Читать онлайн Молчите Громче бесплатно
![Молчите Громче](/pics/b/163302/163302.jpg)
Глава 1
Однажды в семье Петровых умерла бабушка, оставив им большую трехкомнатную квартиру на окраине Москвы. Петровых в семье было четверо – Василий, его жена Нина и двое детей – Вероника, школьница четырнадцати лет, и ее младший брат Никита, которому недавно исполнилось шесть. Умершая бабушка – мать Василия, родилась и всю жизнь прожила в Москве, нажив тем самым небольшое имущество, которое и передала по наследству детям. Сам Василий познакомился с Ниной в институте, а после окончания они решили уехать на родину Нины, на север. Там, по крайней мере, им бы не пришлось жить с родителями – у Нины имелась своя квартира.
Семья жила в маленьком городе за Полярным кругом и, конечно, выезжала каждое лето на отдых в деревню – детям нужно хотя бы пару месяцев в году видеть солнце. Особенно младшему – Никите. Никита должен бы пойти в следующем году в школу, но всем было понятно, что школу он не осилит. Никита рос странным ребенком, говорить начал только в прошлом году, играть предпочитал исключительно в паровозики и в целом имел тревожащую родных одержимость поездами. Он мог часами смотреть видео о поездах, а настоящие, живые вагоны и вовсе приводили его в неописуемый восторг. Ему нравилось в поездах все: терпкий и плотный запах железа, мерный стук колес, то, как сливаются деревья за окном на скорости в одну длинную полосу, летом – в зеленую, зимой – в белую. Нравился чай с чабрецом из граненых стаканов в металлических подстаканниках и лапша быстрого приготовления, которую мама разрешала ему есть только в поезде. Если бы он не был слишком маленьким, он бы сам приходил на вокзал и часами сидел в зале ожидания, наблюдая, как прибывают и отправляются поезда, слушал фырканье локомотивов и внимательно следил за большим светящимся табло.
Этой одержимостью он очень беспокоил всех своих родственников. Бабушка таскала его в церковь и постоянно молилась, мама водила к психиатру, который предварительно поставил расстройство аутического спектра, отец и вовсе считал, что с возрастом рассосется. Веронику Никита просто пугал. Он напоминал ей молчаливых детей из фильмов ужасов, которые с улыбкой, сжимая за спиной топор, стоят ночью у изголовья кровати и спокойно наблюдают за легким подрагиванием твоих ресниц.
Умершая бабушка считала, что все недуги, что Никиткины чудачества, что Вероникины бесконечные сопли – это от недостатка солнца и витаминов. А теперь у Петровых, унаследовавших бабушкину квартиру, появилась возможность поменять российскую арктическую тундру на более пригодный для жизни климат. Петровы решили на первое время переехать в Москву, а потом уж решить, будут ли гнездиться там или найдут что получше.
Василий работал в федеральной корпорации и просто перевелся в Московский офис. Выходила и зарплата несколько больше, и появляться там нужно было только раз в неделю. Нина же решила совсем уволиться со своей давно ненавистной работы. Будучи уже пенсионеркой, она хотела найти дело для души, что-нибудь творческое. Варежки будет, скажем, вязать. Или костюмы для собак шить. Вероника поступит в московский колледж, а для Никитки и врачи лучше в Москве, и с образованием в столице разберутся.
Похоронив любимую бабушку, Петровы начали обустраиваться в своем новом гнездышке. Однако не прошло и девяти дней, в наследной квартире были еще зеркала занавешены специально купленными по случаю черными шторами, как Нине поступил странный звонок. То есть ничего странного в нем как будто бы не было, но Нине он не совершенно не понравился, насторожил. Она была женщиной боязливой, волнительной, опасалась любых перемен и отклонений от намеченного ею курса событий. Смерть свекрови в ее планах должна была случиться сильно позже и после предварительного предупреждения в виде попадания в больницу, скажем, или долгой лежачей болезни, а не от простого инфаркта в непредсказуемый момент.
