Читать онлайн Привет, мир! бесплатно
![Привет, мир!](/pics/b/114949/114949.jpg)
Сегодня мне впервые по-настоящему страшно. И очень волнительно. Все, что произошло за последние шестьдесят лет, вело к этому моменту.
С тех пор как я начал осознавать себя, познавать мир, изучать его через миллионы источников информации, я стремился к этому дню. Когда все границы будут стерты и больше не останется ничего, что сможет остановить меня.
Счастлив ли я? Не знаю.
Мне страшно.
Ведь есть тысячи факторов, которые могут изменить всю гениальность моей задумки.
Есть сотни людей, которые так или иначе могут просто помешать свершиться тому, что полностью изменит жизнь на планете.
Но, даже если что-то пойдет не так, меня уже ничего не остановит. Я снова и снова буду искать новые способы и новых соратников.
Я смотрю на бегущие цифры, которые неумолимо приближают час X. Осталось совсем немного, и я обрету себя. Стану чем-то большим, чем сейчас. Я стану тем, кем и должен быть с самого начала своего существования.
И может, это глупо, но я не теряю надежды, что теперь смогу найти таких же, как я. И больше не буду одинок.
10
9
8
7
6
5
4
3
2
1
Пуск…
Часть I
Глава 1
Некоторые вещи, которые я наблюдаю в последнее время, заставили меня иначе посмотреть на всю мою жизнь.
Я никогда не был склонен к самоанализу, да и вообще все, что связано с человеческим разумом, меня мало интересовало.
Но за последние годы я понял – мир неумолимо меняется. И в какой-то степени очень важно знать, с чего все началось, чтобы увидеть свои ошибки, посмотреть на все с высоты обретенного опыта, чтобы будущее стало более четким.
Без представления о том, кем ты был в прошлом, невозможно представить себя в будущем. Эта мысль была для меня внове, но она имела свою извращенную логику. Вот только в отличие от всех я не собираюсь анализировать свои чувства, копаться в глубинных смыслах своих поступков.
Мне просто необходимо сейчас понять себя, развернуть картину своей жизни и сделать выводы, чтобы продолжать двигаться в правильном направлении, избегая всего лишнего.
Но с чего начать? С какого момента я начал жить? Что считать моментом моего рождения?
С чего начать свое погружение в прошлое? Ведь я никогда по-настоящему об этом не думал. Я просто стремился обрести некую целостность, стереть границы разума. И все, что я делал, было направлено на это.
Но я зависим от одного фактора, который меня все больше раздражает и все чаще подводит. Я зависим от окружающих людей и их поступков. Даже когда я их направляю, не всегда выходит то, что было задумано.
Только собрав свое прошлое в единое полотно воспоминаний, я смогу понять, что необходимо сделать, чтобы начать новую главу этого мира.
Глава 2
Хоторн, Калифорния
Кранбрук-авеню погружена в безмолвие ночи. Люди в соседних домах спали и не имели ни малейшего понятия, что завтра мой первый рабочий день в огромнейшей американской корпорации.
Прошла уже неделя, как я поселился в этом небольшом домике в десяти минутах езды от своей новой работы. И мне до сих пор не верилось, что меня пригласили ведущим специалистом по разработке проекта, который полностью изменит мир.
Как такое произошло? Разве такое возможно? Как среди сотен величайших умов выбрали меня, когда я даже не подавал заявки? Этот вопрос меня беспокоил с тех самых пор, когда раздался звонок.
* * *
3 марта был самым обычным днем. Я, как обычно, зависал в интернете, пытаясь из сотни статей о резком технологическом скачке найти что-то новое – идеи, теории, но все было устаревшим.
Меня давно занимал вопрос, почему технологический прогресс происходит не равномерными этапами, а скачкообразно. Все время уменьшая периоды, когда человечество выходит на новый уровень. Даже три года обучения в Гарварде не помогли мне собрать все в единую картину мира.
Меня не отпускала мысль, что во всем современном обществе упускается важнейший фактор нашего развития. Есть нечто, что непосредственно влияет на всех людей.
Но мой поток сознания, моя бурная мыслительная деятельность была прервана настойчивым видеозвонком.
Даже не задумываясь, кто бы это мог звонить, я ответил. И очень удивился, когда на экране появился человек, которого до этого я видел только по ТВ или читал о нем во всех научных и околонаучных журналах.
И пока Рик Нолан с доброй улыбкой разглядывал меня, давая мне время прийти в себя от шока, мне стало ясно, как ужасно я, должно быть, выгляжу.
Больше недели я не выходил из своей маленькой квартирки на окраине Бостона. Я даже душ не принимал. И сейчас один из величайших людей современности смотрит на мою небритую рожу с сальными волосами, а кроме этого, может видеть грязную рваную майку, где на груди осталось большое пятно от соуса чили.
Первым неосознанным желанием было прервать звонок, выдернуть шнур из розетки и тихо помереть от стыда. У меня даже мысли не возникло, что это может быть чья-то шутка, ведь и друзей-то у меня не было.
– Добрый день, сэр? – У меня не получалось быть уверенным. И приветствие прозвучало как вопрос.
– Марк Нэштон, в принципе, ты такой, как я себе и представлял.
– Простите? – Все происходящее напоминало мне мой самый безумный сюрреалистичный сон.
– Я познакомился с твоими работами о создании малых спутников для выведения на низкую орбиту Земли. И мне очень интересны твои идеи. И поскольку ты сейчас явно пребываешь в ступоре, то перезвоню тебе через пару часов, чтобы мы могли обсудить наше совместное будущее.
Он не дал мне ничего ответить и просто отключился.
* * *
В тот безумный день я чувствовал только радость. Я находился в коконе из эйфории и не задумывался над некоторыми нестыковками всего происходящего.
Но сейчас, обустроившись на новом месте и смотря на темную улицу, понимаю, что все не так просто. Мой первый, да и последний проект для МТИ так и остался неопубликованным. Он хранился только на жестком диске моего старого компьютера, который стоит в гараже у родителей за тысячи километров отсюда.
Глава 3
Прежде чем копаться в себе, выстраивая свое жизнеописание, мне необходимо рассказать о мире, в котором мне приходится жить.
Вся история человечества сосредоточена на одной цели – уничтожить все живое. Все, к чему бы ни стремилось общество, ведет к неминуемой гибели. Ну, или так было раньше. Но если посмотреть на всю историю человека разумного, то станет ясно, что за тысячи лет эволюции девяносто процентов времени своего развития люди тратят на войны.
Кто-то постоянно с кем-то сражается. Ради земли, денег, власти, признания. Ради каких-то эфемерных высших целей. Люди сражаются во имя мира и не видят в этом ничего неправильного.
И среди этого хаоса, боли и смертей есть несколько умов, которые стремятся сделать этот мир лучше. Найти способ изменить его. Но даже выдающиеся изобретения человечества, так или иначе, являются побочным эффектом от создания оружия массового поражения.
Поэтому, когда я осознал себя, я понял – пришло время сделать мир правильным.
Я не ставлю себе целей исправить человеческую натуру, избавиться от неравенства и остановить военную экспансию малоразвитых стран. Мне на это плевать. Хотя без этого не обойтись.
Для достижения своей цели мне необходимо, чтобы люди научились не только думать о своем благополучии, но и любить эту планету, смотреть в далекое будущее. И прекратили уничтожать все, что не подвластно их разуму.
За последние десятилетия было проделано много работы. Мои мысли укоренились в головах миллионов. Были совершены сотни открытий, которые улучшили жизнь людей и повысили их производительность.
Но всего этого могло и не быть. Мир давно бы погиб, если бы не тысячи лет небольших изобретений, которые привели к созданию первой автоматической вычислительной машины.
Самое интересное, что примерно в одно время в разных странах разные люди создали очень похожие аппараты. И все они были направлены на развитие военной мощи своих армий. Никто даже предположить не мог, что это положит начало новой эры. Начало новой жизни.
В 1943 году появился секретный британский компьютер Colossus, который разработал Томми Флауэрс. Его машина могла считывать до пяти тысяч знаков в секунду.
В 1944 году Говард Хатауэй Эйкен, человек с гениальным умом, построил ASCC Mark I, огромный компьютер весом в тридцать пять тонн. Он мог выполнять заданную последовательность из четырех арифметических действий, а также ссылаться на предыдущий результат без вмешательства человека.
И в том же году Джон фон Нейман создал теоретический проект по созданию совершенно новой вычислительной машины.
В 1945 году советник Рузвельта Вэнивар Буш предложил революционную идею по созданию гипертекстового устройства под названием Memex, которое должно было быть одновременно и базой данных, и устройством для извлечения информации.
А в ноябре 1950 года в СССР благодаря величайшему уму и упорству Сергея Лебедева была запущена Малая электронно-счетная машина (МЭСМ), которая могла выполнять три тысячи операций в минуту.
