Читать онлайн Мания Беса бесплатно

Мания Беса
Элли Шарм

Глава 1


                        Белоснежка для Беса



Пролог


Моей душе не обрести покой. Она полна дьявольского огня, который подталкивает меня к необратимому, нашёптывает и соблазняет. Меня знают под кличкой Бес. Многие за глаза называют самим дьяволом. Они боятся. И правильно делают! Но мало кто знает, что я стал таким не по своей воле. Может, это произошло тогда, когда мои родители трехлетним ребёнком бросили меня, совершенно не задумываясь, что со мной будет; или когда мои дедушка с бабушкой отдали меня  в детский дом. Никто не даст на это ответ, да и он мне уже давно не нужен.

Лишь одна хрупкая девушка смогла донести до меня истину: главное, ни кто ты, а что у тебя внутри.





Катриэль


Я проснулась на бетонном полу. Еле-еле разогнув ноги в коленях, с трудом села и плотнее закуталась в меховой полушубок, который уже не грел. Потерла друг о друга ладони и подышала на озябшие не слушающиеся пальцы, пытаясь согреть их. В каком-то ступоре я смотрела на пар, что вырывался из моего рта.

Громко заурчал желудок. Сколько я уже не ела? Два дня? Три? Вспомнить точно так и не смогла. Всегда худенькая от природы, сейчас я была настолько изможденна пребыванием в  этом месте, что казалось, потеряла половину и так небольшого веса. Почти неделя на воде и хлебе сделали своё дело.

Лязгнула дверь, и в помещение вошли двое мужчин. Их внешность говорила сама за себя. Есть же в природе отталкивающие существа! Такие, например, как ядовитые тропические змеи. Сами они могут быть чёрными, но по центру спины имеют ярко-оранжевые  полосы, которые несут в себе предупреждение: опасность. Уйди, не прикасайся! Так и эти двое. С лицами, обезображенными шрамами, оспинами, неприятными мутными глазами - весь их вид внушал отвращение.

Я отвернулась в другую сторону, сосредоточив взгляд на каменной стене напротив меня. С каждым днём они становились все наглей, все ближе подбираясь ко мне, как пауки к попавшей в паутину экзотической бабочке. Один из них подошел почти вплотную ко мне и  наклонился, отчего я дёрнулась в сторону. Он протянул руку и взял прядь моих волос, пропуская ее между пальцами.

— Волосы, как шёлк… Потрогай, Далмат! – сказал он.

Второй мужчина, что до этого опирался плечом на косяк, оттолкнулся от двери и сразу же направился в нашу сторону.

Я напрягалась так сильно, что онемела челюсть. Тупая боль разлилась по мышцам лица, сводя острые от постоянного недоедания скулы.

— Сегодня ты здесь последний день, – глумливо сказал тот, которого звали, как я слышала, Арбен. — Мы с Далматом не дадим тебе заскучать, маленькая сучка, – растянул он губы в сальной улыбке, обнажая гнилые желтоватые зубы.

Я отшатнулась, когда он, противно причмокивая, потянулся своей клешней к моей груди. Судорожно стянув полы полушубка над грязным тонким платьем, я отползла к стене.

— Я слышал, что эти румынки - ведьмы, собираются по ночам на горе и водят хороводы. Губят людей запросто на раз-два!

Первый мужчина застыл и как-то опасливо на меня посмотрел, выпуская из пальцев мой локон.

— Слушай, да она ещё и рыжая! – делая шаг назад, заметил Далмат. — Прибегаю к защите от тебя, демоница… -  забормотал мужчина на албанском языке, уверенный, что я не понимаю.

Вскинув подбородок, я взглянула на них уже смелее. Мне вдруг стало до боли смешно при виде их вытянувшихся, посеревших физиономий. В какой-то момент я даже чуть не расхохоталась, когда эти двое стали пятиться от меня, бормоча молитвы.

— Ты чего так смотришь, девка? — со злостью прорычал Арбен, стараясь скрыть испуг. — Я тебе говорю, она – ведьма, - обратился к другу, отступая поближе к стене. Повернувшись, он принялся ломиться в дверь, остервенело толкая ее плечом.

Не сводя с них насмешливого взгляда, я с интересом наблюдала, когда же у этого чокнутого фанатика хватит ума понять, что дверь-то открывается в другую сторону. Хотят показать, что они верующие, а сами темные, словно в средние века живут. Интересно, какая вера привела их к тем делам, что творятся в этот самый момент? Разве они не понимают, что какому бы богу они ни поклонялись, их ждёт один конец после суда этого самого Бога за их черные деяния? Я вздрогнула, когда кто-то с силой толкнул дверь с той стороны, в результате чего Арбен чуть не слетел с ног. Готовясь снова сражаться за себя и свою честь, я подобралась, но с замиранием сердца увидела своего дядю Антона.

– Дядя! – бросилась в его тёплые объятия, пряча лицо на его груди. Спустя пару мгновений, запрокинула голову, чтобы посмотреть в ласковые родные глаза.

— Ох, погубил я тебя, Катриэль, голубушка моя, – начал он, трясущимися руками сжимая мои острыескулы. — Повелся,  старый дурак, на богатство и власть, – вцепившись себе в волосы, сильно дернул их. — Как ты? Худенькая какая… Совсем одни кости остались, – голос мужчины дрогнул, выдавая сильные внутренние переживания.

— Я в порядке, дядя! – попыталась я успокоить родственника. Мне казалось, что это все злая шутка, что вот-вот кто-то зайдёт сюда и скажет, что это так принято у них шутить в этой варварской стране.

Глава 2

Катриэль


— Я всякое за жизнь свою повидал, матушку твою схоронил… – дядя сжал сильно мои руки и с отчаянием продолжил , – но тебя, Катриэль, погубить не дам. На все пойду, чтобы тебя вызволить. Это ведь из-за меня ты тут.

— Все,  хватит, дядя! Сейчас не время уже корить себя, – вздохнула я, поёжившись от холода.

Дядя Антон нервно оглянулся и, видя, что никого нет, а дверь плотно заперта, наклонился ко мне.

— Я на все пошёл, чтобы тебя отсюда вытащить, с дьяволом сделку заключил! – сбивчиво зашептал он, убирая в сторону огненно-рыжие пряди моих спутанных волос. Заметив страх в моих глазах, он поспешил успокоить меня: — Да не бойся ты, глупая! Один бандит, кличка у него Бес, он дал  мне порошок. Если ты его вотрешь в язык, то у тебя временно очень замедлится пульс - так, что его толком не прощупать. Ты ещё у меня такая бледненькая, сойдёшь за мертвячку, – закончил он на одном дыхании.

Я с тревогой посмотрела на пакетик с белым порошком, что дядя Антон вынул из ботинка. Сердце стучало, как ненормальное. Господи, неужели мне придётся добровольно сделать с собой такое?! Хотя тут же обречённо подумала о том, что в любом случае меня ждёт смерть. А так хотя бы есть шанс, что я останусь жива.

— Как  только они подумают, что ты умерла, я потребую отдать мне тело! Скажу, что это традиция наша, и они не смеют оскорбить так румынский народ. Я тебя вывезу, а ты уже в безопасности через время в себя придешь, - дядя настойчиво тянул мне пакетик.

Аккуратно взяв его двумя пальцами за край, я спросила:

— А сколько надо втереть? Весь или какую-то часть?

Мужчина нервно дернулся, как-то недоуменно посмотрел на пакетик с веществом.

— Вот я дураак! – застонал он, схватившись за голову. – Я не спросил, и он промолчал! Что же делать?

Слегка нажав на пакетик, я открыла его и окунула пальцы в содержимое. После этого начала быстро втирать его в десны и язык. Как только порошок исчезал на слизистой, я брала ещё и ещё, пока порошок плотностью не исчез из пакета. Он был совершено безвкусным.

Дядя, нахмурив брови, смотрел на меня с выражением страдания на лице.

– Сильно противный? – наконец, спросил он, видя, что мое лицо остаётся спокойным.

– Нет! Не волнуйся. Через какое время он подействует? И как долго будет длиться эффект?

— Я так торопился и… - опустив голову, забормотал он в ответ. - Ничего не спросил! Катриэль, девочка, прости меня за все! – опять начал он молить о прощении.

— Дядя, пообещай  мне одно!  Не дай им сжечь меня, если уж и суждено мне умереть, то я хочу покоиться на своей родине.

— Перестань, Катриэль, что ты такое говоришь, девочка! – дядя Антон замахал на меня руками. - Все будет хорошо - вот увидишь.

Глава 3

Катриэль


Видя мои полные слез и отчаяния глаза, он вдруг очень спокойно произнёс: — Я узнавал, у них не принято сжигать, не бойся, у них так же, как и у нас,  хоронят в гробу. Все будет, как задумано! Доверься мне. Ты мне веришь? – он посмотрел мне в лицо своими добрыми карими глазами.

— Да, дядя Антон! – сказала я, лишь бы его успокоить, чтобы он не терзал так себе душу.

Дядя суетливо положил пустой пакетик обратно себе в ботинок.

— Ну, все, я пойду! Помни, что все будет хорошо! – напоследок сказал он, направляясь к выходу.

Уже у порога он обернулся, посмотрел на меня грустным взглядом и несколько раз постучал по деревянной двери. Она отворилась, и охранник отошёл в сторону, выпуская его из помещения.

Я присела на корточки, пряча свои руки в подмышки, чтобы хоть чуть-чуть их согреть. А вдруг этот порошок вообще не подействует?! Вдруг мне придется перенести все пытки, что приготовил для меня Драко?! Он ведь дал ясно понять, что не пощадит виновницу в смерти своего отца. Решив не мучать себя горестными раздумьями о том, что еще не случилось, я умудрилась даже вновь уснуть. Все же человек привыкает к любым условиями и адаптируется к ним. Мне снился жуткий сон: Драко стоит на площади, держа меня за руку. Вокруг нас собралась толпа людей, они все кричат и показывают на меня пальцем, а я слышу только одно слово: «убийца!». Он крепко сжимает мою руку и тащит к сложенному из поленьев и хвороста помосту. У меня совсем нет сил сопротивляться, поэтому я, как тряпичная кукла, тащусь за ним, не поспевая за его широкими шагами. Он подводит меня к огромному костру, что уже тянется ко мне жаркими языками пламени. Драко подталкивает меня еще ближе.

— Сейчас ты ответишь за то, что убила моего отца! – злость исказила его красивое лицо, а серые глаза полны ярости.

Глава 4

Катриэль



Мою руку обжигает огнём, потом вторую… Как же больно! От этой боли я и проснулась, в панике оглядываясь по сторонам. На какой-то момент сон и явь так переплелись, что я думала будто и правда начинаю гореть в огне. Но я была там же, в камере, чьи каменныестены словно надвигались на меня, грозя раздавить, лишая воздуха. Подняв голову, я посмотрела на решетку под потолком, сквозь которую струился тусклый свет. Чувствуя накатывающуюся волну жара, я снялаполушубок. Почему так жарко, что со мной?! Лицо сильно горело, как в лихорадке… И тут я вспомнила про порошок. Так вот в чем дело! Догадка совсем меня не успокоила. Наоборот, стало ещё страшнее. Застонав от нового приступа боли в суставах, я постаралась встать на ноги. Голова сильно кружилась, грудь жгло огнём, я резко согнулась от колющей боли в сердце, прижимая ладонь к груди.

«Я умираю…» - в панике пронеслась мысль.

Едва переставляя ноги, я шла вдоль стены темницы. Упираясь ладонями в холодные камни, радовалась их шероховатости и неровностям, которые помогали удерживать вертикальное положение. Шаг, ещё шаг… В следующее мгновение, влажный под камеры стремительно бросился мне навстречу. Рухнув на колени, я едва успела выбросить вперед ватную руку, чтобы не разбить лицо. Веки стремительно тяжелели, а вместе с этой тяжестью уходили беспокойство и страх. Теперь все равно. Я либо очнусь на свободе, либо умру здесь…

Глава 5

Катриэль




Как будто сквозь толщу воды ко мне в сознание пробивались образы и  различные моменты из прошлого. Так вот что имеют в виду, когда говорят «жизнь пролетела перед глазами». Удивительное ощущение…

Вот я, совсем еще малышка, сижу на коленях у матери. Она ласково гладит меня по длинным косам и поет на румынском детскую песню.

«В косы дочке я вплету ленты золотые,

  Чтобы путь ей освещали в темноте родные…

  Чтобы, милая моя, путь свой сложный просто одолела,

  Чтобы, счастье  повстречав, не обомлела.

  И доверие с любовью рука об руку вели,

  Освещая светом путь ей впереди» - голос мамы становится все тише и тише. Но даже это не расстраивает. Ради этого момента я готова была умирать снова и снова в самых страшных муках…

А теперь я стою на рынке, продавая помидоры с огурцами и не хитрые поделки, сделанные своими руками, чтобы лишнюю копеечку принести  домой. Это воспоминание тоже быстро теряет краски, становится расплывчатым. Ему на смену приходит другое. Мама лежит в гробу с синими губами, руки сложены на груди.Тихая и безучастная, к моей истерике. Она не слышит моих рыданий, не видит, как дядя Антон буквально силой выводит меня из комнаты. Душа кричит, захлебывается от боли потери. Пожалуй, единственное связанное с мамой воспоминание, которое я хочу забыть навсегда. Отключить это в себе, нажать «Delete».

Картинка снова меняется. В дом к нам настойчиво  стучатся. Почти не скрывая скупых мужских слез, мой дядя отворяет дверь, приглашая войти в дом мужчину лет пятидесяти с густой темной бородой посеребренной вкраплениями седины. Мне страшно от немигающего взгляда его темных глаз. Он смотрит долго, пристально, оценивающе, словно впитывая в себя мой образ. И от столько явного внимания к своей персоне я заливаюсь румянцем смущения, что покрывает щеки и шею лихорадочными розовыми пятнами.

— Нравится мне твоя племяшка, – говорит мужчина грубым голосом с акцентом, от чего я невольно вздрагиваю. — И страх мне ее нравится. Покорной будет… хорошей женой, – добавляет странный гость.

Его слова одобрения вызывают у меня озноб, словно меня не похвалили, а отругали и опозорили. Мне не уютно под его пытливым взглядом.

Через мгновение и я переношусь в величественности здание, очень давит корсет роскошного белого платья… Волосы мои теперь убраны под платок так, что их не видно. Человек, что ведет меня под руку, больно сжав ладонь, мне почти не знаком. Мы идем туда, где нас объявят мужем и женой.

Теперь я – жена. Не так я представляла себе свою первую брачную ночь. Я вынуждена дрожать в одиночестве на огромной кровати. Мне страшно. Я с замиранием сердца жду своего мужа-старика, который по словам моего дяди Антона в расцвете сил. По его же мнению – дяди Антона – я глупая и должна радоваться своему замужеству. Радоваться тому, что меня продали за то, чтобы я и вся моя родня катались как сыр в масле. На мои мольбы не отдавать с меня за Бен Ходжа, он утирал бегущие по моим щекам ручьи слез грубыми мозолистыми пальцами и говорил, что потом я все пойму. Я и сейчас не знаю, что должна была понять тогда. Возможно, то, что брак с человеком, что годился мне в отцы, лучше взаимной любви, крепкого молодого тела и обжигающей страсти. Но я так и не приняла того, что никогда не полюблю, не стану любимой, не рожу детей от мужчины, который займет в моем сердце место, что дядя Антон так бесцеремонно отдал Бен Ходжа, мотивируя это тем, что я молода и ничего не понимаю в жизни.

В мою первую брачную ночь муж провел меня по всем кругам ада. Отчасти, в этом был виноват и дядя, но я об этом ему вряд ли когда-то скажу. У меня нет времени думать о нем, потому что мой новоиспеченный муж завалился пьяным в спальню. Он шатающейся походкой направляется к кровати, где сижу я, судорожно прижимая к груди одеяло.

Глава 6

Катриэль



— Ровена, иди сюда! – орет он в сторону приоткрытой массивной  двери, а затем достает из-за пояса брюк тонкий нож с резной ручкой и берет апельсин с тарелки на столике у кровати.

Он разрезает фрукт пополам и громко высасывает из него сок, который течет по подбородку и капает на белую рубашку, оставляя липкие желтоватые пятна. Отвратительно! Все это время он не сводит с меня глубоких темных глаз. Его отвлекает пришедшая на крик брюнетка лет тридцати. Ее пышная  фигура затянута в ярко-зеленое платье. Округлые бедра, полная грудь, что буквально вываливается из откровенного декольте, сочные губы –  женщина была бы красива, если бы не так вульгарна. Ровена вопросительно смотрит на Ходжа, затем, сузив  карие глаза, бросает мимолетный взгляд в мою сторону.

— Запри дверь, – приказывает муж, кидая ей связку ключей.

После того, как приказ выполнен, муж резко поворачивается ко мне на пятках.

— Мне не нравится то, что ты строишь из себя фригидную суку, Катриэль! Я этого не потерплю! Ровена, ну-ка, разогрей меня, чтоб жена видела, как надо ублажать своего мужа и повелителя, - продолжая буравить меня тяжелым взглядом, велит он той, которой не должно быть здесь вовсе.

Я с отвращением наблюдаю, как женщина направляется к нему. Кривовато усмехнувшись, она бросает на меня победоносный взгляд, прежде чем обвить его торс руками. Приподнявшись на цыпочки, она потянулась к узким губам моего мужа, намереваясь поцеловать.

— К чему все эти игры, Ровена? – Ходж опускает тяжелую руку на ее плечо, с силой нажимая, что вынуждает женщину опуститься перед ним на колени. - Переходи к самой сути. Мне не терпится, чтобы женушка стала моей во всех смыслах.

Увидев, что Ровена расстегивает ширинку моего мужа, я в ужасе зажмуриваюсь. К сожалению, делаю это уже после того, как любовница извлекает из брюк Бен Ходжа подрагивающий мужской орган. Комнату заполняют противные чавкающие звуки, словно она… Я передернулась, не желая думать об этом.

— Открой глаза! – приводит меня в себя злой властный окрик мужа.

Еле разлепив веки, глотая слёзы, я изо всех сил стараюсь сдержать рвотные позывы, еще сильнее сжимая в кулачках одеяло. Когда муж, небрежно оттолкнув Ровену, направляется в мою сторону, ловлю себя на мысли, что не переживу этого.

Глава 7

Катриэль


Покончу с собой, если этот отвратительный тип коснется меня! Ходж схватил меня за волосы и намотал их на руку. Он так сильно заламал мою голову назад, что я чувствую, как упираются друг в друга позвонки шейного отдела. Мне  больно, но я этого почти не чувствую из-за отвращения и страха.

— Все еще не поняла, что мне не нравится твоя кислая физиономия? – он тряхнул меня, усиливая этим движением болевые ощущения в шее. – Придется это исправить. Ты должна улыбаться. Поняла? Поняла, спрашиваю?!

— Да, – еле просипела я, зажатая в неестественной позе, но тут же охнула  от боли, когда его кулак обрушился на мою грудную клетку. В какой-то момент мне показалось, что сердце остановилось.

— Улыбайся, Катриэль! Сейчас же! – прорычал Ходж, трясясь от бешенства.

