Читать онлайн Мой незнакомый муж бесплатно

Глава 1

Зачем только я согласилась на эту авантюру? И ведь не уйдёшь теперь, мама стоит за спиной, как Цербер, охраняя выход из тёмного тесного коридора – общего на несколько квартир в старом доме. В воинственно сверкающих глазах мамули ясно читается её любимое выражение: «Только через мой труп!»

Я скептически оглядела хлипкую деревянную дверь, которая, казалось, вот-вот может сорваться с петель, и криво прикрученную проволокой табличку:

Брачное агентство «Нити судьбы»

– Мам, тебе не кажется, что это место не очень серьёзно выглядит для брачного агентства? – сдержанно спросила я.

– Серьёзно-несерьёзно, много ты понимаешь! – тут же понеслась в бой мама. – Что ты теряешь, в конце концов? Я купон принесла на бесплатное обслуживание, там написано, что принимает сваха с большим опытом работы и огромной клиентской базой, а ты ещё выделываешься. Двадцать восемь лет – ни мужа, ни детей!

Я молча толкнула хлипкую дверь. Бесполезно сейчас объяснять, что крутой специалист с огромной клиентской базой не будет работать бесплатно. И тем более, он не приспособит под офис обычную городскую квартиру в подъезде с длинным общим коридором, напоминающем студенческое общежитие. Лучше я потеряю минут двадцать в беседе с какой-нибудь аферисткой, чем мамуля из-за моего отказа будет мотать мне нервы остаток субботы и всё воскресенье. Что за навязчивая идея выдать меня замуж хоть за кого-нибудь? Маме почему-то кажется, что мои двадцать восемь – это критический возраст, хотя и я, и большинство моих приятельниц-ровесниц не видим ничего ужасного в замужествах после тридцати лет.

Мама со своей кипучей энергией уже чего только не творила: и на сайте знакомств с моей фоткой регистрировалась, и сыновей подруг в гости приглашала, и к каким-то гадалкам бегала. В общем, поход к свахе – это ещё безобидный вариант, хотя бы перед знакомыми не стыдно.

В коридоре на облезлом линолеуме что-то поглощал из мисочки серый кот – обычный, не породистый. Здесь же разместился лоток с кошачьим туалетом.

– Тут кто-нибудь есть? – громко спросила мама. – Мы в брачное агентство.

– По-моему, это не офис, – еле сдерживая ехидство, сказала я.

– Офис-не офис, а я тут принимаю, – отозвался низкий голос со стороны распахнутой двери. – Проходите.

Мы вошли в обычную жилую комнату с выцветшими обоями, кроватью на панцирной сетке, деревянным раскладным столом и старыми размастными стульями вокруг него. У моей бабушки была такая же мебель – с молодости осталась.

За столом устроилась полная старуха в платке, с вязанием, на столе в большом старом сите для просеивания муки лежали разноцветные клубки шерсти. Рядом стоял здоровенный чайник. Пахло какими-то травами.

У меня возникло острое желание дать бабуле денег на хлеб с маслом и уйти. Не знаю уж, аферистка она или действительно считает себя крутой свахой, но я полностью уверена, что вся «огромная клиентская база» – внуки её подруг, а большой опыт работы – это несколько парочек, которые познакомились у неё в гостях за всю её жизнь. И допускаю, что познакомились они чисто случайно.

Старуха, не отрываясь от вязания, буркнула:

– Садитесь.

Здороваться с клиентами, видимо, здесь не принято. Я покосилась на маму. Интересно, её пока ничего не смущает?

– Вот дочку к вам привела, – мамуля плюхнула на стол купон на бесплатное обслуживание. Откуда она только его раздобыла? – Двадцать восемь лет, красавица, умница, красный диплом пединститута. А познакомиться ей с нормальным человеком негде.

Я молча села напротив свахи и приготовилась к спектаклю. Если мама хочет шоу, пусть сама его и устраивает.

– Угу, негде, значит, – старуха хихикнула. – Ох, сколько у меня таких перебывало, которым знакомиться негде…

– И как? – заинтересовалась мама, меряя шагами маленькую комнату. – Многие пару нашли?

– Да все, кто приходил, – сваха махнула рукой с вязальной спицей. – Вот ты, говоришь, дочку привела. А сама-то замужем? – она бесцеремонно оглядела мою маму оценивающим взглядом.

– Обо мне речь не идёт, – мамуля поморщилась. – Мне пятьдесят лет, замуж не собираюсь. А вот ей…

– Угу, – как филин, отозвалась старуха. – Не собираешься, значит, – она усмехнулась.– Берите-ка обе бумажечки, – сваха кивнула на навесную полку, где лежали выдранные из тетради в клетку листы и дешёвые ручки. – И пишите свои имена и каких женихов себе представляете.

Она снова уткнулась в вязание. Я с интересом ждала маминого возмущения, но мамуля, как загипнотизированная, двинулась к полочке.

– Просто на бумажечке? – едко уточнила я. – А как же компьютер, фотографии? И хотелось бы взглянуть на вашу огромную клиентскую базу.

– Хм, бойкая какая, – старуха хмыкнула. – Поглядишь обязательно, но только на того, кого я для тебя подберу. Зачем тебе все, кто есть? Тебе для жизни один нужен, так ведь? А компьютер и фотографии мне без надобности, я и без новомодных штучек пару составлю всем на загляденье. Вот уже прикидываю. Вы у меня клиенты-то юбилейные, так что расстараюсь.

Она оборвала посреди ряда вязания желтую нитку и привязала к ней большим, очень заметным узелком красную.

– Ну вы тогда с моей мамой поработайте, найдите ей пару, а мне уже пора, – я резко встала.

– Алиса, подожди! – мама шагнула к столу с бумагой и ручкой.

– А зачем я вам здесь? – я решительно двинулась к выходу. – Если от меня толком ничего не нужно?

– Да-да, иди, детка, – рассеянно откликнулась бабуля, снова утыкаясь в вязание. – Я уже знаю, с кем тебя познакомить…

Я вылетела из этого сумасшедшего дома, чуть не споткнувшись о кота. Тот дремал, растянувшись на пороге, как серый половичок. Похоже, у бабки с головой нелады, раз она искренне верит в свои таланты свахи. Какая у неё вообще может быть клиентская база? Впрочем, раз уж они с моей мамулей нашли друг друга, пусть супер-сваха и поищет для нее жениха. Если вдруг найдёт, я буду просто счастлива. А я как-нибудь и без странной бабушки разберусь в своей личной жизни.

А пока что напишу в своём блоге статью о свахах-аферистках. Всё же в маминой бурной деятельности есть кое-что хорошее: я неплохо на этом подрабатываю. После каждой попытки найти мне пару, я пишу статью. Об общении с «сыном маминой подруги», о телефонных разговорах мужчин с сайта знакомств. Да-да, несмотря на мои бурные протесты, мама не только переписывается неизвестно с кем от моего имени, но и даёт номер моего телефона тем, кто кажется ей подходящими кандидатами мне в мужья. Только вот проблема – мужчины, которые подошли бы ей в зятья, совершенно меня не интересуют. Блог у меня уже достаточно раскрученный, язык лёгкий и тема многим близкая, так что подписчики все время прибавляются.

И, хоть мама любит вспоминать мой красный диплом пединститута, в школе я не работаю. Кроме блога – о ужас! – спекулирую на перепродаже антикварных вещей и на поиске по заказу продавцов либо покупателей на нужный товар. В общем, я работаю дома в интернете, и мама кое-в-чем права: знакомиться мне особо негде. Не в магазине же искать спутника жизни, и не в автобусе.

На лавочке перед домом расположился мой сосед и бывший одноклассник Славик в компании здоровенного незнакомого мне типа. Смотрелись они странновато – щуплый Славка в спортивных штанах и дешевой футболке, из-за постоянной выпивки выглядевший почти ровесником моей мамы, и гора мускулов в качественных джинсах и светлой наглаженной рубашке. На лавочке кое-как был расстелен пакет из супермаркета. В центре импровизированной «скатерти» стояла бутылка дешёвого пойла. Закуска классическая – пара плавленых сырков и сосиски. Сырые сосиски в надорванной упаковке. Эти "вкусняшки" лежали в пластиковой тарелке здесь же на пакете. Под лавочкой уже стояла пустая бутылка, значит, пьют вторую. Почему перед подъездом? Это как раз понятно: погода хорошая, лавочка есть. С чего бы вдруг пьянствовать дома?

– Да говорю же, не знаю ничего, – бубнил Славка. – В жизни её не видел, зуб даю. У меня память знаешь какая?

– Девушка, – его собутыльник поймал мой взгляд и заинтересованно уставился на меня. – Вы нам компанию не составите?

– Нет, – отрезала я и вошла в подъезд.

– Слушай, а эту девушку как зовут? – донёсся с улицы вопрос незнакомого типа.

– Алиса, мы с ней в школе вместе учились, – заплетающимся языком сообщил Славик.

Ну вот, это как раз живая иллюстрация к вопросу о случайных уличных знакомствах. И тут сразу всё ясно: Славкин друг просто по определению должен быть алкоголиком, других около моего бывшего одноклассника не водится.

Перфоратор я услышала сразу. И тут же поняла, кто в очередной раз долбит у себя в квартире стены. Наш сосед Николай Павлович, отставной военный. Как засел дома, так и взялся приводить квартиру в порядок. Вернее, к страшному раздражению моей мамы, у него есть два хобби – ремонт и женщины. Вначале хобби было только одно.

– Каждую неделю новую бабу приводит, – фыркала мамуля. – Устроил тут дом терпимости! И ладно если б тихо себя вели. Через стенку всё слышно!

Угораздило же её как-то высказать что-то в этом роде самому Николаю Павловичу! Сообразив, что соседка из своей комнаты получает полное представление о его плоских утехах (мама так и выразилась), отставник решил сделать в своей квартире звукоизоляцию, а затем вошёл во вкус. То он менял проводку, то перекладывал на кухне и в санузле кафель, то решил заменить все трубы.

– Алиса, ваша матушка дома? – как всегда, вежливо поинтересовался Николай Павлович, выглядывая из-за своей двери.

Его серая майка и длинные шорты были покрыты строительной пылью.

– Нет, – я улыбнулась.

Была бы мама дома, она уже высказала бы соседу всё, что думает о ремонтных работах в выходные, когда ей хочется отдохнуть в тишине.

– Видите ли, я случайно просверлил дыру в вашу квартиру, – сосед замялся. – Небольшая дырочка, я постараюсь сегодня же ее заделать,  но вместо обоев там окажется штукатурка. Может, у вас остались обои, которые можно туда наклеить? Я всё исправлю. Очень неудобно получилось.

У меня возникло стойкое ощущение, что я живу в сумасшедшем доме. Сначала мамуля с ненормальной свахой, теперь сосед с маниакальной страстью к ремонтам и просверленной в нашу квартиру дырой!

Обои нашлись, но исправить свою ошибку до маминого прихода Николай Павлович, конечно, не успел. Когда она вернулась, сосед только наполовину заштукатурил «небольшую дырочку» размером с кирпич.

Закрывшись в своей комнате, я слушала набиравший обороты скандал с мамулиными обещаниями в понедельник с утра позвонить в ЖЭУ, вызвать участкового и натравить на соседа какую-то комиссию. Николай Павлович бубнил что-то умиротворяющее. Я пила кофе с печеньем, стараясь не прислушиваться к тому, что творится в квартире.

Во всем можно найти свои плюсы. Сейчас мама отвлеклась от меня и наверняка будет стоять над душой у соседа, пока он полностью не заделает окно из своей квартиры в её комнату. А это значит, что сегодня у неё не хватит времени и энергии обсуждать со мной мою «неудавшуюся личную жизнь» и старую сваху с вязанием.

И действительно, я спокойно написала статью, потом поискала в сети покупателей на хорошо сохранившиеся французские монеты девятнадцатого века – пока безрезультатно. Я успела даже спокойно разослать знакомым коллекционерам информацию о монетах – вдруг заинтересуются? Мама продолжала вдохновенно ругаться с соседом. Мне часто кажется, что замуж поскорее надо не столько мне, сколько ей. Работает мамуля в университете два дня в неделю, энергии остаётся много, выплеснуть некуда. Вот и получается то, что я наблюдаю каждый день.

Хотя мне, конечно, пора устраивать личную жизнь. Как говорится, часики тикают. Только пока что в моей жизни есть место лишь лёгким недолгим романам.

Глава 2

Утром меня разбудило непривычно яркое летнее солнце. Его лучи бесцеремонно заглядывали в лицо, требуя немедленно открыть глаза. Занавески, что ли, вчера не задернула? Я с досадой попыталась перевернуться на другой бок и тут же проснулась моментально и окончательно. Потому что рядом со мной в кровати кто-то был, и этот кто-то решительно сгреб меня в охапку и притянул к себе, сонным голосом хрипло буркнув:

– Спать!

Я осторожно приоткрыла глаз. От увиденного он тут же раскрылся полностью. Рядом со мной мирно сопел носом вчерашний собутыльник Славика. Голый. Да и на мне из одежды только коротенький топик, еле прикрывающий грудь, и трусы-стринги. Причём топика у меня такого точно нет, а стринги я вообще не ношу. Кровать была широкая, на ней и втроём можно улечься, не мешая друг другу. И комната незнакомая, размером почти с нашу с мамой квартиру. Мой взгляд нервно заметался, вбирая детали. Стены идеально ровные, обои дорогие, паркет на полу, большие цветы в кадках у противоположной стены, огромное окно во всю стену… Вот из этого окна и било сквозь тончайшие гардины утреннее солнце. Портьеры тоже были, и довольно плотные. Но задернуть их то ли забыли, то ли не сочли нужным.

Я крепко зажмурилась, снова открыла глаза. Всё по-прежнему. Вчера вечером я уснула в своей постели, а сейчас проснулась непонятно где в обнимку с сомнительной личностью. Этого никаким образом не может быть, но это есть. Я лежу в постели с незнакомым типом, которого видела вчера мельком, буквально несколько секунд. Я понятия не имею, кто он, как его вообще зовут и каким образом я могла бы тут оказаться.

Я осторожно попыталась отодвинуться от незнакомого мужика, но меня тут же снова подгребли к себе. Мужик открыл сонные, но весёлые глаза.

– Далеко собралась, Лиса-Алиса? Что, солнышко разбудило?

– Ага, – невнятно выдавила я.

– Эх, жаль, нам с тобой сегодня ничего не положено, – он погладил меня по щеке. – Рядом моя девочка, такая аппетитная, а нельзя.

Я сглотнула. Чем дальше, тем непонятнее. Этот тип ведёт себя так, будто мы с ним давно встречаемся, а то и живём вместе. В голову полезли многочисленные сюжеты из книг и фильмов о потере памяти. Никогда не воспринимала такие истории всерьёз, но, может, из моей памяти тоже вылетели несколько месяцев, а то и лет?

– Какой сегодня день? – неожиданно севшим голосом спросила я.

Голос прозвучал сдавленно.

– Помню я, помню, – сосед по кровати расплылся в улыбке. – Второе июня. В двенадцать часов роспись в загсе, потом – сразу на венчание. А перед венчанием надо вести себя хорошо.

В голове словно оглушительно взорвалась петарда, вынося остатки связных мыслей. Какое ещё венчание? Я что, должна сегодня выйти замуж за этого типа?! Второе июня… Ну да, второе июня – это сегодня.

– А год какой? – я резко села на гигантской кровати.

– Лис, у тебя предсвадебный мандраж начался? – он тоже сел и недоверчиво посмотрел на меня.

Я нервно улыбнулась. Если продолжу задавать вопросы, «будущий муж» решит, что я сошла с ума. Особенно если учесть, что больше всего мне хочется спросить: «А ты вообще кто?». Ладно, постепенно разберусь, что происходит. Хорошо хоть, это тип ко мне не пристаёт, а то мог бы устроить репетицию брачной ночи.

– Да, есть немного, – выдавила я.

– Алиска, ну и с чего ты запереживала? – он рассмеялся. – Мы уже год вместе живём. Ольга Петровна тебе весь этот год мозг делает, и мне, кстати, тоже. Каждую неделю вспоминает, что тебе уже двадцать восемь, и ей срочно нужны внуки.

Я стиснула зубы, почувствовав, как у меня в буквальном смысле слова отвисает челюсть. Мне двадцать восемь, Ольга Петровна – моя мама. Блин! Если бы этот мужик сказал, что мне двадцать девять или тридцать, я бы списала всё на частичную потерю памяти, как в мелодрамах. Но с памятью-то у меня все в порядке! Мне двадцать восемь, и сегодня второе июня. Только всё окружающее совершенно не сочетается с тем, что я помню.

– И потом, на нашей работе не приветствуются служебные романы, – продолжал незнакомый жених. – Тем более, ты, можно сказать, человек с улицы, рекомендовал тебя только я. А рекомендация от любовника звучит как-то несолидно. Лис, мы же с тобой несколько месяцев назад это обсуждали, а ты опять начинаешь, – он страдальчески поморщился.

То есть мы с этим типом ещё и работаем вместе? Любопытно, что за организация такая, в которой в наше время следят за моральным обликом подчинённых и не хотят брать «людей с улицы». В воздухе повис запах крупных неприятностей. Куда я влипла и, главное, как всё это возможно?

– То есть мы женимся, чтобы не было проблем на работе? – уточнила я.

Всякое случается, браки по расчёту были, есть и будут. И часто они оказываются гораздо крепче семьи, созданной по большой любви и безумной страсти. Главное, чтобы расчёт был верным. Какая же работа могла бы заставить меня выйти замуж, чтобы не потерять место? Там должны быть просто сказочные условия. Я прирождённый фрилансер и не терплю над собой никакого начальства. Мне в роли властного шефа мамули за глаза хватает.

– Ну не только, – жених попытался меня обнять.

Я поспешно вскочила.

– Эй, ты же сам говорил, что нам ничего нельзя!

Он развёл руками и продолжил:

– Вообще-то мы женимся, потому что я тебя люблю и хочу прожить с тобой всю жизнь.

Я издала неопределенное:

– Эээ…

Ничего себе заявочка! Приятно, конечно, что меня так любят, только понять бы для начала, кто он такой и что происходит.

Я разглядывала "жениха", стараясь таращиться на него не слишком откровенно. Уверена, что не видела этого парня до вчерашнего дня, когда он пьянствовал на лавочке со Славкой. Впрочем, пил вроде, в основном, Славик, а этот тип выглядел вполне трезвым и пытался у него что-то узнать.

Признаю, жених внешне очень симпатичный, в моем вкусе. На вид лет тридцать пять. Атлет с интеллигентным лицом, с модной лёгкой небритостью и весёлыми, шальными глазами. Ниже пояса – тоже в моём вкусе, но я не уверена, что хочу так далеко заходить в нашем странном знакомстве.

Откуда-то снизу, с пола заиграла спокойная фортепианная мелодия.

– Лис, сколько можно говорить, не ставь телефон на пол, – жених поморщился. – Просил же, оставляй в своём уголке.

Он кивнул в сторону огромного шкафа-купе за моей спиной. Я обернулась. Ничего себе уголок! Когда я лежала на кровати, оттуда не видно было изящного резного туалетного столика с большим зеркалом в узорчатой раме и несколькими ящичками. Это что же получается – жених водрузил в спальне антикварный столик специально для меня? Какой заботливый!

Он наклонился, поднял и вложил мне в руку лежавший на полу у кровати айфон вместо моего привычного мобильника. На экране высвечивалось «Мама». Ну хоть что-то в этом сумасшедшем дне есть постоянное: мамуля с утра обязательно интересуется моими планами. Хотя бы по телефону.

– Да, мам, – я вцепилась в трубку.

Может, сейчас хоть что-то прояснится?

– Доброе утро! Вы уже встали? – привычно напористо заговорила мама. – Ты надела платье?

– Нет, – замороченным голосом ответила я.

– Не забудь, надо надеть свадебное платье до того, как тебе будут делать причёску. И постарайся, чтобы Влад не увидел его до выхода из дома. А хочешь, я приеду и помогу тебе собраться, а Коля сразу поедет в загс?

Мой мозг закипел, пытаясь справиться с информацией. Мама в курсе сегодняшней свадьбы и с женихом знакома, это ясно. А как зовут жениха – Влад или Коля? И кто второй, которого упоминает мама?

– А почему Владу не стоит видеть платье? – спросила я, чувствуя себя шпионом на грани провала.

Жених отчётливо хмыкнул.

– Да потому что примета плохая: жениху видеть свадебное платье не положено, – категорично заявила мамуля.

Ну вот, с именем жениха почти разобрались. Влад может в итоге оказаться Владиславом или Владимиром, но я хоть знаю, как его называть. Спросить бы ещё как-нибудь осторожно про Колю, но ничего толкового в голову не приходит. А Колю я, видимо, должна знать.

Да что же происходит, в конце концов? То ли я сошла с ума, то ли мир.

– Не беспокойся, мам, мы сами справимся, – бодренько проговорила я. – Езжай сразу в загс вместе с Колей.

– Для кого Коля, а для тебя, между прочим, Николай Павлович, – с достоинством заявила мама. – Что за фамильярности? Он ровесник твоего отца, между прочим.

Я окончательно перестала что-либо понимать. Появилось ощущение, что я оказалась в фантастической параллельной реальности. Пожалуй, это единственное пусть не правдоподобное, но логичное объяснение происходящего. С какой стати наш сосед Николай Павлович, с которым мама вчера ругалась до хрипоты из-за дыры в стене, сегодня собирается на мою свадьбу? Или есть какой-то другой Николай Павлович? Ладно, оставим пока в покое эту загадку, и без неё проблем хватает. Меня сейчас гораздо больше интересует история с незнакомым женихом.

Я вполуха слушала мамулины предсвадебные наставления.

– Замечательно, что вы собираетесь венчаться, – радостно говорила она. – Влад такой молодец! Мужчин сейчас венчаться силой не затащишь, а он сам захотел…

Допускаю, что Влад – молодец, только ничего замечательного в ситуации я пока не вижу. Честно говоря, в церковь я захожу редко, но понимаю: венчание – это слишком серьёзно. И я совсем не готова пообещать перед Высшими Силами, что проведу рядом с незнакомым человеком всю жизнь, поддерживая его в горе и в радости, в богатстве и в бедности. Я и в загсе-то не готова поставить роспись, но говорить об этом сейчас вряд ли имеет смысл.

Больше ничего ценного от мамы пока узнать не удалось. Что ж, и на том спасибо. Надеюсь, что скоро выясню, где мы живём, где работаем и с кем общаемся. Чувствую, в моем окружении обнаружится много новых людей – наших с Владом коллег и общих знакомых. Что же делать? Не могу же я бросить жениха, с которым вроде как живу и работаю вместе, прямо в день свадьбы без какой-либо причины! Хотя, может, найдется подходящий предлог, чтобы без скандала отменить свадьбу?

В голове быстро прокручивались возможные варианты действий. Может, сымитировать сердечный приступ и отменить свадьбу, сказав, что я плохо себя чувствую? Не выйдет, любой врач тут же раскусит симулянтку. Попробуй потом объясни, зачем я это устроила. Перелом? Нет уж, ломать я себе ничего не готова. При необходимости получить свидетельство о разводе будет гораздо проще, чем срастить поврежденные косточки. В загс придется поехать, но венчание нужно отменить, это для меня далеко не шутки.

Где-то вдалеке открылась дверь, зацокали каблуки. Влад тихо ругнулся и ринулся к шкафу. На секунду мне показалось, что жених собирается там спрятаться, однако он с армейской скоростью извлёк и натянул на себя трусы, майку и шорты. Я сообразила, что стою посреди комнаты в нижнем белье. Ну и ладно. В конце концов, сюда идёт женщина, и ничего нового и интересного для себя она не увидит. Женой Владу она быть никак не может, так что скандала быть не должно. Кстати, я не в курсе, где тут лежат мои вещи. Не искать же их на глазах у Влада. Такую забывчивость на предсвадебный мандраж не спишешь.

Шаги приближались, дверь распахнулась, когда Влад завязывал тесемки на домашних шортах. Интересненько! И кто же это так нагло лезет с утра к парочке в комнату? Мне казалось, что надо хотя бы постучать. Мало ли в какой позе можно застать пару, которая живёт вместе!

На пороге появилась высокая, статная дама. Вид у неё был эффектный, такой, будто она решила затмить невесту на свадьбе. В высокую причёску из чёрных волос вплетены золотые цепочки, над макияжем поработал профессиональный стилист, а блестящее длинное платье, на первый взгляд, вроде бы серое, но при каждом движении гостьи переливается всеми цветами радуги.

– Доброе утро! – энергично начала она с порога. – Вы что, только встали? Алиса, нам надо за два часа сделать из тебя красавицу! Сейчас же идем умываться.

– Я вроде и так на внешность не жалуюсь, – машинально огрызнулась я.

Ну и кому может быть позволено вламываться в спальню молодых, как слону в посудную лавку, топтаться по паркету в туфлях на каблуках, командовать и намекать на то, что я выгляжу не так, как ей хотелось бы?

– Мам, вообще-то в дверь принято стучать, – сдержанно произнёс Влад.

Ну конечно! К нам пожаловала будущая свекровь. Неужели я должна в этой странной реальности выйти замуж за маменькиного сынка? Впрочем, Влад не похож на чересчур послушного сына, живущего маминым умом.

– Я помню, что вы оба взрослые и с характером, –  дама отмахнулась от нас, как от детсадовцев. – Только мне надо сделать невесту-картинку, чтобы мужчины завидовали жениху, а женщины казались рядом с ней бледными тенями. Так что, Алиса, пойдём-ка в ванную. Контрастный душ, масочки, маникюр, педикюр…

Сопротивляться я не стала. А какой смысл? Раз уж я сегодня невеста, отдамся в руки неожиданной помощницы. Хотя мне всегда казалось, что невесту собирают к свадьбе несколько человек из салона красоты, а не мама жениха.

Будущая свекровь буквально на буксире вытащила меня из комнаты. Я ошеломленно огляделась. Так, это точно не квартира. Это дом, причём двухэтажный и огромный: в конце широкого коридора, в котором мы оказались, виднелась гостиная с мягкой мебелью и лестница, ведущая вниз.

Меня протащили по коридору до следующей двери. Ванная была размером с мою комнату в нашей с мамой квартире. Я окинула обалдевшим взглядом здоровенную ванну, которую можно принимать вдвоём, и навороченную душевую кабину с какими-то кнопками.

Ну и откуда у Влада такие деньги? Не представляю, сколько может стоить этот дом и его обстановка. Меня всё больше интересовал вопрос, где работает Влад. Вернее, где работаем мы оба? Жаль, прямо спросить нельзя, придётся осторожно выжимать из окружающих информацию по крупицам.

Я не успела опомниться, как оказалась в душевой кабине. Будущая свекровь нажала на какую-то кнопочку, и в ванной заиграла печальная, затрагивающая глубины души, «Лунная соната». Очень «праздничная» музыка с равномерными траурными переборами клавиш!

Дама быстрым движением стянула с себя платье и осталась в серебристом купальнике. Я старалась не слишком на неё таращиться. Фигура у «мамы» – молодым на зависть. И вообще больше сорока лет я бы ей не дала, хотя дамочке должно быть хорошо за полтинник.

Будущая свекровь влезла за мной в душевую кабину.

– Алиса, что с тобой сегодня? – ворчливо спросила она. – Ты какая-то нервная. Закрой глаза, расслабься, послушай музыку, а я займусь душем.

Я честно попыталась расслабиться и даже глаза закрыла. Вдруг сейчас открою – и окажется, что всё это мне снилось, и я лежу в своей кровати в нашей с мамой квартире? Однако надежды были разрушены через несколько секунд самым бесцеремонным образом: на меня полилась холодная вода. Я взвизгнула от неожиданности, глаза открылись сами собой и очень широко.

– Это что?! – возмущённо рыкнула я.

– Да что ж невесты всегда такие нервные? – раздражённо рявкнула мадам в купальнике. – Это душ! Контрастный!

Вода сделалась тёплой. Я глубоко вздохнула. Знать бы, как я должна вести себя с этой женщиной и как её называть. Не «мамой» же, в самом деле! И погуглить бы втихаря, какие могут быть веские причины для отмены венчания.

Как всё это вообще могло случиться? Почему мир вокруг так резко и сильно изменился?

Догадка озарила моё сознание яркой вспышкой. Что там говорила странная сваха с вязанием? Все, кто к ней обращался, нашли пару? Обширная клиентская база, работа без компьютера, поиск женихов для меня и матери… Что там, кстати, у мамули с Николаем Павловичем? Он вполне вписывается в эту версию.

Я никогда не верила в ведьм и прочую мистику, но других объяснений в голову не приходило.

– Совсем заработались оба, – ворчала мать Влада, накидывая мне на плечи полотенце. – Говорила же, с вечера готовиться надо. Хотя бы сделать масочку и ноготки! Так нет, у них срочное дело. Нити судьбы, понимаете ли, могут перепутаться…

Я прикусила язык, чтобы не спросить о чем-то, по идее, хорошо мне известном. Нити судьбы? Именно так называлось вчерашнее «брачное агентство» безумной старухи.

– Один с каким-то алкоголиком пьёт, другая по компьютеру мониторит, в каких зонах произойдут изменения… Ну и что в итоге? – бубнила дама, усаживая меня на скамеечку между ванной и душевой. – А в итоге мне теперь надо тратить свой резерв на то, чтобы успеть сделать тебе гладкую кожу, маникюр, педикюр и причёску. Все сотрудники прекрасно знают, что найти старуху с вязанием почти невозможно, но упорно ищут. Интересно только, зачем?

Я машинально кивнула. Уверена, что мы думаем об одной и той же старухе, только я прекрасно знаю, где она была вчера.

– И что теперь делать? – осторожно спросила я.

– Шевелиться быстрее, – буркнула она. – Ноги в тазик с водой, руки в мисочку, на лицо масочку и сидишь спокойно. Я из НИИ прихватила расширитель, так что лишние час-полтора у нас будут. Скажи спасибо, что я с завом в дружбе.

Судя по игривой улыбке, мать Влада состоит с неведомым мне завом не только в дружбе. Ну и почему человек, работающий в каком-то НИИ, собирается собственноручно делать мне маникюр, педикюр и причёску? Не похоже, чтобы у Влада не было денег на салон красоты для невесты.

Кстати, ещё одна странность: в загсах расписывают обычно в субботу, а сегодня воскресенье. Впрочем, по сравнению со всем остальным, это – самая безобидная странность.

Мать Влада принялась копаться в объемистой сумке. Для начала дама поставила на раковину самый обычный будильник с секундной стрелкой, затем надорвала пластиковый пакетик. Ванную заполнил запах болотной тины. Мать Влада выжала на ладонь немного темно-зелёной вонючей субстанции, напоминающей по виду желе.

– Это что? – вырвалось у меня.

Выглядела жижа отвратительно. Я изо всех сил старалась удержаться от брезгливой гримасы.

– Не благодари, – отмахнулась дама свободной рукой и принялась размазывать эту пакость по моему лицу. – Имею же я право использовать в своих целях крем, который сама же и разработала. Пока его официально испытают, ещё сколько времени пройдёт, – она передернула плечами. – А потом напихают туда всяких отдушек, консервантов и прочей дряни. И ведь не докажешь, что срок годности у него должен быть четыре дня, не больше.

«Лунная соната» играла заново, с начала, мешая думать. В каком НИИ могут производить косметические крема? Ладно, неважно. Меня больше интересует, что за работа у Влада и какие такие зоны изменений я должна отслеживать. Изменения состоялись, но, похоже, замечаю их только я. Влад, его мать и моя мама уверены, что я – его невеста. Мамуля крутит роман с Николаем Павловичем. Они ничего не помнят. Но почему тогда у меня сохранились в памяти все подробности нашей с мамой жизни?

Мой взгляд упал на часы на раковине. Секундная стрелка медленно, даже слишком медленно ползла по циферблату.

– Часы сильно отстают, – я кивнула на будильник.

– Алис, вы с Владом несколько месяцев вместе работаете, – дама закатила глаза и плюхнула порцию склизкой зелёной дряни мне на шею. Я невольно вздрогнула. – А говоришь так, будто не знаешь, что это расширитель. Думаешь, сильно медленно поставила? – она критически посмотрела на секундную стрелку. – По-моему, режим черепахи сейчас в самый раз будет.

Мой мозг закипел. И что может расширять прибор в виде будильника? Не похоже, чтобы он был для чего-то нужен в косметологии.

– Полезная вещь – расширитель времени, – продолжала мать Влада. – Почему вы им не пользуетесь?

Что?! Расширитель времени? Ой, похоже с работой в этой действительности всё очень серьёзно и влипла я в ещё большие проблемы, чем казалось до сих пор.

Глава 3

К счастью, ответа от меня не требовалось. Будущая свекровь продолжала возиться с удивительно вонючей «масочкой» и болтать. Я слушала её монолог, затаив дыхание.

– Еле убедила Ольгу Петровну не участвовать в твоей подготовке, – говорила она. – Не представляю, что бы мы делали, если бы твоя мама сюда приехала.

Я особой проблемы в мамином приезде не видела. Раз уж в дом так запросто вламывается свекровь, то почему то же самое не может проделать тёща? Видимо, отношения у мам не сложились. Такое бывает, и довольно часто.

Разговаривая, мать Влада извлекла из небольшой на вид сумочки наборчики для маникюра и педикюра, набор восковых полосок для эпиляции и увесистую косметичку. Все содержимое сумки выкладывалось на коврик в ванной. Я почувствовала, как округляются мои глаза. Всё это, да плюс будильник-расширитель, никак не могло поместиться в сумочке, рассчитанной максимум на кошелёк, мобильник и пачку носовых платков.

– Жаль, нельзя нарастить тебе ноготки, – вздохнула дама, остановив взгляд на своём идеальном маникюре. – И как Влад уговорил тебя пойти к нему в помощницы? Ничего искусственного – это же уму непостижимо! Ни ногти нарастить, ни реснички, ни шиньончик надеть, ни даже носик попудрить!

Да уж, напугали! Ногти и ресницы я и так никогда не наращивала, шиньончики не ношу, и косметику не слишком люблю. Мой макияж обычно ограничивается пудрой и губной помадой. Никакой трагедии в запрете на косметику на работе я не вижу. Вопрос в другом: чему эта самая косметика там мешает? У меня не было ни одной версии по поводу нашей с Владом работы. Ногти наращивать не может, например, хирург в больнице, или музыкант, или массажист… Но даже если в этой реальности у меня другое образование, носить шиньончики вроде никому из них не запрещают.

– Я люблю свою работу, – промямлила я, сообразив, что слишком долго молчу.

– Да, ты очень органично вписалась в коллектив, – кивнула Татьяна Васильевна. – Хотя, скажу по секрету, тебя категорически не хотели брать в НИИ. Все-таки организация у нас специфическая. Начнёт кто-нибудь из сотрудников болтать лишнее, попробуй потом замять все последствия, да почистить всем случайным людям память, причём так, чтобы сделать это незаметно и ровно настолько, насколько нужно… Клара и Галина справились бы, конечно, но это занимает так много времени. Да ты сама представляешь, какой это труд! У вас в отделе это сильно чувствуется, надо же было Владу выбрать основной специализацией защиту от вредоносных мистических воздействий и прикладную бытовую магию.

Я чуть не переспросила: «Что, простите?», – но вовремя прикусила язык. А дальше и совсем уж лишилась дара речи, потому что из сумочки будущей свекрови появился пульт, как от телевизора, но без названия фирмы. Мать Влада нажала на одну из кнопок, и наборчики для маникюра и педикюра открылись сами собой. Я невольно ойкнула, когда ко мне по воздуху поплыли маникюрные ножницы и пилочка. Ножницы щёлкнули.

– Сиди спокойно, не нервируй их, – мать Влада нажала ещё какую-то кнопку на пульте. – Скоро смоем масочку. Послушай музыку и расслабься.

Повторяющаяся «Лунная соната» начинала меня бесить. Ножницы и пилочка сами собой принялись приводить мои ногти в порядок. Я замороченно смотрела, как открывается набор для педикюра. Кажется, я начинаю понимать, почему моей маме не стоило присутствовать при сборе невесты в загс. Вряд ли мамуля в курсе чудес, которые творятся в закрытом НИИ.

– Всё понимаю, это ваша работа, но зачем вам было накануне свадьбы устраивать дурацкую охоту за Мойрой? – продолжала мать Влада.

Я насторожилась. Охота за кем? Мойра – это же что-то из мифологии. А может, чья-то кличка или имя? Как только иногда не называют бедных детей! У нас в институте преподавала Геката Валентиновна – милейшая женщина. За что родители дали ей имя древнегреческой богини тьмы, преисподней, магии и колдовства?

– Она запутает или вообще оборвет свои нити раньше, чем кто-то успеет к ней подойти, – говорила дама. – То, что Лахесис разговаривает с людьми, – всего лишь легенда. Мойры вообще не обращают на нас внимания. Примерно как мы – на муравьёв. Если попадётся настойчивый желающий пообщаться, она смешает нити и тут же окажется где-нибудь на другом конце света.

Мой мозг закипел. Теперь я полностью уверена, что речь идёт о бабке с вязанием, и охота вчера была именно на неё. Мойры в мифологии, насколько помню, что-то делают с нитями судьбы, но уж точно не вяжут на спицах. А Лахесис – это вообще что? Имя или какой-нибудь говорящий магический предмет?

Мать Влада снимала маску с моего лица. Над моими руками и ногами работали щеточки, кисточки, пилочки. А я мысленно повторяла слово «Лахесис». Его нужно запомнить и вбить в поисковик, как только появится возможность влезть в интернет.

Надо будет при первом удобном случае заглянуть в брачное агентство «Нити судьбы». Надеюсь, старуха со своими разноцветными нитками и толстыми спицами все ещё там. Я не уверена, что хочу вернуть всё, как было: сначала стоит посмотреть на новую жизнь, как следует. Может, в этой реальности действительно окажется лучше, и уж точно тут интереснее. Но раз всё так резко изменилось, я должна  иметь хоть какую-то информацию, а не чувствовать себя постоянно шпионом на грани провала. Может, я ещё смогу сыграть роль с Владом и его матерью, но если поеду на работу, меня там расколют в первые же несколько минут! Или решат, что сотрудница сошла с ума.

Из ванной я вышла завернутая в полотенце, но зато с маникюром, педикюром и макияжем, который никаким образом невозможно будет смыть до завтрашнего утра. Во всяком случае, так мне пообещала Татьяна Васильевна. Косметика оказалась из того же загадочного НИИ, вся в серых, безликих упаковках и со странными, не слишком аппетитными запахами. Впрочем, запахи исчезали, стоило косметическому средству коснуться моей кожи.

Когда мы вернулись в спальню, Влад в шортах валялся на застеленной кровати с телефоном в руке. Действительно, мужчине-то что особенно собираться? Умылся, побрился, оделся – и жених готов.

– Показывает изменения реальности, – сообщил он, не отрываясь от экрана. – Несерьёзные, сосредоточены как раз там, где я вчера искал.

– Ничего удивительного, – мать Влада передернула плечами. – Если в городе объявилась Мойра, этого следовало ожидать. Несерьезные – и ладно. Отвлекись ты от работы, посмотри, какую красавицу-невесту я сделала из Алисы.

Влад поднял на меня глаза, и в них заискрились такие огоньки, что мне вдруг захотелось познакомиться с женихом поближе. А почему бы нет, раз у нас сегодня свадьба? На меня никогда никто не смотрел с такой любовью и с таким желанием. Оказывается, это приятно и очень возбуждающе. Особенно, если смотрит привлекательный мужчина.

– Оцени разницу! – торжествующе провозгласила дама.

– Не вижу разницы, – широко улыбнулся Влад.

– Любовь слепа, – буркнула под нос будущая свекровь.

 Я посмотрелась в зеркальные двери шкафа-купе. Следует признать: разница есть, и ещё какая. Никогда у меня не было такой гладкой кожи. Глаза стали больше и выразительнее. Мимические морщинки исчезли без следа после зелёной маски. И при этом макияж оказался в стиле натюрель, косметики почти не было заметно, если не считать нежно-розовой губной помады.