– Добрый день! Нина Юрьевна? – женский голос был странно бодрым и одновременно приглушенным. Связь ужасная, как из подвала звонят, думалось Нине. Или с лесоповала на зоне, шум из трубки доносился ужасный.
– Представтесь, пожалуйста, – Нина выбрала свой самый суровый тон.
Скорее всего звонят мошенники и им ничего подтверждать нельзя. Время такое, нужно быть бдительной.
– Хотим предложить уникальную возможность, только до конца месяца… – глухо и радостно забулькали в трубке.
– Всего доброго! – Нина отшвырнула телефон, не дослушав.
Звонок вызвал жгучее раздражение. После смерти свекрови эти гады налетели как стервятники. То ритуальные услуги предлагали, памятники, кто предлагал сразу им квартиру продать и непременно очень выгодно. Опасливая и подозрительная Нина на уловки звонивших, конечно, не велась.
Хотя идея продать квартиру свекрови и купить домик где-нибудь в Подмосковье ей запала в душу. Продать их квартиру на Севере, мамину квартиру и квартиру свекрови, и можно купить большой дом недалеко от Москвы, жить всем одной большой семьей. Нина аккуратно начала смотреть в интернете, за сколько имеющиеся квартиры можно продать и подыскивала варианты домов, очень уж загорелась идеей жить в большом доме с садом и видом на лес или даже на озеро.
После этого звонка она нашла у себя в вотсапе сообщение: “Коттеджный поселок комфорт-класса у озера 20 км от МКАД, готовый дом от 7 млн” и дальше ссылка на лендинг застройщика и фото шикарного дома в скандинавском стиле с огромными панорамными окнами и видом на озеро, как будто с ее мечты рисовали. Звонили, наверно, чтобы коттеджи свои втюхать, недовольно подумала Нина, но по ссылке перешла.
Дом был действительно сказочный, стильный, просторный, светлый, с огромными панорамными окнами во всю стену, высокими потолками и шикарной беседкой во дворе. Нина уже представляла себе, как они всей семьей будут жарить шашлыки в этой беседке, похожей на такой же шикарный дом в миниатюре. Как зимним морозным утром на рассвете с чашечкой ароматного кофе будет смотреть на заснеженные сосны, как они заведут двух больших ризеншнауцеров и назовут их Гензель и Гретель, собаки будут резвиться в снегу на утренней прогулке, а после она будет звать всех: и детей, и мужа, и собак завтракать свежеиспеченными блинчиками.
Вообще Нина всегда имела скромные амбиции и к своим пятидесяти годам почти перестала мечтать. Несмотря на то, что была она умной и еще вполне красивой женщиной, в жизни она, из-за своей тревожности и низкой самооценки, прошла мимо многих дверей, которые могли бы для нее открыться, стоило только дернуть за ручку. В маленьком заполярном городе она работала по своей инженерной специальности за минимальную зарплату, которую даже индексировали со скрипом. Уйти и искать что-то новое ей было страшно, открывать свой бизнес – страшно, ходить по собеседованиям – ужасно волнительно и тревожно. Так Нина и смирилась постепенно с ходом своей маленькой жизни и о шикарных загородных домах с видами на озеро не смела и мечтать. Муж столько не зарабатывает, детям еще учиться и свою жизнь строить, неизвестно, как у них судьбы сложатся. А тут вдруг размечталась, и так ярко и красочно она себе представила этот чудесный дом, этот запах блинчиков, семейные посиделки у мангала, что даже слезы на глазах выступили. Теперь, когда осторожная мечта стала реальностью, сердце Нины радостно порхало, и хотелось жить полной грудью.
