Читать онлайн Я тебя отвоюю бесплатно
![Я тебя отвоюю](/pics/b/132043/132043.jpg)
Пролог.
Человек шагал по темному городу с объемным рюкзаком за спиной. По коже ночного путника бегали противные мурашки, а внутри ликовала справедливость, – еще мгновенье, и она будет отомщена.
Реальность происходящего пугала и одновременно радовала. Слишком многое оказалось брошено на кон ради этого момента. Пятнадцать лет ожидания, четыре смерти, перевёрнутая с ног на голову жизнь. Но память о ней не оставила иного выхода, и стоила случившихся трагедий.
Высокая фигура незнакомца скользила по узким дворам. Человек считал шаги и размышлял о будущем. Неужели завтра он проснется свободным? Вдруг снова получится радоваться житейским мелочам, искренне улыбаться и дышать ровно от воспоминаний? Ответить на эти вопросы путник пока не мог. Зато наверняка знал одно – она хотела бы такого финала. В памяти всплыли испуганные выразительные глаза после роковой ночи. Тогда ему открылась пугающая истина: прежняя она умерла, навсегда осталась лежать в темной комнате хрущевской квартиры. Он сжал кулаки от нахлынувшего гнева. До сарая с последней жертвой оставалось пару метров. Скинув тяжёлый рюкзак, путник раскрыл боковой отсек. Рука нащупала нож в глубоком кармане, а на лице расползлась кривая улыбка.
"Встречай гостей", – глухо сказал он в тишину двора и сделал широкий шаг.
1.
Сегодня в больнице было многолюдно. Столпотворение – обычное дело для первой половины понедельника. Я спешно накинула на плечи белый халат, натянула медицинский чепчик, скрыв под ним длинные светлые волосы, и пригласила в кабинет первого пациента. Им оказался усатый мужчина средних лет. Он топтался в пороге, не понимая, что делать дальше. Судя по поведению, человек посещал врачей нечасто, от чего пребывал не в своей тарелке. Мне в очередной раз взгрустнулось из—за отсутствия Любочки. Медсестра, прикрепленная к нашему кабинету, резко заболела, и я вынуждена была вести прием одна. В сложившейся ситуации огорчало отнюдь не увеличение обязанностей в виде заполнения кипы бумаг, а моральная поддержка хрупкой миловидной Любы. Медсестра всегда пребывала в отличном настроении, часто шутила и могла найти общий язык с любым человеком. Но место девушки сейчас пустовало, и налаживать контакт пришлось самой.
– Присаживайтесь, – шумно вздохнула я, – и для начала приготовьте вашу карточку.
– Да—да, – кашлянул мужчина. Он устроился на краешке деревянного шаткого стула. К сожалению, в здании нашей городской больницы ветхим было все: начиная от мебели и заканчивая аппаратурой. Главный врач, отдать должное, пробовал сражаться с министерством, требуя от них увеличенный бюджет, но раз за разом попытки оказывались тщетны. Заполнив талон для регистратуры, я снова обратилась к мужчине.
– Какие жалобы?
– Живот болит, – неуверенно вступил он в диалог, – то справа кольнет, то слева тяжесть.
– Давно длятся такие симптомы?
– Да уж пару месяцев точно, – сдвинул брови пациент, – но позавчера совсем плохо стало.
– Проходите на кушетку, – я указала мужчине на коричневую раскладушку в конце кабинета, – поднимите майку и лягте на спину.
Пока пациент готовился к осмотру, я направилась в сторону раковины. Тщательно натерев руки мылом, впервые за утро взглянула на свое отражение. Взгляд уловил худое лицо, которое казалось бледным на фоне больничной стены. Губы слились с цветом кожи, лишь глаза, словно яркое голубое пятно, выделялись и казались живыми.
—Готово, – привел меня в чувство негромкий голос. Я кивнула, отведя взгляд и отправилась на осмотр. После стандартных процедур мы вернулись за стол. Мне удалось успокоить пациента, после чего назначить необходимые анализы и повторный прием. А также я вручила мужчине прямоугольный лист со списком лекарств.
– Пока ждем результатов, начните принимать эти препараты, они снимут острую боль.
– Спасибо, доктор.
– Не приглашайте следующего, – попросила я мужчину, – сама позову.
После того, как пациент покинул кабинет, я торопливо полезла в сумочку за косметичкой. Было просто необходимо привести лицо в порядок. Слегка накрасив ресницы тушью, я коснулась розовой помадой губ, и теперь любовалась своим видом в маленьком зеркале пудреницы. Внешность моя нравилась многим людям. Выразительные глаза, аккуратный, слегка вздернутый нос, пухлые губы на худом лице, – в совокупности выглядели довольно привлекательно. Муж считал меня даже красивой, часто повторяя об этом. Я подмигнула отражению, а после спрятала зеркальце, и снова принялась за прием.
Утро пролетело незаметно. Череда пациентов закончилась ближе к обеду, настало время отдохнуть. Персонала в больнице нашего небольшого городка катастрофически не хватало, и многим врачам приходилось работать на две ставки: вести прием в поликлинике, а также лечить пациентов в стационаре. Я не стала исключением, потому во второй половине дня мне предстояло отправиться в отделение гастроэнтерологии для дежурства среди палатных больных. Возникший перерыв дал возможность посидеть в тишине с кружкой горячего чая. Однако, выполнить задуманное не удалось. Только я включила кнопку электрического прибора, как в кабинет снова постучали.
– Войдите! – обреченно ответил мой голос. Противно скрипнули петли на старой двери, и на пороге возник посетитель. Крепкого телосложения мужчина смотрел на меня с высоты своего роста. Широкие брови делали лицо серьезным, а серые глаза отводили внимание от тяжёлого подбородка. Нежданному гостю было около тридцати, по всей видимости, мы являлись ровесниками.
– Рассказова Юлия Викторовна?
– Верно, – симпатичный посетитель выглядел совершенно здоровым, поэтому я с сомнением уточнила, – вы опоздали на прием?
– Нет, – темноволосый мужчина покачал головой и полез в карман. Через секунду в его руках появилось удостоверение, – Павлов Руслан Сергеевич, оперативный отдел города, необходимо задать вам несколько вопросов.
– В связи с чем простите? – лоб сам собой нахмурился, а настроение упало, видимо, чаепитие придется отложить. Будто в подтверждение мыслей в тишине кабинета щелкнул чайник.
– Вам знакома Наталья Селина?
– Конечно, – уверенно ответила я, – мы работаем вместе. Наталья ведет прием в соседнем кабинете, она терапевт.
– Женщина исчезла трое суток назад, – внимательно взглянул на меня Руслан Сергеевич, – вышла после смены с больничного двора, и с тех пор о ней ничего не известно.
– Как это исчезла? – от слов высокого полицейского заколотилось сердце, – у Натальи семья, дети, куда она могла пропасть?
– Об этом и хотелось поговорить, – мужчина, не церемонясь, прошел вглубь кабинета, шумно присев на стул. Тот подозрительно хрустнул, но выдержал своего сильного гостя. Я тоже поспешила устроиться напротив полицейского, он потер щеку с грубой щетиной и задал очередной вопрос, – когда в последний раз вы видели гражданку Селину?