Долго оценивать результат мне не дали. Энергичная дама без церемоний выпроводила Влада из комнаты и извлекла из шкафа свадебное платье в чехле. Я стиснула зубы. Понимаю, что многие девушки мечтают о роскошном белом платье с кружавчиками и кринолином и о невесомой воздушной фате, но я вообще никак не воспринимаю эти свадебные атрибуты. Будь моя воля, поехала бы в загс в джинсах и футболке и с обычным хвостиком на голове вместо всей этой роскоши. Хотя нет, будь моя воля, я бы точно сегодня туда не поехала.

– Вам только дай возможность, перед всем НИИ опозорите, перед всем городом, – бухтела дама, расправляя на мне платье. – В штанах и майках в загс оба явитесь, а потом и в церковь в том же виде поедете. Все потом будут обсуждать, что Татьяна Васильевна не смогла свадьбу устроить. А ещё говорили вчера: «Мама, не приезжай!» Приехала, а вы только встали…

Я ненадолго вздохнула с облегчением, услышав сразу три хороших новости. Мои предпочтения в одежде в новой реальности остались прежними и привыкать к новому стилю не придётся. Мать Влада здесь не живёт, это радует. И теперь я знаю, что её зовут Татьяна Васильевна.

Хотя есть и менее радостные вести. Свадьба ожидается большая, раз будущая свекровь говорит обо всём НИИ и всём городе. Насчёт всего города, конечно, преувеличение, но поздравлять нас будут люди с работы, которых я, по идее, должна прекрасно знать. Наверняка будут родственники Влада. Ну и что мне делать? Я никого там не знаю, кроме своей матери и Николая Павловича. Здесь пока ещё получается отмалчиваться, но дальше-то как мне продержаться? Я же на весь день окажусь в центре внимания!

Будильник-расширитель еле шевелил стрелками на туалетном столике. Татьяна Васильевна намазала мои волосы очередной странной субстанцией – к счастью, без запаха. Теперь вокруг меня кружились расческа и шпильки. Будущая свекровь быстро укладывала мои волосы в высокую причёску. Я с тоской думала о телефоне. Дали бы мне хоть пять минут одиночества, я бы уже залезла в интернет и выяснила, что означает слово «Лахесис» и какие могут быть уважительные причины для отмены венчания.

– Алиса, Влад вчера искал Мойру недалеко от дома Ольги Петровны? – вскользь спросила Татьяна Васильевна.

– Да, прямо около нашего подъезда, – с чистой совестью ответила я.

– Любопытно, что там могло измениться, – протянула она. – Ольга наблюдательная, она наверняка заметит любую перемену.

Да, конечно! То-то я вижу, как все вокруг замечают изменения! Мама привычно говорит о «Коле», а Влад и сама Татьяна Васильевна вообще готовятся к нашей с Владом свадьбе.

– И Николай Павлович должен заметить, – подхватила я, включаясь в игру. – Он тоже очень наблюдательный.

– Они потрясающе подходящая пара, – Татьяна Васильевна убрала расчёску в сумку. – Обычно в таком возрасте люди сходятся с трудом, а тут съехались через неделю после знакомства и живут душа в душу.

Я с трудом удерживала бесстрастное выражение лица. Мамуля с Николаем Павловичем считают, что живут вместе уже больше двух лет? Что-то слишком много «открытий чудных» для одного утра.

Влад появился в комнате побритый, в сером костюме, благоухающий туалетной водой.

– Мам, ну объясни, кому именно нужно, чтобы мы в такую жару парились в этих свадебных шмотках? – весело поинтересовался он.

Я с одобрением взглянула на жениха. Костюм ему, конечно, идёт, но я тоже не понимаю, для кого все эти церемонии.

– Прекрати ребячество! На свадьбе будут солидные люди, – возмущённо отозвалась Татьяна Васильевна. – Весь институт в полном составе!

Я в ужасе уставилась на неё. Весь институт? Так это не преувеличение? Ну и что мне делать? А ведь ещё остаётся проблема с венчанием!

– И оставь в покое телефон, – добавила Татьяна Васильевна. – Сам же говоришь, изменения незначительные.

– Да, вроде как по всему городу, но мелкие, ничего глобального.

Ну это кому как! В рамках города и целого мира, может, и ничего глобального, а лично для меня реальность полностью изменилась.

– Можно посмотреть? – спросила я.

Что он там видит, в телефоне? По идее, я, как невеста и коллега Влада, должна прекрасно представлять его работу. Пусть хоть что-нибудь мне покажет, а то я уже с ума схожу от неизвестности.

– Вам заняться перед свадьбой нечем, трудоголики? – возмутилась Татьяна Васильевна.

Влад подошёл и повернул ко мне экран телефона. На нём высвечивалась карта города, усеянная зелёными крапинками. В одном месте среди них затесалась жирная красная точка, в двух других – пара жёлтых.

– Самые серьёзные изменения там, где мы и рассчитывали: у дома твоей матери, – Влад сел на корточки у моего стула и показал на красную точку. – Ещё скопление в нашем районе и в НИИ, – он ткнул в жёлтые точки. – А так, по мелочи, – воздействие прошло по всему городу.

– Ну прошло и прошло, – проворчала его мать, закрепляя мою причёску шпильками. – Никому от этого не плохо, вполне радостные цвета, и никакого глобального влияния на судьбу мира. Мойра уже наверняка далеко отсюда, можете о ней забыть.

– Далеко? – я встрепенулась.

Странная сваха бросила меня на произвол судьбы там, где я вообще ничего не соображаю?

– По крайней мере, приборы не улавливают её присутствия, – Влад нахмурился. – Завтра на работе посмотрим поподробнее районы наибольших изменений, вычислим дома, квартиры и попытаемся разобраться, что произошло и можно ли это исправить.

Угу, посмотрим, вычислим и попытаемся – всё во множественном числе. Я понятия не имею, что должна делать в НИИ, но полностью уверена: я выдам себя в первые же минуты. Причём выдам, даже если буду молчать, как рыба. Попросят у меня какую-нибудь магическую штучку типа будильника-расширителя или дадут задание – и сразу выяснится, что я ничего не соображаю в любимой работе.

А брачная ночь? Меня прошиб холодный пот. Раз мы давно живём вместе, я должна представлять, что нравится Владу в постели. Если до этого дойдёт, он сразу заметит: что-то не так.

Я вздохнула поглубже и на выдохе произнесла:

– Влад, нам надо поговорить. Это срочно!

– Да что ж вы никак не уйметесь с рабочими секретами?! У вас свадьба через два часа! – Татьяна Васильевна закатила глаза. – Ладно, пойду выпью кофе. Потом продолжим.

– Мы к тебе скоро присоединимся, – пообещал вслед матери Влад.

Он скользнул руками под пышную юбку свадебного платья и прошёлся в поглаживании от моих щиколоток к коленям.

– Какая соблазнительная невеста. Вечером с удовольствием сниму с тебя всё это великолепие, – его руки двинулись к моим бедрам.

– Подожди! – выпалила я. – Нам действительно надо поговорить.

– А когда это нам мешало? – Влад улыбнулся.

– Послушай, я знаю, что именно изменилось, – быстро заговорила я. – Ты обратил внимание, что перемены произошли в местах, где мы живём и работаем? Так вот, я тебя вообще не знаю, увидела мельком только вчера у своего подъезда, а сегодня проснулась здесь…

– Лис, ты зря попросила мать выйти, – Влад хмыкнул. – Она бы оценила такую интересную историю.

– Ты мне не веришь? – упавшим голосом спросила я. – Но я правда тебя не знаю. Я понятия не имею, чем должна заниматься в этом вашем НИИ и где он вообще находится. Вчера мама потащила меня к свахе…

Влад слушал молча, улыбка на его лице сменилась сомнениями, недоверием, а затем решимостью. Руки от меня он убрал, и теперь просто уселся на паркете у моих ног.

– И теперь я не знаю, что делать, – я развела руками.

– Для меня от этого ничего не изменилось, – медленно проговорил Влад. – Да, похоже, что перемены связаны с тобой и Ольгой Петровной, но это тот случай, когда не хотелось бы возвращать все назад. Да и вряд ли получится. Твоя мать вполне счастлива с соседом, с которым, как ты помнишь, ругалась до хрипоты. Все в НИИ уверены, что ты там работаешь, и что у нас все серьёзно. Никто не знает, как это делает Мойра, но сейчас все, кроме тебя, помнят именно измененную реальность. И в этой изменённой реальности мы – счастливая пара. Так что сейчас мы поедем в загс, а потом постепенно буду рассказывать тебе, что и как в НИИ и вообще. Алис, я тебя знаю и знаю, что мы можем быть счастливы. Просто дай мне это доказать.

А какие у меня есть варианты? Сорвать свадьбу и заявиться к маме с рассказом о Мойре и изменённой реальности? Я и моргнуть не успею, как окажусь в компании психиатра. Да и жених мне нравится.

– В загс поедем, – согласилась я. – Но к венчанию я не готова.

– Отменим, – пообещал Влад. – Только больше никому не рассказывай об изменённый реальности.

Он взял меня за руку, погладил ладонь. Приятно, и очень хочется познакомиться ближе. Однако сейчас точно не до того.

– Если там будет весь ваш НИИ, я точно себя выдам, – сказала я, собираясь с мыслями.

– Лиса-Алиса, ты бы точно себя выдала, если бы я не знал об изменениях, – серьёзно ответил жених. – Расслабься, улыбайся, пей шампанское, я не отойду от тебя ни на шаг. Сейчас пройдём по дому, покажу, что где находится. Потом перекусим, мать прицепит на тебя фату – и поедем. Кстати, ты правда не любишь свадебные атрибуты?

– Правда, – я кисло улыбнулась.

– Пока не вижу разницы между тобой и Алисой, которую Мойра внедрила всем в память, – констатировал Влад. – Честно говоря, мне все время кажется, что ты меня разыгрываешь. Только карта города говорит сама за себя. Дом твоей матери, наш дом и НИИ. Ладно, пошли завтракать.

Он встал и потянул меня за руку. Я вскочила.

– Завтракать в этом? – мой взгляд остановился на белых кружевах свадебного платья. – Твоя мать не пустит меня в кухню.

– Не волнуйся, удалитель пятен у неё наверняка с собой… – Влад осекся. – Лис, ты совсем не в курсе насчёт НИИ?

– Ну, я заметила, что у Татьяны Васильевны много магических приборчиков для наведения красоты и порядка, – промямлила я.

– Ладно, это всё потом. Постарайся не показывать удивления, если увидишь что-нибудь необычное.

Он за руку вывел меня из комнаты и повёл по второму этажу, открывая двери.

– Здесь рабочий кабинет, – тихо рассказывал он. – Комп справа мой, слева твой.

Я с сомнением посмотрела на непонятные приборы на двух больших рабочих столах.

– Здесь ванная… Библиотека… Гостиная…

Библиотека впечатляла. Все стены от пола до потолка занимали стеллажи с книгами: художественная литература, разнообразные энциклопедии, словари, научные труды из самых разных областей. А у окна – пара удобных мягких кресел.

На первом этаже Влад говорил уже шёпотом и двери не открывал, только кивал в их сторону.

– Хозяйственная комната…

– Что? – не поняла я.

– Домработница держит там тряпки, ведра, всякие средства для уборки, – скороговоркой пояснил он. – Там же гладит белье.

Домработница – это хорошо! Чтобы убирать этот дом, понадобилось бы несколько часов в день. Хотя свои вещи я и сама погладить в состоянии.

– Столовая, – Влад кивнул на дверь подальше. – Мы там редко едим, это больше для приёма гостей. – Гостевая комната… Санузел… Вон там за дверью – спуск в подвал. Там тренажёрный зал и, отдельно, кладовка. Ну а это кухня.

Глава 4

В просторной кухне Татьяна Васильевна допивала кофе с рулетиками из лаваша. На столе стояла тарелка этих рулетиков и ещё две чашки кофе.

– Вот так и знала, что ничего сверху на одежду не накинете, – мать Влада возмущённо фыркнула. – Ладно, удалитель у меня с собой, если что.

Я обратила внимание, что рулетики свернуты так, будто их делала я. И кофе с пенкой из молока сварен как раз в моем вкусе.

– Надо позвонить, уточнить время венчания, – деловито напомнила Татьяна Васильевна.

– Да, позвонить надо: мы решили отменить венчание, – не моргнув глазом, сказал Влад. – Слишком насыщенный день получается, и неудобно, если большинство гостей будут ждать нас в кафе больше часа. Как-нибудь потом устроим ещё одну свадьбу. Тихую и только для своих.

– Идеальная пара, – буркнула Татьяна Васильевна. – Как можно вот так запросто ломать планы?

– А чем плохо устроить потом ещё одну свадьбу? – я нервно улыбнулась. – И на венчании нам хотелось бы видеть только самых близких людей, а не весь институт.

Влад накрыл мою руку своей и коснулся губами виска. Прикосновения отозвались мурашками по коже. Видимо, жених ведёт себя так, как обычно. Или, вернее, как он считает обычным. А у меня от его близости голова идёт кругом.

Я почти не чувствовала вкуса рулетиков. Подозреваю, что ни одна невеста перед свадьбой так не волновалась. Влад с аппетитом наворачивал завтрак, Татьяна Васильевна возилась со своим расширителем.

– Так вы завтра пойдёте на работу? Или все-таки воспользуетесь предложением шефа и возьмёте отгул на пару дней? – спросила она.

– Отгул? – я с надеждой посмотрела на Влада.

– Да, наверное мы на денек останемся дома, – невозмутимо согласился он.

Я вздохнула с облегчением. Больше времени, чтобы разобраться с новой реальностью, мне не повредит.

Когда мы вышли из дома, первое, что бросилось в глаза, – белый лимузин. За рулём сидел лысый худой старик в светлом костюме. Стильненько! Немного портила вид стоящая рядом бюджетная иномарка.

– Наше вам! – дед улыбнулся, показав слишком белые и слишком ровные зубы. – Влад, у тебя потрясающая невеста. Не боишься, что украду?

Ну вот, началось! Я понятия не имею, кто этот развязный старикан и как себя с ним вести.

– Я тебе украду! – засмеялась Татьяна Васильевна.

Влад спокойно улыбнулся старику.

– Мам, вообще-то не стоило напрягать шефа, – тихо сказал он. – Василий Игнатьевич – не личный шофёр.

– Какие глупости, – пропела Татьяна Васильевна. – Он сам сказал, что с удовольствием покатает сегодня молодых на лимузине. Свадьба сотрудников НИИ – это такая редкость, – мечтательно добавила она.

У меня сложилось стойкое ощущение, что дама в ближайшем будущем планирует ещё одну свадьбу сотрудников НИИ. Во всяком случае, на шефа она смотрела очень выразительно.

Я скользнула взглядом по просторному двору. Клумбы, над которыми поработал дизайнер, маленький пруд с золотыми рыбками, асфальтированная дорожка, летний столик и два стула под крышей-грибком… Мне определённо тут нравится. Интересно, в каком районе находится дом?

Огорожено все это великолепие было высоченным забором, так что соседи и случайные прохожие могли видеть только верхнюю часть второго этажа дома. Дом, кстати, внимания не привлекал. Серый, кирпичный, без украшений. Глянешь и забудешь, тем более, что двухэтажные частные дома в городе не редкость.

Дом я рассматривала уже из роскошного салона лимузина. Мы с Владом устроились на заднем сидении, и он привычным движением одной рукой приобнял меня, а другой взял за руку.

Татьяна Васильевна села рядом с водителем. Он только её шеф или и мой тоже? Жаль, не могу ни о чем спросить у Влада. Придётся внимательно всех слушать и помалкивать.

– Ну что, готовы? Сегодня весь день будем кричать вам: «Горько!», – весело пообещал дед.

Машина медленно подъехала к забору, и он без какого-либо сигнала разъехался в стороны.

– А то тебе их «Горько» на работе не хватает! – хмыкнула будущая свекровь.

– На работе это в переизбытке, особенно когда парочка ещё и в кабинете запирается, – её шеф рассмеялся. – А вот на свадьбе в самый раз будет.

Странные отношения и порядки в этом их загадочном НИИ. Сотрудники целуются у всех на глазах и закрываются в кабинете? Ну, допустим, всякое бывает, только я не думала, что начальство может так лояльно на это смотреть.

– Кстати о работе, Василий Игнатьевич, – тут же откликнулся Влад. – Мы с Алисой хотели взять отгул на завтра.

– Ну и гуляйте, – благодушно ответил шеф. Значит, он и наш шеф тоже. – Святое дело! Можете и три дня на работе не появляться. Карту города уже видели?

Мне стало не по себе.

– Да, вроде ничего серьёзного, – не моргнув, сказал Влад.

– Вот и я о том же. Гуляйте спокойно, – он хмыкнул. – Отдел принял решение не тратить время и не проверять незначительные изменения, раз уж они произошли в лучшую сторону. Когда выйдете, переключайтесь на обычные проблемы. Кстати, заметили, что самые серьезные изменения связаны с вашим районом и с НИИ?

– Да, а ещё с домом матери Алисы, – совершенно спокойно ответил Влад. – Но, видимо, изменения сделаны очень качественно, мы пока не можем их заметить.

Моя рука дрогнула, Влад сжал её крепче.

– Вот и нечего было бросать Мойре вызов, – фыркнула Татьяна Васильевна. – Додумались: искать Лахесис и пытаться ей помешать! Это вам не зарвавшаяся ведьма-самоучка.

– Да, судя по всему, Мойра обладает своеобразным чувством юмора, – заметил Василий Игнатьевич. – Нечто изменила в реальности так, чтобы никто этого не осознал, но оставила чёткий след на карте. Мол, ловите загадку и ломайте себе головы.

– А если кто-то осознает изменения? – хрипловато спросила я.

Я же в НИИ «человек с улицы», могу позволить себе уточняющий вопрос. В конце концов, можно будет списать мои странности на проделки Мойры. Забыла я кое-что из своей работы, так это Лахесис постаралась.

– Очень сомнительно, – ответил Василий Игнатьевич. – Но если вдруг кто-то видит изменения реальности, возможны два варианта. Первый, наиболее вероятный, – Лахесис специально оставила человеку память о прошлом. Забавы ради или чтобы чему-то научить, например. Кто разберёт, чем может руководствоваться Мойра. А второй – реальность изменена не полностью, это пробный её вариант, что-то вроде черновика. Представь себе вязание. Мастерица пробует новый узор, а если не понравится – распускает его и делает другой, более удачный.

Ой, надеюсь, что Мойра решила оставить мне память, чтобы чему-то научить. Я ведь усомнилась вчера в её талантах свахи. Что она сказала? Что знает, с кем меня знакомить. Я с ужасом представила, как каждое утро просыпаюсь в новом доме, с новым женихом. Неважно, оставили мне память забавы ради или чтобы меня проучить, но только не надо создавать новых узоров.

– Второе изменение реальности очень сомнительно, – продолжил Николай Игнатьевич. – Приборы показывают, что Мойра исчезла из города. Её присутствие не обнаружено в радиусе тысячи километров.

– Да, возможно Лахесис уже не помнит о сделанном, – Влад погладил мою руку. – Она могла податься на другой континент или вообще вернуться к сестрам.

Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Мне тоже кажется, что странная сваха с вязальными спицами вряд ли станет долго заниматься моими делами. Жаль, что я от растерянности не спросила у Влада, кто такая Мойра. Лахесис – это, как я понимаю, её имя. Я наконец вспомнила, что Мойра в мифологии – богиня, которая прядет нить судьбы. Вернее, их там три сестры, и каждая что-то делает с нитями. Но ведь не о древней богине разговаривают сейчас в роскошном автомобиле три научных сотрудника. И хихикающая старуха с котом, самоваром и вязанием никак не ассоциировалась у меня с божеством.

Сейчас главная проблема – благополучно пережить свадьбу. Автомобиль уже прокатился по идеально ровной дороге мимо домов за высокими заборами и выехал под поднятым шлагбаумом… На трассу? Я поморгала. Так дом Влада ещё и за городом? Вон и дорожный указатель: до города пятнадцать километров.

– Может, ускорить путь? – прощебетала моя будущая свекровь.

– Не увлекайся, – с нажимом произнёс Василий Игнатьевич. – Приборы нашего института используются только в служебных целях. Или с моего личного разрешения в особых случаях, – нехотя добавил он. – Сейчас такого случая не наблюдается.

Я мягко высвободила у Влада руки и открыла крохотную белую сумочку. Меня ожидал неприятный сюрприз: телефон оказался запаролен. Я попробовала забить, как пароль, дату рождения – ошибка. Влад молча взял телефон из моей руки и быстро вбил какую-то комбинацию цифр. Я кинула на него благодарный взгляд.


Значок интернета на незнакомом телефоне нашёлся достаточно быстро. Я вбила в поисковик «Мойра Лахесис». Влад продолжал одной рукой обнимать меня. Я ощутила его дыхание у виска. Видимо, в его памяти смотреть вместе со мной на экран моего телефона было в порядке вещей. Ладно, пусть смотрит, мне нечего скрывать. Главную тайну Влад уже знает.

Я открыла первую попавшуюся вкладку и, затаив дыхание, начала читать.

«Мойры – в древнегреческой мифологии богини судьбы. В «Илиаде» и «Одиссее» Гомера упоминалась одна из них, однако в Древней Греции считалось, что у каждого человека есть своя Мойра. С развитием олимпийской религии Мойры стали упоминаться как три сестры…»

Я быстро скользила взглядом по тексту, изобилующему повторами слова "Мойра". Одна из сестёр, Клото, пряла нить жизни, другая, Атропос, эту нить перерезала. С этими двумя все понятно – они отвечали за рождение и смерть. А вот третья Мойра, Лахесис, в древнегреческой мифологии определяла судьбу: не глядя, сплетала нити разных людей между собой.

За много веков она вполне была в состоянии научиться вязать на спицах. А ещё могла начать обращать внимание на тех, чьи судьбы переплетает, и для развлечения поработать свахой, составляя пары «без всяких новомодных штучек» вроде компьютера и картотеки. Действительно, зачем ей картотека, если в ее распоряжении все люди мира?

Я ткнула пальцем в статью и вопросительно взглянула на Влада. Он кивнул.

Ну вот, с Мойрой более-менее понятно. А вот с женихом, свадьбой и НИИ ещё разбираться и разбираться.

Лимузин остановился на парковке перед загсом. У входа было шумно, здесь собралась празднично одетая толпа. Над ней сияли дешёвой искусственной позолотой на фасаде здания два гигантских толстых обручальных кольца. Я нервно уставилась на них, мысленно повторяя как аутотренинг: «Если что, развестись всегда успеешь».

Из машины я вышла как в тумане, опираясь на твёрдую руку Влада. Толпа приветственно взвыла, все ринулись в нашу сторону. Через несколько секунд люди окружили нас, вокруг стоял радостный гул голосов. Это что – всё наши гости? Да их же тут больше сотни, и знакомых лиц я почти не вижу.

Какая-то девушка, пробившись в первые ряды, начала курлыкать, какая я красивая невеста. Сладко так, я бы даже сказала, чересчур сладенько. А всё, что чересчур, вызывает подозрения. Я машинально ответила ей дежурным комплиментом, стараясь не слишком откровенно пялиться на девицу. Высокая, эффектная шатенка в длинном алом платье продолжала чирикать медовым голоском:

– Татьяна просто чудо сотворила с твоей внешностью, сделала из тебя такую красавицу. Правда, Влад?

– Не вижу разницы, – суховато ответил он.

Шатенку быстро оттеснили другие гости, какие-то люди говорили, как все чудесно, прекрасно, и погода благоприятствует, и мы такая идеальная пара… Я кивала, растягивая губы в улыбке. В стороне шеф что-то сердито высказывал красотке в алом платье.

Любопытно, кто эта девица? Родственница Влада? Коллега? Или и то, и другое? Попозже спрошу, не нравится она мне. Скользкая какая-то, сладенькая до противности, и с удовольствием прошлась между делом по моей вполне нормальной внешности, да ещё и Влада в соучастники пыталась привлечь.

Откуда-то из толпы возникли мама с Николаем Павловичем – чинно, под ручку. Мамуля с ходу выдала:

– Ну вот, наконец-то вы решили расписаться. Сколько я вам говорила: всё должно быть, как у нормальных людей!

Ну хоть что-то осталось неизменным. Мама ведёт себя так, будто я – дитя неразумное, и мне обязательно нужно рассказать, что для меня будет лучше. И неважно, что вокруг полно народу.

– Оленька, – предостерегающе произнёс Николай Павлович.

– Мы за вас так рады, так рады… – тут же сменила тон мамуля.

Я с благодарностью взглянула на соседа. Никогда бы не подумала, что он может повлиять на мою маму.

Откуда-то зазвучала музыка – конечно, марш Мендельсона. Гости расступились. Перед нами лежала длинная бежевая ковровая дорожка, ведущая в двери загса. Влад взглянул на ковер с удивлением, потом выразительно посмотрел на худенькую невзрачную женщину.

– Нити памяти, настроенные только на вас двоих, – она кивнула. – Чтобы помнили этот момент всю жизнь.

– Ах, как романтично, – пропела шатенка в алом.

– С ума сойти, Клара! – покосившись на мою маму, прошептала Татьяна Васильевна. – Это же несколько дней работы!

– Ну такие события тоже нечасто бывают, – мягко улыбнулась женщина. – Для своих можно и постараться. Мы же обещали устроить незабываемую свадьбу. Ты – со своими косметическими и бытовыми образцами, я – с нитями. И от каждой кафедры будет свой сюрприз.

Незабываемую свадьбу? Не знаю, у кого тут какая память, а я и без волшебного бежевого коврика не забуду этот день! Мало того, что я не знаю и десятую часть гостей, они ещё и сюрпризы подготовили.

Влад уверенно завёл меня на ковровую дорожку, и мы двинулись к ступенькам загса.

Все снова было как в тумане. Только свадебный марш звучал все торжественное и мощнее. Звучал так, будто рядом играл настоящий живой оркестр. Живую музыку ни с чем не спутаешь, я была полностью уверена, что это – не аудиозапись. Однако музыкантов не было видно, а звуки, пока мы шли через холл загса к распахнутым дверям зала, не приближались и не отдалялись. Музыка словно рождалась из воздуха над нашими головами, сопровождая каждый наш шаг.

– Марш тоже сюрприз из вашего НИИ? – еле слышно шепнула я Владу.

Он кивнул и деловито поправил:

– Из нашего НИИ, – подчёркивая слово «нашего». И добавил: – Сергей, парень в наушниках.

Я прошлась взглядом по толпе. Парень в наушниках среди гостей был только один, и спутать его с кем-либо было бы невозможно. Впрочем, не заметить – тоже. Длинноволосый парнишка лет двадцати в чёрной футболке с изображением какой-то молодёжной группы и рваных джинсовых шортах сильно выделялся среди празднично одетых гостей. Наушники на нем были надеты очень заметные, с ободом через голову. К ним не присоединялись никакие провода. Выражение лица у заметного гостя было сосредоточенное. Почти уверена, что наушники парня – какая-то магическая штучка вроде «расширителя» у Татьяны Васильевны.

Невзрачная ковровая дорожка тянулась до самого стола, за которым нас ожидала дама в строгом костюме.

– Дорогие Алиса и Владомир, – начала она с таким видом, будто сегодня самый счастливый день в её жизни.

Я покосилась на жениха. Владомир, значит? Татьяна Васильевна выбрала для сына оригинальное имя.

– В этот знаменательный день…  Создать семью…  Серьезное решение… В горе и в радости… – долетало до меня как сквозь вату.

Марш Мендельсона сменился трогательной, нежной мелодией у скрипок. Влад успокаивающе сжал мою руку. Наверное, выгляжу я сейчас не слишком уверенно.

– В знак вашей взаимной любви обменяйтесь кольцами…

Какой ещё любви?! Я глубоко вздохнула. Сопротивление будет выглядеть, по меньшей мере, странно. Влад надел мне на безымянный палец широкое обручальное кольцо. Я заставила себя взять из коробочки кольцо побольше и надеть его на палец жениха.

В книге расписывалась, почти не глядя, – там, куда ткнула ногтем дама в строгом костюме. Гости зашумели, раздались нестройное, но громкое и воодушевленное: «Ура!», – а за ним – то, чего я ждала с опаской:

– Горько!

Дама из загса пыталась что-то сказать, но её голос тонул в общем нарастающем гуле. В воздухе ликующе зазвучал хор, который в Европе на свадьбах исполняют так же часто, как у нас – марш Мендельсона. В нескольких точках зала захлопали пробки, вылетающие из бутылок шампанского.

– Горько! Горько!

Влад обнял меня, его глаза улыбались. Всегда думала, что первый поцелуй пары – дело очень личное, интимное. А теперь мне нужно при многочисленных свидетелях целоваться с мужчиной, которого я впервые увидела несколько часов назад. Первый поцелуй на собственной свадьбе! Рассказать кому – не поверят.

Влад приник губами к моим губам. Нежный поцелуй быстро перешёл в страстный, чувственный, и отрываться мне от Влада совсем не хотелось. Надо признать, к еле знакомому мужу меня тянет со страшной силой. Я машинально вцепилась в его твёрдое плечо. От Влада пахло кофе и чем-то горьковатым, очень приятным. Прижимаясь сильнее, я ощутила бедром, что твёрдое у моего мужа не только плечо.

– Тридцать, тридцать один… – азартно считали гости.

Влад неохотно отстранился. И правильно, лучше продолжим вечером, без любопытных зрителей. Кажется, новая реальность совсем неплоха. По крайней мере, муж мне очень даже нравится.

Глава 5

До позднего вечера весь НИИ гулял в приличном ресторане в центре города. Музыка там звучала постоянно – то классическая, то попсовая – хотя музыкантов не было видно. Зато парнишка в рваных шортах не расставался с наушниками даже за столом.

Незнакомые люди говорили цветистые речи, а я могла только слушать и гадать, что за человек произносит очередной тост. Даже спросить у Влада ни о чем было нельзя: с другой стороны от меня устроилась мамуля с Николаем Павловичем, а рядом с Владом восседала Татьяна Васильевна.

Гости исправно кричали «Горько!», и я уже начинала привыкать к объятиям и поцелуям мужа. Главным испытанием оказался свадебный танец молодых. Я в панике услышала звуки вальса и по дороге в центр зала прошипела:

– Я не умею танцевать вальс!

– Я умею, – Влад спокойно улыбнулся. – Просто расслабься и дай себя вести.

Действительно он провёл меня через весь танец, ловко поворачивая, направляя движение руками и ногами. Под конец мне даже начало нравиться кружение вальса. А ещё я поняла, почему он считался раньше неприличным танцем: слишком тесный контакт будил желания, которым пока что неплохо было бы подремать. Мне нужна была трезвая холодная голова, а воображение вовсю рисовало картинки брачной ночи.

Кольцо на безымянном пальце ощущалось непривычно, его хотелось снять, как что-то чужеродное, мешающее.

Однако к вечеру я окончательно расслабилась. Всё шло легко и спокойно. Народ кричал: «Горько!», шатенка в алом платье фальшиво верещала: «Всё так романтично!». Мама рассказывала Николаю Павловичу, как она счастлива, что у меня наконец-то устроена личная жизнь. Татьяна Васильевна флиртовала с шефом так, что «Горько!» хотелось кричать уже им.

Свадебные вкусности таяли во рту. Как я поняла, над столом тоже поколдовали сотрудники НИИ. Гости были на удивление трезвые, хотя в спиртном себе отказывали далеко не все.

Главный сюрприз ожидал меня впереди. В десять вечера Влад что-то негромко сказал шефу. Тот благодушно кивнул и поднялся с места.

– Господа-товарищи, молодые отправляются домой, – громко провозгласил он. – Мы с Анжеликой их проводим и сейчас же вернёмся. Предлагаю последний тост…

Я покосилась на Влада. И на чем мы отправимся домой? Шеф, конечно, выглядит трезвым, но за руль ему нельзя. Может, Влад заранее заказал на это время такси?

Анжеликой, к моему неудовольствию, оказалась слащавая шатенка в алом. Мы вчетвером вышли из зала кафе в узкий коридор, ведущий к служебным помещениям. Шеф кивнул. Анжелика извлекла из сумочки маленький прибор с красной кнопкой посередине, легко уместившийся в её ладони.

– Готовы? – нормальным голосом без малейшей доли приторности спросила она.

– Да, – ответил Влад.

Я промолчала, хотя в голове вертелся вопрос: «К чему?»

Шатенка нажала на кнопку, удерживая её. Темноватый коридор прямо перед нами залил нежно-зелёный свет. Влад легко подхватил меня на руки и шагнул внутрь загадочного свечения.

– Как романтично! – с иронией произнесла за его спиной Анжелика.

– Лика, ты позволяешь себе… – с укоризной начал шеф.

Негромкий хлопок поглотил все звуки. Мы вынырнули из зелёного света, и у меня дыхание сперло от неожиданности. Мы снова были в спальне в доме Влада. Правда, кровать кто-то заботливо перестелил, положив на неё красное шёлковое белье. На стенах непонятно каким образом крепились воздушные шарики в форме сердечек. На туалетном столике стояли бутылка французского шампанского, два бокала и часть закусок из кафе.

– Это как? – выдохнула я.

Голова закружилась, словно в неё ударило все выпитое за день шампанское. Влад глубоко вздохнул.

– Вообще-то порталы вне НИИ обычно не используются, но для нас сегодня сделали исключение, – он посадил меня на кровать и сел рядом. – А ты молодец, прекрасно продержалась.

– Угу, спасибо, – я сфокусировала на нем плывущий взгляд. – А теперь я хочу узнать, что у вас за НИИ, кто там есть кто и чем вы занимаетесь. А главное, чем я должна там заниматься.

– Лиса-Алиса, может, до утра подождём с разъяснениями? – Влад провел рукой от виска по моей щеке. – У нас сегодня свадьба…

– Я помню, – я нервно хмыкнула. – Кстати, я фамилию меняла?

– Конечно, – Влад легко улыбнулся. – Ты теперь Журавлева. Алис, ты правда совсем ничего не помнишь?

Журавлева – звучит неплохо. Уж точно лучше, чем моя фамилия – Мышастова.

– Я же тебе все рассказала, – я потерла лоб. – Как я могу помнить о том, чего не было? Реальность изменилась, а память осталась прежней.

– Да уж, с брачной ночью наверное лучше повременить, – Влад кисло улыбнулся. – Раз ты меня не знаешь…

Ничего себе! Я же весь день нашу близость в воображении рисовала – и повременить? Он что, так легко откажется от первой брачной ночи? Хотя не так уж и легко, вид у Влада не слишком радостный.

– Не надо временить. Мы её совсем немного отсрочим, – я откинулась назад, на постель, язык немного заплетался. – Ночь большая, её на всё хватит.

Он внимательно посмотрел на меня и тихо рассмеялся.

– Лис, ты что, напилась на свадьбе?

– На свадьбе как раз все было нормально, а тут почему-то развозит, – призналась я.

Влад достал из кармана обычную пластмассовую таблетницу и извлёк оттуда маленький леденец малинового цвета.

– Рассасывай, сейчас опять станешь трезвой. Наши поставили в кафе блок на опьянение. Хотя странно, ты выпила за день всего пару бокалов шампанского. Они давно должны были выветриться, – он нахмурился. – Придётся всерьёз поговорить с Анжеликой.

Я сунула в рот бесвкусный леденец. С Анжеликой? Вот с неё и начнём. Кажется, не зря мне не понравилась эта слащавая девица.

– Кто эта Анжелика? – спросила я. – Твоя бывшая?

– Нет, конечно, – Влад усмехнулся. – Это секретарь шефа. Она открывала портал…

– Я её ещё около загса запомнила, – буркнула я. – Она ведёт себя так, будто что-то имеет против меня. Почему?

– Лика имеет что-то против любой симпатичной девушки, – Влад встал и принялся раздеваться. – Она из потомков суккубов, и для Анжелики – личное оскорбление, если мужчина не обращает на неё внимания. Ей от природы нужны победы. Бывшего Лика бы особо не ревновала. А я с ней не встречался, да ещё и взял тебя к себе ассистенткой, хотя Анжелика нацеливалась на это место. В общем, да, она видит в тебе соперницу, но сильно пакостить не будет. Может поддеть в разговоре, может, как сегодня, сделать так, чтобы все выпитое за день ударило тебе в голову, но не более того.

– Потомок суккуба? – я резко села. – Это как?!

– Дальний потомок, – рассеянно ответил Влад. – Еле нашли. Видишь ли, в НИИ занимаются защитой от вредоносных магических воздействий и прикладной бытовой магией. Бытовую магию ты наблюдаешь сегодня весь день. Мы с тобой в НИИ занимаемся защитой. Но для выработки средств защиты нужны объекты исследования. Так что у нас есть и Анжелика, и Глеб – потомок инкубов. Он, правда, не обидчив и спокойно относится к тому, что ты не обращаешь на него внимания. Есть консультанты – колдуны и ведьмы, работающие в различных традициях.

Голова перестала кружиться, я разгрызла и разжевала остаток странного леденца. Удивляться я за этот день уже устала. Наверное, я бы и гномов на единорогах сейчас восприняла спокойно.

– Колдуны, ведьмы, инкуб и обиженный суккуб, – перечислила я. – Миленько! Как меня занесло к вам на работу?

– Я предложил, ты согласилась, – ответил Влад. – К тому времени мы уже несколько месяцев жили вместе. Между прочим, работа тебе нравится.

– Угу. Я там никогда не была, но она мне нравится, – буркнула я под нос. – Как мы познакомились?

– Я был по делам на блошином рынке: поступила информация, что там находится один серьёзный артефакт. Кстати, его к тому времени уже купили, и я потом неделю искал эту вещь. А ты покупала на блошке кортик девятнадцатого века с каким-то особо примечательным дефектом рисунка. Кстати, ты потом очень неплохо его продала.

Да уж, реальность переплелась с выдумкой Мойры так, что попробуй их разделить! С год назад я действительно покупала на блошином рынке кортик первой половины девятнадцатого века с головой рукоятки в виде птичьей головы. Помню, даже заплатила вдвое больше, чем за него просила бабуля-хозяйка: знала, что смогу хорошо на нем заработать. И дефект имелся: птица изначально была сделана одноглазой. Через пару месяцев я продала кортик коллекционеру за очень круглую сумму.

– Кортик помню, а тебя – нет, – я тяжело вздохнула.

– Кстати, можем списать твои провалы в памяти на действия Мойры, – Влад снова сел рядом, теперь уже в одних трусах. – Подстрахуемся, скажу шефу, что у тебя вылетела из головы часть информации.

Я пожала плечами. Пусть говорит на работе, что хочет.

– Алис, давай это снимем? – Влад провел пальцами по вырезу свадебного платья.

На коже тут же выступили предательские мурашки. Сколько времени у меня никого не было? Больше года?

– Подожди, у меня ещё много вопросов, – начала я.

Получилось не слишком уверенно.

– Отвечу на все, – пообещал Влад. – И видео с работы покажу, и фотки, и в рабочие файлы влезем. Только потом.

Он поцеловал меня долгим поцелуем. Руки Влада заскользили по моему телу уверенно, лаская именно так, как мне нравится. В его воспоминаниях мы уже год живём вместе. И, судя по всему, фальшивые воспоминания ему внедрены очень качественно.

Это была последняя трезвая мысль. В конце концов, с чего бы мне отказывать собственному мужу? Тем более, что я хочу оказаться с ним в постели.

Влад что-то развязывал, расстегивал, я не поняла, в какой момент оказалась без платья. М-м, он знал, что мне нравится. Моё тело отзывалось на каждый поцелуй, на каждое прикосновение. Я вдыхала горьковатый приятный запах его тела, смешанный с ароматом дорогой туалетной воды. Влад не спешил, растягивал ожидание, пока оно не стало мучительно-сладким.

Наши тела сплетались, соединяясь в одно целое, и это несло не просто удовольствие, а сумасшедшее наслаждение. Хотелось продлить его, насколько возможно, снять все возможные границы для близости.

– Огонь, – выдохнула я, когда всё закончилось.

– В первый раз ты сказала так же, – Влад улыбнулся.

– Для меня это и есть первый раз, – я прижалась головой к его мускулистой груди. – Слушай, а мы не предохраняемся?

Понимаю, что звучит не слишком романтично, но есть вещи, которые надо прояснять как можно скорее.