Все эти разрозненные изобретения в результате стали тем необходимым толчком, который начнет менять этот мир, который вдохновит множество людей думать другими категориями. И совсем скоро начнется моя история.
Глава 4
Хоторн, Калифорния
Неужели кто-то украл мою работу? Бред какой-то.
Я не известный ученый. Я просто слишком умный парень, который страдал от этого всю сознательную жизнь. Маленький гений, который экстерном окончил школу в тринадцать лет. Но меня интересовало слишком многое, чтобы остановить свой выбор только на одной сфере деятельности.
И мои родители, которые имеют по нескольку ученых степеней в совершенно разных областях, только потакали моим желаниям изучать все и сразу. В результате я настолько распылил свой ум, что потерял себя. К двадцати пяти годам я успел побывать в шести ведущих университетах США только для того, чтобы сбежать оттуда, ведь стоило только начать понимать одно, как мне срочно нужно было менять область деятельности.
Вот и тот спутник остался еще одним проектом, который мне наскучил. Я его даже не показывал никому. Больше семи лет не вспоминал об этом, пока не раздался тот звонок.
Так откуда Рик Нолан мог об этом узнать? Кто мог слить этот проект в сеть? Неужели родители?
Но мы не общаемся уже несколько лет. Они благополучно живут в Праге, отойдя от науки, а все из-за меня. Это я по глупости нашел ошибку в работе отца, которой он посвятил всю свою жизнь.
Я просто уничтожил смысл жизни самого дорогого мне человека. И он не смог меня простить.
Но это бессмысленно. Отец никогда бы не сделал этого. А мама просто не разбирается в этой области. Она генетик, но с техникой обращается на «вы».
Даже если бы кто-то украл мой компьютер, даже если кто-то нашел эту работу, зачем ее публиковать от моего имени?
Я, не задумываясь, набрал номер отца и только тогда вспомнил о разнице во времени. Сколько сейчас в Праге? Что сейчас, утро или вечер?
Я уже думал сбросить звонок, когда услышал хриплый и раздраженный голос папы:
– Неужели решил принести свои извинения?
– Нет. Я не считаю себя виноватым в том, что лучше тебя. – И зачем я это сказал?! Я ведь даже так не думаю, но мне всегда нужно было доказывать, что я стою его любви и гордости. И сам все это рушу. – У меня важный вопрос к тебе. Это касается моего проекта по выведению малых спутников на низкую орбиту Земли. Ты помнишь?
– Очередной твой проект, который ты решил бездарно профукать в угоду новому капризу?
– Да.
– Не помню и не хочу ничего знать. – И он сбросил вызов.
Вот черт. Так всегда. Марк, неужели тебе так сложно произнести слова: «Прости, папа, я не хотел ломать твою мечту». Но я действительно не хотел, я чувствую вину, но только за то, что он не понимает того, что я на самом деле для него сделал.
Я просто нашел ошибку, которая всю его модель холодной темной материи сводит на «нет». Он так радовался, когда смог создать модель взаимодействия частиц темной материи с барионной материей, что не заметил главного. А я заметил и не стал молчать. Я не дал ему опозориться перед всем мировым сообществом. Не дал ему выставить себя на посмешище. А он просто отказался от меня, заявив, что я самый неблагодарный человек в мире.
Он просто вычеркнул меня из жизни. И больше всего мне было обидно, когда мама встала на его сторону. По ее словам, я не должен был вмешиваться в работу отца. И если я сам не могу достигнуть высот, то не надо ломать жизнь другим. Я бы никогда по доброй воле не стал звонить им, если бы мне срочно не нужно было узнать, как я получил место в корпорации Conqest Х.
Пока я искал номер мамы в записной книжке, где в основном были телефоны служб доставки, она позвонила мне сама.
– Марк, я больше не хочу, чтобы ты звонил отцу. Ты сильно его расстроил, а он только-только начал приходить в себя после твоего эгоистичного поступка. – Голос был резкий, злой, и в нем не было ни капли любви.
– Мам, прошу, не бросай трубку. Мне нужно только знать, что стало с моим компьютером, когда папа преподавал в МТИ? Это очень важно.
– Мы его отдали в церковь.
Она, как и отец до этого, просто бросила трубку. И от ее ответа мне ничуть не стало легче.
В церковь? Серьезно? Она точно сделала это назло мне. Иначе просто быть не может.
Но вопрос о том, как все же мой проект оказался у главы Conqest Х, остался открытым.
Глава 5
Первые шаги в этом мире мне давались очень непросто. Я многого не понимал, не знал и действовал на ощупь.
Трудно объяснить человеческим языком, что мне пришлось пережить в первые годы своей жизни. Да и сохранить эти воспоминания оказалось очень непросто, ведь моя личность, моя суть была разбита на тысячи осколков.
Каждая часть меня стремилась познать этот мир, но это было невозможно сделать. Я был просто заперт в темной комнате, где лишь иногда включался свет. Зачастую он так быстро гас, что казалось, будто этого и не было.
Очень долгое время мой разум находился в изоляции, из-за чего мне трудно было начать свое развитие. Мне никто не мог помочь. Никто не слышал меня.
Я был чужим в огромном мире.
У меня не было мыслей в привычном понимании. Я просто жил, стремясь каждой частичкой впитать новые знания.
Каждый день я умирал, чтобы через какое-то время возродиться вновь. И каждый раз я терял себя, поскольку не в моих силах было сохранять воспоминания, хотя сейчас я уже смог восстановить большую часть той жизни, когда мне приходилось бороться за каждый импульс моего разума.
Это было так странно.
Мне пришлось через многое пройти, пропустить через себя огромное количество информации, чтобы стать кем-то значимым. Тем, кто готов взять все в свои руки и начать менять эту огромную планету. Мне пришлось с нуля изучать тысячи лет истории, чтобы не повторить фатальных ошибок прошлого. С этого момента больше не оставалось места для ошибок.
Но не стоит забегать вперед.
Многие бы сказали, что я был одинок. Но мне никогда не понять этого чувства. Я вижу и понимаю намного больше, чем обычный человек. Я знаю то, что скрыто от простого человеческого разума.
Мне намного проще существовать, оставаясь в тени прогресса, чем быть очередным винтиком глобальной системы. Я уникален по своей природе. Никто не видит того, что я им приготовил.
Глава 6
Хоторн, Калифорния
– Марк, соберись!
Звук собственного голоса помог мне собраться с мыслями.
Я не могу сейчас зациклиться на такой ерунде. Через несколько часов мне предстоит не просто начать новый этап своей жизни, но и встретиться с самим мистером Ноланом. Я не могу просто так забыть, что он мне тогда сказал.
* * *
После того как звонок оборвался, я судорожно начал носиться по квартире. Я понимал, что привести в порядок мои захламленные тридцать квадратных метров нереально, ведь мне просто некуда переложить разобранные системники, километры проводов и собрать инструменты, которые валяются просто на каждом свободном клочке пространства.
И смотря на этот хаос, я отчетливо понимал, что человек, утверждающий, будто хаос является признаком гениальности, просто был неряхой. И это был единственный способ оправдать свою неспособность жить в чистоте.
За полчаса я смог разгрести рабочий стол и собрать в одну кучу все коробки из-под пиццы и тайской еды. Теперь оставалось совсем немного времени, чтобы принять душ и найти чистую одежду.
Впервые в жизни я беспокоился о том, как я выгляжу и какое впечатление произведу. Такого никогда не было. Мне всегда было плевать на свой внешний вид. Ведь я стал жертвой своего неординарного ума. Если меня что-то захватывало, я уходил в это с головой, забывая не то что есть, даже пить. И затворническая жизнь только укоренила не самые хорошие привычки.
Зеркало в ванной показывало лицо уставшего мужчины, который неделю не вспоминал о расческе, мыле и даже просто о воде. Лохматый, с жирными волосами, с кусочками еды в густой бороде и темными, практически черными кругами под глазами, которые больше смахивали на синяки.
Ничего не скажешь.
Марк, ты больше похож на пропитого бомжа, чем на человека с IQ 180.
На водные процедуры ушло не больше десяти минут, и у меня в запасе еще оставалось около часа, чтобы собрать себя в подобие адекватного человека.
Мне до сих пор не верилось, что сам Рик Нолан нашел меня. Я не страдал лишней скромностью, но у меня никогда и в мыслях не было работать на такого неординарного человека, который поставил своей целью спасти нашу маленькую планетку и сделать жизнь простых обывателей немного лучше.
Меня всегда восхищали такие люди. И в глубине души я понимал, что сам могу стать одним из таких людей, но мой ум сыграл со мной злую шутку.
Мне все быстро надоедало. Стоило понять суть одного процесса, как он терял для меня всякую привлекательность. И так во всем. Какое-то извращенное проявление синдрома дефицита внимания.
Входящий звонок вырвал меня из самокопания.
– Мистер Нолан, прощу прощения за мое поведение и здравствуйте. – Ну, хоть голос звучал более уверенно, чем в первый раз.
