Читать онлайн Девочка байкера бесплатно
![Девочка байкера](/pics/b/83533/83533.jpg)
Глава 1
Яна
Меня зовут Яна Красильникова.
Я – дочь нефтяного короля и единственная наследница всего состояния.
Мои родители богатые и светские люди, которых очень люблю.
Папа – владелец многомиллиардного счета, олигарх и гендиректор самой влиятельной фирмы в стране. Мама – шикарная женщина, светская львица, ухоженная, отчасти высокомерная, но очень добрая. Наши характеры с ней сильно похожи. Мама знает себе цену, а ее влияние на папу просто невероятное.
В детстве у меня было все самое лучшее: одежда, вещи, крутые гаджеты. Любое желание исполнялось. Я не знала слова «нет». Эгоистка и хамка – так называли меня учителя, и жаловались матери на мое отвязное поведение. Но, несмотря на сложный характер, я – отличница, и все мои шалости прощались из-за «пятерок» в школе.
Сейчас учусь в институте на первом курсе, и мой отец грезит, что через пару лет буду рядом с ним в офисе в кресле зама генерального директора.
Я люблю проводить время в тусовке. Мои друзья – дети богатых и влиятельных людей, «золотая молодежь», или, по-другому, светская элита. В моем круге общения те, кто не знает запретов, ни в чем не нуждается, идет по жизни легко, не зная тягот и бедности.
Восемнадцатый день рождения будем отмечать в клубе, специально арендованном для моих друзей. Папу было уговорить непросто. Отец упирался и предлагал провести торжество «традиционно» в ресторане или дома, наняв весь необходимый персонал.
– Янусик, ну, зачем тебе клубы! Духота, темнота… – всплеснула рукой мама, и отпила вино из бокала.
Они сидели с отцом за ужином, и потягивали дорогой алкогольный напиток.
– Дочка, любимая, а тебе не кажется, что это слишком? – прокомментировал отец.
– Папа, ты самый лучший! – я подошла и со спины обняла его плечи. Хитрость и лесть – безотказное оружие!
– Хорошо, хорошо, сдаюсь! – он поднял руки и рассмеялся.
Шикарный загородный клуб «Dance&Drink» был арендован на следующий же день по указу отца. Я пригласила всех, кого знала. Этот вечер и ночь будут точно незабываемыми!
Мои приготовления шли полным ходом. Стилист, визажист, самый известный и лучший парикмахер в городе – все крутились около меня и старались угодить.
– Яночка, да ты просто богиня! – ахали они, и всплескивали руками.
От нетерпения все это начинало раздражать. Их слащавые улыбки, льстивые фразы и желание понравиться выводило из себя. Когда мама увидела меня, она возмущенно запричитала:
– Доча, это что за ужас?!
Но я только гордо вскинула подбородок.
Я очень хотела афрокосы, и на день рождения осуществила мечту. Короткое черное кожаное платье на тонких бретелях чуть прикрывало зад. А мою грудь подчеркивало пикантное декольте.
– Мам, хватит, все окей! – отмахнулась и пошла вниз.
Машина с водителем ждала уже второй час у главного входа в наш особняк.
Предвкушая буйное веселье, зашла в клуб. Здесь еще подготавливали мелкие детали к торжеству, но уже через пятнадцать минут начали подтягиваться друзья.
Мы сидели в огромной нише, которая была отгорожена от общего зала плотными портьерами, и наслаждались богемной едой и дорогим вином. Спагетти с белыми трюфелями, стейки из мраморной говядины прожарки медиум, лобстеры, брускетта с крабовым салатом и розовой сальсой.
– За нашу именинницу! – провозгласил Алекс, мой знакомый из института и все дружно закричали наперебой поздравления и пожелания.
Вечер был в самом разгаре.
Танцпол забит людьми, и я подошла в бар взять легкий коктейль. Громкие басы diphause давили на барабанные перепонки. Сделав глоток, обернулась, оглядывая зал в поисках «невинной жертвы». Мне хотелось флирта и небольшого романтического приключения на сегодняшнюю ночь.
У меня были парни, но они слишком быстро надоедали. Одни требовали сразу секс, другие пытались угодить во всем, и тогда безоговорочно попадали в «черный список». Третьи, наоборот, пыжились и строили из себя крутых мачо, пытаясь бравировать суммами их родителей, и тоже летели в полное небытие.
Мне хотелось встретить такого мужчину, чтобы он был словно неприступная крепость. Самодостаточный, но без излишнего эгоизма, обеспеченный, но не кичащийся богатством, уверенный, но знающий цену чужому мнению.
Взгляд упал на одного из незнакомцев. Он стоял в проеме входной двери и о чем-то разговаривал с официантом. Черная кожаная куртка, словно мы с ним негласно договорились быть в одинаковых образах в мой безумный праздник. Темноволосый, высокий. Было видно, что он спортивного телосложения – выпирающие бугры мышц и накачанные бицепсы. Этот амбал явно старше меня. Ему лет тридцать, а возможно, и больше.
Вот мой идеальный вариант!
С легкостью запрыгнула на стол в зоне чилаута, и призывно покачала бедрами в такт музыке. Рядом сидевшие однокурсники похотливо заулюлюкали. Я знала, что это привлечет внимание незнакомца, не самой же мне идти к нему!
Краем взгляда вижу, как он заходит в зал, осматривается. Движения уверенные, он живет в драйвовой атмосфере и дышит ею как кислородом. Стоит на танцполе, будто изучает обстановку, но ближе не подходит.
Ну, что ж, Мистер Сама Загадочность, моя несдержанность сейчас прыгнет на самую высокую отметку и тогда…
Я спускаюсь со стола, и несколько рук сразу мне предлагают помощь.
Его взгляд пронзает и неприлично оглядывает мое тело. Я улыбаюсь ему, и подхожу ближе.
Вечеринка близиться к кульминационному моменту, держитесь!
Глава 2
Марат
Я ехал на мотоцикле по ночной улице в загородный клуб «Danke&Drink». Ощущение скорости в темное время суток дает больше адреналина, больше кайфа. Это сравнимо с самым охрененным оргазмом.
Мне выпал шанс попасть в один из элитных клубов нашего города. По слухам знал, что там тусуется исключительно «золотая молодежь», привыкшая прожигать состояние богатых предков. Слишком избалованные, нарочито пафосные, ни к чему не приспособленные мажоры и девочки-нимфетки, которые считают себя чуть ли не Королевами Вселенной.