– Предохраняемся, когда нужно, – успокоил Влад. – В НИИ есть экспериментальный приборчик, он определяет время вероятного зачатия с точностью до часа. Все молодые сотрудницы пользуются, и ты тоже. Кладёшь руку в специальное отверстие, прибор считывает твою энергию и показывает на экране все, что нужно. У тебя вероятность зачатия уже два дня как прошла.

Ладно, на днях посмотрю, что там за приборчик. Видимо, стоящая вещь, если к нему бегают все девушки необычного исследовательского института.

– Вообще-то мы говорили о том, что готовы родить наследника, – огорошил меня Влад. – Но теперь с этим придется подождать, пока ты не освоишься и снова не захочешь ребёнка.

Ну ребёнка-то я, допустим, хочу. Только не сейчас и, разумеется, от хорошо знакомого, желательно любимого человека.

– Долго мы встречались, прежде чем я к тебе переехала? – поинтересовалась я.

– Три дня.

Я сглотнула. Влад меня разыгрывает? Я никак не могла переехать к мужчине, которого знала всего три дня. Да и мама в такой ситуации легла бы на пороге с воплем: «Только через мой труп!»

– Как так получилось? – осторожно спросила я.

– Мы провели вместе вечер пятницы, когда познакомились. Потом гуляли всю субботу. В воскресенье я привёз тебя в гости, – в голосе Влада слышалась улыбка. – И мы решили, что ни к чему соблюдать условности. Если мы любим друг друга, значит, будем жить вместе.

Получается, в созданной Мойрой реальности я влюбилась в будущего мужа за три дня? Круто, конечно, только это совсем не в моём духе. Влад мне нравится, но не думаю, что я могу полюбить его за такое время.

– А как на это отреагировала моя мама? – заинтересовалась я.

– Без восторга, – Влад хмыкнул. – Но скандал был недолгим. Ну что, Лиса-Алиса, будем смотреть фотки и видео с работы или спать?

Я зевнула.

– Ясно. Значит, спать, – Влад погладил меня по голове. – Всё завтра. – И тихо, еле слышно, добавил: – Любимая.

Глава 6

С утра голова у меня гудела от переизбытка информации. Во-первых, на телефонах и компьютерах стояли совершенно безумные пароли из двенадцати цифр и букв – больших и маленьких. Логике эти комбинации не поддавались, такое можно было только вызубрить. Причём на телефоне и моем компьютере пароли были разные.

– Заучивай пока эти, – сказал Влад. – Вечером дам пароль от рабочего компьютера.

– Какой маньяк их составлял? – раздражённо проговорила я, в третий раз набрав по бумажке неверную комбинацию на клавиатуре компьютера. – Неужели нельзя было хотя бы сделать все буквы маленькими

Влад рассмеялся.

– Лис, пароли составлял я, причём так, чтобы подобрать их случайному человеку было невозможно. А про маньяка ты уже говорила, когда я вбил эти комбинации в твой телефон и комп.

С четвёртого раза страницу компа удалось открыть. Я сжевала в честь этой победы миниатюрное пирожное из перенесенных вчера в холодильник закусок, запила его глотком шампанского и уставилась на экран.

Вроде обычный рабочий стол со стандартными папками: «Мой компьютер», «Фото», «Видео», «Документы», значки интернета и электронной почты…

Фотографий было много. Первым делом я открыла большую папку наших с Владом совместных фоток. Выглядели мы как счастливая пара. Везде в обнимку, везде улыбаемся. Вот новогодние фотографии с пушистой елочкой в его доме. Вот какое-то застолье, в кадр попали мама с Николаем Павловичем и Татьяна Васильевна. Вот я сижу в каком-то кабинете за рабочим столом и увлечённо смотрю на монитор. Мы с Владом на речной прогулке на теплоходе… Мы в моей любимой шашлычной на набережной. Дата – седьмое июля прошлого года.

Я мысленно выругалась. У Влада море воспоминаний о нашей совместной жизни, а у меня они начинаются со свадьбы. Почему бы Мойре было не перенести меня, например, в прошлое? Или не столкнуть нас на днях в настоящем? Хотя мы и столкнулись, когда Влад поил Славика у подъезда и задавал ему какие-то вопросы. Только я, естественно, не захотела знакомиться с первым встречным алкоголиком. Во всяком случае, подумала я о нем тогда именно так.

– Ты позавчера пил со Славиком? – спросила я, с интересом рассматривая наши фотки на пляже.

– Да был какой-то тип. Может, он и Славик, – рассеянно ответил Влад. – Я так понял, он с утра слонялся у вашего подъезда. Вот я и пытался выжать из него, не было ли во дворе старухи с вязанием.

Если бы я позавчера согласилась познакомиться с Владом, все произошло бы так же? Или у нас начался бы роман, и все воспоминания изначально были бы общими? Теперь этого уже никто не узнает.

Я открыла папку «Корпоративы» и принялась внимательно просматривать фотки. Сергей в наушниках мелькал на них постоянно. В центре фото почти всё время оказывалась Анжелика и каждый раз – с новым мужчиной.

– Лиц очень много, – я вздохнула. – Всех не запомню. Покажи мне тех, с кем я должна контактировать по работе.

– Шефа и Лику ты уже знаешь, – Влад придвинул ко мне свое компьютерное кресло. – Клара, – он показал на худенькую невзрачную женщину, которая вчера говорила о коврике из нитей памяти. – Занимается проблемами магического изменения памяти. Глеб – наш инкуб – глава отдела по борьбе с насильственной любовной магией. Привороты, отвороты… – с экрана смотрел брутальный красавчик, словно сошедший с иллюстрации женского журнала. – Галочка, – Влад открыл другую фотку. Рядом со мной там сидела черноволосая женщина лет под сорок. Классический портрет учительницы – гладкая прическа, неброский макияж, классическая блузка, чёрная юбка. – Занимается последствиями проклятий, порчи на здоровье, на смерть…

– И как? – я недоверчиво посмотрела на Галочку, совсем непохожую на киношных чёрных ведьм.

Никогда не верила в порчу и прочую чертовщину!

– Вполне успешно.

– А мы чем конкретно занимаемся? – с опаской уточнила я.

Не проклятиями и не смертельным порчами – это уже радует.

– Любыми магическими изменениями реальности, – «порадовал» меня Влад. – Наша основная задача – заметить изменение и передать информацию в соответствующий отдел. Но если возникает особый случай – как с Мойрой – это уже наше дело. Ну и работа с источниками информации тоже на нас.

С первым «источником информации» пришлось познакомиться в тот же день. Я просмотрела видео с совместного летнего отдыха с Владом и с корпоратива НИИ и уже собиралась заглянуть в папку «Документы», когда на экране высветился звонок по скайпу от некой Радославы. Фотография абонента впечатляла: древняя морщинистая старуха в чёрном с грозным видом сидела за столом, на котором были разложены карты со странным рисунком.

– Это кто? – спросила я так тихо, будто она могла меня услышать.

– Радослава. Гадалка, сотрудничает с нами добровольно, – быстро проговорил Влад. – Обладает мощным даром ясновидения, и сообщает, когда, по её мнению, произошло или должно произойти серьёзное магическое изменение реальности.

– И она обычно рассказывает об этом мне? – с тревогой спросила я.

– Не обязательно. Кого из нас видит в онлайне, тому и звонит. Давай я пообщаюсь, а ты пока посмотришь со стороны, – предложил Влад.

Я с облегчением уступила ему место за компьютером. Звонок продолжался, Радослава упорно не отключалась. Я пристроилась в углу так, чтобы не попадать в камеру. Понятия не имею, как должна вести себя с этой старухой. Ясновидящая гадалка – звучит странновато. Зачем Радославе гадать, если она и так всё видит? Должно быть или одно, или другое. Любопытно, какое имя стоит у старухи в паспорте? Что-то подсказывает мне, что Радослава – красивый псевдоним какой-нибудь Марьи Васильевны.

Влад ответил на звонок, и на экране отобразилась та же старуха, только одетая в цветастый сарафан. Платок Радослава не надела, и было видно, что волосы у неё покрашены в русый цвет и подстрижены под каре. Она улыбнулась, обнажив крепкие лошадиные зубы.

– Владик, здравствуй, мой мальчик, – затараторила Радослава. – А я думала, это Алисонька в сети. Поздравляю, видела, вы вчера поженились. Совет да любовь на долгие годы, да благополучия, да детишек хороших…

Влад с улыбкой кивал, не пытаясь вставить в этот монолог хоть слово.

– А вы дома остались? Вот и правильно, свадьбу по два дня играть положено! Хоть наедине побудете, а не в этом своём институте, – продолжала трещать старуха. – Я бы и беспокоить вас не стала, да смотрю – Алиса в онлайне. Дай, думаю, позвоню поздравлю и расскажу кое-что интересное. Я тут уж и карты несколько раз раскладывала, и внутренним оком смотрела, одно и то же получается. Мойра из города исчезла, изменения оставила вроде как не сильно серьёзные, но все с НИИ и с вами обоими связаны. Так что вы уж поосторожнее, мало ли что, – Радослава озабоченно нахмурилась. – Очень уж странный расклад получается. Вроде как выходит, что Алиса только вчера своего мужчину встретила, суженого. И тут же – что любовь между вами на всю жизнь. Как думаешь, Владик, это что значит?

Я похолодела. А старуха-то не шарлатанка! Увидела как-то, что мы на самом деле только вчера встретились. Не знаю, как насчёт любви на всю жизнь, но Влад мне нравится и желания развестись пока не возникает.

– Мойра что-то проделала с реальностью без коренных изменений, – Влад пожал плечами. – Что именно – мы вряд ли узнаем. У Алисы появились небольшие провалы в памяти – в том, что касается работы. Это единственная перемена, которую мы заметили. В общем, проблема небольшая, мы быстро всё восстановим. А встретить вчера Алиса никого нового не могла, – беззаботно добавил он. – Мы весь день были на своей свадьбе.

– Не понимаю, – озадаченно пробормотала Радослава. – Никогда такого не было. Ну да ладно, боги с ней, с Мойрой. Намудрила она что-то со своими нитями, но никому не повредила. Я вам ещё кое-что сказать хотела. С рассветом ещё увидела, но подумала, что время потерпит, все ж таки свадьба у вас вчера была. Да и вдруг показалось, как с Алисой… Только тут уж точно не показалось. Философский камень кто-то добыл.

Влад резко выпрямился в кресле и подался вперёд. Я глубоко вздохнула. Появление в нашем мире философского камня, способного превращать свинец в золото, вызывало у меня серьёзные сомнения. Вряд ли современный образованный человек будет продолжать безнадёжное дело средневековых алхимиков.

– А поподробнее? – подал голос Влад.

– Мало подробностей, – гадалка развела руками. – Точно могу сказать – добыл старик. В руках подержал, года на два-три помолодел. И жизнь себе на столько и продлил. Он камень уж лет двадцать как искал, всякие рецепты перепробовал. Вот, нашёл.

– Что-то я не слышал о здешних алхимиках, – Влад нахмурился. – Может, не изэ нашей области этот дед с камнем, а у соседей?

– Владик, в городе старик, на что хочешь поспорю, – азартно заявила Радослава. – Если над этим поработаем – я и подробности посмотрю.

– Обязательно поработаем, – пообещал он. – Завтра мы с Алисой к вам заедем. Дело интересное, но не срочное. Алхимик все равно уже омолодился.

– Да я ж вас разве тороплю? – благодушно улыбнулась старуха. – Ты только в вашу бухгалтерию не забудь звякнуть, сказать, что это я новость о философском камне принесла. Всё, Владик, пора мне, скоро клиент явится. Надо антураж создать, – Радослава неприятно улыбнулась. – Вот ведь пойми людей! В таком виде покажусь – доверия ко мне меньше будет, – она ткнула пальцем в цветастый сарафан. – Чёрное им подавай, да платок на голову, да карты, да ещё бы шар хрустальный для полного счастья. Как аферистки молодые одеваюсь – тогда верят.

– Сказку хотят, – хмыкнул Влад. – Про волшебницу.

– Скорее, про бабу-Ягу, – с досадой буркнула старуха. – А увидят кого из вашего института, да хоть тебя, хоть Алисоньку, хоть шефа вашего – скажут, шарлатаны, вид слишком обычный.

Прощалась говорливая гадалка ещё несколько минут, периодически вспоминая о клиенте, который вот-вот должен подойти.

Как только она вышла из беседы, Влад сгреб меня в охапку и усадил к себе на колени. Приятно, и ощущение такое, будто мы действительно давно знакомы. Нет неловкости первых дней общения, зато есть желание прикасаться к еле знакомому мужу, разговаривать с ним, пить кофе – можно и шампанское, – и даже вникать в загадочные рабочие обязанности. Не Анжелику же к нему в помощницы пускать, как козу в огород! К тому же пока я слышу очень интересные вещи. Штучки из прикладной бытовой магии свекрови мне понравились. Приборчик для естественной контрацепции – вообще замечательная вещь. С чего бы отказываться от сказки, ворвавшейся в скучноватую серую жизнь? Пока из всего увиденного мне не понравилась только Анжелика. Но должна же быть хоть какая-то ложка дёгтя в бочке мёда?

Мы целовались в кабинете, потом переместились в спальню, махнув рукой на моё обучение. В конце концов, я имею право на перерыв. Легенда для коллег уже есть, моими «частичным провалами в памяти» можно объяснить заодно красные точки на карте в районе НИИ, дома Влада и дома моей мамы.

– Лис, пойдём прогуляемся? – предложил после обеда Влад. – Посмотришь двор, посёлок, речку.

Речка оказалась для меня приятным сюрпризом. Так тут ещё и купаться можно? Прекрасно!

– Пошли, – с энтузиазмом согласилась я. – И про философский камень заодно расскажешь.

– Да что о нем рассказывать? – муж поморщился. – Камень как камень. Очередной гений сварганил средство для бессмертия. В двадцатом веке такое происходило несколько раз. В наше время, насколько я знаю, это первый случай. Давай одевайся, можешь прихватить купальник и полотенце.

Пока я складывала в пакет найденные в шкафу купальные принадлежности, Влад продолжал рассказывать.

– Сколько было случаев изобретения философского камня, и ни разу рецепт не повторился полностью. И эффекты от камня тоже оказывались разными. Какой-то за несколько минут обращал свинец в золото, какой-то – уголь в алмазы. Иногда камень вообще не способствовал обогащению хозяина, а лечил какую-нибудь пакость вроде грибка, чесотки или головной боли – смотря что было актуально для владельца. Но все философские камни объединял главный эффект. Омоложение и бессмертие. Собственно, ради них каждый раз всё и затевается. Только человек не должен быть бессмертен, это противно природе. А всё, что в магии противоречит природе, – есть вредоносные мистические или магические воздействия. Казалось бы, живёт какой-нибудь безобидный дедушка десятилетиями, не старея, смотрит, как сменяется поколение за поколением – что в этом дурного?

– Долголетием дедушки заинтересуются соседи, родственники, просто посторонние люди, – я пожала плечами. – Рано или поздно секрет философского камня выплывет наружу, и им захотят воспользоваться очень многие. А дальше возможны разные варианты событий. Бессмертные солдаты в военных действиях, налаженная продажа философских камней за бешеные деньги, нестареющие диктаторы и прочие прелести. Плюс проблемы в мировой экономике, потому что каждый владелец камня сможет без проблем пополнять денежный запас, не задумываясь о заработке.

Я застегнула короткие джинсовые шорты и поправила футболку. Влад внимательно оглядел меня.

– Лис, меня не покидает чувство, что ты меня разыгрываешь. Ты мыслишь, как обычно, разговариваешь, как всегда, оделась именно так, как ходишь в жару. Может, дело действительно в провалах в твоей памяти?

– Я же рассказывала тебе про сваху, – напомнила я. – И изменения связаны не только с этим домом, но и с маминым.

Влад задумчиво кивнул. Мы вышли под яркое летнее солнце. Я сморгнула: свет резанул по глазам. В воздухе витали насыщенные ароматы растущих на клумбах цветов. Блики солнца серебрили воду в искусственном пруду, рыбки блестели золотом.

– А что за домом? – поинтересовалась я.

– Баня, – Влад приобнял меня. – Тебе там нравится, только не летом, а когда становится прохладно. Настоящая русская парная с берёзовыми вениками.

Баня напоминала сказочные домики – бревенчатая, с деревянными потолком и полом. Только курьих ножек не хватает! Внутри замечательно пахло деревом. И веники висели – действительно берёзовые, с сухими листьями.

Кажется, я попала в дом своей мечты. Мне нравится всё, что вижу, – и дом, и двор, и баня. Правда, я не хочу в ванной слушать «Лунную сонату», но меня никто и не заставляет включать музыку.

Посёлок выглядел чистеньким, аккуратным, и все дома здесь были за высокими заборами. Так, чтобы нельзя было увидеть, что происходит в соседнем дворе. Хочешь – в купальнике ходи, хочешь – топлесс загорай. Дорога ровная, вдали виднеется шлагбаум. Улиц оказалось всего две, домов немного, жителей тоже. Соседи здороваются, улыбаются дежурными улыбками, но непохоже, чтобы они близко общались. Никаких типичных для сельской местности запахов удобрений, кудахтанья, хрюканья, мычания. По улице бегали два огромных – мне почти по пояс – мощных клыкастых пса.

Я вздрогнула. Влад успокаивающе улыбнулся.

– Они добродушные, никого не трогают.

Словно в доказательство одна из громадин лизнула мне руку и радостно вильнула хвостом.

– Тут живёт ещё кто-нибудь из НИИ? – шёпотом спросила я.

– Шеф, Клара, Глеб, – перечислил Влад. – В паре километров отсюда, в отдельно стоящем доме – Радослава. Не в посёлке, конечно, но недалеко, на поляне в рощице.

– Не боится она одна в рощице? Старушка без соседей, – с сомнением произнесла я. – Могут обворовать, а то и похуже.

– Смотри больше ни при ком такое не скажи, – серьёзно ответил Влад. – До этой старушки никто со злыми намерениями не доберётся, даже случайный гость к ней не забредет. Дорогу найдет только тот, кому она открыла тропинку. А для остальных Радослава все пути к своей избе заговорила, не пройдёт-не проедет ни человек, ни зверь. Заблудятся, будут по кругу ходить, пока назад не повернут.

Мы завернули за последний дом на улице и прошли по тропинке среди плодовых деревьев к тихой речке. Я взвизгнула от восторга. Пляж был усыпан чистым жёлтым песком, а деревья близко подступали к манящей прозрачной воде, образуя приятную тень. Совсем скоро можно будет сидеть на пляже под черешней, вишней или шелковицей и есть свежесорванные ягоды. И течения сильного нет, и народу не видно. Но даже если обитатели всех домов явятся на пляж, места все равно хватит, и тесно не будет. Что приятно, тут даже кабинка для переодевания есть.

Сейчас пляж оказался полностью в нашем распоряжении. Мы расстелили на песке плед и, скинув лишнюю одежду, ринулись в приятную прохладу воды. На дне я почувствовала ступнями тот же песочек. Отсюда и на море уезжать не захочется! Там на пляжах не протолкнуться, да и грязновато, а здесь идеальный уголок для отдыха.

Глава 7

Когда мы, вдоволь наплававшись, вернулись домой, полы оказались вымыты, мусор вынесен, а на плите стояли кастрюля свежего борща на говяжьей косточке и глубокая сковорода с ароматным пловом. В холодильнике обнаружилась вазочка моего любимого салата «Красное море» – крабовые палочки, помидоры, сыр, чеснок.

– Домработница Надя приходит на полтора-два часа в день, – прокомментировал Влад.

– Хочешь сказать, что она за два часа успевает всё это приготовить и вдобавок убрать двухэтажный дом? – я нахмурилась.

Приготовить борщ, плов и салат при определённой сноровке, может, и получится, хотя я сильно в этом сомневаюсь, но уборка в те же два часа никак не укладывалась.

– Лис, Надя – не совсем обычная домработница, хотя она сама себя так называет. Надя испытатель из нашего НИИ, из отдела бытовой химии, – объяснил Влад. – Проверяет действие кое-каких ноу-хау своего отдела. Фактически, она одновременно на двух работах. Долго заниматься испытаниями в институте особого смысла не имеет, так что Надя устраивает проверку на практике – здесь, в доме шефа и у себя, НИИ оплачивает это отдельной статьей. Кстати, Надя – сестра Клары, тоже живёт в посёлке.

Вопросы отпали сами собой. Наверняка эта Надя пользуется расширителем времени и кучей магических штучек для ускорения работы.

Остаток дня прошёл за компьютером. Я сидела на коленях у Влада, а он показывал рабочие документы и программы, которыми я постоянно пользовалась в созданной Мойрой новой реальности.

С отчётами я разобралась быстро: любые официальные документы пишутся по определённой схеме.

Такого-то числа такого-то года сотрудниками (перечисление фамилий и должностей) был найден и обезврежен представляющий опасность артефакт (прекращено магическое воздействие чёрной ведьмы на то-то и то-то, закрыт третий глаз у сумасшедшего колдуна и тому подобное). На операцию затрачено…  Понесенные убытки… Просим возместить (компенсировать, наградить премией, объявить благодарность)… Подписи, печать.

В общем, обычная бюрократия в необычном исследовательском институте. Сметы, которые нужно было составлять и передавать в бухгалтерию, меня тоже не особенно смутили. Переписка с дружественными НИИ по стране и за её пределами выглядела деловой, без фамильярностей: официальные оповещения о проведениях научных конференций или мероприятий по обмену опытом, международный розыск неизвестного некроманта…

– Кого?! – я сморгнула.

– Да нашли его уже месяц назад, – успокоил Влад. – Парнишка почувствовал в себе редкий дар, но не знал, что с ним делать. Решил оживлять известных в истории персон, сильно хотел пообщаться с великими диктаторами и воинами. К счастью, не успел, на кладбище его среди ночи и отловили. Теперь в соседней области работает, там в НИИ как раз такой специалист и был нужен.

– И как его заставили работать? – хмуро поинтересовалась я. – Угрозами? Шантажом?

Влад рассмеялся.

– Лис, ему просто назвали сумму будущей зарплаты, и парень тут же согласился. Работа интересная, деньги приличные, плюс ценные советы старших товарищей, да ещё доступ к старинным книгам по его профилю. Странно было бы, если б отказался.

После экскурса по документации Влад нашёл на фотографиях с корпоратива Надю. Странно будет, если я не узнаю коллегу, которая подрабатывает в посёлке, как домработница. На вид девушка – моя ровесница. Такая же незаметная, бесцветная, как Клара. Посмотришь на её лицо – и тут же забудешь.

Компьютерные программы тоже оказались не так страшны, как я себе представляла.

– Ты их освоила часа за полтора, – рассказывал Влад, открывая карту города. – Сюда нужно заглядывать по три-четыре раза в сутки. Вот здесь в настройках выбираешь каждый пункт по очереди. Если высвечиваются жёлтые или, что хуже, красные точки, сразу сообщаешь шефу. Хотя пока привыкнешь, лучше говори сначала мне.

Я окинула взглядом длинный столбец пунктов. Воздействие на судьбу одного человека, группы людей, района, города, мира… Воздействие на будущее… Попытка изменения прошлого… Появление незарегистрированного специалиста с опасным даром… И ещё много чего другого. С этим более-менее понятно. Моя обязанность – заметить и сообщить о возможном магическом произволе.

Кроме того, от меня требовалось владение азами Ворда и Фотошопа. И с тем, и с другим у меня все в порядке, так что я вздохнула с облегчением.

– Ворд ещё понятно, а Фотошоп-то мне на работе зачем? – поинтересовалась я.

– Иногда нужно отправить, например, фотку нарушителя в дружественные НИИ, а фото плохого качества. Или старое, с царапинами, а показывать его посторонним, в том числе, профессиональным фотографам, никак нельзя. Вот ты и приводишь его более-менее в порядок. Или нам нужна мелкая деталь на фотке, ты её копируешь и увеличиваешь насколько возможно, чтобы она выглядела чёткой.

Я кивнула. Ничего сверхъестественно сложного в моих обязанностях нет, многие бы с ними справились. Видимо, в НИИ меня взяли как помощницу Влада именно для того, чтобы он не отвлекался на такую ерунду.

Влад снова открыл карту города и предложил:

– Теперь попробуй сама.

Я пожала плечами. Попробую, конечно, но в ускоренном варианте. Я выставила галочки на всех пунктах сразу. Полчаса назад в городе всё было в порядке, вряд ли сейчас что-то серьёзно изменилось. Влад неодобрительно хмыкнул:

– Да-да, вот так ты и начинала.

Я решительно нажала команду «Проверить». Карта в некоторых участках покрылась тонкими серыми линиями, словно паутиной. Влад тихо ругнулся, глядя, как они расширяются, пытаясь охватить весь город.

– Мойра, что ли, вернулась? – он взял из моей руки компьютерную мышку. – Или наш алхимик решил срочно стать миллиардером?

Влад быстро выбирал отдельные пункты в меню, снова и снова нажимая: «Проверить».

– Алхимик, – он глубоко вздохнул. – Ну, спасибо хоть не старая леди с вязанием. Хотя с ней тоже не все спокойно. Такое впечатление, что Мойра собирается вернуться, и это влияние их обоих, – Влад кивнул на паутину. – Ничего опасного пока не задумывается и произойти не должно, по крайней мере, до утра. По дороге на работу заедем к Радославе. Пусть посмотрит, что происходит. Если дед, который хочет стать бессмертным, приманит сюда Мойру, это может сильно отразиться на будущем. И Лахесис, и ее сестра Атропос могут счесть это вызовом: человек не может выбирать, насколько продлить свою жизнь.

– Ну а ты что с этим сделаешь? – с сомнением спросила я. – Не убьёшь же деда-алхимика?

– Нет, конечно. Но найти его надо, и чем скорее – тем лучше. Философский камень должен быть уничтожен. А уж с дедом пусть Клара работает. Если не получится объяснить ему по-хорошему, что нельзя идти против законов природы, значит, немного похимичит с нитями памяти. Старику она вреда не причинит, только заставит забыть рецепт изготовления камня. Лис, может, ты ляжешь спать, а я по-быстрому съезжу к Радославе? – поколебавшись, спросил Влад. – Не нравится мне, что Мойра может сюда вернуться, а паутина сгущается, – он кивнул на экран.

Я мысленно отметила, что сгущалась паутина именно там, где находился неведомый НИИ, над районом моей мамы и над нашим поселком. Мне тоже категорически не нравилось, что старуха с вязанием может снова что-нибудь сотворить с реальностью. Алхимик, честно говоря, не тревожил меня вообще, но Мойра…  Кто знает, что ещё взбредет ей в голову? А мне понравилась именно эта реальность, и менять я её ни на что не хочу. Я потерлась щекой о висок Влада, словно проверяя, не мираж ли он. Кажется, я и правда могла бы переселиться к нему после трех дней знакомства. Пожалуй, даже после двух дней.

– Поехали вместе, – решительно сказала я.

Несмотря на позднее время, Радослава сказала по телефону, что будет нас ждать. На машине Влада – не слишком дорогой, но приличной иномарке – мы уже через несколько минут выехали из посёлка. Я заметила у шлагбаума будку охранника. Шлагбаум поднялся, как только мы подъехали на несколько метров, Владу даже тормозить не пришлось.

На трассу он выехал ненадолго: буквально через пару минут автомобиль свернул на неровную проселочную дорогу и остановился через несколько метров у рощи.

– Теперь пешком, – сказал Влад.

Он извлёк из бардачка небольшой фонарик. Свет оказался необычайно ярким.

– Это из НИИ? – спросила я, выходя из машины.

– Да, перерабатывает тьму в свет. Чем темнее вокруг, тем ярче горит, – ответил Влад. Он взял меня за руку. – Видишь тропинку? Нам туда.

Тропа прорисовывалась среди деревьев очень чётко, на ней не росло ни травинки, хотя вокруг темнели заросли колючих сорняков мне выше колена.

– Чужим тропинка не открывается, – объяснял по дороге Влад. – Они видят на её месте такую же траву, – он обвел рукой заросли. – Даже если будут точно знать, куда идти, к дому не выйдут, их все время будет из рощи выводить. Спец из любого дружественного НИИ с оборудованием, правда, пройдёт, но Радослава сразу почувствует, что граница нарушена.

– И что, в эту рощу никто не ходит? – недоверчиво спросила я.

– Почему? И ходят, и на шашлыки ездят, и грибы осенью собирают. Но избу Радославы обходят стороной. Её никто не замечает.

Мы вышли на поляну, и я ощутила себя в народной сказке. В темноте вырисовывалась бревенчатая избушка с печной трубой. Узкие окошки были закрыты расписными деревянными ставнями. В стороне от дома был выложен – опять-таки бревнышками – колодец. А над домом желтела кривоватая, почти полная луна. Для полноты сказочной картины только заборчика с черепами на колышках не хватало и курьих ножек у избушки.

Ступеньки крепкого на вид крыльца предупреждающе скрипнули, стоило нам на них ступить. Дверь открылась, как будто хозяйка поджидала нас у входа.

Радослава оказалась маленькой, мне по плечо, очень худой, с идеально ровной спиной.

– Проходите, проходите, – тут же затрещала она. – У меня и самовар на столе, и вареньице.

Старуха мёртвой хваткой вцепилась в мою ладонь и уставилась прямо в глаза, продолжая перечислять все, что у неё есть на столе. Взгляд мне не понравился, очень уж пристальный. И тёмные глаза, до этого подслеповато прищуренные, полностью раскрылись. Радослава весело улыбнулась и подмигнула мне.

– Ну что, Алис, всю работу позабыла, а? Ну, Мойра, ну, шутница, – она неприятно рассмеялась.

– Вспомнит, – отрезал Влад. – Вот сейчас и начнёт вспоминать. Радослава, нам бы насчёт алхимика посмотреть.

– Посмотрим, сейчас мы все посмотрим, – пообещала старуха. – Алисочка, а я ученицу себе никак не найду. Нет у тебя кого подходящего на примете? – вкрадчиво спросила она.

– Н-нет, – я покосилась на Влада.

Неужели в мои обязанности входит ещё и искать учениц для ведьмы? Он отрицательно качнул головой.

Из тесного тёмного коридорчика мы прошли в маленькую комнату. Здесь помещались только русская печь, большой деревянный буфет и стол. В центре квадратного стола стоял подсвечник с тремя свечами. Рядом с ним – самовар, блюдо, прикрытое полотенцем, и банка с вареньем. Никаких хрустальных шаров или карт таро не было видно. Приятно пахло воском, свежей заваркой и сдобой. Радослава наконец отпустила мою руку и ринулась к буфету доставать чашки.

Я с любопытством оглядывала беленые стены и неровный потолок, дощатые нелакированные полы, деревянные рамы окон, печку, на которой сверху виднелась перина, грубо сколоченную мебель. Хозяйка избы плюхнула на стол три глиняных чашки. Влад потянул меня за руку на стул.

– Вы чайку попейте, а я пока посмотрю, что к чему, – Радослава сняла с блюда полотенце.

Там лежала горка румяных печеных пирожков. Старуха налила в две чашки ароматный чай. В третью она зачерпнула воды из стоящего около буфета ведра. Радослава уселась напротив нас на деревянный стул и уставилась в свою чашку, помешивая воду пальцем по кругу. Тёмную воду золотило отражение огня свечей и казалось, что в глубине чашки Радославы танцуют язычки пламени.

– Вы кушайте, хорошие пирожки, – не поднимая глаз, сказала хозяйка.

Пока гадалка любовалась огненной водой, мы успели неторопливо выпить по полчашки чая и съесть по вкусному пирожку с малиновым вареньем.

– Весь город пеленой окутан, – наконец заговорила Радослава, на этот раз неторопливо, вглядываясь в воду. – Мойра скоро вернётся. Завтра или послезавтра. На сей раз она со стариком-алхимиком хочет встретиться, но и кое-что из прошлых дел может подправить.

Старуха метнула на меня быстрый, выразительный взгляд и снова уткнулась в чашку.

– Если уничтожить философский камень, Мойра не вернётся? – напряжённо спросил Влад.

– Я-то откуда знаю? – хмыкнула Радослава. – Попробуй, конечно, но вряд ли получится. Дед больно шустрый, на месте не сидит, весь вечер мотается по городу. Сначала по казенным домам ездил, потом к родственникам, друзьям.

– Шустрый… – Влад пощелкал пальцами. – Что о нем видно? – он кивнул на чашку с водой.

– Машина у него есть старая, синяя, – ведьма пристально сморела в чашку. – Сам за рулём сидит… Лет алхимику где-то семьдесят пять-восемьдесят. Было, пока камнем не воспользовался. Болезнь у него была тяжёлая, пока не омолодился так, что болезнь с себя скинул. Квартира маленькая, в большом доме. Кошка у него есть старая, белая, её тоже омолодил. Всё, больше ничего не вижу.

– Чем он болел? – Влад нахмурился.

– Не знаю. Болел, и тяжело. В больницах и поликлиниках был частым гостем.

– Выглядит этот дед как? Хоть что-нибудь, рост, шрамы, усы, борода… – нетерпеливо спросил Влад.

– Может, ещё портрет тебе огнем на воде создать? – фыркнула Радослава. – Как я рост увижу? Вроде худой, вроде лицо обычное, бритый. Учёным был, вон, формулы в его прошлом вижу. Записывал он их по работе. Похоже, с химией был связан. Вот теперь точно всё. Остальное расплывается.

Она отставила чашку в сторону.

– Уже что-то, – с оптимизмом кивнул Влад. – Завтра в бухгалтерию подам заявку, они переведут средства. Спасибо за помощь, за пирожки. Нам пора.

– Пора, пора, – с улыбкой согласилась старуха и неожиданно снова сцапала меня за руку. – Тебе, Алисонька, всегда рада буду, – её подслеповатые глаза опять широко раскрылись, взгляд стал пронизывающим. – Тропу тебе не открывала, моё упущение. Теперь открою – вдруг когда без Владика заглянешь?

Мне стало не по себе. Радослава явно видела что-то, связанное со мной. Понять бы, что хочет гадалка. Пообщаться наедине? Так это можно сделать и по скайпу.

По дороге я поделилась сомнениями с Владом.

– Не обращай внимания, – он отмахнулся. – Она всем доступ к дому открывает примерно с такими же словами. Меня больше интересует, чтобы в город снова не принесло Мойру. Дома прикину план действий на завтра, и с утра начнём искать шустрого дедушку.

Глава 8

Утро началось с нежного поцелуя и плавно переросло в занятия любовью. Как, оказывается, сложно оторваться друг от друга!

– Я люблю тебя, – шептал Влад.

Наверное, он ждал ответа. Только я не могу сказать: «Люблю», – если сомневаюсь в своих чувствах. Влад мне очень нравится, мне хорошо с ним в постели, интересно в общении, но любовь… Пока не уверена, что это чувство можно так назвать.

На работу мы выехали в полвосьмого, выпив по чашке кофе и закусив салатом. Ни на что другое не хватило ни времени, ни сил. Я надела любимые джинсы и футболку. Влад подтвердил, что я обычно одеваюсь на работу именно так, в спортивном стиле. В машине муж выглядел уже сосредоточенным, настроенным на поиск шустрого старичка.

– В НИИ сразу садишься за комп и начинаешь проверять карту города по каждому пункту отдельно, – инструктировал он. – Я в это время попробую вычислить деда. Информации не так уж мало: за рулём, тяжёлая болезнь, ну и как бонус – наш алхимик работал с химическими формулами. Может, учитель, может, научный сотрудник.

По-моему, информации как раз-таки было очень мало. В городе наверняка найдётся большое количество больных пенсионеров, имеющих старого четырехколесного друга. Не пойдёт же Влад спрашивать у каждого из них о философском камне!

– Лис, у сотрудников НИИ есть опыт в поиске людей по таким расплывчатым приметам, – Влад зевнул. – Надеюсь, к полудню мы вычислим алхимика, а дальше уже дело техники.

НИИ скрывался в одном из спальных районов. Безликое серое двухэтажное здание стояло в небольшом скверике. Оно было без вывески, но с классической табличкой «Посторонним вход воспрещен» на хлипкой деревянной двери.

Внутри оказался вполне приличный ремонт с ровными, окрашенными в приятный розоватый цвет стенами и паркетными полами. В небольшом вестибюле никого не было. Мы прошли по длинному широкому коридору мимо нескольких одинаковых деревянных дверей. Табличек не было ни одной.

– Сюда кто угодно может зайти? – шёпотом спросила я.

Честно говоря, я представляла себе турникет и мощных охранников на входе. А получается,  секретное НИИ вообще не охраняют.

– Нет, конечно, – тихо ответил Влад. – На вход наложена защита, которая срабатывает лучше любой охраны. Клара расстелила перед порогом свои нити памяти. Чужой, подходя к двери, тут же вспомнит о каком-нибудь срочном деле. А если все же переступит порог, тут уж сработает защита от отдела Галочки. На человека нападёт страх – иррациональный, но сильный, и больше всего захочется бежать отсюда как можно скорее. В общем, никто не сможет пройти дальше, чем на шаг от входной двери.

Мы поднялись по резной лестнице на второй этаж и вошли в первую дверь по коридору. Кабинет был самым обычным, чиновничьим. Два рабочих места за компьютерным столами и шкаф с кучей папок на полках за стеклом. Я отметила, что компьютерные кресла тут стоят очень приличные, а мониторы на столах – гигантских размеров. Влад открыл дверцу шкафа и продемонстрировал мне две чашки с ложками, два блюдца и какие-то приборы с кнопками.

– Это что? – я с опаской покосилась на приборы.

– Это моё. Постепенно разберёшься, – пообещал Влад. – Включай комп, я к шефу.

Серых линий на карте города прибавилось. Паутина сгущалась, и на ней чётко вырисовывалась движущаяся жирная красная точка. Вторая точка мигала за пределами города, на пустом месте за границей карты. Я задумчиво уставилась на пункты, на которых показывались красные точки.

Попытка изменения будущего

Попытка изменения прошлого

Возможное изменение судеб группы людей

Продление жизни неестественным путем

Вероятное появление в ближайшем будущем воплощения Судьбы.

Два последних пункта – это, конечно, омолодившийся дед и Мойра. А вот первые пунктики вызывали у меня серьёзную тревогу. Не наше ли с Владом прошлое и будущее снова находится под угрозой перемен?

Влад вернулся минут через десять – совершенно невозмутимый.

– Пока все предсказуемо, – заметил он, взглянув на монитор моего компьютера.

– Что-то мне не по себе, – выдохнула я. – А если Мойра опять вешается именно в наши судьбы? Решит ещё что-нибудь подправить в реальности?

– Лис, ты думаешь, Лахесис о нас помнит? – Влад улыбнулся в ответ на мои сомнения. – Мойру интересуют только её нити. Поразвлеклась, связала несколько судеб и тут же забыла, благо людей в мире много. А дед, похоже, сейчас просто убивает время, – Влад кивнул на движущуюся точку. – Завтракал в итальянском ресторанчике, теперь колесит кругами по городу. Кстати, Лис, по району твоей мамы.

Он щелкал мышкой по красной точке, и от неё шла назад пунктирная линия, отмечая проделанный алхимиком путь. Дед действительно ездил по кругу. Вот он остановился. Влад увеличил карту так, что на улице обозначились дома с номерами.

– Зашёл в супермаркет, – прокомментировал Влад. – Лиса-Алиса, раз его так хорошо видно, точно не упустим. Я не стану тратить время на вычисления, сразу поеду в тот район. Твоя задача – сообщать мне о передвижениях нашего объекта. Я буду виден на карте как зелёная точка. Если кто зайдёт поболтать или попробует дать тебе задание, отвечаешь, что ты выполняешь срочную работу и отвлекаться не можешь. Всё, побежал. – он наклонился и коротко коснулся губами моих губ. – Поцелуй на удачу.

– Удачи, – сказала я в спину Владу.

Дверь кабинета захлопнулась.

Через пару минут на карте города в районе НИИ вспыхнула зелёная точка. Она двигалась к красной, медленно сокращая расстояние. Вот алхимик вышел из супермаркета и направился в сторону ближайшего парка – судя по скорости, пешком. Я набрала номер Влада и принялась рассказывать, куда движется дед.

