Римская звезда

Эту книгу вряд ли стоит называть историческим романом – здесь хватает крупных и мелких отличий от реальной истории, в том числе и отличий явно фантастических, вроде невидимых простым смертным животных, сопровождающих поэтов и помогающих им творить. Ещё одна причина – нарочито осовремененный язык героев. Я вполне могу понять, что это сделано не от неумения, а наоборот, вполне сознательно, но это не значит, что мне это должно обязательно нравится. При этом временами такой сплав тогдашних реалий и современного языка выглядит необходимым (как, например, в тех эпизодах, где речь идёт о тогдашних политике или окололитературной тусовке, и прослеживаются чёткие параллели с нашей современностью), временами просто не мешает (ну, просто авторский приём такой – непривычно, но читаешь, потому как интересно), но иногда Зоричи явно перегибают палку, выдавая сентенции типа, пардон, «е*** – ничто, любовь – всё». К счастью, подобное встречается редко, но от этого оказывается ещё более заметным. Зато не могу не упомянуть особо пусть и нечастые, но от того ничуть не менее интересные рассуждения о поэзии, о её сущности и о роли в мире. За эти короткие – буквально один-два абзаца – отрывки можно многое простить, они то и дело потом всплывают в памяти и заставляют действительно завидовать (хоть и по-белому) тем, кто может создавать такие чёткие и ёмкие фразы... Итог: любопытная и весьма удачная околоисторическая фантазия. Всем, кому сколько-нибудь близки темы Античности или поэзии (а тем более античной поэзии) категорически рекомендуется.

Владимир Пузий, июль 2007Возвращение из ссылкиНесколько лет назад Александр Зорич в своей чуть ироничной манере рассказал автору этих строк о том, как попал он, Зорич, в некую телепередачу. Старательный диктор перед началом просматривал «автобио» героя, вслух читал названия книг, спотыкаясь и неправильно ставя ударение в слове «Сармонтазара». Но добравшись до строчки «сценаристы компьютерной игры «В тылу врага», журналист воспрял: «Как?! Это ВЫ делали ту самую «В тылу врага»?!!» В этом — удача и беда Александра Зорича. Вот уже несколько лет он известен прежде всего трилогией «Завтра война», компьютерной игрой по ней и пресловутым «В тылу врага». Волна переизданий Сармонтазарского цикла и многих других книг писателя началась недавно, и вряд ли они смогут потягаться в тиражности с «Завтра войной». А жаль. Вдвойне жаль, что пока не переиздан лучший, на мой взгляд, роман Зорича — яркий, искрометный, потрясающий «Карл, герцог». Читателям нового поколения и невдомек, что Зорич бывает разным: иногда его лихие космодесантники и чародеи-сыщики уступают место совсем другим героям. Сразу оговоримся: и фэнтези, и космоопера Зорича, безусловно, хороши. Но странные вещи Зорича — это совершенно отдельный разговор. В случае с «Римской звездой» — разговор об Овидии, о судьбе человека, судьбе поэта. О неизбежном выборе, который рано или поздно приходится делать каждому.Разумеется, Овидий Зорича — не совсем «тот самый», да и история его — история альтернативная, мистическая. Успешный «поэт номер один» однажды приезжает на виллу «Секунда» по приглашению хозяина — самого Цезаря. Овидию предлагают сочинить поэму «о святости семейных уз и безгрешной сладости супружеского ложа». Конечно, Овидий отказывается. И все бы ничего: отказался со всей возможной почтительностью, Цезаря, вроде, не обидел, — да вот случилась оплошность. Еще когда только Овидий прибыл с другом Рабирием на виллу, им велели ни в коем случае не входить во флигель с золотой звездой. А они, разгоряченные спором, взяли да вошли.Прочитать рецензию целиком >>