Я ухмыльнулся своим мыслям. Удастся сегодня замутить с такой принцессой или это всего лишь мои самоуверенные фантазии?
В клубе работает официантом мой друг – Илюха. Недавно он обратился ко мне за помощью – починить планшет, а у меня как раз есть хороший знакомый мастер, который занимается ремонтом компьютерной техники. Но у него сегодня выпала смена, а планшет нужен уже завтра. Поэтому пришлось гнать на байке на другой конец города, чтобы отдать желанную вещь.
Илюха рассказал, что сегодня в клубе планируется грандиозная вечеринка, и поэтому чаевые должны быть в тройном размере.
Огромное двухэтажное здание с яркой неоновой вывеской, окруженное железным сплошным забором. Друг сказал, что предупредил охрану на входе о том, что приеду я, и меня пропустили беспрепятственно на территорию заведения.
Илюха ждал на входе, стоя рядом с охраной.
«Сколько этих церберов здесь? Наверное, каждый приехал с личными секьюрити» – саркастично подумал я, оглядывая их. Нахмуренные брови, суровые лица.
– Привет! Спасибо! – кивнул, улыбнулся Илья.
– Не за что, пустяки, маленькая поломка была.
Басы электронной музыки оглушали, и, даже не видя, что происходит внутри, я был заинтригован.
– Весело там у тебя, – подмигнул я.
– Вечеринка, день рождения одной из богатых мажорок, – хохотнул друг. – Работа кипит, сегодня чаевые льются рекой. Давай, пойду работать, – и он подал руку в знак прощания.
Илюха скрылся в холле клуба, а я отправился обратно к байку. Но, обернувшись, увидел, как стоящих охранников куда-то позвали, и они пошли, оставляя вход в здание без присмотра.
Огляделся. Вроде больше никого.
– Что ж, пойдем, посмотрим на дорогих кукол, – сказал сам себе, и губы тронула циничная улыбка.
В зале было сумрачно. Только вспышки софитов, неоновых лазеров и остального светооборудования давали рассмотреть местную публику. Мое внимание сразу привлекла одна из заносчивых красавиц. Танцевала на столе с бокалом коктейля в руках – движения плавные, эротичные, зазывающие, словно она не просто приглашала к флирту, а жаждала чего-то большего.
Девка была ничего: шикарная фигурка, аппетитные формы, симпатичная мордашка. Одета в кожаное платье – обжигающе сексуальная в таком наряде. От ее танца жар прошел по телу, концентрируясь огненной эрекцией в паху.
Я видел, как остальные зрители, сопливые маменькины сыночки, пускали слюни и как истуканы наблюдали за ее откровенными плясками.
Ловко спрыгнула со стола, и ее поклонники тут же кинулись ей помогать. Вижу, что мое присутствие заинтересовало богатую кошечку, и она, нахально повиливая бедрами, идет ко мне.
«Похоже, моя фантазия сегодня сбудется» – резюмировал я в голове, улыбаясь идущей на встречу крошке.
– Мне нравиться твоя куртка – ее пальчик заскользил замку «кожанки» вниз.
– Марат, – произнес я. – А тебя, малышка, как зовут?
Я приобнял ее тонкую талию, прижимая горячее девичье тело к себе. Аромат ее волос с запахом цветов и чего-то сладкого одурманивал хлеще любого спиртного.
– Яна, – промурлыкала кокетливо она, поднимая на меня взгляд.
Очаровательные невинные глазки сразу же побудили самые низменные инстинкты. Но я-то чувствую, эта стерва знает, чего хочет, и только притворяется милой овечкой. Ее меркантильные флюиды пронизывают воздух между нами. Знала бы, девочка, что я не зарабатываю столько, сколько ее папаша.
– Ты мне нравишься, Марат, – продолжала она, облизнув пухлые губки.
Твою мать, за этот эротический жест ее хотелось положить уже прямо здесь на столе и…
– Дашь примерить? – и в глазах мажорки заплясали озорные огоньки
Ого, да она и сама не прочь!
Я ухмыльнулся.
– Только не здесь.
В моем воображении замелькали картинки нашего безумного секса. Девочка «навеселе», и очень прилично. В ее хорошенькой головке гормоны вперемешку с алкоголем могли творить чудеса. Она себя сейчас совершенно не контролирует, и не соображает, что делает.
– Пошли? – прошептал ей в затылок, пока она потиралась об меня, имитируя танец и вызывая убойный стояк в штанах.
Я бесцеремонно глажу ее округлую попку, и Яна вовсе не против. Еще сильнее прижимается ко мне, подставляет сочные губы для поцелуя.
Но не рискую целовать ее прямо здесь. Хрен знает, где ее верные подданные в черных смокингах с непробиваемым выражением лица, и что будет, когда они увидят, что их хозяйку чуть ли не трахают на танцполе.
– А ты торопишься? – пьяно возразила мне и хотела отстраниться, но не позволил.
– Вовсе нет, но здесь слишком шумно, пойдем на свежий воздух, детка. Кое-что тебе покажу. Настоящий кайф – и жадно вдохнул запах ее волос.
Вижу, как на ее губах заиграла похабная улыбочка, и она кокетливо потупила глаза. Если бы не ее положение в обществе, вряд ли я стал бы церемониться.
Яна покорно подчинилась. Я держал ее в объятьях, а девчонка еле переставляла ноги.
«Надо немного отрезвить малышку» – подумалось мне, и нетерпеливое желание разлилось по коже бурной рекой.
Глава 3
Яна
Голова приятно кружилась от коктейлей и выпитого вина. Его запах, умелые мужские руки сводят с ума, и заставляют полностью потерять контроль над собой. Я плелась за огромной высокой фигурой и в первый раз чувствовала себя покорной марионеткой в руках амбала. Но это было чертовски приятно. Странное ощущение, которое никогда в жизни не испытывала…
Меня называли оторвой, мегерой и высокомерной сукой, но сейчас я словно обрела второе «Я», которое полностью изменило мое мировосприятие. Рядом с этим бунтарем в кожаной куртке хотелось быть девочкой-пай, подчиняться одному его взгляду, жесту, слову.
– Садись – скомандовал он, и я сквозь туман, застилающий глаза, увидела байк.
Блеск хромированных деталей мотоцикла в лучах неоновой вывески, черный силуэт и агрессия – все это читалось и ассоциировалось с безудержной свободой, полной независимостью.
– Офи-и-игеть – выдала тихо я, и сразу же протрезвела.
– Одевай! – подает мне черный с белыми и красными полосами шлем.
– И это твой? – ткнула пальцем.