– Если в парк, это будет просто замечательно, – оптимистично прокомментировал Влад. – Я не отключаюсь. Если дед сменит направление или зайдет куда-нибудь ещё, сразу говори. И если я с ним поравняюсь, тут же дай знать.

Алхимик шёл к парку, Влад отставал от него всё меньше. Вот муж припарковал машину. Зелёная точка на карте догоняла красную. Я впилась взглядом в экран, чувствуя, как во мне просыпается азарт. Ещё немного, ещё чуть-чуть…

Краем глаза я заметила то, чего на карте не должно было быть. Сморгнула. Не показалось, и в глазах не двоится. Красных точек было две – большая и маленькая, и к ним приближалась третья – самая яркая. Я машинально навела на неё компьютерную мышку так, словно делала это много раз.

«Воплощение судьбы» – высветилось рядом с ней.

Зелёная точка быстро двигалась к перекрёстку. Влад вот-вот завернет за угол и наткнется на странную компанию. Алхимик, Мойра и кто-то ещё.

– Стой! – закричала я в трубку, стряхивая с себя оцепенение. – Подожди.

Зелёная точка резко остановилась.

– Что-то случилось? – напряжённо спросил Влад.

Я собиралась сказать о Мойре и загадочной маленькой точке, но экран закружился передо мной. В глазах темнело, на мониторе из серой паутины линий соткалось лицо старой свахи. Она подмигнула мне и насмешливо улыбнулась. А потом мир окутала полная тьма.

– Алиса, ответь! – слышался в ней встревоженный голос Влада. – Что случилось?

Ответить не получалось. Сознание ускользало, я словно погружалась в тревожный сон, где были Мойра с вязанием, Радослава, сующая мне вкусный пирожок, мать Влада на пороге спальни, моя мама под руку с Николаем Павловичем… И Влад сжимал мою руку и шептал:

– Лиса-Алиса, я люблю тебя.

А потом подключились какие-то голоса из другой, прошлой жизни. Один что-то напористо, возмущённо высказывал, другой в паузах неубедительно пытался оправдываться.

– Ольга Петровна, ну зачем в ЖЭУ? Я вам компенсирую, всю комнату новыми обоями оклею, могу ещё и стены выровнять…

– Ещё у меня в квартире ваших ремонтов не хватало, с вами вместе! – рычала мама.

Я открыла глаза. Комнату заливал яркий солнечный свет. Я лежала в своей кровати в нашей с мамой квартире, а за стеной продолжался скандал мамули с Николаем Павловичем из-за дыры в стене. Сердце защемило. Неужели эти три дня оказались всего лишь красивым сном, Влада не было, а старая сваха – обычная аферистка?

Я потерла лицо руками и ощутила прикосновение металла к щеке. На безымянном пальце правой руки сияло новенькое обручальное кольцо.

Глава 9

Первым чувством было облегчение – значит, Влад существует, и свадьба действительно была. Надо же, у меня даже подтверждение осталось! Только показывать маме обручальное кольцо не стоит, это вызовет слишком много вопросов. Я стянула кольцо с пальца и сунула пока что под подушку.

Ну и что на этот раз задумала Мойра? И помнит ли вообще обо мне Влад?

Я села на кровати. Сегодня, я так понимаю, снова воскресенье. То самое, в которое в созданной Мойрой реальности произошла наша с Владом свадьба. Да уж, та реальность была гораздо лучше того, что мы сейчас имеем, ни в какое сравнение не идёт. Надо будет как-нибудь зазвать соседа на чай, они с мамой, как пара, мне понравились. Только это уже потом, сначала разберусь со своими делами.

Я собиралась по-тихому сбежать из дома под шумок, но разве такое возможно? Стоило мне в летнем платье показаться в коридоре, как меня тут же попытались вовлечь в скандал.

– Алиса, ну хоть вы объясните матушке, что я не могу ровно заделать эту дыру, не заходя в вашу квартиру, – подал голос Николай Павлович.

Через остатки вчерашней «маленькой дырочки» соседу было видно не только мамулину комнату, но и часть коридора.

– Доброе утро всем, – я кисло улыбнулась. Утро было каким угодно, только не добрым. – Мам, Николай Павлович действительно не сможет выровнять этот кусочек стены из своей квартиры.

– А ты куда собралась? – разгоряченная скандалом мама подалась в мою сторону.

– По делам, – я торопливо влезла в балетки и схватила свои ключи с крючка над дверью.

Оставаться в квартире не стоит ни одной лишней секунды. Мамуле явно нужно дать волю эмоциям. Вот пусть и даёт – но по адресу. Николай Павлович повредил стену, теперь ему и слушать разъяренную маму. А у меня и так проблем хватает. Тем более, я и так хорошо знаю все, что она может сейчас мне сказать.

– Опять по блошиным рынкам? Что за дурацкое занятие? Купи-перепродай – это же спекуляции в чистом виде, а у тебя диплом вуза…

Ну вот, этого я и ожидала. После развития темы о необходимой мне нормальной официальной работе, речь должна была бы пойти о моей неустроенной личной жизни.

– Мам, пока, мне некогда!

Я вылетела за дверь. Сосед в это время вышел из своей квартиры с ведерком какой-то строительной смеси и шпателем.

– Алиса, вы не могли бы впустить меня в квартиру? Очень неудобно получилось, Ольга Петровна так расстроена…

– А вы предложите ей выпить кофе, – посоветовала я, снова с ностальгией вспомнив маму и соседа в виде семейной пары. – С тортиком. Хороший кофе и торт «Полет» вполне подойдут.

Спускаясь по лестнице, я услышала деликатный стук в дверь и приторный голос Николая Павловича:

– Ольга Петровна, а может сходим позавтракать в кондитерскую на перекрёстке? Там есть замечательные пирожные «Павлова» – безе с кремом. И кофе варят просто сказочный…

Я вылетела на улицу и быстрым шагом двинулась в сторону шумного проспекта. Не уверена, что мама пойдёт завтракать с соседом, и вообще я совсем не это имела в виду. Я представляла, что Николай Павлович принесёт маме тортик и кофе на дом в качестве извинения, но сосед понял меня по-своему. Ладно, в конце концов, они взрослые люди, и сами разберутся и с кофе, и с дырой в стене. А я спокойно поем в ближайшей пиццерии и подумаю, что делать дальше. Вернее, что делать, и так ясно – нужно встретиться с Владом. А вот как это сделать и что вообще ему говорить – большой вопрос. Если он с утра не пришёл ко мне и не позвонил, значит, муж почти наверняка не помнит ни меня, ни нашу свадьбу.

Я нащупала в кармашке сумочки кольцо и надела его на безымянный палец. Влада физически не хватало рядом. При мысли, что я могла бы его забыть и больше никогда не встретить, меня охватывал ужас. А ещё я чётко осознала, что никакой другой мужчина мне не нужен. Оказывается, это можно понять и за неполных три дня.

В кафе я заказала кусок пиццы с ветчиной и грибами и кофе латте. Даже если Николай Павлович сможет уговорить маму пойти в кафе, пиццерию она точно обойдет стороной. Мама не ест пиццу и вообще не понимает, как можно класть начинку на такое тонкое тесто.

Устроившись за столиком, я задумалась. Сегодня воскресенье, и Влад, возможно, сидит дома. Туда меня никто не пустит, даже если я доберусь до охраняемой территории. Да я и название этого поселка не спрашивала. Телефона Влада у меня нет. Зато я знаю, где он работает, и это уже немало. Пока что рано соваться к НИИ. Для начала я прогуляюсь к «брачному агентству» Мойры. Может, она все ещё там и прояснит, что вообще происходит? В конце концов, Лахесис говорила, что знает, с кем меня знакомить. Почему тогда передумала?

Минут через сорок я влетела в темноватый подъезд старого дома, словно созданный для того, чтобы стать декорацией для мистического ужастика. Скрипучие узкие ступеньки деревянной лестницы, полутьма, тесный коридорчик, низкий потолок – и никого вокруг. Правда, из-за дверей квартир слышались звуки, но они вполне подходили к общей неприятной атмосфере: собачий вой, крики капризного ребёнка, мрачная музыка с глубокими басами.

От сердца немного отлегло: табличка брачного агентства была на месте. Я постучала в хлипкую дверь, она сама собой приоткрылась. Серый кот, свернувшись, лежал у порога, он приоткрыл глаз и лениво посмотрел на меня. Я перешагнула через него и двинулись в комнату. Оттуда доносилось мерное постукивание спиц.

В комнате всё так же плела разноцветный узор на вязальных спицах полная старуха в платке и витали запахи трав.

– А, пришла? – без удивления произнесла она, не отрываясь от вязания. – Ну как тебе жених? Говорила же, знаю с кем знакомить.

На несколько секунд я растерялась. В голосе старухи прозвучала такая гордость, будто я пришла благодарить и приглашать её на свадьбу.

– Жених замечательный, лучше не придумаешь. Но зачем было всё разрушать? – только и выговорила я.

– А ты как хотела? – Мойра подняла на меня насмешливый взгляд. – Я тебе показала, как может быть, а дальше уже сама действуй. Реальность так сильно и надолго менять нельзя, я и без этих смешных учёных всё понимаю. Ишь, ищут они меня! – старуха неприятно рассмеялась. – Мне с ними болтать недосуг, да и по статусу что-то им объяснять не положено. Но мужу можешь передать, что Мойру нельзя найти, если она сама того не захочет.

– Да, но кольцо… – я растерянно посмотрела на безымянный палец. – Оно ведь из той реальности…

Золотой ободок на пальце тускло сиял в дневном свете.

– Непорядок, – строго сказала Лахесис. Она резко оборвала одну из нитей – жёлтую, солнечную, – и обручальное кольцо исчезло, словно растворилось в воздухе. – Нельзя одно с другим смешивать, никак не положено. Видать, сильно ты к той реальности прикипела, раз колечко осталось. А ведь Владомир два раза до этого пытался с тобой познакомиться, и ты отказывалась. Год назад, когда ты старый ножик на рынке покупала, и вчера.

Не помню, что было на блошином рынке, но вчера я, естественно, отказалась знакомиться с собутыльником местного алкоголика. Да и вообще я с большим недоверием отношусь к знакомствам на улице или в транспорте. Хотя для Влада надо было сделать исключение.

Действовать самой – это как раз понятно. Только в голове крутится куча вопросов, и я никак не могу определить, какой из них – главный.

– Владомир меня не помнит? – на всякий случай, уточнила я.

– Разумеется, – кивнула Мойра, привязывая к разноцветию ниток ещё одну.

– А события будут те же? – я изо всех сил пыталась привести мысли в порядок, но в голове царил сумбур. – Всё повторится?

Как ни странно, Мойра поняла, о чем я спрашиваю.

– То, что не было связано с тобой и вашей свадьбой, повторится, – сказала она.

– То есть алхимик создаст свой философский камень? – уточнила я.

– Да, – старуха широко улыбнулась. – Обязательно создаст. А я подожду, когда это произойдёт.

Похоже, у воплощенной судьбы своя логика, недоступная моему пониманию.

– Но зачем ждать, если вы уже сейчас можете остановить его? – спросила я.

– Это уже не твоего ума дело, – с усмешкой ответила Мойра. – Алхимик пока еще работает над философским камнем, а ты займись своими проблемами.

Своими так своими. У меня есть ещё вопросы. Например, сохранился ли у меня доступ в НИИ или к домику Радославы? Только у Мойры об этом лучше не спрашивать, а то она проделает еще какой-нибудь фокус. Кольцо исчезло, и допуски тоже могут исчезнуть. Лучше проверю всё сама.

– Но вы точно так же встретите алхимика во вторник утром около парка и столкнетесь с Владом? – поинтересовалась я.

– Вряд ли, – Мойра усмехнулась. – Твой Влад нам совершенно не нужен. Мы с алхимиком увидимся раньше, благо я буду в городе. И вообще, то, что тебе надо, я уже сказала. Хочешь замуж за Владомира, приложи усилие. Философский камень к вашей истории отношения не имеет и на судьбы мира никаким образом не повлияет.

Больше от Мойры я ничего не добилась, но и это было уже немало. По крайней мере, теперь всё зависит от меня, и можно не ждать от судьбы неприятных сюрпризов. Алхимик меня действительно интересовал только потому, что его с завтрашнего дня может начать искать Влад.

Теперь мой путь лежал к НИИ. Возможно, Влад на работе: Мойра-то решила остаться в городе, и на карте города это наверняка видно.

К старому зданию, в котором располагался засекреченный научно-исследовательский институт, я подошла без препятствий. Что там говорил Влад? Посторонний должен перед дверью вспомнить о неотложном деле? Ничего неотложного и сверхсрочного у меня не было. Самое важное и срочное дело сейчас – встретиться с Владомиром, а для этого надо войти в здание института. Я уже протянула руку к лакированной деревянной ручке входной двери, когда в сумочке ожил мобильник.

Пришлось отступить на несколько шагов в сторону и найти телефон в недрах сумки. Ну кто бы сомневался – звонила мама. Неужели этот звонок и должен сыграть роль срочного дела? Как-то слабовато для мощной магической защиты.

– Алиса, это просто неприлично, – с ходу начала мамуля, не дожидаясь моего ответа. – Ты оставила меня наедине с чужим человеком, с этим бабником!

– Николай Павлович неприлично себя ведёт? – сдержанно спросила я.

Честно говоря, сложно представить. Сосед всегда общался с мамулей очень вежливо, интеллигентно.

– Разумеется, нет. Но всё равно это неудобно, – заявила мама. – Оставь хоть сегодня в покое старьё на рынке, ты мне нужна.

М-да, как-то несерьёзно звучит для неотложного дела. Никакой необходимости в моем присутствии в квартире нет. Мамуля скромничает, она прекрасно сама разберётся с соседом, даже если он действительно начнет вести себя не слишком прилично.

– У меня собеседование по поводу работы, – не задумываясь, выпалила я. – В очень престижном заведении.

– В воскресенье? – недоверчиво спросила мама. – И что это за место?

– Потом расскажу, мне некогда.

Я сбросила звонок и поставила телефон на беззвучный режим. Мама постоянно твердит, что мне нужна нормальная работа, так что должна на время успокоиться, но звук все же лучше отключить. Не хватало только, чтобы телефон начал трезвонить в коридоре НИИ.

В принципе, я не совсем соврала. В реальности, созданной Мойрой, я работала с Владомиром. Теперь  же развитие событий во многом зависит от меня. Возможно, когда-нибудь Влад снова возьмёт меня к себе помощницей. Правда, для начала нам надо познакомиться заново.

Я снова подошла ко входу. Телефон в сумке завибрировал, но отвлекаться на него я не собиралась. Дверь поддалась легко, и я шагнула в знакомый вестибюль. Посмотрим, что там за иррациональный ужас охватывает тех, кто приходит сюда без приглашения. Я подождала несколько секунд. Страха не было. Шаг, ещё шаг. Ничего похожего на ужас, я не чувствовала.

По коридору первого этажа, правда, шла с опаской, но вполне объяснимой. Не может быть, чтобы всё оказалось легко и просто. По закону подлости, должна произойти какая-нибудь пакость.

И она действительно произошла.

Одна из дверей распахнулась, и я нос к носу столкнулась с Анжеликой. Красотка в шортиках, больше напоминавших плавки, и в открытой маечке на бретельках выглядела так, будто явилась на пляж. Правда, почему-то в босоножках на высоченных каблуках. Анжелика посмотрела на меня с лёгким удивлением.

– Добрый день, – машинально проговорила я.

– Здравствуйте. Вы к кому? – официальным тоном поинтересовалась она.

– К Владомиру Журавлеву, – не моргнув, ответила я.

– А, обмен опытом… – понимающе протянула Анжелика. – Только Владомир сегодня в кабинете вряд ли появится. О визитах по обмену нужно официально предупреждать хотя бы за день. Помощь нужна?

– Вы не могли бы дать его телефон? – спросила я. – Всё-таки редко выпадает возможность поискать Мойру.

Надеюсь, я все правильно делаю. Если у них существует какой-то обмен опытом, то в НИИ наверно мог бы явиться человек из дружественного учреждения. Вряд ли информация о Лахесис – закрытая.

– Телефоны сотрудников не даём, – до противности официальным тоном ответила Анжелика. – Можем организовать гостиницу или портал к вашему месту работы. Спишитесь с Журавлевым официально, договоритесь о встрече.

– Понятно, спасибо. До свидания, – я двинулась к выходу.

– До свидания, – прохладным голосом проговорила мне в спину Анжелика.

Если бы я спросила у красотки электронный адрес Влада, она могла бы насторожиться. Что за сотрудник прибыл по обмену опытом, не имея никаких контактов того, с кем должен поработать? Что ж, первый блин никогда у меня не получался. Ну и какие на сегодня есть варианты?

Засесть на лавочке недалеко от НИИ неперспективно. Анжелика чётко сказала, что Влад вряд ли сюда приедет. В общем-то это неудивительно, у него, в конце концов, выходной.

На лавочку я все же присела и задумалась. Влад может сидеть дома или ездить по городу. В любом случае, вероятность встретиться с ним очень мала. Зато есть человек, который почти наверняка сейчас дома и который может поверить в мою историю.

Помнится, Радослава открыла мне дорогу к своей избушке. Вопрос только в том, как добраться до рощи, где обосновалась ясновидящая.

Глава 10

Посмотрев карту дорог в интернете, я примерно представила, куда мне хотелось попасть. Нужная роща находилась километрах в семнадцати-восемнадцати от города. Для человека с машиной это не расстояние, а вот что делать обычному пешеходу вроде меня? Такси в рощу вряд ли повезёт. Купить билет на автобус до ближайшего посёлка? Ну, допустим, куплю и попрошу водителя высадить меня у рощи. Представим даже, что он согласится. А обратно я как вернусь? Автостопом одной добираться страшновато.

Решение пришло неожиданно. Ну конечно! У меня есть приятельница Маша, и она постоянно бегает к каким-то бабкам снимать то порчу, то сглаз, то венец безбрачия. Правда, у меня такое ощущение, что эти аферистки снимают с доверчивых девушек только лишние деньги. И, что важно для дела, у Маши есть машина. Нехорошо использовать людей в своих целях, но очень уж удобно получилось бы. Если очень повезёт, я выясню, как связаться с Владом, а Маша получит профессиональную консультацию от настоящей ясновидящей Радославы. А если гадалка не захочет нас выслушать или я не найду к ней дорогу, так хотя бы буду знать, что пыталась использовать этот вариант.

Я вынула из сумочки мобильник. На экране отражались четыре пропущенных звонка от мамы и восемь её сообщений. Я пробежала взглядом сообщения. Ничего нового: маме не хочется сидеть наедине с соседом, и она пытается вызвать меня домой. Надеюсь, Николай Павлович всё же уговорил её сходить в кафе. Я была бы рада, если бы они стали такой же парой, как в созданной Мойрой реальности.

Маша взяла трубку после четвёртого гудка и сонным голосом буркнула:

– Алё.

– Машунь, привет, – жизнерадостно начала я. – Разбудила?

– Привет, – сонным голосом отозвалась она. – Я в воскресенье долго сплю. Что хотела?

Начало не радовало, но отступать я не собиралась.

– К бабушке одной съездить хотела, – я на всякий случай огляделась по сторонам. Поблизости никого не было. – Говорят, ясновидящая, думаю у неё про личную жизнь спросить.

– Что за бабушка? – голос Маши немного оживился.

– Зовут Радослава. Она живет за городом, причём так запряталась, что попробуй найди.

– Слышала, – приятельница заговорила с откровенным интересом. – Говорят, у этой бабки  избушка в роще, и к ней мало кто может попасть. Она даже своих же белых ведьм не всех принимает. И никто не может внятно сказать, где её можно найти.

– Рощу я знаю, – чувствуя себя змеем-искусителем, протянула я. – Можно поискать избушку. Только я одна боюсь. Не хочешь?..

Договорить Маша не дала. Конечно же, приятельница хочет пообщаться со знаменитой ясновидящей и узнать у Радославы, что почистить в ауре или карме, какие пакости ещё можно с себя снять и как защититься от них впредь. В общем, можно подходить к Маше, минут через сорок она будет готова выехать.

Я немного погуляла по улицам, съела мороженое и купила бутылку воды. Наверняка в такую жару захочется пить, и ещё неизвестно, откроется ли в роще тропинка к избе Радославы. Допускаю, что в роще мы можем провести довольно много времени и вернуться ни с чем.

Ещё сильнее я засомневалась в успехе, когда вошла во двор Машиной девятиэтажки. В автомобиле уже ждала не только Машуня, но и её мама и какая-то бледная дева в длинном темном платье, с покрытой платком головой и возвышенно-скорбным выражением лица.

– В компании веселее, – радостно прощебетала приятельница. – И в роще не страшно будет, и избушку больше шансов найти. У нас у всех к Радославе свои вопросы найдутся.

– Не знаешь, сколько она берет за сеанс? – деловито поинтересовалась Машина мама.

– Н-нет.

Я смотрела на эту компанию, и затея казалась мне всё более неудачной. Вряд ли Радослава откроет свою секретную тропу четверым людям, явившимся без предупреждения.

– Вы же незнакомы, – Маша завела мотор и повернулась ко мне и скорбной деве. – Алиса, это Митрофания.

– Имя какое-то… Не наше, – недовольно пробурчала девица.

– У тебя и в паспорте так написано – Митрофания? – не осталась в долгу я.

– В паспорте – мирское имя, а Митрофания – это для посвящённых, – с достоинством заявила она. – Это имя, под которым меня будут знать. Только надо выяснить, насколько у меня сильный дар. Надеюсь, попаду к Радославе в ученицы.

Я сильно сомневалась, что ясновидящая жаждет учить своему мастерству торжественно-скорбную деву. Хотя Радослава упоминала, что ей нужна ученица. Если Митрофания, или как там её на самом деле зовут, подойдёт на эту роль, шансы поговорить с ясновидящей увеличатся. Но что-то подсказывало мне, что в этот раз пирожками нас кормить не станут, и встреча будет менее приветливой. Если эта встреча вообще состоится.

По дороге Машина мать поинтересовалась, откуда я узнала о Радославе и кто дал примерные координаты засекреченной ведьмы.

– Я обещала этого никому не говорить, – выдохнула я. – С меня клятву взяли. Серьёзную.

Надеюсь, после этого вопросы прекратятся. По идее, есть же в магии какие-то клятвы здоровьем, жизнью или ещё чем-то ценным? Судя по тому, как закивали все трое, ответ был правильным. Я покосилась на Митрофанию. Она понимающе кивнула и проронила:

– Да, на тебе очень серьёзная клятва.

Я еле сдержала нервный смешок. Что-то не похоже, чтобы у этой девицы был «дар». Радослава за несколько секунд поняла бы, что я нагло вру, а вот Митрофания этого не видит.

Машина выкатилась на трассу. Я пристально уставилась на дорогу.

– Алис, Радослава знает, что ты можешь подъехать? – уточнила Маша.

Имя ведьмы она произнесла с восторженным придыханием. Многие верующие с той же интонацией говорят о святынях. Мне не дано понять, почему для таких, как Машуня, всякие бабки-гадалки становятся почти наркотиком. Никогда не ходила ни к ясновидящим, ни к ведьмам и считала, что проблемы можно решить без них. В конце концов, обсудить личную жизнь можно с психологом, а сложности со здоровьем – с хорошим врачом. Если бы не Влад, я бы и не подумала ехать к Радославе.

– Может знать, она ведь ясновидящая, – я пожала плечами. – Сейчас не отвлекай, а то могу пропустить рощу.

Поворот к посёлку с домом Влада я узнала сразу. Значит, роща где-то совсем недалеко. Видела я её только ночью, но вряд ли тут будет с чем перепутать. Пока что с той стороны тянулось радостно-жёлтое поле обласканных солнцем подсолнухов. Сменявшие его деревья показались на фоне ярких цветов мрачноватыми.

– Сюда, – я кивнула на приближающиеся деревья.

Маша послушно съехала на обочину и аккуратно подкатила машину поближе к роще.

При свете дня она выглядела ещё таинственнее, чем ночью. Деревья здесь росли разные – и совсем молодые, тонкие, и необхватные, вековые. Мой взгляд сразу выхватил высокие клены, огромный орех, тонкие березки и выглядывающую из зарослей сорной травы пушистую малютку-ель. Стволы у всех деревьев были искривленные, причём в одну сторону, вглубь рощи. Несмотря на яркое солнце казалось, что там темно. Деревья росли близко друг к другу, так, что кое-где их ветви переплетались.

Мы вышли из машины со спасительным кондиционером. Я вдохнула полной грудью. Пахло, как и прошлым вечером, – в воздухе смешались ароматы разных трав, деревьев, полевых цветов.

Я шагнула к роще. Туда, где, как я помнила, открывалась тропа. Однако в этот раз тропы не было. Понять бы только, это из-за посторонних, которых я веду с собой, или открытая в прошлой реальности дорога старой ясновидящей теперь перестала работать?

– Вот это энергетика! – глаза Митрофании восторженно загорелись. – Потрясающе! Да, Радослава живёт где-то недалеко. Я её чувствую.

– Предлагаю разделиться! – выпалила я. – Пойдём в разные стороны, телефоны держим в руках. Кто найдёт дом Радославы – звонит остальным.

– Я пойду направо. Я ощущаю там очень светлую и сильную энергию! – оживленно проговорила Митрофания.

– Мы с Машенькой пойдём слева, недалеко от дороги, – решительно выбрала самый безопасный путь Машина мать.

А мне, значит, остаётся прямо. У маленькой компании были такие торжественные лица, будто они стояли у сказочного камня с надписью: «Направо пойдёшь – коня потеряешь…»

Внезапно в голове возникла посторонняя и навязчивая мысль, которую словно проговаривал-тараторил голос Радославы:

– Направо пойдёт – ничего не найдёт, налево пойдут – ничего не найдут. Прямо пойдёшь – поглядим, что найдёшь.

Я с облегчением улыбнулась. Не уверена, что старуха меня помнит, но, по крайней мере, даёт знак, что искать её – не совсем безнадёжное дело. Я решительно двинулась в самую гущу сорняков, ругая себя за то, что надела платье. Могла бы и сообразить, что могу поехать сюда, и в джинсах в роще будет гораздо удобнее. Справа и слева за деревьями с каждым шагом отдалялись от меня попутчицы. Я отметила, что Маша и её мать выбирают дорожку поудобнее. Митрофания наоборот ломилась через рощу, сминая все на своём пути, словно слон через джунгли. Я не торопилась, вглядываясь в кривые стволы деревьев, словно указывающие направление. А если и правда указывают?

С каждым моим шагом сорняки становились все реже, передо мной вырисовывалась узенькая тропка. Ноги нещадно зачесались от какой-то растительной пакости неизвестной породы. Я ускорила шаг. В тени деревьев было прохладно, я шла мимо дубов, берёз, сосен, отмечая, что они тоже словно слегка расступаются.

Вот и просвет между выстроенными в шеренгу кленами. Я почти выбежала на знакомую поляну, посреди которой стояла крепкая бревенчатая изба, а недалеко от неё был выложен колодец из бревнышек.

Днём жилище Радославы не показалось мне таким мрачным, как ночью. Расписные под хохлому ставни были открыты, на подоконниках росли цветы в горшках. Вокруг избушки зеленела трава, в ней выделялись яркие, жёлтые и седые, белые головки одуванчиков. На свету я обратила внимание, что здоровенных сорняков на поляне не было. Зато тут росли чабрец, подорожник, тысячелистник и ещё травки, которых я не знала, но была почти уверена, что они лекарственные или для чего-то полезные. Небольшие заросли крапивы не портили картину, я заметила, что несколько стеблей аккуратно срезаны. Не знаю уж, что делает со жгучей крапивой Радослава, но заросли тоже для чего-то нужны ясновидящей.

Я подошла к крыльцу, пытаясь сообразить, с чего вообще начать разговор. Попробуй объяснить, кто я и что мне нужно!

Постучать не успела, хозяйка открыла дверь сама и смерила меня пронизывающим взглядом.

– Здравствуйте, Радослава, – начала я.

– Предупреждать о приходе надо, – буркнула она. – А то у меня человек сидит, а тут ты явилась, да ещё с компанией каких-то малахольных дамочек, – старушка скривилась.

– Я бы без них не добралась, – призналась я. – Мне очень нужно с вами поговорить, пожалуйста. Можно я подожду, пока человек уйдёт?

– Пришла бы без дела, ты бы меня и не нашла, – она хмыкнула. – Дара у тебя нет, я тебя не знаю. Ну и откуда ты такая взялась? – взгляд Радославы стал оценивающим.

– Долгая история, а у вас человек сидит, – упавшим голосом напомнила я.

Ведь готовилась к тому, что Радослава меня не узнает, а всё равно грустно. Как теперь убедить ее, что мы позавчера вечером пили у неё чай с пирожками, и это был понедельник?

– В чем ты там меня убеждать собралась? – прищурилась старуха. – Ты просто вспомни то, что хочешь мне рассказать, я и так увижу.

Я вздрогнула от неожиданности. Как она это делает?

– И давай-ка скорее, – поторопила Радослава, глядя мне в глаза.

Да уж, попробуй тут разбери, с чего начать! То ли с Мойры, то ли с НИИ, то ли со свадьбы… А может, с посиделок за пирожками?

Старуха не отрывала от меня взгляда. Её брови медленно двигались друг к другу, на лбу отчётливо вырисовывалась каждая морщинка.

– Не мельтеши! – прикрикнула она. – Я за тобой не успеваю. Мойра реальность меняла, это я поняла. Потом всё, видать, на место вернулось, так?

Я кивнула.

– Ты в НИИ работаешь? – уточнила Радослава.

– Нет, но в той реальности работала, – я попыталась представить схему города с красными и жёлтыми точками, а потом её же, покрытую серой паутиной тонких линий.

– Так, – медленно проговорила старуха. Мышцы её лица расслабились, взгляд стал обычным, послеповато-прищуренным. – Ну а ко мне-то ты зачем пришла?

– Помогите мне связаться с Владом, – выдохнула я.

Губы Радославы дрогнули, словно она старалась сдержать улыбку.

– Мойра умеет составлять пары, – старуха прищелкнула языком. – Он тебя не помнит, ручаюсь. Но с утра Владомир звонил какой-то… не такой, как обычно. Сам говорил, чувство, как будто потерял или забыл что-то очень ценное. Ну, заходи, подождешь немного, потом подробно всё расскажешь.

– Там компания, которая меня сюда привезла, по роще ходит, – с сомнением начала я. – Неудобно, они же будут меня искать…

– Сюда их не пущу, – перебила Радослава. – Даже не надейся. Ещё я на пустозвонок всяких времени не тратила. Таким только открой дорогу к избе, потом не избавишься. Всё у них в порядке, у всех троих, никаких магических воздействий на них нет. Пусть ерундой не занимаются и шарлатанкам всяким деньги не носят. Эту, что траву потоптала и кусты переломала, я видеть даже рядом с рощей не хочу. Дар у неё! – старуха фыркнула. – Нет у неё никакого особого дара, только спесь, глупость и самообман. Пусть погуляют, воздухом подышат, воздух тут очень полезный.

– Может, просто дадите мне телефон Влада, и мы назад поедем? – осторожно спросила я. – Вы ведь заняты…

– Владомир минут через двадцать-через полчаса сам здесь появится, – Радослава подмигнула мне и крепко вцепилась в мою руку выше локтя, словно боялась, что я убегу. – Так что пойдём. Сейчас клиента отправлю, супчик крапивный поедим, расскажешь всё подробнее…

Радослава с неожиданной для хрупкой бабушки силой тащила меня в дом. Сопротивляться я и не собиралась. В такое везение сложно было поверить. Пожалуй, это самый лучший вариант – встретить здесь Влада. Правда, я ещё не определилась, что могу ему сказать.

Немного мучила совесть по поводу моих спутниц, бродивших по роще в поисках избушки. В общем-то я не обещала, что Радослава их примет, сказала только, что знаю, где искать. Да и воздух в роще действительно замечательный.

Даже не знаю, что делать с попутчицами потом, когда появится Влад. Впрочем, тогда и посмотрим, как поступить и что говорить Машуне и компании. В конце концов, я могу в смягченной форме передать всем то, что сказала Радослава.

В знакомой то ли комнате, то ли кухне за столом сидели ухоженная дама и уже известный мне по фоткам мужчина – потомок инкубов, Глеб. Он скользнул по мне взглядом «с огоньком». Подозреваю, что этот взгляд у него бессознательный, привычный. Во всяком случае, Глеб тут же отвернулся к своей спутнице. Дама лет на пятнадцать старше него нервно накручивала на палец прядь чёрных волос и жевала собственные губы.

– Там подожди пока, – Радослава кивнула мне на табуретку у окна и уселась напротив своих гостей. – Ну что, я тебе, красавица, всё сказала-расписала. Теперь решение за тобой.

– То есть бизнес не спасти? – хмуро уточнила дама.

– Это только от тебя зависит, – отрезала старуха. – Не я же бизнес-леди, а ты. Я ручаюсь, что магических воздействий на тебя нет. Зависть есть, это да. Ну так любому человеку из-за чего-нибудь да завидуют. Интриги есть, ну к ним тебе, я так понимаю, не привыкать.

– А крыса среди моих сотрудников есть? – деловито спросила дама.

– Крысы в подвалах живут, – суховато ответила Радослава. – А предатели есть. Один среди сотрудников, другой – прямо в твоем доме устроился.

Дама с откровенным подозрением покосилась на Глеба. Он закатил глаза.

– Не смотри, не он это, – проронила Радослава. – А был бы Глебушка предателем, точно сюда бы тебя не привёл. Всех вспоминай, кто в доме живет.

– Дочка, племянник – и всё. Да не могла Ленка, ей четырнадцать лет всего…

– Вспоминай, кого ночевать оставляешь, – с нажимом сказала Радослава.

– Ну ходит ко мне мужчина, – нехотя ответила гостья. – Только я с ним о делах не говорю.

– И правильно, – одобрила ясновидящая. – Он тебе не для того нужен. Ещё кто ночует?

– Да никто. Свои все, – дама пожала плечами. – Мама, подруга…

Она осеклась и уставилась в пространство так, словно увидела там привидение.

– Вот, – кивнула Радослава. – Замечала, что у подружки деньги появились?

– Она говорила, наследство неожиданно получила, от одинокой дальней родственницы, – медленно протянула дама. – И машину купила, и квартиру присматривает побольше. И о своих делах я ей много чего рассказывала.

– Вот тебе наука: впредь язык не распускай, – Радослава хмыкнула. – И не вздумай подружке что-нибудь высказать. Хотя кого я учу…

Дама улыбнулась и сделалась похожей на сытую змею. Не знаю, насколько напакостила ей подруга, но не сомневаюсь: эта женщина отыграется на предательнице по полной программе.

– Конечно, не выскажу, – протянула она. – И пить вместе дальше будем, и ночевать пусть остаётся. И даже про дела буду рассказывать. Только немного не договаривая… – дама улыбнулась ещё шире. – А среди сотрудников кто? – её тон снова стал деловым. – Я так понимаю, это Рома?

– Не знаю, как зовут, – пожала плечами Радослава. – Темненький, пронырливый, как хорёк, часто у тебя в кабинете бывает. И с твоей подружкой роман крутит.

– Рома, – дама кивнула. – Благодарю, вы мне очень помогли. Можно будет заехать к вам недели через две?

– Через Глеба договоришься и подъезжайте, – без энтузиазма согласилась Радослава.

Я заметила, что дама положила на стол несколько крупных купюр. Деньги тут же исчезли в кармане тёмного платья Радославы.

– Девушка, вас подождать? – галантно спросил Глеб, уставив на меня взгляд опытного соблазнителя.

– Нет, спасибо, – вежливо ответила я.

– Опять за своё, – тихо, но отчётливо пробормотала дама.

– Не стесняйтесь, мы можем отвезти вас в город, – обаятельно улыбнулся Глеб.

Дама раздражённо вздохнула и пробормотала что-то о горбатом и могиле.

– Девушку Влад отвезёт, он скоро приедет, – рявкнула Радослава. – Глеб, у меня мало времени. Твоей тёте я помогла, теперь у меня следующий человек. И ещё, если встретите в роще дамочек, которые спросят обо мне, скажите, что я не принимаю.

Глава 11

Проводив гостей, Радослава поставила на стол две глиняные плошки с супом с зеленью и мисочку с сухариками. Бульон из крапивы оказался неожиданно сытным и наваристым. За обедом я рассказывала хозяйке о трех днях в созданной Мойрой реальности. Она слушала, не перебивая, без удивления, и подслеповато щурила глаза.

– Что собираешься говорить Владомиру? – поинтересовалась Радослава, когда я умолкла.

– Не знаю, – призналась я. – Наверное, все, как есть.

В глазах ясновидящей зажглись хитрые огоньки. Старуха сделалась похожа на хитроумных свах из старых комедий.

– А ты не сильно спеши с признаниями, – она потрясла над столом указательным пальцем. – Посмотри сначала, как у вас разговор пойдёт. Я вас познакомлю и минут на десять наедине оставлю. Назад в город с Владомиром поедешь. Дай ему за тобой поухаживать, всё рассказать ты всегда успеешь. Пусть сначала заинтересуется, попривыкнет…

– Думаете, заинтересуется? – с сомнением спросила я.

– Если уж вчера во время работы пытался с тобой познакомиться, значит всерьёз ты ему понравилась, – широко улыбнулась Радослава. – Владомир – не Глеб, ко всем попало не цепляется, а уж когда работает, вообще девушек не замечает, – она замолчала и прислушалась к тишине за окном. – Уже подходит. Ох и упрямых девиц ты с собой притащила, – старуха усмехнулась. – Они там всерьёз рощу прочесывают. С такой энергией диссертацию защитить можно было бы или как эта, – Радослава неопределённо махнула рукой в сторону двери, – свой бизнес открыть. А они дурью маются!

– Может, я выйду, скажу, чтобы уезжали без меня? – спросила я.

С трудом представляю, как буду объясняться с компанией, но не могут же Маша с мамой и подругой бродить по роще час, а то и больше.

– Сама скажу, – отмахнулась Радослава. – Так уж и быть, выйду и всех отсюда отправлю. А ты как раз с Владом пообщаешься. Вот и он показался, – она ткнула пальцем в окно.

Сердце нырнуло вниз, затем резко скакнуло вверх и бешено заколотилось. Влад быстро шагал к избе, вид у него был сосредоточенный. Я почувствовала, как губы растягиваются в счастливой улыбке.

Радослава встала и, прихватив грязные тарелки, резво двинулась к выходу.

– День добрый, – донёсся с крыльца голос Влада.

– Добрый, – ворчливо сказала Радослава. – Ох уж и добрый сегодня день. Умаялась! То Глеб по своим делам явился, теперь малахольные девицы по роще меня ищут… Ты, Владик, проходи, а я сейчас подойду. У меня там ещё девушка сидит, ну да вы с ней друг другу не помешаете. Как раз и прихватишь с собой в город, а то ей вернуться не на чем…

– У меня разговор не для чужих ушей! – резковато произнёс Влад.

– И у неё тоже. Ко мне с такими разговорами обычно и ходят. Ничего, если надо будет – один на полянке погуляет, с другим поговорю, – невозмутимо ответила Радослава. – Заходи. Там пирожочков в миске возьмите, голодный же, как обычно. А я сейчас…

Скрипнуло крыльцо. Радослава неожиданно резво для своего возраста припустила через поляну. Влад шагнул через порог. Наши взгляды встретились, в его глазах мелькнули интерес и лёгкое удивление.

Как же трудно, когда человек, которого я люблю, полностью забыл то, что между нами происходило. Влад смотрит на меня как на незнакомку, а я помню совсем другой взгляд, помню его руки на своём теле, вкус его поцелуев…

– Здравствуйте, девушка, – Влад улыбнулся. – Не захотели знакомиться со мной вчера?

Хорошо хоть, это помнит.

– Здравствуйте, – выдавила я. – Это вы вчера пили около моего подъезда?

Да уж, трудно будет вести себя так, будто я его не знаю.