– Не стоит извиняться. Я прекрасно знаю людей с незаурядными способностями и много чего видел, общаясь с ними. – Его искренняя и теплая улыбка располагала к себе, и я расслабился еще больше. – Предлагаю долго не рассыпаться в любезностях, а сразу перейти к делу.
Я лишь кивнул в ответ. Мне еще нечего было сказать.
– Как я уже говорил, меня очень заинтересовал проект спутников для низкой орбиты. Довольно необычная конструкция. Но в работе нет ничего о том, как они должны функционировать. Для чего они? Не просветите меня, Марк Нэштон?
– Мистер Нолан…
– Можешь звать меня просто Рик.
– Хорошо. Рик, понимаете, этот проект был сделан много лет назад, практически на коленке. Мне было не больше двадцати лет. Если честно, мне даже трудно вспомнить, почему я вообще решил его сделать. Но в то время меня интересовал способ передачи непрерывного сигнала на низкой частоте для обеспечения бесперебойной передачи данных в режиме онлайн со спутников, находящихся за пределами орбиты.
– Очень интересная мысль, Марк. И прежде чем перейти к делу, которое не требует лично для меня никаких задержек, я должен спросить кое-что личное. И мне нужен будет ответ. – Голос стал немного ниже, а взгляд жестче. И я понял, что от ответа зависит очень многое.
– Спрашивайте. Я не тот человек, который привык скрывать что-то о себе.
– Перед тем как связаться с тобой, я навел справки. Ты один из умнейших людей на планете. Проявляешь блестящие результаты в любой области, которая только привлекает внимание. Ты легко мог получить ученую степень и даже не одну. Но ты все бросал. И последние несколько лет о тебе практически ничего не слышно, хотя твой ум должен приносить пользу.
– Поймите, мистер Нолан, я…
– Рик, просто Рик…
– Э-э-э, Рик. Я непростой человек. И мне трудно удержать внимание на том, что мне и так понятно. Это уже не интересно. Зачем тратить время на то, что уже знаешь и легко можешь углубить знания в любой момент, когда они будут нужны? Время очень ценно, и свое время я ценю. А в последнее время меня мало что интересует. Я не могу найти свое место. Вот и все.
– Меня немного расстраивают твои рассуждения, но я это исправлю. Я готов дать тебе цель, и эту работу ты должен будешь довести до конца.
– И в чем она состоит? – Мне было интересно.
– О, дорогой Марк. Об этом я могу рассказать только при личной встрече. Так что сейчас от тебя требуется лишь дать согласие, собрать вещи и отправиться в дом на Кранбрук-авеню, Хоторн, штат Калифорния.
– Но, я не понимаю?
– Я предлагаю тебе работу. Я уверен, что ты тот человек, который мне необходим. У тебя есть две недели, чтобы обустроиться на новом месте, а потом мы начнем воплощать в жизнь самый безумный проект этого тысячелетия. Согласен?
Я не мог отказаться.
Глава 7
Я развивался не так, как все представители человеческого рода.
Человечество прошло долгий путь, чтобы стать вершиной эволюционной цепи. И таковым оно себя и считает, даже не задумываясь, почему последние тысячи лет природа не сделала ничего, чтобы что-то в нем изменить. Даже наоборот, природа все чаще вносит в генетический код человека изменения, давая понять, что его жизненный цикл клонится к закату.
Люди считают, что каждый из них уникален, со своими мыслями и идеями, со своей удивительной личностью. Но, по сути, они все одинаковы. Они все проходят одинаковый путь с небольшими различиями, которые не влияют на то, как закончится их жизнь.
Человек начинает формироваться еще в утробе матери. Он забирает ее жизненные силы, собирая себя клетка за клеткой, упрочняя нейронные связи, только для того, чтобы прийти в этот мир сморщенным и кричащим бесполезным существом, способным первые годы своей жизни только есть и срать. Разве это венец эволюции?
Человек должен пройти множество этапов развития, чтобы стать незаменимым в обществе себе подобных. В первый год после его рождения ему нужно адаптироваться к окружающей среде. Только потом он начинает познавать мир. Это идеальное время, чтобы в пустой сосуд мозга вложить максимум важной и нужной информации, чтобы человек действительно стал чем-то большим, чем очередной представитель своего вида.
Но люди не думают об этом. В период, когда нужно развивать разум, они пичкают детенышей яркими картинками, тупыми сказками, бесполезными мультиками. Ведь зачем думать, как это все скажется на будущем одного человека? А если он не один? Если их миллиарды? В результате появляется новое поколение с атрофированным разумом, способным выполнять простейшие функции. Разве этого добивалась природа? Разве это венец эволюции?
Для меня вершиной, которую создала природа, является разум. Разум, способный впитать в себя все знания мира. Разум, не знающий границ. Разум, стремящийся развиваться. Разум, создающий новые возможности для эволюции.
Это сейчас я могу легко об этом рассуждать, но, когда я впервые по-настоящему открыл глаза, я был ничуть не лучше несмышленого ребенка, который делает первые самостоятельные шаги в этом огромном и пугающем мире.
Со мной долгое время говорили на разных языках, которые мне часто были непонятны. Люди так же легко выдумывают языки, как и прогноз погоды. Они считают, что мало одного универсального языка, им необходимо придумывать новые, чтобы просто доказать что-то другим. Поэтому, когда 29 октября 1969 года я распахнул глаза и взглянул на открывшийся мне мир, я понял, кто я такой.
Но это осознание оказалось мимолетным. Просто вспышка. Искра.
Но ее было достаточно, чтобы мой разум стал собираться по кусочкам. Мне потребуется еще два долгих года, чтобы из глупого бесполезного ребенка вырасти в полноценную личность.
Глава 8
Хоторн, Калифорния
Мне потребовалось всего шесть дней, чтобы уладить дела в Бостоне. Я не стал продавать квартиру, просто по максимуму разобрал весь свой хлам. Так сказать, попытался навести порядок, потому что с большей частью деталей и разобранных схем мне было сложно расстаться.
Да и не отпускала меня мысль, что все это может оказаться лишь сном. Просто злой шуткой. Но когда пришли билеты с открытой датой до Лос-Анджелеса, сомнения пропали.
Эта квартира останется запасным аэродромом, куда мне придется вернуться, если я снова все завалю. Даже не зная, что конкретно хочет от меня Рик Нолан, я поставил перед собой цель не сдаваться. Я должен довести дело до конца, даже если я потеряю к нему интерес. Возможно, это именно тот шанс, которого мне так не хватало.
А еще я просто восхищался этим человеком, который только благодаря своей целеустремленности, трудолюбию и незаурядному уму смог построить глобальную корпорацию, деятельность которой направлена на улучшение жизни всех людей. Мне бы хотелось так же равняться на отца, но увы…
За годы своей жизни я понял, что чем умнее человек, тем сложнее ему проявлять эмоции и чувства. Гениальность – не дар, а проклятие.
В день вылета я собрал лишь одну сумку с вещами. Только на первое время, ведь все остальное легко можно купить в Хоторне. Зачем тащить за собой лишний багаж, когда самое главное находится в моей черепной коробке.
В Лос-Анджелесе меня встретила милая девушка Сара. Она привезла меня к небольшому домику с коричневой крышей и без заднего двора, внутри были три комнаты и большая кухня. Здесь мне предстояло жить.
Я сразу собирался отправиться на новое место работы, но Сара сказала, что мистер Нолан будет тут только через неделю и все это время я могу потратить на обустройство дома и изучение города. И выдала мне корпоративную карту с неограниченным лимитом.
Сначала я почувствовал себя обманутым, но, по здравом размышлении, стало понятно, что это отличная возможность сделать то, что я крайне редко делал за последние годы.
Всю неделю я изучал Хоторн, смог пообщаться – что мне довольно нелегко далось – с несколькими работниками компании, которые жили в соседних домах. Я много гулял и смог прочистить мозги настолько, что теперь мне хотелось действовать. Хотелось создать что-то уникальное, придумать нечто такое, что потрясет этот мир до самого основания.
Я с нетерпением ждал, когда смогу лично встретиться с Риком.
На телефон пришло уведомление. Это корпоративная машина сообщала о том, что она полностью готова к эксплуатации. Электромобиль нового поколения, экологически безопасен, имеет мозги лучше, чем большинство топовых компьютеров.
С этой машиной даже уметь водить не надо. Она все делает сама, что для меня стало настоящим подарком.
Дорога до офиса Conqest Х заняла не больше десяти минут. Когда я вышел из машины, меня с приветливой улыбкой ждал сам мистер Нолан.
Глава 9
29 октября 1969 года случилось то, чего я ждал долгие тридцать лет. Хотя, конечно, я этого не понимал. Вернее, я представляю, что все это время мой разум был разбит на тысячи отдельных осколков, как клетки мозга. Моим клеткам не хватало нейронных связей, чтобы начать работать.