Я послушно растянула губы в улыбке, боясь ещё больше разозлить мужчину. Он резко отпустил меня и сомкнул пальцы на моей шее, сдавив так сильно, что у меня потемнело в глазах. Я забилась в панике от того, что кислород перестал поступать в организм. Пытаясь сбросить руку, мешающую мне дышать, я дернулась, возя ногами по простыни. Мазнув мимолетным взглядом по его лицу, где цвела садистская улыбочка, я практически лишилась чувств от ужаса.

— Немного поиграем. Не бойся, Катриэль. За хорошую жизнь в богатстве и достатке надо платить, – прошипел муж, как змея, нависая надо мной.

Я слышала его словно во сне. В ушах стоял сильный гул. Я хрипела и царапала его ногтями везде, куда могла достать, за что получила хлёсткую пощечину, от чего моя голова дёрнулась в сторону. Когда он оттолкнул мою руку, как надоедливую муху, я стала в панике ощупывать простынь и все вокруг.  Неожиданно для себя почувствовала что-то твёрдое, схватив предмет онемевшими пальцами, нанесла несколько хаотичных ударов в голову. Муж моментально разжал пальцы, ослабив хватку. Сделав шаг назад, он схватился за шею и захрипел, словно теперь кто-то душил его, желая отомстить за меня. Я на всякий случай забилась в самый дальний от него угол кровати, опасаясь нового нападения. В следующий момент Ходж словно подкошенный рухнул на постель лицом вниз. Я непроизвольно отшатнулась еще дальше, увидев, как под лежащим на простыне ножом, которым он недавно резал апельсин, расплывается кровавое пятно.

Ровена подбежала к мужчине и, прижав пальцы к его шее, подняла на меня полные ужаса глаза.

— Он мёртв! Ты его убила, румынская шлюха! – а затем закричала еще громче. — Убийца! Убийца!

А дальше все было, как в страшном кино: за мной пришли люди Ходжа - охрана или кем они были - на тот момент для меня это было не важно. Схватив, они притащили меня в какое-то помещение, напоминающее подвал, где бесцеремонно швырнули на пол. Я содрала колени, но это мало кого волновало.

— Жди Драко! Злобная тварь… – сплюнул на пол один из мужчин.

Глава 8

Катриэль


Словно в тумане помню, как прибежал Драко. Распахнув дверь, ворвался словно ураган и с криками: «За что ты убила моего отца?!» кинулся ко мне. Трясясь от страха и холода, поскольку была лишь в ситцевой длинной ночной рубашке по колено, я сжалась у его ног. Силой подняв меня с пола одной рукой, Драко занес для удара крупную ладонь с длинными пальцами и аккуратными овальной формы ногтями. Тяжело переведя дыхание, вдруг остановился опуская руку.

— Я тебя казню, - склонился он ко мне. -  Так и знай, тебе отсюда не выбраться живой! - это все, что он мне сказал перед тем, как покинуть сырое помещение с затхлым воздухом.

Только благодаря дяде Антону, позже я получила тёплые вещи. Это он настоял на том, чтобы тщательнее велось следствие, надеясь отодвинуть дату приговора.Самым страшным было то, что никого не интересовала правда. Никто ни разу, кроме дяди, не спросил меня, чтоже на самом деле произошло в эту роковую ночь. Если бы меня спросили, поступила бы я так же? Отняла бы жизнь у этого  человека? Я бы без промедления ответила утвердительно. Это чудовище не достойно жить. У него нет ничего святого - это я сразу поняла, когда заглянула в его глаза, что были глубоки и черны, как самая непроглядная ночь.

Сейчас же, в полной темноте, в бессознательном состоянии, мне вдруг стало так спокойно и тепло. Совсем не хочется выходить из этой полудремы. Может, это и есть рай…?


Глава 9

Алекс


Поздним вечером, сидя в своём кабинете со стаканом бренди, я перебирал документы. Огонь, полыхающий в камине, ласкал дерево в обжигающих объятиях, медленно и верно превращая некогда крепкое дерево в горстку пепла.

«Все, как и в жизни», - грустная улыбка тронула кончики мох губ, когда очередное поленце негромко треснуло под напором огня за железной каминной решеткой. В дверь едва слышно постучали.

— Заходи, Шаман! - обратился к тому, кто потревожил мой покой.

После моих слов в дверном проеме появилась высокая, крупная фигура моего лучше друга Андре Конти.

— Только ты, Бес, знаешь, что это я, когда я ещё даже не вошёл в комнату.

Я отсалютовал ему бокалом горячительного напитка.

— Что это, мой женатый друг, решил навестить старого знакомого в его холостяцкой берлоге? Неужели Эйлин становится скучной сварливой женой? – решил я слегка подначить друга.

Андре лишь снисходительно улыбнулся на мой не злой выпад.

— Твоей завистью, Бес, пахнет за версту! Ты  же знаешь, что Эйлин всегда остаётся прекрасной собеседницей, а с двумя дочками, которых она мне подарила, нам совершенно не до скуки.

— Может, ты и прав… - подтвердил я его слова о зависти. Проведя по светлым волосам, подстриженным так коротко, что они напоминали иголки ежа, я откинулся  на мягкую спинку кресла из синего велюра и на короткое время устало прикрыл глаза. Вернувшись к прежней позе, взглянул на друга, махнув в сторону графина, лениво протянул: – Угощайся!

— У тебя какие-то  проблемы? - поинтересовался Андре, задумчиво вглядываясь в мое лицо.

Глава 10

Алекс


Выглядел друг при этом искренне обеспокоенным. Иногда я даже начинаю забывать, что существует вот такая дружба, когда человеку ничего от тебя не нужно, когда он готов выслушать тебя совершенно безвозмездно, переживая и сочувствуя тому, что у тебя произошло.

— Ты  же знаешь, каково это … - я поморщился и ударил кулаком по столу. – Жмут со всех сторон, собаки, каждому надо отвалить откат,  где-то подмазать, а если что не так, начинаешь голову ломать, куда пристроить очередной труп.

Шаман вздрогнул почти незаметно, но все же я это увидел. И сразу подумал о том, что наверняка он уже и забыл за эти четыре с половиной года, когда отдал правление в мои руки, что такое - быть главой синдиката. Стоять впереди клана «Полные крови», держать в узде отпетых головорезов и отвечать за народ, который полностью на твоем попечении. 

— Знаю, - просто ответил Андре.

Я перевёл взгляд на его лицо, на котором плясали блики от горящего  камина. Он откинул одним движением тёмные волосы со лба, наблюдая за мной внимательными зелёными глазами.

Наше задумчивое молчание прервал стук в дверь, который тут же повторился без паузы, настойчиво и торопливо.

Я и так не отличался спокойным нравом, но сейчас, казалось, меня может вывести любая мелочь, даже такая, как дверной стук. Подскочив и  в пару шагов преодолев расстояние от  кресла до двери, я ее распахнул и зарычал на того, кто был за ней:

— Какого черта ты долбишь своей ластой?!

За дверью стоят стройный юноша с всклокоченными каштановыми волосами. Он держал в руках чёрную кепку и  мял ее, не сводя с меня испуганных карих глаз. «Совсем молодой, - отметил я про себя. - Дай бог, если лет двадцать есть».


Глава 11

Алекс



— Чего тебе? – уже спокойнее спросил его. — Как сюда попал?

Парень замялся, не решаясь заговорить.

— Если ты откусил  язык, то вали туда, откуда пришёл. Моё время стоит денег! Тебе ясно, шпана? - злость клокотала во мне, грозя вырваться наружу и вылиться на первого попавшегося под руку человека.

На мое плечо успокаивающе легла ладонь, и за спиной раздался спокойный голос Андре.

— Заходи, парень! Что ты  хотел? У тебя какое-то дело?

Парень быстро закивал, несмело поднял  ногу и переступил порог, тут же опять затеребил кепку в руках.

Андре кинул на меня, пышущего злобой, предостерегающий взгляд и  заговорил с пацанёнком так, будто тот – норовистый, необъезженный конь, - медленно, не делая резких движений, он направился к нему.

— Начни  все по порядку. Кто ты? Откуда? Как попал сюда и что хотел? Ну же, смелее...

Я закатил  глаза, показывая все отвращение, испытываемое от того, как он общается с этим мелким засранцем.

Какого черта этот молокосос притащился и испортил мне вечер?! А теперь ни одного слова связать не может толком …

Дверь резко распахнулась, ударившись о стену. Я молниеносно выхватил пистолет из-за пояса и направил его на вошедшего.

— Бес!  Не знаю, как этот мелкий ублюдок проскочил мимо меня, – затараторил, подняв вверх руки, Билл, один из наёмников, входящих в состав  моей охраны.

- Не знаешь?-  спокойным голосом повторил я, усмехнувшись, начал тихо посмеиваться.

Билл заискивающе заулыбался, а через секунду  упал замертво на пол возле моих ног.

Глава 12

Алекс



Я медленно опустил пистолет и раздраженно проговорил: 

— Если ты, гнида, не знаешь, то тебе не место среди моей личной охраны.

Вскинул глаза на друга  и заметил, как он неодобрительно поджал  губы. Его плечи, обтянутые шелковой, идеально отутюженной рубашкой, напряглись так, что это было видно через ткань.

— Теперь мне понятно, почему у тебя проблемы, – подойдя к столу, он плеснул в стакан небольшую порцию виски, сразу сделал глоток. – Ты когда-нибудь слышал такое слово, как «увольнение»?

Я пожал плечами и спрятал руки в карманы спортивных штанов.

— Что-то слышал, – ответил я безразличным тоном, чуть сощурив глаза.

— То-то оно и видно, – нахмурившись, сказал Андре и кивнул незаметно головой в сторону паренька, который уже боком щемился к выходу.

— Стоять! – громко рявкнул я, после чего ринулся к нему, схватил за шкирку и бросил на стоящий неподалёку кожаный диван. — Считаю до трёх, гнида,  – взведя курок, я поднял пистолет вверх, – если после этого ты ничего не скажешь, будешь похоронен в братской могиле вместе с этим, – небрежно указал я стволом на лежащего на полу мужчину. — Итак, раз…


Глава 13

Алекс



— Я все скажу! Только не стреляйте, пожалуйста, – залепетал паренёк.

Опустив пистолет, я присел на корточки, заглядывая в его мечущиеся от паники глаза, которые он переводил с меня на Шамана и обратно.

— Если мне покажется это неправдой, то …

— Понял! – сглотнув, он заговорил. — Я от Антона Милоша.

Я тут же удивлено приподнял брови. Около двух дней назад этот хитрый румынский черт настоял на том, чтобы я вернул ему долг.

— У него для вас кое-что есть, – парень приподнялся, попытавшись встать, но тут же бухнулся назад на диван.

— Что значит, «кое-что»? – я раздраженно поджал губы. – Знаешь, чего я больше всего не люблю, пацан? Когда со мной начинают играть в игры! Где Антон? – начиная терять терпение, проскрежетал я, ещё чуть-чуть - и я сорвусь, все бесы, запрятанные так глубоко  во мне, найдут выход, сметая  все на своём пути. Но следующие слова пацана как будто вылили на меня ушат с холодной водой.

— Антона убили, – парень перевёл дыхание и начал торопливо говорить. — Я ждал там, где мы с ним договаривались встретиться. Он подъехал на грузовой машине, передал мне документы, сказал, что я должен с грузом переправиться сюда, во Флоренцию, найти этот адрес, - трясущимися руками он достал замызганный кусочек бумаги и протянул его мне. Так и есть, это мой адрес, ошибки нет. — Сказал, чтобы я, во что бы то ни стало, передал вам этот груз.

— Зачем тебе это, пацан? – подозрительно спросил я его.

— Он - мой родственник, помог переехать моей сестре в Италию и поступить на учебу в один из вузов. Ещё это,– пацан задрал штанину и вытащил бумаги, свёрнутые в трубочку.


Глава 14

Алекс


Нетерпеливо схватив их, я углубился в чтение, не веря своим глазам: кто-то сливал информацию по поставкам нефти из Ливии в Италию.

— Твою мать! У нас есть крыса, - протянув документы Шаману, сказал я. – Кто-то все сливал Ходжу.

У шамана на скулах заиграли желваки.

— Спокойно, Бес, не критично! Теперь они просто знают, что им лучше не соваться к нам, с нашими возможностями.

Закинув руки за голову, я обратился к парню.

— Как тебе зовут, малой? – поднял я его из ранге«гниды» до «малого» - за информацию.

— Константин! – ответил он, почтительно кивнув.

— Антон точно мёртв? – спросил я, нахмурившись. - Я бы хотел его отблагодарить за всю информацию, что он предоставил.

Парень, наконец, осмелился встать, смотря снизу вверх на меня.

— Да, сеньор! Мертвее мертвого!  Когда я уже пересек границу, со мной связался его друг, сказав, что Антона расстреляли боевики на его глазах. Он предполагал такой расклад, поэтому попросил меня передать вам, чтобы за эту информацию вы позаботились о грузе.

— Б**ть, да что там такое, тащи сюда, что бы там ни было! – пацан тут же  рванул из кабинета.

Глава 15

Алекс


  Я взял  телефон и набрал охрану.

— Сейчас спустится пацан, помогите ему внести груз в кабинет.

Шаман, стоящий возле камина, покачал головой, все ещё разглядывая документы.

— Если Антон Милош был бы жив, он стал бы богатым человеком.

— С чего так? – с интересом я глянул на друга.

— Тут помимо всего есть информация, с кем заключил договор Берех на поставки оружия в Ирак.

Я вскинул руки за голову, быстро проведя по волосам.

— Аааа, охренеееть! Антон отжег не по-детски! – плеснув себе виски, я поднял бокал. – За тебя, Антон, хитрый пройдоха, где бы ты ни был! – и быстро опрокинул стакан.

— Чем, интересно, он тебе был так должен, что провернул такую работенку? И ведь наверняка знал, что сухим из воды не выйдет, -  поинтересовался Андре.

Я сел на диван, широко расставив ноги, и сцепил руки замком, отвечая  другу:

— Два дня назад Антон пришёл и потребовал вернуть ему долг. В  одной из заварушек он меня прикрыл, чтоб ты понимал, этот чудак прикрыл меня своим телом. В общем, я сдуру пообещал, что выполню любую его просьбу. Пришёл он, значит, и говорит: нужно мне одного человека вытащить из крупных неприятностей. Говорит, в албанской тюрьме сидит и приговор уже вынесен. Ну, и я вспомнил тебя…

— Так вот зачем тебе понадобился яд красноспинной?– приподнимая бровь, сказал Андре.

— Слушай, давай без подробностей про твоих лягушек и всякой живности? Знаешь же, что я это все не перевариваю. Отдал я ему твой порошок. Антон как с цепи сорвался, когда его получил, чуть ли не в ноги падал, - закончил я свой рассказ.

— Странно все это, – задумчиво пробормотал Шаман.

Через открытую в кабинет дверь послышалась ругань. Я соскочил с дивана, когда увидел то, что втащили мои люди в помещение. Шаман тоже замер, явно потрясённый увиденным.

Трое мужчин и Малой тащили не что иное, как гроб. На несколько секунд в комнате повисла звенящая тишина, которую прервал мой растерянный возглас:

— Это что ещё за, мать его, такое?!

Мужики поставили гроб на стол, что стоял посередине кабинета, на котором только вчера я имел Фрею в самых мыслимых и немыслимых позах.

Подойдя к гробу, я уставился на албанский герб, изображённый на нем.

— Какого дьявола?! – уже зло повторил я, повернувшись к Константину.

— Я ничего не знаю, честное слово! Мне сказали передать, я так и сделал.

Шаман протянул мне кочергу, которая стояла недалеко от камина.

Взвесив ее в руке, я уже было замахнулся, но меня остановил голос Малого.

— Бес, – обратился он ко мне. – Антон просил «быть аккуратнее с грузом и позаботиться о нем» – это его слова дословно.

Закатывая глаза и раздраженно ворча, я начал ломать инструментом замки на гробу.

— Что там, оружие? Может, наркота?

Оторвав последний замок, я откинул крышку красивого  полированного гроба. Кочерга выпала из моих рук, громко лязгнув по плиточному полу.Побледнев, я повернулся к мужикам, что стояли, разинув рты.

— Все, вооон! – заорал я так, что на шее вздулись вены.

— А ты, останешься, – ткнул пальцем в Константина, приказывая подчиниться. Шумно выдохнув, я снова повернулся к гробу, в котором… лежала девушка.

Глава 16

Алекс


Волосы цвета червонного золота лежали пышным облаком, обрамляя мягкими завитками бледное личико девушки. Тонкие изящные черты, словно созданные скульптором по подобию фарфоровой куклы, поражали своей изящностью. Длинные чёрные ресницы лежали полумесяцем на коже цвета белых сливок. Такая чистая и невинная. Так прям и хочется сразу взять и… замарать. Одни только губы ее выглядели как сам грех - полные, но при этом маленькие, напоминающие по форме лук купидона. Когда-то давно, от  физиономиста, которого одно время я таскал на крупные сделки, слышал о том, что люди с такой формой губ отличаются добротой и мягкостью характера. Не знаю, как у физиономистов, но лично у меня эти губы вызывали совсем другие эмоции.

С интересом продолжая изучать девушку, я не мог не заинтересоваться ее странным нарядом. Облаченна она была в длинную рубаху по самые щиколотки. На груди и рукавах замысловатая вышивка в цветочных мотивах. Пройдясь взглядом до самого подола, перевел взгляд на маленькие ножки, обутые в  туфельки из мягкой кожи.

Наклонившись над девушкой, аккуратно отодвинул ее волосы возле шеи, на которой были небольшие синяки и приложил два пальца к яремной вене. Непроизвольно вдохнул запах засушенных цветов, что венком лежали на ее огненных волосах, с сожалением произнёс вслух:

— Пульса нет…

Сколько раз я видел смерть, сколько лет люди умирали от моей руки, но никогда я ещё не чувствовал такой горечи от понимания того, что эта ещё совсем юная девушка никогда больше не улыбнётся. Интересно, были у неё ямочки на щеках? И какого цвета ее глаза? Скорее всего, зелёного, как у многих рыжих.

Убрав руку от девушки, я отступил на шаг назад, уступая место подошедшему Шаману. Друг деловито отодвинул меня одной рукой в сторону, освобождая себе побольше места.

— Какого Антон мне прислал гроб с мёртвой ба…- оборвал я себя на полуслове, ну не поворачивается у меня язык назвать эту девочку бабой. Чертовщина какая- то! – …девчонку, – закончил я, раздраженный охватившими меня неизвестными ранее эмоциями.

«Я – Бес - тот, у кого давно нет сердца. Мне не ведомы чувства жалости и сожаления» - как мантру повторил я несколько раз про себя.

Шаман убрал руку с искомого пульса и приподнял пальцем ее веко.

— Очнётся примерно через час. Может, больше, - вынес он свой вердикт. – Сильно много порошка приняла. У нее дефицит веса - это сказалось на эффекте.

Я несколько раз моргнул.

— Алекс, не тупи! – хохотнул Шаман, усаживаясь в кресло. – Разве ты ещё не понял, что этот ”подарочек” и есть тот, кого спасал Антон. Точнее, та… Что такой смурной? Девчонка-то симпатичная, - ехидно проговорил Андре.

— Симпатичная… – передразнил я его.

Назвать так ее было явным преуменьшением, ее внешность буквально завораживала. С трудом оторвав от неё глаза, вновь пересекся с испытывающим взглядом Андре.

— А вдруг это подстава? – еле выдавил я из себя. Как же бесит, когда что-то выходит из-под контроля и не знаешь как действовать дальше. — Кто она? Почему ее спасал Антон?

