Читать онлайн Про Бабку Ёжку бесплатно
![Про Бабку Ёжку](/pics/b/91848/91848.jpg)
Найдёныш
Лес. Обычный русский лес с чащобами, с болотом, с протекающей по нему рекой. Летит по небу аист и несёт в клюве спелёнатого ребёнка.
Кому-то он достанется? А вот кому.
В избушке в деревне ждут его молодая женщина и её муж. То и дело выглядывают в окошко и смотрят: не прилетел ли долгожданный аист.
Летит аист – и вдруг с неба на него налетает ястреб. Бьёт ястреб аиста острым клювом, а аист от него уворачивается, пытаясь уберечь драгоценную ношу. Но вот ястреб со всей силы клюнул аиста в голову – и выронил аист ребёнка. Полетел спелёнатый ребёнок вниз. Вот-вот разобьётся. Но спружинили его ветки ёлки, и упал он в наметённый около неё сугроб. Упал ребёнок и заплакал. Тоненько-тоненько, как умеют плакать только новорождённые дети. А аист стал сражаться с ястребом, клюнул его в голову, ястреб закричал от боли и улетел. Аист стал летать над лесом, разыскивая ребёнка. Не может найти. И вот он уже стоит перед раскрытой дверью избушки и виновато отворачивает голову. Заплакала женщина, а муж её утешает.
В сугробе плачет ребёнок, и от этого плача просыпаются обитатели леса. Высунулась из избушки на курьих ножках Баба-яга. Проснулся в своём дупле Леший, из проруби вынырнул Водяной, проснулся в своих чертогах Кощей Бессмертный, а из-под трясины в болоте выбралась Кикимора Болотная. И все прислушиваются: что за неведомый звук раздаётся в их родном лесу?
А на звук плача сквозь сугробы пробирается избушка на курьих ножках, скользит по сугробам, руля рыбьим хвостом, Водяной, по веткам деревьев прыгает Леший, кряхтя, по сугробам пробирается Кощей Бессмертный, бежит и Кикимора Болотная.
Первой добралась до сугроба избушка на курьих ножках. Выскочила из избушки Баба-яга и стала своей метлой разгребать сугроб над плачущим звуком. А потом подтянулись и все остальные. Разгребла Баба-яга сугроб, и все увидели свёрток с плачущим ребёнком.
– Вот тебе раз, – раздумчиво сказала Баба-яга, – такого махонького у нас в лесу ещё не бывало. Витязи всякие шастали, царевичи…
– Девки по лешу ла́жали, ух, как я их пужал! – с удовольствием вспомнил Леший и заухал.
– Сестрица Алёнушка с братцем Иванушкой забредали, – вспомнил Кощей Бессмертный.
– Вот-вот, – иронически бросила Кикимора Бабе-яге, – ты ещё Иванушку в печь хотела затолкать.
– Да это я шутейно! – заорала Баба-яга. – В печи даже огня не было.
– А у меня о прошлое лето девица в реке утопла. Сейчас в качестве русалки в дальнем омуте проживает. Красивая… За налима замуж собирается, – вспомнил Водяной.
– Ладно, – решительно прервала споры Кикимора, – хватит разговоры разговаривать, надо решать, что с ребёнком делать.
– Я ребёнка заберу, – предложил Кощей Бессмертный, – в свои роскошные замечательные чертоги. Пусть с детских лет к роскоши привыкает, – и задумался. – А потом, – мечтательно продолжил Кощей, – я ему все свои несметные богатства передам, и он вместо меня станет Кощеем Бессмертным.
– Кощеев вариант усыновления не самый, мягко говоря, подходящий, – заключила Кикимора. – Другие предложения будут?
– А как же, – первым отозвался Леший, – мы жавщегда готовы вжять вошпитание мальчонки в швои руки.
– А кого ты из него воспитаешь, интересно знать? – задала совершенно законный вопрос Кикимора.
– Как – кого? – даже удивился Леший. – Конешно Лешего. Шкоро мне на покой, вошпитаю рабочую динаштию леших.
– И чего же он у тебя будет делать, когда вырастет? – поинтересовалась Баба-яга.
– Как «чего», как «чего»? – заволновался Леший. – Обычную лешью работу… – и сладко задумался. – Ждорово?!
– Да уж куда здоровей, – вздохнула Кикимора, – до старости лет девок пугать.