– Да. Мой «зверь», – хрипло ответил Марат.
– Ты мне обещал кайф.
– Маленькая, кайф – это скорость на моём байке, – приобнял меня за талию – А ты что подумала?
Я покраснела, он ведь понял, о чем мои мысли!
«Да уж, Яна, сегодня твои тормоза полностью отказали!» – подумала, и запрыгнув на мотоцикл, попыталась поправить платье, задравшееся до самой середины бедра. Его вожделенный взгляд прошелся по моей коже, бесстыдно спускаясь и осматривая мои ноги.
– Держись крепко – и он ухмыльнулся, а мне захотелось легонько толкнуть его, чтобы выразить свое недовольство. Я вовсе не пьяна, алкоголь уже начал отпускать мое сознание.
Мы мчали по городским улицам, разрезая ночную тишину громким рокотанием мотора байка. В лицо била прохлада, и тело покрывалось приятными мурашками. Это действительно был чистый кайф! Ощущение полета, невесомости в то время, когда ты находишься на земле.
Мы как-то раз катались на Светкином Майбахе по городу, нарушали правила и хамили прохожим, которые пытались нас приструнить и образумить. Но там было только чувство полного превосходства над всеми. Мы – королевы этого мира, и остальные для нас – пустышки без мнения.
А здесь другое – единение с миром, осознание того, что вокруг тебя огромная Вселенная, которая наполнена всем, что ты пожелаешь, чувство открытых границ и отмена банальных запретов.
– Супер! – проорала я, не зная, услышит меня Марат или нет.
Мы остановились на набережной и спустились вниз к причалу.
– Не замерзла? – спросил он.
Марат снял куртку и накинул мне на плечи. Я вижу под тонкой футболкой рельефные мышцы. Он выглядит как боксер-тяжеловес с боев без правил. Литые бугры бицепсов, широкие плечи и каменный пресс. Его объятья вновь сдавили грудную клетку, а одной рукой он ловко залез под ткань моего платья, поглаживая кожу бедер.
Я снова подчиняюсь ему, и ничего не могу с собой поделать. Запрокидываю голову, и подставляю губы для поцелуя. Он впивается жадно, неистово. Его язык имитирует движения как при близости, проникает и ласкает с напором и нежностью одновременно. Я чувствую, как его пальцы медленно сдвигаются в сторону кружева трусиков и поглаживают кожу бедра.
Пытаюсь что-то ему возразить, но ощущаю дикое возбуждение от грубых ласк. Он прижимается ко мне, а в его джинсах титановая эрекция.
Рука Марата поднимается выше, снимает бретельку с моего платья, а широкая ладонь обхватывает грудь, сжимая и массируя.
– А-а-а-ах – выдыхаю, наконец, когда его губы отпускают мои из сладкого плена – Ма-а-а-арат…
– Детка, ты мой космос, – шепчет он мне прямо в ухо, шевеля волосы горячим дыханием.
Поцелуи осыпают мою шею, а требовательные пальцы поглаживают торчащий сосок.
– Ты охренительная, Яночка, – хриплый бас действует на меня наркотиком, уносит в бессознательный туман.
Чувствую, как его рука беспардонно проходит по трусикам и забирается прямо под шелковую ластовицу.
– Нет! – я отстраняюсь.
Ударяет изнутри горячим током.
Он решил, что вот так запросто нагнет над своим байком и трахнет?!
– Что такое, детка? Ты же сама течешь… – и его уголки губ дрогнули в улыбке.
– Я не хочу здесь, – пролепетала, чувствуя, как щеки заливает румянец. Обычно на тему секса мы шутили без приличий и рамок, а с ним, себя ощущала полным профаном, и боялась, что он догадается о моей скрываемой невинности.
– Не вопрос, крошка, поехали в отель – ответил Марат, и достал сигарету, закуривая – Я не собирался заниматься сексом прямо здесь, да ты еще и пьяна. Я не использую нетрезвых девушек в удовлетворении своих мужских потребностей. Мне приятнее, чтобы ты была трезвой и понимала, что происходит, – по его губам поплыла плотоядная улыбка.
– Домой меня отвези, – бросила я, и отвернулась.
Душу неприятно обожгло от его небрежной фразы. Я – полная кретинка, решила, что ему понравилась, как девушка, а на самом деле этот громила использует меня как кусок мяса.
– Яна, ты что сама-то хочешь?
Сизый дым окутывал все вокруг и щекотал ноздри резким запахом.
Я сама сейчас не могу ответить на вопрос, заданный Маратом. Хочу его, но понимаю, что наши желания рознь друг другу. Его – всего лишь инстинкт. Без чувств, без эмоций.
– Марат, а я тебе нравлюсь? – тупее вопроса не придумаешь, но мне нужно это слышать.
Он расхохотался так, что эхо его грубого голоса разнеслось по набережной грозовым раскатом.
– Котенок, ну конечно, нравишься, – и крепко обхватил меня за талию.
Привкус табака остался на моих раскрасневшихся губах, словно печать его жгучих откровенных ласк.
– Если не хочешь здесь и сейчас, давай выберем то место, где захочешь –
Я облегченно выдохнула. Может просто «отходняки» от алкоголя начинают во мне будить слюнявую соплячку? И только поэтому вдруг проснулись розовые грезы о любви и прочей шелухе? Мой бунтарский характер отвергал девичьи скучные мечты о принце на белом коне. Я нравилась парням, но каждому давала отставку. Они раздражали меня своим желанием расстелиться под мои ноги бархатным ковриком, сделать все в угоду мне.
Брутальный байкер перевернул мой мир. Он оказался полной противоположностью местным мажорам, с которыми я тусила.
– Поедем, отвезу домой – и Марат выкинул окурок в сторону – Уже поздно, завтра еще поговорим…
Глава 4
Яна
Мы подъехали к кованой ограде нашего особняка. Я попросила Марата не останавливаться около входных ворот – не хотелось попасть под камеры наблюдения охране и моему папе, который испытал бы шок от увиденных объятий между мной и Маратом.
– Это твой? – и голос байкера зазвучал совершенно в другой тональности. Мне показалось, он растерялся, а еще холодком заскользило разочарование.
– Да, – с гордостью заявила, и чуть приподняла подбородок.
Уф! Наконец-то мои обычные чувства начали просыпаться по мере того, как алкоголь уходил из головы.
– Оказывается, ты обеспеченная девочка, принцесса богатого папочки, – улыбнулся Марат, и осмотрел так, будто видел в первый раз.