— Дочь ? Любовница? - предположил друг.

Я поморщился на последнем слове, щёлкнув пальцами, обратился к парнишке-румыну.

— Константин , напряги извилины, может, вспомнишь что-то. Что-то очень важное, например?

Глава 17

Алекс



— Это Катриэль Антонеску, – не смело сказал парнишка, подойдя к гробу и заглядывая в него. – Она мне седьмая вода на киселе, видел ее однажды на фото в семейном альбоме. Правда, там она младше выглядела.

— Значит, Антон ее родственник. Тогда понятно, почему он впрягся! - проведя рукой по стенке гроба, я царапнул его ногтем, оставляя глубокую борозду на полированной лаковой поверхности. — Гроб дорогой, – отметил как бы невзначай.

Андре кивнул, давая понять, что полностью согласен с моим мнением.

— Что могла натворить девушка, чтобы решиться на такой отчаянный шаг?! – подумал я вслух.

— Это мы узнаем, когда Катриэль проснётся, – спокойно произнёс Шаман, доставая из кармана пиджака смартфон.

— Это Эйлин, – глянув на экран, сообщил Андре. – Ладно, пора и честь знать! - поднявшись на ноги, он направился к выходу. Повернувшись в пол оборота у самой двери, он добавил: — Девушку уложить, как только она проснётся, напои горячим чаем. Много есть не давать, если будут вопросы - звони!

Константин прошмыгнул в дверной проем следом за Шаманом и прикрыл тихо за собой дверь.

Вновь подойдя к гробу, я пропустил одну руку ей под колени, а другой обхватил узкую изящную  спину, чтобывзять девушку на руки. Крошечная как Дюймовочка, казалось, Катриэль ничего не весила. Штанга в спортзале была тяжелее этой девчонки!


Спустя пятнадцать минут, стоя у окна, наблюдал, как суетится Долорес,  поправляя одеяла по бокам рыжей.

— Бедняжка! Какая же бледная… Мистер Ольсен, она больна? – горестно вздохнула полная женщина и запричитала: – А худая-то какая! - взяв кисть рыжеволосой, она положила ее осторожно ей на живот. — Вот проснёшься и старенькая Долорес возьмётся за тебя. Живо на ноги поставлю своим фирменным куриным бульоном, - с энтузиазмом пообещала женщина.

Она осторожна взбила подушку под головой девушки и наклонилась к ней.

— Ох! ты ж господи! – вскрикнула она, прижимая полные руки к груди. — Это кто ж тебя так, рыбонька моя?!

— Что там? – спросил я, направляясь к изголовью кровати.

Женщина пальцем подцепила ворот рубахи и слегка ее отодвинула вниз, обнажая кусочек кожи под ключицей. Там чернела огромная гематома, которая уходила вниз к груди.

Сжимая  зубы от злости, я несколько раз чертыхнулся. Настолько это чёрное пятно выглядело зловеще на идеальной белой нежной коже, настолько сильно захотелось немедленно схватить виновника и оторвать ему башку. В прямом смысле слова…

— Есть чем помазать? – я достал сотовый из кармана брюк, быстро набрал номер, который знал по памяти. — Нет, не проснулась! У неё огромный синяк на груди. Что можно сделать? Если бы это был синячок, поверь, я бы не стал тебя беспокоить! У неё приличная гематома под ключицей! - возмутился я на слова друга о том, что я паникую. – Да не диктуй мне свою тарабарщину! – я отвёл руку с телефоном от уха, с возмущением посмотрелна смартфон, как будто передо мной Андре собственной персоной. - Передаю трубу Долорес! Объясни все ей.

Женщина, все это время стоявшая рядом со мной, судорожно сжимая пальцами передник, тут же схватиламой телефон.

— Да-да, сеньор Андре! Все есть. Прямо сверху приложить? - Долорес ещё несколько раз кивнула во время телефонного разговора, затем, попрощавшись,вернула мне сотовый.

— Занимайся! – отрывисто бросил я Дороти и направился на выход, борясь с желанием оглянуться на хрупкую девушку, лежащую в моей комнате. В моей кровати… на моих простынях… Там, куда ещё не имела чести быть приглашенной  ни одна из моих женщин, аона даже не моя женщина. Вполне возможно, она – враг. Спальня - это моя территория. Я не любил, чтобы кто-то, кроме меня, пересекал ее границы.

«…но только моя комната ближе всего к кабинету» - мгновенно оправдался перед самим собой, чтобы не думать о странности своего поступка.

Глава 18

Алекс


Уже на улице сел в свой «Mercedes-Benz Gelandewagen», который не раз вытаскивал меня из крупных передряг за счёт своих высоких показателей в условиях бездорожья. Какая красота - подъехать на «кубике» к заброшенному заводу или на самый отшиб города, открыть багажник, чтобы вытащить из него очередного засранца, который посмел перейти мне дорогу, и… Не важно, что сделать с ним потом. Прямой привод и грозный вид моей тачки, как будто говорил сам за себя. Он олицетворял своим видом мое нутро.

Любовно провел по рулю рукой. Вот он – зверь! И не нужны мне никакие замороченные новинки от самых люксовых автосалонов. Надёжность и комфорт – вот что я ценю, а понты пусть оставит себе Шаман. Выудивтелефон из заднего кармана своих неизменно спортивных брюк, пролистал телефонную книгу и остановился на нужном контакте.

— Здорово! Да вытащи из пасти то дерьмо, что жуешь! Ни одно слово не разобрать! У меня к тебе дело. Пробей  Катриэль Антонеску. Кто такая, где жила, как связанна с Антоном Милош - абсолютно все, даже  как звали хомячка, если таковой имелся у нее в детстве. Всю информацию мне скинь на факс, - я повернул ключ зажигания и тут же грязно выругался. – Лакки, ты в курсе, что уже двадцать первый  век? Как? Ка-ак это, ты не умеешь пользоваться?! Не гони! Записываю тебя на курсы, чмо отсталое! Не умеешь гаджетами пользоваться,– и скинул раздражено звонок, после чего  швырнул телефон на соседнее сидение.

Лакки я знаю почти всю свою жизнь, мы вместе с ним жили в одном детском доме. Этот прохвост не просто так получил своё прозвище, а вполне заслуженно. Мы выбирались вместе из самых низов, помогая другу другу настолько, насколько это вообще было возможно.

Звали его Лучиано Висконти. Он, как хамелеон, обладал потрясающей способностью подстраиваться и менять свой окрас под обстановку, выплывая из сложных ситуаций с минимальными потерями. Впрочем, следует отдать Лакки должное, он был намного проворнее, чем я рассказал. Сделать вид, что он обычный сантехник или  агент страхования, войти в самое серьезно охраняемое помещение под предлогом проверки объекта - для него раз плюнуть. Услышать, а главное, правильно понять и донести информацию - это его талант. При всех плюсах, был у моего приятеля существенный минус, который попортил мне достаточно крови. Лучиано не признавал современной электронной техники. Вообще никакой!Прослушивающие устройства, лэптопы, навороченные смартфоны – все это вызывало у него что-то вроде зубной боли. На все мои просьбы отправить что-то на эмейл или факсом, он лишь усмехался в ответ и назначал личную встречу. Не действовали и угрозы прекратить все наши общие дела, если он не станет развиваться профессионально. Этот проходимец лишь фыркал в мое перекошенное от ярости лицо, прекрасно зная, что лучше него я не найду, а потому засуну куда подальше все свои требования.

— Упрямый засранец! – психанул я в который раз, ударяя по газам, направляясь в аэропорт на рейс Перетола – аэропорт во Флоренции.

Меня ждут очень важные дела на Мальте. Надо спутать карты ублюдка Ходжа и его сына Эмира. Ты,сука, разозлил меня! Никто не смеет копать под Беса. Я зубами выгрызал себе дорогу к власти, деньгам и уважению и какой-то грязный албанец, родившейся с серебряной ложечкой во рту, не перейдёт мне дорогу, пропитанную моими же кровью и потом. Раздавлю, уничтожу.

Глава 19


Вибрация телефона отвлекла меня от представления в подробностях кровавой расправы над Эмиром бен Ходжа.Глянув на экран, поморщился, но все равно взял трубку.

— Слушаю!

В ответ услышал отборный мат и тут же отодвинулподальше динамик от уха.

— Ты какого б.. ть, осел, вытворяешь?! С каких пор твоей любимой игрой стало: ”Сделай все наоборот, что сказал Шаман”?! - орал в трубку Андре.

— А с каких пор ты стал защитником Эмира? А, Шаман? Может, тебе напомнить, как эта паскуда чуть неувела у тебя из под носа Эйлин?!

На том конце провода произошла заминка.

— Ты совершаешь ошибку, не начинай конфликт, он нам сейчас не нужен. Эмир не представляет для нас опасности. Ты слышал, что его отец умер?

— Нет, – пропуская идущий на обгон «Мерседес», я слегка сбавил скорость. — И что? Мне послать ему цветов и открытку с соболезнованиями?

— Алекс! Отключи эмоции, не разжигай вражду на пустом месте. Сейчас надо бросить все силы на удержание позиций, - пытался убедить меня друг.

— Знаешь что, Андре… Сейчас я у руля! Ты сам добровольно передал мне бразды правления. Так что, извини, но я буду делать то, что считаю нужным, - недослушав собеседника, без сожаления нажал отбой.

Глава 20

Катриэль


Сквозь гул в ушах слышу слова молитвы. Чья-то теплая ладонь сжимает мою руку. От неё как будто исходит добро и умиротворение. «Мама…» - мелькнула мысль, но тут же испарилась. Мамы больше нет.

Застонав от боли в висках, приоткрыла осторожно один  глаз, а потом второй, но тут же зажмурилась от яркого солнечного света. Все тело болело так, будто я провела долгое время на холоде. Даже кончики пальцев на ногах были онемевшие.

— Сейчас-сейчас, моя рыбонька, – тепло покинуло мою руку. До ушей донёсся лёгкий шелест шуршащей ткани. Затем исчез бьющий по глазам свет – портьеры задвинули. Подняв веки окончательно, я увидела перед собой пожилую женщину. Ее доброе лицо светилось нежностью и добротой.

— Я - Долорес, – представилась она с улыбкой, от чего в тёплых карих глазах появились зеленоватые вкрапления.

Я испуганно приподнялась в постели, оглядываясь по сторонам. Большая просторная комната с красивыми голубыми обоями, украшенными замысловатым золотым орнаментом , что резко дисгармонировали с мебелью в современном стиле. Словно того, кто жил здесь, совсем не волновали такие вещи, как стиль и вкус. Шкаф-купе цвета темного ореха, небольшой журнальный столик в углу, стулом с ним рядом и большая двуспальная кровать, на которой лежала я. Вот и все, что было в этой страной  аскетичной комнате.

А ещё этот запах, еле уловимый. Принюхавшись, я распознала древесные нотки, необычную цитрусовую композицию и… мята - определённо - это она. На мне рубаха  очень искусно расшитая народным  цветочным орнаментом. Такие принято надевать в Румынии на покойниц. Я подняла руку к волосам и наткнулась на венок с засушенными цветами, они тут же начали рассыпаться от моего прикосновения.

— Наконец- то проснулась наша Белоснежка! –  всплеснув руками,  женщина бросилась к столу, чтобы убирать большую салфетку со стоящей на подносе супницы.

— Где я? – осмелилась я, наконец, спросить у женщины, рассматривая ее, пока она суетилась растравляя тарелки с едой, над которыми поднимался ароматный пар.

Ее тёмные гладкие волосы с сединой были убраны в невысокий пучок, открывая уши с небольшими серьгами в которых поблескивали красные камни. Простое хлопковое платье цвета морской волны, было очень красиво и аккуратно сшито, точно по фигуре. Заметив мой взгляд, задержавшийся на ее ушах, она смущено улыбнулась.

— Это сеньор Ольсен подарил, – дотронувшись до мочки уха сказала она. — Я не привыкшая к таким дорогим вещам, но он настоял.

— Сеньор Ольсен? – спросила я, удивившись тому,как хрипло звучит мой голос. – Не могли бы вы дать мне воды? – прижимая руку к шее, попросила я женщину. Казалось, в горле застрял ком, который теперь мешает глотать. Не приятное ощущение.

Женщина тут же  подошла к кровати и протянула мне стакан прохладной воды. Пока я пила, делая маленькие глоточки, она наклонилась и взбила подушку за моей спиной.

— Сеньор Сандро, хозяин этого дома! – пояснила Долорес, произнеся имя на итальянский манер.

— Спасибо! – поблагодарила я, возвращая пустой стакан. Отбросив в сторону покрывало, я опустила ноги на пол. Каждое движение причиняло невероятный дискомфорт, словно пронзая тело тысячами мелких иголок.

— Осторожно, сеньорита Катриэль ! – воскликнула Долорес.

Я испуганно покосилась  на неё.

— Вы знаете мое имя …

Глава 21


Женщина сделав вид, что не слышала моего замечания и как ни в чем небывало продолжила:

— Сеньор Андре сказал, что вам нельзя делать резких движений, – она неодобрительно покачала головой, наблюдая за тем, как я, не слушая ее предупреждения, все же попыталась встать на ноги, которые тут же подкосились. 

Успев подхватить меня неожиданно крепкими руками для столь немолодой женщины, она мягко, но настойчиво уложила меня обратно в кровать.

— Долорес?- я взяла ее за руку, не сводя умоляющего взгляда с ее лица. – Пожалуйста, скажите, где я? Где мой дядя Антон? Его фамилия Милош.

Женщина осторожно высвободила руку и с сожалением забормотала:

— Я, правда, не знаю, девочка, но сеньор Ольсенприедет и сразу все  расскажет. Вам понравится здесь, во Флоренции. Вы ещё не видели, какой большой сад у сеньора Ольсена! Правда, он требует внимания, но я чувствую, в этом доме скоро наступят большие перемены,– как-то очень уж задумчиво посмотрев на меня, добавила она.

После ее слов я ещё больше занервничала. Почему дядя изменил план? Господи, почему я в Италии?!  Ведьменя должны были переправить в Румынию.

Казалось, женщина не замечает моего смятения. Она проворно всунула мне в руки чашку с бульоном и защебетала о погоде за окном, о том, как хорошо, что появилась наконец-то гостья в этом доме. 

Чуть позже после того, как был выпит крепкий куриный бульон, а мое самочувствие улучшилось, под оханье и аханье Долорес, я отправилась в душ. Стоя под горячими упругими струями воды, с наслаждением намылила все тело мягкой губкой, на которую предварительно нанесла душистую пену. Подняв флаконс гелем, посмотрела на состав: мята, тимьян, древесная композиция. Так вот что за запах витал в комнате. Теперь я пахну им, хозяином дома… Непроизвольно поёжившись, подумала о том, какой он - этот сеньор Ольсен? От горячей воды тело как будто оживало, скованные до этого жутким напряжением мышцы расслабились. Несколько раз вымыв волосы, я сполоснула их от пены, промыв до такого состояния, что прядибуквально скрипели от чистоты  в моих руках. Теперь  мне определённо лучше.

Выйдя из душа, нерешительно протянула руку к стопкам с полотенцами. Сомнения длились пару секунд. Я взяла первое, что лежало сверху, чтобы завернуться в него.

В комнате я обнаружила, что женщина ушла, забрав с собой всю  посуду. Сделав пару несмелых шажков, потянулась к дверной ручке. Не успев взяться за неё,проворно отскочила назад, наблюдая, как она повернулась и в распахнутую дверь вошла итальянка.

— Сеньорита Катриэль! Мне нечего вам предложить из одежды. Вот, пока наденьте это. Хозяин попросил передать вам компьютер, что бы вы сами заказали, что вам нужно, все расходы он берет на себя, – заканчиваясвою речь она кивнула на стоявший на столике ноутбук.

Неловко переступая с ноги на ногу, я с благодарным кивком приняла предложенную мне одежду и отправилась переодеваться. Он так добр… А вдруг он такой же, как Берех Бен Ходж? Вдруг потребует что-то взамен?! От страха горло свело судорогой. Тело еще помнило жесткие пальцы мужа, который чуть не задушил меня. Быстро растирая руки сверху вниз, сделала несколько судорожных вдохов. Я должна найти дядю Антона. Я могу доверять лишь ему. Опомнившись, горько усмехнулась, напомная, себе о том, что именно он отдал меня в жены Бен Ходжу.

Развернув мягкую очень приятную ткань, увидела, что это мужская футболка. Какая огромная! Быстро нырнув в нее, я обнаружила, что новая одежда достает лишь до середины бедра. Привыкшая к длинным юбкам и блузам, я сразу почувствовала себя беззащитной. Прежде, чем выйти, несколько раз смущённо попробовала натянуть пониже ткань. Она поддавалась, но при этом сильно обтягивала округлые груди, через ткань сильно обозначая соски. В любом случае ткань возвращалось в своё исходное положение. Понимая бесполезностью своих усилий, махнула рукой на свои тщетные попытки выглядеть более прилично.

Глава 22


Быстро выскочив из ванной  комнаты, наткнулась на Долорес. Она закончила менять постельное белье  за время моего отсутствия и теперь ставила свежие цветы в вазу на столе.

Я сразу почувствовала, как щеки опалило жаром.

— Мне так неудобно, - забормотала я, неловко переминаясь с ноги на ногу.

Женщина погрозила мне пальцем и прищёлкнулаязыком.

— Не к чему такая гордыня, сеньорита! Вы же не хотите одеть обратно ту рубаху, в которой приехали, – многозначительно посмотрев на меня, сказала Долорес. Протянув мне ноутбук, она заметила мое смущение. — Что такое? – удивленно спросила женщина.

— Я… не умею пользоваться.

На секунду она растерялась от моего заявления, но направилась ко мне, держа в руках последнее слово техники.

— Сейчас мы с тобой во всем разберёмся. Мне как-то сеньор Ольсен показывал. Я пару раз, даже сама находила видео рецепты.

Это  и впрямь оказалось совсем не сложно. Долорес ответственно отнеслась к выбору одежды, заказав мне пару блузок и несколько юбок. Предварительно она принесла в спальню измерительный метр, чтобы наверняка знать мои параметры. Я сама выбрала пару комплектов белья. Они были скромные, я обращала внимание лишь на состав ткани. Нас прервал входящий звонок на телефон Долорес. Увидев имя звонившего, она поспешила ответить:

— Да-да, сеньор! Она проснулась, – Долорес окинуламеня ласковым   взглядом и  продолжила. – Чувствует себя хорошо, все заказали, – на пару секунд она замолчала, слушая собеседника. — Хорошо, сеньор Ольсен, – как-то недовольно ответила, прежде чем закончить  разговор, после чего разразилась беспорядочных итальянских слов.

Я терпеливо ждала, когда моя новая знакомая успокоится.

— Прилетит завтра! Остался у этой своей… прости, Господи, – нахмурив широкие тёмные брови, женщина посмотрела ещё  раз  на экран, убедишь, что точно выключила телефон. — А теперь, отдыхайте! – ее нахмуренный лоб разгладился, добродушное выражение лица вернулось обратно.

- Спасибо, Долорес, вам за все! - сказала я, видя, как женщина направляется к выходу.

Итальянка тепло улыбнулась и кивнула.

— Вы хорошая девочка, я сразу это  поняла, если что-то понадобится, зовите меня, я сразу же приду.