– Уж лучше у меня в реке с русалками хороводы водить, – сказал Водяной.
И тут ребёнок заплакал. Что делать? Стали все по очереди его на руках качать, а он не унимается. Тогда Баба-яга выхватила ребёнка из рук Кощея, который качал его вверх ногами, сунула малышу в рот сосновую шишку и стала качать его сама, баюкая. Зачмокал ребёнок шишкой, закрыл глаза и засопел во сне. Во весь свой широкий рот заулыбалась Баба-яга. Да и все сразу успокоились. Сидят, размышляют, кому ребёнка отдать. И вдруг все принюхались, зашевелили ноздрями.
– Перепелёнывать надо. Пошли в избушку, – сказала Баба-яга.
И вся компания влезла в избушку на курьих ножках. Баба-яга развернула свёрток, потом повернула лицо к обитателям леса и, заикаясь, сказала:
– Это не мальчик, а девочка…
Все сунули головы к свёртку и блаженно улыбнулись.
– Очаровательная, – сказал Кощей и поцеловал себе пальцы.
– Я даже таких русалок никогда не видел, – закачал головой Водяной и причмокнул от удовольствия.
– Это точно, – сказал Леший, – это не ей девок пугать. Это от неё ещё парни в обморок шлёпнутша.
– А чистое у тебя что-нибудь есть? – спросила Кикимора Бабу-ягу.
Бросилась Баба-яга к сундуку, заворочалась в нём, да так, что свалилась в него, только ноги торчат. Вытянули её Водяной и Леший, а у Бабы-яги в руках платье невиданной красы. Примерила она его на себя, прошлась горделивой походкой и пояснила:
– Это мне Упырь подарил, когда сватался. В молодости это было. Да сплыло, – и решительным жестом разорвала платье.
А Кикимора достала из-под лавки корыто. Водяной мигом пустил в корыто фонтан воды. А Леший выскочил наружу и приволок связку хвороста. Кощей длинным пальцем чиркнул себя по лысине. Загорелся палец, и Кощей поджёг дрова в печке.
И вот уже Баба-яга полощет девочку в корыте, Кикимора шьёт из лоскутов платья пелёнки, а остальные делают из досок люльку. И вот уже Водяной качает люльку с девочкой.
Опять девочка плачет.
– Чегой-то она? – спросил Леший.
– Есть, должно быть, хочет, – сказала Кикимора.
– Это практически наверняка, – глубокомысленно сказал Кощей, – после пребывания на свежем воздухе дети обязательно хотят есть.
– Мяша ей, што ли, принешти… – предложил Леший.
– Лучше рыбки, – возразил ему Водяной. – Сейчас сбегаю.
– Да вы что?! – всполошилась Баба-яга. – Дети ни мяса, ни рыбы не едят.
– А чего они едят? – хором поинтересовалось мужское население леса.
– Колдовать не разучилась? – задумчиво спросила Кикимора у Бабы-яги.
– Да вроде нет. Хотя уже лет двести не колдовала.
– Значит, так, – решительно сказала Кикимора, – Леший, Водяной, Кощей – мигом наружу.
– Там холодно, – поёжился Кощей.
– Зачем? – удивился Леший.
– Выгоняете? – с обидой спросил Водяной.
– Никто вас не выгоняет, – решительно сказала Кикимора. – Козу из снега лепить будете. Потом Баба-яга её колдовством своим оживит, вот вам и молоко.
– Нам молока не надо, – хором сказали Кощей, Водяной и Леший.
– Да не вам оно надо, а девочке. Малые дети к молоку приспособлены.
Мигом выскочили наружу Кощей, Леший и Водяной.
И вот уже около избушки на курьих ножках стоит непонятное чудище. С рогами, лысое, как Кощей, с рыбьим хвостом, как у Водяного, и с громадным выменем.
И тут на крыльцо выскочила Баба-яга, увидела непонятное снежное чудище, осела и обязательно упала бы от ужаса, но Кощей и Леший её поддержали, а Кикимора сказала:
– Колдуй.
– Брекс, кекс, мекс, – пробормотала Баба-яга, и снежное чудовище ожило и сказало:
– Мееее…
А Баба-яга осела в бессознательном состоянии.
Влетела Кикимора в избу, вылетела с ведром и стала доить ожившее вымя. Брызнуло молоко, ударило тугой струёй в дно ведра, и все облегчённо заулыбались. Даже Баба-яга очнулась и улыбнулась.