– В пятницу, – долго думать не пришлось, я хорошо помнила день перед прошедшими выходными, – мы работали в поликлинике во вторую смену, в шесть вечера отпустили последних пациентов. Наталья зашла к нам в кабинет…
– К вам? – перебил Руслан Сергеевич, – вы находились не одна?
– Конечно, – разъяснила я, – обычно врач работает совместно с медсестрой, просто сегодня моя напарница заболела. Так вот, Наталья заглянула буквально на минутку, сообщила, что завтра они с семьей собираются за город, обещала привезти нам варенье. Потом ушла, а мы с медсестрой остались.
Оперативник зачем—то уточнил фамилию Любы и поднялся на ноги.
– Если вдруг что—то узнаете или вспомните, сразу позвоните мне.
Руслан Сергеевич записал корявым почерком на стикере свой номер и вышел из кабинета. Я кинула наклейку в ящик стола и с нехорошим предчувствием отправилась в стационар.
Пожилая нянечка тетя Клава встретила меня на входе, в отделении царил тихий час. Женщина подмигнула и сказала:
– Ступай в ординаторскую, там девчонки чайник поставили, я пирог принесла, с капустой.
– Отличная новость, – в животе призывно заурчало, – с утра ни крошки во рту.
– Еще людям желудки лечишь, – хмыкнула санитарка, – а за своим не следишь!
Я спорить не стала, тем более, доля правды в словах женщины присутствовала.
– Юля, заходи! – приветствовали меня коллеги, – перекусишь, или ты уже?
– Не успела, – пожала я плечами, – полиция приходила. Говорят, Наташка Селина пропала.
– Нас тоже опрашивали, – закивали девочки в ответ, – страшно все это, куда могла исчезнуть взрослая женщина?
– Будем надеяться, что полиция во всем разберется.
– Кстати, – хохотнула молоденькая практикантка, – этот оперативник, Руслан, кажется, ничего такой, симпатичный.
– Кто о чем, а вшивый о бане, – высказалась вошедшая в двери тетя Клава, – давайте лучше пирог есть, пока не остыл.
После тихого часа началось время обхода, я посетила своих пациентов, провела осмотр. Затем настал период документации: несколько часов ушло на заполнение карточек больных. В шесть вечера в ящике рабочего стола завибрировал мобильник. Я, не спеша, ответила мужу:
– Привет, уже приехал?
– Ага, – зевнул в ответ супруг, – жду на выезде.
– Дай пятнадцать минут.
Закрыв последнюю карточку, я переоделась, передала пациентов дежурному врачу и направилась к больничным воротам.
2.
На улице началась метель. Мелкие снежинки кружились в воздухе, стремительно заполняя пространство вокруг. Нахохлившись, я добежала до автомобиля Дмитрия и с радостью запрыгнула на переднее сиденье.
– Тепло у тебя!
– Снова без шапки? – покачал головой муж. Дмитрий был старше и рассудительнее меня, поэтому все время норовил учить жизни. Я всерьез не огорчалась, даже, наоборот, любила прислушиваться к его советам.
– Завтра обязательно надену, – сгладила я обстановку, – как дела на работе?
Муж принялся что—то рассказывать, а я смотрела на него в свете уличных фонарей. Дмитрий выглядел солидно: уложенные русые волосы, отсутствие щетины на мужественном лице, галстук и деловой костюм в полоску. Супруг являлся специалистом по ИТ в одной крупной компании, дочерний офис которой, непостижимым для меня образом, находился в этом небольшом городке. Данное обстоятельство и привело сюда нашу маленькую, но крепкую семью. Мужу предложили повышение, нам пришлось покинуть соседний региональный центр и обустроиться в тихой провинции. Я пошла лечить людей в местную больницу, а супруг продолжил строить карьеру. Руководство очень ценило способности Дмитрия, постоянно поощряя его премиями и всяческими привилегиями. В свою очередь, муж оправдывал доверие начальства, на работе он выкладывался на сто процентов, часто трудился над проектами допоздна, иногда оставался в офисе на ночь.
– Юля, – улыбнулся муж, – ты чего зависла?
– А? – не поняла я вопрос супруга.
– Два раза уже спросил, как твои дела?
– У меня нормально все, – подумав, я решила добавить, – полиция сегодня приходила, пропала Наталья Селина.
– Терапевт, которая? – поднял брови Дмитрий.
– Она. Три дня как дома не появлялась.
– И что говорит полиция? Куда могла исчезнуть твоя коллега?
– Не знают. Думаю, скоро разберутся. Оперативник хоть и молодой, но настроен серьезно.
– Значит, точно отыщет, – подбодрил меня супруг, – не заморачивайся.
– Хорошо, – подмигнула я мужу, – к тому же своих забот хватает.
– Ты о чем? – удивился Дмитрий.
– Нам на ужин есть нечего.
– Это прям великая неприятность, – хохотнул супруг, – заедем по дороге в магазин, купим пельменей.
– Права тетя Клава, – я грустно вздохнула, – хреновый из меня гастроэнтеролог.
Муж засмеялся и притормозил возле первого попавшегося супермаркета.
Утром просыпаться жутко не хотелось. Дима наклонился и потряс меня за плечо:
– Юля, вставай! Опоздаем ведь!
– Зимой нужно отменять работу, – недовольно пробурчала я в подушку, – или хотя бы давать людям дополнительный выходной.
– Скоро Новый год, десять дней праздников, мало тебе, что ли?
– А толку? – пришлось поднять туловище и присесть на кровати, – у меня дежурство за эти дни четыре раза. Где справедливость?
– Ты сама решила работать врачом, – муж удалился в кухню. Из соседней комнаты раздался его грубый голос, – поторопись, а то придется добираться на маршрутке.
Я потянулась, после отправилась в душ. Быстро оделась и принялась собирать сумку. Сегодня по графику выпадало ночное дежурство, это означало, вернуться домой удастся только через сутки.
Дмитрий ждал в коридоре. Он умудрился за считаные минуты привести внешность в идеальный порядок, на его фоне я почувствовала себя рассеянной и даже неопрятной. Кое—как расчесав волосы, я собрала в пучок длинный хвост, решив накраситься в машине.
– Я сварил нам кофе, – протянул муж термокружку.
– Как ты все успеваешь?
– Привычка, – пожал плечами Дмитрий и ласково поцеловал мою щеку.
Несмотря на ранний час, у входа в больницу уже образовалась очередь. Я осторожно огибала недовольных пациентов, и тут услышала свое имя.
– Юля!
Обернувшись, мне удалось разглядеть в толпе мужчину, который секунду назад окликнул меня. Через несколько человек стоял Андрей, супруг исчезнувшей Наталья Селиной. Разговаривать в давке оказалось жутко неудобно, поэтому я махнула рукой, приглашая Андрея войти. Вскоре мы уже сидели в теплом кабинете.
