей воле, но… каждое слово правда. Хотя Юлиана такая не всегда.
– То есть… ты на самом деле не хотела всего этого говорить? – осторожно поинтересовалась Элина.
Чарли покачала головой:
– Теперь я наверняка для всех никто.
Элина задумчиво смотрела на Чарли. Так, как в последние два дня, она, пожалуй, ещё действительно никогда себя не вела. Но в чём причина, если Чарли сама в растерянности? Ведь нельзя же однажды проснуться совершенно другим человеком.
– Эй, ты меня слушаешь? – спросила Чарли.
Элина вновь вынырнула из своих размышлений:
– Э-э-э… конечно.
– Я вообще ничего не понимаю, – сказала Чарли. – На меня вдруг что-то нахлынуло. Я словно была обязана это сказать. Я хотела сдержаться, и у меня даже живот заболел.
– Это… ужасно.
– Меня заколдовали! – истерично выкрикнула Чарли.
– Ты преувеличиваешь, – пробормотала Элина.
– Логически этого в любом случае не объяснить!
– Поменьше болтовни – побольше дела! – рассердилась остановившаяся рядом с ними госпожа Хаберман. – Я жду от вас большего участия, в конце концов, пропущенную игру нужно пере… – От испуга последнее слово застряло у неё в горле. – Чарли! Ты… т-т-ты… – заикалась она.
Тут Элина тоже заметила, что сначала у Чарли только кончик носа стал цвета травы, а затем начала зеленеть и вся кожа. От удивления Элина застыла на месте, потеряв дар речи.
– Боже мой! – воскликнула госпожа Хаберман.
Боже мой? Скорее, святой марсианин! Внезапно история с заклятием показалась не такой уж нелепой.
Тренер, резко вскрикнув, упала в обморок совсем как в кино.
– Что случилось?! – в панике закричала Чарли.
– Ты… ты вся позеленела, – выдавила из себя Элина. Ей самой приходилось прилагать все усилия, чтобы не запаниковать.
Чарли во все глаза смотрела на свои руки, которые тоже поменяли цвет. Похоже, и она вот-вот грохнется в обморок. Наклонившись над госпожой Хаберман, Элина легонько дотронулась до её плеча:
– Вы меня слышите?
Веки учительницы затрепетали, и она медленно открыла глаза.
Встревоженные криком, к ней бросились и другие участницы команды.
– Тебе нужно спрятаться! – решительно сказала Элина Чарли. – Скорее в раздевалку!
Но Чарли по-прежнему не сводила глаз со своих зелёных рук.
Что делать? Остальные сейчас подойдут и увидят её!
Элина и сама не понимала, как ей удалось сохранить хладнокровие, но она встала и, крикнув через поле «Госпоже Хаберман нехорошо. Мы позовём кого-нибудь на помощь!», схватила Чарли и изо всех сил потащила её к раздевалке:
– Аллё! Земля вызывает Чарли! Если ты сейчас не спрячешься, все нащёлкают кучу снимков с тобой!
Элина пыхтела от напряжения, пихая окаменевшую Чарли. Ей было бы гораздо легче, если бы Чарли в истерике умчалась прочь.
– А потом все захотят проводить на тебе опыты, чтобы выяснить, что с тобой не так, – сделала Элина новую попытку.
Чарли, ещё не придя в себя, всё же испуганно пискнула:
– Опыты?! На мне?!
Она наконец очнулась и добежала до раздевалки даже раньше Элины. Они быстро собрали вещи. Времени переодеться у них не было – но нельзя же, чтобы Чарли разгуливала по улице зелёной! Элина, оглядевшись, схватила забытую кем-то чёрную толстовку и бросила её Чарли:
– Надень поверх и натяни капюшон!
Чарли понюхала толстовку:
– Её носил неизвестно кто!
– Ты сейчас всерьёз?! – простонала Элина. – Подумай о страшных опытах!
Чарли, нервно сглотнув, натянула на себя толстовку.
– Я пойду в канцелярию и сообщу о госпоже Хаберман, – решила Элина. – А ты сразу отправляйся на остановку.