И вот уже все сидят в избушке и блаженно смотрят, как ребёнок сосёт из тряпочки молоко. Наелась девочка и заснула.
– Пожалуй, я её себе возьму, – решительно проговорил Водяной, – глядишь, скоро у русалки с налимом детёныш народится, подругой девочке будет, – и Водяной задумался…
– Совсем обезумел, – фыркнула Кикимора, – она же человеческий ребёнок. Она в реке захлебнётся. А русалки получаются только от несчастной любви. А она, наша маленькая, пока этих глупостей не знает. Я бы её тоже к себе в болото взяла. Только какая ей жизнь в болоте. Подождём, пока вырастет.
– Всё, – решительно сказала Баба-яга, – жить она будет у меня, и буду я ей приёмной бабкой, и звать её буду Бабка Ёжка, а когда вырастет, сама свою судьбу определит.
И тут девочка заплакала во сне. Посмотрели все друг на друга. Что делать? Вроде сыта, а плачет. И тут Леший хлопнул себя по лбу, подобрал сосновую шишку с пола, обтёр о себя и сунул Бабке Ёжке шишку в рот. Та зачмокала – и так и заснула, чмокая.
И все заулыбались.
Похищение
Раннее утро в лесу. Стоит изба на курьих ножках. В ступе сладко похрапывает Баба-яга. Вдруг тяжёлое дыхание за окном послышалось. Встала Баба-яга, подошла к окну, высунулась, и прямо в ухо ей запыхавшийся Леший заорал:
– Дзынннннь!!!
– Припозднился ты нонеча, – сказала Баба-яга, прочищая ухо.
– Так что прошпали маненечко. Меня-то будить некому. По шолнышку прошыпаемщя, а оно вшё в тучах. Оно и не видно.
– Ну, так и быть, прощаю. Пора Бабку Ёжку будить.
– Это точно, точно, пора будить, кормить, поить, одевать, – быстро подтвердил Леший и скрылся в момент.
Подошла Баба-яга к люльке с Бабкой Ёжкой – а той в люльке нет. Только шишка лежит. Заорала Баба-яга нечеловеческим голосом, выпрыгнула из окна, свалилась, потом закружила вокруг избушки.
– Ой, спаси меня, нечистая сила! Обокрали, ограбили, похитили!..
Проснулся Кощей Бессмертный в своём дворце. Сказал:
– Встаю, встаю, милая…
Высунулся Водяной из реки. Высунула голову из болота Кикимора Болотная, ополоснула лицо болотной жижей, посмотрела на себя в болотную лужу, взбила причёску и вылезла.
Леший высунулся из дупла громадного дуба, слез с дерева и помчался к избе на курьих ножках.
И вот собрались Леший, Кощей Бессмертный, Водяной и Кикимора Болотная у избушки и смотрят, как Баба-яга в страшном темпе описывает круги вокруг неё. Еле-еле обитатели леса успевают головы поворачивать. Наконец Кощей Бессмертный перехватил Бабу-ягу, держит её поперёк туловища, а та ногами перебирает и продолжает орать:
– Обокрали, ограбили, похитили!..
Заткнула ей рот Кикимора, стала колдовать и нашёптывать:
– Спокойно. Вы спокойны, вы спокойны… Спать, спать, спать… – И Баба-яга поникла в руках Кощея Бессмертного.
– А теперь, – сказала Кикимора, – объясни: кого обокрали, кого ограбили, кого похитили?
– Объясняй спокойно, – прибавил Кощей.
– Всему обществу, так сказать, – вставил свои слова Водяной.
– Штобы вшем штало понятно, што к шему, – завершил выступление Леший.
Баба-яга в загипнотизированном состоянии повела всех в избушку и показала на люльку, где вместо Бабки Ёжки только шишка лежит.
Все обитатели леса так и застыли в изумлении. Вот была всеми любимая Бабка Ёжка – и вот её нет. Кто-то украл. Только вот кто? Все тяжко задумались. А Баба-яга всё в том же состоянии взяла шишку и стала её нянчить.
Наконец Кикимора опомнилась.
– Так. Кроме нас её украсть некому.
– Это ишшо почему? – удивился Леший.
– Поясни проблему, – кивнул Кощей.
– А зачем нам её похищать? – поинтересовался Водяной.