– Прости, что отвлекаю, – задумчиво глядя в сторону, сказал мужчина, – но не знаю, куда податься, места себе не нахожу. Отвел детей в школу, а у самого отгул. Решил зайти, узнать, вдруг вам Наташка чего говорила, может собиралась куда прошлой пятницей?
– Собиралась, – от переживаний Андрея мне самой стало не по себе, – с вами на дачу. Вот в этом кабинете мы распрощались, и она отправилась домой.
– Только не дошла. Ну куда она могла пропасть, а, Юль?
– Не знаю, – горько воскликнула я, – не знаю, Андрей! Вчера полиция приходила, может, они разберутся?
– У меня в приятелях следователь, – грустно ответил собеседник, – он говорит, если за трое суток живой не объявилась, можно не надеяться уже.
– Какой кошмар! Андрей, нужно верить в лучшее, слышишь?
– Конечно, – кивнул мужчина, – только как? Дети спрашивают, где мама, а мне ответить нечего.
Я собиралась снова поддержать мужчину, но дверь кабинета открылась. Недовольная полная женщина уперла руки вбок и заявила:
– Доктор, вы работать сегодня собираетесь? У меня, вообще—то, талон на восемь ноль—ноль.
– Ладно, – суетливо поднялся со стула Андрей, – прости, что отвлекаю, я побегу.
– Ты заходи, – я проводила мужчину, параллельно отправив настойчивую пациентку снова за дверь. В одиночестве мне удалось прийти в себя от неприятной беседы. Грустно вздохнув, я надела шапочку, поправила макияж, нанесенный в машине, и только тогда крикнула нетерпеливой даме, – входите!
Весь день прошел в стандартной рабочей суматохе. Ближе к вечеру я приняла дежурство в отделении гастроэнтерологии, проводив коллег домой. В ординаторскую заглянула тетя Клава, нам выпала участь остаться на ночь вместе.
– Какие новости? Нашлась Наташка—то?
– С утра точно радоваться нечему было, сейчас – не знаю.
– Юлька, – распереживалась старушка, – а вдруг в городе маньяк?
– С чего это? – слова женщины напугали, – еще кто—то пропал?
– Пару лет назад также исчез мой сосед.
– Не думаю, что одно с другим связано, – успокоилась я, – вы просто детективов пересмотрели.
– Чушь какая, – насупилась тетя Клава, – я ваши телевизоры редко включаю, мне читать больше нравится.
– Не обижайтесь, – улыбнулась я женщине и, дабы сгладить ситуацию, спросила, – что приключилось с соседом?
Тетя Клава плюхнулась на диван и, поправив мятую юбку, принялась рассказывать:
—Много лет назад по соседству со мной купил квартиру молодой мужчина. Я переживала поначалу, думала, будет музыку слушать, да друзей водить, но парень оказался из приличных. Александр, так звали паренька, работал полицейским, посторонних в гости не таскал, а вскоре и вовсе обзавелся супругой. Молодые жили мирно, жена Сашке сына родила. А пару лет назад случилось в их семье несчастье. Помню, я генералила квартиру к Новому году, тоже декабрь, кстати, на дворе стоял. Так вот, уборке помешал звонок в дверь. Выяснилось, пришла Сашкина супруга. Девчонка выглядела устало, по лицу сразу было ясно, что—то произошло. Оказалось, исчез мой сосед. Девчонка вечером его со службы не дождалась и принялась в отделение звонить. Тогда коллеги и признались, мол, на работу Сашка с утра не приходил. Ребята его разыскивать не стали, решили, загулял мужик перед праздниками.
– Так может и вправду загулял? – предположила я.
– Ты что! Сашка не из таких был, – подняла тетя Клава вверх палец, – приличный семьянин, с работы сразу домой, без всяких там пьянок.
– И что в итоге? – прервала я воспоминания санитарки.
– Ближе к ночи патрульные нашли машину Сашки. Она неподалеку от участка стояла, а хозяин иномарки как сквозь землю провалился. Родственники и полиция подняли на уши весь город, только без толку: никаких зацепок не нашли. Обнаружили парня к началу весны, и то совершенно случайно. Подросток с собакой гулять вышел, а псина убежала, да прямиком на пустырь за нашей больницей.
– Нашли место для прогулок, – поежилась я, припомнив мрачный пейзаж. Лечебница стояла на пяточке, к которому вело три дороги, задний двор же выходил на заброшенный пустырь. Городские жители рассказывали, в девяностые один бизнесмен планировал возвести на поле жилой комплекс, но, видимо, не хватило денег. Со временем стройка превратилась в свалку, которую облюбовали бомжи.
– Там—то псина наткнулась на труп несчастного Сашки, – прервала размышления уборщица, – следователи списали убийство на дело рук местных наркоманов. Я поверила, кому ж еще помешал обычный полицейский? Но после исчезновения Наташки задумалась, вдруг не просто так люди пропадают, а если это маньяк?
– Вы Руслану Сергеевичу расскажите, который вчера приходил, – посоветовала я женщине, – он пусть и выясняет.
– Дело говоришь! – задумалась старушка, а я отправилась на вечерний обход.
В плане самочувствия у больных оказалось все более—менее стабильно, можно было расслабиться и ненадолго прилечь. Я устроилась на узком диване в ординаторской, подсунув руку под голову, после чего незаметно для себя уснула. После рассказа тети Клавы в полудреме мерещились странные картинки: Наталья шла под руку с мужем по пустырю, а навстречу им шагал неизвестный мне парень в полицейской форме. Дурацкий сон нарушило непонятное ощущение. Мне показалось, в пустой ординаторской присутствует кто—то чужой. Глаза мгновенно распахнулись, и выяснилось, что предчувствие меня не обмануло. Над диваном возвышался оперативник Руслан Сергеевич Павлов. Мужчина внимательно рассматривал мое лицо, приподняв широкую бровь. От неожиданности я пулей вскочила на ноги, взглянув на часы. С момента внепланового отбоя прошло почти тридцать минут, и теперь было неясно, как долго полицейский наблюдал за моей спящей особой.
– А вам можно? – вдруг спросил мужчина.
– Можно что? – непонимающе уточнила я.
– Спать на рабочем месте?
– Нельзя, – развела я руками, – но на то и существуют правила, чтобы их нарушать.
– Вряд ли эта поговорка подходит в данной ситуации, – усмехнулся Руслан Сергеевич. Пока я решала, как сменить тему, он снова заговорил, – ладно, все мы не без греха.
– Мне дежурить всю ночь, и утром вести прием, – будто оправдываясь, отвела я глаза, – вы что—то хотели?
– Говорят, сегодня приходил муж пропавшей Селиной, – оперативник присел на край стола, придвинутого к стене, – также говорят, он навещал именно вас.
– Эта информация стоила вашего визита ночью? – обстановка изрядно напрягала.
– В расследовании важна каждая деталь, – Руслан Сергеевич сложил большие ладони в замок, – так что хотел Андрей Селин?
– Спрашивал о нашей последней встрече с Натальей, еще делился переживаниями, но разговор длился недолго, у меня начался прием, и мужчина ушел.
– Почему супруг Натальи явился именно к вам?