– Я? – он сел напротив и облокотился о стол. – Да я и не пил почти. С вашим соседом надо было поговорить, а бутылка оказалась просто необходима для коммуникабельности. Не ожидал встретить вас здесь. Похоже, нам судьба познакомиться, – он улыбнулся. – Меня зовут Влад, я – научный сотрудник, работаю в экспериментальном НИИ. Не женат.

Я улыбнулась в ответ. Ну да, в этой реальности он действительно пока что не женат.

– Алиса. Фрилансер. Не замужем, – ответила так, как говорила бы незнакомому человеку, который мне понравился.

– И что же привело вас сюда? – Влад картинно обвел рукой деревянные стены. – Неужели уговорили Радославу погадать на жениха?

– Нет, – я кинула быстрый взгляд в окно. Хозяйки не было видно. – Я потом тебе… – я осеклась. – Вам расскажу.

– Да можно и на ты, – Влад улыбнулся. – А потом – это когда?

– Позже, – я чувствовала себя все более неуверенно.

– Позже – это радует, – весело сказал Влад. –  В первый раз девушка сама намекает мне на свидание. Ну и что ты делаешь сегодня вечером? – в его глазах заплясали шальные огоньки.

– Видимо, встречаюсь с тобой.

– Договорились, – Влад улыбнулся. – Тогда давай свой телефончик. У меня есть одно дело недалеко от твоего дома, как освобожусь – позвоню.

Почти уверена, что Владомир собирается заглянуть в агентство «Нити судьбы». Не знаю, что он хочет сказать Мойре, но Влад зря потратит время. Лахесис категорически не желает с ним разговаривать.

– Ты по этому делу хочешь посоветоваться с Радославой? – осторожно спросила я.

– Да, – он стал серьёзным и сразу как будто отдалился от меня. – Извини, Алиса, но у меня к ней конфиденциальный разговор. Без обид, погуляешь немного по поляне, когда Радослава вернётся?

– Погуляю, – согласилась я. – Только у тебя с твоим делом все равно сегодня ничего не получится.

Влад окинул меня внимательным взглядом. Надо же было мне это ляпнуть! Когда волнуюсь, я вообще могу сказать много лишнего.

– Может, знаешь, чем я занимаюсь? – он прищурился.

– Ты сам сказал, что работаешь в НИИ, – я пожала плечами.

Почему бы не заинтересовать Влада сразу и достаточно сильно? Секунда на принятие решения. Он немного расслабился, видимо, решил, что я просто интересничаю, изображая из себя провидицу.

– Лахесис просила передать, что её нельзя найти, если она сама этого не захочет, – сказала я. – И что ей недосуг и не по статусу что-то объяснять учёным из вашего НИИ.

Влад уставился на меня так, будто с ним заговорила печка Радославы. После бесконечно долгой паузы он медленно произнес:

– Любопытно. И какое отношение ты имеешь к Лахесис?

– Такое же, как и ты. Я для Мойры – просто случайный человек, – я нервно улыбнулась. – Ещё она сказала, что нельзя сильно и надолго менять реальность, и она сама об этом знает, поэтому уже вернула всё, как было. Ты, конечно, можешь спрашивать о ней у Радославы, но Лахесис не собирается встречаться с тобой. Она ждёт…

Я прикусила язык. Да что ж он сегодня мелет столько лишнего! Обрадовалась, что встретила Влада, и расслабилась. Но Влад-то ничего не помнит о той реальности, и сейчас я выгляжу в его глазах, мягко говоря, странно.

– В общем, я уверена, что сегодня в городе точно будет тихо, – неловко закончила я.

– Из какой ты организации? – Влад спокойно улыбнулся. – Сказала бы сразу, что мы – коллеги. Это ведь ты приходила сегодня в НИИ?

– Анжелика сообщила? – я поморщилась.

Вот вредина! Не могла позвонить Владу при мне!

– Да, она удивилась, что ты пришла в выходной день и без предупреждения. Так откуда ты и как вышла на Радославу?

Краем глаза я увидела через окно быстро движущееся чёрное пятно. Хозяйка избы подходила к крыльцу, поправляя складки на своём рабочем тёмном балахоне.

– Потом расскажу, – пообещала я. – Кстати, куда мы пойдём вечером?

– Можем покататься на кораблике на Набережной, – предложил Влад. – Посидеть в каком-нибудь кафе на твой выбор, просто погулять. Или пойти, куда ты захочешь.

Больше всего мне хотелось к Владу домой, но позвать меня туда он должен сам. Я и так за несколько минут наговорила гораздо больше, чем нужно.

Радослава вошла с какими-то тонкими гибкими прутиками в руках и положила их на стол.

– Это для того, кто попозже сюда заявится, на лекарство, – объяснила она. – Выпроводила я тех девиц, больше так не делай, – старуха с усмешкой посмотрела на меня. – Хотя у тебя больше и не будет проблемы с тем, чтоб сюда добраться. А что ж вы пирожков не взяли?

– Радослава, что происходит? – жёстко спросил Влад. – Что у вас делает Алиса?

– Алиса по своим делам пришла, ты – по своим, – уклончиво ответила та, присаживаясь  за стол. – Я о клиентах не рассказываю. Все вопросы самой Алисе задавай. Вот она, перед тобой сидит.

– Если не рассказываете, то почему она полностью в теме? – продолжал Влад. – Знает и об институте, и о Мойре.

Радослава кинула на меня укоризненный взгляд и покачала головой.

– Это ты у Алисы спрашивай, – повторила она. – Ко мне у тебя вопросы есть?

– Мне нужно точно определить место на карте, – Влад положил перед ясновидящей включённый телефон.

Я уставилась на экран. Похоже, выставлять меня за дверь никто не собирается. Да и смысла в этом нет, раз я и так "в теме".

На экране телефона высвечивалась вполне обычная карта города. Только район, где обосновалась Мойра, был выделен большим серым пятном с красной точкой посередине.

Радослава мельком посмотрела на экран, затем повернулась ко мне.

– Ты же знаешь точный адрес? Ну и свози Владомира на экскурсию. А то ведь не уймётся, пока сам не убедится, что Мойра не хочет с ним говорить. И вообще, идите-ка оба отсюда, – неожиданно сварливо сказала Радослава, – я отдохнуть хочу. Покатаетесь, поговорите, глядишь и договоритесь до чего-нибудь путного. Я вам обоим сегодня без надобности.

Через несколько минут мы уже сидели в машине Влада и доедали пирожки, которые Радослава сунула нам «на дорожку».

– Так из какой ты организации? – повторил вопрос Влад.

– Не из какой. Я действительно фрилансер, – ответила я. – Веду блог, покупаю и перепродаю антиквариат.

– Тебе говорили, что ты на лису похожа? – он хмыкнул. – И хотел бы поверить, но не получается. Не мог обычный посторонний человек так просто гулять по коридорам НИИ. Для этого нужно разрешение.

Да, этот момент действительно стоит прояснить, а то Влад неизвестно до чего додумается и не будет верить ни одному моему слову.

– У меня было разрешение, но… В другой реальности, – нехотя сказала я. – Наверное, для НИИ это не имеет значения. Я спокойно туда вошла и ни капли ужаса не чувствовала.

– Так, – Влад сделался очень серьёзным. – И сколько по времени продолжалось изменение реальности?

– Три дня, – ответила я.

Эх, видимо, так и не получится у нас с Владом первого свидания как у нормальных людей. Да и не могу я воспринимать его как незнакомца. Какое первое свидание, если у нас уже была первая брачная ночь?

– В той реальности я работала в вашем НИИ твоей помощницей, – осторожно издалека начала я. – Тебя зовут Владомир Журавлев. Твой кабинет находится на втором этаже института, первая дверь по коридору. Твоя мать, Татьяна Васильевна, занимается разработкой какой-то необычной косметики  в НИИ, и у неё роман с шефом, Василием Игнатьевичем. Ты живёшь в посёлке…

Я перечисляла всё, что успела увидеть, и всех, с кем познакомилась за прошедшие три дня.

– Верю, убедила, – остановил меня Владомир. – У меня сразу вопрос. У нас с тобой в той реальности были только служебные отношения?

– Мы жили вместе, – поколебавшись, сказала я.

Не огорошить же Влада рассказом о свадьбе! Этого пока будет достаточно.

– Я так и подумал, – он улыбнулся. – Вряд ли я мог там не обращать на тебя внимания, Лиса-Алиса.

Я вздрогнула от неожиданности.

– Ты точно ничего не помнишь? Ты меня так и называл.

– Я помню, что вчера увидел тебя около подъезда, когда разговаривал с местным алкоголиком, и что ты не захотела со мной разговаривать. В принципе, понятное дело, предстал я перед тобой вчера не в лучшем свете. Честно говоря, собирался на днях подстроить случайную встречу и всё же познакомиться с тобой. А теперь оказывается, что Мойра меняла именно нашу с тобой реальность.

– Собирался познакомиться? – переспросила я, чувствуя себя счастливой.

– Ну да. Понравилась девушка, адрес знаю, – Влад смотрел мне в глаза. – Случайную встречу устроить не сложно. Алис, может, ты все же расскажешь про Мойру и ту реальность сейчас? Где ты встретилась с Лахесис?

Ладно, сейчас так сейчас. Раз я ещё тогда, у подъезда, настолько понравилась Владу, можно не удерживать его рядом с собой на интересе к Мойре. И я подробно рассказала обо всем, что касалось НИИ, и о странной свахе, умолчав о свадьбе.

– То есть завтра алхимик создаст философский камень, и Лахесис этого ждет? – Влад нахмурился. – До этого всё было более-менее логично. Мойра развлекалась, экспериментируя с реальностью, свела две пары, потом снова развела их, оставив тебе память при обоих изменениях. Но зачем Лахесис ждать того, что она легко может предотвратить?

Я развела руками. Для меня поведение Мойры было сплошной загадкой.

Влад завёл мотор и включил кондиционер.

– Давай-ка все-таки съездим в брачное агентство Лахесис, – сказал он. – А потом уже на кораблик, в кафе и ещё куда захочешь.

Я мысленно ликовала. Значит, вечера ждать не будем, свидание уже началось. Я объяснила Владу, куда ехать, и машина медленно выкатилась по бездорожью на трассу. В сумке завибрировал телефон, издавая гневные гудки. Я со вздохом достала мобильник. Кто бы сомневался – снова мама.

– Алиса, всему есть предел. Это уже просто неприлично, – зашипела она. – Николай Павлович закончил штукатурить дыру и сдирает в комнате обои. Он решил их полностью переклеить!

– А что тут плохого? – сдерживая смешок, спросила я.

Кажется, сосед намерен ближе познакомиться с моей мамой. Лучшего предлога, чем ремонт в квартире, и не найти. Интересно, Николай Павлович действительно случайно просверлил вчера окошко в мамину комнату? По-моему, такую дыромаху можно было сделать только намеренно.

– Я не хочу находиться с ним наедине. Это просто неудобно! – объясняла мамуля.

Никакого неудобства и, тем более, неприличия я не видела и не собиралась сейчас же умчаться от Влада домой. Не для того я полдня его искала.

– Я ещё занята, – твёрдо сказала я. – И вернусь нескоро.

– Ты нужна мне здесь, – непреклонно заявила мама.

– Зачем? – поинтересовалась я. – Посмотреть, как Николай Павлович срывает со стенки обои?

– Он зовёт меня пообедать в шашлычной! – нервно сообщила мама.

– А я вам там зачем? Он же тебя приглашает, а не меня, – я улыбнулась.

Похоже, я сейчас совершенно им не нужна. Пусть Николай Павлович сводит мамулю хоть на шашлыки, хоть в кондитерскую. Может, мама за этот день получше приглядится к соседу?

– Алиса, чем это ты так уж занята? – гневно вопросила она. – Опять копаешься в старье на блошином рынке?

– Н-нет. Мам, извини, мне некогда. Потом всё объясню.

Я прервала разговор и сунула мобильник в сумку. Врать по телефону не хотелось. Если скажу, что у меня свидание, мама будет донимать меня звонками каждые полчаса. Все её вопросы и ценные указания я знаю наизусть. «Кто он? Где вы? Чем он занимается? Где вы познакомились? А теперь где вы? Он к тебе не пристаёт? Куда вы собираетесь дальше?» И так далее, и тому подобное. И неважно, что мужчина сидит рядом со мной и отвечать на все вопросы мне было бы неудобно, даже если бы я хотела это сделать.

– Нужно заехать домой? – Влад кивнул на мою сумку с телефоном.

– Абсолютно не нужно, – я улыбнулась. – Я там сейчас только помешаю. У тебя есть помощница на работе?

– Нет, эта ставка свободна, – ответил он. – Со мной работала Анжелика, но сработаться у нас не получилось.

– Не обращал на неё внимания? – я прикусила губу, вспомнив, как реагировала на меня на свадьбе красотка в алом платье.

– Да. Ей были нужны острые эмоции, восхищение, поклонение, а мне – качественно выполненная работа. В общем, теперь Анжелика помогает Глебу, а он не скупится на комплименты. По-моему, оба довольны общением.

– А кто же тогда секретарь шефа? – заинтересовалась я.

– Варвара Семёновна, бабушка Лики, – ответил Влад. – Очень бодрая пожилая дама. Анжелика иногда заменяет её на выходных, как сегодня.

Машина въехала в город. Влад сбавил скорость.

– Что ты собираешься сказать Мойре? – поинтересовалась я. – Она сама по себе, вашему НИИ не подчиняется.

– Думаю спросить, зачем она ждет философский камень, раз уж эта пожилая дама такая разговорчивая, – ответил он. – Если не хочешь заходить, давай куплю тебе мороженое и подождешь меня хоть в машине, хоть на улице.

– Мороженое покупай, – согласилась я. – Только попозже. А сейчас поднимемся вместе. Спорим, что разговора у вас с Лахесис не будет?

– Спорим, – Влад мельком взглянул на меня озорными глазами и снова уставился на дорогу. – На желание.

На желание так на желание. Надо подумать, чего потребовать с мужа. Почти уверена, что с Мойрой мы не встретимся. Остаток пути я пыталась сообразить, кем же мне приходится Влад. Муж? В этой реальности мы не женились. Бывший муж? Но мы и не разводились. Будущий муж?

– Приехали? – спросил Влад.

Я тут же оставила в покое его статус. Машина вкатилась в знакомый грязноватый двор с серыми старыми домами. И в одном из домов обосновалась Мойра со своим ярким вязанием и ленивым серым котом.

Глава 12

Влад с сомнением оглядывал тихий темноватый подъезд, ничем не похожий на жилище богини, каким его представляет большинство людей. В длинном общем коридоре сегодня воняло кошками, из-за одной из дверей слышались звуки скандала и звон и грохот падающих на пол предметов.

– Вот, – я показала на дверь с покосившейся табличкой «Брачное агентство «Нити судьбы»».

Влад постучал. В квартире было тихо. Я толкнула дверь, пытаясь представить, как отреагирует на нас Мойра, если она вдруг окажется там. Надеюсь, больше изменений реальности не будет.

Дверь открылась с громким натужным скрипом, хотя с утра она таких звуков не издавала. Влад шагнул через порог, я – за ним. Первое, что бросилось в глаза, – отсутствие серого кота. В коридоре не было ни миски с едой, ни кошачьего туалета. В квартире стояла тишина, как в давно нежилом помещении. Воздух был затхлый, будто здесь давно не открывали окна. От запаха пыли, покрывавшей пол, у меня зачесался нос. А ведь с утра здесь была стерильная чистота. Запах травяного отвара исчез без следа.

Интересно, Мойра оставила табличку брачного агентства по забывчивости или специально, чтобы поддразнить  сотрудника необычного НИИ?

Влад сунул руку в карман джинсов и чем-то щёлкнул, затем двинулся в комнату. Комната оказалась совершенно пустой.

– Говоришь, Лахесис с утра была здесь? – тихо спросил Влад.

Его голос прозвучал гулко, как в колодце. Я кивнула. Он вдруг низко поклонился и проговорил:

– Я пришёл не со злом, Лахесис. Поговори со мной, пожалуйста.

Тишина. Я с сомнением посмотрела на Влада. Мойра исчезала не для того, чтобы явиться по первому зову. Сомневаюсь, что она изменит решение.

Снова скрипнула дверь.

– А вы что это сами, без меня, квартирку смотрите? – визгливо заговорил в коридоре женский голос.

В комнату ввалилась тётка с засаленными волосами, одетая в грязноватый халат.

– Район у нас хороший, тихий, – с ходу затрещала она. – Соседи приличные. Рыночек недалеко, магазины все рядом. За месяц недорого возьму…

– Извините, тут бабушка жила, мы с ней хотели поговорить, – вклинился в паузе Влад.

– Так умерла бабушка два месяца назад, – тётка состроила скорбную мину. – Я племянница её. Вот в наследство скоро вступлю. А вы что хотели? – её взгляд стал подозрительным.

– У вас табличка брачного агентства на двери висит, – Влад улыбнулся. – Нам бы пообщаться со свахой, которая тут принимала.

– Вы из налоговой, что ли? – женщина нахмурилась. – Нет тут никакого агентства и никогда не было, и таблички никакой нет. Что-то вы перепутали. Какое тут может быть брачное агентство? – она выразительно обвела рукой голые обшарпанные стены. – А жильцов я просто заранее подыскиваю, как в наследство вступлю – так и буду сдавать квартирку. У меня всё законно.

– Послушайте, мы не имеем отношения к налоговой службе, – не сдавался Влад. – Вы где-нибудь поблизости старушку не видели? Она вяжет всё время.

– А ещё у неё кот есть, серый, – добавила я.

– Никто тут не вяжет, – отрезала тётка. – Серый кот действительно у бабули жил, а потом исчез куда-то. До сих пор запах остался, хоть ремонт делай! Может, кошак и приходил к двери, уж не знаю, – она брезгливо поморщилась. – Ещё я им не занималась!

– Могла бы и заняться, – не удержалась я. – Квартиру тебе оставили, наверняка старушка думала, что о коте позаботишься.

Женщина покраснела, на меня уставились злобные глаза.

– Вы кто вообще такие? – она уперлась руками в бока. – Я сейчас полицию вызову. Вломились в чужое жильё…

– Ага, вызывай, – кивнула я. – Мы дверь не взламывали, зашли по ошибке в пустую незапертую квартиру, ничего серьезного нам за это не будет.

– Пошли, – Влад слегка потянул меня за руку. – Её здесь нет. Коту, похоже, очень повезло с новой хозяйкой, – он улыбнулся.

В полной тишине раздался негромкий одобрительный смешок, и знакомый низкий голос тихо позвал: «Кис-кис-кис». Ему ответило довольное мурчание. Будущая хозяйка квартиры неумело перекрестилась щепоткой из всех пальцев сразу, пытаясь при этом плюнуть через левое плечо, а затем вылетела в подъезд так, будто за ней гналось разъяренное привидение.

– Лахесис, пожалуйста, удели мне пять минут, – быстро заговорил Влад. – Мне нужно понять, что делать с философским камнем. Ты можешь что-то посоветовать?

Снова тишина.

– Пойдём, – после напряженной паузы произнёс Влад.

В длинном коридоре я обернулась и взглянула на дверь. Табличка брачного агентства исчезла. Мы спустились по скрипучей лестнице. Солнечный свет на улице показался после темноватого подъезда особенно ярким, а загазованный воздух – почти живительным. После пыльной нежилой квартиры здесь хотелось дышать полной грудью.

– Почему ты обращался к Мойре на ты? – спросила я. – Она могла обидеться.

– Люди во все времена обращались к богам на ты, – серьёзно ответил Влад. – Это древняя традиция – говорить с божеством или святым, как со своим близким. А вот к незнакомым людям принято обращаться на вы, – он с улыбкой выразительно посмотрел на меня.

– Если с уважением – то да. Её уважать не за что. Терпеть не могу, когда животных выбрасывают на улицу, – выдохнула я.

– Я тоже. Правда, у себя в доме никаких животных не завожу, – сказал Влад. – Их будут пугать энергетические поля, которые возникают от некоторых экспериментальных приборов.

– А я живу с мамой, и она категорически против любой живности в квартире. Но рыбки у тебя во дворе есть. На них эти поля не влияют? – спросила я.

– Нет, та часть двора находится вне зоны действия. Несправедливо получается, – заметил Влад. – Ты знаешь обо мне очень много, а я о тебе – почти ничего. Сейчас сядем в летнем кафе, и будешь рассказывать о себе.

– Нечего особенно рассказывать, – подумав, сказала я. – Я и так уже рассказала основное.

Однако Влад был другого мнения. И в летнем кафе мне пришлось ответить на множество вопросов. Я рассказывала об отце, который живёт в другом городе с новой семьёй и совершенно не хочет со мной общаться. О том, как мама в свое время буквально силой заставила меня поступить в педагогический институт, и какая поднялась буря, когда я сказала, что не стану работать по этой специальности. О книгах, которые я читаю, о музыке, которую слушаю, о том, что я вообще не играю в компьютерные игры – просто не тянет. И каждый раз выяснялось, что нам с Владом нравится одно и то же. Неужели бывает такое совпадение вкусов?

– Кстати, почему у тебя в душевой кабине играет «Лунная соната»? – поинтересовалась я, вспомнив единственное, что не понравилось мне в его доме. – Я люблю классику, но не совсем поняла, зачем она там.

– Тебя тоже напрягает, когда она все время повторяется? – Влад рассмеялся. – На самом деле, в душевой обширный список музыки и есть разъем для флешки, но всем этим я почти не пользуюсь. А «Лунную» сильно любит моя мать. Видимо, ты зашла в душ, когда там оставались настройки после неё.

Я промолчала. Не рассказывать же, как Татьяна Васильевна готовила меня к свадьбе. Нет уж, почти любой мужчина перепугается, когда еле знакомая девушка скажет, что она – его супруга из другой реальности.

Разговор перешёл на кино. Потом – на родственников, друзей, приятелей, на мою сегодняшнюю поездку к Радославе. Влад откровенно посмеивался, когда я рассказывала про Митрофанию.

– Твоя приятельница могла обидеться, – заметил он. – Хотя ты действительно ничего не обещала. Я бы сильно удивился, если бы Радослава открыла путь к избе для этой весёлой компании.

Мы выяснили, что у нас обоих нет близких друзей, но много приятелей. У Влада это, в основном, коллеги по НИИ, у меня – бывшие одноклассницы и однокурсницы.

– У Татьяны Васильевны правда роман с шефом? – поинтересовалась я.

– Да, и довольно давний, – ответил Влад. – Оба свободны, обоих устраивают такие отношения.

– А твой отец? – начала я.

– У него изначально была своя семья, – Влад пожал плечами. – Обычная история. Я его несколько раз видел, но общаться друг с другом мы не рвёмся. Хотя с братьями по отцу иногда пересекаюсь, нормальные ребята.

– Знают, где ты работаешь? – с сомнением спросила я.

– Нет, конечно. Огласка никому из наших не нужна. Я сказал: «В НИИ», – этого оказалось достаточно. Один из братьев – автомеханик, другой сколотил бригаду и занимается ремонтами квартир. НИИ представляется им чем-то скучным и очень далеким. В гости я братьев не зову, так что вопросов о моих доходах пока не возникает. Ну что, куда пойдём дальше? Кино, кораблик или есть другие варианты? Кстати, я должен тебе желание, – с улыбкой напомнил он.

– Что бы с тебя взять? – я побарабанила пальцами по столику. – Поехали на пляж в вашем посёлке? Только я заскочу домой за купальником.

В глазах Влада заискрились весёлые огоньки.

– Не поверишь, но если бы ты проспорила, я бы предложил то же самое.

Почему же? Очень даже поверю. Пляж – лучшее место для ненавязчивого сближения, расслабления, естественных прикосновений. Влад наверняка думает так же. Мы слишком похожи. Мойра знала, кого знакомить, хотя и сделала это очень своеобразно.

Влада я оставила в машине около своего дома. Ни к чему сейчас вызывать лишние вопросы и накалять атмосферу. Я поднималась по лестнице, готовясь к напряжённому разговору. Мама, конечно, будет требовать моего присутствия, а у меня на этот день есть свои планы. Меньше всего мне хочется беречь мамулину честь от вполне безобидного симпатичного соседа и наблюдать, как Николай Павлович клеит обои.

Однако в квартире меня встретила тишина. Ни голосов, ни специфических звуков ремонта, ни обуви в коридоре. Настойчивый Николай Павлович всё же уговорил мамулю куда-то с ним пойти. Я мельком взглянула через открытую дверь на голые влажные стены маминой комнаты и два мешка с кусками обоев. Сосед потрудился на славу и оборвал всё до клочка. Не знаю уж, куда он после этого увёл маму, но для меня их отсутствие сейчас очень кстати.

Я торопливо сунула в сумку купальник, переобулась в удобные и приличные на вид шлепанцы с цветочками и выскочила в подъезд. Я уже собиралась захлопнуть дверь, когда услышала снизу с лестницы голос Николая Павловича:

– Шашлыки в том кафе и правда хороши. Но у нас они получаются гораздо лучше. Мы с друзьями иногда выезжаем компанией на природу. Ставим мангал, жарим на шампурах мясо, рыбу, грибы. Можем съездить с вами на следующих выходных. Замечательное тихое место у реки, у меня там дача. Заодно можно открыть сезон клубники, она уже созрела…

Я притворила дверь так, что замок клацнул достаточно тихо, и теперь, стараясь не шуметь, быстро поднималась на этаж выше. Встретиться в подъезде нам совсем ни к чему. Пусть маме спокойно назначают свидание, а я займусь своей личной жизнью. То, как ведёт себя Николай Павлович, мне определённо нравится. Мама с соседом удачно остались наедине.

– Это неудобно, – заявила мамуля. – У вас сложившаяся компания, меня там никто не знает. У вас свои разговоры, свои отношения…

– Так можем поехать вдвоём, – радостно выдал Николай Павлович. – Зачем нам собирать компанию?

А вот это он зря, не стоит торопить события. Мамуля совершенно отвыкла от мужского внимания, а Николай Павлович слишком настойчиво ухаживает и не даёт ей времени на раздумье.

– Вдвоём? – в голосе мамы прозвучал арктический холод.

– Или втроём, – торопливо добавил сосед. – С Алисой. У вас прекрасная дочь.

Я мысленно поаплодировала. Молодец, быстро сообразил, как исправить положение. Они остановились у нашей двери. Ключ заскрежетал в замке.

– С Алисой? – задумчиво повторила мама. – Не знаю. Неудобно, конечно, но с другой стороны, Алиса вообще нигде не бывает. Все время за компьютером, в выходные на барахолке…

Скрипнула открывающаяся дверь.

– Вот и подышите свежим воздухом, – воодушевился Николай Павлович. – Кстати, у неё есть молодой человек? А то сын моего друга ищет жену…

Я прикусила губу, сдерживая смешок. Наш сосед – прирождённый пикапер! Сказывается его богатый опыт в личной жизни. Николай Павлович быстро почуял, чем точно заинтересуется моя мама.

Ни с какими сыновьями его друзей я, конечно, знакомиться не собираюсь, но, надеюсь, сосед и так за неделю завоюет мамулино сердце.

Дверь захлопнулась. Я, на всякий случай, подождала несколько секунд и тихо спустилась по лестнице. Тут всё в порядке, моё присутствие могло бы только помешать. Остаётся только пожелать удачи Николаю Павловичу, и мне тоже.

Влад сидел в машине, уткнувшись в телефон, и быстро настукивал сообщение.

– Отчитываюсь шефу о раздвоившейся реальности, – он кивнул на мобильник. – А то Анжелика умудрилась в выходной день поднять шумиху и поставить на уши наш НИИ и несколько дружественных организаций. Она решила выяснить, откуда ты появилась, а все организации, естественно, отписались, что никого к нам не отправляли. Причём уверен, если бы вместо тебя в НИИ явился незнакомый мужчина, Лика помогла бы ему со мной связаться. Но красивой девушке от неё помощи ждать не приходится, Анжелика может ей только мелко напакостить.

– Она во всех видит соперниц, – я улыбнулась, вспомнив Анжелику у нас на свадьбе. – Я помню.

Телефон Влада звякнул: пришло новое сообщение.

– Знаешь, как выводит из себя, что я ничего не помню? – Влад поморщился. – У тебя есть какие-то воспоминания о наших совместных днях, а я понятия не имею, что там толком происходило.

– Знаю, – сочувствующе согласилась я. – Сама была в том же положении.

Вернее, у меня положение было гораздо напряжённее, но я совсем не готова рассказывать о нем в подробностях.

– Интересно, что ты от меня скрываешь, Лиса-Алиса, – задумчиво протянул Влад. – Ты подробно рассказала обо всем, что касалось работы, но упорно отмалчиваешься, когда речь заходит о наших отношениях. Например, из твоего рассказа полностью выпадает это воскресенье. Я понял только, что в другой реальности у нас с тобой сегодня был выходной. Обучать тебя рабочим программам я начал с понедельника, причём непонятно с чего вдруг мы в начале рабочей недели остались дома. Я в этот странный выходной прошляпил создание философского камня, Радослава почему-то не поспешила нам об этом сообщить. Что такое происходило в воскресенье и понедельник, что я полностью выбился из рабочего графика?

Он внимательно смотрел на меня, словно пытался прочесть мои мысли или найти ответ в моих глазах. К счастью, в отличие от Радославы, у Влада не получалось увидеть прошлое.

– Я потом расскажу, – пообещала я. – Попозже.

Влад медленно тронул машину с места к выезду со двора.

– Позже так позже, – он положил телефон в выемку рядом с коробкой передач. – Тебе в той реальности понравилась работа в НИИ?

– Я толком не успела в ней разобраться, – напомнила я. – Но было интересно.

– Радослава открыла тебе дорогу, НИИ тебя признал… То есть здание НИИ, – поправился Влад. – Обмануть их невозможно. И ясновилящая, и институт увидели в тебе нашу сотрудницу. А ты говоришь, что не успела разобраться.

– Но я и правда не успела! Просто в той реальности я работала в НИИ почти год, поэтому меня воспринимали как свою, – объяснила я.

– И мы жили вместе, – протянул Влад. – Между нами что-нибудь было в те три дня?

– А ты сам как думаешь? – я хмыкнула.

Он тихо выругался.

– Я могу только догадываться. Думаю, что было, и меня страшно бесит, что я этого не помню.

– Ну так можно же повторить всё в нашей реальности, – ляпнула я.

Влад кашлянул.

– Неожиданно для первого свидания. Хотя для тебя оно и не первое, – после короткой паузы добавил он. – Знаешь, я сегодня проснулся с таким чувством, будто потерял что-то очень нужное и ценное. Или кого-то.

Я улыбнулась. Как приятно, память обо мне все-таки сохранилась у Влада где-то в глубинах подсознания.

– Я и вчера решил, что вернусь на днях и познакомлюсь с тобой, – продолжал он. – А сегодня меня почти непреодолимо тянуло к твоему дому. Увидеть тебя у Радославы было очень неожиданно. Кстати, ты так и не сказала, зачем к ней поехала.

– Тебя искала, – я развела руками.

В голову полезли панические мысли, заставившие меня похолодеть в летнюю жару. Что мне отвечать, если Влад спросит: «Для чего?» Не в любви же ему признаваться! Он меня второй раз в жизни видит. Или третий, если считать тот день, когда я год назад покупала кортик.

Но Влад легко улыбнулся.

– Нашли друг друга, теперь на пляж. Тебя не смутит, если мы заедем ненадолго ко мне? Я прихвачу все, что нужно – покрывало, полотенца, плавки.

Я прикусила язык, чтобы не болтал лишнего, и улыбнулась Владу. Единственное, что меня смущало в ситуации – это слово «ненадолго». Я бы с удовольствием там задержалась. А ещё лучше – осталась бы ночевать.

Глава 13

В доме всё было, как я и помнила. Правда, показал мне Влад только первый этаж. Подозреваю, что спальня наверху выглядит не совсем так, как в той реальности. Кровать, может, и та же, но вряд ли Влад поставил у себя в комнате дамский туалетный столик.

Мой все ещё малознакомый муж сварил кофе и оставил меня с чашкой на кухне, предложив чувствовать себя как дома, пока он соберётся. Как ни странно, я и правда чувствовала себя так, будто вернулась домой, немного погостив у мамы. Оказывается, к хорошему очень быстро привыкаешь.

В холодильнике обнаружился пакетик печенья. Я неторопливо цедила ароматный напиток, заедая его крошечными песочными печеньками, и прислушивалась к возне на втором этаже: Влад собирал вещи на пляж. Мои губы сами растягивались в бездумной улыбке. Сегодня на редкость удачный день, и я чувствовала себя безоблачно счастливой. Вот теперь отношения у нас с Владом будут складываться почти как у всех нормальных людей. Мы по взаимному желанию познакомились, начинаем встречаться, общаться, будем постепенно лучше узнавать друг друга, как обычная пара. Даже если я не останусь сегодня тут ночевать, это все равно произойдёт через день-два, вряд ли больше. В той реальности Влад перевез меня к себе через три дня после знакомства. Не думаю, что сейчас его поведение и поступки будут сильно отличаться от того, что я видела. Пока что особых перемен я в нем не заметила –кроме того, что он меня не помнит, конечно.

Заворочался ключ, затем открылась с лёгким стуком входная дверь. По паркетному полу легко и звонко зацокали каблучки. У меня возникло ощущение дежавю. Правда, сейчас я находилась не в спальне с Владом, а на кухне, и теперь я знала, что Татьяна Васильевна запросто является в дом сына. Хотя есть и ещё более существенное отличие: в этой реальности она меня совсем не знает, а я хорошо её помню.

– Влад! – позвал капризный голосок.

А вот это уже было совершенно неожиданно, я чуть чашку не выронила. Появлению матери Влада я бы не удивилась, но в дом заявилась красотка Анжелика собственной персоной. Интересненько, откуда у этой девицы ключи от дома и с какой стати она так бесцеремонно вламывается сюда в выходной день? Неужели у них с Владом роман?

Я одним большим глотком допила кофе и отставила чашку. В принципе, все может быть: Влад полностью свободен, и в этой реальности мы только сегодня познакомились. Странно было бы думать, что он ни с кем не встречается и ждёт меня. Естественно, у Влада могла быть личная жизнь, и он не стал бы с ходу рассказывать об интрижке с коллегой понравившейся девушке. Ревновать мне, по логике вещей, пока не имело смысла, но взыгравшие чувства тут же заглушили робкие логические рассуждения. Нет, я всё понимаю: пока Влад не встретил меня, он мог завести ни к чему не обязывающий служебный роман, но ключи… Ключи от дома кому попало не дают, и они в мою картину никак не вписываются! Не может же быть, чтобы у Влада было что-то серьёзное с помешанной на мужском внимании красоткой. Или может?

Я решительно встала и двинулась из кухни навстречу неожиданной гостье Влада. Посмотрим, что происходит. Я никогда ни у кого не отбивала парня или мужчину, но тут особый случай. Анжелике придётся подвинуться и уйти в тень. Во-первых, они с Владом совершенно не подходят друг другу, во-вторых, Влад – мой муж, даже если он об этом не помнит. А главное – я его люблю, и он тоже скоро меня полюбит. А весёлая девица быстро утешится с кем-нибудь другим.

– Влад, не делай вид, что тебя нет дома, – голосок приближался, в нем зазвучали требовательные нотки. – Я прекрасно слышу запах кофе.

Мы столкнулись на пороге кухни. Даже не знаю, у кого из нас был более обалдевший вид, когда мы увидели друг друга. Анжелика была ошеломлена неожиданной встречей, я – её внешним видом.

Девушка уже переоделась после работы, и я поняла, что в НИИ она, оказывается, выглядела почти прилично. Сейчас при взгляде на красотку мне вспоминалась фраза из старой сказки: «Приди ко мне не голая, не одетая». Царь, который выдумал такое игривое задание, от вида Анжелики пришёл бы в экстаз. Самым приличным в ее облике была маленькая алая сумочка. Совершенно прозрачное короткое белое платье заканчивалось почти там же, где и ноги. А под ним виднелось нечто, отдалённо напоминающее ярко-красный купальник: сверху два крошечных лоскутка на лямочках еле прикрывали грудь размера так четвёртого. Снизу тоже были видны лоскуток и лямочки. Завершало картину подобие пляжных шлепанцев, но на каблуках – небольших, тонких и удивительно громко цокающих по полу.

– А, это ты, – первой опомнилась Анжелика. – И зачем было выдумывать, что ты – командировочная из дружественной организации? – она небрежно поправила волосы. – Устроила в выходной день переполох на весь НИИ со своей другой реальностью. Нет, чтобы сразу сказать всё, как есть…  Где Влад?

Я не стала напоминать, что и не представлялась командировочной. Анжелика сама придумала, кто я, сама в это поверила, а я лишь немного ей подыграла.

– Сейчас придет, – я с трудом уняла разыгравшееся воображение и перестала представлять, как полуголая девушка добиралась до поселка. – Ты что-то хотела? Ему что-нибудь передать?

– Я ему сама всё передам, – с усмешкой бросила девица. – Журавлев! – неожиданно пронзительно завизжала она. – Где ты там?

Я поморщилась и отодвинулась подальше. Рядом с Анжеликой запросто может заложить уши. Влад легко сбежал по лестнице и быстро зашагал к нам с большим пакетом в руке. Оттуда торчало махровое полотенце.

– Лика? – с откровенным удивлением спросил он. – Что ты здесь делаешь?

Я вздохнула с облегчением. На роман, пусть даже ни к чему не обязывающий, это не похоже. Красотка встала так, чтобы продемонстрировать Владу все изгибы роскошной фигуры. Его лицо при этом выражало полное равнодушие. Видимо, для Влада не был в диковинку визит полуголой девушки. По крайней мере, при виде Анжелики он и глазом не моргнул. Влад с деловым видом подошёл к нам и вопросительно уставился на неё.

– Журавлев, – промурлыкала Анжелика, – ну где твоё хорошее воспитание? Гостей так не встречают. Нет бы напоить девушку кофе…

– Лика, у нас свои планы, – сдержанно сказал Влад. – О визитах принято предупреждать, я тебя не ждал. Так что скажи по-быстрому, что тебе нужно, и мы пойдём. Если хочешь, можешь остаться и выпить тут кофе, – он гостеприимно повёл рукой в сторону кофемашины. – С печеньем.

– Я на диете, – Анжелика недовольно поджала губы.

Помнится, на свадьбе она никакой диеты не придерживалась: лопала все подряд, включая и калорийные салаты с майонезом, бутерброды с икрой, с копчёной колбасой, свадебный торт с кремом из жирных сливок…

– А от печенья толстеют, – мстительно сообщила красотка, кинув взгляд на мою талию.

Да уж, в этой реальности Анжелика такая же противная. Но тут я хоть знаю, кто она, и могу спокойно ответить. Я передернула плечами и оценивающе оглядела фигуру девушки. В природе не бывает ничего безупречного, и в любой внешности можно при желании найти изъяны. Анжелика – не исключение.

– Правильно, тебе хорошо бы убрать в талии несколько сантиметров, – я улыбнулась. – Диета не помешает.

Влад тихо хмыкнул. Анжелика смерила меня уничтожающим взглядом. Я улыбнулась ещё шире. Вот так, вызов на бой принят.

– Шеф просил передать вот это, – она неприязненно поморщилась и жестом фокусника извлекла из крошечной сумочки длинную черную папку для документов. – И сказал напомнить тебе на словах, что у нас пустует ставка помощника главы отдела по борьбе с магическими и мистическими воздействиями на судьбу, – Анжелика сунула Владу в руки папку. – Так что если твоей гостье нечем заняться, шеф не станет возражать против её устройства на это место.

– Так и сказал? – Влад прищурился. – Именно в таких выражениях?

– Какая разница? – Анжелика небрежно отмахнулась. – Всё, моя миссия выполнена, я ушла на пляж. Дальше разбирайтесь сами. Только обязательно сегодня отчитайся шефу о принятом решении. А то Василий Игнатьевич очень интересуется данным вопросом, ему надо закрыть ставку.

Девушка вильнула бедром, проходя мимо Влада. Он в это время открывал папку с бумагами, и маневр Анжелики пропал незамеченным. Я прикусила губу, сдерживая смешок: очень уж не вязались вызывающий вид и провокационное поведение девицы с откровенно бюрократическими оборотами её речи. Однако через несколько секунд мне стало не смешно. Что она сказала? Анжелика собралась на пляж?