Тихо затворив за собой дверь, она оставила меня одну полную сомнений и страхов за свою дальнейшую судьбу.Переживания так вымотали меня, что я почувствовала сильную сонливость, а может ещё препарат не плотностью вышел из моего организма…


Я спала глубоким спокойным сном, пока  не почувствовала, как матрас рядом со мной прогнулся. Сон сразу как рукой сняло. Сжавшись всем телом, я начала медленно поворачиваться в сторону лежащего справа от меня  человека. Часто задышала, разглядывая сквозь темноту  очертания крупного мужчины, что лежит на спине, закинув руки за голову.

— Только попробуй что-нибудь выкинуть, – тихим предостерегающим голосом сказал он, даже не поворачивая мою сторону головы.

У него был приятный голос, с бархатными нотками, от него мурашки побежали вверх по моим рукам. Его голос совсем не сочетался   с тем тоном, которым он говорил со мной. 

Чуть поменяв положение, я вытащила руку из-под покрывала и тут же замерла, придавленная тяжелым мускулистым телом.

Щёлкнул выключатель.

Растерянно хлопая ресницами, я посмотрела в находящееся в паре сантиметров от моего лицо с мужественными чертами. Никогда не видела такой необычной внешности. На моей родине, в Румынии, почти все мужчины тёмные и кареглазые. Да и в Албании за те пару не долгих дней, что я провела перед свадьбой, я в основном видела жгучих брюнетов. К тому же, они любили носить длинные ухоженные бороды, закрывающие на половину их суровые лица.

Этот же молодой мужчина лет двадцати пяти,  имел белокурые волосы, необычного светло-русого оттенка. Он был  очень красив, с аристократичными высокими скулами и невероятными голубыми глазами. Несмотря на их потрясающий цвет, они были холодны, как арктический лёд. Он смотрел внимательно и колко. Его глаза опушали неожиданно длинные, чёрные, густые ресницы, которые, несомненно, смягчали всю суровость его взгляда. Закончив рассматривать этого великолепного мужчину, я отметила, что он не брился пару дней. Об этом говорили заросшие легкой щетиной щеки и подбородок, на котором волоски имели слегка рыжеватый оттенок. Вскинув глаза, я попала в плен холодного взгляда незнакомца.

Скатившись с меня, он лениво приподнялся на одном локте, разглядывая мое напряженное лицо. Хищный прищур прошёлся по оголенным участкам моей кожи. Задержавшись на шее, взгляд опустился к обнаженному правому плечу, с которого сползла футболка из-за того, что горловина была сильно широкой.

Неловко поправляя футболку, я замерла от его следующих слов.

—Ну что, Катриэль Бен Ходжа, расскажи, как тебе удалось сделать то, к чему я стремился более десяти лет и терпел одни лишь неудачи? – спросил он.

Не в силах скрыть ужаса, испуганно подняла на него покруглевшие, похожие на два блюдца, глаза. Меня пробрала дрожь, когда он обратился ко мне не так, как я привыкла - Антонеску, а по фамилии умершего от моей руки мужа. Бен Ходжа. Катриэль Бен Ходжа…


Глава 23



Голубые глаза неотрывно следили за мной. Словно дикий зверь, наконец, загнавший свою добычу, почувствовал   победу и теперь забавляется игрой в гляделки.

— Советую отвечать честно, как на исповеди, – глумливо продолжил блондин. – Иначе, – он бросил  выразительный  взгляд на мою грудь, обтянутую серой футболкой, – я посчитаю, что мне срочно  нужна моя вещь…  обратно,  – закончил он, неожиданно весело сверкнув глазами.

Мне трудно было понять его настрой, глаза говорили об одном, но его тон…

— Кто тебя подослал к албанцу? Вы с Милошем кому-то помогали? – спросил он требовательно.

Я прикусила нижнюю губу и медленно покачала головой.

— Спросите у дяди Антона. Это вышло  случайно, - я почувствовала, как глаза наполнились слезами. — Я не виновата! Он набросился на меня, – я нервно сглотнула,прикоснувшись инстинктивно к груди. К тому месту, куда два дня назад меня ударил Бен Ходж. – Я боялась, что он меня убьёт. После того, как он меня начал душить, я воткнула в него нож, – я всхлипнула и разразилась безудержными рыданиями.

У меня словно что-то внутри оборвалось. Невидимая ниточка моего терпения и выдержки. Прижимая ладони к лицу, я вся сотрясалась, пока не почувствовала себя крепко прижатой к широкой груди. Под моей щекой гулко стучало чужое сердце. Рука блондина несколько раз прошлась в успокаивающем жесте по моим волосам, как то неловко и грубовато, словно я кошка.

Затем он пробормотал  негромко:

— Ну, все. Хватит разводить здесь болото, – ворчливый голос не вязался, с его ставшими мягкими прикосновениями к моей голове. — Обычно женщины неплачут в моей постели, – икнув пару раз, я подняла на него взгляд. От слез его образ расплывался. — Если только от наслаждения, – уже дерзко добавил он.

От его слов я рванулась прочь из его объятий.

Он фыркнул, но все же отпустил меня.

— Какая-то ты дёрганная. Может, хочешь выпить?

Я отрицательно замотала головой, от чего мои волосы каскадом разметались по плечам.

Мужчина улыбнулся одним  кончиком губ, его улыбка выглядела кривой и  дразнящей.

— Не пьёшь, не куришь. Может, ты ещё и девственница? – насмешливо спросил он с заметным  сарказмом. Заметив, как изменилось мое лицо, он лениво протянул: — Да, лаааднооо?!

Прижимая к себе покрывало, вцепилась в него  так, что костяшки пальцев побелели. На бледных щеках вспыхнул румянец. Я чувствовала, как горит моя кожа, предательски подтверждая, что он во всем прав.

Он  странно на меня посмотрел и осторожно встал с постели.

— Я пойду в другую комнату. Совсем забыл, что положил тебя здесь и от усталости завернул по привычке сюда, – сказал он, а в его глазах мелькнула какая-то тень.

Глава 24


— Слушай, извини за это … - махнул он куда-то в сторону того места, где на подушке остался отчетливый след от его головы. — Сейчас такое время, что никому нельзя доверять. Особенно,  прелестным женщинам,  попавшим в беду, – закончил он.

Он стоял такой высокий и сильный, напротив кровати,  на которой притихшая и натянувшая по самый нос покрывало сидела я. Чувствуя вину за то, что выгнала из собственной комнаты хозяина дома, я смущенно улыбнулась, не зная, как себя вести.

— Сеньор! – обратилась к нему. – Скажите, где мой дядя?

Он приподнял бровь, как будто удивлённый моим обращением.

— Просто, Алекс! Ни к чему все эти официальные штучки, – упирая руки в бока, он продолжил. – Сегодня оставайся в этой комнате, а завтра я подумаю, куда тебя переселить.

Возле двери он остановился, на щеке проступила ямочка и его хриплый голос, скорее всего заслуга частого курения, полоснул  по моим  напряженным нервам:

— Никогда не думал, что рыжие волосы так красиво смотрятся на чёрных простынях.

Я замерла, не зная, как реагировать на это возмутительное заявление и очнулась лишь тогда, когда за мужчиной захлопнулась дверь. Устало опустившись на постель, вздохнула и, повернувшись на бок с удовольствием слушала, как воздушное покрывало хрустит под моими руками. Опять я не узнала ответ на вопрос о том, где мой дядя. Он так мастерски увел тему разговора в другое русло, что я вспомнила об этом только теперь. А что если дядя Антон бросил меня на попечение этого Алекса? Он ведь уже отдал меня однажды чужому человеку. Такой странный этот мужчина, столько в нем противоречий… Долорес описала его, как щедрого внимательного хозяина, но его поведение в спальне характеризовало сеньора Ольсена совсем с другой стороны. Прижав ладони  к вспыхнувшим горящим щекам, я поймала себя на том, что до сих пор чувствую на себе приятную тяжесть его тела. И еще – запах. Пьянящий аромат мяты, смешанной с табаком – удивительная смесь, пробуждающая во мне какие-то новые ощущения, тайные желания.

Мотнув головой, словно желая сбросить с себя наваждение, вспомнила его растерянное выражение лица на мои неожиданные слёзы, что хлынули потоком,намочив его белоснежную рубашку. Как неудобно! Как я завтра посмотрю ему в глаза? Разозлившись, одернула себя, напомнив, что сейчас не время думать о мелочах. Главное то, что план дяди Антона удался, значит, мне не стоит роптать на судьбу. Завтра обязательно мы с ним встретимся и он скажет мне, каковы наши дальнейшие действия. Интересно, сможем ли мы остаться во Флоренции ? Я слышала от дяди рассказы о том, что здесь, в Италии, живут очень эмоциональные люди, приветливые.

Для меня родившейся в глухом селе в Румынии, где каждый второй не то, что поздоровается или улыбнётся доброжелательно, а, скорее, подозрительно посмотрит. Да ещё таким взглядом, как будто в душу заглянет, проведя многозначительно вилами по земле… Не любят у нас чужаков!

Добродушная Долорес своим искренним отношением ко мне, лишь подтвердила слова дяди Антона. За один этот день она подарила мне больше улыбок, чем все, кого я знала, за всю мою жизнь. Так, может, пора начать все с чистого листа? Отбросить все страхи и предрассудки, чтобы открыться чему-то неизведанному, непривычному моему мировоззрению? Может быть, дядя был как никогда прав, когда поменял свой план, изменив наше место встречи? Ведь в первую очередь меня бы искали именно в Румынии. Со связями и возможностями Драко меня через несколько месяцев уже бы нашли даже в самой глухой деревне. А там уж, как не крути, меня ждал бы один конец…

Вздрогнув, я прижала к себе подушку и, обхватила ее крепко руками, прижимаясь лицом к наволочке. В лёгкие ворвался аромат… Я глубоко вдохнула его ещё сильнее и прижала подушку к себе. Подушка, на которой лежал сеньор Сандро. Алекс… Алекс… Сердце гулко забилось. Казалось, я даже слышу его ритм в своих ушах. Почему я так реагирую на его запах? Может, все дело в моей усталости? Я просто сама не своя. Но должна признать, что красивее мужчины я не встречала в своей жизни. С ним по красоте, наверное, может только соперничать Эмир Бен Ходж по кличке Драко, хотя глупо сравнивать двух столь разных мужчин. Один красив, как ангел со своими белокурыми необычного оттенка волосами и кристально чистыми голубыми глазами; второй же, блистает во истину дьявольской привлекательностью. Я сама видела, как в их родовом поместье горничные головы сворачивали вслед своему господину, которого, казалось, вовсе не волновали томные вздохи и пылкие взгляды девушек.

Как только мысли вернулись к Эмиру, я почувствовала, как снова на глаза набегают слёзы. А что, если  он меня найдёт? Что, если он и впрямь такой могущественный, как все говорят? Я так и уснула, прижимная  к себе подушку со следами слез на щеках.

Глава 25

Наутро, проснувшись, как не странно бодрой, я поспешила умыться. Заметив на стуле несколько пакетов и коробку с непонятной надписью, остановилась и нерешительно заглянула внутрь. Как оказалось, это нижнее белье, что я вчера заказала по каталогу интернет-магазина. А где же верхняя одежда? Догадавшись посмотреть в огромном шкафу с зеркальными дверцами, направилась к нему. В нерешительности замерла на пару секунд и, наконец, протянула руку, открывая резную дверцу.

Несколько блузок и юбок висели аккуратно на вешалках с левой стороны шкафа. Справа находилась мужская одежда, пробежавшись пальцами по мужским костюмам, я отдёрнула руку. Выхватив первую попавшуюся блузу глубокого изумрудного цвета и коричневую юбку с завышенной талией на пуговках, которые  начинались от самого верха и заканчивались в нескольких сантиметрах от края подола. Из очередной коробки я извлекла легкие лодочки на невысоком каблуке. Положила  свои обновки на кровать и опрометью бросилась в ванную, когда заметила на настенных часах, что уже ни много ни мало, целых десять часов утра.

В своём селе я привыкла вставать рано, почти с рассветом, ведь матери надо было помогать по хозяйству. Потом, после ее смерти, вовсе все свалилось на мои плечи.

Умывшись и кое-как приведя яркую копну волос в приличный вид, я быстро облачилась в одежду и только после того, как лодочки из приятной замши оказались на моих  ножках, решилась посмотреть в зеркало. Вроде бы все скромно и со вкусом, я провела влажным от беспокойства ладонями по бёдрам и кинула последний взгляд в зеркало, придирчиво поправляя прядь возле лба.

Ну, а теперь пора найти хозяина дома, чтобы узнать хоть что-то о своей дальнейшей судьбе. С твёрдым настроем я открыла дверь из  комнаты и смело шагнула запорог. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что нахожусь на втором этаже. Дом был красивый, но без вычурности, присущей дому Бен Ходжа. Здесь были тёплые коричневые оттенки, что создавали ощущение уюта, кремовые дорожки лежали на полу коридора, добавляя лёгкости  восприятия дизайна помещения. Положила руку на витиеватые  перила, быстро, стараясь не шуметь,спустилась вниз по лестнице. Отметив, что один из голосов доносящихся откуда то справа из комнаты с приоткрытой дверью, принадлежит Алексу, я уже подняла руку, чтобы постучать, но что-то остановило меня.

— Девушку я забираю к своим родителям. Твои возражения напрасны, Алекс, и совсем не аргументированы. Там моя сестра, ее одногодка, а здесь, что? Твои шакалы будут ходить возле неё, как кобели возле течной…

— Слушай, Шаман! – прервал его раздраженный голос хозяина дома. - Мы так не договаривались! Почему это девчонке будет там лучше?! Здесь я могу ей предоставить защиту и комфорт. К тому же, ты не забывай, что это МЕНЯ, Милош перед смертью попросил присмотреть за его родственницей!

От неожиданности услышанного я громко охнула, прижимая трясущуюся руку к груди. Глаза мгновенно заволокло слезами. Дядя Антон мёртв. Я осталась совсем одна. Всхлипывая, я не сразу сообразила, что случилось, когда крепкая мужская рука затащила меня в комнату.

Глава 26



Стоя посреди гостиной, я растерянно переводила взгляд  с Алекса на темноволосого мужчину с ярко-зелеными глазами. Я даже почувствовала, как затрепетало мое сердце от полной уверенности в том, что я смотрю в глаза не человека, а хищника. Его взгляд был внимательный, пытливый. Он как будто видел меня насквозь. Твёрдо сжатые губы слегка расслабились,выпуская на волю мягкую улыбку.

— Не бойся, Катриэль, – голос Алекса был успокаивающий и такой уверенный, что я мигом расслабилась, хоть и с подозрением окинула высокую спортивную фигуру стоящего напротив брюнета.

Если бы не его глаза я бы подумала, что он,определенно, один из самых красивых мужчин, что я видела за свою недолгую жизнь. Мужчина сделал шаг, тут же остановился и, слегка поклонившись, сказал:

— Алекс верно вам сказал, меня не стоит бояться, Катриэль , – его голос был приятный, с необычным низким тембром. При других обстоятельствах его можно было бы слушать часами, но сейчас я стояла, как натянутая струна не зная, чего ожидать от незнакомца. — Позвольте представиться? Меня зовут  Андре Конти, но вы можете просто обращаться ко мне по имени, - сказал молодой мужчина. — Я так полагаю, вы услышали наш разговор с Алексом? – мягко заметил брюнет и посмотрелна друга, который уже плеснул себе в бокал виски и с деловитым видом посмотрел в окно, делая вид, что ему ничуть не интересен разговор. Но я заметила его напряжение, потому как крепко его пальцы обхватили бокал с напитком. 

— Простите… Дверь была приоткрыта! Я услышала, что вы сказали. Мой дядя… что дядя Антон мёртв, – переводя дыхание и, сжимая пальцы, закончила я.

Мужчина кивнул и, тоном не терпящим возражений, попросил меня присесть на диван.

— Катриэль, присаживайтесь. Я скажу вам без прикрас, не стану скрывать, что у вас очень трудное положение.

Я метнула взгляд на Алекса и успела заметить, как он поморщился на словах «трудное положение».

— Андре, к чему пугать девушку? - начал он возмущённым тоном, но мужчина его прервал.

— Алекс, она должна знать и понимать, что происходит, и как мы планируем поступить.

Блондин резким движением опрокинул бокал с напитком и плеснул ещё одну небольшую порцию. Алекс подошёл вплотную к Андре и проскрежетал сквозь зубы:

— Мы?! Хм! Не знал, что теперь мое мнение даже не учитывается.

— Прекрати, Алекс! Не будь эгоистом, – недовольно начал Андре. — Конечно же, Катриэль будет лучше у моих родителей и - точка.

Наконец, Алекс, оттолкнувшись от стола, направился в нашу сторону. Мягкие слегка пружинящие шаги совсем не соответствовали крепко сжатому рту и желвакам, играющим на его скулах.

— А может девушка сама скажет, где предпочтет остаться? – он переместил на меня взгляд своих голубых глаз. Затем блондин сложил руки на груди, обозначаяэтим движением крупные  мускулы на руках. — Что скажешь, Катриэль?

Я вспыхнула под его пристальным взглядом. Нервно сглотнув, разгладила несуществующую складку ладонью на юбке. Заметив, как Алекс проследил за моим движением, касаясь взглядом  моего обтянутого шелком бедра, поспешно отдернула руку.

— Наверное, сеньор Андре прав, – еле слышно пробормотала я, не зная, куда деться от испытывающего взгляда Алекса. – Будет лучше, если я поживу у его родных, — мое решение вызвало тень разочарования на его лице или мне показалось?

Алекс сделал большой глоток, которым осушил сразу весь бокал, а затем кивнул, как будто сам себе.

— Да, наверное, так будет лучше всего, – безэмоциональным  голосом согласился он.

Андре направившись к выходу, на ходу отдавая инструкции . По его поведению было видно, что этот человек привык приказывать, а от всех остальных ожидал подчинения.

— Катриэль, через час за тобой приедет машина, так что поторопись собрать вещи. Не волнуйся, родных я уже предупредил о твоём приезде.

Алекс громко хмыкнул, показывая этим, что он не удивлён, что Андре заранее все решил.

— Чего и следовало ожидать, – грубо бросил он вследАндре. Спина брюнета напряглась, но он ничего не ответил на это и быстрым шагом вышел за дверь.

— Ну что, не могла сказать, что хочешь остаться здесь?! – нахмурив брови, возмущено спросил блондин. — Теперь мне на расстоянии придется о тебе заботиться, - закончил он, выругавшись.

Я благоразумно промолчала на его выпад, наблюдая за его метаниями сквозь опущенные ресницы.

— Чего встала? Иди, собирай шмотьё! – велелмужчина, вытаскивая смартфон из кармана спортивных брюк.

Я  быстрым шагом пошла прочь, лишь бы не видеть его возмущённый и осуждающий взгляд.

— Катриэль… - я резко замерла от того, что он ко мне обратился. Повернулась и вопросительно посмотрела на него. — Запиши мой номер и если что-нибудь случится,сразу звони мне. Вообще звони, даже если ничего не случилось, а там, например … в общем, звони. Я на связи. Все разрулю, – переминаясь с ноги на ногу,закончил он.

— Алекс? - я нерешительно позвала его по имени.

— Что?

— Дело в том, что я не позвоню.

Глава 27

От моих слов его брови тут же съехали к переносице, и я смущенно продолжила.

 – У меня просто нет телефона.