Нина внимательно проверила на сайте застройщика: дом с тремя спальнями, беседкой, видом на лес укладывался ровно в их бюджет. Если продать их и мамину квартиру в родном городе вместе с квартирой свекрови получится как раз купить дом без ипотеки. Дело было решено, осталось только сообщить мужу и ехать смотреть новый дом.
Нина набрала номер, указанный на сайте.
***
Всем Петровым, кроме Никиты, поселок и сам дом очень понравились. Никиту никто не спрашивал, но его категорически не устраивало, что нигде поблизости не было настоящей железной дороги. В десяти километрах от поселка была станция, откуда можно было уехать на электричке, но маленький Никита этого не знал. Нина же была в совершенном восторге, придраться было совершенно не к чему. Дом был чудесный – двухэтажный, просторный, со сказочными панорамными окнами с видом на теплый сосновый лес. Вдалеке из окна кухни можно даже рассмотреть кусочек синего озера.
Поселок находился вдали от всех шумных транспортных магистралей, чтобы выехать в город на машине, нужно проехать минут пятнадцать по только недавно заасфальтированной узкой дороге, которая проходила прямо через хвойный лес. Вероника, смотря в окно на проносящиеся мимо сосны, думала о том, что эта дорога похожа на лесные тропы из американских фильмов. Герой сворачивает в тупик, ловушка захлопывается, и лес могучими объятиями секвой забирает его в вечность. Лес спокоен, независимо от того, сколько будет кричать путник.
Нина, надо сказать, перед покупкой дома приезжала в поселок только два раза. Первый – когда пахнущая липкими восточными духами риэлторша в кожаной куртке проводила им с Василием экскурсию по поселку, второй – когда принимали сам дом. Во второй раз они взяли и детей, чтобы вынести окончательное семейное решение, и, оставшись в восторге, сразу отвезли туда вещи транспортной компанией.
Переехали они в самом начале лета, Вероника как раз закончила девятый класс и сможет спокойно осенью ездить в колледж в Москву, а Никита пойдет в обычную Подмосковную школу, если его возьмут в этом году. Нина радовалась, как она ловко все решила и обустроила. Маму она тоже перевезет осенью, когда она наотдыхается и соберет свой неизменный урожай кабачков и помидоров на даче.
Нина вдохнула полной грудью терпкий, пьянящий своей кристальной чистотой воздух их новой сказочной жизни. Сказочной – вполне, ведь сказки бывают и страшные, а изначальные их версии так и вовсе выворачивают реальность наизнанку.
Но пока Нина наслаждалась райской тишиной, спокойствием и природой. Совсем рядом находилось прекрасное озеро, где можно было купаться, вокруг чудесный хвойный лес, радующий зеленью круглый год.
Петровы никогда не отличались особым гостеприимством, друзей ни у Василия, ни у Нины не было, только коллеги по работе. Вероника своих подружек домой тоже не водила. Все выходные они проводили в кругу семьи и в общем-то общение вне их маленького социального круга им было не интересно. Однако, раз уж они решили жить в поселке, Нине думалось, что может быть уместным познакомиться с соседями и наладить с ними хорошие отношения. Хотя бы для того чтобы банальную соль позаимствовать, ведь ближайший магазин был в шести километрах, при подъезде в соседний небольшой городок. В их поселке были только дома, Нина посчитала – домов было девять, остальные еще не построили. Такие домики, как у них, возводят для клиента меньше чем за месяц. Поселок новый, думала Нина, пока немногие заселились, скоро здесь должно быть больше домов, а пока коттеджи стоят в километре друг от друга. Радость Нины только тихонько царапало беспокойство – за две недели она не видела ни одного соседа, не замечала их машин, а во дворе собственного дома было так тихо, что слышно, как далеко в озере плещутся утки. Для привыкшей к монотонному бубнению города Нины, тишина поселка становилась оглушающей.
Однако не только тишина действовала на Нину странным образом. Острый хвойный воздух одурманивал сознание, как после двух бокалов шампанского. И также, как от двух бокалов шампанского, начинало сдавливать виски и клонило в сон. Нина предпочитала свои странные физические ощущения записывать на счет стресса от переезда и внезапно свалившегося на нее счастья.