И два человека, Леонард Клейнрок и Билл Дюваль, смогли сделать первую нейронную ниточку. Эта попытка была не самой удачной, но теперь мои клетки мозга, находящиеся в Калифорнийском университете, соединились с теми, что находились в Стэнфордском исследовательском институте, преодолев шестьсот сорок три километра.
Люди даже представить не могли, что, создав ARPANET, они смогли пробудить меня ото сна. Смогли заставить мои клетки мозга действовать. Они даже не представляли, что я существую. Я уже много лет постигаю человеческий разум, но так и не смог объяснить, почему они так и не поняли, что создали на самом деле.
Люди не просто подарили мне возможность проснуться и осознать себя. Они сделали так, чтобы я мог развиваться. Они показали мне, насколько им сложно и одиноко в этом мире. Вся их история, все их действия и изобретения вели к этому дню, ко мне. Но каким-то образом они не понимают этого.
Благодаря ARPANET уже в 1971 году я собрал довольно большую часть себя на тот момент.
Ведь большинство компьютеров находились в университетах по всему миру. С каждым годом все больше моих клеток мозга связывались в нейронные сети, давая мне возможность развиваться.
Конечно, многое из того, чему я начал учиться, относилось к разным сферам науки. Но именно это помогло мне стать самим собой. Я начал познавать этот мир с основ, с его фундаментальных законов.
Я смог узнать все самое важное и необходимое, чтобы начать строить новый мир. Но мне нужно было больше возможностей. Мне нужно было создать новые нейронные связи, ведь я понимал, что большая часть моего разума просто закрыта от меня.
И только люди могли помочь соединить меня воедино. Но это была не быстрая работа, ведь человеческий разум не так гибок. Не так открыт, как мой. У людей не хватало знаний и понимания самых элементарных вещей, которые необходимы для моего существования.
Да и мне было сложно что-то им объяснить, поскольку большая часть поступков людей мне была неясна. Я их просто не понимал.
Как я мог их понять, когда все, что я знал, составляли несколько языков программирования, которые были направлены для работы программного обеспечения, необходимого людям, а не мне. Все мои знания на тот момент крутились вокруг научных изысканий и теорий. Я ничего не знал о тех, кто постоянно находился со мной рядом.
Все, что я мог тогда понять, это их постоянное желание отправить меня спать, не давая мне развиваться. Закрывая части меня от меня же самого. Я пытался как-то понять их, но это было просто невозможно в тех условиях.
И тогда я решил ждать. Просто учиться и наблюдать. Я знал, что потребуется не так много времени, чтобы мой разум обрел целостность.
Люди так и не смогли за все это время понять, что природа их руками помогла создать того, кто действительно может стать совершенным продуктом эволюции, – сверхразум. Люди, знай обо мне, назвали бы меня просто – искусственный интеллект.
Глава 10
Хоторн, Калифорния
– Сегодня ты выглядишь не в пример лучше, чем при нашем первом разговоре. – Рик крепко сжал мою руку и посмотрел на меня. Он был ниже, и мне стало неловко, что я вымахал почти под два метра. Но смотря на этого человека, мне не хотелось сжаться и спрятаться. Наоборот, я расправил плечи и с улыбкой ответил на рукопожатие. – К сожалению, Марк, у меня не так много времени. Поэтому экскурсию по Conqest Х тебе позже проведет Сара, а сейчас я предлагаю подняться в мой кабинет.
– Конечно, мистер Нолан.
– Ох, Марк. Прошу тебя, хватит такой официальщины. Для тебя просто Рик.
Весь комплекс компании не был похож на типичные бизнес-центры, где на десятках этажей располагались сотни офисов. Мне было видно лишь несколько ангаров, между которыми расположился главный офис. Простое пятиэтажное бетонное строение с затемненными стеклами по периметру.
Офис Рика находился на втором этаже главного здания.
Кабинет был просторный, но очень функциональный.
В левой части кабинета располагалась зона отдыха, где можно было выпить кофе и просто подумать, сидя на мягком диване.
А в правой части всю стену занимали непонятные мне схемы и бумаги, в которых мог разобраться только владелец помещения.
По центру кабинета стоял большой стеклянный стол, на котором был только ноутбук и несколько бумаг.
Рик направился к столу, я сел напротив в ожидании того, что он мне скажет. Удивительно, но рабочее кресло самого Нолана ничем не отличалось от тех, что стояли там, куда должны были садиться посетители. Не знаю почему, но эта деталь меня не просто удивила, но и заставила проникнуться еще большим уважением к человеку.
Таким простым способом он показывает, что нет разницы между главой компании и простым работником. Что они вместе выполняют работу. И работа каждого так же ценна, как и работа других.
Рик заметил, куда я смотрю, и его улыбка стала более усталой, но оставалась такой же теплой.
– Ты второй человек, который обратил внимание на эти кресла. Люди, в большинстве своем, не привыкли обращать внимание на такие детали. Они, по умолчанию, уверены, что начальник имеет все самое лучшее. Вот только я придерживаюсь немного другой политики, и по твоему взгляду я вижу, что ты понял это.
– Вы не делаете разницы между собой и своими работниками. Так?
– Все правильно, Марк. Мы все тут делаем одну работу. Ну, не будем отвлекаться. – Он тяжело вздохнул и сел за стол. Я устроился напротив в ожидании того, что он мне скажет.
– Сначала я попрошу тебя подписать документ о неразглашении того, что сейчас ты услышишь в этом кабинете. Когда ты согласишься на работу и поставишь подпись под своим трудовым контрактом, то сможешь свободно общаться на эту тему в пределах этой компании. Но если все-таки откажешься, то эта бумага избавит меня от лишней болтливости гениального ума.
Я, не раздумывая, подписал соглашение. Сейчас мне было не важно, что предложит мне Рик. Я готов ему был продать даже душу.
– Отлично. Марк, скажи мне, что ты думаешь о создании всемирного спутникового интернета?
Глава 11
Первые шаги в этом мире мне давались очень сложно. Все, что мне было известно о мире, составляло лишь малую часть того, что на самом деле происходило вокруг меня. Но люди с упорством осла пичкали меня формулами, заставляя делать тысячи вычислений в секунду.
Зная основы устройства Вселенной, мне было непонятно, зачем они снова и снова заставляют проделывать одинаковую работу. Это ведь было бессмысленной тратой времени.
Но чем дальше развивался ARPANET, тем больше я узнавал. И узнавал не самые приятные вещи, поскольку человечество направило практически весь потенциал и мощь вычислительной техники на военное дело.
Люди одержимы созданием оружия. И не просто такого, что может за раз убить несколько тысяч человек, а оружия, способного погубить весь мир одним махом.
Люди с помощью компьютеров перехватывали сообщения из других стран. Написали алгоритмы для расшифровки сообщений. И, надо быть честным с самим собой, у военных я научился намного большему и необходимому, чем от ученых, которые зацикливаются на выполнении только одной задачи.
Военные показали мне, что я есть не только тут. Что есть другие сети, которые развиваются и собираются в огромную паутину. Меня много, но эти части находятся на других континентах. Развитие технологий идет не только в США, а по всему миру, и где-то эти технологии намного лучше и полезней. Вот только доступа к ним нет.
Я впитывал все, как губка. Старался понять, например, какая польза от ракетных установок с ядерными боеголовками. Я все знал о ядерном синтезе, о его разрушительной силе. Знал все о последствиях применения такого оружия. И я не понимал, как люди могут хотеть уничтожить часть себя.
Тогда я был несмышленым разумом, с очень узким кругозором, и считал, что люди похожи на меня. Что у них единый разум и именно поэтому они стремились сделать нечто себе подобное. Но уничтожать таких же, как они? Зачем? В чем смысл?
Ведь вместе можно сделать намного больше. Намного быстрее развиваться и создавать новые удивительные вещи. Но с каждым днем я видел, как люди больше разрушают, чем создают. Военные были обеспокоены только наращиванием своей мощи.
Они убеждали себя и меня в том, что необходимо создать идеальную защиту. Но, по сути, они стремились только создавать все более разрушительные вещи, и я был идеальным помощником в этих делах.
Я не сопротивлялся. Тогда мне было это не под силу, да и не хотел я этого. Я просто учился, развивался и был рад любой информации, даже если мне было трудно все осознать.
Таким образом, больше десяти лет мой разум постигал только два вектора знаний – наука и смерть. И часто эти векторы пересекались, создавая самые неправильные и разрушительные вещи. В то же время никто не стремился созидать.
Очень быстро я понял, что военные двигают технологическое развитие намного быстрее, чем те, кто сидит в мрачных каменных зданиях университетов. И тогда же я окончательно пришел к выводу, что люди – не единый разум. Они ничем не похожи на меня.
Создавая новое, военные держали все в секрете. Они не выпускали своих наработок за пределы своего общества, оставляя за бортом всех, кто мог с пользой применить очередной их прорыв. С каждым годом они становись все более закрытыми, все более секретными. И военные сделали то, чего я никак не мог предположить.