Складка между его бровей медленно разгладилась, и он кивнул,  давая понять, что понял меня. Повернувшись ко мне спиной, Алекс задумчиво произнес:

— Иди, Катриэль. Тебе пора собираться, дом родителей Андре находится на другом конце города.

Я тихо прошла по пушистому ковру и, выйдя в коридор, мягко закрыла за собой дверь, чувствуя не понятную необъяснимую тяжесть на сердце.

Наверху, в своей комнате, точнее, комнате Алекса, я принялась собирать вещи  обратно в магазинные пакеты,стараясь уложить их так, чтобы ничего не помялось. Управившись, я прошлась по комнате прощальным взглядом, задержавшись на огромной кровати. Подошла, что бы поправить покрывало, когда услышала негромкий стук в дверь.

— Войдите!

В комнату вошла Долорес, на ее взволнованном лице было ничем не прикрытое огорчение.

— Сеньор Ольсен отправил меня к вам, сказал, что вы уезжаете и чтобы я помогла вам собрать вещи. Ну как же так быстро вы нас покидаете, сеньорита Катриэль?! – затараторила женщина, от чего ее акцент стал более заметным.

— Так решили сеньор Андре и сеньор Ольсен, – высказавшись подобным образом, я хотела одного – снять с себя ответственность.

Я была совсем не в том настроении, что бы ещё  оправдываться перед Долорес.

— Ну, что же… – женщина обвела печальным взглядом пакеты. – Я вижу, вы уже управились без меня.

Я подтвердила кивком ее слова. Со стороны окна послышался сигнал машины.

— Это должно быть за мной – пробормотала я, подхватывая пакеты и направляясь к выходу.

Сидя в машине, после того, как водитель взял из моих рук багаж, я инстинктивно подняла взгляд вверх, чтобы увидеть, как дёрнулась ярко-красная портьера. Такие шторы висели в гостиной, где еще совсем недавно я говорила с Алексом. Он следит за моим отъездом? Сердце дрогнуло и понеслось вскачь.

Дверь в машину открылась именно там, где сидела я, и незнакомый мужчина, неопрятной наружности протянул мне коробку со словами:

— Босс велел передать вам.

Я благодарно кивнула, принимая из его рук  аккуратную коробочку. Рассматривая изображённый на ней смартфон, выглядящий, как неопознанный летающий объект, я даже не удивилась. Весь такой лаковый с большущим экраном… С волнением открыла коробку и вытащила телефон, на котором от моего прикосновения загорелся экран. «Сенсорный» - с благоговением подумала я. На экране высветился номер, затем тут же прозвенел сигнал входящего сообщения, открыв его, я прочла адресованное мне послание:

”Это Алекс. Сохрани мой номер”.

Неловкими пальцами нажала несколько раз на экран, от чего  всплыла электронная клавиатура. Я написала ему в ответ: спасибо. И после этого сразу же сохранила контакт, подписав его просто «Алекс».

Машина тронулась, мягко заскользив по асфальтированной дороге. Впереди двое мужчин в форме хаки открыли ворота, чтобы мы могли беспрепятственно покинуть территорию особняка.

Очень долгое время пейзаж за окном совершенно не менялся. Скорее всего, дом Алекса находился, где-то далеко за городом. Лишь спустя примерно полчаса стали появляться небольшие магазинчики, лавочки с домашней выпечкой, заправки. Я, открыв рот, смотрела на великолепную горделиво стоящую Флорентийскую церковь и невероятные окружающие ее пейзажи. Как же мне хотелось попросить остановиться водителя, чтобы прогуляться по историческим улочкам города, так напоминающего средневековое время. Неожиданно гармонично вписывались современные магазины, где продавалась модная одежда от известных кутюрье,  с рядом стоящими мастерскими кожевенников и гончарами, что работали прямо на улице, на глазах спешащих на работу горожан и любопытных туристов.

Чем дальше мы углублялись в город, тем больше я поражалась безупречному вкусу его жителей. Все они - от престарелых дам одетых очень элегантно и со вкусом, до стильной молодёжи неторопливо идущей не большими компаниями вдоль дороги, казались иллюстрациями модных журналов.

— Как жарко, – вырвалось у меня помимо воли вслух, расстегнув пуговичку блузы возле горла,  я откинула со лба пару влажных рыжих  завитков, которые уже  начали от влажности принимать  спиралевидную форму.

Водитель кинул взгляд в зеркало заднего вида, с сочувствием посмотрев на мой вспотевший лоб.

— Сеньорита, к сожалению, у меня сломался кондиционер, но я сейчас приоткрою вам окно. Как раз пик жары, но мы скоро приедем, потерпите немного.

Как только он нажал кнопку, а стекло опустилось, на меня со всех сторон обрушилась громкая экспрессивная речь. Город, казалось, жизнью жил своей какой-то отдельной жизнью, невозможно было насмотреться, хотелось впитать в себя эту живительную атмосферу. Постепенно  улочки стали сужаться, пока мы не подъехали к большому двух этажному особняку. Он был обложен темно–терракотовым кирпичом, а крыша имела глубокий красный цвет.

«Какое необычное цветовое  решение…» - подумала я, разглядывая действующий фонтан на территории дома.

Наконец, машина въехала в ворота. Водитель быстро покинул салон, чтобы помочь мне выйти, галантно предлагая для этого свою руку. Как только мои ноги коснулись земли, ко мне подбежала девушка. За ее спиной к нам приближалась степенно идущая под руку пара. Они выглядели так величественно, но при этом вполне дружелюбно, что сковывающее меня напряжение начало отступать.

— Привет, Катриэль! Меня зовут Тея, я сестра Андре,– улыбаясь и, активно пожимая мою руку, сказала девушка.

У неё были великолепные густые каштановые волосы,что в художественном беспорядке рассыпались по плечам, зелёные ясные глаза горели любопытством и присущему моменту возбуждением.

— Очень приятно, Тея, – ответила я, чувствуя, как мои губы растягиваются в ответной улыбке. Она была так непосредственна, что не ответить на улыбку Теи было просто невозможно.

Пара подошла ближе и Тея поспешила представитьмне своих родителей.

— А это мой папа Виктор и мама Алисия, – звонкий голосок все жужжал и жужжал рядом со мной,рассказывая уже о том, что моя спальня находится совсем рядом с ее комнатой и как она хочет скорее мне ее показать.

Наконец, женщина сумела прервать энергичный поток речи своей дочери.

— Катриэль, добро пожаловать! Чувствуй себя как дома. Сейчас Тея проведёт для тебя экскурсию по дому, а затем мы все пообедаем и познакомимся поближе.

Виктор лишь мягко улыбался, кивками головы соглашаясь со словами своей жены. Затем, переведя на меня взгляд добрых глаз произнёс по-отечески:

— Если тебе что-то понадобиться, не стесняйся, обращайся! В этом доме тебе все рады. Андре рассказал,все, что случилось с тобой, Катриэль, и поверь…

— Не сейчас Виктор, пусть девочка освоится, все разговоры подождут, - Алисия положила руку мужу на грудь и отрицательно покачала головой.

Тея уже тащила меня за руку к дому, говоря о том, что мне точно понравится внутренний дворик. В эти моменты, когда мою руку сжимали теплые пальчики сестренки сеньора Андре, я впервые за последнее время почувствовала, себя спокойно.

Вторая часть.

Четыре месяца спустя


Сидя на стуле перед туалетным столиком, набравшись терпения, я все же позволила Тее колдовать над своими волосами. Придать форму моей тяжёлой копне далеко не всем под силу. Особенно после того, как два дня подряд  шёл дождь. После него мои волнистые волосы превратились в неуправляемую массу кудрей, усмирить которую было почти не реально. Испробовав на них около половины всевозможных средств из затейливых тюбиков и баночек, Тея довольно захлопала в ладоши.

— Вот! Теперь ты просто королева, — с гордостью пропела девушка, победоносно осматривая плод своих  многочасовых трудов.

Я с интересом разглядывала своё отражение в зеркале. Надо же, как причёска меняет человека! Во мне появился лоск. Да, именно так. Никогда не думала, что могу так выглядеть, ухоженно, как бы это странно не звучало... дорого.

— Как называется эта причёска? – спросила я, проведя пальцами по волосам, что струились словно шёлк и тут же ойкнула, получив по рукам увесистой расчёской.

— Не трогай! – Тея угрожающе потрясла расчёской. – Не смей, я не шучу!

— Хорошо-хорошо, – засмеялась я, видя, как Тея нахмурившись, аккуратно поправляет мои волосы. — Извините, мастер!

— Боже, Катриэль! Это не смешно, – она пшикнула пару раз  профессиональным лаком для волос, от чего я сморщила нос.

– У меня вышел шедевр, поэтому будь добра…

— Поняла, без рук! - примирительно улыбнулась я. — Это же голливудские волны?

— Они самые, – поднимая большой палец вверх,подтвердила Тея.

— Не верится, что мы идём в Tenax. Говорят, там сегодня будет выступать Мекеле Коррози!

— Правда? – этот потрясающий певец с глубоким голосом не оставил меня равнодушной к своему творчеству. За четыре месяца, что я жила во Флоренции, успела собрать коллекцию дисков с его песнями.

Вскочив порывисто со стула, быстро начала перебирать альбомы, пока не нашла диск с самой полюбившейся мне и запавшей в самое сердце песней «Остаться без всего». Закидывая диск в свой  тоненький, мягкий клатч, с надеждой подумала о том, что вдруг удастся урвать автограф.

— Неужели я так долго возилась с твоей прической?! – Тея с удивлением посмотрела на изящные золотые часики на руке. — Давай, скорее одевайся, встретимся внизу у фонтана. И, Катриэль, давай без фокусов! Оденешь то бордовое платье…

Я вымучено вздохнула, на что Тея сразу приосанилась готовая начать со мной словесную борьбу.

— Тея, я не уверена. С моими волосами… Вдруг я буду выглядеть, как огромная морковка? - сморщила я нос, жалуясь подруге.

— Нет и ещё раз нет! Катриэль, ты же помнишь, что я учусь на художественном? Между прочим, я ещё не определилась, кем хочу стать - художником или модельером. Так что, дорогая, положись на мой вкус!

Видя, как я безропотно взяла платье со стула, провеларукой по  приятному   бархатному  материалу и приложила к себе, глядя в отражение зеркала, подруга выскользнула из комнаты.

Натягивая  платье, которое как перчатка обхватило мои формы, подчеркивая все достоинства точеной фигуры, подумала о том, что оно и правда мне идёт. Платье было чуть ниже колен,  красиво подчёркивало узкую талию, а квадратный вырез делал акцент на грудь, полушария,которой приподнятые вверх, открывали вид на соблазнительную ложбинку между ними. Надев чёрные туфли на высоких каблуках, лёгким мазком обновила блеск на губах. Ну, все! Теперь готова. Подхватив лежащий на кровати клатч, бросила в него сотовый телефон. Спустилась вниз по лестнице и, словно маленький воришка, проскользнула во входную дверь.

У фонтана меня уже ждала Тея. В зелёном шифоновом платье, она была похожа на прелестную эльфийку. Цвет платья  очень подходил к ее глазам с лукавыми смешинками. Подле неё стоял молодой человек. Новый охранник , который, как мне уже было известно, до беспамятства был влюблен в свою молодую госпожу.

— Марк! Спасибо, – Тея чмокнула молодого человека в щеку, при этом сразу же деловито, с особой тщательностью стёрла с его кожи следы помады. – Если бы не ты, мы бы никогда не выбрались из дома. Только ты понимаешь, как мне тяжело дается сидеть взаперти!

Глава 1

Катриэль


— Тея…– начал было юноша, но его остановил изящный  пальчик девушки, который она проворно приложила к губам охранника и, прежде чем он успел продолжить, перебила  его нежным щебетанием :

— Мы опаздываем! Надеюсь, ты будешь скучать по мне? – кокетливо поведя плечиком, сказала девушка.

Тот как зачарованный несколько раз кивнул, не сводя с неё обожающего обжигающего взгляда.

Быстро пройдя через кованные в причудливых завитушках ворота, которые нам  любезно  открыл Марк, мы выпорхнули на  широкую проезжую часть, где нас уже ожидало такси, мигая  фарами.

Подъехав к зданию клуба, я с интересом посмотрела на неоновую вывеску его  названия - «Tenax». Клуб считался одним из самых элитных заведений в городе. Здесь собиралась так называемая «золотая молодежь», а так же иностранные студенты, чьи родители имели вес в политической системе различных стран. На входе нас остановил бритоголовый секьюрити с татуировкой шрихкода на  широкой бычьей шее.

Слегка наклонившись ко мне, Тея быстро шепнула мне на ухо:

— Клоун! – затем, мило улыбнувшись, продемонстрировала  ямочки на щёчках и  протянула ему два членских пропуска. Охранник прошёлся липким взглядом по моим оголенным ногам. Облизнувшись, он махнул рукой в сторону входа, давая знак, чтобы мы проходили в здание клуба.

Тея захихикала и весело подмигнула мне.

— Ты ему понравилась, Катриэль!

Поморщив слегка нос, я весело засмеялась, затем с любопытством спросила у подруги:

— Ты мне когда-нибудь расскажешь, где взяла эти пропуски?

— Это секретная информация, – заговорщически прошептала подруга. — Теперь около года мне придется делать доклады одному надоедливому придурку – это чтобы ты понимала масштабы  моих стараний, – захлопав в ладоши, она с горящими глазами добавила. - Но это стоит того!

Я с восторгом рассматривала огромный зал, заполненый людьми. Полутемное помещение, казалось, вибрирует. Стены и пол отражали от себя басы, которые шли прямиком из огромных колонок поставленных по всему периметру клуба, несколько я даже заметила под потолком.

— Держи, красотка, – какой- то парень сунул мне бокал с шампанским на длинной ножке причудливой формы.

Я растеряно приняла его, затем слегка пригубила напиток. Пузырьки весело лопались у меня во рту. Стало так хорошо! Мне казалось, что я попала в другую реальность. Здесь все такие красивые и беззаботные. С интересом рассматривая посетителей заведения, я сделала ещё парочку глотков шампанского, с удивлением отметив, что почти выпила весь бокал. Красивые девушки в откровенных платьях, мужчины в дорогих дизайнерских костюмах, даже одежда официантов и то имела какой-то более высокий класс, чем в обычных пабах.

Подсветка по всему клубу давала затейливые тени на стенах, но самой   интересной мне показалась платформа, что находилась чуть выше танцпола. На ней стоял симпатичный молодой человек и переключал большое количество различных кнопочек и рычажков.

— Что это? – крикнула я Тее, пытаясь перекричать громкую музыку.

Девушка отправила воздушный поцелуй бармену, затем протянув один из коктейлей мне, и посмотрела на то, что так меня заинтересовало.

— А-а-а, это! Диджейский пульт, – сказала она и, заметив мое недоумение, сразу же пояснила. – Штука с помощью которой создаётся электронная музыка.

— Здорово! - засмеялась я, тут же смутившись, когда увидела, что диджей обратил на меня внимание и подмигнул.

— Оу! - начала меня подталкивать Тея в плечо. – Кто-то сегодня в ударе! А, может, замутишь с кем-нибудь из них? Здесь, кстати, охранники получают очень прилично,–  девушка придирчиво осмотрела с ног до головы диджея, после чего заключила. – Хотя, диджей посимпатичнее, на мой взгляд.

— Господи, Тея! Я даже не думала ни о чем таком, мне сейчас вообще не до этого, – начала я растерянно оправдываться.

– Зануда! - Тея махнула на меня рукой, задорно сверкая зелеными глазами, в которых начала проступать отчетливая небесная голубизна - так было всегда, когда сестренка Андре веселилась.

— Да почему же сразу зануда? – с возмущением воскликнула я, заглядывая в удивительным образом изменивший цвет взор подруги. – Ничего не понимаю, твои глаза были зелеными!

Тея кивнула и отпила ещё глоточек ярко-красного коктейля.

— Ага, могла бы уже и заметить давно! У меня хамелеоны, зависит от настроения и освещения.

— Вот это да-а, - протянула я удивленно.

— Я здесь была всего один раз, поэтому считай мы на равных условиях, – заговорщически подмигивая, сказала девушка.

— Тогда откуда у тебя такие познания про охрану и их заработок? – поинтересовалась я.

—  Здесь раньше работал Алекс, - Тея пожала плечами, как будто эта информация не стоит выеденного яйца.

От услышанного я чуть не подавилась,  сильно закашлявшись.

Глава 2


—Эй, подруга аккуратнее! Ну, это было давно, но Алекс так и не поменял привычки здесь отдыхать, – тараторила Тея, вытягивая шею, что бы рассмотреть танцующих людей.

Я застонала, слегка сдавив пальцами виски. Если бы я знала, что могу столкнуться здесь с Алексом, ни за что не согласилась  бы сюда прийти. Ни за что! Ведь он так и не позвонил ни разу за все долгие четыре месяца. Вначале я все списывала на то, что он занят, потом на то,  что может быть ему неудобно. Хотя, Алекс и неудобно, это что-то из области фантастики с горечью подумала я.

Разглядывая клуб, я взглядом зацепилась за лестницу, ведущую  на второй этаж.

— А что там? – с любопытством спросила я Тею.

— Где? – девушка закрутила головой, не понимая, куда я указываю.

Ткнув пальцем в сторону лестницы, увидела  как на лице Теи впервые за все время, что я ее знаю, проступило смущение. Заинтригованная, я с нетерпением стала ждать ответа от замявшейся подруги.

— Не знаю даже как сказать. Комнаты свидания? Ай,Катриэль, в общем, тебе и не надо знать, – отмахнулась она от меня.

— Комнаты свидания? – переспросила я, затем почувствовала, как щеки охватил жар, после того, как я поняла, что имела в виду девушка.

Ещё раз кинув любопытный взгляд в ту сторону, увидела, как высокий, светловолосый, мускулистый мужчина, прижимая к себе за талию стройную длинноногую девушку, поднимается вверх по лестнице. На какое-то мгновение он мне показался смутно знакомым и, когда мужчина повернул голову, наклонившись  к своей спутнице и что-то ей сказал, то я смогла рассмотреть его профиль. У меня конвульсивно сжались пальцы на бокале с напитком.  С упавшим сердцем я поняла, что это Алекс.


Чувствуя лёгкий приступ тошноты, я с отвращением поставила свой бокал на первый попавшийся столик. Объятия  Алекса с другой выбили меня из колеи, поселив в душе тоску и отчаяние. Бросив ещё один быстрый взгляд туда, где только что видела Ольсена, я увидела, что пары уже нет на лестнице.

Раскрасневшиеся и румяная, Тея ничего не замечала, подпевая песне, звучавшей из колонок. Наклонившись ко мне, она возбужденно  прокричала прямо в мое ухо:

— Я только что видела Алекса с Фреей! – я вздрогнулаот услышанного и прикусила губу.

Подруга по-своему расценила мое поведение.

— Извини, я не хотела тебя оглушить! Здесь так шумно! – прокричала она и, схватив меня за руку, потащила в другой конец зала, где стояли мягкие диваны с подушками, обитые дорогой жаккардовой тканью.

Она присела и похлопала рядом с собой.

— Как же здесь здорово, Катриэль! Мы должны обязательно ходить сюда как можно чаще.

Я рассеяно кивнула, думая о том, что нахожусь здесь первый и последний раз. Да я лучше пешком до Румынии дойду, чем ещё раз встречусь с Ним и его девкой!