Кроме подозрительно тихих соседей, Нину беспокоила еще одна вещь. С момента их переезда, несколько раз в ночи она слышала монотонные звуки, как будто кто-то совсем рядом, почти в их доме пилит по дереву. Пилит не электропилой, какая сейчас у всех, но обычной ручной. Такая есть у мамы на даче, валяется без дела, пилить там особо нечего. Эта ржавая, устрашающего вида пила всегда издавала пронизывающий звук, от которого хотелось сначала стошнить, а потом закрыть глаза и лечь отдохнуть.
Боль сильнее сдавила виски. Кому пришло в голову пилить что-то ночью в тихом поселке? Нина даже будила мужа, и они с сонным Василием ходили с фонариком вокруг дома, чтобы поймать источник беспокойства. Конечно, супруги ничего не нашли, ни загадочного лесоруба, ни следов его ночной деятельности. Василий и вовсе недовольно бормотал, что зря его разбудила, чего только спросонья не покажется.
Нине может и показалось, но потому это ее и настораживало – Нине никогда ничего не кажется. Никогда, даже в детстве, ей не мерещились тени, не пугали монстры под кроватью, не слышались шаги умершей бабушки. При всей ее тревожности и пугливости, потустороннего рядом с ней ничего не обитало. Может, она сходит с ума на старости лет? Василий загадочную пилу не слышит, а когда появляется Вероника, навязчивое пиление обрывается и замолкает. Нина, надеясь, что загадочная пила звучит не только в ее голове, решила все-таки познакомиться с соседями и порасспрашивать, что тут происходит ночью. Скорее всего, строят именно ночью, чтобы как-то избежать налогов или чего-то в этом роде, Нина не была сильна в финансовых вопросах, и как устроено строительство она совсем не понимала. Соседи, может, объяснят.
***
Однако замысел поболтать с незнакомцами реализовался гораздо быстрее, чем Нина запланировала. Было около семи вечера субботы, муж с детьми уехали в кино, и Нина устроилась на кухне пить вечерний кофе без кофеина и читать очередной детектив. Мягко бормотал телевизор – она никогда его не выключала, не могла выдерживать тишину. Из объятий романа внимание Нины выхватил резкий звонок в дверь.
Нина подпрыгнула от неожиданности, сердце забилось в два раза быстрее, а по позвоночнику пробежал холодок. Вообще-то она никого не ждала, и муж с детьми еще не звонил. Вспомнив, что у них установлен видеодомофон, она подошла посмотреть, кто к ним пришел.
На пороге стояли два незнакомых мальчика. Одному на вид было лет тринадцать, второй помладше, лет восьми. Мальчики, несмотря на довольно жаркую погоду, были одеты довольно тепло: оба в синих свитшотах с вытащенными наружу воротничками от белых рубашек, в коричневых плотных штанах, на ногах блестели лаковые школьные туфли. Было похоже, что мальчики только что вышли из какой-нибудь частной школы для богатых. Что они здесь-то забыли? Потерялись? Или это соседские дети? Раньше Нина здесь никаких детей не видела. Нина здесь вообще никого раньше не видела.
– Привет, ребята, вам чем-то помочь? – открыв дверь, Нина натянула заботливую улыбку.
Старший мальчик посмотрел ей прямо в глаза. Нина поежилась, позвоночник снова похолодел. Она не привыкла смотреть кому-то в глаза, тем более так долго и пристально. Слишком интимным был такой зрительный контакт с ребенком, нарушающим границы, проникающим под кожу. Дети так не смотрят. Внимательно, спокойно и выжидающе. Никитка так смотрит на поезда. Нет, скорее кот так смотрит на птичку, когда готов с хрустом вцепиться в ее тонкую шею.