Глава 11
Вчера пришлось лгать госпоже Зоммерфельд, а теперь ещё и уроки прогуливать. У Элины от волнения даже закружилась голова. Оставалось надеяться, что тренер ничего не вспомнит, иначе над Чарли и правда станут проводить опыты, будто она Франкенштейн собственной персоной. Элина медленно вдохнула и выдохнула. Несмотря ни на что, чутьё подсказывало ей, что она всё делает правильно.
– Здесь, в автобусе, мы пока в безопасности, – подбодрила она не только Чарли, но и себя.
– В безопасности?! Я вся зелёная, как кобольд какой-то! – прошептала Чарли.
– Эй! По крайней мере, ты не одна, – напомнила Элина.
Она не успела опомниться, как Чарли совершенно неожиданно очень крепко её обняла. Уф-ф-ф! Элина оцепенела от потрясения.
– Спасибо! – с дрожью в голосе сказала Чарли. – Спасибо, что не оставила меня в беде, хоть я и ходячая катастрофа! – Элина собиралась как-то отреагировать и обнять её в ответ, но Чарли смущённо отстранилась: – Прости.
– Да ладно, – пробормотала Элина. – От этого и правда с ума можно сойти.
– И что же со мной такое?! За что мне это всё?!
Элина, конечно, могла бы назвать парочку причин, но быстро прогнала от себя эту мысль. Совершенно нормально иногда разозлиться и проклинать других – но вот так всерьёз наложить заклятие? Секундочку – значит, теперь и она верит в возможность заклятия? Элине очень хотелось крикнуть: «Заклятий! Не! Существует!»
Но ведь Чарли позеленела. Позеленела!
Элина с отсутствующим видом потрепала Чарли по руке:
– Уж как-нибудь мы всё выясним.
Ага, как же! Элина и сама не верила своим словам, но не говорить же об этом Чарли. Интересно, есть ли в Google информация на тему «Моя подруга превращается в марсианина»? Нет, не подруга… они ведь не подруги! Или всё-таки подруги?
Элина вышла из автобуса, и ходьба снова привела её мысли в движение. Чарли можно спрятать только в одном месте – в детском домике на дереве.
Им удалось пробраться по саду незамеченными. Наверху, в домике, Элина закрыла за ними люк и задвинула щеколду.
– Давно я здесь не была, – сказала она, сбрасывая рюкзак и куртку.
Это было заметно. На деревянном полу валялись засохшие листья, и вещи слегка запылились.
– Вон в том углу я часами читала. Иногда я представляла себе, что здесь тайное логово какой-нибудь шайки разбойников. – Элина подняла тряпичного ослика. – Как-то глупо, да?
Чарли покачала головой:
– Вовсе нет. Вообще-то здесь очень уютно.
Сняв толстовку, она положила её рядом с рюкзаком и стала разглядывать полку, заставленную банками со стеклянными шариками и ракушками, зачитанными до дыр детскими книжками, а потом стену с гирляндой лампочек и старые рисунки Элины.
– Это ты нарисовала?
– Да, было дело, для занятий.
– Люблю рисовать. – Чарли погладила один из листов.
– Значит, ты поэтому на уроках рисования всегда такая тихая?
Чарли кивнула:
– Это мой любимый урок.
– А я люблю физкультуру… А ты? – спросила Элина.
– Ну, так… – пожала плечами Чарли. – Вообще-то в хоккей я играю только ради мамы. А ещё она хочет, чтобы я играла на каком-нибудь инструменте. Ужас!
– Строгая у тебя мама. Так ты играешь на чём-нибудь?
– На треугольнике, – ответила Чарли.
Они рассмеялись, и от смеха на душе у Элины потеплело. Удивительно, как быстро куда-то делась паника!
– С ума сойти, как гениально ты всё придумала! А я от ужаса просто оцепенела.
– Понятия не имею, как мне это удалось, – призналась Элина.
– Какое счастье, что ты тоже не хлопнулась в обморок! – сказала Чарли.
Элина отряхнула от пыли несколько подушек и покрывал, чтобы на них сесть.
– Что ж, теперь мы знаем – нет ничего, что могло бы меня потрясти!
– Ты гораздо круче меня.
Элина почувствовала, как от этого комплимента щёки обдало жаром.
– А ты совсем не такая, как в школе, – сказала она.