— Кто такая Фрея? – наконец осмелилась спросить у подруги. – Невеста Алекса?

— Боже, нет! - Тея расхохотавшись,  прижала руку к груди. - Ты меня рассмешила. Одна из его… эм.. девушек, – закончила Тея.

Неожиданно мне пришла мысль, от которой я испуганно ойкнула.

— А что если Алекс тебя тоже видел и сдаст нас?- сказала я, широко распахивая глаза.

— Не-ет, Алекс, конечно, ещё та заноза в заднице, но он не козел, – фыркнула девушка.

— Ты в этом уверенна? – послышался за нашими спинами хриплый насмешливый голос.

Испуганно дёрнувшись мы одновременно обернулись на голос. В нескольких шагах от нас, лениво облокотившись о барную стойкуи мрачно улыбаясь, стоял Алекс. 

—  Смотрю, в тихом омуте черти водятся. А, Тея? — затем он мазнул быстрым взглядом по моему платью, талии, груди и, сглотнув, остановился на бёдрах. Мужчина достал сигареты из кармана, прикурил и, не отводя взгляда, спросил, обращаясь именно ко мне: — Ну а ты, Катриэль? Ты тоже изменилась, как крошка Тея? Последний раз, когда я тебя видел, ты не курила, не пила и не…

Он сделал многозначительную паузу, при этом я успела поймать его жадный взгляд на своих губах.Задрожав от его неприкрытого, наглого, пожирающего взгляда, как будто он уже успел в своих мыслях поиметь меня несколько раз, нахмурилась. Глядя на его красивой формы пальцы, что сжимали сигарету, я вспомнила, как он совсем недавно этими же пальцами поддерживал за талию шикарную блондинку, и сразу же  почувствовала злость. Да как он смеет?! Как смеет, спрашивать у меня такое? Ведь я сразу поняла его намёк. Это он так мило поинтересовался девственница ли я ещё?! Тея не права. Козел! Самый настоящий козел! Все внутри у меня клокотало от ярости и обиды.

Не знаю, что послужило  тому, но я схватила со столика бокал с шампанским. Возможно, я злилась на него, но, скорее всего, на себя – за то, что так реагирую на близость этого мужчины. С вызовом посмотрев ему в глаза, я ответила:

— И тебе привет, Алекс! Да, ты прав, многое изменилось… – отсалютовав ему бокалом, я залпом выпила содержимое фужера. Напиток обжег горло, норовя вернуться обратно. Еле сдержавшись, все же проглотила шампанское, чувствуя, как от усилий выступили слезы на глазах.

Холодные, как арктический лёд,  глаза Алекса вспыхнули, разгораясь пламенем на дне зрачка от моих слов. Чертов лицемер! Сам уходил наверх с этой…

«Не по вкусу пришлись мои слова, да, сеньор Ольсен? Вот так тебе! Получай!» - ехидно думала я, наблюдая, как все сильнее и сильнее сжимаются от злости его чувственные губы, а на скулах играют желваки. А, может,я сама себе все это выдумала?! И он злится лишь от того, что мы всех ослушались и сбежали в клуб? Конечно, так и есть. Какая же я дура! Зачем ему я, когда у него такие девушки, у которых одни ноги длиннее, чем я вся?

Алекс же, нахмурившись, ещё раз прошёлся взглядом по мне, на этот раз как то внимательно и сосредоточено. Как будто пытаясь решить внутри себя какую-то сложную математическую формулу.

Инстинктивно я подтянула корсаж платья, пытаясь избавиться от внимательного  взгляда мужчины.

Алекс разом  расслабился и даже, как-то лукаво посмотрел на меня.

— И как тебе здесь?

—Мило, - я посмотрела по сторонам и пожалаплечами.

Алекс хохотнул, затем, оторвавшись от барной стойки, направился уверенным шагом ко мне. Усевшись прямо рядом со мной так, что его бедро прикасалось вплотную к моему, он лениво выпустил струйку дыма вверх в потолок. Его красивые голубые глаза весело сверкали сквозь сигаретный дым. Не выдержав я закашлялась и помахала перед собой рукой отгоняя  едкий дым в строну, подальше от себя. Алекс тут же убрал сигарету, а затем потушил ее в стоящей на столе пепельнице.

— Здесь как угодно, – сказал он хриплым бархатным голосом, протягивая руку, чтобы дотронуться до одного из моих локонов, - но точно не мило, – закончил он,задержав взгляд на моей открытой шее, слегка проводякончиком языка по своей нижней губе при этом. — Ты мне  так и не позвонила, а я ведь ждал, - тихо проговорил он вдруг, удивив меня. Он выпустил мой локон и сделал небольшой  глоток виски из стакана, который до этого принёс ему расторопный официант.

— Ах! Вот ты где, – послышался нарочито радостный женский голос. — А я все думаю, куда ты пропал? – сквозь толпу молодежи к нам пробилась высокая, статная блондинка.

Усевшись напротив нас на кресле и, ничуть не смущаясь, она принялась изучать меня взглядом вдоль и поперёк. Вероятно, увидев все, что хотела, она перевела взгляд на Алекса и нежно защебетала:

— Я испугалась, что вдруг что-то случилось, а оказывается ты тут с подружкой Теи. Ты, конечно, прав,нельзя несовершеннолетних детей оставлять в столь опасном месте одних, - она нацепила милую улыбку и доверительным тоном обратилась ко мне, чуть наклоняясь вперёд: – Знаешь, сколько здесь извращенцев, любителей маленьких девочек.

При этих словах Алекс слегка побледнел и поморщился как от сильной зубной боли. Сделав глоток виски, он злобно глянул из-под бровей на девушку и спокойно сказал:

— Я, кажется, не приглашал тебя к нам?

Фрея испуганно распахнула карие глаза и нервно затеребила ручки вечерней сумочки, расшитой бисером и стразами.

Решив что не буду молчать на  стрелы выпущенные блондинкой. Я тряхнула волосами и, гордо подняв подбородок, ответила:

— Вообще-то, я совершеннолетняя, - блондинка сощурилась, от чего ее лицо приобрело хищное выражение лица, сделав ее похожей на злого хорька.

— Да?! И сколько же тебе лет, деточка? – спросила она, кидая взгляд туда, где наши с Алексом бедра соприкасались  друг с другом.

— Восемнадцать, - буркнула я в ответ.

— Какая прелесть, Алекс! – воскликнула она почему-то обращаясь к нему. Закинув ногу на ногу, девица сверкнула кружевом черных чулок, от чего мои щеки побагровели.

«Почему как шлюха ведет себя она, а краснею я?!» - мысленно застонала я, чувствуя на себе взгляд Алекса.

— Фрея… – начал мужчина суровым голосом.

— Ладно, дорогой! – прервала его блондинка, поднимаясь со своего места. - Мне срочно надо отлучиться, как освободишься, приезжай, я буду ждать, – многообещающе хихикнула девушка, после чего удалилась, виляя бедрами.

Наблюдая за невозмутимым Алексом сквозь полуопущенные  ресницы, я не удержалась от колкости.

— Грубо ты со своей девушкой.

— Она. Не моя. Девушка. – отчетливо кромсая слова, произнес он в ответ, проводя рукой по коротким волосам. Встав, он тут же присел передо мной на корточки и крепко взял за подбородок, лишая возможности двигаться.

— Вы что творите с Теей? Ты хоть понимаешь, как это опасно, черт возьми? А если кто-то вас увидит?

Его голос звенел в моих ушах, не давая сосредоточится на его действиях. Большой палец Алекса дрогнул, после чего плавно заскользил вверх, чтобы коснуться моих губ. Взгляд голубых глаз стал рассеянным. Его лицо все ближе и ближе... Я уже чувствовала тёплое дыхание - смесь мяты и виски, когда мои губы инстинктивно приоткрылись. Мужчина с легким рычанием прильнул к ним своими, отчего мы оба вздрогнули, как от удара током. Мне казалось, что все,кто рядом, не могли не заметить, как вокруг нас летают искры. Его такие твёрдые на вид губы, оказались поразительно нежными и ласковыми, а плавные движения дерзкого языка намекали на близость иного рода. Мне только и оставалось, что постанывать от удовольствия в его крепких объятиях. Голова так сильно кружилась, что я схватилась руками за его плечи, ощущая, как под пальцами перекатываются твёрдые литые мышцы. Чувствуя, что задыхаюсь, слегка оттолкнула его от себя, чтобы впустить порцию кислорода в горящие огнём легкие.

Он тут же поддался моим действиям, отстраняясь назад, чтобы обеспокоено заглянуть мне в лицо. Прижавпальцы к припухшим покалывающим губам, я подняла глаза и наткнулась на горящий ненавистью взгляд серых глаз. Испуганно охнув, я моргнула и ещё раз посмотрела поверх плеча Алекса. Возле бара уже никого не было.

— Я не хотел тебя пугать, – севшим голосом проговорил блондин, поднимаясь на ноги и помогая мне встать с дивана. Я всхлипнула, прижимая ладонь ко рту. — Черт!

— Нет, ты не понимаешь, Алекс, – мои глаза заволокли слёзы. – Я только что, кажется, видела Драко.

— Где? – Алекс достал телефон быстро набирая номер. — Где ты его видела, Катриэль?

— Он был там, - я дрожащим пальцем указала в сторону бара. – Алекс, мне страшно, – уже плохо владея собой из-за охватившего меня ужаса и алкоголя, я заплакала.

Алекс тихо чертыхнулся, затем громко рявкнул в трубку:

— Подгоняй машину и пусть ребята будут на чеку,есть информация что где-то поблизости Драко, - он сбросил вызов и прижал мое дрожащее тело к себе. — Так, послушай меня, Катриэль! Здесь моя охрана, чтоб ты знала - это не просто лицензионные охранники, а настоящие отпетые ребята с пулей в голове. Видишь? – он повернул меня так, что бы было видно лестницу. Возле неё стоял человек, прижимая к губам рацию и что- то говорил. Мужчина был с густой бородой и густыми чёрными бровями, похожими на мохнатых гусениц. — Это Саид, он очень  меткий, может с закрытыми глазами кинуть нож и попасть в цель. А это – Шайори. В переводе с японского – гид. Он профи по акупунктурным точкам на теле. Всего тремя нажатиями пальцев может остановить человеческое сердце, - глотая слёзы я внимательно слушала его успокаивающий голос. Наконец, он повернул меня к себе лицом. — А знаешь, почему Шайори так зовут?

- Нет, - я покачала головой, часто моргая, чтобы убрать пелену слез с глаз.

— Его так прозвали местные девушки – загадочно ответил Алекс. — Потому что, помимо того, что он знает,как убить нажатием пальцев, он так же хорошо знает, как парой нажатий доставить женщине наивысшее наслаждение.

Я замерла, не зная, как реагировать на такие интимные подробности.

— А самое главное Катриэль … он… поделился со мной своим секретом, - я вспыхнула, как свеча и часто задышала. Алекс довольно прищурился, отведя мой рыжий локон с лица. — Отлично! Лучше смущаться, чем бояться. Не находишь? - не дожидаясь ответа, он крепко обхватил меня за талию и повёл к выходу.

Глава 3

Не дожидаясь ответа, он крепко обхватил меня за талию и повёл к выходу.

Только выйдя  на улицу я поняла, что сильно пьяна.   Свежий  воздух рассеял чары алкоголя, сталкивая меня с суровой реальностью жизни. Поёжившись, я обхватила себя за плечи.

Алекс взялся за ручку двери подъехавшей к нам машине с темными стёклами, открыл дверь и мягко подтолкнул меня в спину, нажав при этом слегка ладонью на мою рыжую макушку, что бы я не ударилась о край автомобиля.

— Осторожно. Вот так… Садись, - сказал блондин и тут же опустился рядом со мной на заднее сидение.

— А как же Тея? – обеспокоено спросила я.

— Тея уже едет домой под охраной нескольких из моих людей.

Я растерянно посмотрела на Алекса. Тот как будто понял мой не высказанный вопрос.

— А ты поедешь ко мне, - сообщил он, глядя в мои огромные глаза. — Вдруг ты и правда видела Драко. Возвращаться к семье Конти не безопасно. Он не должен знать, где ты живешь. Ты же не хочешь вмешивать их в это? А ко мне он не посмеет сунуться, - уверенно закончил Алекс.

Нажав на какую-то скрытую панель, он выудил из шкафчика бутылку и одну рюмку. Плеснув немного в бокал напитка, он протянул его мне.

— Выпей, крошка, тебе станет лучше.

Стуча зубами, я трясущимися пальцами все же взяла рюмку. Передернувшись от отвращения, выпила все до дна. Чувствуя, как в груди разливается горячее тепло, обнаружила, что тяжелеют веки.

«Наверно, это последняя капля…» - подумала сквозь застилающий сознание туман.

— Ты такой хороший, - промямлила вслух заплетающимся языком, уже не видя, как вспыхнули глаза Алекса в ответ на мои слова. Уронив голову на грудь мужчины, под размеренный стук его сердца, я провалилась в глубокий отравленный парами крепкого алкоголя сон.


Чувственные губы прошлись по моей открытой шее.Деликатно, почти невесомо, как крылья бабочки, касаясь то тут, то там… Оставляя после себя горящий след... Затем, пропутешествовав ниже, нежно коснулись ключиц. Наконец, обхватили нежно-розовый сосок, мгновенно затвердевший от дерзкого прикосновения влажного языка.

— Ещё… Пожалуйста! – молила я, притягивая к своей груди за светлые  волосы, голову мужчины. — Алекс!

Хаотично гладя широкую мускулистую спину руками, ощущая всю мощь лежащего поверх меня тяжелого мужского тела, была уверена, что сойду с ума от наслаждения.

— Ты этого хочешь? – спросил он своим невозможно сексуальным голосом с хрипотцой, дразняще прикусив мочку моего уха при этом, а затем провел рукой вниз по трепещущему животу к бёдрам, стягивая трусики.

—Даааа, Алекс! – простонала я, приподнимая бедра навстречу его дерзким пальцам скользящим вверх по внутренней стороне моего бедра. С нетерпением предвкушая, как он дотронется до того места, что так отчаянно хочет его ласки…


— Ох! – воскликнула я, проснувшись и сев на кровати, откинула назад слегка влажные волосы,прилипшие к щеке. Зажав рот ладонью, потрясено хохотнула. Господи! Мне приснился эротический сон с участием Алекса! Если расскажу Тее, она ещё год будет смеяться надо мной. Не выдержав, опять захихикала, чувствуя, как мое тело ещё горит от возбуждения. Низ живота до сих пор тянул, а соски весьма болезненно отзывались на прикосновение мягкого материала футболки. С ума сойти! Все было так реально.

Стоп! На мне футболка?! Сделав ещё один удар мое сердце остановилось.

Протянув дрожащую от волнения руку, я включила ночник, стоящий на прикроватной тумбочке.  Мягкого света хватило, чтобы мне понять: я не в своей комнате, я даже не дома. Спальня Алекса и… он сам - собственной персоной - с горящими глазами, похожий на затаившегося зверя. Дерзкий взгляд изучает мое удивлённое и смущенное  лицо.

— Ммм, - протянул он, растягивая губы в наглой усмешке. — Я так понимаю, я был не плох? – приподняв бровь, хрипло засмеялся, наслаждаясь моим смущением.

— Я не понимаю. О чем ты? – залепетала в ответ, натянув покрывало чуть ли не до подбородка. Единственное, чего мне хотелось в этот момент – провалиться сквозь землю.

— Как - о чем? – продолжал играть со мной, словно кот с мышью блондин, лукаво сверкая глазами. — Отвоём «ещё Алекс, пожалуйста» или «не останавливайся, Алекс»,  - передразнил он широко улыбаясь, от того как я застонала закрывая ладонями лицо, как маленький ребёнок.

— Господи, какой позор, – прошептала я, все ещё не отнимая рук от лица, думая о том, что лучше всего, если сейчас в меня попадёт молния и на этом мои мучения закончатся.

Послышалось шуршание покрывала, и я почувствовала, как его тёплые пальцы аккуратно убирают мои ладони от лица. Несмело взглянула на него сквозь ресницы. На короткое мгновение мне показалось, что я тону в океане этих голубых глаз. Тону добровольно.

— Тебя точно послали мне в наказание, – пробормотал он задумчиво, нежно водя пальцем по моей пылающей щеке. — Такое искушение, – глядя на мои губы, выдохнул он. Едва коснувшись их, Алекс отстранился. Быстро поднявшись на ноги, он отошел от кровати, засовывая руки в карманы коричневых спортивных брюк.

Я, как зачарованная, поднесла пальцы к губам, чувствуя,  как на них ещё горит его поцелуй. Словно он оставил свой след, метку… Мужчина повернулся в сторону  двери, и я с волнением посмотрела на его точеный профиль. Невозможно красивый! Лицо, фигура, стать… Разве такие бывают?!

— Завтра рано вставать! – произнёс он, направляясь к двери. — Спи, Катриэль!

Я с ужасом подумала о том, что сейчас останусь одна в темной комнате. Боже, а ведь где-то там Драко, и онищет меня. Возможно, прямо сейчас знает, где я нахожусь.

— Алекс! – мой голос сорвался. Я привстала на колени, все так же прижимая к себе одеяло. - Пожалуйста, не уходи! Эмир… он…

Уловив истеричные нотки в моей интонации, он остановился, слегка нахмурившись.

— Не думай он нем! – резко оборвал меня блондин. Тяжело вздохнув, он вернулся к кровати и присел на ее край. Несколько раз провел ладонями по лицу.

Я услышала, как звякнула пряжка его ремня. Затем онстянул с себя футболку, открывая моему взгляду обнаженную спину, почти полностью покрытую затейливой татуировкой. Рисунок огромных расправленных крыльев был полностью выполнен в черно-белых тонах. Часть перьев занимали плечи и руки Алекса. Линию позвоночника скрывало изображение меча. Ничего более завораживающего я никогда не видела в своей жизни, хотелось протянуть руку и дотронуться до искусно прорисованных  штрихов.

Когда мужчина бросил футболку на пол и освободился от остатков одежды, я поняла, что происходит.

— Что ты делаешь? – возмущенно воскликнула я, с каким-то внутренним трепетом наблюдая за ним.

«Да, что это со мной?!» - тут же принялась ругаться на себя мысленно.

От каждого движения, мышцы на его руках и спине напрягались, помимо воли притягивая мой взгляд.

— Раздеваюсь. Это же очевидно, – слегка ворчливо произнёс он, оставшись в одни чёрных боксерах,обтягивающих его тело, как вторая кожа. Приподняв одеяло, он опустился на кровать, матрац скрипнул, после чего наступила тишина.

Не выдержав, через пару минут я тихо его позвала.

— Алекс?

—Спи, Катриэль! Ты завтра сама пожалеешь, что не спала, когда надо будет рано вставать, - строгим голосом произнёс Алекс.

Прикусив губу, я сощурила глаза, вглядывалась в темноту, пытаясь рассмотреть силуэт парня. Он лежал на спине, закинув одну руку себе на глаза, другая рука спокойно лежала поверх покрывала. Его грудная клетка медленно опускалась и поднималась. Казалось, он полностью расслаблен и уже где-то на полпути к Морфею. Поэтому я чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда он перекатился на бок и властно притянул меня к себе спиной. Не громко взвизгнув,напрягаясь всем телом, но он с легкостью преодолел мое сопротивление и обхватил меня крепкой рукой за талию. На мою макушку опустился его твёрдый подбородок.