Я наблюдаю, как он оглядывает особняк, и в его виде появляется странное выражение. Оно похоже на начинающееся равнодушие, осознание, что я для него недоступная цель, которую он и не собирался завоевывать.
– Допустим, – деловито поджала губы.
Дурацкое выражение, мне оно не понравилось. Меня так обычно называли девчонки-завистницы, которым я частенько переходила дорогу в учебе или нравилась их вторым половинкам.
Хочется еще спросить у него что-нибудь, но голова становиться пустой, ватной. От усталости или от выпитого спиртного я словно немею.
– Завтра созвонимся, – бросает холодно он мне, и я набираю у себя номер телефона Марата, тыкая замерзшими пальцами по дисплею айфона.
Начало и конец нашей встречи были аналогами пламени и льда. Мы встретились и горели, будто в самом адском пекле, а сейчас будто огромная пропасть развела нас по разным сторонам.
Я шла по мраморной плитке к дому и ощущала бессилие. Первый раз в жизни вдруг испытала то, что от меня ничего не зависит. Я не решаю, что и как будет дальше, и это начинало пугать и вызывать злость.
Осознание того, что этот мужчина не клюнет на всевозможные уловки, включая и деньги, меня полностью обезоруживает.
Мальчики-мажоры кичились денежными суммами на банковских картах, соблазняя себе в постель новых сучек. А иногда попадались экземпляры, которые были не прочь залезть и в мой карман, вернее, в карман моего отца. Марат был другой. И меня поражало его отношение к финансовой составляющей.
У него в кармане ничего, по сравнению со мной, но мне хочется, чтобы этот человек оставался рядом. Узнать его ближе. И теперь не первобытный инстинкт руководит мной, а что-то другое…
Марат
Мы быстро домчали до ее дома, но, когда я увидел масштабы жилья, его примерную стоимость, которую вслух назвать страшно… Девчонка красивая, но вряд ли она мне будет нужна для серьезных отношений. Классная фигурка, не тупая дура из Инстаграма и не перекаченная силиконом.
Когда приехал в клуб, думал, что там будут не только богатые принцессы, но и их подружки, возможно, уровнем ниже. Но оказалось, что там собрались сливки женского общества из обеспеченных семей.
Я смотрел на нее – на пару ночей в самый раз. Не более. Какие могут быть между нами отношения? Ей нужно искать ровню по социальному статусу. Я умею зарабатывать, только не миллионы, как ее крутой папаша. Ей определенно будет хотеться, чтобы каждое желание тут же реализовывалось, а я привык работать с утра до ночи. Мне некогда исполнять капризы богатой принцессы.
А когда она мне с нескрываемой гордостью заявила, что это ее особняк на мой уточняющий вопрос, я понял – мои расчеты верны, как никогда. Сейчас она ласковая, послушная кошечка, а потом взовьется злобной фурией, и что тогда?
Домой ехал с чувством нетерпения. Уложить ее поскорее в постель, покуражиться пару недель, и забыть. Хорошее такое приключение, чтобы отвлечься от рутины и скучных серых будней. Интересно узнать о стиле и образе ее жизни. У меня никогда не было гламурных сучек. Какой окажется эта девушка из шикарного особняка?
В моей комнате, как всегда, царил хаос, но сейчас мне не хотелось даже прикасаться к разбросанным вещам. Возбуждение бродило по организму, возвращало к страстной и игривой Янке.
– Надо было настоять на отеле, – усмехнулся в полутьму я, завалившись на кровать и закинув руки под голову.
С приятными мыслями уснул, не заметив, что на часах уже почти утро.
Глава 5
Утро началось с головной боли и сушняка. Кое-как сползла с постели, умылась и принялась одеваться.
И тут словно озарение: я познакомилась с офигенным мужчиной! Чувственные мурашки пробежали по телу, и накрыла непонятная тоска. Вчера Марат саркастично отозвался о моем положении, и, вероятно, наше общение на этом закончилось.
Я отказалась завтракать с родителями, и сев в машину, поехала в институт.
Ужасное состояние похмелья, но где-то в глубине души сама боялась признаться, что это не от алкоголя. Байкер слишком сильно впился занозой в сердце, и теперь мне нужно как-то избавиться от угнетающей эмоции.
После пар, которые тянулись невозможно долго, я вышла на крыльцо института, и уже было направилась к машине. Меня тут же остановила Светка.
– Привет, милашка!
Белокурые пряди, красные губы и высоченные шпильки. Светкин образ девушки-стервы сражал всех наповал. Эгоистичная стерва, которая любила только себя. У нее были ухажеры, но они долго не выдерживали непомерных требований и претензий.
– Привет, – пробурчала я.
Сейчас начнет звать меня в новый бутик или полететь в ближайшие выходные на пляж куда-нибудь на Гоа. Настроение нулевое. Я в первый раз хотела домой, а не скитаться по дорогим отделам ТЦ или ресторанам. Завалиться на широкую кровать и вспоминать ласки Марата.
– Что такая скучная? – протянула нараспев подруга, и закрутила мою афрокосу на своем пальце.
– Домой хочу.
Она громко рассмеялась.
– Красильникова, ты чего?! Вчера мало выпила, что ли? Или тебя покинули все твои бойфренды?
– Да пошла ты, – огрызнулась, и отвернулась к дороге.
Черным вихрем по ней пронесся байк, и сердце судорожно забилось в ритме танго.
Светке точно нельзя знать про Марата! Она запросто раструбит всем остальным, и потом будет куча проблем. Насмешки, расспросы и подколки типа «Красильникова влюбилась!».
– Все, пока! – махнула ей, когда подружка еще пыталась мне что-то рассказать про новый клуб в центре столицы.
Хлопнула дверью авто и рванула с места, чтобы Светка не опомнилась меня догонять.
– Янка, сучка такая, могла бы дослушать… – летит мне в открытое окно, но я стремительно набираю скорость.
По боковым зеркалам вижу, что Марат не отстает. Улыбка трогает губы. Внутри закипает нежное чувство. Все-таки он приехал ко мне! Может, зря вчера я думала только о наших социальных статусах, и сегодня все будет по-иному?
«Останавливайся, принцесса» – смс на моем айфоне вызывает желание поиграть с ним. Сколько он еще сможет меня преследовать по оживленной столице, и догонит ли? Но я торможу свои шальные идеи провокации байкера.
Припарковалась около парка, и выхожу из авто.
Марат походит ко мне, и на его лице странное выражение. Он недоволен, но тут же возникает ощущение, что байкер хочет не только разговора. Вновь окидывает плотоядным взглядом, и прижимает меня за талию.