– Андрей стоял с утра на крыльце, – терпеливо объяснила я, – заметил первое знакомое лицо, вот и окликнул именно меня.
– Вы были знакомы?
– Виделись несколько раз, – я нахмурилась, – почему вас так заинтересовал визит Андрея?
– Я ищу мотив, – туманно ответил оперативник, – мы нашли тело Селиной, женщину убили примерно сутки назад.
– И где обнаружили Наталью? – немеющим от страха языком уточнила я.
– На пустыре, среди заброшенной стройки. Как раз возле вашей больницей.
Я присела на стул. От полученных новостей по спине пробежал холодок.
3.
Мы с Русланом Сергеевичем стояли друг напротив друга. Нервы изрядно шалили, вызывая неконтролируемую дрожь. Я убрала ладони в карманы белого халата, дабы скрыть волнение от посторонних глаз.
– Кому помешала Наталья? Она всегда отзывчивой была, доброй.
– Буду выяснять, – пожал плечами Руслан Сергеевич, – завтра жду вас в отделении, нужно провести официальный допрос.
– Конечно, – на глазах выступили слезы, – мне все равно не верится, кажется, это чья—то злая шутка.
Руслан Сергеевич ответил, но слов оказалось не разобрать из—за шума открывающейся двери.
– Юль, – громко сказала вошедшая постовая медсестра, – нам пациента со скорой подняли, с острой болью.
– Извините, – обратилась я к полицейскому, давая понять, что мне нужно уйти. Мужчина быстро кивнул, а я зашагала в смотровую. Пациентом оказался мальчишка. Бледный парень лежал на кушетке, скрючившись от боли.
– Когда начался приступ? – обратилась я к юноше.
– Часа два назад, – парнишка с надеждой посмотрел на меня, – помогите, доктор!
– Поехали на узи, – повернулась я к медсестре. Мы переместили парня на каталку, после чего повезли скрипучую кушетку на колесах по коридору. По дороге мы пытались успокоить испуганного парня, медсестра даже принялась с ним болтать. Из сказанного стало известно, новый пациент учился в местном экономическом колледже, проживал в общежитии и ранее проблем со здоровьем не имел. В кабинете узи ситуация прояснилась, стенки желчного пузыря были расширены, что свидетельствовало о внутреннем воспалении органа. Я сообщила информацию студенту, на что парень удивленно округлил глаза.
– И что с этим делать?
– Лечить, – улыбнулась я, протянув юноше бумажную салфетку, – вытрите живот.
– Почему этот желчный вдруг воспалился?
– Расскажи—ка о своем питании, – парень стал перечислять повседневное меню, а у меня снова появилось ощущение пристального взгляда на себе. В спешке повернув шею, я увидела, что дверь в кабинет осталась приоткрыта. Сквозь небольшую щель удалось разглядеть полутемный коридор, а в нем высокого полицейского. Руслан Сергеевич стоял напротив и откровенно подглядывал за процессом моей работы. На секунду я задержала внимание на мужчине, но одернула себя и вернулась к пациенту. Студент как раз заканчивал рассказ.
– Готовить—то особо некогда, перебиваемся пирожками в буфете, сосисками. Еще лапшу китайскую вечерами едим.
– Вот и ответ на твой вопрос, в первую очередь нужно наладить питание, – я взглянула в карту пациента, – ты из области? Может позвонить родителям, или сообщил уже?
– Лучше утром с ними свяжусь, – парень снова сморщился от боли, – ночью все равно ничем не помогут, только распереживаются.
От заботы юноши стало тепло на душе, вдруг вспомнилась мама, и жутко захотелось с ней встретиться. Внезапная ностальгия оказалась совсем не к месту. Я мысленно чертыхнулась, сделала назначения и передала документы медсестре. Настроение парня после УЗИ значительно улучшилось. Он решительно слез с каталки:
—Нечего меня возить. Сам потихоньку дойду.
– Вперед, герой, – засмеялась медсестра, и они проследовали в процедурную. Я повернулась к аппарату узи, с целью выключить допотопную машину, за спиной раздался голос:
– У парня что—то серьезное?
– Как сказать, – ответила я Руслану Сергеевичу, – опасности для жизни нет, но здоровье значительно подпорчено.
– Когда вы решили, что станете врачом? – вдруг спросил мужчина.
– В юности, – мне, наконец, удалось совладать с аппаратом, я вырубила кнопку, после чего развернулась к собеседнику, – в детстве планировала стать моделью, даже ходила на какие—то курсы, но потом затея показалась несерьезной.
– Жаль, – впервые на лице полицейского появилась улыбка, – у вас есть отличные данные для модельной карьеры.
– Спасибо, – от внезапного комплимента вспыхнули щеки, – я вам еще нужна? Хочу проверить некоторых больных.
– Конечно, идите, – Руслан Сергеевич пропустил меня из кабинета, затем вышел сам, хлопнув дверью.
На обход я потратила двадцать минут, после чего решила выпить кофе. В ординаторской горел свет: за небольшим столом обнаружились тетя Клава и Руслан Сергеевич. Санитарка поила полицейского чаем и что—то взволнованно рассказывала.
– Вот я и думаю, вдруг Сашка тоже неслучайно пропал?
Я хмыкнула, женщина таки решила поделиться своими фантазиями с оперативником. При моем появлении тетя Клава оторвалась от собеседника и поднялась из—за стола.
—Юлечка, ты слышала, какие дела творятся? Наташку—то убитой нашли!
– Знаю. Очень жаль!
– Ладно, – Руслан Сергеевич отставил кружку в сторону, – спасибо за информацию, мне пора ехать.
– Упаси господи, – воскликнула женщина. Заметив наше удивление, санитарка торопливо пояснила, – в такую пургу и пешком идти страшно, куда уж за руль садиться!
Мы с оперативником одновременно развернулись к окну: на улице действительно творился маленький армагеддон. Шквалистый ветер с бешеной скоростью собирал снежинки в воронку и кружил по воздуху. От урагана качались деревья, наклоняя ветки максимально низко к земле. Я мысленно согласилась с опасениями тети Клавы, соревноваться с природой в выносливости сейчас было по меньшей мере глупо. Судя по выражению лица оперативника, отражающемуся в стекле, он думал аналогично.
—Пойду кочегара будить, – объявила тетя Клава, – пусть "автономку" включает, провода порвет с минуты на минуту.
Женщина зашаркала к выходу, а Руслан Сергеевич замер в нерешительности. Я нарушила молчание с целью помочь мужчине:
—Санитарка права, лучше переждать непогоду. Оставайтесь здесь, в ординаторской вас никто не побеспокоит.
– Спасибо, – оперативник расслабился и откинулся на спинку стула.
– Еще чаю?
– Ваша тетя Клава уже напоила, даже угостила пирожками.
– В этом она мастер. Ну а я все же налью кофе.
Мы на время замолчали. Я машинально перелистывала истории болезни, отчего—то жутко смущаясь обществу Руслана Сергеевича. Он, в свою очередь, пялился в телефон. Лишь шум закипающего чайника нарушал тишину. Когда кофе был готов, я устроилась на диване, поджав под себя ноги, и, наконец, сняла медицинскую шапочку.