— Хватит крутиться, - грозно шикнул он, усиливая объятие. Мои ягодицы настолько тесно прижались к его бедрам, что я почувствовала, как что-то твердое уперлось мне в поясницу.

Глава 4

— Спи, иначе я пожалею о том, что пошёл тебе на встречу, оставшись здесь, и найду занятие поинтереснее, чем с тобой бороться полночи!

Я тут же притихла, не желая будить в нем зверя или Беса, как его все называют.

— Ладно спрашивай, что ты там хотела?- смилостивился Алекс.

— Что у тебя за тату?– осмелилась я задать вопрос, который волновал меня с того момента, как только он стянул футболку.

— Это не тату милая, а наколка, - ответил он спустя какое-то время.

Мое любопытство, конечно, такой ответ не удовлетворил.

— А в чем отличие тату от наколки?

— Вот у Шамана тату, а у таких, как я – наколка, – услышав мое недовольное сопение, он продолжил. — Этоистория не для маленьких домашних девочек, - произнёс он куда-то мне в шею, опалив горячим дыханием тонкую кожу, отчего у меня побежали мурашки. — Я год отсидел в Эфиопской тюрьме.

Я потрясено замерла, обдумывая его ответ.

— Ну что, уже не кажусь тебе рыцарем на белом коне? А, Катриэль ? – не смотря на шутливую манеру ведения разговора, я уловила нотки горечи в его голосе.

— Как я могу тебя осуждать, если сама сидевшая? – пожала я плечами.

— Преступление преступлению - рознь! – хмыкнул он в ответ.

— Что может быть хуже убийства?- удивлённо спросила я.

— Катриэль, не сравнивай, ты ни в чем не виновата.Ты защищалась от насильника. Он отморозок и на этом точка, - крепко сжав мою талию, сказал Алекс.

Я почувствовала, как у меня в глазах защипало от слез, губы предательски задрожали. Чтобы не всхлипнуть, я прикусила нижнюю, надеясь отрезвить себя болью.Никто за все это время не сказал мне этих слов, в которых я так нуждалась. Никто, кроме Алекса. Да, меня поддерживали, помогали, предоставив кров, скрывали от правосудия, но никто ни разу не сказал, что верит мне и что я не виновата в том, что произошло с Бен Ходжем.

— Спасибо, - еле слышно прошептала я. Затем,произнесла то, что сильно волновало, буквально разрываяна части душу. — Эмир меня ненавидит, никогда не простит!

— Он глупый мальчишка, не видящий дальше своего носа, – раздраженно сказал Алекс.

— Он не плохой, – сморгнув слезу, попыталась я оправдать своего врага. — Он единственный с уважением отнёсся ко мне в этой дикой стране, когда я приехала из Румынии.

Алекс дёрнулся от моих слов, затем с металлическими нотками в голосе проговорил:

— Катриэль, давай договоримся, в моей постели мы никогда  не обсуждаем других мужчин. В принципе,много не говорим, – добавил он, и я с удовлетворением отметила, что его голос вновь стал насмешливым, утратив жесткость.

Согласно кивнув, я расслабилась в его надежных объятиях, чувствуя себя так, как будто после долгого пути оказалась, наконец-то, дома. С наслаждением вдохнувзапах мяты и цитрусов, подумала о том, что можно быстро привыкнуть к такому - когда ты не одна, когда есть кому о тебе позаботиться, подставив в трудную минуту спину. Особенно, если спина эта с татуировкой крыльев падшего ангела.



Проснувшись утром, обнаружила, что  одна лежу на огромной кровати в позе морской звезды. Постель со стороны Алекса была слегка примята. Я улыбнулась,вспоминая о том, как он всю ночь обнимал меня, невыпуская из рук. В этот раз мой беспокойный сон позволил обнаружить нас переплетенными в тесных объятиях всякий раз, как я просыпалась среди ночи. То моя голова покоилась на его плече, то нога была закинута поверх его бёдер, а сколько раз я убирала его руку, по-хозяйски обхватившую мою грудь через футболку,вообще было не сосчитать!

Быстро умывшись, я направилась к шкафу. Порывшись в вещах Алекса в поисках чего-то, что могла накинуть на себя после душа, к своему изумлению обнаружила среди его рубашек и галстуков женское платье. Потянув за вешалку, признала в нем одно из тех, что я заказала ещё в первый день с Долорес. Должно быть, в прошлый раз я была так расстроена, что забыла его забрать с остальными вещами. Вздохнув с облегчением, поймала себя на том, что несказанно рада факту того, что платье принадлежало мне, а не той размалеванной блондинке, например. Но вот почему Алекс так и оставил его в своём шкафу? Ведь он не мог его не заметить за четыре месяца прошедших с того дня, как я переехала в дом семьи Конти.

Одевшись, радостно повернулась вокруг себя. Легкая юбка покроя «солнце» взметнулась вверх и в стороны, опадая жемчужно-серыми волнами к моим коленям.Образ получился лёгкий и воздушный, в отличие от моего настроения. Радость от проведенной в объятиях Алекса ночи омрачали воспоминания о стальном блеске серых глаз Драко. Заплетя французскую косу и, перекинув ее себе на левое плечо, увидела, как на кровати несколько раз загорелся и погас экран смартфона. Быстро пробежавглазами по пропущенным вызовам от Теи, увидела смс от Алекса, что горело синим конвертиком, приглашая открыть его и прочитать.

Алекс желал мне доброго утра и просил обязательно позавтракать, не дожидаясь его. Заканчивалось сообщение вопросом о том, как мне спалось. После знака вопроса стоял подмигивающий невероятно хитрющий смайлик.

Губы помимо воли сами растянулись в широкой улыбке. Подняв голову от экрана телефона, я случайноувидела своё отражение в зеркале. Лицо сияло, глаза горели, а щеки покрылись легким персиковым румянцем.Кажется я…Быстро набрав номер Теи, прислушалась к длинным гудкам.

— Катриэль, – сразу услышала из динамика тихий голос Теи. — Сейчас я выйду на балкон. Подожди минуточку, - послышался легкий шорох, затем скрипнула дверь. — Как ты?! Боже что произошло в клубе? Мне сказали, что ты видела того человека - Драко, который угрожает тебе?! 

Я поднесла поближе телефон к уху, нервно теребя свой локон.

— Да, Тея! Я так испугалась, почти уверена на сто процентов, что это был он. Давай, не будем больше об этом, хорошо? Алекс сказал, что все утрясет, — сказала я, больше стараясь успокоить саму себя, чем подругу.

— Да, конечно! – Тея снова понизила голос, произнося следующую фразу. — Катриэль, ты не представляешь. Я в клубе встретила такого парня… Закачаешься! Он такой красивый, солидный, правда, взрослый – видно, что не студент, - я заулыбалась, слушая быстрое восхищённое  щебетание своей подруги. — У него тааакой милый акцент! – девушка вздохнула в трубку, замолчав на секунду, наверняка, вспомнив своего нового знакомого.— Ой, все отключаюсь, слышу мамин голос! Я же под домашним арестом. До связи!


Чуть позже, завтракая на веранде с чудесным видом на лес, я вздрогнула от сильного шума, доносящегося от куда-то с первого этажа. Затем послышался топот ног по лестнице. Не постучав, распахнув дверь,  забежала запыхавшееся Долорес.

— Сеньор Сандро приехал. Сказал, чтобы вы не выходили из комнаты, – сразу же сказала женщина,обращаясь ко мне с широко распахнутыми глазами. Ее грудь нервно вздымалась, выдавая крайнюю степень взволнованности.

Я тут же вскочила на ноги, от чего выпавшая ложечка из моих рук звякнула о тарелку.

— Что случилось, Долорес? – чувствуя нарастающее беспокойство спросила я, не отводя взгляда от приоткрытой двери.

Заметив мой взгляд, женщина покачала головой,быстро заговорив.

— Нет-нет, сеньорита Катриэль! Вам туда нельзя. Хозяин ясно сказал мне, что ни при каких обстоятельствах не пускать вас вниз!

Моя интуиция кричала оставаться здесь, в безопасности, а глупое сердце стучало, как отбойный молоток и  заставляло нестись со всех ног вон из комнаты. Проскочив мимо женщины, я распахнула дверь и бросилась вниз по лестнице,

Глава 5


Меня  не остановили даже злые голоса мужчин доносившиеся снизу. Первое, что я услышала, остановившись на предпоследней ступеньке - это голос Алекса. В это время он как раз слегка сместился в сторону, и я увидела, что напротив него стоит Драко. Алекс был настолько взбешён, что вены на его шее вздулись. Лицо потемнело от ярости, глаза метали молнии. Он сжимал и разжимал кулаки.

Драко же, наоборот, казался совершенно спокойным. Он держался очень прямо, но его выдавало то, как он перебирал чётки своими длинными, аристократическими пальцами.

— Что б тебя! Держись от неё подальше, – Алекс сделал угрожающе шаг вперёд, надвигаясь на Драко, который не отводил серых грозовых глаз. Он даже не шелохнулся под  давлением удушающей тяжёлой энергетики Беса.

Теперь я поняла почему его так называют, раньше  я видела лишь Алекса, теперь он предстал передо мной совсем в другом свете. Дикий и необузданный взгляд,казалось, прожигал и рвал на части Эмира Бен Ходжа. Я была уверена, если бы кто-то другой сейчас стоял перед блондином, он бы попусту не выдержал такого пресса со стороны Беса. Но Драко следовало отдать должное, он прямо отвечал на взгляд разъярённого мужчины.

— Ты пришёл в мой дом и ещё что-то требуешь от меня?! – казалось, от каждого своего последующего слова Алекс все больше заводился. — Я тебе последний раз повторяю, мне насрать, что там решила ваша албанская полиция! Мне никто не указ, понял! Она моя! Так что, вали, иначе клянусь Богом, тебя вынесут отсюда вперед ногами, — последние слова уже были похожи на рычание.

— Она убила моего отца. Пойми,  виновный должен понести наказание. Это мой долг  перед моими людьми. И я этого добьюсь, – вкрадчивый голос Эмира делал его слова ещё более страшными.

Я зажмурилась, сжав рукой гладкие перила.

— Твой отец – мразь, недостойная ходить по этой земле, – выплюнул Бес в лицо Драко.

В глазах Эмира, наконец, зажглась злость. Лицо дрогнуло, выпуская на волю  тщательно спрятанные эмоции.

— Мразь, которая душила ни в чем не повинную девочку. Он получил по заслугам, – оскалился Бес. — Я сам суд и сам судья! Смирись, ты никогда не получишь Катриэль.

Не знаю чем я себя выдала, казалось Алекс меня почувствовал, он резко повернулся в мою сторону. При виде меня, его лицо разгладилось, утратив прежнюю холодность и жесткость. Теперь лишь крепко сжатые челюсти выдавали то, насколько сильно он напряжен и… опасен.

— Катриэль, я сказал, чтобы ты не спускалась! Что из этих слов тебе не понятно?!

Драко мне кивнул, даже слегка поклонился. Я едва сдержала истеричный смешок. Вот такой он - Эмир Бен Ходж. Пришёл, чтобы казнить, но при этом приветствует, как королеву.

— Катриэль, я предлагаю тебе покинуть этот дом вместе  со мной. От себя обещаю, что я обязуюсь проследить за тем, как будет идти следствие, вся последовательность  той ночи будет восстановлена и только, тогда будет вынесен вердикт!

— Чушь! - заорал Алекс. - Ты держишь меня за идиота?! Если бы я верил каждому … то я бы не дожил до своих двадцати шести лет, – злобно хмыкнув, закончил он. — Тут нечего выяснять. Главный злодей откинул копыта - вот и сказочке конец.

Драко недовольно поджал губы, явно не понимая, как вести себя с Алексом, с его непреклонностью и прямолинейностью.

— Если ты продолжишь соваться, куда не следует, я тебя похороню! Она моя, а своё я ценю и  берегу, запомни это Драко, если не хочешь кровавой бойни.

— Девушка тебе не родственница, не…

— Она моя невеста! – голубые глаза, словно кинжалы вонзились холодным взглядом в собеседника. — А теперь, подумай, прежде чем что-то предпринимать против моей будущей жены.

Полная тишина, которая наступила после слов Алекса,была в прямом смысле осязаема. Драко выглядел ничуть не менее потрясённым, чем я. Его пальцы замерли на чётках, затем с поразительной скоростью заскользили вновь по чёрным бусинам. Из кармана пиджака раздался звуковой сигнал. Извинившись, он как ни в чем не бывало достал телефон, как будто это не его грозятся разорвать на части, как будто не он пришёл за тем, чтобы лишить жизни девушку.

— Слушаю, – бросив на меня странный взгляд, он отвёл глаза. - Где это? Достаньте мне пропуск, - вежливо  улыбнувшись, будто он только  что побывал в гостях у дорогих ему друзей, он наклонил голову чуть в бок со словами: — Мне пора. Пожалуй, придется отложить наш разговор на неопределённое время.

— Ублюдок! – прогремел Алекс, сводя брови вместе, наблюдая, как Драко направляется к выходу. – Как хочется стереть эту вежливую улыбочку с его холеной рожи! Ты в порядке? – взглянул он на меня.

Кивнув, я сделала шаг к нему, затем - второй и нерешительно остановилась, но оставалась на месте ровно до того момента, пока он не раскинул  в стороны руки. Лишь тогда, всхлипнув, бросилась в его объятия. Гладя  меня по макушке, он наклонился, целуя мое лицо,лоб, глаза, щеки. Его поцелуи были совсем не направлены на то чтобы возбуждать, они успокаивали, давали понять, что он рядом.

— Не плачь, крошка! Ты слышала, что я сказал? Он тебя больше не тронет. Ты мне веришь? - я отчаянно закивала так, что заболела шея. — А теперь, будь хорошей девочкой, иди в машину. Я захвачу с собой кое-что и сразу к тебе.

Запрокинув  голову, я посмотрела в его лицо, не замечая, что нежно глажу его руку обхватившую  мою поясницу.

— Куда мы едем, Алекс?

Не сводя с меня взгляда, он достал телефон из заднего кармана.

— Саид, машина на месте? Поедем в аэропорт, пусть подготовят документы. Мы летим в Норвегию, на мою Родину.

— Мы полетим на самолёте? – я замерла, раскрыв рот.

— Есть проблемы? – спросил он.

Я пожала плечами, заламывая руки.

— Во-первых, у меня нет документов, во-вторых, я боюсь! Боже, Алекс, я никогда не летала.

— Ты и вправду необыкновенная девушка, - заулыбался он мне в ответ, - в гробу путешествовала, а вот на самолёте никогда не летала.

Я слегка ударила его в плечо, сделав недовольное выражение лица, но, не выдержав, растянула губы в дрожащей улыбке, с трудом сдерживая смех.

— Первое уже решено! Второе … я рядом, поэтому тебе нечего бояться. Я разрешил все твои сомнения? - недожидаясь ответа, он подтолкнул меня к выходу. — Мне нужно  переодеться, я быстро. Саид ждёт тебя в машине.

— Алекс? – я все же решилась задать этот вопрос. - Что… что ты имел в виду, когда назвал меня своей невестой?

— Давай, обсудим это в самолёте? – предложил он, проводя рукой по волосам. Я давно заметила, что он делал так, когда был взволнован или нервничал.

Повернувшись ко мне спиной, Алекс и быстро взбежал по лестнице, скрываясь в глубине особняка.

Глава 6

Из восточной части города добираться  до аэропорта Перетола было всего ничего - около двенадцати километров, поэтому через пятнадцать минут мы уже были на месте. Вопреки моим ожиданиям, аэровокзал оказался довольно не большим. Внутри здания висело большое электронное табло, на котором для граждан была предоставлена информация международных рейсов.

Я с интересом осмотрелась по сторонам: кафе, магазины, банкоматы, Duty Free. Затем, Алекс подвёл меня к единственному терминалу аэропорта, где обслуживались все пассажиры.

— Где она, черт возьми?! – ругался он, рассматривая внимательным взглядом толпу. – Я ее убью, еслиопоздает.

— Чао, Алекс! – послышался голос с придыханием.

Я с неприязнью посмотрела на подошедшую к нам Фрею, облаченную в короткую кожаную юбку и ярко зелёный топ, зажимающую под мышкой маленькую сумочку напоминающую конверт.

— Принесла? – грубовато спросил Алекс, показывая девушке, что он не настроен поддерживать ее игру.

— Конечно, ты же меня знаешь, – томно улыбнувшись, ответила она. Мазнув по мне уничтожающим взглядом, поинтересовалась. — Так это для неё? – приподняла одну из тонких бровей. Открыв клатч, Фрея протянула Алексу какие-то документы, дернув головой. Из-за этого ее длинные обесцвеченные волосы , стянутые в высокий конский хвост, упали на плечо девушки.

— Не твоё дело, – буркнул Алекс, быстро выхватываяиз ее рук паспорт. Он открыл его на первой странице и придирчивым взглядом прошёлся по документу. — Очень не плохо, – одобрил, закрывая документ.

Глаза Фреи вспыхнули от этой незначительной похвалы. Протянув руку, отчего звякнули подвески на ее браслете из марокканского жёлтого стекла, она дотронулась до его груди и, проведя пальцами вверх, слегка потеребила верхнюю пуговицу возле воротника.

— Ты же знаешь, я всегда все делаю хорошо. Выкладываюсь полностью, без остатка, — блондин аккуратно, но настойчиво убрал ее руку от себя и обратился ко мне:

— Катриэль, стой здесь! Сейчас я куплю билеты. Саид! – уже обратился он к стоящему чуть в стороне водителю, указывая на меня глазами. Без слов было понятно, что он приказал меня охранять. — А ты, можешь быть свободна! – даже не попрощавшись с Фреей, он развернулся и направился к кассе.

Блондинка дёрнулась от его слов, как от пощёчины. На какое-то непродолжительное мгновение, мне даже стало жаль девушку. На ее лице проскользнули эмоции,заставляющие почувствовать к ней сочувствие. Пряча за искусственной улыбкой обиду и горечь, она захлопнулаклатч и обратилась ко мне:

— Ну что ж, поздравляю!

— О чем ты? - спросила я, не понимая подтекста ее слов.

— Ну как же? Получила такого мужчину! Он даже дал тебе свою фамилию! - хмыкнула Фрея, в ее глазах заблестели злые слёзы. - Появилась вся такая несчастная,строишь из себя неженку и все должны броситься тебе на помощь? Ты не знаешь, через что мы вместе с ним прошли! Я его с детства знаю, мы вместе по интернатам мотались. Не понимаю, что он в тебе нашёл?! - на ее лбу проступила вена. Оглядев меня изучающим взглядом, она продолжила: – Должно быть, ты невероятна в постели! – сделала вывод блондинка.

Я закашлялась от столь неприличного замечания.

— Ты ошибаешься, между мной и Алексом никогда ничего не было! Если бы он хотел, то давно бы вывел ваши отношения на другой уровень.

Должно быть, мои слова вывели ее из себя окончательно, потому что Фрея развернулась и отправилась вон какой-то деревянной походкой, без привычного покачивания бёдер. От созерцания высоких каблуков Фреи, меня отвлек голос Алекса, который позвал меня подойти.