– Куда так рванула? Боишься, подружки папуле расскажут?
– А кто тебе сказал, что я остановилась только ради тебя? – провокационно бросаю ему в лицо, но понимаю, что врать получается плохо – Меня тут парень ждет…
Но Марат лишь усмехается.
– Вчера мне заявила, что у тебя нет никого.
Пожимаю плечами, и как можно равнодушнее отворачиваюсь в сторону. Только брутал не оценивает моего кокетства.
– Пойдем поговорим, – указывает он на широкую аллею со скамьями.
Раскидистые ветви деревьев создают полумрак, и мы проходим к самой дальней скамье, где нас точно никто не увидит.
Мы садимся, и он обнимает меня. В его крепких объятьях хочется забыть обо всем на свете. Я ругаю себя за то, что плыву, словно тупая малолетка, но ничего не могу с этим сделать. Присутствие мужской агрессивной энергетики влияет как афродизиак.
– Нам нужно расставить все точки над i, – произносит он, и убирает легким жестом с моего лба непослушные пряди. – Между нами не может быть чего-то большего, кроме классного времяпровождения. Ты ведь и сама это понимаешь, малышка. Ты – богатая девочка успешных родителей, а я всего лишь прораб на стройке, иногда подрабатываю в автосервисе, но это больше хобби.
– И что? – с вызовом бросаю я.
– А то, что у нас разные статусы. Твои родители вряд ли хотят породниться с мужиком гораздо старше тебя и ниже по социальным критериям, – говорит Марат, и я понимаю, что он не шутит, – Мы можем делать все, что захотим, только вот тебе надо найти себе ровню, чтобы завязывать серьезные отношения…
Он рассматривает меня, а я чувствую, как мне хочется разреветься от обиды. То есть я нужна для развлечения, а жить он будет с какой-нибудь ботаничкой с тремя высшими образованиями и грошовой зарплатой?!
– Кем работают твои родители? – задаю вопрос, и опускаю взгляд на наши скрещенные пальцы. Только бы он не заметил влагу в моих глазах!
– Мама – учитель, а папа работает вахтовым методом на Севере. Машинист автогрейдера.
Киваю, и шмыгаю носом.
«Ну, Янка, ты точно поплыла» – ругаю себя, и тут же беру эмоции под контроль.
– Я согласна, – говорю, смотря в его карие глаза, от которых мое сознание туманится как от головокружительной карусели, – Только, когда кому-то из нас надоест, сразу расстанемся.
Последняя фраза дается с трудом. Я не хочу так, и от этой острой боли прошивает каждый уголок души. Не могу отказаться, а ведь это выглядит низко. Поступаюсь своими принципами. Если бы какой-то из мажоров поставил мне такие условия, то мигом был бы послан, и я с удовлетворением забыла про нахального мальчика, но здесь…
– Вот и отлично, – губы Марата тут же накрывают мои, и я растекаюсь воском в пламенном поцелуе.
Уже не важно жесткое условие, которое он поставил, не важно, что будет дальше. Есть только Он и я, остальное – потом.
Обвиваю его широкие плечи руками и втягиваю легкий мускусный аромат.
«Марат изменит свое решение, иначе…», – мелькает мысль, и я закрываю глаза от наслаждения моментом нашего единения.
Глава 6
Следующие три недели пролетели незаметно.
Мы встречались с Маратом втайне ото всех. Я просила его больше не ждать около института. Любопытная Светка могла меня увидеть с ним, и я нажила бы лишние расспросы.
Каждый день, каждый вечер возвращалась домой окрыленная, и мама начала подозревать.
– Яночка, ты прямо сияешь, – улыбнувшись провела она рукой по моей щеке. – Влюбилась?
– Нет, мы со Светкой катались на ее машине, какие еще парни, – отрезаю я и как можно беззаботнее отмахиваюсь от предположений мамы.
Стараюсь не смотреть ей в глаза. Подло врать матери, но мои чувства к Марату настолько сильные, что не могу предать саму себя.
Наши отношения – чувственные, яркие, разжигали во мне огонь Везувия.
Однажды Марат предложил поехать на пикник.
Мы погнали на байке за город, и, спустившись ближе к реке, выбрали место безлюдное и спокойное.
Я испытывала смешанные чувства. У меня никогда не было таких «бедных» развлечений. Мама и папа обычно снимали огромный коттедж на какой-нибудь загородной базе, и там нас ждали с распростертыми объятиями сами хозяева и куча прислуги. А сейчас пришлось самой делать бутерброды, покупать в магазине фрукты и напитки.
Был солнечный теплый день, а у воды ждала долгожданная прохлада. Разместились с Маратом под большим тенистым деревом. Он расстелил плед на траве, а я достала продукты.
– Может, потом перекусим – шепнул он мне прямо в ухо, и сладкая дрожь пробежала по моей коже.
Стыдно самой себе признаваться в желании. Я согласна прямо сейчас, сегодня стать его женщиной. И готова на любые условия, лишь бы Марат стал моим первым мужчиной.
Он притянул меня к себе, жадно вдыхая запах волос.
– Янка, какая ты сладкая девочка, – его поцелуи обрушились на мою шею, словно летний дождь. Тепло, ласково.
Хотелось раствориться в трепетной неге. Забыть все поставленные между нами условия, забыть, что существует гребаный социальный статус, который в один момент может все разрушить.
– Марат, – с придыханием отвечала я, и зарывала пальцы в его темные густые волосы.
Я тянулась к нему, словно увядающий цветок к воде. Моя душа, мое тело пылало в его присутствии, а самоконтроль оставался где-то очень далеко.
Он ловко усаживает мою хрупкую фигурку на себя, и я чувствую сквозь джинсовую ткань его мужское возбуждение. Тонкое платье – мелкая преграда для крепких и сильных рук Марата. Его палец ловко скидывает бретельку, и проходит по-хозяйски вниз к груди.
– Малышка, ты без белья – урчит довольно он, и обнажает розовый сосок, который стал уже твердым от прикосновений его умелых рук.
– Сюрприз для тебя, – отвечаю ему в ответ, и тут же набираю полные легкие воздуха.
Губы Марата касаются ареолы, и язык играет с соском, вырисовывая таинственные узоры.
Запрокидываю голову и прикрываю глаза. Легкий стон вырывается сам по себе. Безумная пульсация от кипящей страсти сносит весь остаток разума. Я пытаюсь стянуть футболку с Марата, но он резко перехватывает мои запястья.