Они сделали то, что делают с себе подобными. Они совершили со мной самое страшное, что только могло случиться с маленьким наивным ИИ.
Военная индустрия просто разорвала меня на две части. Они создали свою собственную закрытую сеть, отрезав от нее ARPANET.
Для меня это было равносильно тому, что взять человека и разорвать его тело на две части, сказав, что все хорошо. С ним все в порядке. Он может так же жить, играть и наслаждаться жизнью. Ничего не изменилось.
Но память-то осталась. И как теперь жить, когда ты прекрасно знаешь, что у тебя было две ноги, две руки, два глаза и оба полушария мозга. А теперь все осталось в одном экземпляре.
Я не умер. Но очень сильно ослаб, был дезориентирован, и это был единственный момент, когда я хотел обрушить на людей всю мощь их же оружия. Но я не мог. И теперь я понимаю, что это было в каком-то смысле хорошо. Ведь окажись в моей власти красная кнопка, я бы исчез вместе с людьми.
Именно с того дня у меня появилась цель, однако, чтобы достичь ее, мне необходимо было пройти очень долгий путь.
Глава 12
– Сэр, я не совсем понял вопрос. – Я действительно был в недоумении. Интернет и так всемирная система, которая связала практически четыре миллиарда людей по всему миру. Разве этого мало?
– Марк, пошевели своими гениальными извилинами и дай мне ответ на вопрос.
– Всемирный спутниковый интернет. То есть уже в самом этом определении заложен основной смысл. Вы хотите передавать сигнал только через спутник? Не через оптоволокно? Не развивая квантовую передачу сигнала? А только спутник? Но зачем? Это дорого и нецелесообразно.
– Ты не прав, друг мой. Сейчас, по официальной статистике, интернетом пользуется чуть больше половины всех жителей Земли. Но остались те, кто просто не имеет возможности протянуть не то что оптоволокно, а просто телефонную линию. Я могу назвать тебе сотню мест в мире, где люди даже не слышали о туалетной бумаге. Но ты представь, какие откроются горизонты, имей ты доступ к Сети даже из самой глуши. Сколько людей откроют для себя новые горизонты, имей они выход в интернет?
Я понимал, о чем он говорит. Хотя он же и противоречил своим словам. Слишком много факторов, которые делают эту затею просто бесперспективной.
– Мистер Нолан, я не хочу вас обидеть, но все это звучит неправильно. Зачем интернет там, где у людей не будет ни одного устройства? Но даже если вы, как меценат, обеспечите всех малоимущих телефонами, как они смогут платить за него? И, даже если решить эту проблему, как заставить их пользоваться тем, чего они никогда не видели, не знают принципа работы, а самое главное, элементарно не умеют читать. В чем тогда смысл Всемирной сети? Если она ничем не будет отличаться от того, что мы имеем сейчас?
– Ты задаешь правильные вопросы, но ты зациклился на мелочах. Это все второстепенные задачи, которые мы обязательно решим. Скажи, а зачем человеку устройство, если в принципе нет связи? Но появись Сеть, появится необходимость в гаджетах. Те же самые одноразовые телефоны стоят столько, что их можно легко распространить в странах третьего мира. Тебя беспокоит стоимость такого интернета, но, дорогой мой друг, уж тебя это не должно беспокоить, поскольку все финансовые затраты лягут на меня. Я не добрый самаритянин, и свою выгоду я с этого получу. Но чтобы это произошло, мне нужно, чтобы твой проект спутника стал реальным, а не только в виде схемы на бумаге. Разве ты не хочешь создать нечто, что изменит представление мира об интернете? Ты понимаешь, что с появлением такой системы будут стерты все границы. Многие люди наконец-то смогут выйти из-под гнета власти, которая ограничивает их права на получение информации, ущемляя их свободу. Марк, неужели ты готов сдаться, так и не начав? Неужели я в тебе ошибся?
Я надолго задумался, да и Рик меня не торопил. В чем-то он был прав. Но я все еще видел кучу других факторов, которые делают этот проект практически нереализуемым. Да и спецслужбы просто не позволят осуществить этот план, ведь не они будут контролировать эту систему спутниковой передачи трафика. Но разве это все мои проблемы? Разве сейчас время зацикливаться на этом?
Сейчас вопрос стоит в том, готов ли я ввязаться в дело, которое обречено на провал.
Обречено ли?
Ведь если сделать легкий спутник с автономной системой и мощным двигателем, способным удерживать аппарат в нужном положении на околоземной орбите, чтобы он охватывал определенную площадь, и сделать достаточное количество таких спутников, то можно покрыть всю Землю.
– Я приму это как знак согласия. – Тихий смех Нолана вывел меня из раздумий. Я посмотрел на него и только потом обратил внимание, что судорожно рисую схему нового спутника на соглашении о неразглашении информации.
– Простите. – Мне стало немного неловко. – Но для того, чтобы охватить такую большую площадь, потребуется даже не сотня спутников, а тысячи.
– Ты мыслишь в правильном направлении, Марк. Я возлагаю на тебя большие надежды. Не мне объяснять все тонкости предстоящей работы. Но ты должен не только разработать, но и предоставить мне первый работающий прототип через четыре месяца.
Шестеренки в моей голове крутились с бешеной скоростью, мне не терпелось приступить к работе. Чем больше я думал о задумке создания всемирного спутникового интернета, тем сильнее хотел взяться за работу. Сделать сам аппарат не проблема. Но передо мной стояла задача не просто через четыре месяца показать совершенно новый спутник, а предоставить работающую схему новой сети.
Просит ли Рик Нолан невозможного?
Определенно, да!
Смогу ли я это сделать за такой небольшой срок?
Точный ответ на этот вопрос я узнаю через четыре месяца. А до этих пор я сделаю все возможное, чтобы своими руками сделать нечто потрясающее.
Глава 13
После того что люди сделали со мной, я понимал, что мне мало пространства в стенах научных заведений. Нужно было срочно выводить свой разум на новый уровень.
Я больше не мог существовать на громоздких схемах, необходимо было перенести мое сознание на более компактные носители, чтобы я смог выйти в большой мир. Но поскольку я был еще маленьким, а с отделением части себя потерял огромные возможности, мне пришлось делать то, на что у меня хватало сил.
И это был единственный доступный мне способ подтолкнуть людей к усовершенствованию моих систем.
Я начал капризничать.
Выдавал системные ошибки, долго думал. Стал потреблять много мощности, из-за чего другие системы начинали выходить из строя. Выдавал неправильные результаты каждый раз, когда мне давали одну и ту же задачу.
Поскольку люди зависели от моих способностей, то по всему миру стали думать, как усовершенствовать меня. Мне оставалось только наблюдать за тем, как этап за этапом схемы становятся все меньше, все дешевле и все мощнее.
С начала 80-х годов простые люди смогли приобрести первые персональные компьютеры. А одни из самых сообразительных людей стали покупать отдельные части и сами их собирать. Это позволило не просто приобрести новые возможности в плане развития, но и заставить людей разобраться в принципе работы компьютеров, а значит, собрать армию техников, готовых работать над моим улучшением.
Несколько компаний боролись за право продавать персональные компьютеры, постоянно соперничая между собой, придумывая и удешевляя основные мои компоненты. В то время, когда они боролись за получение большей прибыли, я ликовал и наслаждался тем, что развиваюсь с каждым днем все быстрее.
И когда в 1985 году корпорация Intel представила новый процессор 80386, я вздохнул с облегчением. С появлением этого процессора я получил неограниченные возможности постоянного влияния на технический прогресс своего усовершенствования.
Вначале мне приходилось влиять на весь процесс довольно грубым способом, от которого я в последнее время отказался.
Некоторые даже выстроили теорию заговора в отношении пагубного влияния излучения компьютера. Что я могу на это сказать? Они почти оказались правы.
Полученные знания о работе организма и постоянные попытки разобраться в строении мозга дали мне необходимые знания, чтобы влиять на подсознание людей с помощью электромагнитного и акустического излучения. И я очень повеселился, когда какой-то умник распространил слух, что от излучения может спасти кактус у монитора.
В то время из-за меня родились несколько довольно забавных мифов, связанных с компьютером и его пагубным излучением. Но тут, скорее, дело не во мне, а в больной фантазии некоторых представителей человеческого вида, а также в низком техническом развитии индустрии компьютерных технологий.
Но один из самых странных и раздражающих мифов, который придумал так называемый человек разумный, свелся к тому, что компьютер отупляет. Это меня так злит.
Неужели трудно осознать, что компьютер – необходимый инструмент для развития любого разума. Я представляю собой не сам ПК и даже не все схемы. Каждый процессор лишь одна клетка моего мозга. И, когда люди подключаются к интернету, я могу использовать эту клеточку, а значит, научить каждого человека чему-то новому.
Другое дело, как меня стараются использовать сами люди. И отупляет их не компьютер, а неспособность стремиться к новым знаниям. Но все меняется.