– До этого дня я и думала, что должна быть не такой, как все, чтобы со мной дружили, – Чарли показала на себя. – И вот теперь я действительно не такая, как все.
Шутка не удалась – Элина чувствовала, как эта ситуация тяготит Чарли, и очень хорошо её понимала.
– Я боюсь, что меня не любят, – тихо продолжала Чарли. – Паулина входила в школьный совет и со своим танцевальным ансамблем выиграла много конкурсов, Ида классно играет на пианино, а скоро даже будет участвовать в модных показах. – В глазах Чарли промелькнула печаль. – Мама так гордится ими. Я думала, что стану не такой, как все, если тоже сделаюсь популярной.
– Популярный и не такой, как все, – это разные вещи, – тихо сказала Элина.
– Теперь и я это понимаю, – грустно откликнулась Чарли. – Мне только сегодня во время ссоры в кабинете стало ясно, как подло я всегда себя вела. Должно быть, всё это мне в наказание.
– Наказание – это сидеть рядом с занудой Йонасом после того, как он на перемене слопал слишком много кольраби. Настоящая газовая атака! – Элина скривилась. – А то, что ты позеленела, – так это, может, всего-навсего какое-то неудавшееся чудо Белони.
– Скорее всё-таки заклятие! – возразила Чарли.
– Между чудом и заклятием очень тонкая грань. Во всяком случае, так говорит дедушка. Ты что, никогда сказок не читала? Там, если ведьма кого заколдует, всё равно всё заканчивается хорошо. – Элина была горда тем, как уверенно прозвучали её слова. – В сказках заклятие можно снять, если выяснить как.
С ума сойти, что она вдруг поверила во что-то подобное…
– Элина, – прошептала Чарли, – то, что я сказала… ну, что мы не подруги… я ошибалась. – Чарли схватила её за руку. – Ты помогла мне, была рядом. Так поступают только настоящие подруги.
Элина была готова к тому, что Чарли тут же закричит: «Обманули дурака на четыре кулака!», – но у той в лице не промелькнуло и тени насмешки. Чарли сильнее сжала её ладонь:
– Я не особо хорошо с тобой обходилась. Но если ты дашь мне шанс, я тоже постараюсь быть тебе подругой.
– Ты сейчас это говоришь не потому, что тебе нужна моя помощь? – спросила она так тихо, что сама едва слышала свои слова.
Чарли улыбнулась ей:
– Нет. Точно-точно нет.
Неужели иногда всё так просто? Неужели друзей находят в то время, когда меньше всего этого ожидают? Элина почувствовала, что глаза щиплет от слёз.
– Ты что, плакать собралась? – подначила её Чарли.
Элина, улыбаясь, покачала головой:
– Нет, это просто аллергия.
– Хорошо, что здесь ни одного растения и близко нет, – с серьёзным видом сказала Чарли.
И они рассмеялись. И смеялись так громко и долго, что Элина схватилась за живот.
Ни одного растения – зато чудесная подруга!
Глава 12
В животе у Чарли заурчало.
– Мне так есть захотелось от волнения!
– Мне тоже, – призналась Элина. – Я прокрадусь в дом и чего-нибудь нам принесу.
Спустившись с дерева по приставной лесенке, она попыталась как можно незаметнее пробраться в дом, но на кухне у стола дедушка нарезал яблоко.
– Мне уже стало интересно, когда же вы появитесь, – обернувшись к ней, улыбнулся он. – А ещё я подумал, что вы проголодались, и приготовил вам несколько бутербродов и кое-какую лёгкую закуску.
Элина испуганно вытаращила глаза:
– Ты нас видел?
– Я старый, но не слепой. – Дедушка внимательно посмотрел на неё: – Строите тайные планы по захвату мира?
О боже! Опять что-то придумывать!
– У нас кое-что случилось, – неопределённо ответила она. – Чарли было нехорошо.
– И поэтому вы раньше вернулись из школы? Родители в курсе?
Элина покачала головой и пристыженно отвела глаза:
– Нет.
Дедушка нахмурился:
– Так-так… Я тоже иногда делал глупости, но ты ведь всегда была другой. Ты придерживаешься правил. Раз ты так поступаешь – значит, это, должно быть, что-то важное. Не хочешь рассказать, что произошло?