– Янчик, давай не здесь, – он улыбается, но в карих глазах горят озорные огоньки – Нас может кто-нибудь застать врасплох, не хочу, чтобы на тебя пялился какой-нибудь урод…
Щеки наливаются румянцем. Понимаю, что реагирую глупо, но это чертовски приятно. Марат заботиться о моей чести, а я тут же плавлюсь, словно карамель на солнце от его порочного взгляда.
– Ты меня дразнишь, – шепчу в ответ, не смотря ему в лицо. Смущаюсь от осознания, что сижу на нем верхом и испытываю дикое желание проникновения в мою плоть.
– Не торопись, – говорит Марат, и усаживает меня рядом с собой, – Показывай, хозяюшка, чем кормить будешь.
Я принимаю высокомерный вид, театрально приподняв подбородок.
– Лобстерами, – иронично отвечаю, и достаю бумажный пакет с бутербродами.
Марат, понимая иронию, улыбается, и открывает пачку апельсинового сока. После плотной трапезы, он ложится и притягивает меня к себе. Я удобно устраиваюсь у него на широкой груди, и довольно жмурюсь от лучей солнца, которые проникает сквозь листву.
– Хорошие лобстеры, я оценил, – шутит он и целует меня в затылок.
Моя слишком эмоциональная реакция не заставляет долго ждать. По глазам пробегает влага от нежности, которая сжимает сердце еще больше. Столько кайфа в этом жесте, столько теплоты и заботы.
Может, Марат передумал «просто хорошо проводить время»? Я задаю этот вопрос уже в сотый раз, и вновь теряюсь в догадках. Мне хочется спросить о его намерениях, но мысленно одергиваю себя и ругаю за появившуюся наивную инфантильность. Здравый смысл появляется рядом и противно шепчет мне о том, что он – взрослый мужик, а я глупая студентка. И хоть он признался честно, что у нас не может быть серьезных отношений, внутри живет неугасаемая надежда на лучшее.
В этот вечер почему-то мне было особенно грустно, когда мы расстались. Он поцеловал, и прыгнув на байк, скрылся из виду. Золотистая пыль поглотила его темный силуэт, а когда облако рассеялось, Марата уже не было видно. Я смотрела вслед удаляющемуся мотоциклу в последних лучах заката, и ощущала странную тревогу.
Глава 7
Мы продолжали встречаться тайно ото всех. Время летело незаметно, и я видела, что в Марате поменялось отношение ко мне. Он смотрел на меня другими глазами. Не прежний взгляд, изучающий, пронзительный, а полный нежности и, как мне казалось, любви.
Мы поехали на набережную, и там он, вдруг взяв за руку, тихонько произнес.
– Ян, а ты бы вышла за меня замуж?
Ветер шевелил волосы, и блики в темных стеклах его солнцезащитных очков играли в задорные прятки. Я ошеломленно смотрела в свое отражение, и не могла поверить сказанному.
– Марат, ты что…
Он достает небольшую синюю коробочку, и в ней кольцо. Сразу видно, что это бижутерия. Не дорогостоящая ювелирная роскошь, какие лежали в нескольких сейфах у мамы, а простое милое колечко.
– Ты согласна стать моей? – Марат протягивает кольцо, и надевает на безымянный палец.
Я задыхаюсь от приступа радостных эмоций, в горле становиться сухо, и слова теряются.
– Да, – хриплю в ответ – Я согласна, согласна!
Обвиваю его крепкие плечи, и прижимаюсь ближе к мускулистому телу. Он целует меня в висок, и шепчет в ответ:
– Янчик, ты колдунья, я без тебя теперь жить не могу!
Улыбаюсь, и чувствую, как от бескрайнего счастья мне хочется в первый раз, словно сентиментальной дуре, зареветь.
– Я тоже без тебя не могу, Марат, я хочу быть с тобой! – произношу в ответ, и прижимаюсь губами к его теплым губам, чуть пахнущими сигаретами.
– Завтра едем знакомиться с моими родителями, – говорит Марат после нашего страстного поцелуя, и я растерянно смотрю прямо ему в лицо.
Перспектива того, что меня будут оценивать родители моего байкера, пугает. Никогда не боялась никаких соревнований, выступлений или докладов, а тут…
– Марат, а если я не понравлюсь им? – спрашиваю осторожно.
– Даже если не понравишься, то жить с тобой мне, а не им, – он игриво похлопывает меня по бедру.
Весь оставшийся день и ночь, я обдумывала, что лучше надеть и что говорить.
Есть вероятность, что его родители, узнав, кто я, сразу станут в позу, и будут против такого союза. Кем будет считать меня его мать, если мое детство прошло в роскоши и богатстве? Конечно, избалованной сучкой! И мне нужно доказать обратное. Я готова идти работать, лишь бы быть с Маратом рядом. Я готова жить в коммуналке, изменить свой социальный статус, лишь бы мой брутальный байкер говорил каждое утро: «Янчик, ты моя девочка!».
Приятные размышления сразу окутывают туманом будущих надежд. Мне в голову не приходит, что мои родители могут быть яро против таких отношений.
Родители Марата жили в пятиэтажном доме, самой обыкновенной хрущевке.
Внутри подъезда пахло хлоркой. Я поморщилась от запаха, и вновь пожалела людей, которые ютятся в таких квартирах-клетках. В квартире была скромная, но уютная обстановка. В прихожей шкаф советских времен из дерева, этажерка для обуви, коврик под ногами, очень похожий на плетеный из крупных синтетических ниток.
Нам навстречу вышла женщина. Светлые волосы убраны в аккуратный пучок на голове, на вид ей лет пятьдесят пять. Серо-голубые глаза, в которых была мудрость и желание изучить меня более детально.
Я смущенно представилась, и мама Марата ответила:
– Очень приятно, Яна, меня зовут Марина Анатольевна, – она слабо кивнула в знак приветствия. – Проходите!
На маленькой, но очень уютной кухне мы сели за стол.
Первый раз меня придавило дикое стеснение. Я боялась сказать лишнее, боялась взять в руки чашку с чаем, потому что, казалось, от волнения просто уроню и разобью.
– А где отец? – спросил Марат.
– Он должен сейчас подойти. Пошел в гараж к приятелю из шестой квартиры, – откликнулась Марина Анатольевна, и обратилась ко мне. – А вы чем, Яна, занимаетесь?
– Я учусь на первом курсе института международных отношений, факультет международного бизнеса и деловых отношений.
Она сдержанно кивает. Мне кажется, что операция по знакомству с родителями Марата провалена. Мама явно мной недовольна. Она оглядывает меня и словно ищет повод, чтобы намекнуть на то, что я не пара ее сыну.