– Лика, тебе у нас на пляже будет неинтересно, – мирно произнёс ей вслед Влад. – Народу мало.

– Так я с Галочкой иду, – весело ответила Анжелика. – Поболтаем о своём, о женском.

Она упорхнула с ехидной улыбкой, как будто чуяла, что мы тоже собрались на пляж. Как неудачно получилось! Зрители сейчас будут совсем некстати.

Влад сел за кухонный стол и открыл папку. Он быстро перебрал несколько документов с печатями. Я присела напротив. Влад задумчиво посмотрел на один из документов, потом перевёл внимательный взгляд на меня.

– Алис, на речку мы, конечно, пойдём, но чуть позже. У меня к тебе серьёзный разговор.

Я устроилась поудобнее и приготовилась слушать. Позже – это только к лучшему. Может, Анжелика с подругой скоро заскучают без мужского внимания и покинут пляж?

– Ты сказала, что мы в другой реальности немного поработали вместе, – с сомнением начал Влад. – Тебе понравилась работа в НИИ?

Я сморгнула. Неужели Анжелика не шутила, и мне собираются предложить место помощницы Влада? Нет, не может быть. НИИ – засекреченное учреждение, туда случайного человека не то что в штат не возьмут, а даже за порог не пустят. В той реальности Влад устроил меня к себе помощницей только потому, что мы жили вместе. И то Татьяна Васильевна обмолвилась, что меня сильно не хотели брать на работу.

– Да я в общем-то почти не работала, – промямлила я. – То, что видела, мне понравилось, было интересно. Но знаю я не так уж много…

– Было интересно – это уже хорошо, – Влад немного оживился. – Шеф предлагает тебе ставку моей помощницы. Официальное трудоустройство, естественно. На испытательном сроке зарплата небольшая, – он назвал вполне приличную, на мой взгляд, сумму. – Через пару месяцев будет гораздо выше. Я так понимаю, официально ты нигде не работаешь? Почему бы не попробовать воплотить в жизнь созданную Мойрой реальность?

Я бы с удовольствием хоть сейчас воплотила ту её часть, которая касалась моих отношений с Владом. А вот предложение работы вызывало у меня полное недоумение.

– Зачем Василию Игнатьевичу посторонний человек? – я нахмурилась. – Он же меня в глаза не видел и знает, что мы с тобой только познакомились. Мне казалось, на такую работу попасть очень сложно.

– Почти невозможно, – спокойно согласился Влад. – Но здание НИИ тебя признало, а это самое главное доказательство, что ты действительно там работала и неплохо справлялась. Пусть даже и в другой реальности, – с улыбкой добавил он. – Шеф не откажется от сотрудницы, которая и так в курсе дел НИИ. И потом, мне действительно нужна толковая помощница.

– Ты же меня знаешь всего несколько часов, – напомнила я.

– Ну и что? – невозмутимо ответил он. – Ты мне нравишься, я этого не скрываю. Я тебе тоже, видимо, симпатичен, раз ты из-за меня сегодня поехала к Радославе. Общее дело нам не помешает. К тому же, если работа в НИИ тебя вдруг не устроит, ты в любой момент сможешь уволиться.

Я улыбнулась. Помнится, в той реальности перед свадьбой я утешала себя мыслью, что в любой момент смогу развестись. Что-то подсказывало: с работой будет так же. Лахесис создала идеальный вариант реальности, а моя задача – не мешать его воплощению в жизнь.

– Можно попробовать, – сказала я.

– Вот и хорошо, – Влад потряс в воздухе папкой с документами. – Заполнишь свои данные, а завтра с утра поедем в НИИ, зайдём к кадровику и оформим тебя. Пакет документов стандартный: заявление о приёме на работу, клятва о неразглашении, справка об отсутствии на тебя негативного магического воздействия, проклятий, заклятий и тому подобного. Откроем трудовую книжку…

– Стоп! – перебила я, пытаясь вникнуть в стандартный список документов. – С заявлением и трудовой книжкой мне ясно. Что за клятва о неразглашении?

– Ты напишешь, что клянешься никому не рассказывать о том, что происходит в НИИ, – объяснил Влад. – Душой, жизнью и здоровьем народ обычно не клянётся. А вот чем-то менее серьёзным, но важным для отдельного человека – да. Например, у Лики, если она нарушит клятву, появятся на лице прыщи, у моей матери начнётся аллергия на компоненты её любимой натуральной косметики. Я клялся благосостоянием, так что если буду болтать – разорюсь, причём очень быстро. В общем, решим с кадровиком, что тебе обозначить в письменной клятве.

Любопытно, какую же бумагу я подписывала в той реальности? От чего отказывалась в случае излишней болтливости? В принципе, я ожидала какой-нибудь подписки о неразглашении, но клятва – это что-то из глубокой старины. Ладно, пусть будет клятва. Я и так не собираюсь болтать о закрытом НИИ.

– А справку об отсутствии проклятий я где возьму? – я хмыкнула.

– Завтра Галочка проверит, –  серьёзно ответил Влад. – Ты её видела?

– Только на фотках, – я вспомнила серьёзную даму учительского вида. – Это с ней Анжелика собралась на пляж? – вдруг осенило меня.

– Да, они очень разные, но неплохо общаются, – сказал Влад. – Галина посмотрит тебя на своих приборах на разные виды воздействия и выдаст справку.

– А если на мне есть эти… Магические воздействия? – уточнила я. – Сглаз там какой-нибудь, или чье-то недоброе пожелание.

– Значит, Галочка это снимет, – сказал Влад как о само собой разумеющемся. – К ней все ходят на профосмотр как минимум раз в три дня.

Понятно, Галина у них вместо врача. Всё логично: те, кто борются с магическим негативом, не должны сами ему подвергаться.  Похоже, меня завтра ждёт интересный и насыщенный день. Ни за что не согласилась бы на такую авантюру с работой, если бы не реальность, созданная Лахесис. Там все выглядело очень даже неплохо.

Я спокойно вписывала в документы свои данные, пробегая глазами мелкий текст. Бланк справки в бумагах не обнаружился. Как объяснил Влад, все справки Галина делает сама.

В сумке принялся трезвонить телефон. Даже не глядя на экран, я не сомневалась, что звонит мама.

– Алиса, ты где? – требовательно спросила она. – Уже вечер. Я волнуюсь.

Я глубоко вздохнула. Пять часов для лета – не такой уж поздний вечер, чтобы волноваться из-за моего отсутствия.

– У меня дела, – решительно сказала я. – Перезвоню попозже, хорошо?

– Подожди! Что с твоим собеседованием?

– Заполняю документы, завтра иду на работу, – с чистой совестью ответила я. – Николай Павлович ещё у тебя?

– Не у меня, а у нас, – сварливо поправила мамуля. – Тебя скоро ждать? Неудобно получится, если я не напою его чаем, и хотелось бы, чтобы ты появилась к этому моменту.

Я чуть не фыркнула. Моя компания им уж точно не нужна. Пусть пообщаются подольше, может, договорятся до чего-нибудь хорошего. На неделе до выходных с шашлыками можно придумать ещё какое-то развлечение помимо ремонта. Кино, например, или театр.

– Мам, выпейте чай без меня. Всё, я позже позвоню, – я оборвала разговор и повернулась к Владу. – Ну что, на пляж пойдём?

По дороге я на ходу просмотрела сообщения на телефоне. Маша спрашивала, все ли в порядке и добралась ли я до дома. Ещё одно сообщение было под аватаркой таинственной черной фигуры на темном фоне.

«Привет! Ты не могла бы дать телефон Радославы? Мы с ней, кажется, сегодня не совсем поняли друг друга. Митрофания».

Маше я коротко написала, что все в порядке, позвоню завтра. Очень хотелось посоветовать Митиофании связаться с Радославой по каким-нибудь астральным каналам, однако я ограничилась нейтрально-вежливым ответом: «Не могу, я его не знаю». Подумав, я отключила телефон.  Так будет спокойнее.

Глава 14

На пляже меня ожидал сюрприз: поплавать в речке захотели, кроме нас, ещё человек десять. Семья с детьми расположилась в тени одного из раскидистых деревьев, подальше от воды. Почти голая Анжелика замирала в завлекательных позах то на песке – стоя, сидя, лежа, – то по щиколотку в воде. Галочка в закрытом сером купальнике фотографировала приятельницу. Трое ребят лет двадцати поглядывали на Анжелику с откровенным интересом. Дама в возрасте – похоже, мать одного из них – косилась на неё, возмущённо поджав губы.

Я и не подумала, что в воскресенье местные пойдут на речку. Да уж, не очень удачно получилось. В прошлый раз пляж был полностью в нашем распоряжении, но ведь это было днём, причем в понедельник. Влад обменялся со всеми приветствиями, причём недовольная Анжеликой дама заметно оживилась и уставилась на меня с любопытством.

– Местная сплетница? – шёпотом спросила я, как только мы отошли подальше. – «Бюро новостей» на лавочке?

Влад тихо рассмеялся.

– Вроде того.

– Теперь весь посёлок будет в курсе, что ты приходил со мной на пляж, – я спиной чувствовала внимательный взгляд.

– Даже не сомневайся, – Влад остановился около кабинки для переодевания. – А учитывая, что я сюда до этого девушек не водил, обсуждать нас с тобой, пока не привыкнут, будут очень увлечённо.

Я вошла в кабинку. «Пока не привыкнут» – это прозвучало очень многообещающе. И то, что Влад никого не приводил на пляж, тоже радовало. Переодеваясь, я слышала, как Влад говорит по телефону, что завтра придёт со мной в отдел кадров. Знать бы, как он представляет себе сегодняшнюю ночь…

На пляже мы устроились подальше от остальных. Анжелика косилась на меня с недовольным видом, две матери семейств с интересом наблюдали за нами. Даже парни посматривали в мою сторону. Только Галина не проявила особого интереса: помахала нам рукой и пошла купаться. Я повернулась к любопытствующим спиной. Не люблю быть в центре внимания, особенно если вокруг незнакомые люди.

– Ты хорошо плаваешь? – спросил Влад.

– Прилично, – ответила я. – На середину реки я с тобой заплывала.

– Когда?

Я на несколько мгновений зависла, пытаясь сообразить, как определить тот день.

– Завтра, – наконец выдала я. – В понедельник.

– Значит, ускорим события, – Влад коснулся моей руки. – Пошли?

Почему-то на пляже сближение происходит особенно быстро. Вскоре мы свободно прикасались друг к другу в воде. Доплыв до середины реки, мы уже обнимали друг друга за плечи. Вода к вечеру была прохладная, на теле выступали мурашки. А может, это не только от холода?

Вернувшись туда, где под ногами появлялось песчаное дно, Влад притянул меня к себе. Для него этот поцелуй со мной был первым, для меня… Не знаю, не считала, сколько раз мы с ним целовались в той реальности. Я обхватила его руками и ногами, руки Влада нежно скользили под водой по моему телу. Он поглаживал мою шею, спину, спустился руками к бедрам. Поцелуй всё длился и длился, и никто не хотел его прерывать.

– В общественном месте так висеть друг на друге… – раздался неподалёку голос Анжелики. – Журавлев сошёл с ума. Могли бы и до дома подождать.

Кто-то тихо, умиротворяюще ответил ей.

– В общественном месте, девушка, такое белье не носят, – ядовито отозвался ещё чей-то голос. – Это не купальник, это наряд танцовщицы из клуба для взрослых.

– Вы в вашем возрасте ходите по таким заведениям? – фыркнула Анжелика. – А с виду вроде приличная дама.

Влад отстранился и тихо выдохнул:

– Останешься на ночь? С утра вместе поедем в НИИ. Я понимаю, что в день знакомства такие предложения не делаются, но…

– Но это не совсем день знакомства, – я улыбнулась. – Останусь.

Неподалёку в реке набирала обороты ссора Анжелики и местной сплетницы.

– Позорище! Оголилась, как могла, мальчишек развращает…

– Мальчишки в интернете и не такое видят. И вообще, женщина, у меня, в отличие от вас, не такая фигура, чтобы ее прятать…

Невозмутимая Галочка плескалась у берега, не обращая внимания на скандал. Когда мы прошли мимо, она тихо окликнула:

– Я так понимаю, завтра нужна будет справка? Подходите к десяти.

– А в девять не получится? – уточнил Влад.

– В девять я с Лики негатив снимать буду, – она показала глазами в сторону расшумевшихся скандалисток. – Точно поймает на себя какую-нибудь дрянь.

Пока мы по очереди переодевались в кабинке, я слышала, как ребята на берегу тихо обсуждают в самых откровенных выражениях фигуру Анжелики. Семья с детьми тоже собиралась уходить. Солнце уже окрашивало облака и речные волны в оттенки розового и красного. В такие минуты хочется в тишине любоваться красотой заката. Но, похоже, тишина на пляже наступит нескоро. Темпераментные дамы продолжали высказываться, не выходя из реки.

По дороге я включила телефон. Объясняться с мамулей не хотелось, но предупредить, что не приду ночевать, конечно, нужно. Звякнуло сообщение: абонент Мама пытался дозвониться до меня уже четыре раза. Во дворе я торопливо настучала послание:

«У меня свидание, ночевать не приду. С утра выхожу на работу, завтра позвоню. Целую»

– Зачем ты отключаешь телефон? – поинтересовался Влад, услышав характерный звуковой сигнал.

– У меня мама строгих правил, – ответила я. – Я написала, что не приду ночевать. Если оставлю телефон включённым, она будет звонить, ругаться и требовать объяснений.

– Ну так давай я объяснюсь, – он весело улыбнулся. – Алис, мы же не подростки, чтобы встречаться тайком от твоей мамы.

В той реальности у Влада были хорошие отношения с моей мамулей. Хочется надеяться, что он понравится маме и сейчас. Влад прав, мы действительно не подростки. Я глубоко вздохнула и включила телефон.

Мы вошли в дом и не успели разуться, как мой мобильник зазвонил. Понятно, мама уже прочла сообщение. Влад протянул руку. Я пожала плечами и отдала ему телефон. В другой реальности Влад спокойно выдержал скандал с мамулей, когда перевозил меня в этот дом. Пока всё, что я видела за три дня, подтверждалось. У всех, с кем я общалась, характер в обеих реальностях одинаковый, и в муже я тоже изменений не заметила.

– Как зовут маму? – спросил он.

– Ольга Петровна.

– Добрый вечер, Ольга Петровна, – спокойно проговорил в трубку Влад. – Меня зовут Владослав. Алиса сегодня останется у меня…

Мама что-то быстро, возмущённо заговорила. Влад жестом пригласил меня двигаться за собой и зашагал к лестнице с трубкой в одной руке и пакетом с пляжными принадлежностями в другой. Я оглядывалась, чувствуя, как меня переполняет радость. В голове крутилось: я снова дома. Как же быстро я признала этот дом своим…

– Да, мы с вами действительно пока не знакомы, – сказал Влад уже на втором этаже.

Из трубки полился очередной поток возмущений.

– Обязательно, – невозмутимо пообещал Влад. – Завтра после работы приедем к вам вместе, и мы познакомимся… Да, Алиса устраивается к нам в НИИ… В научно-исследовательский институт, – раздельно повторил он. Видимо, мамуля не поверила своим ушам. – Да, благодаря работе мы и познакомились…

Влад зашёл в ванную и высыпал содержимое пакета в душевую кабину.

– У вас ремонт? Можем посидеть где-нибудь в кафе… – говорил он. – Да, я понимаю, что это неожиданно…

Я выудила свой купальник из-под пляжного покрывала. Надо сполоснуть его и где-нибудь повесить, пока есть время. Да и с покрывалом нужно разобраться. Влад показал мне на притаившуюся в уголке стиральную машину. Я кивнула и сунула все вещи туда, предварительно отряхивая их в кабинке от песка. Влад, между тем, уже договаривался с мамой, в котором часу мы приедем завтра вечером.

– А что плохого в служебных романах? – с улыбкой спросил он в ответ на возмущённое трещание в трубке. – Люди заняты общим делом, у них больше общих интересов, тем для разговоров… Да, мы будем работать вместе…

Теперь мы спустились на кухню. Влад открыл холодильник. Я улыбнулась, увидев там рулетики из лаваша, салат «Красное море», рагу с картошкой, мясом и грибами и пару йогуртов, которые и сама часто покупаю. Питаемся мы с Владом примерно одинаково. Он показал на полки, предлагая выбрать ужин. Я достала йогурты и рулетики. Влад одобрительно улыбнулся.

– Обязательно, Ольга Петровна. До встречи. – Влад протянул мне телефон. – Вот и всё. Спокойный вечер нам обеспечен.

Ну, насчёт спокойного вечера – это спорно. Вечер оказался очень даже бурным, и провели мы его в постели. Долгие поцелуи и нежные прикосновения вызывали сумасшедшее желание быть как можно ближе. Влад скользил руками по моему телу, исследовал его губами. М-м, для него мы вместе в первый раз, а он как будто знает, что именно мне нравится! Я прижималась к мужу покрепче, чувствуя, что за какой-то день успела соскучиться по его ласкам, по его запаху, по его телу. Страшно представить, что я могла забыть прошедшие три дня так же, как и он, и просто чувствовать тоску от неведомой потери.

– Огонь! – одновременно выдохнули мы. И счастливо улыбнулись.

– Лиса-Алиса, может, хоть сейчас скажешь, что происходило в этот день в реальности, созданной Мойрой? – Влад сгреб меня в охапку и поцеловал. – Что бы там ни было, вряд ли ты меня так уж шокируешь.

Я на несколько секунд задумалась. Интуиция подсказывала, что Влада рассказом о свадьбе не напугаешь. Но, с другой стороны, это рано, слишком рано.

– Мы в той реальности уже год жили вместе, – промямлила я.

– Это я уже понял, – сказал он. – И что происходило в тот день? Отмечали юбилей совместной жизни?

Я колебалась всего пару секунд. В конце концов, роспись в загсе после года отношений – это совершенно нормально и естественно.

– У нас была свадьба, – нехотя сказала я. – Поэтому в понедельник мы остались дома.

– Чего-то в этом духе я и ожидал, – Влад улыбнулся. – Жаль, ничего не помню. Хоть расскажи, как все это выглядело.

Я вздохнула с облегчением и принялась описывать день, когда проснулась в этом доме. Влад слушал с интересом, иногда посмеивался.

– У Мойры получилась очень правдоподобная картина, – заметил он. – Правда, вряд ли я дал бы матери так запросто вламываться в спальню. А вот свадьбу, на которой гулял весь НИИ, Клару с нитями памяти, Серёгу в наушниках, шефа в лимузине и ехидную Анжелику в алом платье я вполне могу представить. Да и мать запросто могла бы утащить с работы расширитель времени ради такого случая. Видимо, в той реальности она очень неплохо к тебе относилась, если взялась сама готовить невесту к свадьбе. По поводу внешности она, кстати, критикует абсолютно всех, профессия сказывается. Мама в первую очередь обращает внимание на недостатки, которые нужно исправить и закрасить её экспериментальной косметикой. Так что подколы о том, какую она сделала из тебя красавицу, – в порядке вещей, она так всем говорит. Завтра познакомитесь. Не удивлюсь, если она выдаст что-нибудь о том, что ты нуждаешься в услугах стилиста.

Насчёт «завтра» – это Влад оптимист. Мы валялись в постели, лаская друг друга, когда вдалеке послышался скрежет ключа, затем открылась дверь, быстро зацокали каблуки. Влад тихо ругнулся и ринулся к шкафу. Что-то мне это напоминает! Кажется, можно даже не спрашивать, кто среди ночи явился в дом.

Влад с армейской скоростью извлёк и натянул на себя трусы, майку и шорты. Я вскочила и надела платье – хорошо хоть это не занимает много времени. И можно только порадоваться, что платье не прозрачное, и не слишком заметно, что под ним нет белья. Я кинула плед на валявшиеся на кровати трусы и лифчик. Надеть их до появления Татьяны Васильевны я вряд ли успею.

Шаги приближались, дверь распахнулась, когда Влад завязывал тесемки на домашних шортах.

– Влад, ты здесь? – его мать шагнула в комнату и включила свет.

Да уж, почти полное дежавю: явление Татьяны Васильевны без стука в спальню в не самый подходящий момент. На этот раз платье на ней было до колена, и оно тоже переливалось всеми цветами радуги, напоминая то, в котором свекровь была у нас на свадьбе. Распущенные чёрные волосы украшали блестящие заколки. Похоже, с драгоценными камушками. Макияж Татьяны Васильевны был безупречен. В первую встречу я подумала, что дама ходит к дорогому стилисту, однако теперь понимаю: она сама следит за своим внешним видом.

– Мам, вообще-то в дверь принято стучать, – хмуро сказал Влад.

– Вообще-то я не знала, что ты не один, – отрезала Татьяна Васильевна, оглядывая меня знакомым придирчивым взглядом.

Я улыбнулась, еле сдерживая нервный смешок. Ощущение дежавю усиливалось.

– Это Алиса, – спокойно сказал Влад.

– Я догадалась, – суховато проронила Татьяна Васильевна. – По-моему, вы с Василием Игнатьевичем сильно поспешили, когда позвали на работу в НИИ постороннего человека. Не в обиду вам, девушка, будет сказано, к нам в институт не берут людей с улицы, – добавила она, глядя на меня в упор. – Тем более, в такой серьёзный отдел. Я еще поняла бы, если бы ты, сынок, предложил Алисе подработать моделью в нашем отделе по разработке натуральной косметики. Кстати, есть с чем поработать, – добавила она, внимательно уставившись мне в лицо.

Если бы я видела Татьяну Васильевна впервые, я бы, наверное, лишилась дара речи. Сейчас же я сдержала усмешку и спокойно ответила:

– Меня устраивает моя внешность, и я редко пользуюсь косметикой.

– Мам, уймись, – Влад хмыкнул. – Никто не сомневается в твоих талантах, Алиса сама видела, как ты работаешь. НИИ её признал, так что она – не человек с улицы. Рекомендация от самого здания НИИ – достаточно серьёзный аргумент, как считаешь?

– Достаточно серьёзный для того, чтобы привезти первую встречную девушку домой? – Татьяна Васильевна возмущённо засопела. – Ты вообще помнишь о правилах для сотрудников НИИ?

– Мам, уймись, – спокойно повторил Влад. – Алиса была в этом доме в другой реальности, и в курсе многих разработок института. А если бы и не была, я все равно привёз бы её сюда, только завтра или послезавтра. Сотрудникам запрещено приводить домой случайных людей, а не тех, с кем планируются серьёзные отношения.

Татьяна Васильевна закатила глаза. А у меня сердце заколотилось, на душе стало светло и захотелось смеяться, петь и обнимать весь мир. Влад только что сказал матери, что у нас  с ним все серьёзно!

– С ума сойти! – буркнула Татьяна Васильевна. – И какими же разработками я занимаюсь в НИИ? – с иронией поинтересовалась она у меня. – Раз уж вы видели меня за работой, то должны помнить, что именно я делала.

Я улыбнулась. Дама принимает меня за аферистку? Ну что ж, сейчас она поймёт, что в другой реальности мы действительно были знакомы.

– У вас есть экспериментальная косметика, которую ничем невозможно смыть, – начала я. – Наборы для маникюра и педикюра – там инструменты работают сами, без мастера. Есть расширитель времени в виде будильника. Вы разрабатываете крем зелёного цвета, похожий на желе, он пахнет болотной тиной. А ещё вы в дружбе с шефом, и он разрешает вам, когда нужно, выносить расширитель из НИИ.

Татьяна Васильевна медленно кивнула, её взгляд стал удивлённым.

– Омолаживающий крем действительно в разработке, – согласилась она. – А вот расширитель я ни разу не выносила. Говоришь, шеф может это позволить?

– А ты сомневаешься? – Влад хмыкнул. – Мам, ты так и не сказала, зачем приехала. Собираешься тут переночевать?

– Ну во-первых, меня встревожил слух о девушке, которая помнит созданную Мойрой реальность, – откровенно заявила Татьяна Васильевна. – И утверждает, что вы там жили вместе. А во-вторых, я забыла ключи от своей квартиры, а Вася… Василий Игнатьевич неожиданно отбыл до утра в дружественное НИИ по обмену опытом. Вроде в горах не знаю уж около какого города видели то ли неупокоенного вурдалака, то ли призрака. Подробности завтра будут, – она с досадой поморщилась. – Так что я поехала к тебе за запасными ключами, а тут… – Татьяна Васильевна развела руками.

– Хочешь – оставайся в гостевой комнате, – невозмутимо предложил Влад. – Утром все вместе позавтракаем и поедем в НИИ. Заодно познакомитесь получше.

Татьяна Васильевна для виду слегка посопротивлялась, но быстро согласилась, что остаться ночевать будет гораздо удобнее, чем ехать домой по темноте.

– Я пойду поставлю чайник, – сказала она. – Вы ведь со мной поужинаете? Или хотя бы просто посидите.

Как только за ней закрылась дверь, я скинула платье и надела бельё. Влад в это время внимательно осматривал дверь спальни.

– Лис, напомни завтра, что надо купить врезной замок, – сказал он. – Наверняка будем по работе мотаться по городу, заодно зайдём в какой-нибудь магазин или на рынок.

Я с готовностью пообещала не забыть о замке. Как хорошо, что в этой реальности Влада не устраивает Татьяна Васильевна, без стука возникающая на пороге спальни. Я мысленно отметила, что он называет меня так же, как в дни нашего недолгого супружества – Лис, Лиса-Алиса.

Когда мы спустились, Татьяна Васильевна уже извлекла из холодильника салат и рулетики. Никогда бы не подумала, что она набирается калорий перед сном. Фигура у дамы стройная, и талия прорисовывается чётко. Интересно, это особенности организма или дело в каких-то экспериментальных препаратах из НИИ?

От позднего ужина я вежливо отказалась. Влад положил себе в тарелку пару ложек салата – за компанию.

– Не хочешь или фигуру бережешь? – бесцеремонно спросила у меня Татьяна Васильевна.

– Я так поздно не ем, – уклончиво ответила я, стараясь не смотреть на любимый салатик с вредным майонезом.

– Ладно, покажу у нас в отделе завтра один тренажёр, – пообещала Татьяна Васильевна. – Сгоняет по триста калорий за десять минут. К нам на него запись, за день все сотрудницы забегают, некоторые – и по два раза.

– Решение вечной проблемы: как есть и не толстеть? – я хмыкнула.

– Вот-вот, – согласилась она. – Только в обычной жизни такое внедрять нельзя. Многие себе посадят и печень, и почки, и всю пищеварительную систему, если будут жрать и пить все подряд почти без контроля. Я надеюсь, ты не собираешься завтра продолжать искать Мойру? – Татьяна Васильевна повернулась к Владу. – А то можешь получить от неё ещё какой-нибудь сюрприз, и, для разнообразия, довольно неприятный.

– Не собираюсь, завтра и так будет чем заняться, – спокойно ответил он. – Первую половину дня официально устраиваем Алису на испытательный срок, а дальше, как я понимаю, отслеживаем алхимика.

Я кивнула. В той реальности Радослава увидела алхимика с философским камнем в понедельник – завтра, а с Лахесис он встретился во вторник в первой половине дня. Хотя время их встречи может и измениться: на сей раз Мойра не покинула город. Интересно, зачем она все-таки сама отправилась к алхимику? Понятное дело, люди не должны жить вечно. Но если бы Лахесис хотела наказать старика, ей стоило всего лишь привязать к своему вязанию ещё какую-нибудь нитку. Или оборвать, уж не знаю. Главное, что личный контакт Мойры с алхимиком не потребовался бы.

Я вполуха слушала, как Влад коротко рассказывает матери о старике, который завтра должен создать философский камень.

– А адреса этого деда нет? – практично поинтересовалась у меня Татьяна Васильевна. – А то отправили бы к нему Клару – и вуаля, забыл бы напрочь о своих наработках по философскому камню.

– Нет, – ответила я. – Но кое-что Радослава о нем рассказала. В принципе, можно уже начинать его вычислять, только информации мало.

Влад заметно оживился.

– Лис, этого ты мне не говорила. А подробнее?

Я старательно вспоминала всё, что было известно о старике: семьдесят-восемьдесят лет, старая синяя машина, старая белая кошка, маленькая квартира в большом доме, тяжёлая болезнь в последние годы. Худой, бритый, в прошлом писал на работе формулы.

– А ещё Радослава говорила, что он шустрый: весь день по городу носился. Сначала по казенным домам, потом по разным адресам, – закончила я.

Влад тут же схватился за телефон.

– Глеб, слушай сюда… Помню, что поздно, но дело важное. Мне нужны все пенсионеры-владельцы старых автомобилей голубого или синего цвета… Нет, кроме цвета ничего неизвестно. Дед сам за рулём… Да понял я, что у тебя выходной, и что ты не один тоже понимаю… Я тебя озадачил, а когда делать – сам смотри.

Татьяна Васильевна закатила глаза и отчётливо пробурчала: «Трудоголик!»

Я уставилась в одну точку, стараясь не обращать внимания на мать Влада и не прислушиваться к телефонному разговору. Какая-то мысль ускользала по краю сознания, а я чувствовала, что она может оказаться полезной. Квартиру в большом доме и больного пенсионера с кошкой искать бессмысленно, таких стариков тысячи. Не факт, что алхимик одинокий. У него вполне могут быть дети и внуки, живущие отдельно, но прописанные в его квартире. Такое случается достаточно часто. Больной пенсионер – тоже нередкое явление. Вот оно! Я подскочила на месте и уставилась на Влада. Он как раз прощался по телефону. Стоило ему убрать мобильник, я тут же азартно спросила:

– Влад, казенные дома – это что?

В его глазах зажёгся ответный огонёк.

– Для Радославы это всё, что не относится к жилым домам, – ответил Влад. – И где же, интересно, шустрый дед весь день собирается носиться? Больница, поликлиника, работа – допускаю, что он ещё может работать, – различные чиновничьи учреждения…

– Банки, нотариус, ломбард, – продолжила я. – Магазины к казенным домам относятся?

– А Мойра их знает, – Влад пощелкал пальцами, блеск в его глазах поугас. – Если дед омолодится, то может похудеть или наоборот растолстеть, смотря каким был в определённом возрасте. Так что он вполне может устроить шопинг, чтобы нормально одеться. И в ломбард может заглянуть с золотом. Нет, казенные дома – это малопредсказуемо. Неизвестно, куда понесет шустрого дедушку. Хотя есть шанс, что старичок посидит где-то в очереди, и его можно будет быстро найти в казенном доме.

Татьяна Васильевна демонстративно вздохнула. Она перевела взгляд со Влада на меня и с усмешкой произнесла:

– Теперь не сомневаюсь, что вы сработаетесь. Был один трудоголик, стало два. Хорошо обсуждаете, но есть одна деталь. Мойра в своей реальности могла воплотить, что угодно, пусть даже всё выглядело правдоподобно. Алхимик может и не создать завтра камень, да и вообще алхимика может не быть, или он живёт в другом городе, в другой стране…

– Создаст, – Влад потёр руки. – С утра попрошу Радославу, пусть отслеживает этот момент и позвонит, когда надо. Ну и сами будем посматривать на карту. Мойра, правда, своим присутствием запутывает приборы.

– На карте серая паутина? – уточнила я.

– Вроде того.

Татьяна Васильевна ушла спать, а мы продолжали прикидывать, в какой казенный дом может податься омолодившийся дед. Правда, думали только на кухне. Стоило нам подняться в спальню, как алхимик оказался благополучно забыт. Может, мы с Владом и трудоголики, но не до такой степени, чтобы обсуждать в постели старика с философским камнем. Алхимик может подождать до завтра. Сейчас у нас есть куда более интересные и приятные занятия.

Глава 15

Утро в НИИ было суматошным. В кабинете Василия Игнатьевича засела, похоже, большая часть сотрудников. На экране огромного монитора светилась фотография неестественно бледного, худого, как щепка, человека с красными зрачками. Человек угрожающе скалился, напоминая хищного зверя. Одет он был в старинную одежду. Не слишком разбираюсь, но, судя по тому, что показывают в исторических фильмах, такие вещи носили веке так в восемнадцатом, а то и в семнадцатом.

– Вот этого красавца мы добрую половину ночи и искали, – с удовлетворением в голосе рассказывал шеф, когда мы вошли. – Откуда он взялся, правда, установить не удалось. Встретить никого из людей вурдалак, к счастью, не успел. А вот этим его и упокоили, – сидящий к нам спиной Василий Игнатьевич щёлкнул мышкой.

На экране возникла фотография нескольких веревок с нанизанными на них головками чеснока. Она сменилась изображением длинного деревянного кола с сильно заостренным наконечником, похожего на наточенный карандаш. Меня передернуло.

– Какое варварство, – равнодушно протянула Анжелика.

– Самый древний способ, – прокомментировал Глеб.

– И самый надёжный, – добавил Влад. – Веками испытанный. Василий Игнатьевич, подпишите, – он подсунул шефу моё заявление.

Василий Игнатьевич резко обернулся и, увидев меня, поспешно свернул на компьютере окно с фотографиями. По-моему, совершенно нелогичное действие: я их все равно уже увидела. Шеф быстро подмахнул моё заявление и сухо произнес:

– Отправляйтесь в отдел кадров. Здесь демонстрируются учебные материалы, закрытые для новичков. Владомир, потом зайдёшь один, покажу видео.

Василий Игнатьевич наградил Влада выразительным взглядом. Я прикусила язык: не стоит говорить начальству, что я читала «Дракулу» и в курсе, зачем нужны чеснок и осиновый кол. Правда, смотреть «учебное видео» у меня не было ни малейшего желания, мне и фоток хватило, чтобы примерно представить, что происходило этой ночью.

Татьяна Васильевна взирала на шефа с обожанием. Незнакомые со мной сотрудники уставилась на нас с Владом с любопытством. Глеб широко улыбнулся, как старой знакомой. Анжелика страдальчески поморщилась. Галина негромко сказала:

– Жду в десять.

Отдел кадров находился в подвальном помещении, освещенном тусклой лампочкой. Первое, что бросилось в глаза, – множество высоких шкафов вдоль стен и даже посреди просторного помещения.

– Запоминай, тут не только отдел кадров, но и архив, – громко говорил Влад. – Заведует всем этим хозяйством Гоша. Он помнит каждую бумажку, знает наизусть всю хронологию событий во всех сферах деятельности НИИ, так что по всем вопросам можно обращаться к нему.

– К компьютерам своим обращайтесь, – проскрипел из-за стоявших посреди помещения шкафов противный голос. – У вас там и без меня всё есть, стоит только хорошенько поискать.

– Характер у него с возрастом все больше портится, – беззаботно продолжал Влад. – Но свое дело Гоша прекрасно знает.

Мы обогнули шкаф, и я застыла на месте. Хотелось завизжать и спрятаться за Влада, а ещё лучше – бегом убежать наверх, к людям, но я не могла даже пошевелиться от неожиданности. За шкафами оказался массивный антикварный письменный стол из красного дерева, с резными ножками. На нем стояла потемневшая от времени серебряная чернильница, заполненная чёрными чернилами. А за столом восседал настоящий скелет, сжимая в костлявых пальцах перо. Он старательно водил пером по обычной бумаге формата А4, выводя мелким каллиграфическим почерком аккуратные строчки.

Скелет поднял голову, пустые глазницы уставились на нас. По моей спине побежали холодные мелкие мурашки.

– Не предупредил? – тем же противным голосом спросил скелет и кивнул в мою сторону. – Хочешь, чтобы твою новую сотрудницу тут какой-нибудь инфаркт накрыл или хотя бы обычный сердечный приступ?

Влад с тревогой заглянул мне в лицо.

– Алиса, ты в той реальности не видела Гошу?

– Н-нет, – выдавила я.

– Будем считать, что церемония знакомства состоялась. Присаживайтесь, я заканчиваю договор о неразглашении, – проскрипел скелет. – Форма стандартная. Сейчас начнём, – он кивнул на два стула напротив его стола. – Владомир, тебе повезло с помощницей, у неё замечательно крепкие нервы. Ох, сколько в архиве было обмороков…

Мы сели на жёсткие неудобные деревянные стулья. Скелет уставил на меня глазницы, затем вытащил из стола очки и неторопливо надел их. В очках он смотрелся забавно, но мне было не до смеха.

– Так-так, – проскрипел скелет. – И чем же у нас будет клясться новый сотрудник? Из слабых мест – только отношения с Владомиром и работа в НИИ…

– Отношениями клясться никто не будет, – отрезал Влад, сжав мою руку. – Хотя бы потому, что это касается не только Алисы, но и меня, а я против.

– Разумеется, – скелет мерзко хихикнул. – Но не могу же я написать, что при разглашении Алиса Вячеславовна Мышастова лишается работы в нашем НИИ. Это и так само собой разумеется. Ну, пусть в качестве наказания будет лишение писательского таланта.

Не спрашивая моего согласия, скелет обмакнул перо в чернильницу и продолжил писать. Я прикинула, чем мне грозит лишение творческих способностей. Не смогу писать блоги? Будет неприятно, конечно, но это – не смысл моей жизни. К тому же я не собираюсь болтать с кем бы то ни было о закрытом НИИ.

– Писательского? – заинтересовался Влад.

Пришлось шёпотом рассказать ему о моих статьях в интернете. Ничего особо талантливого я сама в них не видела, но скелету виднее, как составлять диковинный документ.

– Зачитайте вслух, – потребовал Гоша, подвигая мне исписанный лист. – А потом распишитесь.

Почерк у него оказался очень разборчивый, и я без труда прочла, что я, Мышастова Алиса, клянусь не разглашать информацию о НИИ ни устно, ни письменно, ни трезвая, ни во хмелю, ни намеренно, ни случайно. А коли разглашу – так всенепременно лишусь писательского таланта.

Влад сунул мне в руку обычную ручку, и я подписала бумагу. Затем расписался сам Влад, Гоша назвал его свидетелем клятвы. И, наконец, скелет поставил внизу пером подпись с множеством загогулинок и украшений.

– Поздравляю, Алиса Вячеславовна, – торжественно проскрипел Гоша. – Вы приняты на испытательный срок с окладом согласно штатному расписанию. Разрешите пожать вашу руку! –  скелет протянул костлявую ладонь.

Я невольно подалась назад.

– Гоша, хватит шутить, – бросил Влад. – Алис, он на самом деле ни с кем не обмениваются рукопожатиями. Это наш архивариус так развлекается.

Я вздохнула с облегчением, когда мы вышли из подвала и отправились к Галине. Теперь предстояло получить справку об отсутствии негативных магических влияний.

– Извини, я был уверен, что ты знакома с Гошей, – виновато сказал Влад. – Сотрудники часто к нему заглядывают.

– Он вообще кто? – буркнула я. – И как он у вас оказался?

– Гоша работает с незапамятных времен, – ответил Влад. – Учреждение за несколько веков сменило множество названий, а Гоша – бессменный архивариус. Вроде бы кто-то из некромантов-новичков несколько столетий назад поднял из могилы древнего летописца. Не знаю уж, зачем ему понадобился Гоша, но сделал некромант свое дело не слишком удачно. Зато Гоша явился в нашу организацию сам и с радостью согласился заниматься любимой работой. Как видишь, до сих пор  не устал, а  наоборот, полон энергии. У нас его очень ценят. Несколько раз Гошу пытались сманить в дружественные учреждения, но он согласился только давать консультации приезжим специалистам.

Да уж, такой сотрудник – мечта любого работодателя. Работать любит и умеет, как никто другой, а платить ему, видимо, не обязательно. Зачем скелету деньги? Он не ест, не пьёт и наверняка вообще не выходит из здания НИИ.

– Пришли, – Влад стукнул в одну из одинаковых дверей на первом этаже и, не дожидаясь ответа, открыл её.

Галина сидела за компьютером в небольшом кабинете. Рядом с ней возвышался закрытый шкаф. На компьютерном столе лежал металлический диск с небольшим углублением в центре, от него змейкой тянулся тонкий провод вниз, к компьютеру.

– Присаживаемся, – хозяйка кабинета кивнула на стул рядом с диском. – Любой палец устраиваем сюда, – Галина показала на выемку. – И смотрим в камеру.

Я послушно уставилась в глазок висевшей поверх монитора камеры. Хозяйка кабинета деловито защелкала компьютерной мышкой.