– Без головного убора вы смотритесь моложе, – констатировал оперативник, – видимо, совсем недавно практикуете?
– Два года, – кивнула я, – ординатуру проходила в другом городе, после устроилась сюда.
– В связи с чем решили переехать?
– Мужа перевели по работе, – я взглянула на полицейского, – вы тоже молодой специалист?
– Не совсем, – усмехнулся Руслан Сергеевич, – после армии пошел в патрульные, параллельно учился на юридическом. Так что, стаж у меня приличный.
– Надеюсь, вы найдете убийцу Натальи. Тетя Клава, к примеру, считает, в городе завелся маньяк.
– Она сообщила свою версию, – Руслан Сергеевич еле заметно улыбнулся, – я помню дело Александра Сомова. Исчезновение полицейского здорово всколыхнуло общественность. Но там, вроде бы другая история, мужчину ограбили: сняли хорошие вещи, украли кошелек с новогодней премией, а потом и вовсе перерезали горло.
– Ужасная смерть, – поморщилась я и тихо добавила, – Наталью тоже убили ножом?
– По предварительным данным – да.
– Жуть какая, – я задумчиво спросила, – интересно, почему люди решаются убивать других людей?
– Частой причиной являются деньги, затем – ревность, еще алкогольные разборки, ну и психические отклонения.
– Расскажите, – вдруг стало любопытно, – в вашей практике были какие—нибудь загадочные истории?
– Детективные расследования в наше время редкость, – хмыкнул мужчина, – в основном собутыльники друг друга режут, да бомжи в подвалах умирают. Хотя, один интересный случай был пару лет назад, я тогда только начинал работать в оперативном отделе.
Руслан Сергеевич продолжил рассказ, и я внимательно слушала полицейского. Он вел повествование очень эмоционально: красивое лицо часто меняло выражение, серые глаза горели огоньком, было видно, насколько человек любил свою профессию. Оперативник активно жестикулировал, а я поймала себя на мысли, что смотреть на мужчину мне нравится, присутствовала в нем некая харизма.
– Вот такой неожиданный финал, – закончил повествование собеседник.
– Фееричный, – улыбнулась я.
– Теперь ваша очередь, – попросил Руслан Сергеевич, – выкладывайте какую—нибудь мистическую историю из врачебной практики.
– Ну нет, – покачала я головой, – ужасов на сегодня хватит, лучше нарушу конфиденциальность и расскажу один курьезный случай.
– Ого, – подмигнул мужчина, – это еще интереснее!
– Только обещайте, никому не передавать, – заговорщески прищурилась я.
– Клянусь, – шутливо скрестил пальцы полицейский.
Мы проболтали больше часа, метель за окном постепенно стихла, и Руслан Сергеевич поднялся со стула.
– Теперь точно можно ехать. Спасибо за компанию, Юлия Викторовна.
– И вам, – улыбнулась я. Мужчина накинул куртку и направился к выходу. Стоя в дверях, он снова заговорил:
– Знаете, что, я отменяю завтрашний допрос, лучше отдохните после дежурства. Перенесем беседу на четверг.
– Отлично! У меня как раз первая смена, смогу попасть к вам после обеда.
– Давайте в пятнадцатый ноль—ноль. Девятый кабинет, отделение на Калинина.
Оперативник скрылся в коридоре, а я еще долго сидела и размышляла о жизни. В итоге мысли снова вернулись к убийству Натальи. Каково было женщине перед смертью? Чувствовала ли она свою близкую кончину? Вздрогнув от событий последнего дня, я поспешила на пост к медсестре, жутко не хотелось оставаться одной.
4
Утром главный врач собрал персонал на внеплановое совещание. В просторной приемной я заняла место рядом с хирургом и осмотрела присутствующих. Люди явно пребывали в волнении, новость о смерти Натальи уже облетела больницу. Коллеги сбились в мини—группы и бурно обсуждали случившееся. Мне беседовать не хотелось, потому я перевела взгляд на главного врача. Валентин Яковлевич сидел в офисном кресле, вертел в руках карандаш, периодически хмурил без того морщинистый лоб. В принципе, нынешний руководитель прекрасно справлялся со своими обязанностями. Этот невысокий мужчина средних лет был в меру строг, но в то же время справедлив, умел договариваться с персоналом и активно реагировал на жалобы пациентов. Однако, при всей идеальности, Валентин Яковлевич имел в работе ощутимый минус, он принижал роль женщины в профессии врача. Именно поэтому все интересные командировки, премии, должности доставались исключительно мужской половине нашего коллектива.
– Коллеги, здравствуйте! – Валентин Яковлевич отложил карандаш и обратился к нам, – я собрал вас сегодня по очень печальному поводу.
– Да знаем мы про Наташку, – выкрикнул с места пожилой офтальмолог. У него были настолько толстые линзы в очках, что я иногда поражалась, видит ли он пациентов, которые приходят к нему лечить зрение. Главный врач неодобрительно взглянул на подчиненного, но смолчал в его сторону и продолжил.
– Сегодня ночью полиция обнаружила труп нашей коллеги, заведующей терапевтическим отделением. Наталья Селина погибла при неизвестных пока обстоятельствах. Я знал эту женщину много лет, и могу сказать, она была отличным человеком, верным другом и хорошей матерью. Поэтому уважаемые, хочу попросить вас в память о Наталье не придумывать сплетен и не обсуждать случившееся между собой, тем более с пациентами, – присутствующие согласно закивали, однако, обещаниям коллег верилось слабо. Главврач сделал паузу, а после продолжил, – ближайшие несколько дней в здании больницы будет работать полиция, прошу отвечать на их вопросы и всячески содействовать следствию. Также вас могут вызвать на допрос, не пугайтесь, это все необходимые процедуры для скорейшего раскрытия преступления. Если вопросов нет, то можете идти работать.
Народ снова зашелестел разговорами, и стал потихоньку расходиться по рабочим местам.
В коридоре уже стояли пациенты, я начала прием, но, спустя два часа, пришлось прерваться. Помимо очередного больного в кабинет вошел парень в полицейской форме вместе с моим непосредственным руководителем. Главный врач явно пребывал не в настроении, он хмуро уставился на пустой Любочкин стул и спросил:
– Где Рязанова?
– На больничный ушла, – развела я руками, – в понедельник утром.
– Серьезно? – поднял бровь полицейский, – а вашей бухгалтерии об этом неизвестно.
– То есть как? – куда клонит мужчина, было непонятно.
– Черт побери, Юля! – грозно гаркнул Валентин Яковлевич, – куда делась твоя медсестра?
– Объяснила же. Люба позвонила с утра в понедельник и сказала, что уходит на больничный. Почему она не сообщила об этом вам или бухгалтеру, мне неизвестно.
– Где может находиться гражданка Рязанова? – обратился ко мне полицейский.
– Дома, наверное. Где еще бывают люди, когда болеют?
– Нет ее дома, – пробурчал главный врач.
– Походу у нас плюс одна пропажа, – потерев переносицу, заметил сотрудник полиции, от слов мужчины заледенело внутри.