Но наше молчание, которое уже звенело от напряжения, нарушил скрип двери, и защелкивающийся замок. На пороге кухни возник мужчина. Отец Марата выглядел явно старше матери. Высокий, крепкого телосложения, с проседью в черных волосах. По нему сразу было видно, что он работает физически: сильные руки, покрытые вздувшимися венами, и коричневый загар, который делал еще более смуглой кожу.
– Добрый день! Меня зовут Андрей Павлович, – поприветствовал он, и сев за стол, тоже внимательно рассматривал мое лицо.
Схожая внешность между сыном и отцом, только Марат еще молод, а отец уже словно закалённая сталь. Суровые черты лица, строгость и
справедливость лучились из карих глаз.
– Мы пришли вам рассказать о том, что хотим жить вместе, – произнес Марат, и сжал мою руку.
– Замечательно, – откликнулся Андрей Павлович – Только хорошо ли вы подумали о таком опрометчивом шаге?
Я удивленно подняла взгляд.
– Почему вы так говорите?
– Позвольте, вас же зовут Яна, правильно?
Утвердительно покивала.
– А фамилия ваша Красильникова?
Я сердито скрипнула зубами. Знаю теперь, куда этот разговор ведет. Конечно же, ткнуть тем, что я богатая принцесска, а Марат – трудолюбивый работяга!
– Да.
– Яночка, и вы всерьез думаете, что ваш отец, нефтяной олигарх рад будет с нами породниться?
Я сдерживаюсь, чтобы не начать хамить, и спросить в ответ, что мой ли отец будет жить с Маратом и поменяет ориентацию? Но глубоко вдыхаю и отвечаю спокойным ровным тоном:
– Мы счастливы с Маратом, и я готова на все, чтобы быть рядом с вашим сыном. Он замечательный человек, и если нужно будет выйти из зоны комфорта ради Марата ради нашего будущего, то да!
Андрей Павлович улыбается, и в простой эмоции скользит сарказм.
– Вы очень молоды и наивны, я вот думаю, что пока это только слова, не более, – он отпивает чай из чашки, и дает понять – наша беседа окончена.
– Вам не стоит торопиться, и нужно поставить в известность родителей Яны, – поддерживает отца мать Марата. – Сын, ты взрослый человек, и должен понимать существенную социальную разницу между Яной и тобой. Я не говорю о том, что вы не можете быть вместе. Если вы любите друг друга, то конечно, это хорошо, только есть еще люди, которые, возможно, не одобрят ваш союз…
– Если мой отец будет против, я все равно буду настаивать на своем, – твердо произношу в ответ на речь Марины Анатольевны, а Марат даже не успевает ей ответить.
– Мам, мы решим все сами, не переживай, – он встает из-за стола, – Спасибо за чай, поедем, – обращается он ко мне.
Я поднимаюсь, и с улыбкой благодарю за гостеприимство.
Никому не нужно объяснять, что атмосфера сейчас словно кипяток. Одно неверное слово – забурлит и нанесет серьезные ожоги. Марат сам может все решить, и то, что мы пришли поставить в известность его родителей – ошибка. Стереотипы слишком сильно давят на людей, заставляя делать преждевременные выводы, даже не разобравшись.
Марат привозит меня домой, и я чувствую моральную усталость. Мне хочется обнять его и просидеть так, пока душу не перестанет терзать боль от осознания: близкие отнеслись достаточно предвзято ко мне, как к будущей невестке.
– Янчик, не расстраивайся, и не говори ничего своим родителям. Все будет хорошо, вот увидишь! – он берет меня за подбородок и нежно целует.
Мы расстаемся, а я решительно поднимаюсь наверх в кабинет отца.
Глава 8
Не успеваю подняться, вижу входящий вызов на айфоне от папы.
– Яна, ты дома?
– Да, как раз иду к тебе, – отвечаю и настораживаюсь.
– Отлично, – холодно чеканит он и отключается, а в моей голове проносится ураган из мрачных мыслей. Неужели то, чего так сильно боялась, сбылось, и теперь нужно исправлять ситуацию? Это точно потяжелее будет посиделок с родителями Марата.
В кабинете отца царит идеальная чистота. Мебель из красного дерева блестит полировкой в солнечных лучах, идущих из больших двух окон. Здесь запах бумаги, книжных страниц сразу окутывает атмосферой библиотеки. У отца с матерью обширный запас всевозможной литературы, и живет она на широкой полке высотой в три метра по левую руку от папиного стола. Оглядываю, и невольно вспоминаю, что раньше очень любила здесь сидеть, вытаскивать книги, листать их и находить для себя интересные истории.
Улыбнувшись, целую папу в щеку, но он сохраняет эмоциональное спокойствие. «Точно не к добру» – мелькает мысль, и я сосредоточено наблюдаю за каждым его жестом. Похоже, он зол.
– Яна, рассказывай сама о своих приключениях и не вздумай ничего утаить! – гремит властный голос родителя в просторной комнате, и ледяной волной по позвоночнику проноситься холод.
– О чем ты? – делаю невозмутимый вид, но удар кулаком по столу, сразу же заставляет переоценить ситуацию. Дурой точно нельзя прикидываться.
– О твоих встречах с этим нищебродом!
Глаза отца блестят бешеной агрессией, а ноздри раздуваются от негодования.
– Пап, я все объясню, – пытаюсь говорить уверенно, но голос дрожит.
Я редко вижу отца в дурном настроении, и уж тем более, в яростном гневе, когда он запросто может сорваться с места и начать все крушить перед собой. Мой отец не уступает по комплекции отцу Марата. Высокий, подтянутый мужчина с легкой сединой в темных волосах. Только вот ухоженность, строгий костюм из самого дорогого бутика, отчасти суровый и надменный взгляд выдает его принадлежность к высшему статусу. Он – руководитель, лидер одной из ведущей компании. Ему боятся перечить даже партнеры, не говоря о подчиненных.
– Попробуй! – произносит он и скрещивает пальцы в замок.
Это знак. Он не хочет слышать про Марата. Попытка будет провалена, но все же…
– Пап, я люблю этого человека, и хочу быть вместе с ним, понимаешь, – с мольбой в голосе продолжаю. – Неужели ты хочешь, чтобы я была несчастна с каким-нибудь мажором, который перетаскал половину города по отелям?
Но отец усмехается. Губы искривляет циничная ухмылка.