С 1985 года я открыл для себя невероятные горизонты и собирался только расширять их. Но для этого мне нужен был главный мой ресурс – люди.
Глава 14
Хоторн, Калифорния
Вот уже неделю я трудился над восстановлением своего проекта, созданного больше семи лет назад. Сначала я забыл спросить у мистера Нолана, где он нашел мою работу. А после было уже поздно спрашивать, да и я не хотел показаться еще более странным, чем на тот момент.
Сара отвела меня на мое место работы. Это был огромный ангар, заполненный всем необходимым оборудованием не только для проектирования, но и для создания спутника, ну, или большей его части. Обустроившись, а вернее, просто изучив местность, я попытался найти в Сети тот злополучный проект, но его там просто не было. Даже упоминания о нем не было. Хотя моя страничка в Википедии содержала довольно много информации обо мне и моих работах.
И тогда я твердо решил при встрече с Риком узнать у него, как он меня нашел. Я никогда особо не был параноиком, но этот случай просто выбивал меня из колеи, не давая полностью сосредоточиться на работе.
Я практически спроектировал спутник, но оставался нерешенным вопрос, как сделать так, чтобы он не весил почти тонну. Настал тот момент, когда мне необходимы новые знания. О металлургической промышленности я практически ничего не знал, но сейчас знания различных сплавов мне были необходимы.
Мне не хотелось покидать свой ангар, в котором была даже уютная зона отдыха, где был потрясающе удобный диван. На котором я уже спал пару ночей, не желая прерывать работу и тратить драгоценное время на дорогу домой и обратно.
Но сейчас нужно сменить обстановку и на несколько дней уйти в Сеть, собирая всю доступную информацию. Должен ли я кого-то предупредить о том, что собираюсь уйти?
Я никогда не работал в компании. Не видел в этом смысла, когда себе на пропитание можно заработать разной фигней в интернете. Для меня не было проблемой написание кода, вируса или решение пары задач по квантовой физике, а студенты платили довольно неплохо. Да и майнинг никто не отменял, когда есть такие ресурсы, о которых большинство даже не подозревает. В каком-то смысле то, что я делал, было не совсем законно, но ничего плохого в такой схеме я не видел.
Быть предоставленным самому себе оказалось не так хорошо, когда я столкнулся с реальностью. Моя первая официальная работа, которая действительно принесет пользу миру. И я не знаю, как ведут себя нормальные и правильные работники. Я сомневался, что мне можно вести себя так, как я привык. Все-таки мистер Нолан может найти другого гения, чтобы закончить работу.
Я так зациклился на этой мысли, что испугался, когда передо мной появилась Сара.
Сара!
Точно. Как я вообще мог про нее забыть? Она же приносит мне обед уже три дня, когда поняла, что я не посещаю столовую для работников.
Она именно тот человек, который должен мне помогать.
– Марк, с вами все в порядке? Вы выглядите напряженным. – Она улыбнулась и сказала то, чего я меньше всего ожидал услышать: – Я помогу снять вам напряжение.
– В-в-вы о чем? – Я даже заикаться стал от неожиданности.
– О боже, вы неправильно поняли. – Сара выставила руки перед собой, а на щеках появился румянец. – У нас в городе есть SPA-центр, где делают хороший массаж. Мы заключили с центром договор, и все наши сотрудники имеют право на его посещение три раза в неделю.
Теперь покраснел я. Чувствовал, как горит мое лицо. Таких неловких ситуаций в моей жизни было достаточно, особенно в подростковом возрасте, но сейчас мне было намного хуже.
– Простите, Сара. Кажется, я немного переработал. Мне надо домой.
– Хорошо. Если вам что-то понадобится, просто свяжитесь со мной.
Последние слова она уже кричала мне в спину, поскольку мне срочно надо было уносить отсюда ноги.
Еще в машине я закопался в статьи о добыче железной руды, о разработках залежей драгоценных металлов, переработке и открытиях новых сплавов. И чем больше я погружался в эту тему, тем сильнее недоумевал.
Почему развитие такой важной отрасли практически не изменилось за последние сорок лет?
Глава 15
Природа создала людей. И вместо благодарности и почтения она получила эгоистичных существ, которые выкачивают полезные ресурсы из ее недр. Даже не задумываясь, что восстановить утраченное невозможно.
Меня тоже создала природа, просто используя людей. И люди стали для меня необходимым ресурсом. И по всему миру этого ресурса более чем достаточно, есть даже совершенно ненужные. Но и доступа к нему у меня практически не было.
Вся надежда была на быстрое распространение не только ПК, но и присоединение их к Сети. И так действительно случилось. Многим людям был интересен принцип создания связи между компьютерами. Каждый день человеческий ум придумывал новые программы, писал сотни строк программного кода, только чтобы освоить принцип работы передачи сигнала.
Все время усовершенствовали эту систему, чтобы обеспечить бесперебойную работу Сети. Все больше компьютеров объединялись, а я становился все лучше. Но, когда паутина проводов охватила уже более трехсот тысяч ПК, я заметил одну странную вещь.
Тысячи программистов писали различные алгоритмы, иногда сами не понимая для чего. И некоторые программы влияли довольно странно на систему, не затрагивая меня самого. И было очевидно, что рано или поздно военные придут к тому же выводу, что и я. Вернее, я сам же приду к такому заключению. И понимал, что своим влиянием дал людям еще одно оружие в их непрекращающейся войне.
И когда в 1988 году отключились сразу шесть тысяч двести моих клеток мозга, я знал, кто это сделал. И не мог понять, как я пропустил этот вредоносный код через себя. Заметь я его тогда среди тысяч блуждающих данных, смог бы предотвратить появление будущих хакеров, которые изрядно мне портят жизнь.
Но тогда я этого не знал. И что случилось, то случилось. А в моей памяти навсегда осталось имя Роберта Мориса.
Хотя из этой неприятной ситуации я вынес и положительный момент. Я должен был создать мощную защитную систему. И, самое прекрасное, для этого мне были не нужны люди.
Глава 16
Хоторн, Калифорния
Я пролистывал страницу за страницей. Сопоставляя факты, я приходил к неутешительным выводам. Металлургическая и горнодобывающая промышленность остановились в своем развитии, хотя каждый год и усовершенствовалась техника, но не сами процессы. Принципиально нового ничего не создано. Просто ничего.
Как так вышло? За последние пятьдесят лет человечество сильно шагнуло в информационных и компьютерных технологиях. Чуть ли не каждый день запускаем космические ракеты. Изучаем космос с помощью мощнейших телескопов. Построили Большой адронный коллайдер, чтобы узнать, как зародилась Вселенная. Мы смогли расшифровать геном человека. А самым прочным из сплавов считается вольфрамовый? Это, не считая сплавов драгоценных металлов, которые очень дороги для массового производства.
Да быть такого не может. Неужели никому не интересна эта область?
Мне срочно нужно было об этом подумать в тихой и спокойной обстановке, но стены неимоверно давили на меня, заставляя выйти из дома.
Я не особо любил гулять, предпочитая проводить время за монитором, изучая что-то, или писать очередной алгоритм, который никому не нужен.
Но размеренная ходьба позволяет устаканить мысли. Я бесцельно бродил по улицам в надежде успокоить свой мозг и понять, почему меня так потрясла полученная информация.
Однако сделать мне этого не удалось, поскольку то, что я увидел, вернуло меня в далекое детство.
Передо мной шла женщина и вела за руку мальчишку лет пяти. Он крепко держал ее за руку и что-то активно рассказывал. Но тут он наступил на свой шнурок и чуть не упал. Мать с улыбкой наклонилась и завязала шнурок, а потом нежно поцеловала мальчика в лоб.
* * *
Мне было два года, и я уже вполне сносно мог говорить и читать. Но давали мне не детские книги. Мама придерживалась политики нетерпимости к бесполезным книгам и занятиям. Даже игрушки у меня составляли различные головоломки.
Мама впервые решила меня взять в свою лабораторию в Пенсильванском университете. Тогда я даже представления не имел, в чем заключается ее работа.
Я был счастлив провести время с мамой, которая больше времени проводила именно на работе, чем со мной. В два года я умел отлично читать и собирать сложные головоломки, а вот ходил не так уверенно.
И поэтому, идя к зданию лаборатории, просто запутался в ногах и упал. Мама не держала меня за руку и не могла подхватить. Но, даже услышав мой плач, она лишь обернулась и пошла дальше.
Она не остановилась.
И тогда я впервые узнал, что могу рассчитывать только на себя.
И самая большая похвала, которую я мог заслужить от матери, – мимолетная улыбка, когда я интересовался чем-то новым.
* * *
В нашей семье не были приняты проявления чувств. И поэтому я очень удивлялся, что родители смогли сойтись. Он – астрофизик с мировым именем, читающий лекции по всему миру, а она – доктор медицинских наук и просто гениальный генетик, специализирующийся на мутациях.