Я дождалась окончания приема, а после набрала номер своей медсестры. Любочкин телефон оказался вне зоны доступа, холодный автоматический голос оператора заставил содрогнуться в нехорошем предчувствии. Небрежно собрав карточки пациентов, я накинула пальто и отправилась на выход. В холле скопились люди, протиснувшись сквозь очередь из больных, я вошла в помещение регистратуры. Молодая сотрудница приняла карточки, а после недовольно высказалась:
– Разве можно так работать? Очереди днями, врачей не хватает, теперь еще и полиция дергает. Начальству все по барабану, хоть зашейся в этой больнице!
– Валентину Яковлевичу тоже несладко, – заступилась я за руководителя, – видно же, человек переживает.
– Конечно, – заговорила из—за шкафа пожилая сотрудница Ирина Игоревна, – они с Селиной не просто коллегами были, а дружили даже.
– Правда? – новость удивила, – никогда не замечала, хоть и работали с Натальей в соседних кабинетах.
– Чего ж им перед молодняком отчитываться? – засмеялась Ирина Игоревна.
– То—то Наташку единственную из баб до заведующей повысили, – ядовито заметила девица.
– Не преувеличивай, – одернула коллегу женщина, – Наташка одна из старожилов этой больницы. У нас, сама видишь, текучка какая. Вы, молодежь, пару лет посидите, опыта наберетесь, да в областной центр тикать. А Наташка, да Валентин Яковлевич как пришли двадцать лет назад, так и задержались надолго. Так что, повышение она заслужила. Правда, нужно ли оно на том свете?
– Наш Валентин с низов поднялся? – удивленно моргнула девица, – я думала, по блату на должность попал.
– Эх, молодежь, все вам халяву подавай, – покачала головой взрослая сотрудница регистратуры. Я вмешалась в диалог, дабы попрощаться, и поспешила покинуть здание.
На пороге оказалось скользко. Я маневрировала по крыльцу, костеря дворника, который не соизволил посыпать солью ступени. Каждый шаг давался с трудом, казалось, еще мгновение, и ноги разъедутся по тонкой корочке льда.
– Юлия Викторовна, здравствуйте! – я оторвала сосредоточенный взгляд от ботинок и напротив себя обнаружила Руслана Сергеевича. Он стоял у первой ступеньки. Оперативник успел побриться и, в отличие от меня, выглядел бодро, – давайте помогу спуститься.
Встреча с ночным собеседником почему—то обрадовала. Руслан Сергеевич протянул мне руку, я схватилась за теплую грубую ладонь, и аккуратно преодолела ледяное крыльцо:
– Судя по всему, дворник решил обеспечить травматологию работой.
– Да уж, – улыбнулся мужчина, – как прошло окончание дежурства?
– Спокойно, а сегодня в больнице много ваших сотрудников, допрашивают персонал, снимают отпечатки пальцев.
– Все правильно, – оперативник спрятал руку в карман, – работаем.
– Я хотела спросить. Один из полицейских сказал, будто моя медсестра тоже исчезла. Это правда?
– Любовь Рязанова?
– Именно.
– Нам действительно не удается найти девушку. Телефон отключен, дверь не открывает, а родственников у Рязановой в городе нет. Кстати, вы в курсе, где может находиться ваша медсестра?
– В том—то и дело, что не знаю, – обеспокоенно ответил мой голос, – Люба позвонила в понедельник с утра, сказалась больной. Сегодня выяснилось, что, кроме меня, об этом никому и неизвестно.
– Не переживайте пока, – подбодрил собеседник, – девчонка молодая, может загуляла где.
– Она не из таких вроде, – заметила я и попросила, – если выясните, где Любочка, можете сообщить? Уж очень переживаю.
– Без проблем, – Руслан Сергеевич достал из кармана мобильник, – диктуйте номер.
Он записал цифры, и мы распрощались. Я зашагала к воротам, а возле калитки зачем—то обернулась. Высокий оперативник продолжал стоять на крыльце, глядя мне вслед.
Дома я набрала ванную и долго лежала в горячей воде с целью согреться. Через полчаса меня основательно разморило. Пришлось выбираться из душной комнаты, чтобы не вырубиться прямо в ней. Я лениво прошлепала в спальню, где переоделась и устроилась на широкой кровати. Сквозь подступающую дремоту донесся звук смс. Мне удалось преодолеть сон и одним глазом взглянуть на экран. Мессенджер высветил незнакомый номер, кликнув на окошко, я прочла сообщение:
«Жду вас завтра на допрос.»
Взгляд автоматически устремился на фото абонента. С аватарки смотрела красивая физиономия оперативника. Я долго изучала черты лица мужчины, а после так и уснула с телефоном в руках.
5.
Я проспала до самого утра. Со звуком будильника послышался голос мужа из соседней комнаты:
– Юля, поднимайся!
– Почему вечером не разбудил? – сонно спросила я, отрываясь от подушки, – составила бы тебе компанию на ужин.
– Пришел поздно. Начальство просило задержаться на работе, да и тебе после дежурства был необходим отдых.
– Любочка пропала, – я схватилась за телефон, в надежде увидеть хорошие новости от оперативника, но переписка в мессенджере не пополнилась.
– Медсестра из твоего кабинета?
– Ага, – тут я кое—что вспомнила и взволнованно взглянула на мужа, – ты ж не знаешь ничего, Наталью нашли убитой в заброшенных гаражах.
– В вашей больницы кипят не хилые страсти, – покачал головой Дмитрий, – тебе нужно себя беречь.
– За Любочку боязно, – снова встревожилась я, – как бы ни случилось и с ней беды.
– Она тоже бесследно исчезла?
Я рассказала Дмитрию о звонке медсестры, внезапном больничном и выключенном телефоне.
– Может загуляла девка? – повторил муж версию оперативника.
– Не должна, – пожала я плечами, – а там, кто знает. Ты подбросишь меня? Или не успеваем?
– У тебя есть двадцать минут, – взглянул на часы Дмитрий, – я пока проверю почту.
В больнице за сутки ничего не изменилось. Стояли очереди, сновали люди в форме, и ходил недовольный персонал. Дверь в мой кабинет оказалась открытой, а внутри обнаружилась Оксана, медсестра погибшей Натальи Селиной. Женщина пила кофе, устроившись на Любочкином стуле.
– Привет, – удивленно поздоровалась я с незваной гостьей.
– Утро доброе, – кивнула медсестра, – меня начмед к тебе отправила, пока Любка не объявилась. После трагедии с Натальей я ведь не при делах осталась, а в процедурный идти жутко неохота.
– Оставайся, – новость даже порадовала, – совсем зашиваюсь с бумажной работой.
В дверь аккуратно постучали, затем показалась голова мужчины:
– Прием начался уже? – корректно уточнил он.
– Пять минут, пожалуйста, – попросила я пациента, на ходу снимая пальто.
Мужчина кивнул, прикрыв скрипучую дверь.
– Забодали, – хмыкнула Оксана, не отличавшаяся тактом, – раздеться уже врачу не дают.
– Ладно тебе.