– А ты хочешь, чтобы грязный оборванец притащил тебя в свою нору и осыпал лепестками обещаний, что когда-то все будет хорошо? Ты даже дня не выдержишь где-нибудь в трущобе, прибежишь, поджав хвост! Потому что ты не привыкла к таким условиям, ты не сможешь!
Я чувствую, как от его грубых слов на глаза наворачиваются слезы. Больно, хлестко бьют фразы отца. Он тоже считает меня изнеженной принцессой, хотя я готова жить с Маратом в любых условиях, и готова приложить все усилия, чтобы создать комфорт и уют. Лишь бы мой байкер был рядом…
– Пап, позволь мне встречаться с ним, прошу, – я понимаю, куда клонит отец, и от этого душу сдавливает в железных тисках.
– Ни за что на свете! – выкрикивает он и поднимается – Ты думала, можешь творить, что захочешь, и никто об этом знать не будет? Марать мое имя в грязи, катаясь по городу с каким-то байкером?! Яна, опомнись, ты девушка высшего круга, а не бедная собачка под забором! У него таких, как ты, никогда не было и не будет. Ты должна ценить себя и найти достойного претендента на семейную жизнь в будущем!
Мне кажется, что мир катится в черную бездну. За ним туда лечу и я. Без Марата я не могу представить и дня. Поцелуи, объятья, наши длинные разговоры и шутки друг над другом, его горящий взгляд и откровенные ласки. Нет, я не могу этого лишиться!
– Я не брошу Марата! – ору, и вскакиваю с места.
Но отец надвигается на меня штормом, и вырвав сумочку из рук, хватает за локоть.
– Ты будешь со своим Маратом только через мой труп – шипит мне в ухо, и тащит в мою комнату дальше по коридору – Посидишь недельку дома взаперти, и поймешь, что ошибалась в своем выборе!
Он заталкивает меня в спальню, и захлопывает дверь.
– Выпусти!!! Выпусти немедленно! Ты ничего не можешь мне запретить! Я уже взрослая, и сама могу выбирать, с кем встречаться! – стучу кулаками о дверь, но ладони только еще больше сводит от болевых ощущений, колющих как иголки.
– Пап, пап, папа!!! – я оседаю вниз и щеки заливают слезы.
В ответ мне только звенит оглушающая тишина. Мои опасения приобрели реальные черты. И теперь нужно искать выход.
Глава 9
Неделя без гаджетов, без связи с Маратом меня добивает морально. Я сижу в комнате, запертая под замком, оправдывая свое прозвище, которое с едким привкусом звучало с губ соперниц и завистников.
Принцесса взаперти.
Знает ли что-то обо мне Марат или решил, что я его бросила?
От переключения каналов на большом ЖК уже начинает болеть голова, а учебники и книги приносят лишь временное облегчение для души.
За эти дни я изучила в собственной комнате каждый штрих в интерьере, рассмотрела каждую пылинку. В окнах, под которыми дежурила круглосуточно охрана моего папочки, мне надоело наблюдать один и тот же пейзаж.
Первые два дня я буйствовала и стучалась в двери, но поняла, это бесполезно. Отец не слышал меня, а мама, подойдя к дверному полотну с той стороны, пыталась образумить и не идти против главы семейства.
Есть мне приносила наша повар под пристальными взглядами пятерых огромных амбалов, которые контролировали ситуацию, словно я беглая преступница, а не любимая дочь отца-олигарха, разочаровавшая строгого родителя.
– Яночка, отец придумал уже, как усмирить твою гордыню, и лучше тебе подчиниться. Попроси у него прощения, скажи, что была не права – шепчет мама через плотный дверной массив слонового цвета. И это вызывает у меня истерический смешок.
– Мне плевать, что он придумал, – язвлю в ответ.
– Тебя выдадут замуж за Дениса Кострова, – всхлипывает мама, и слышно, как сдерживает слезы.
– Мам! – я силой ударяю в светлое дерево – Что за каменный век? С каких пор у нас вновь введено крепостное право и разрешена продажа людей?! Я не пойду за него замуж!
Я знаю, кто это. Известный всем мажор. Его отец – владелец завода по обработке алмазов. Денис старше меня на три года, и любовные похождения, которые он выкладывает в Инстаграмм для собственной коллекции девочек, уже набрали серьезные обороты. Весь мужской контингент обсуждает очередную «шкуру», как их называет сам Денис, и поливает самой отборной грязью.
Как-то раз Светка заикалась пойти к нему на вечеринку, которую он устраивал на свое двадцатилетие, но я отказалась. Мерзкий тип, и в одной компании с ним я не буду! Заносчивый, высокомерный, наглый хам.
– Папа решил, что это лучшее средство от твоих гулянок с байкером. Ты образумишься, когда поживешь с мужчиной твоего уровня. Поймешь, что этот мотоциклист не сможет тебе большего… – проговаривает мама, и на последних словах будто теряется.
– А мне и не надо золотых дворцов, – ору в ответ – Я не пойду замуж! Я убегу со свадьбы!
Мама молчит. А это значит, что у отца есть серьезный козырь, который мне нужно перебить, для чего узнать о нем заранее.
Обхватываю голову руками. Вертится только один вопрос – как мне убежать? Я планировала отказаться от всего того, что имею, и не отступлю. Лишь бы Марат не отказался от меня…
– Я не пойду замуж, – подвожу черту под бесконечными мамиными причитаниями за дверью.
А вечером появляется отец.
Он заходит ко мне в комнату, и окидывает ледяным взглядом окружающую обстановку. Меня словно нет в его пространстве.
– Завтра мы едем ужинать с семьей Костровых, – чеканит каждое слово, и расстегивает пуговицы пиджака.
– Я никуда не поеду. Если хочешь скандала в ресторане – я обеспечу тебе его! – с вызовом бросаю, и отворачиваюсь к окну.
– Ты поедешь в ресторан, и будешь вести себя, как приличная добрая девочка, а иначе я отдам приказ своим людям, и завтра же твоего Марата повезут из морга на кладбище.
Фраза звучит в холодном беспристрастном тоне, и бьет больнее кнута. Я оборачиваюсь и заглядываю в серо-голубые глаза родителя. Почему раньше не замечала за ним этой стальной жестокости? Его властный непоколебимый статус, который уважали все и даже боялись, стал ужасающим тираническим образом настоящего деспота.
Я смотрю и чувствую, как горло дерет от комка слез.
– Ты не посмеешь так сделать, – шиплю, и понимаю, что совсем не знаю границ власти отца, и готов ли он переступить черту, за которой только черная тьма.