– Стрессоустойчивость – девяносто два процента, – одобрительно отметила Галина. – Интерес к работе – восемьдесят шесть процентов. Способности – высокие… Хм-м, сама бы себе такую помощницу с удовольствием взяла. Если не сработаешься с Владомиром, обращайся, – без улыбки сказала она.

– Сработается, – подал голос Влад.

– Посторонним не мешать, – рявкнула на него дама. – Систему сбиваешь. Так, энергетическое поле без разрывов, на вид все очень даже позитивно, – комментировала Галина, глядя в монитор. – Устойчивость против порчи и сглаза имеется. Проклятий серьёзных нет… По моей части вижу только небольшой морок, но он уходит сам. Это остаточные явления после общения с Мойрой, – она чуть приподняла бровь, оценивая считанную информацию. – Висят всякие мелочи, как у всех: несколько завистливых взглядов и три недобрых пожелания, их я убираю. А так всё в порядке.

Справку об отсутствии магических влияний Влад отнёс Гоше сам, я же в это время заново изучала наш рабочий кабинет. Компьютерный стол здесь был только один. Думаю, второй скоро появится. Вряд ли мы с Владом будем сидеть за одним рабочим компьютером. Кресел на колёсиках оказалось два, это уже радовало. В углу стоял знакомый шкаф с кучей папок на полках за стеклом. Я открыла дверцу шкафа и поставила к одинокой белой чайной чашке Влада свою светло-бежевую, купленную по дороге в НИИ в круглосуточном гипермаркете.

– Ну что, когда там должен появиться алхимик? – спросил Влад, заходя в кабинет.

– Не знаю. Радослава говорила, что философский камень был создан утром, – я пожала плечами. – Может, включишь компьютер и посмотрим карту?

Как только комп включился, на экране отобразилось сообщение в скайпе от Радославы.

«Влад, срочно позвони. Есть важная новость».

– Философский камень уже создан, – понимающе кивнул Влад.

Он нажал команду «Видеозвонок» и тут же принялся что-то искать в телефоне. Радослава появилась на экране через несколько секунд – в чёрном балахоне, чёрном платке и с самым суровым видом.

– Выходи-выходи, – сварливо сказала она кому-то. – Поговорю и сразу тебя назад позову. Дело важное, подождать, в отличие от тебя, никак не может.

После небольшой паузы Радослава улыбнулась в камеру.

– Доброго утреца. Смотрю, вы уже вместе в кабинете?

– Доброе утро, – я улыбнулась.

– Здравствуйте, Радослава, – серьёзно заговорил Влад. – Какие новости?

– Не везёт тебе, – хмыкнула она. – То Мойра заявилась, теперь вот философский камень кто-то добыл. Я всерьёз пока ещё не смотрела, у меня-то с утра своя клиентура идёт по записи. Но точно говорю, алхимик – старик. Подержал камень в руках, омолодился года на два-три. Так что хочешь, приезжай попозже, глянем поподробнее, что да как.

Влад с улыбкой покосился на меня.

– Пока не нужно, – сказал он. – В реальности, созданной Лахесис, вы уже описывали всё, что по нему видели. Алиса запомнила подробности.

– Ну смотри, надо будет – приходите. Хорошо вместе смотритесь, – Радослава прищелкнула языком. – Вот уж пару так пару Мойра составила, на загляденье. А что, Алисочка устраивается к вам на работу? Владик, не пожалеешь, прекрасно сработаетесь, это я тебе говорю, – она подмигнула в камеру. – А у меня глаз наметанный…

О выставленном из дома клиенте Радослава не переживала, и разговор удалось прервать только через несколько минут: ясновидящая трещала без умолку.

Как только сеанс связи завершился, Влад положил передо мной телефон с открытой на экране картой города. Ничего себе! Серые паутинные нити исчертили причудливыми линиями все районы, особенно густо покрывая тот, где обосновалась Лахесис. На их фоне яркими, весёлыми пятнами выделялись две жирные красные точки. Одна – неподвижная – обозначала Мойру и находилась там, где в пустой квартире бесконечно вязала нечто разноцветное древняя богиня судьбы. Вторая точка скользила по карте довольно быстро: похоже, алхимик передвигался на автомобиле.

Влад вошёл на компьютере в знакомую мне рабочую программу и на большом мониторе высветилась такая же карта города, как на телефоне.

– Наблюдай за передвижениями, – Влад кивнул на экран. – Если дед где-то остановится, записывай, где он был и сколько времени там провёл. Я доложу шефу обстановку, а дальше будем вычислять старика – кто такой и куда он сегодня ещё может намылиться. Странно, что Мойра пока сидит на месте, – задумчиво заметил Влад. – По идее, она должна была сразу же заинтересоваться философским камнем.

– Лахесис и в той реальности появилась только на следующий день, – напомнила я.

– В другой реальности её сегодня просто не было в городе, – возразил Влад. – А сейчас дед омолодился почти перед носом Мойры, а та никак не реагирует на вызов алхимика судьбе.

Действительно странно, но поведение Лахесис вообще не слишком поддаётся человеческой логике. Сначала брачное агентство, потом специально изменённая для нас с Владом реальность, теперь алхимик, безнаказанно проводящий свои опыты с камнем бессмертия… Одно можно сказать точно: объяснять свои поступки Мойра вряд ли станет.

Влад вышел. Я внимательно наблюдала за красной точкой. Вот она остановилась. Я щёлкнула по карте, увеличивая нужный фрагмент. На экране тут же появился и замигал красным, а вскоре жёлтым и зелёным значок «Светофор». Красная точка – автомобиль алхимика – снова поплыла по карте, набирая скорость.

– Тук-тук, можно? – игриво спросил за спиной Глеб.

– Влад у шефа, – не отводя взгляда от экрана, буркнула я.

– Ну ты-то здесь, – Глеб подошёл и уселся в свободное кресло. – Можно на ты? Мы здесь почти все общаемся свободно.

– Угу, – промычала я, глядя на снова застывшую на месте точку. – Ты что-то хотел?

– Я инфу распечатал, – гордо сообщил он. – По пенсионерам на синем автохламе.

Рядом со мной легли три листа горячей бумаги – только из принтера. Запахло чернилами, этот запах причудливо смешался с ароматом дорогой туалетной воды Глеба. Потомок инкуба словно невзначай положил мне руку на плечо.

– А это у нас кто? – он кивнул на экран.

– Пенсионер на автохламе, – ответила я. – Руку убери, пожалуйста. Не люблю, когда ко мне прикасаются малознакомые люди.

– Ну так можем познакомиться получше, – весело сказал Глеб, но руку все же убрал. – Приглашаю вечером в симпатичный ресторанчик. А если любишь театр, то могу устроить нам билеты на любой спектакль…

Я прикусила губу, отметив, что Глеб уже говорит о каких-то «нас». Наверняка ему редко отказывают, он полон обаяния и, уверена, умеет красиво ухаживать. Сегодня за одной, завтра за другой, а через неделю – уже за десятой. В свое время мама вдолбила мне непреложную истину: если мужчина красиво ухаживает, значит, он постоянно тренируется в этом искусстве. И, чаще всего, с разными дамами.

– Никак не получится, – сказала я. – У нас с Владом на этот вечер другие планы.

Красная точка не двигалась, и я щёлкнула мышкой по карте. Ну и где теперь остановился дед? На этот раз высветился определённый адрес. Я торопливо схватила тёплый лист бумаги и на полях записала его, пометив «Технический университет».

А это уже интересно! Работает наш алхимик здесь или просто ищет, например, приятеля-педагога или внука-студента? Скорее всего, все же работает. Или работал. Радослава говорила, что дед на работе писал формулы. Он вполне может вести какой-нибудь предмет в техническом вузе. Теперь точка еле ползла по увеличенной до предела карте: старик неспешно передвигался по коридорам. Надеюсь, Влад скоро вернется: хорошо бы ему встретить алхимика у выхода из университета.

Я машинально навела мышку на медлительную алую точку. На экране тут же услужливо высветилось: «Алхимик, создатель философского камня – первого за 128 лет…» Я, не дочитывая, отвела мышку в сторону. Пояснение исчезло.

Глеб присвистнул.

– Ничего себе, пенсионер на автохламе! Что-то везёт Владу в последние дни: сначала Мойра, теперь пенсионер с камнем… Хотя встреча с такой девушкой искупает все рабочие проблемы, – галантно добавил он.

– Глеб? – в кабинет заглянула Анжелика. – Тебя искала Клара, хотела попробовать, как её новые нити забвения будут действовать на нас с тобой.

Проходной двор, а не кабинет! В отличие от Глеба, она даже символически постучать не соизволила. Хотя если Анжелика уведет отсюда ищущего новую жертву Казанову, я буду только рада.

– Никак не будут, без опытов могу сказать, – он фыркнул и нехотя поднялся. – Вот представь, Алиса, какая у нас упорная Клара. На людей её нити действуют превосходно, так ей надо, чтобы и на потомков…

Анжелика выразительно кашлянула.

– На потомков не совсем людей действие было таким же, – невозмутимо закончил Глеб. – Ладно, пойдём. Хорошего тебе первого рабочего дня.

– И проставиться не забудь, – промурлыкала Анжелика. – Это традиция, а традиции надо чтить. Новичок обязательно накрывает стол и отмечает первые рабочие дни в НИИ.

Учту, но с традициями мы разберёмся позже. Надо будет спросить у Влада, положен тут банкет по случаю устройства на работу, или Анжелика просто не прочь поесть вкусняшек.

Влад вернулся через несколько минут. Этого времени алхимику хватило, чтобы решить все свои дела в университете. На увеличенной карте было хорошо видно, что точка приближается к выходу из здания.

– Не страшно, – Влад схватился за распечатки Глеба. – Теперь вычислим деда в течение часа-полутора. А дальше у нас появится его адрес, и, в крайнем случае, можно будет дождаться алхимика около его дома. Продолжай наблюдать, я – в университет.

Влад поцеловал меня долгим, кружащим голову поцелуем. Когда мы оторвались друг от друга, алая точка уже живо двигалась к краю монитора: алхимик сел в автомобиль. Я щёлкнула мышкой, вновь уменьшая карту города. Влад сгреб со стола бумаги, оставленные Глебом, и вышел из кабинета.

Наблюдать так наблюдать. Я внимательно смотрела на движение точки. Алхимик проехал девять километров и остановился возле главного офиса крупного банка. Зелёная точка, обозначающая Влада, быстро двигалась к университету. Я отметила, что и алую, и зелёную точки всё гуще обвивает серая паутина. А ещё нити паутины между Владом и алхимиком сгустились, переплелись, образуя что-то вроде забора-преграды. Я сморгнула. Забор становился все гуще. Я сфотографировала странное явление на телефон и отправила Владу, а затем набрала его номер.

– Я послала тебе сообщение, – начала я, как только Влад ответил на звонок. – Посмотри фотографию. Там что-то непонятное.

– Сейчас припаркуюсь и посмотрю, – отозвался он. – Подожди, я быстро.

Я вслушивалась в дорожные звуки в трубке – шуршание, сигналы машин, громкую музыку с мощными басами, долетевшую из какого-то автомобиля – и смотрела, как все более уплотняется серая преграда. Паутина начала опутывать и красную точку, наматываясь на неё, как на клубок ниток. Я сфотографировала и эту картину и отправила вдогонку к предыдущей.

– Я уже посмотрел на карте, – хмуро сказал Влад. – Лахесис вступила в игру и, похоже, собирается запутать следы старика. Продолжай наблюдать, пока его видно.

Я-то продолжу, только любопытно, зачем Мойра мешает Владу в поисках? По идее, она должна быть заинтересована, чтобы философский камень уничтожили, а старик скончался тогда, когда ему это отведено судьбой. Сама Лахесис не рвётся заняться этой проблемой. Так почему Мойра не даёт профессионалу разобраться с камнем?

Влад пробыл в университете минут двадцать. За это время карту города почти полностью затянуло серыми нитями. Красные точки полностью скрылись за ними, зато зелёная прекрасно выделялась на сером фоне – как будто в насмешку, Мойра оставила на карте только её. Не было видно ни названий улиц, ни номеров домов, ни даже самих улиц.

Я уже не следила пристально за картой города – следить было, собственно, и не за чем. Поглядывала только на зелёную точку, ожидая, когда она начнёт двигаться.

Влад позвонил уже из машины.

– Лис, в увеличении на мониторе что-нибудь видно? – спросил он.

– Только тебя, – ответила я.

– Можешь больше не смотреть карту, я скоро приеду, – пообещал Влад.

Пока он ехал, в кабинет заглянул шеф. Посмотрел на монитор, покачал головой.

– Все компьютеры вышли из строя из-за Лахесис и алхимика, будь он неладен, – недовольно проворчал Василий Игнатьевич. – Карту города показывают только так, – он кивнул на серый прямоугольник монитора. – В дружественных НИИ по всей стране такая же петрушка: наш город виден как сплошное серое пятно. Подобных помех даже Гоша припомнить не смог, хотя он видал времена, когда сотрудники НИИ смотрели карту города гораздо более неудобными способами: по воде, например.

– Это как? – не поняла я.

– А вот примерно, как Радослава работает. Смотрели в воду, а видели то, что было нужно. Таких специалистов все меньше, разленились, да и техника шагнула далеко вперёд. Впрочем, по воде посмотреть алхимика уже тоже попробовали – не вышло ни у меня, ни у Гоши, ни у Радославы. Журавлев придёт – сразу ко мне с докладом.

Василий Игнатьевич кинул сердитый взгляд на ни в чем не повинный компьютер и вышел в коридор.

Глава 16

Влад появился минут через пятнадцать. Он лёгким бегом влетел в кабинет и взглянул на светящийся серый экран монитора.

– Василий Игнатьевич сказал, чтобы ты сразу шёл к нему с докладом, – честно передала я, сгорая от любопытства.

– Ну, пошли вместе, – Влад подошёл к столу и выключил компьютер. – Расскажу все сразу и тебе, и ему.

Пока мы шли по коридору, я тихо пересказывала Владу, что говорил шеф.

– Предсказуемо, – сказал он. – Вполне логично обезвредить все компьютеры НИИ и дружественных учреждений, иначе я мог бы просто попросить коллег посмотреть всё, что мне нужно, с их компов. Интересно только, что задумала Мойра. Зачем ей нужно, чтобы никто не добрался до алхимика?

Василий Игнатьевич сидел за своим столом мрачнее грозовой тучи. Рядом что-то успокаивающе ворковала Татьяна Васильевна. Вид у неё был, в отличие от начальства, вполне довольный.

– Явился? – хмуро процедил шеф. – Ну и что теперь думаешь делать? Работа в НИИ остановлена, интернет глючит без видимых причин, в рабочие программы не зайдёшь, – он кивнул на серый экран монитора. – А все потому, что в городе чудят одновременно алхимик и Лахесис. А это, между прочим, по части твоего отдела.

– Это случай, ранее неизвестный, никто с таким не сталкивался. И потом, не все же рабочие программы поражены мойровирусом, – умиротворяюще вступила Татьяна Васильевна. – Мои, например, в порядке.

– Ну, хоть с косметикой у нас всё хорошо, – язвительно произнес шеф. – У Глеба и Лики провалы в памяти, компы не работают, в городе бардак, зато можно работать над кремом от морщин или восстановителем для седых волос…

– А что случилось с памятью Глеба и Анжелики? – бесцеремонно перебил Влад.

– А это уже бонус к куче проблем, – Василий Игнатьевич сжал руку в кулак. – Клара решила испытать свою очередную разработку нитей забвения. Сам знаешь, насколько важно, чтобы эти нити действовали не только на людей, но и на различных… – он покосился на меня и после короткой паузы неловко закончил: – существ и их потомков. По закону подлости, Кларе именно сегодня полностью удался её опыт. Она поставила обоим в памяти замки на всю информацию о работе, а теперь не может их убрать. Лика и Глеб помнят только, что они работают в нашем НИИ, но не в состоянии назвать даже пароли от своих компьютеров и понятия не имеют, чем должны заниматься. Проблема в том, что нитей-противодействия у Клары пока нет, это следующая запланированная разработка. Она поставила кодировку на рабочий компьютер, не распечатала её, а теперь не может добраться до кода. Говорит, там нужно прочесть в точном порядке последовательность из определенных цифр, чтобы получился совместный возраст Глеба и Лики. Порядок цифр она, естественно, не помнит. В общем, Клара психует и пока не может придумать, что делать.

– А если пообещать Мойре не искать алхимика? – вступила я. – У неё свой интерес в этом деле. Лахесис сама сказала, что подождёт, пока алхимик создаст философский камень, а потом встретится с ним. Она же все равно сделает, как захочет, и помешать ей не получится. Если Мойра поймёт, что в её дела никто не вмешивается, она может восстановить работу, – я кивнула на компьютер.

Василий Игнатьевич задумчиво побарабанил пальцами по столу.

– Я уже думал о том же. Влад, твоё мнение?

– Я постараюсь сегодня встретиться с алхимиком и убедить его уничтожить камень, – после паузы ответил Влад. – Но могу смело обещать не пользоваться для поиска программами компьютера, даже если он заработает.

– Установил личность? – оживился шеф.

– Киселев Сергей Петрович, семьдесят шесть лет, – сказал Влад. – Больше пятидесяти лет работает в техническом университете, ведёт химию. Вернее, работал. Сегодня он подал заявление об увольнении. Адрес известен, живёт дед, кстати, через дом от места, где обосновалась Лахесис. Подозреваю, что это – не случайность. Алхимик ездит на перекрашенный ыьчигий цвет советской «ниве» лохматых годов выпуска. Семьи не имеет, в квартире, кроме него, никто не прописан.

Он договаривал, глядя на шефа, а я пристально уставилась на монитор. Нет, не показалось. Серые паутинки расползались с экрана, как гусеницы. Вот уже сквозь их пелену начал просвечивать рабочий стол с зелёным фоном.

– Взывать к Мойре не придётся, – я кивнула на экран.

За несколько минут работа всех компьютеров НИИ была восстановлена. Клара сразу кинулась искать код, чтобы вернуть память Глебу и Анжелике. Шеф уткнулся в свой монитор, Татьяна Васильевна отправилась к себе в отдел, что-то бормоча о заказе болотной тины. А мы с Владом вышли из здания НИИ под яркое летнее солнце. Я вспомнила, что в реальности Мойры мы примерно в это же время были на пляже, и алхимик с философским камнем нас мало волновал.

– Куда пойдём? – спросила я.

– В кафе, есть мороженое, – ответил он. – Когда у твоей мамы заканчивается рабочий день?

– Она в понедельник не работает. Скорее всего, сейчас продолжает общаться с соседом, – я улыбнулась, вспомнив подслушанный вчера разговор о выезде на природу.

– Может, сейчас нас и познакомишь? – предложил Влад. – Ты говорила, что в реальности Лахесис алхимик носился по казенным домам весь день. Наверняка он сегодня повторит тот же путь и вернётся домой только к вечеру.

Идея была хорошая. На работе сидеть не имело смысла, раз Влад обещал пока не пользоваться рабочими программами. Действительно стоит познакомить их с мамулей днем, а вечером попробовать найти алхимика. Хотя, честно говоря, я сомневаюсь, что Мойра хочет убить или покалечить создателя философского камня. И вообще я солидарна с Татьяной Васильевной: ну его, этого Сергея Петровича. Раз Лахесис намерена сама объяснить старику, что люди не должны быть бессмертными, зачем нам лезть в это дело?

Мама по телефону долго вздыхала, что не может принять «моего молодого человека» в квартире из-за «этого неожиданного ремонта, свалившегося как снег на голову». Однако я заметила, что раздражения в её голосе не было. Похоже, мамуля начинает смиряться и с ремонтом, и с присутствием в её комнате Николая Павловича. В итоге мы договорились встретиться и посидеть в кондитерской недалеко от дома. В той самой, с замечательными пирожными и кофе, куда вчера сосед приглашал мамулю.

Я улыбнулась. Пока меня не было дома, Николай Павлович даром времени не терял. Знала бы, что он интересуется моей мамой, я бы не торчала всё время в квартире, а дала им возможность пообщаться по-соседски. Может, они уже давно и сошлись бы, как в реальности Мойры. Но у меня и в мыслях не было, что обаятельный бабник Николай Павлович и моя строгая мама могут стать счастливой парой.

В недавно открывшейся кондитерской я ещё не была. Заведение оказалось маленьким и очень уютным, с несколькими столиками, удобными мягкими диванчиками, с живыми цветами в горшках и картинами из тёмного и белого шоколада на стенах. Пирожные выглядели заманчиво, их было много – разных и очень аппетитных. Я заказала кофе капучино, десерт со взбитыми сливками и фруктами и ту самую «Павлову», которую хвалил сосед. Влад выбрал кофе американо, такой же десерт, как у меня, и безе с орешками.

Как приятно было спокойно сидеть в кафе, никуда не спешить, смаковать десерт, болтать о чем-то не слишком важном и видеть, что Влад смотрит на меня так же, как в реальности Мойры. Иногда для счастья нужно всего лишь на минуту забыть о своих принципах. Кто сказал, что абсолютно все они должны быть незыблемыми? Я никогда не знакомилась на улице, в транспорте, в интернете. Если бы не Мойра, я так и не заметила бы Влада и лишилась бы человека, с которым мне легко и просто, с которым мы подходим друг другу во всем. Человека, которого я люблю.

Мама появилась через несколько минут – в сопровождении Николая Павловича. Я сморгнула от неожиданности: мамулю было не узнать. Она распустила светлые волосы, надела белые туфли на шпильке, годами хранившиеся для загадочных «особых случаев» в коробке в обувной тумбе. На моей памяти, мама не надевала их ни разу, и вот особый случай наконец-то настал. А ещё мамуля надела воздушное нежно-голубое платье до колена – с оборочками и оголенным плечом. В таком наряде она выглядела очень романтично. Образ дополняли тонкая серебряная цепочка с кулоном из лунного камня и длинные серьги.

– Мы с Николаем… – мамуля осеклась. – Павловичем как раз хотели выйти перекусить. Очень удачно получилось.

Куда уж удачнее! Мама при соседе очень старалась произвести впечатление мягкой романтичной особы, словно и забыла, как несколько раз вдохновенно ругалась с ним из-за всякой ерунды. А романтичной особе совсем не к лицу инквизиторский взгляд, и откровенный допрос нам с Владом она устроить никак не сможет.

– Меня удивило, что Алису взяли на работу в НИИ, – мило улыбаясь, говорила мамуля. – Она умница, но у неё совсем не то образование, в исследовательских институтах не работают учителя начальных классов.

– Мне нужна была помощница, для этой должности не требуется специальное образование, – спокойно ответил Влад.

– И чем же занимается ваш НИИ? – взгляд моей мамы становился всё более недоверчивым, хотя она продолжала улыбаться.

– Это секретная информация, – Влад был невозмутим. – И секретный объект. Алиса неплохо разбирается в том, чем занимается мой отдел, поэтому её пригласили к нам на работу.

Улыбка мамули стала совсем уж натянутой. Николай Павлович задумчиво помешивал сахар в своем кофе.

– Я так понимаю, НИИ находится в двухэтажном здании на улице Пушкина? – он поднял внимательный взгляд на меня, перевёл на Влада.

– Именно, – Влад чуть заметно напрягся.

– Знаю это учреждение, очень солидная контора, – кивнул сосед. – Меня туда тоже в свое время звали. Только я выбрал другую профессию, а вот моя младшая сестра у вас работает. Галина Павловна. И друг мой там в начальниках, – Николай Павлович обаятельно улыбнулся моей маме. – Василий Игнатьевич Пираньев. Заведение действительно закрытое, информация засекреченная, зарплаты у сотрудников высокие, и работа интересная. Людей с улицы туда не берут, каждый сотрудник приходит по рекомендации или особому приглашению. Не беспокойтесь, Ольга, это очень приличное место.

Я с любопытством уставилась на соседа. Какие же в нем скрыты необычные способности, если его звали в НИИ? Как удачно, что меня вчера весь день не было дома: мама с Николаем Павловичем, общаясь друг с другом, быстро отбросили отчества. Так дело и до «Коли» и «Оленьки» скоро дойдёт.

– Мир тесен, – Влад улыбнулся. –  Где бы я ещё познакомился с братом Галины?

– Я верю, что ваша контора очень приличная, – мама нахмурилась и перестала изображать романтическую дамочку. – Но хотелось бы знать, не опасная ли у вас работа?

– Я в НИИ больше десяти лет, – серьёзно сказал Влад. – За это время ни у кого не было ни одной серьёзной производственной травмы.

Я на пару секунд задумалась, можно ли считать потерю памяти у Глеба и Анжелики производственной травмой. Наверное, нет: они ведь добровольно согласились испытать на себе нити забвения. Да и память Клара им наверняка уже возвратила.

– А несерьёзной? – насторожилась мамуля.

– А несерьёзные бывают везде, – выручил Николай Павлович. – Человек поскользнулся в коридоре, потянул мышцы на ноге – это уже травма. Владомир, я не совсем понял одну вещь. Вы с Алисой давно знакомы?

Я отметила, что сосед назвал Влада полным именем. Значит, знал, кто он и как его зовут. И вообще наверняка много знает о НИИ и порядках в засекреченном учреждении.

– Нет, – коротко ответил Влад. – Николай Павлович, сразу уточню: откуда вы знаете моё полное имя?

– Поинтересуйтесь хоть у Галочки, хоть у Василия, – пожал плечами сосед. – Они вам все расскажут. Кстати, я как раз пригласил Ольгу… Петровну, – после короткой паузы сказал он, – на выходных в посёлок на шашлыки. У меня там дача рядом с Галкиным домом. Так что можем посидеть там компанией. Как смотрите на это, Влад?

– С удовольствием, – Влад улыбнулся. – Ольга Петровна, у нас замечательные места, природа, воздух, речка рядом…

Мама снова превратилась в романтичную даму, принялась расспрашивать о природе и речке, но её взгляд оставался настороженным.

– Алиса, ты, надеюсь, пойдёшь с нами домой? – прощебетала она, когда все вышли из кондитерской.

Я прищурилась на ярком солнце. Предусмотрительная мамуля надела тёмные очки.

– Я ещё на работе, – ответила я.

– Ольга Петровна, скорее всего, мы переночуем у меня, – не моргнув, сказал Влад. – А на выходных приглашаю вас в гости.

Вид у мамы был недовольный, но она промолчала. Наверняка дома меня будет ждать пламенная речь о приличном поведении, пошлых и несерьёзных служебных романах и возмутительной доступности современных девушек.

Николай Павлович чуть поднял бровь. Почти уверена, он в курсе правил для сотрудников НИИ и знает, что случайных людей они в дом не приводят.

Когда они, попрощавшись, двинулись в сторону нашего дома, Николай Павлович говорил:

– А знаете, Ольга, у молодого человека очень серьёзные намерения.

Глава 17

Первым делом Влад позвонил шефу с вопросом: почему брат Галины знает так много о НИИ и, тем более, откуда ему известно полное имя Влада?

Мы сидели в машине, и он включил громкую связь, чтобы не пересказывать мне все, что услышит.

– Так, я не понял, вы вообще чем там занимаетесь? – насмешливо поинтересовался Василий Игнатьевич. – Сидите по кафешкам, брат Галины откуда-то нарисовался, обстановочка неформальная. А работать кто будет?

– Мы будем работать, – Влад хмыкнул. – Только попозже вечером. Брат Галочки по совместительству оказался соседом Алисы, мир тесен. Естественно, меня заинтересовало, когда Николай Павлович назвал меня Владомиром. Имя редкое, так просто не вычислить. И потом, он назвал адрес НИИ, намекал на наши правила для сотрудников…

– Да, он много чего знает, – спокойно сказал шеф. – Николай – внештатный консультант Галины. Снимает с неё негатив, когда нужно, помогает ей в особо сложных случаях. Так что знает он о НИИ примерно столько же, сколько любой другой консультант, та же Радослава, к примеру.

Да уж, мир тесен. Кто бы мог подумать, что Николай Павлович, казавшийся закоренелым материалистом, имеет отношение к мистическому НИИ!

Минут через десять Влад припарковался во дворе дома алхимика.

– Теперь, если шеф спросит, чем занимаемся, можно отвечать, что ждём старую синюю машину. Надо ж было выкрасить «ниву» в синий цвет, – он хмыкнул.

– Зато машина приметная, – я улыбнулась. – Ни с чем не спутаем.

Однако до полуночи синяя машина не появилась. Свет в окнах квартиры резвого дедушки не горел.

– Радослава говорила, что он весь день носился по разным делам, – вспоминала я. – Его самого мы не вычислили, и ты шёл за ним по карте во вторник. Но я не знаю, где он был этой ночью.

– То есть дед, в принципе, мог не приехать домой ночевать? – Влад нахмурился. – Это вряд ли, Лис. У него кошка, её надо кормить, убирать за ней. Не бросил же старик животное в запертой квартире. Тем более, ты говорила, что он её тоже омолодил. Значит, любит и заботится. В принципе, мог и оставить на сутки, с едой и лотком… – он задумался.

Я вдруг вспомнила последнюю картину на карте в реальности, созданной Лахесис. Мойра подходила не к одной красной точке, а к двум. К двум! Я ещё удивилась, но отвлеклась на звонок Владу, а дальше всё вернулось на круги своя, я проснулась у себя в комнате, и мне стало совсем не до алхимика.

– Он мог взять кошку с собой, – сказала я. – На карте в той реальности отражалась рядом с ним красная точка поменьше.

– Подожди, я скоро вернусь, – Влад вышел из машины.

Я смотрела, как он большой чёрной тенью движется по плохо освещенному двору, как подходит к подъезду и звонит в домофон. Влад постоял немного у двери подъезда. На лавочке самозабвенно целовалась парочка. Влад подошёл к ним, что-то сказал. После недолгого диалога парень встал и открыл дверь подъезда. Влад с благодарным видом потряс его руку.

Я прикидывала возможные варианты. Дед мог оставить машину в гараже или на стоянке и вернуться домой пешком. Правда, он не включал свет, но, может, у него окно спальни выходит на другую сторону дома. А еще алхимик мог до сих пор кататься по городу, или остаться ночевать у друзей, родственников. И – последний вариант – он мог встретить Лахесис. Что же Мойра от него хотела?

Позвонить бы Радославе, но Лахесис наверняка это не понравится. Она запросто устроит какие-нибудь проблемы со связью. И хорошо, если только мне, а то ведь может оборвать какую-нибудь нить и лишить город и телефонов, и интернета. С другой стороны, что же нам теперь, ночевать во дворе в ожидании алхимика, захотевшего омолодиться?

Влад вернулся через несколько минут. Он сразу повернул ключ в замке зажигания и включил фары.

– В квартире никого нет, – сказал Влад. – Ты права, он взял кошку с собой. Видимо, ещё не омолаживал ее, поэтому на карте кошка, как объект магического воздействия, не отражалась. Очень шустрый дед. Он как будто заметает следы: домой не вернулся, с работы уволился. Не удивлюсь, если наш алхимик забрал из банка все накопления. Интересно, по каким ещё казенным домам его носило?

– Думаешь, он знал, что его будут искать? – спросила я.

Влад пожал плечами.

– Вряд ли. Этот Сергей Петрович запросто мог запланировать переезд, чтобы омолодиться, не вызывая лишних вопросов. Не знаю уж, как он решал бы дела с официальными документами, но это пока – единственное, что приходит в голову.

Влад выехал со двора и свернул к одному из центральных, проходящих через полгорода проспектов. Из открытых окон веяло приятной прохладой, ветерок растрепал мою челку. Переливались разноцветными огнями уличные рекламные щиты и входы ночных клубов, на перекрёстке шумела компания молодёжи. Кто-то громко смеялся, с автобусной остановки доносилась песня в два голоса. Я чётко осознала, что в тихом посёлке за городом мне нравится гораздо больше. И поняла, почему Влад купил дом именно там и готов каждый день тратить много времени на дорогу в НИИ.

– Куда мы едем? – спросила я.

– Домой, – ответил Влад. – Отдыхать. С утра ещё раз заглянем к Мойре. Мне категорически не нравится, что по городу носится человек с философским камнем. Попробую подобрать нужные слова, чтобы достучаться до древней богини. Кстати, я не обещал ей, что мы не будем смотреть на карте, где находится сама Лахесис, – он, не глядя, набрал одной рукой на клавиатуре телефона безумно длинную комбинацию из цифр и букв. Экран засветился серым фоном. – Открой, пожалуйста, программу на моем телефоне и выбери «Воплощение судьбы». Меня интересует, не сменила ли адрес дама с вязанием.

Мойра была все там же, в пустующей квартире. Но она была не одна. Я отчётливо видела почти слившиеся на маленькой карте две красные точки. Алхимик? Больше вроде некому там быть и светиться красным. Если бы к Лахесис пожаловал кто-то из сестер, Радослава уже оборвала бы Владу телефон. Значит, точно алхимик. И я очень сильно сомневаюсь, что это совпадение, что Сергей Петрович случайно оказался поблизости и сидит, например, на лавочке у подъезда.

– Влад, он там, – нехотя проговорила я.

Кажется, отдых пропал. Если мой муж – все-таки, он мне бывший муж, настоящий или будущий? – не рванет сейчас туда, это будет просто не он.

– Подожди-ка…

Влад припарковался у ближайшего магазина, давно закрытого на ночь. Он посмотрел на красные точки на моем телефоне, увеличил карту, и стало видно: рядом с большими есть ещё две маленькие точечки.

– Видимо, коты, – Влад устало потёр переносицу. – Да простит меня Мойра, но мы поедем туда прямо сейчас. Я не знаю, что происходит, и меня мало интересует, как алхимик туда попал и что у них за общие дела. Но ситуацию с камнем нужно прояснить.

Я зевнула. Кто бы сомневался! Прояснить так прояснить. Если Мойра, конечно, захочет что-либо прояснять, она – дама с характером и сотрудников НИИ откровенно недолюбливает. Представляю, как её раздражает их внимание и желание вникнуть в её дела и планы.

Во дворе в глаза мне сразу бросилась неестественно синяя древняя «нива» с надписью «Продается», удобно припаркованная прямо у нужного нам подъезда.

– Любопытно, – пробормотал Влад, мельком взглянув в сторону машины.

 В подъезд мы попали легко: домофон оказался сломан. Лахесис выбрала для проживания не самый лучший и очень неспокойный район города. В тёмном подъезде я машинально покрепче вцепилась в руку Влада. То ли лампочки перегорели, то ли их тут отродясь не вкручивали, но света не было. Влад подсвечивал под ноги телефоном. Я пыталась представить, что мы скажем счастливой наследнице-новой хозяйке квартиры, если она вдруг выйдет на наши голоса. Да и открыта ли вообще дверь убежища Лахесис? Впрочем, алхимик же как-то туда попал. Сомневаюсь, что его вместе с автомобилем перенесли к Мойре некие потусторонние силы.

Влад тихо постучал в хлипкую дверь. Я с тревогой прислушалась. Если хозяйка нас увидит, то может, и правда, вызвать полицию. Действительно, странно выглядит, когда двое незнакомых людей второй раз за день вламываются в пустую квартиру, в которой точно никто не живёт.

Дверь открылась неожиданно, просто со скрипом отворилась, причём вопреки всем законам физики. Из неё торчал высунутый длинный язычок замка, дверь была заперта на ключ. Впрочем, что такое для Мойры ключи и замки?

– Заходите, раз явились, – ворчливо сказала из комнаты Лахесис. – Что ж ты такой неуемный-то? – с досадой добавила она.

Когда мы вошли, в комнате горели красные свечи – не старинные, как можно было бы ожидать, а самые обычные маленькие декоративные свечки из супермаркета. Сито с клубками лежало на шкафу, из сита в разные стороны торчали спицы. За столом пили чай с печеньем Мойра и худощавый пожилой мужчина с весёлыми серыми глазами. На полу у стола, свернувшись в один трогательный двухцветный клубочек, спали серый кот и белая кошка.

Входная дверь за нашими спинами захлопнулась, щёлкнул замок. Влад коротко поклонился.

– Оставим эти церемонии, – Лахесис усмехнулась. – Коротко и внятно: что тебе нужно, Владомир? Ты ведь собирался уже ехать домой. Зачем тебя опять сюда принесло? Мне начинает надоедать внимание вашей научной конторы к моим делам.

– Лахе, молодой человек, видимо, прибыл не совсем к тебе, он пришёл по мою душу, – весело сказал её гость.

– Не совсем, Сергей Петрович, – Влад перевёл на него спокойный взгляд. – Я, скорее, прибыл по душу философского камня, если так можно выразиться.

– Нет у этого камня души, – отчетливо буркнула Мойра. – Он – искусственно созданное вещество, если выражаться вашим языком.

– Лахе, я так понимаю, эта пара из НИИ, о котором ты говорила? – невозмутимо спросил Сергей Петрович. И, получив короткий недовольный кивок, продолжил: – Замечательная у вас работа. Но мной вы заинтересовались совершенно напрасно. Присаживайтесь, я объясню, что к чему.

Мойра кинула короткий взгляд в сторону шкафа. Там сами собой несколько раз стукнули спицы, и на столе возникли ещё две чашки чая. Я вздохнула с облегчением. Кажется, разговор предстоит мирный, да и алхимик выглядит вполне адекватным. Любопытно, что связывает Сергея Петровича с древней богиней судьбы, и почему она позволяет называть себя просто «Лахе»?

Влад представился, затем назвал моё имя, и алхимик хитро покосился на Мойру.

– Да, та самая пара, – она гордо улыбнулась. – Одна из самых удачных моих работ.

– Итак, зачем вам понадобился философский камень? – светским тоном поинтересовался Сергей Петрович. – Хотите изучить рецепт его изготовления? Или вас интересуют отдельные свойства моего изобретения, и вы хотели бы ими воспользоваться?

– Ни в коем случае, – в тон ему ответил Влад. – Философский камень – изобретение крайне вредное для человечества. Можно сказать, что это один из самых сильных соблазнов для любого человека. Камень может стать серьёзным оружием или средством шантажа. Понимаю, что изготовили вы его просто для себя, но рано или поздно кто-нибудь заинтересуется, почему Сергей Петрович Киселев не просто не выглядит на свои годы, но и молодеет на глазах, и почему его жизнь становится неестественно долгой. Вы не можете не понимать, что начнётся, если о камне станет известно. История показывает, что величайшие изобретения используют чаще во вред, чем на пользу…

Сергей Петрович покачал головой.

– Владомир, вы говорите совершенно правильные вещи, но философский камень не станет достоянием общественности. О нем вообще никто не знает, кроме сотрудников вашего НИИ. Мной тоже никто не заинтересуется. Завтра я просто пропаду без вести, и меня не найдут, даже если действительно будут искать.

– Ну допустим, вы переедете, – с сомнением произнёс Влад. – Возможно, даже каким-то образом смените документы, но через несколько лет у вашего нового окружения опять-таки начнут возникать ненужные вам вопросы.

– У его нового окружения не возникнет ни одного вопроса, – Мойра скупо улыбнулась. – И, можешь поверить моему слову, ни один человек на земле не увидит философского камня.

– Видите ли, я вот-вот исчезну из этой реальности, – с широкой улыбкой проговорил алхимик. – Можно сказать, я фактически уже исчез. Лахе сейчас приоткрыла вам нашу реальность, но любой, кто войдёт в комнату, увидит лишь голые стены. Так что вы можете не волноваться, философский камень останется при мне, и никто из людей не сможет до него добраться.

– К чему все эти сложности? – Влад нахмурился. – Собираетесь уйти из нашего мира ради философского камня?

Я начинала что-то понимать. Нет, Сергей Петрович собирается покинуть мир совсем не ради своего изобретения. Спящие в обнимку коты, чаепитие с самоваром, «Лахе», поездки алхимика по казенным домам – все вписывалось в невероятную, поразительную картину.

– Ради камня? – с весёлым удивлением переспросил алхимик. – Нет, конечно. Камень – это лишь средство. Можно сказать, необходимый ингредиент. Мойра не может стать женой смертного человека, так что мне пришлось поискать рецепт бессмертия. Мы с Лахе познакомились двадцать лет назад. Тогда и начались мои поиски, а Лахе взялась составлять идеальные пары. У Мойры ведь тоже есть судьба, и она должна была откупиться, даря семейное счастье тем, кто подходит друг другу, как половинки одного целого, простите за избитый образ.