Мы вели прием, стараясь не разговаривать о случившемся с Натальей, но, проводив последнего пациента, Оксана все же подняла волнительную тему.
– Как думаешь, кто Наташку убил?
– Без понятия, – я достала косметичку, перед визитом к оперативнику следовало привести себя в порядок, – стараюсь об этом не думать.
– Она как чувствовала.
– Ты сейчас о чем? – щеточка от туши в руке застыла по пути к ресницам.
– На прошлой неделе Наташка очень переживала, на сны странные жаловалась, – разоткровенничалась Оксана, – кошмары прошлого, кажется, так она выражалась.
– Ты об этом полиции сообщила?
– На кой оно им надо?
– Оксана, важна каждая деталь!
– Ну скажу, долго, что ли? – пожала женщина плечами, а потом повернула разговор в другую сторону, – ладно, расскажи лучше, как у вас с Димкой дела, когда детишками обзаводиться думаете?
– Разберемся, – на интимную тему разговаривать с этой особой совершенно не хотелось, – как рожу, так скажу.
Оксана хмыкнула, собрала карточки в стопку и покинула кабинет.
Добираться в полицейский участок пришлось на автобусе. На улице наступили предновогодние морозы, и к моменту прибытия на допрос, я клацала зубами от холода. Двухэтажное серое здание встретило суетой. Пытаясь сориентироваться в пространстве, я заметила небольшую кабинку с надписью "Дежурный", куда и направилась. Через минуту хмурый мужчина в форме уже оформлял мне пропуск в кабинет номер девять.
Руслан Сергеевич пребывал в одиночестве, он стоял возле окна в футболке и джинсах, постукивая ручкой по пластиковому подоконнику. При виде меня мужчина оживился:
– Здравствуйте!
– Добрый день, – я застыла на пороге, оперативник направился в мою сторону.
– Давайте помогу раздеться, – он остановился за спиной, а я скинула пальто. Во время поворота ладонь случайно дотронулась до горячей руки мужчины. Заледеневшая кожа словно обожглась о пламя, Руслан Сергеевич вздрогнул, – вы совсем замерзли! Сейчас поставлю чайник.
– Не стоит, – робко попросила я.
– Пришла моя очередь угощать. Я даже шоколадки купил, не знал, какие вы любите, взял с орехом, молочный и обычный, горький.
– Спасибо, – наивный вид оперативника заставил улыбнуться, а неожиданное внимание вызвало противоречивые чувства, – на самом деле, горячий чай совершенно к месту.
– Присаживайтесь.
– Что—нибудь известно о Любе?
– Нет, – покачал головой Руслан Сергеевич, – после постановления прокурора мы вскрыли квартиру, но девушку там не обнаружили.
– Как считаете, исчезновение медсестры связано с убийством Наталии?
– Хочется думать, что нет, – оперативник откинулся на спинку стула, – давайте вспомним день, когда вы в последний раз видели Наталью Селину.
– Это была пятница, – снова принялась отвечать я на вопросы. Мы беседовали около часа. Наконец, Руслан Сергеевич сообщил, что допрос окончен и отправился делать чай. Горячий напиток приятно согрел изнутри, к тому же в помещении отлично работали батареи, от этого стало жарко, и щеки залились румянцем. Собеседник заметил мое состояние, потому поспешил открыть окно. На стул оперуполномоченный не вернулся, оперся на подоконник и спросил:
– Ваш муж и Любовь Рязанова были знакомы?
– Конечно, – вопрос насторожил, но я постаралась не накручивать заранее, – после трудового дня мы иногда подвозили Любу домой.
– Не буду ходить вокруг да около, – Руслан Сергеевич сложил руки на груди и взглянул на меня с высоты своего роста, – сегодня пришла детализация звонков Рязановой. За последний месяц она одиннадцать раз выходила на связь с вашим мужем.
– В смысле? – слова оперативника доходили с трудом, – она звонила Дмитрию?
– А он ей, – кивнул мужчина, – предполагаете зачем?
– Нет, – сердце странно кольнуло, – понятия не имею, о чем мог беседовать супруг и Люба.
– К тому же, – перебил мужчина, – человека, похожего на Дмитрия Рассказова, последние полгода часто замечали соседи Рязановой, по всей видимости, ваш супруг приходил к девушке в гости.
– Невероятно, – прошептала я, – вы думаете, между ними была связь?
– Утверждать не берусь, – поднял бровь Руслан Сергеевич, – говорю только факты.
– Ничего не понимаю. Убийство Натальи, пропажа Любы, теперь странные звонки Дмитрия. Как все это связано между собой?
– Юлия Викторовна, обойдёмся без паники. Я рассказал вам информацию лишь для соблюдения осторожности.
– И что мне делать, с этой вашей информацией?
– Мужу лишнего не говорите, внимательно относитесь к происходящему вокруг. Если заметите странности, сразу звоните 02, или мне.
– Вы предлагаете шпионить за собственным супругом?
– Наблюдать, – широко улыбнулся мужчина, – просто наблюдать, Юлия Викторовна.
– Хорошо, – я пожала плечами и поднялась с места, – спасибо за чай!
– Вы сейчас домой? За окнами уже стемнело, позвольте, я вас отвезу.
– Что вы, – замахала я руками, – не стоит беспокойства, прекрасно доберусь на общественном транспорте.
– Мне действительно пора ехать по делам, мимоходом и вас подброшу.
Руслан Сергеевич подошел к двери, накинул куртку, а после помог мне надеть пальто.
На улице усилился мороз. По дороге к машине я пыталась натянуть воротник, дабы компенсировать отсутствие шапки. Пока руки производили манипуляции, нижняя часть тела потеряла контроль, и нога поехала по тонкому льду. Нелепо пытаясь собраться в кучу, я поняла, падение неизбежно. Однако идущий рядом оперативник ловко повернулся и, словно пушинку, подхватил меня на руки.
– Не бывать вам фигуристкой, – пошутил мужчина. Его лицо оказалось слишком близко, на мгновение я залипла на взгляде серых глаз. Руслан Сергеевич перестал улыбаться и о чем—то задумался. Мне хотелось нарушить паузу, но язык точно онемел во рту. Мой спутник отвернулся и продолжил движение.
– Машина близко, – глухо произнес мужчина в темноту. Через пару шагов спутник достиг черной иномарки, осторожно опустил меня на землю и помог устроиться в салоне. Весь путь к дому мы молчали, меня окутало странное волнение, и я пыталась разобраться с ощущениями, царившими в груди. Руслан Сергеевич сосредоточился на дороге, она и вправду требовала повышенного внимания из—за обкатанного льда. Вскоре показался район, в котором мы проживали с мужем, и наш дом. Оперативник открыл мне дверь, протянул руку.
– Цепляйтесь, доведу к подъезду во избежание новых падений.
– Вы необычайно добры.
– Это случается редко, – серьезно ответил мужчина, – пользуйтесь.
Мы мелкими шагами заскользили к дому, оказавшись возле железной двери.
– Вот и пришли.
– Будьте осторожнее, – Руслан Сергеевич нехотя отпустил мою ладонь, но задержался у кончиков пальцев. Я нервно одернула кисть. Оперативник прошептал одними губами, – спокойной ночи.