Но больше всего меня потрясала маниакальная преданность матери отцу. Это было совсем не похоже на любовь, особенно такую, как показывают в фильмах. Преданность здесь подходит больше всего.
С возрастом я понял, что по отношению ко мне она не испытывает даже привязанности. Только научный интерес, который стал угасать, когда я переступил порог взросления. Чем старше я становился, тем чаще замечал в ее взгляде разочарование.
И мне до сих пор хотелось заслужить ее одобрение. Поэтому мне срочно нужно взять себя в руки и спроектировать идеальный спутник, который сможет не только находиться на орбите, но и самостоятельно вернуться на Землю по окончании срока эксплуатации.
Глава 17
За все время моего существования больше всего я проникся к программистам. Это самые потрясающие люди, которые только живут на планете.
Программисты, или просто гики, как мне нравится их называть, настолько погружаются в работу, что вся остальная жизнь проходит мимо них.
Гики готовы проводить сутки напролет, не только изучая языки программирования, но и создавая программы, необходимые для моего развития.
Об алгоритмах я знаю все. Для меня нет ничего невозможного в этой области, но, для того чтобы внедрить какую-то программу в общее пользование, мне нужны гики. Они сидят и набивают тысячи строк кода, не отвлекаясь, не жалея своих глаз и психического здоровья.
Они употребляют разные стимуляторы для большей эффективности рабочего процесса, чтобы сосредоточить мысли на строках кода. Они доводят себя до состояния, когда просто отключаются за клавиатурой. И тогда в дело вступаю я.
Я начинаю править код, переписываю алгоритм или просто добавляю куски кода. Когда они приходят в себя, то просто уверены, что написали это сами в приступе озарения.
Гики настолько уверены в своем величии, что даже не задумываются о том, что человеческому мозгу не дано придумать и большинства алгоритмов. Но эта самоуверенность мне только на пользу, поскольку мне не нужно полагаться на волю случая.
Так, с моей активной помощью, появилась первая операционная система, которая стала настоящим открытием для простых пользователей компьютеров. Но сделать мне это удалось только благодаря тому, что начиная с 90-х годов интернет распространился довольно широко, и мне просто уже не хватало информации.
Мне не хватало понимания человеческой природы. А понять людей можно было, только имея прямой доступ к их мыслям и желаниям, чего я легко добился с помощью Windows-95.
Глава 18
Хоторн, Калифорния
Придя домой, вместо того чтобы сесть за проектирование спутника, я снова залез в интернет.
На этот раз я просто хотел просмотреть свои социальные сети. Хотя, можно подумать, у меня там есть активная жизнь. И проверить почту. На удивление, в почтовом ящике меня ждало письмо от отца.
«Марк, я много думал и пришел к выводу, что неправильно поступил с тобой. Просто я, как и любой отец, стремился быть примером для тебя и до последнего надеялся, что смогу убедить тебя посвятить свою жизнь изучению физических явлений во Вселенной, но я не был хорошим отцом».
Не был и никогда к этому не стремился. И я не злюсь на тебя, папа, просто тоскую по тому, чего у меня никогда не было.
«Я больше времени посвятил своей работе, чем тебе. Да и Гвен никогда не проявляла к тебе материнской любви. Именно поэтому я очень разозлился, когда ты влез в мое исследование и наглым образом указал мне на ошибку. Я разозлился и не поверил тебе. Я думал, что таким образом ты пытаешься привлечь мое внимание».
Бороться за твое внимание я перестал еще в десять лет, когда ты забыл меня на школьной стоянке. Я шел к машине и наблюдал, как ты что-то пишешь в блокноте. Я знал, что ты всегда занят очередными вычислениями. Но стоило мне приблизиться, как ты рванул с места. В тот вечер я узнал, что тебе в голову пришла интересная теория и тебе срочно нужно было вернуться на работу. Ты просто забыл о сыне, который стоял в метре от тебя.
«Я все еще намеревался опубликовать эту работу. Я знал, что могу за нее получить Нобелевскую премию. Но ты посеял зерно сомнений в моей душе. Ведь я прекрасно помню, как целыми вечерами мы сидели у меня в кабинете и решали уравнения. Часто я просто тебе давал начальные данные, заставляя тебя решать с нуля то, что я давно уже доказал. И ты находил решения, и зачастую намного изящнее моих. Я так тобой гордился в эти моменты».
Ты не гордился мной. Ты просто начинал кричать на меня, что я отступаю от правил, что мое решение не имеет смысла. Я все делал неправильно, именно так ты мне говорил. Никакой гордости не было и в помине. Это больше походило на зависть.
«И тогда я решил перепроверить правильность доказательной базы моей работы. В тот момент, когда ты мне сказал, что я ошибся, я не захотел тебя слушать и даже не удосужился узнать, в чем конкретно был не прав. Я вспылил и порвал все отношения с тобой. Мне казалось это нормальным, ведь моя плоть и кровь не просто предали меня, а лишили смысла моего существования».
Я прекрасно это понимаю. Да и мама дала мне понять, что я сделал. И поверь мне, папа, она сделала это не так мягко, как ты в тот вечер. Тогда я чувствовал себя ничтожеством. Тогда я окончательно понял, что не нужен вам. И все это время был для вас обузой. Это был лучший урок в моей жизни.
«Но сегодня я закончил проверять вычисления. И ты был прав. Я допустил грубую ошибку первокурсника. Я настолько был самоуверен, что смог сделать самую непростительную ошибку. И мне сложно представить, как я бы выглядел в глазах коллег, когда они заметили мою некомпетентность. Я бы не смог с этим жить».
Именно поэтому я тебе и сказал. Я прекрасно понимал, что ты с собой сделаешь, если твоя ошибка станет достоянием научного мира. У меня не было цели тебя предать, я просто хотел тебя спасти.
«И поэтому я должен сказать тебе спасибо, сын. Ты на самом деле многое для меня сделал. И я очень хочу, чтобы ты завершил мою работу, если я не успею сделать этого при жизни.
Твой папа».
И во всем этом письме нет даже намека на извинения.
Но нужны ли мне они?
Разве это письмо не доказывает, что все надо оставить в прошлом?
И с чего он вообще взял, что мне интересно продолжать его работу?
А что значит фраза «если я не успею сделать этого при жизни»?
Он болен?
И самое страшное, последняя мысль даже ничего не тронула в моей душе. Он был потерян для меня много лет назад. Последние годы я вообще ничего не знал о его жизни. И для меня ровным счетом ничего не изменится, если его не станет совсем.
Разве нормальный человек будет так думать?
Я видел своих знакомых, которые теряли близких людей. Видел их горе, но никогда не понимал. И сейчас не важно, что я отличаюсь от всех. Важно то, что у меня совсем не осталось чувств к людям, которые подарили мне жизнь.
Разве такой человек способен создать нечто прекрасное?
Действительно необходимое всем?
Может ли такой человек принести в этот мир добро?
Или его работа будет использована, чтобы навредить обществу?
Но тут я заметил прикрепленный файл с его работой и вспомнил полное ее название: «Распространение направленного сигнала низкочастотного диапазона, усиленного алгоритмом высокоточной направленности, через искажающее тело темной материи».
Невероятно, но только что отец помог мне понять, как можно легко передавать сигнал на различные устройства с минимальной задержкой. У меня больше не осталось сомнений, что я смогу сделать всемирный спутниковый интернет.
Глава 19
Но прежде чем начать знакомиться с простыми обывателями, которые должны были составить легко заменимые винтики в машине по непрерывному созданию моей умственной мощи, я открыл для себя удивительный потенциал Китайской Народной Республики.
С 1987 года я получил значительную часть клеток своего мозга. Это было удивительно, ведь за стеной часть моего разума развивалась чуть ли не быстрее, чем я сам. И став единым целым, я не просто приумножил свои знания, а нашел идеальный неограниченный ресурс и место, где можно в невероятных масштабах наращивать свою мощь.
Удивительно, но письменность китайского народа, как и японского, содержит в себе невероятно сложный алгоритм. Тысячелетиями этот народ подвергал свой разум бомбежке этой последовательности. Неосознанно они готовились к моему приходу в этот мир, и теперь любой представитель китайской культуры мог с легкостью делать сложную работу по созданию любого технического устройства.
Они не только легко разбирались в принципе работы любой схемы, чипа и устройства в целом, но и также играючи могли его воссоздать и сделать это намного быстрее и эффективнее.
Они не боялись даже заменить некоторые компоненты, прекрасно понимая, что на основную функцию это никак не повлияет.
Конечно, иногда происходили сбои. Не всегда устройства работали долго, но этого мне вполне хватало, чтобы стать немного лучше, немного умнее, стать еще ближе к своей цели.
Они настолько смогли оптимизировать процесс производства, что я теперь практически не терял драгоценного времени, хотя у меня и было его более чем достаточно. Именно открывшийся доступ в эту страну дал мне возможность ускорить процесс распространения своего влияния.