– Последняя работа особенно удачна, – Мойра усмехнулась, взглянув на меня. – Да и с матерью, забывшей о личной жизни, вроде неплохо получается.

– Совсем скоро мы уйдём, – пообещал алхимик. – Как видите, существование камня никому ничем не грозит. У меня нет ни жены, ни детей, на судьбах которых отразилось бы моё исчезновение. Сегодня я уволился с работы, перевёл все свои сбережения благотворительному фонду и написал генеральную доверенность на все имущество на имя племянника, который помогал мне во время моей болезни. Пусть продаёт квартиру и машину и тратит деньги, как сочтёт нужным. Я всем сказал, что уезжаю и не хочу пока рассказывать подробностей. Из квартиры взял только личные вещи и Ирму, – он кивнул на спящий кошачий клубок.

Белая кошка пошевелила ухом, услышав свое имя, но глаза не открыла.

– Серьёзных изменений реальности, как видишь, не предвидится, – прищурилась на Влада Мойра. – Сергею была судьба умереть через два дня, уйти из этого мира после продолжительной болезни. Он и уходит из этого мира, но живой, здоровый и с философским камнем. То, что мы прихватим с собой двух животных, которые должны были бы в скором времени погибнуть на улице, тоже не отразится на судьбах мира.

– Это ведь вы помогли Сергею Петровичу открыть философский камень именно перед окончанием его земной жизни, – понимающе улыбнулся Влад.

– Разумеется, – кивнула Лахесис и нежно посмотрела на алхимика. – Он должен был прожить все свои годы, как суждено. Я была рядом, наблюдала и ждала, когда истечёт срок. Сергей знал, что сделает свое открытие только к концу земного пути. А теперь философский камень будет только в нашем с ним распоряжении. Думаю, нам обоим не помешает омолодиться.

Заскрежетал в замке ключ, скрипнула входная дверь. Кто-то включил свет в коридоре и двинулся в комнату.

– Какая неугомонная женщина! – Лахесис поморщилась. – И что она рассчитывает здесь найти?

Уже знакомая нам наследница, чувствующая себя хозяйкой квартиры, в халате и тапочках на босу ногу вошла в комнату и огляделась. Мне стало не по себе, но, похоже, она нас не видела. Мойра отхлебнула чай и со звоном поставила чашку на стол. Женщина вздрогнула. Сергей Петрович укоризненно покосился на Лахесис, она пожала плечами.

Наследница торопливо попятилась спиной к входной двери.

– Не получишь ты это наследство, – негромко пообещала Мойра.

Женщина вылетела в подъезд, в замке снова заворочался ключ.

– Почему не получит? – поинтересовался Сергей Петрович.

– Сестра у покойной бабки есть, по отцу, она в другом городе живет. Племяшка-то ей о смерти родственницы не говорила, они и не общались толком. Но на днях общий знакомый посетит тот город, увидит старушку, прямую наследницу, и расскажет ей последние новости. Наследство придётся делить. Так что шиш этой бабе, а не квартира, – бросила Мойра.

На шкафу снова сами собой мелодично звякнули спицы.

– Я тоже терпеть не могу, когда животных выкидывают на улицу, – сказала Лахесис, глядя на меня.

Глава 18

– Наверное, нам пора, – Влад взглянул на часы.

Я с удивлением заметила, что стрелки на них сдвинулись за все время нашего разговора всего на пару минут. Видимо, время в реальности Лахесис идёт иначе, гораздо медленнее, чем в обычном мире.

– Пора, – согласилась Мойра. – И нам, пожалуй, пора. А то тут становится слишком неспокойно. Вон ещё одна из ваших учёных заявилась, – она неодобрительно посмотрела в сторону двери. – Устроили из тихого места проходной двор!

В двери снова заворочался ключ. Влад машинально вынул из кармана телефон.

– Да не смотри на свои приборы, – Лахесис закатила глаза. – Дамочка все равно войдёт раньше, чем ты откроешь эту штуку. Нашла же, как пробраться сюда, не нарушая никаких законов!

В квартиру вошла наследница, ошибочно считающая себя хозяйкой, за ней шагала Клара с чем-то, похожим на небольшие вилы, наперевес. Влад уставился на неё, иронически приподняв брови. Женщины явно нас не видели. Они прошлись по комнате, проходя сквозь стол так, будто он был бесплотной тенью.

– Да, прибор чувствует наличие в комнате неких сущностей, – с умным видом произнесла Клара и торжественно подняла вилы к потолку

Не знаю уж, что за штуку она с собой притащила, но что-то мне не верится, что эти вилы показывают «наличие сущностей». Тем более, что Влад прикусил губу, сдерживая смешок. Сергей Петрович с улыбкой наблюдал за представлением. Мойра поморщилась. Наверняка богине судьбы не понравилось, что ее назвали некой сущностью.

– Домовой? – с опаской спросила наследница. – Я уж и молоко ему ставила в блюдечке, и конфетки оставляла, шоколадные…

Я покосилась на вазочку с конфетами на столе. Интересно, это из оставленного домовому запаса? Мойра перехватила мой взгляд и брезгливо покачала головой.

– А он конфеты к порогу выкидывает, молоко, правда, пьет, – продолжала женщина.

Клара, слушая этот бред, кивала с сочувствующим видом.

– Не похоже на домового, – наконец сказала она. – Ручка прибора нагревается. Посерьёзнее сущности, и их несколько.

Мойра неприятно усмехнулась и покосилась на свое сито с нитками. Алхимик успокаивающе махнул рукой. Влад посмотрел на коллегу как на ненормальную. Я попыталась понять, зачем Клара явилась дразнить Мойру среди ночи. Никаких версий в голову не приходило.

– Барабашка? – наследница нахмурилась. – Или привидение? Может, тут бабкин призрак поселился, а? До её смерти нормальная квартира была, а теперь шумы какие-то, шаги, мяуканье, даже голоса иногда тут слышу, особенно часто – старушечий голос.

– Может, и призрак, – Клара приняла водить своими вилами по воздуху в разные стороны, словно готовилась расстрелять из них какую-нибудь затаившуюся зловредную сущность. – А может и кое-что поопаснее.

– Так может освятить квартирку? – озабоченно спросила наследница. – Кто ж сюда пойдёт жить с сущностями?

Мойра скептически наблюдала за манипуляциями Клары. Алхимик откровенно веселился.

– Можно и освятить, – согласилась Клара. – Дело хорошее. Если хотите, я сейчас попробую сама квартиру от духов почистить, а потом, как соберётесь, и освятите.

– Замечательно было бы! – воодушевилась наследница. – Вам что-нибудь нужно для работы? Вода, свечи, мел?

– Зачем? – Клара сморгнула.

– Ну как? Может, вы квартиру наговорной водичкой кропить будете или пентаграмму чертить, – выдала наследница.

Мойра шумно, раздражённо вздохнула. Сергей Петрович хмыкнул. Женщина нервно вздрогнула и пробормотал:

– Ну вот, опять. Слышите?

Клара нахмурилась и кивнула.

– Слышу. Но я – учёный, а не ведьма, – твердо заявила она. – Никаких пентаграмм! Я буду действовать исключительно научными методами. Вы не могли бы выйти? Ваше биополе может сбивать приборы, и тогда они повредят не сущностям, а вашей энергетике.

Наследница окинула комнату пристальным взглядом, будто подозревала Клару в преступных замыслах. Что можно украсть в обшарпанной пустой квартире? Видимо, женщина и сама поняла, что спокойно может оставить гостью одну, и нехотя вышла. Клара подошла к порогу комнаты. Из кармана широких летних брюк она извлекла косичку из плотных шерстяных ниток и положила её у порога. Мойра скептически наблюдала за её манипуляциями.

– Влад, – негромко позвала создательница нитей забвения. – Где вы?

– Мы тут, всё в порядке, – отозвался он. – Зачем тебя сюда принесло?

– Владомир, ты не мог бы показаться? – ангельским голоском попросила Клара. – А то как-то не по себе, когда слышу твой голос из пустоты.

Лахесис поднялась и прошла прямо мимо Клары к порогу.

– Не мог бы, – отрезал Влад. – Это не моя территория, и мы с Алисой сейчас находимся между мирами.

– А Мойра Лахесис меня слышит? – с надеждой спросила Клара.

– Слышит, – коротко ответил Влад.

Мойра в это время с интересом разглядывала косу из ниток. Она наклонилась и тронула нити пальцем.

– Занятная штучка, – отметила Лахесис. – Человека точно остановит.

– О великая Мойра, – Клара повернулась на голос и поклонилась. Поклон пришёлся немного в сторону от древней богини. – Прошу о милости. Отпусти несчастного, который бросил вызов богам. Он не понимал, что творит. Я обещаю, что он забудет рецепт философского камня.

Алхимик весело хмыкнул. Мойра подняла бровь.

– Это всё? – прохладным голосом уточнила Лахесис.

– И отпусти моих коллег, – продолжала Клара. – Владомир просто выполнял свою работу, а Алиса вообще первый день в нашем НИИ. Чем они заслужили заточение между мирами?

– Смелая, но безголовая, – сухо прокомментировала Мойра. – Я здесь силой никого не держу, – она снова прошла мимо Клары. – Странные вы, учёные, и очень надоедливые. Не беспокойся, твои коллеги скоро вернутся. Мы очень мило беседовали вчетвером, пока ты не явилась.

– О великая Мойра Лахесис! – снова завела Клара. – Ты знаешь все земные пути, ты решаешь все судьбы…

– Это я и так знаю. Говори короче! – бросила Лахесис и надкусила печенье.

– Просьба есть, – выдохнула Клара. – Помоги понять, что я делаю не так.

Мойра с шумом выдохнула воздух.

– На себя ты рукой махнула, вот что ты делаешь не так, – заявила она. – О мужчинах забыла, себя никак не украшаешь, а ведь умела когда-то.

– Я спрашивала о работе, – неуверенно пискнула Клара.

– А я тебе толкую о жизни, – твёрдо сказала Мойра. – На работе у тебя и так всё в порядке. Хотела я отойти от дел, но, пожалуй, рановато закрывать брачное агентство, – её глаза весело блеснули. – Случай уж больно интересный. Ведь на одном этаже пара работает, дверь в дверь. Подходят друг другу почти идеально, а не встречаются и разговаривают только по делу, – она развела руками. – Вот поди пойми этих людей.  Тут даже знакомить не надо, только подтолкнуть немного, чтобы глаза открыли пошире. Чтобы увидели не только свои карты и схемы, но и друг друга наконец рассмотрели. Так тому и быть.

На шкафу несколько раз равномерно стукнули спицы. Я с раскрытым от изумления ртом увидела, что Клара исчезла. Влад хмуро посмотрел в свой телефон.

– Она вернётся завтра утром. Просто денёк побудет в другой реальности, – Мойра улыбнулась. – Моё последнее дело. Получится очень удачная пара, хотя и не настолько подходящая, как вы. Пусть эта карьеристка вспомнит, что она женщина, а не только научный сотрудник.

– А наследница что скажет? – я кивнула в сторону входной двери. – Верннтся, а Клары нет.

– А наследница, благодаря вон тем ниточкам, – Мойра кивнула в сторону порога, – уже забыла, что к ней ночью явилась малахольная дамочка, утверждающая, что ее приборы показывают наличие в квартире неких сущностей, – протянула Лахесис. – Я даже, пожалуй, сохраню в новом варианте реальности память обоим из пары. Они проснутся вместе, переживут прошедший день по-другому, а завтра все вернётся на круги своя, в вашу реальность. С утра посмотрите на результат, – Мойра таинственно улыбнулась. – А теперь вам действительно пора. Да и нам тоже. Выходите. Как только покинете эту квартиру, вас станет видно.

Наверху несколько раз стукнули вязальные спицы. Коса из нитей, лежавшая на пороге, исчезла.

Запертая дверь снова открылась без проблем. Наследницы в подъезде не было. Вопреки моим дурным предчувствия, она не выглянула из своей квартиры, и мы спокойно спустились по скрипучей лестнице к выходу. В машине Влад открыл карту города. Я заглянула в его телефон. Не может быть! Карта казалась сейчас самой обычной, без паутины, без единой красной точки. За какие-то две-три минуты Мойра со своим любимым алхимиком и парой котов исчезла из города.

Я улыбнулась. Оказывается, и древней богине нужна любовь. Пусть эта пара будет счастлива, они долго ждали, когда смогут воссоединиться.

– Интересно, к кому Мойра отправила Клару? – задумалась я, вспомнив о последнем деянии Лахесис как свахи. – Кто из мужчин работает с ней дверь в дверь?

– Вокруг её кабинета три двери: справа, слева и напротив, – пожал плечами Влад. – И мужчин в соседних кабинетах четверо, так что не будем гадать. Всё равно так, как у Радославы, у нас с тобой это не получится. Утром узнаем, что задумала Мойра. Во всяком случае, ничего плохого она Кларе не сделает. Ну что, Лис, поехали домой? Спать осталось меньше шести часов.

Я зевнула. Хорошо звучит «поехали домой». Надо же, как быстро Влад признал свой дом нашим общим. Вот так просто, без лишнего, ненужного пафоса. Влад провел рукой от моего колена к бедру.

– Я, конечно, не Радослава, – таинственным голосом начала я, – но интуиция подсказывает мне, что спать мы сегодня будем нескоро и недолго.

– Насчёт нескоро – правильно подсказывает, – Влад рассмеялся и поцеловал меня в губы. – А недолго – под вопросом, мы вполне можем и выспаться. Приедем на работу попозже, никто и слова не скажет. В конце концов, задача выполнена и даже перевыполнена. Мы выяснили, что до философского камня никто не доберётся и что алхимик в полной безопасности. Карта города по нашей части полностью чиста, так что с утра имеем право отдохнуть.

Отдыхать в постели мы начали, как только вернулись, но спать после активного отдыха собрались нескоро. Какая разница, сколько часов продлился рабочий день? Главное, что он наконец закончился, и можно добраться друг до друга, ощутить прикосновения рук и губ к коже, шептать всякие нежности, которые со стороны показались бы глупыми, но их так важно слышать и произносить в ответ!

– Надо будет перевезти сюда вечером твои вещи, – сонно пробормотал Влад, когда я уже дремала на его плече.

Сон как ветром сдуло. Вот так просто, буднично – надо перевезти. Как будто Влад не судьбоносное решение принимает, а планирует самое обычное, рутинное дело вроде закупки продуктов. Даже не спросил для порядка, согласна ли я. Хотя какой смысл спрашивать? И так понятно, что соглашусь. Влад прекрасно знает, что в реальности Мойры мы были женаты. И как я к нему отношусь, тоже несложно понять, раз я поехала искать его к Радославе.

– Надо, – согласилась я.

Реакцию мамы на мой переезд к Владу пока лучше не представлять. Для неё-то все выглядит совсем по-другому. Со стороны кажется, что я только что познакомилась с мужчиной и тут же завела с ним пошлый служебный роман – шеф и помощница-секретарь, что может быть банальнее? Мой переезд через два-три дня к нему домой выглядит со стороны по меньшей мере странно. Может, мамулю завтра чем-то привлечёт и развлечет Николай Павлович? Впрочем, не буду загадывать, проблемы решаются по мере их появления. Пока что главная задача – выспаться.

Я устроилась поудобнее, обхватывая Влада рукой и ногой. Он положил руку мне на бедро. Засыпала я под успокаивающее равномерное сопение: Влад уснул первым, буквально через полминуты.

Глава 19

Конечно же, мы проспали. Влад недрогнувшей рукой выключил будильник в шесть утра, и проснулись мы около девяти. Причём от того, что в дверь спальни возмущённо стучала Татьяна Васильевна.

– Вы там? – дверь начала приоткрываться.

– Сюда нельзя, – рявкнул Влад.

Действительно нельзя, учитывая, что одеваться перед сном мы не стали и укрываться – тоже.

Дверь захлопнулась и из коридора начался пламенный монолог:

– Влад, ты с ума сошёл? Весь НИИ стоит на ушах, никто не может до тебя дозвониться.

Влад тихо ругнулся и схватился за телефон. Я мельком увидела одиннадцать пропущенных вызовов.

– Что за дурная привычка – отключать звук на телефоне? – продолжала его мать. – Тем более, после встречи с Мойрой. Она, между прочим, сегодня ночью создала новый вариант реальности вчерашнего дня и заслала туда Клару.

Влад быстро набивал сообщение абоненту «Шеф»:

«Всё в порядке. Работали ночью, проспали, скоро будем»

– Лахесис ночью исчезла, – не унималась Татьяна Васильевна. – Алхимик тоже куда-то делся. Клара говорит, что вы с Алисой около полуночи общались с Мойрой и находились между мирами. Мы не знаем что думать и где вас искать, а вы тут, оказывается, дрыхнете!

Я сползла с кровати и надела платье. Влад неохотно поднялся.

– Забыли вчера купить замок в спальню, – шепнул он. – Мам, все нормально, – громко сказал Влад. – Я уже написал Василию Игнатьевичу. Приедем на работу, пойду объяснюсь ещё и лично. Что там с Кларой?

– С Кларой все очень неожиданно, – после короткой паузы уже спокойнее заговорила Татьяна Васильевна. – Она приехала на работу с опозданием на две минуты, хотя раньше никогда не опаздывала, одетая в светло-зеленое платье выше колена, с кокетливыми оборочками, и накрашенная. Кстати, неплохо накрашенная, лицо сразу стало гораздо привлекательнее, глаза кажутся больше и ярче. Волосы Клара выкрасила в светло-рыжий, ей очень идёт. Первым делом она зашла к нам в отдел, интересовалась экспериментальной косметикой и омолаживающим кремом. Мы её не узнали, да и вообще из всего НИИ сразу её узнал только Гоша. И самое интересное – она приехала вместе с Глебом, на его машине. Оба сказали, что прожили вчерашний день ещё раз – в реальности Мойры. Не знаю уж, что там была за реальность, они дружно говорят, что это – их личное дело, и подробностями делиться не желают. Но Глеб с Кларой то обнимаются, то держатся за руки, и смотрят друг на друга как влюблённая пара. Шеф их даже к Галочке заслал провериться на предмет заклятий, приворотов и прочей дряни. На удивление, на них обоих нет никаких воздействий.

Одевшийся во время этого рассказа Влад потянул меня к двери. Я оглянулась. Терпеть не могу, когда постель остаётся неубранной, но сейчас действительно не до неё. Нужно поскорее добраться до НИИ. Да и про Клару и Глеба послушать интересно. Вот уж совсем неожиданный вариант изменения реальности! С Глебом прекрасно смотрится рядом яркая Анжелика, а не серьёзная серая мышка Клара. Но Мойре виднее. Судя по рассказу Татьяны Васильевны, и Глеб, и Клара полностью довольны результатом очередного опыта Лахесис. Брачное агентство «Нити судьбы» использует в работе очень оригинальные методы, но ведь главное – пары создаются действительно идеальные.

За завтраком Татьяна Васильевна пыталась разузнать побольше о нашем разговоре с Мойрой. Я отмалчивалась, Влад сказал только, что алхимик ушёл с Лахесис по своему желанию.

– Что-то вы неразговорчивые, – Татьяна Васильевна пристально посмотрела на сына. – Клятву о молчании давали, что ли?

– Нет, просто сплетничать не хочу, – Влад пожал плечами. – Да и обсуждать богиню судьбы и её решения может быть опасно. Мойра свела нас с Алисой, за это я ей благодарен. А уж зачем она приходила в город и почему ушёл алхимик – это уже их дело.

– Свела вас с Алисой? – Татьяна Васильевна взглянула на нас обоих с сомнением. – Очень громко звучит, учитывая, что вы знакомы два дня. Я против Алисы и вашего романа ничего не имею, разумеется, но за такой срок делать выводы… – она развела руками.

– Мам, неужели ты думаешь, что Мойра может составить неподходящую пару? – Влад улыбнулся.

– Я не думаю, я вижу, – отрезала Татьяна Васильевна. – Я сейчас не о вас говорю, – добавила она. – Клара и Глеб, по-твоему, подходят друг другу? Потомок инкуба, закоренелый бабник, ни одной юбки не пропускает, и Клара – вся в науке, умница, очень серьёзная. Думаешь, это надолго?

– Должен же Глеб когда-то нагуляться и остановиться на одной женщине? – философски предположил Влад. – Почему бы и не Клара? Они часто пересекаются по работе, есть общие интересы, общее дело.

Честно говоря, я тоже немного сомневалась в идеальности этой пары. Но раз Мойра сказала, что они подходят друг другу, ей можно верить. И потом, Кларе точно не помешает роман с коллегой-красавчиком.

– В НИИ ведь не разрешают пользоваться косметикой? – вспомнила я. – Почему тогда Клара ходит там накрашенная?

– Это у Влада в кабинете из-за его приборов косметикой пользоваться нельзя, – ответила Татьяна Васильевна. – Остальным можно, на ту же Анжелику посмотри. Так что подумай хорошо, может, перейдешь в какой-то другой отдел? Тебе ведь не обязательно работать именно с Владом. Кстати, у меня в отделе есть место помощницы. Хорошей косметикой будешь постоянно обеспечена, да и кремчики смешивать намного приятнее и спокойнее, чем выискивать на карте города очередного неопытного некроманта, сумасшедшего колдуна или, не дай Боже, снова Мойру.

Мне живо вспомнился воняющий болотной тиной желеобразный крем, который будущая свекровь плюхала на моё лицо перед свадьбой.

– Нет, спасибо, – торопливо отказалась я. – Мне очень интересно у Влада.

И это была чистая правда.

В НИИ в этот день было тихо. Клара и Глеб действительно выглядели как пара, и Клара стала гораздо симпатичнее с макияжем и новым цветом волос. Василий Игнатьевич был полностью удовлетворён нашей вчерашней работой. Карта показывала совершенно чистый от магических воздействий город.

В обеденный перерыв мы сходили в магазин за замочком, а когда возвращались, мне позвонил один из местных клиентов.

– Алиса, есть туалетный столик, начало девятнадцатого века, – сообщил он. – Продать надо в течение двух дней.

– А кто владелец столика? – настороженно уточнила я. – И к чему такая срочность?

Каждый заказ лучше проверять, особенно такой срочный. Вдруг этот столик вывезли из богатого дома в отсутствие хозяев? Украли или, например, раздолбаю-родственнику срочно понадобились деньги? Продашь дорогую вещь без вопросов, потом можно такие проблемы получить, что никаких денег не захочется.

– Владелец – моя теща, ручаюсь, что там всё чисто, – с понимающими нотками в голосе ответил клиент. – Старушка послезавтра переезжает из дома в квартиру и срочно распродаёт лишнее имущество. Если столик выкупят за два дня, мы хорошо уступим в цене. Могу, конечно, пока забрать к себе, но будет удобнее, если его сразу вывезут к новому владельцу.

– Пришлите фотографии столика со всех сторон, я подумаю, кому его можно предложить, и перезвоню вам вечером, – пообещала я. – И укажите примерную цену.

В успехе я сильно сомневалась, но почему бы не попробовать? Может, и найду за пару дней подходящего любителя антиквариата.

Фотки пришли в течение минуты. Мы вошли в здание НИИ, и я, шагая по коридору, открыла картинку. Ноги словно вросли в пол. Я застыла, глядя на знакомый изящный туалетный столик с огромным зеркалом и резными ножками. Его реальная цена была снижена клиентом раза в три.

– Лис, ты что? – Влад заглянул сначала мне в лицо, затем кинул взгляд на экран телефона.

– Думаю купить, – я кивнула на фотку столика.

Почему бы и нет? Могу отвезти его пока к маме, а потом, если все будет хорошо, перевезти столик к Владу.

– Ну купить так купить. Красиво, – он вгляделся в изображение. – Кстати, в спальне хорошо встанет за шкафом. Там как раз место есть около окна.

– Он там и стоял, – выдохнула я. – В реальности Лахесис.

В тот же вечер мы с Владом заехали за моими вещами. Я ожидала страшного скандала, но мама при Николае Павловиче вела себя стоически спокойно и только возмущённо сверкала глазами. Сосед в майке и шортах неторопливо оклеивал одну стену обоями.

– На выходных обязательно увидимся, – он широко улыбнулся. – Я в субботу мясо для шашлыков замариную.

– По-моему, вы слишком торопитесь, – сдержанно сказала мама. – Съехаться на второй день знакомства – это как-то слишком легкомысленно выглядит.

– На третий день, – серьёзно поправил Влад.

– Да, это меняет дело, – с иронией заметила мама.

Я подумала, что они с Татьяной Васильевной почти наверняка найдут общий язык.

Столик мы купили и привезли на следующий день, и спальня стала точно такой, какой я её помнила. Для полноты картины не хватало только обручальных колец. Впрочем, спешить с ними не стоит. Нам с Владом и так хорошо вместе, а свадьба у нас уже была. Я прекрасно её помню.

Эпилог

Утром второго июня меня разбудил звонок телефона – долгая, настойчивая мелодия, доносившаяся снизу, из-под кровати.

– Лис, сколько можно говорить, не ставь телефон на пол, – сквозь сон пробормотал Влад. – Просил же, оставляй на своём столике.

– Зато он под рукой, – я свесила руку с кровати и нащупала на полу телефон.

На экране светилось: «Мама». Я улыбнулась: ну кто бы сомневался?!

– Доброе утро, мам.

– Доброе утро! Вы, надеюсь, уже начали собираться? – напористо заговорила мама. – Ты надела платье?

– Нет, – я потерла глаза свободной рукой.

– Вы что, до сих пор не встали? – возмущённо спросила мама. – Глаз да глаз за вами обоими нужен! Вы так и собственную свадьбу проспите. Не забудь, что надо надеть свадебное платье до того, как тебе будут делать причёску. И постарайся, чтобы Влад не увидел его до выхода из дома. Хочешь, я приеду и помогу тебе собраться, а Коля сразу поедет в загс?

– Не надо, мамуль, Татьяна Васильевна вот-вот подъедет, – я зевнула.

Влад открыл сонные глаза и погладил меня по голове.

– Замечательно, что вы собираетесь ещё и венчаться через неделю, – радостно говорила мама. – Влад такой молодец…

Вдалеке открылась дверь, зацокали каблуки. Влад мгновенно проснулся, тихо ругнулся, вскочил и ринулся к шкафу. Я с удовлетворением покосилась на замочек на двери спальни. Пожалуй, это главное отклонение от созданной в свое время Мойрой реальности. Моя будущая свекровь не может ворваться к нам в комнату без разрешения.

– Мам, тут Татьяна Васильевна пришла, – быстро проговорила я. – Встретимся в загсе.

– Ну раз пришла, я спокойна. Всё будет, как надо, – умиротворенно отозвалась мамуля. – Танечке привет!

Влад с армейской скоростью натягивал на себя трусы, майку и шорты. Я так и оставалась в нижнем белье. А какой смысл переодеваться, если будущая свекровь сейчас потащит меня в душевую кабину?

Шаги приближались, в дверь решительно постучали, когда Влад завязывал тесемки на домашних шортах.

Он распахнул дверь. Вид у Татьяны Васильевны был эффектный. В высокую причёску из чёрных волос вплетены золотые цепочки, над макияжем поработал профессиональный стилист, а блестящее длинное платье переливалось всеми цветами радуги. Я улыбнулась. Пока всё, что я вижу и слышу, полностью совпадает с тем, что было в реальности Лахесис с утра перед нашей свадьбой.

– Доброе утро! – энергично начала с порога Татьяна Васильевна. – Вы что же это, только встали? Алиса, нам надо за два часа сделать из тебя красавицу! Сейчас же умываться! Я хочу превратить тебя в невесту-картинку, чтобы мужчины завидовали жениху, а женщины казались рядом с тобой бледными тенями. Так что пойдём-ка в ванную. Контрастный душ, масочки, маникюр, педикюр…

Она схватила меня за руку и, как на буксире, поволокла в ванную. Через минуту я уже оказалась в душевой кабине. Будущая свекровь нажала на свою любимую кнопочку, и в ванной заиграла «Лунная соната».

Я стоически вытерпела контрастный душ под музыку Бетховена. Сопротивляться Татьяне Васильевне бесполезно, да и не хочется. Я прекрасно помню результат её усилий и знаю, что она действительно сотворит с помощью своей экспериментальной косметики красавицу-невесту.

– Совсем заработались оба, – ворчала мать Влада, накидывая мне на плечи полотенце. – Говорила же, с вечера готовиться надо. Так нет же, у них очередное срочное дело. Сдуревшая на старости лет ведьма в городе объявилась! И без вас бы нашли и обезвредили. Клара с Глебом прекрасно работают вместе, сами бы справились. Весь НИИ знает, что у вас свадьба на носу, шеф отгул предлагал. Так нет же! Один по городу носится, другая по компьютеру мониторит зоны изменений. Ну и что в итоге? – бубнила Татьяна Васильевна, усаживая меня на скамеечку между ванной и душевой. – А в итоге мне теперь надо тратить свой резерв на то, чтобы успеть сделать тебе гладкую кожу, маникюр, педикюр и причёску. Так что шевелись быстрее. Ноги в тазик с водой, руки в мисочку, на лицо масочку и сидишь спокойно. Я из НИИ прихватила расширитель, лишний час у нас будет. Скажи спасибо, что я с завом в дружбе.

Она игриво улыбнулась. Ну, хочет называть отношения с шефом «дружбой» – её дело, но, по-моему, когда пара живет вместе уже несколько лет, отношения называются иначе.

Мать Влада принялась копаться в объемистой сумке. Для начала Татьяна Васильевна поставила на раковину расширитель времени, затем надорвала пластиковый пакетик. Ванную заполнил запах болотной тины. Мать Влада выжала на ладонь немного темно-зелёной вонючей субстанции, напоминающей по виду желе.

– Новейшая разработка, – с удовольствием сообщила она и принялась размазывать эту пакость по моему лицу. – Имею же я право использовать в своих целях крем, над которым сама же и тружусь. Пока его официально испытают, ещё сколько времени пройдёт, – Татьяна Васильевна передернула плечами. – А потом напихают туда всяких отдушек, консервантов и прочей дряни. И ведь не докажешь, что срок годности у него должен быть четыре дня.

На расширителе времени еле ползла секундная стрелка. Всё как в тот день – маникюр и педикюр с помощью магический заряженных инструментов, Влад, ожидающий в комнате с телефоном в руках…

– Смотри, какую красавицу я сделала из Алисы, – гордо провозгласила Татьяна Васильевна. – Оцени разницу.

– Не вижу разницы, – ответил Влад, лаская меня взглядом.

– Любовь слепа, – проворчала будущая свекровь.

Всё шло как по нотам. Татьяна Васильевна выпроводила Влада из комнаты, помогла мне надеть платье и взялась за причёску. При этом она бормотала, что за нами нужен глаз да глаз, иначе мы явимся в загс в джинсах и футболках и опозорим её перед всем институтом, больше того – перед всем городом.

В загс нас отвёз Николай Игнатьевич на белом лимузине, стоявшем в гараже НИИ для особо торжественных случаев.

– Свадьба сотрудников НИИ – это такая редкость, – мечтательно произнесла по дороге Татьяна Васильевна.

– Не скажи, – шеф улыбнулся, показав слишком белые и слишком ровные зубы. – Через две недели Глеб женится, так что недолго машине скучать, – он любовно погладил руль.

– Клара заказала интересное платье, – сказала Татьяна Васильевна. – Сделано с большим вкусом, и животик не будет видно. Тоже ещё трудоголики, всё им расписаться некогда. Ещё до самых родов дотянули бы!

Лимузин остановился на парковке перед загсом. У входа гудела толпа, а над ней сияли позолотой на фасаде здания два гигантских обручальных кольца.

При виде нас толпа приветственно взвыла. Гостей было больше сотни, если точно – сто двадцать три человека. Все сотрудники НИИ, родственники мои и Влада, приятели Влада из дружественных учреждений и несколько моих приятельниц. Машуня флиртовала с бывшим одноклассником Влада. Клара с немного выпирающим животом болтала с Глебом, они держались за руки. Мама с Николаем Павловичем в обнимку ждали нас у дверей загса.

Лимузин остановился на парковке перед загсом. У входа гудела толпа, а над ней сияли позолотой на фасаде здания два гигантских обручальных кольца.

При виде нас толпа приветственно взвыла. Гостей было больше сотни, если точно – сто двадцать три человека. Все сотрудники НИИ, родственники мои и Влада, приятели Влада из дружественных учреждений и несколько моих приятельниц. Машуня флиртовала с бывшим одноклассником Влада. Клара с немного выпирающим животом болтала с Глебом, они держались за руки. Мама с Николаем Павловичем в обнимку ждали нас у дверей загса.

– Алиса, ты сегодня прекрасно выглядишь, – сладко пропела рядом Анжелика, одетая в длинное алое платье. – Татьяна просто чудо сотворила с твоей внешностью, сделала из тебя роскошную красавицу. Правда, Влад?

– Не вижу разницы, – суховато ответил он.

– Обратись к Татьяне Васильевне, она и из тебя красавицу сделает, – с нежной улыбкой посоветовала я. – Она потрясающе работает.

Лицо Анжелики немного вытянулось. Ответить она не успела: девицу оттеснили другие гости. Все говорили, как всё чудесно, прекрасно, и погода благоприятствует, и мы такая идеальная пара. В стороне шеф что-то сердито выговаривал красотке в алом платье.

Из толпы возникли мама с Николаем Павловичем – чинно, под ручку. Мамуля с ходу выдала:

– Ну вот, наконец-то вы решили расписаться. Сколько я вам говорила: всё должно быть как у нормальных людей!

– Оленька, – предостерегающе произнёс Николай Павлович.

– Мы за вас так рады, так рады… – тут же сменила тон мамуля.

Откуда-то зазвучала музыка – конечно, марш Мендельсона. Гости расступились. Я уже знала, что именно увижу, а для Влада это стало сюрпризом. Перед нами лежала бежевая ковровая дорожка, ведущая в двери загса. Влад взглянул на неё с удивлением, потом – выразительно – на Клару. Сейчас она совсем не была похожа на невзрачную женщину из видения Мойры. И дело даже не в косметике, не в цвет волос, не в синем нарядном платье. Ее глаза были полны счастья, а лицо сияло нежностью, и эта полнота счастья делала Клару красивой, похожей на матерей с картин старых художников.

– Нити памяти, настроенные только на вас двоих, – сказала она. – Чтобы помнили свою свадьбу со всей яркостью впечатлений всю жизнь.

– Ах, как романтично, – пропела Анжелика.

– Старались, – спокойно улыбнулся ей Глеб.

– С ума сойти, Клара! – покосившись на мою маму, прошептала Татьяна Васильевна. – Это же несколько дней работы!

– Ну такие дни тоже нечасто бывают, – мягко произнесла Клара. – Для своих можно и постараться. Мы же обещали устроить незабываемую свадьбу. Ты – со своими косметическими и бытовыми образцами, я – с нитями. И от каждой кафедры будет свой сюрприз.

Теперь я уже знаю, как делаются такие коврики. В обычный ковёр аккуратно вплетаются нити памяти – или забвения, если это необходимо. Вплетаются по всей ширине и на расстоянии пятнадцати сантиметров друг от друга, чтобы сконцентрировать их действие по всему ковру. И сколько метров в дорожке? Это же действительно несколько дней работы!

Влад уверенно завёл меня на ковровую дорожку, и мы двинулись к ступенькам загса.

Все снова было как в тумане. Свадебный марш звучал все торжественнее и мощнее. Звучал так, будто рядом играл настоящий живой оркестр. Звуки, пока мы шли через холл загса к распахнутым дверям зала, не приближались и не отдалялись. Музыка словно рождалась из воздуха, сопровождая каждый наш шаг.

Я нашла взглядом Сергея в беспроводных наушниках – длинноволосого парня в чёрной футболке и рваных джинсовые шортах. Звукотехник из НИИ способен воспроизвести живое звучание любого оркестра мира. Интересно, кто из знаменитых дирижеров и музыкантов, сам того не зная, играет на нашей свадьбе?

Ковровая дорожка Клары протянулась до самого стола, за которым нас ожидала дама в строгом костюме.

– Дорогие Алиса и Владомир, – радостно начала она. – В этот знаменательный день…  Серьёзное решение создать семью… Быть вместе в горе и в радости…

Марш Мендельсона сменился трогательной, нежной мелодией у скрипок. Влад мягко сжал мою руку.

Мы торжественно обменялись кольцами и расписались в книге. Скучный ритуал, откровенно говоря. Впрочем, нам его разнообразили, насколько смогли, изобретательные коллеги.

Гости зашумели, раздалось нестройное, но очень громкое: «Ура!», – а за ним и обязательное:

– Горько!

Дама из загса попыталась что-то сказать, но её голос утонул в общем нарастающем гуле. В воздухе ликующе зазвучал хор, который обычно звучит в Европе на свадьбах. В нескольких точках зала захлопали пробки, вылетающие из бутылок шампанского.

– Горько! Горько!

Влад приник губами к моим губам. Нежный поцелуй быстро перешёл в страстный, От Влада пахло кофе и чем-то горьковатым, очень приятным. Прижимаясь сильнее, я ощутила бедром, что твёрдое у моего мужа не только плечо. Мы сплелись в объятиях, отрываться друг от друга не хотелось.

– Тридцать один, тридцать два… – азартно считали гости.

Влад неохотно отстранился. Я вздохнула. До окончания свадебного шоу ещё далеко, и мы ещё нескоро окажемся наедине.

До позднего вечера весь НИИ гулял в ресторане. Музыка там звучала постоянно – то классическая, то попсовая. Сергей в рваных шортах не расставался с наушниками даже за столом. Кто только не пел у нас на свадьбе – от Паваротти до «Битлов», от Марии Каллас до современных эстрадных исполнителей. Гости один за другим говорили цветистые речи.

Свадебный танец молодых у нас был отрепетирован и чувствовала я себя гораздо увереннее, чем в прошлый раз, в реальности Лахесис. Влад кружил меня в вихре венского вальса – в двенадцати поворотах подряд, а я с удовольствием подчинялась каждому его движению.

Кольцо на безымянном пальце ощущалось непривычно, но снимать его совсем не хотелось. Оно вернулось туда, где и должно было быть. Я иногда поглаживала золотой ободок. Теперь кольцо больше никуда не денется, и я буду его носить.

Народ всё чаще кричал: «Горько!», Анжелика фальшиво верещала: «Всё так романтично!». Мама рассказывала Николаю Павловичу, как она счастлива, что у меня наконец-то устроена личная жизнь. Татьяна Васильевна вела себя с шефом так, что «Горько!» хотелось кричать уже им.

– Может, попросить Василия Игнатьевича открыть портал? – шепнула я Владу. – Догуляют без нас. Уже темнеет, я хочу брачную ночь.

Он рассмеялся и поцеловал меня.

– Лиса-Алиса, я тоже хочу поскорее попасть с тобой в спальню.

Из зала кафе в узкий коридор мы вышли вчетвером. Шеф кивнул. Анжелика извлекла из сумочки прибор с красной кнопкой посередине.

– Готовы? – без малейшей доли приторности в голосе спросила она.

– Да, – ответил Влад.

Шатенка нажала на кнопку, удерживая её. Темноватый коридор залил прямо перед нами нежно-зелёный свет. Влад легко подхватил меня на руки и шагнул внутрь зелёного свечения.

– Как романтично! – с иронией произнесла за его спиной Анжелика.

– Лика, ты позволяешь себе… – с укоризной начал шеф.

Негромкий хлопок поглотил все звуки. Мы вынырнули из зелёного света, и оказались в своей спальне. Кровать заботливо перестелила Надя, положив на неё красное шёлковое белье. На стенах крепились воздушные шарики в форме сердечек. На моем туалетном столике стояли бутылка французского шампанского, два бокала и часть закусок из кафе.

Но было и кое-что ещё, для нас обоих совсем неожиданное. На бутылку шампанского опирался плотный золотистый конверт. Внутри обнаружилась обычная свадебная открытка с колечками и розочками. Я открыла её и улыбнулась, показывая Владу. Чётким размашистым почерком внутри было написано:

«Совет да любовь на долгие годы!

Серджио и Лахе»



Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Эпилог
  • Teleserial Book