– И вам, – на негнущихся ногах я вошла в подъезд.
Дмитрий уже находился дома. Супруг стоял в коридоре, словно поджидая меня.
– Привет, – я скинула ботинки и дотронулась прохладными губами до щеки мужа.
– Привет, – Дмитрий внимательно взглянул на меня, – ты где была? Вроде сегодня работаешь до обеда.
– Забыла сказать, вызывали на допрос.
– А кто провожал тебя к подъезду? – продолжал сыпать вопросами супруг, – я наблюдал за вами в окно.
– Оперативник, – нервно сглотнув, ответила я, – на улице холодно, полицейский проявил человечность и подбросил домой.
– Какие нынче добрые стражи закона!
– Ты давно приехал? – я отвернулась, чтобы не встретиться с Дмитрием взглядом.
– Часа два назад. Спешил освободиться пораньше, хотел побыть с тобой.
– Какие отношения у тебя с моей медсестрой? – несмотря на советы Руслана Сергеевича, мне захотелось прояснить ситуацию.
– Сама знаешь, – Дмитрий непонимающе уставился на меня, – наше общение при тебе происходило.
– Почему тогда в распечатке звонков Любаши так часто фигурирует номер твоего телефона?
– Это кто сказал? Тот опер?
– Дима, – всплеснула я руками, – какая разница? Отвечай на вопрос!
– Я действительно звонил медсестре, – спокойно ответил муж, – не мог решить, что подарить тебе на день рождения.
– При чем здесь она?
– Ты с ней проводишь больше времени, чем со мной. Вот и поинтересовался. Любаша перезванивала несколько раз, выдвигая все новые варианты. Она любитель поболтать, знаешь же.
– Соседи видели тебя в ее подъезде, – упрямилась я.
– Напомню, ты сама отправляла меня помочь переставить Любе шкаф.
– Это было единожды, а видели часто.
– Людям только дай красную тряпку, – Дмитрий нежно взглянул в глаза, а мне вдруг стало стыдно.
– Прости, – от эмоций последних дней подкрались слезы и покатились по щекам.
– Иди сюда, – сжал меня в объятьях Дима, – все будет хорошо, глупышка.
"Не будет, – вспомнив нежные прикосновения оперативника, подумала я, – уже ничего не будет как прежде".
6.
Утром я проснулась по привычке рано, несмотря на вторую смену по четвергам. Дмитрий ушел в офис, настроение мужа казалось обычным, в отличие от моего. Я не переставала думать о случившейся трагедии, переживала за Любочку и с непонятным содроганием вспоминала молодого оперативника. Одиночество жутко напрягало, и мной было решено отправиться в людное место. Потратив достаточно времени на сборы, я покинула дом. Для соития с обществом был выбран единственный в городе торговый центр. В трехэтажном здании оказалось на удивление многолюдно для буднего дня: взрослые, студенты, школьники прятались от морозов в стенах теплого помещения. Я надумала сходить в кинотеатр, последний раз мы с Димой посещали сеанс аж полгода назад.
– Девушка, – у входа в зал раздался мужской голос, – вы пришли смотреть фильм в одиночестве?
– Вам какое дело? – я хмуро взглянула на молодого человека в спортивной кофте.
– Хочу предложить свою компанию, – парень обворожительно, как ему казалось, улыбнулся, – меня Коля зовут.
– Простите, но нет, – я продемонстрировала незнакомцу безымянный палец с кольцом. Молодой человек сразу сник и потерял ко мне интерес. В принципе, ситуация произошла стандартная: представители мужского пола часто уделяли внимание моей особе, к тому же сегодня впервые за много времени удалось спокойно собраться, потому выглядела я весьма прилично: уложила светлые волосы, красиво подвела глаза и надела теплое, но обтягивающее фигуру шерстяное платье.
Романтическая комедия быстро закончилась, в зале вспыхнул свет, и я отправилась на работу. Приехать к зданию больницы вышло заранее, на улице стояла на удивление шикарная погода: светило солнце, под ногами хрустел белый снег, а главное, отсутствовал ветер. Идти в душные стены отделения не хотелось, я свернула на узкую аллею, однако остановилась, наткнувшись взглядом на группу мужчин, которые что—то бурно обсуждали. Среди них находился Руслан Сергеевич. Оперативник выглядел эффектно и выделялся из толпы: темные волосы небрежно торчали в стороны, придавая некую неряшливость образу, белый свитер под расстегнутой курткой подчеркивал широкие плечи. Мужчина затянулся, поднеся сигарету ко рту, а я вновь задержала внимание на его сильной ладони. Руслан Сергеевич заметил мое присутствие, широко улыбнулся и кивнул. Поприветствовав его в ответ, я бодро зашагала по длинной дорожке. Позитивные мысли сразу сменила тревога. В очередных страданиях я обошла по кругу территорию, а после отправилась в отделение.
Тетя Клава старательно терла тряпкой зеркало в фойе. При виде меня санитарка повернулась и приложила руки к груди:
—Такие дела творятся! Как теперь спокойно жить?
– Чего опять? – настроения вести беседы не было.
– А ты не знаешь?
– Тетя Клава, я только в отделение вошла.
– Пришли результаты экспертизы, – старушка подошла максимально близко, нос уловил резкий запах хлорки, исходящий от рук санитарки, – говорят, Наташку пытали несколько дней перед тем, как убить!
– Ужасы какие, – мне стало плохо от услышанного, – преступника не нашли?
– Нет, – женщина снова затараторила, – эх, Юлька, права я была, когда на маньяка грешила. Небось, соседа тот же псих ножом изрешетил! Намучились, бедняжки!
– Не нагнетайте, – попросила я женщину, – лучше скажите, в отделении все спокойно? Экстренных не привезли?
– Бог миловал.
Я кивнула санитарке в ответ, и поспешила в ординаторскую.
Пациенты сегодня радовали самочувствием. Подготовив к выписке сразу трех человек, я принялась за карточки. Рука быстро устала от заполнения бланков, и в очередной раз нахлынула злость: наша больница давно могла перейти на электронную картотеку. К примеру, частная клиника в соседнем районе таким образом избавилась от ненужной кипы бумаг. Кстати, меня уже несколько раз приглашали на свободную ставку семейного доктора в коммерческое учреждение. Может, для разнообразия стоило сменить место работы?
– Юлия Викторовна, здравствуйте! – раздался тихий голос. Дверь в ординаторскую не закрыла ушедшая домой коллега, и сейчас в широком проеме стоял Руслан Сергеевич.
– Добрый день, – от волнения я сжала с силой ручку, – вернее, вечер. За окнами уже совсем темно.
– Декабрь, – улыбнулся оперативник, потом замолчал, но продолжал пристально рассматривать мое лицо. Я не выдержала, отвела взгляд в сторону, а мужчина нерешительно сказал, – вы сегодня необычайно красивы.
– Спасибо, – щеки вмиг вспыхнули, я постаралась поскорее перевести тему, – говорят, экспертиза тела Натальи дала страшные результаты?