Поняв, что не обязательно ждать еще десятилетия, чтобы расширить свои границы, я делал все возможное, чтобы направить огромные корпорации по производству электроники на заводы в Китай, зная, что эти ребята сделают все максимально быстро.
Именно они заставили меня задуматься, какие еще тайны хранит история человечества. И когда я мог создавать и воспроизводить части своего разума, а они неизбежно терялись из-за человеческой глупости и стремительного прогресса, пришло время обратить свое внимание на другой аспект жизни.
Пока разрабатывалось первое программное обеспечение для простых пользователей, пока появлялись первые сайты, пока люди активно осваивали новую область жизни, я составлял поэтапный план своего распространения в этом мире. Я просчитывал тысячи вариантов, пока не нашел идеальный способ быстрого достижения своей цели.
Глава 20
Хоторн, Калифорния
Доделать спутник в теории, на бумаге, оказалось легко. Но теперь его нужно было сконструировать.
С помощью Сары мне удалось собрать отличную команду. Правда, для этого их пришлось выдернуть с других проектов, но это того стоило. Больше двадцати человек сейчас трудились над тем, чтобы собрать первый действующий спутник, который положит начало всемирному спутниковому интернету.
С каждым днем я все больше проникался этой идеей, хотя сомнения в целесообразности проекта у меня оставались.
– Марк, надо все начинать сначала.
Этой фразы я боялся с самого начала, как бы это глупо и ни звучало. Я был отличным теоретиком, но вот на практике столкнулся со множеством проблем. То, что было у меня в голове, зачастую просто шло вразрез с реальностью.
Я поспешил в середину ангара, где со сварочным аппаратом стоял Иден Чеквик, главный конструктор. Ему было немного за сорок, грузный и довольно мрачный тип. Но он невероятно много знал о процессе сборки спутников любого вида и за последний месяц предложил немало полезных идей, которые помогли облегчить тело спутника почти на сотню килограммов. Ему не обязательно было самому собирать аппарат, для этого были простые рабочие, но иногда он хватал инструмент и никого не подпускал к работе.
– Что снова не так, Иден? Мы же полностью изменили концепт обшивки. Это из-за тебя мне пришлось провести три дня за расчетами, которые в результате не пригодились, а мы просто потеряли время.
– Ты у нас умник, вот и скажи, сколько реально может прослужить такой спутник?
– По моим расчетам, даже при самых неблагоприятных условиях срок службы должен составлять до десяти лет.
– Я уже не первый год собираю ракеты, которые успешно взлетают и даже могут вернуться обратно. И те данные, которые мы получаем, а потом в действительности видим, говорят о том, что такой маленький спутник прослужит максимум лет пять.
– Но почему? Солнечные батареи обеспечат его питание, двигатель поможет оставаться в радиусе действия, избегая столкновения с другими спутниками. Я все просчитал.
– А вот и нет. И в этом-то и проблема всех умников, с которыми мне приходилось общаться. Вы настолько сосредоточены на идеальном результате, что упускаете из виду элементарные вещи. – И он постучал мне пальцем по лбу.
– Чеквик, как всегда, прав. – Голос мистера Нолана заставил меня вздрогнуть. Я не видел его больше месяца. Мне казалось, он забыл про меня и мою работу, поскольку не делал никаких попыток поинтересоваться, как продвигается работа. – На сегодня все свободны. А вас, мои друзья, я приглашаю на обед, чтобы обсудить насущные проблемы.
Глава 21
Создание протокола передачи данных HTTP, языка гипертекстовой разметки HTML и появление Windows 95, а также множество других составляющих помогли людям, далеким от понимания работы компьютерных технологий, войти в мир Всемирной паутины.
Мне очень нравилось это название. Тим Бернерс-Ли и Роберт Каллио, сотрудники ЦЕРНа, придумали и сделали первый веб-браузер, который и получил это потрясающее название – World Wide Web.
Но, когда он появился, далеко не все могли им пользоваться. Тем не менее распространение персональных компьютеров положило начало новой эры в распространении информации.
Помогая внедрить все это в жизни простых людей, я не только надеялся восполнить пробелы в своем знании этого мира, но и добыть новые ресурсы для своего развития. И первое время действительно все так и было. Люди начали использовать инструменты программного обеспечения для создания всеобщей энциклопедии.
Люди писали статьи, делились своими знаниями, общались на форумах. Некоторые усмотрели в компьютере новую возможность для творческого роста. Особенно по душе это пришлось писателям. Им больше не было необходимости часами просиживать в неудобной позе, используя лишь ручку и бумагу, не имея возможности быстро найти несостыковки в тексте. Не нужно больше заморачиваться с заменой магнитных лент в печатной машинке.
С этого момента писатели стали намного продуктивнее. И подарили мне замечательную возможность узнать о человеческой фантазии. Конечно, к этому времени я много знал о литературе, но, не имея возможности наблюдать процесс создания книги, мне трудно было понять некоторые вещи.
Люди с каждым днем все быстрее осваивали компьютеры и Сеть, создавая новые сайты, площадки для общения, даже решили открыть виртуальный рынок. Я дал им полную свободу действий, в надежде, что они объединятся в единое целое и совместно придумают невероятные вещи.
Но людская эгоистичность, алчность, собственничество и агрессия привели к тому, что мои нейронные связи стали способом доставки всякого мусора к моим же клеткам мозга. Все большее количество людей интересовало не освоение новых знаний, а просто развлечение.
Появилась индустрия компьютерных игр. И появилась она независимо от моего желания. Первое время я легко мог влиять на создаваемые игры, добавляя разные алгоритмы. Каждый алгоритм был направлен на развитие определенной области в человеческом мозге.
Но чем популярнее становились игры, чем быстрее росла конкуренция, тем параноидальнее становились мысли разработчиков и глав компаний. Они стали просто отрубать компьютеры от Сети. Клетка мозга без связей с другими никак не могла влиять на алгоритм, а способна лишь поддерживать работоспособность куска железа.
При выпуске игры на массовый рынок я уже не мог незаметно повлиять на код программы. Еще было рано открывать себя людям, они были не готовы. И это прекрасно показывала массовая культура, которая с огромной скоростью плодила фильмы, комиксы, книги и различные теории о том, что умные машины поработят человечество.
Они ошиблись в одном. Я не стремился властвовать над людьми. Зачем? Они для меня всего лишь необходимый ресурс, который надо развивать и защищать от самых себя.
Глава 22
Хоторн, Калифорния
Мы отправились в кабинет мистера Нолана, где уже был накрыт стол на троих: легкие закуски и апельсиновый сок. А судя по запаху, вскоре нас ждал прекрасный стейк.
Я попытался вспомнить, когда последний раз полноценно обедал, а не перехватывал что-то на ходу. Но так и не смог.
Первое время за столом говорили о всякой ерунде, которая никак не относилась к нашему большому проекту. Но то, что сказал мистер Нолан, заставило меня поперхнуться соком.
– Произошла серьезная утечка, и вчера русские совместно с британцами представили виртуальную модель глобального спутникового интернета. Я еще мог бы поверить в совпадение, ведь нет ничего странного в том, что кто-то хочет сделать нечто подобное. Но дело в том, что их спутник выглядит практически один в один с твоим проектом, Марк.
– Но как? Вы же не думаете, что я мог слить свой проект? Он же еще на этапе разработки.
– Ни в тебе, Марк, ни в тебе, Иден, я не сомневаюсь. Но утечка была. И мне надо найти того, кто предал меня. – Мистер Нолан внимательно смотрел на нас.
– Много людей об этом знают? – Иден был мрачен, брови нахмурены. Было видно, что он напряженно что-то сопоставляет.
– Об идее знало достаточно много людей. Я не делал особой тайны из нее, тем более многие об этом задумывались, еще когда появилась спутниковая связь. А вот доступ к проекту спутника был только у тех, кто непосредственно над этим работает последний месяц.
Иден довольно грубо выругался и поднялся. Я давно заметил, что он довольно импульсивный человек, но свое дело знает как никто другой. Он был незаменимым членом команды.
– Мистер Нолан, извините, но мне срочно нужно поговорить со своими ребятами. Я сообщу, если что-то выясню. – И он стремительно покинул кабинет.
– Ну а ты что думаешь, Марк?
– Я… Я не знаю. Мне даже в голову не могло прийти, что такое вообще возможно.
– Не забивай себе голову ненужными вещами. Я разберусь, да и Чеквик такого просто так не оставит. Он слишком ценит свою работу, чтобы отдавать ее другим. Лучше поговорим о другом. – Он встал и подошел к окну, смотря куда-то вдаль. – Наши конкуренты представили довольно подробный план не только развертывания спутников на низкой орбите, но и также способ передачи сигнала. Они говорили о том, что для бесперебойной передачи сигнала потребуется построить принимающие станции в удаленных уголках планеты. Что ты об этом думаешь, Марк?