Поднявшись на второй этаж, мы оказались в зоне паспортного контроля. Я слегка нервничала, ведь я сама даже ни разу не видела свой паспорт, не говоря уже о том,что я никогда не летала! Каково это - оторваться от земли? Фрея сказала, что Алекс дал мне свою фамилию, значит, в паспорте я записана, как «Катриэль Ольсен». А что? Звучит!

Алекс, поддерживая меня за локоть, подвёл к красной полосе. Меня смутил пристальный взгляд сотрудника пограничной службы, но затем я успокоилась, как только поняла, что пограничник просто сравнивает мое лицо со снимком в паспорте. Затем сотрудник отдал мне в руки паспорт со словами «Проходите, сеньора Норт». Я вздрогнула, услышав совершенно другую фамилию, и с недоумением обернулась к Алексу, который находился в шаге у меня за спиной. Сотрудник быстро проверил его документы и, не задавая лишних вопросов, пропустил нас вперёд. Мои пальцы вновь оказались в плену горячей ладони Алекса. В который раз я поразилась, какой он всегда горячий, как будто его кровь  кипит. Интересно,ему когда-нибудь бывает холодно?

Я с интересом посмотрела на свой вложенный в паспорт билет, на указанную в нем букву «J» и подумала, что она могла бы значить. В самолете вежливая стюардесса проводила нас в носовую часть самолета, где располагался бизнес-класс. Усадив нас на места, она удалилась, не забыв пожелать нам приятного полёта.

Алекс мне показал, что конфигурация кресла позволяет установить его в лежачее положение, и я с восторгом узнала, что в нем есть даже функция массажа. Устроившись поудобнее, я смотрела в иллюминатор, периодически украдкой поглядывая на Алекса, который сидел, уткнувшись в свой лептоп. Перед полетом он переоделся. Строгий серый пиджак и джинсы, голубаярубашка и тонкий стильный галстук. Цвет рубашки очень удачно подчёркивал яркость глаз мужчины. Каждый раз,бросая на него взгляд, я поражалась его идеальным чертам лицам, мужественному очертанию подбородка, точеным скулам. Он был ничем не хуже тех парней, что мне показывала Тея в своих многочисленных женских журналах.

И как там Тея? Вспомнив о подруге, я непроизвольно начала ёрзать в кресле. Должно быть, ей сильно досталось.

«Приношу всем одни неприятности», - с горечью подумала, наблюдая, как пальцы Алекса быстро бегают по клавиатуре лэптопа.

— Устала? – спросил он, не отрывая взгляда от монитора.

— Не очень. Сколько нам ещё лететь? - поинтересовалась я, старясь отвечать бодрым голосом.

— Около трёх с половиной часов. Может, хочешь поесть? — заботливым поинтересовался он.

На мой утвердительный кивок словно из ниоткудаматериализовалась стюардесса. Прочитав ее имя на бейдже, Алекс улыбнулся одной из самых обворожительных улыбок, какую я видела когда-либо.

— Стейси, будьте так добры, принесите нам меню.

— Да, конечно, сеньор Норт, - казалось, девушка вот-вот растечется лужицей у его ног. Бортпроводница бросилась выполнять задание с таким рвением, будто перед ней сам президент.

Фыркнув от негодования и какого-то неприятного чувства, от которого противно начало ныть в груди, я отвернулась к иллюминатору. Скинув с ног туфли, резко подтянула босые ноги на кресло, преувеличеновнимательно стала смотреть на музыкальный видеороликперед собой. Услышав странный  негромкий звук позади себя, повернулась посмотреть на Алекса, который еле сдерживая улыбку лукаво сверкал глазами.

Все ещё не отошедшая от его явного флирта со стюардессой, я грубо сказала ему:

— Что ты смеёшься? Разве у тебя уже закончились дела с этой штукой? – насупившись,  кивнула на его компьютер.

Сверкая белоснежной улыбкой, он протянул руку и провёл по моей щеке, едва касаясь пальцами.

Все ещё злая я отпрянула от его руки, показывая всем своим видом, что мне не нравятся его прикосновения.

— Маленькая злюка, – подозрительно довольно сказал Алекс, чуть наклонившись вперёд и, глядя мне прямо в глаза он добавил. – Мне нравится, когда ты ревнуешь. Ты становишься ещё более милой, щёчки пылают, губки надутые…

— Прекрати! - шикнула я недовольно, услышав в ответ лишь негромкий смешок.

Мы притихли, когда подошедшая стюардесса, вручила нам меню.

Пообедав в тишине, я откинулась на спинку кресла.

Алекс включил мультимедийное устройство и спросил, чтобы я хотела посмотреть, затем включил негромко музыкальный канал, где крутили последние музыкальные новинки.

Незаметно для себя я задремала и проснулась лишь, тогда, когда моего лба коснулись в еле ощутимом поцелуегубы. Я приоткрыла глаза и увидела перед собойсклонившегося Алекса. Он тут же выпрямился со словами:

— Скоро садимся. Пристегнись, Катриэль.

Убирая с себя уютный тёплый плед, которым меня укрыл во сне мужчина, я потянулась к ремнямбезопасности,  что бы застегнуть их.

Посадка прошла мягко, самолёт плавно заскользил по специальной разметке, остановившись через пару минут.

Осло встретил нас прохладой и морозной свежестью. Я с благодарностью подумала о том, что Алекс все учёл и перед тем, как покинуть самолёт, передал мне сумку с вещами, где я обнаружила своего размера джинсы, тёплый джемпер и даже куртку с тёплыми сапожками. И сейчас, направляясь из здания аэропорта в обновках, я с воодушевлением  наблюдала за тем, как небольшие снежинки, кружась в затейливом танце, падают вниз на землю. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что никто на меня не обращает внимания, быстро высунула язык и поймала парочку снежинок, посмеиваясь про себя своему ребячеству. Но стоило мне обернуться на Алекса, укладывающего чемодан в багажное отделение такси, как я заметила легкую усмешку на его губах. Должно быть,он заметил мои манипуляции со снежинками. От этого человека вообще возможно что-то скрыть?! Данный факт слегка возмутил меня, поскольку создавалось впечатление, что я под постоянным надзором.

Усевшись на заднее сиденье машины, я взглянула в окно. Алекс что-то бурно обсуждал с водителем. Он стоял спиной ко мне, из-за чего открывался прекрасный вид наподжарый зад парня, обтянутый джинсами.

«Боже, я становлюсь извращенкой!» – я сглотнуласлюну, и прикрыла глаза. Это мало помогло. Избавиться от увиденного не получилось! Хлопнувшая дверь машины вывела меня из ступора.

— Ну, все! Каких-то полчаса и мы на месте, — подозрительно довольный Алекс откинулся на сидение и протянул руку за моей спиной, вытянувшись струной, я в напряжении уставилась в лобовое стекло.

— И как вид? – неожиданно спросил он.

Я повернулась в его сторону. Вальяжно развалившись, он мило улыбался, с интерном рассматривая мои сразу же зардевшиеся щеки.

— Холодно, а так красиво! И столько снега… – ответила я, с неохотой переводя взгляд в окно, чтобы рассмотреть пейзаж.

Его улыбка стала ещё шире, напоминая мне Чеширского кота из мультика про «Алису в стране чудес».

— Ты смотрела не на это, - заявил он, от чего на его щеках обозначились ямочки, делая его вид совершено плутовским.

Да что б тебя!!!

Глава 7


Практически прижавшись носом к стеклу, я смотрела на расположенные вдоль дороги домики. Серпантин ровной лентой уходил вверх – по горному перевалу. Здесь все так отличалось от архитектуры Флоренции, где каждое здание было шедевром. Но именно эти домишки покорили мое сердце своей простотой и внешним уютом. Они прекрасно вписывались в заснеженный пейзаж.

Посчитав меня любопытной туристкой, таксист с удовольствием начал рассказывать одостопримечательностях Осло. Он даже посоветовал парочку мест, которые по его мнению, стоили того, чтобы обязательно их посетить. Я с интересом слушала его рассказ о том, что крыши в Норвегии местный народ обязательно покрывает травяной кровлей, благодаря чемутепло в доме сохраняется на порядок выше, а так же выдерживает различной силы штормы, без которых не обходится ни одна осень в Осло. Заливаясь смехом, я слушала о том, как изобретательные норвежцы не косят траву, а подсаживают живую козу прямиком на крышусвоего дома. Этот факт рассмешил даже Алекса, не говоря уже обо мне.

Проехав ещё немного, мы остановились прямонапротив дома с крышей полностью занесённой снегом. Собственно только эта крыша и виднелась из-за добротного высокого забора.

— Алекс, какой чудесный дом! – закричала я, взбегая по невысокой лестнице на крыльцо и повернувшись,стала с нетерпением ждать, пока он тоже подойдет ближе. Мой спутник нес чемоданы, поэтому ему пришлось чуть сложнее, чем мне.

Глава 8


Поднявшись, он достал связку ключей из заднего кармана джинс и, повернув пару раз в замочной скважине, подтолкнул дверь плечом, распахивая ее передо мной.

Я вошла, как кошка, которую пускают первой в новое жилище. Не смело, но с любопытством и оглянулась вокруг, завороженно разглядывая внутренне убранство  дома. Стены гостиной были обшиты деревянными панелями. Полы тоже были из деревянных досок, на которых лежал тёплый толстый ковёр в скандинавском стиле. Все было выполнено только из натуральных материалов: дерево, камень, тёплые шкуры животных. Большие окна, минимальное количество мебели: диван да пару кресел, оббитых светло-бежевым плюшем. Но что меня заворожило так - это огромный камин, прилегающий к стене. Я с благоговением подумала о том,как, наверное, чудесно разжечь и сидеть перед ним долгими зимними вечерами, потягивая тёплый глинтвейн.

Справа я увидела деревянную лестницу, ведущую на второй этаж.

— Она сделана из лиственницы привезённой прямиком из Сибири. После пожара пришлось все полностью восстанавливать, - я вздрогнула от голоса прозвучавшего совсем рядом, повернулась и уткнулась носом в широкую грудь Алекса. Он подкрался так незаметно. Впрочем, как и всегда.

— А что на втором этаже? – полюбопытствовала я.

Мужчина подошёл к камину, укладывая дрова, вначале толстые, а затем те, что потоньше, перпендикулярно им.

— Спальня, из неё есть выход на террасу. Тебе понравится. С неё открывается красивый вид на озеро, – ответил он. Поднявшись на ноги, Алес махнул рукой в сторону приоткрытой двери из коричневого шпона. — Там кухня, в холодильнике есть продукты, я заказал заранее. Наверху  ванная, в общем, располагайся. Я пока схожу проверю дымоход.

Как только Алекс вышел из дома, я бросила вверх по лестнице, от которой ещё пахло свежим деревом. Забегая в спальню,  я увидела небольшую кровать с кучей подушек, застеленную мягким вязаным пледом. Возле неё была  тумбочка, на которой стояла лампа с абажуром. Я сразу же направилась в ванную комнату.

Позже, как только закончила с водными процедурами, я вернулась в комнату, обернутая в пушистое махровое полотенце. Возле кровати уже стоял большой чемодан с вещами. Порывшись в нем, я нашла парочку джинсов,утеплённые леггенсы и несколько футболок. Алекс предусмотрел и это – он всегда думал на несколько шагов вперед. Одевшись, обнаружила, что мне очень удобно и комфортно, не смотря на то, что леггенсы очень уж сильно облегали мои ноги и ягодицы.

Через пару минут, спустившись вниз и не найдя Алекса, выглянула в окно. Он как раз выходил из небольшой постройки, прилегающей к дому, и нёс сразу две связки поленьев, скрепленных веревкой. Как же  он органично смотрится здесь! Вот где его место – в этом доме, на краю света, наедине с суровой северной природой и…рядом со мной.

Позже, когда я приготовила ужин, а мы обустроилисьв доме и теперь сидели перед горящим камином, в котором уютно потрескивали дрова, Алекс решил нарушить безмятежную тишину:

— Где ты так научилась готовить? – спросил парень, с  неподдельным удивлением глядя на меня, с удовольствием доедая рыбный пирог приготовленный мной.

— Мама научила, – просто ответила я, сразу ощущаягрусть, пронзившую все мое существо.

Алекс нахмурился, замечая мое моментально изменившееся настроение.

— Это она отдала тебя за Берех Бен Ходжа? - спросил он аккуратно, наблюдая за сменой эмоций на моем лице.

— Нет! – с жаром воскликнула я, затем, уже более спокойно продолжила: – Это дядя Антон, он договорился после ее смерти о моей помолвке.

— От чего умерла твоя мать? – спросил Алекс, сведя брови у переносицы, в  напряжении ожидая моего ответа.

— У мамы было больное сердце, - еле сдерживая слезы, я глубоко вздохнула, боясь разрыдаться. - С лекарствами  дядя Антон помогал, но наш местный сельский врач сказал, требуется дорогостоящая операция. Денег не было, - я сглотнула тягучую горькую слюну, сжимая пальцы так, что побелели костяшки.

Я услышала, как Алекс негромко выругался. Вскидывая голову, я заметила его сочувствующий взгляд.

— Потом появился бен Ходж, - продолжила я после недолгого молчания, - стал заходить к нам с гости, намекать, что может помочь маме с операцией, но она все отказывалась. Наверное, она понимала, что он обязательно потребует что-то взамен.

— А твой отец? – вопрос Алекса долетел, как в тумане.

— Я его не знала, он бросил маму, как только она забеременела. Никогда его не видела, - я опустила ресницы и пожала плечами, уже не пытаясь скрыть горечь в своем голосе. Раз у нас сегодня вечер откровений, я решила, что честно будет и мне узнать, что-то о своём защитнике, поэтому осторожно проговорила: — Можно у тебя спросить?

— Спрашивай.

— Ты сказал, что здесь был пожар. Кому принадлежал этот  дом, Алекс?

По тому, как парень напрягся в ответ на, казалось бы, простой вопрос, я поняла, что затронула глубоко личную тему. Тем временем, Алекс сделал глоток из кружки  и, переведя взгляд с огня в камине на меня, ответил:

— Этот дом принадлежал моим дедушке с бабушкой.

— Они погибли? – предположила тихим шепотом, уже зная, что ответит мой собеседник. Однако, он отрицательно качнул головой, что вызвало у меня вдох облегчения. Впрочем, ровно до того момента, как он продолжил.

— Их убили. Пожар скрыл следы.

— Но кому это нужно было Алекс?! Кто мог такое сделать? – я вздрогнула, прикусывая нижнюю губу.

Алекс криво усмехнулся, окончательно довершая образ жесткого викинга, который уже не первый раз приходил мне на ум. В его голубых глазах отразилось пламя  огня от камина.

— Нолан Дан - отец моего друга Андре Конти.

Я не могла поверить в услышанное! Отец его лучшего друга виновен в гибели родных Алекса. Но как же Виктор? Разве не он отец Андре?

— Не понимаю, ведь отец Андре - Виктор! – высказала вслух свои размышления.

Алекс, привстав, перевернул парочку поленьев, от чего огонь вспыхнул с новой силой, обдавая нас теплом.

— Виктор воспитал Андре, как своего сына. Он женился на Алисии, когда она была в положении. А вотего биологическим отцом является Нолан. Ублюдок уже давно лежит под землей…

— А как же твои родители? Почему ты оказался в детском доме? Почему тебя воспитывали дедушка с бабушкой? – закидала я его вопросами, чувствуя при этом, что ступаю по тонкому льду.

Но, вопреки моим ожиданиям, парень вовсе не разозлился. Алекс тяжело вздохнул и опустил глаза.Некоторое время он молча смотрел на замысловатый рисунок ковра под ногами, как будто раздумывая продолжить ли разговор или закончить его на этом.

— Значит, хочешь, чтобы я излил тебе душу? –прищурившись, спросил он. — А вдруг пожалеешь? Правда не всегда бывает такой, какой мы ее хотим видетьи слышать.

— Я приму все, чтобы ты не рассказал, - уверенно ответила, не отводя взгляда от его настороженных глаз, желая доказать, искренность своих слов.

То, как Алекс посмотрел на меня – мрачно… Я вдруг осознала, что мне предстоит услышать страшную историю его семьи. Вставая лицом к камину, так что я видела его профиль, на котором играли блики огня, он начал свой рассказ:

— Мои дедушка с бабушкой были уважаемые люди, имели вес в городе. Дед, Олаф Норд, владел в Осло верфью. Однажды в город приехал человек, ирландец по происхождению, бизнесмен с большими деньгами и связями - никто иной, как глава приступной группировки - Нолан Дан. Он ничего не чурался: наркотики, живой товар, сутенерство, продажные копы - все были под его колпаком. Верфь моего деда имела очень выгодное расположение, как посчитал Нолан. Идеальное место для того, чтобы загружать корабли героином, коксом и прочей химией. Проблемы появились, когда чужак услышал твердое «нет» в ответ на все, чтобы не предлагал моему деду Нолан.

- Что… - тихо проговорила я, когда Алекс замолчал, погрузившись в воспоминания. – Что было потом?

- Тогда он решил зайти с другой стороны - через родителей. Господин Дан завербовал моего отца, пообещав ему праздную жизнь. Переступив через муки совести, отец согласился, не устоял перед искушением жить дорого и богато. Нолан узнал тайну, ревностно оберегаемую моей семьей. Узнал то, что могло растоптать родителей, если выплывет наружу. Огласка утащила бы за  собой всех, кто был в курсе их преступной страсти, что шла вразрез с природой.

Я замерла, пытаясь понять, что именно хотел донести до меня Алекс. Всегда резкий и порывистый, он обернулся ко мне, внимательно взглянув в мои огромные глаза.

Глава 9

— Помимо деловой хватки, Нолан Дан обладал еще одним талантом, - горько усмехнулся хозяин особняка. – Он, как никто другой, умел перевернуть правду, извратить ее, чтобы преподнести именно в том свете, который был выгоден ему одному.

- Что он узнал? – я не слышала того, как сорвался от волнения мой голос.

- Мои родители были сводными братом и сестрой, Катриэль. Такой союз в нашей стране – это не приемлемо, преступление против нравственности…

Хоть меня и потрясло услышанное, я упрямо вздернула подбородок, побуждая мужчину продолжить свой не легкий рассказ.

— Как ты понимаешь, Нолан воспользоваться возможностью шантажа, с целью получения своей выгоды. В то время никто уже не знал о родстве моих родителей, так как отец поменял фамилию Норд на Ольсен и они с матерью переехал из глубинки в город, поэтому никто особо не уделяли внимания их схожести. Как известно, почти все датчане голубоглазые и светловолосые. Нолан пригрозил, что обнародует то, что у моих родителей общие отец или мать и моему деду ничего не оставалось, как пойти ему на уступки - так моя семья погрязла в грязных делах Клана «Чёрные чемпионы». Тщеславная тварь - Нолан Дан, дал ей название в честь себя. Нолан – чемпион, а Дан переводится, как чёрный. Каждый раз он бахвалился, что его люди чемпионы, что у них все лучшее, и тянул в свои сети молодежь, расширяя тем самым возможности. Видя то, как Олаф мучается, упрекая себя во всем, мой отец решил бежать из страны, чтобы Нолан не имел козырей против деда.

- Но ты сказал, что они были сводными, - напомнила я, не понимая, что такого мог предъявить этот Нолан, что его испугался дед Олаф.

- Родители носили одну фамилию, - пояснил Алекс. – Никто не знал, что они не имели общей крови. В свидетельствах о рождении стояли одни и те же имена в графах «мать» и «отец». Это долгая и запутанная история, Картиэль. Все вылилось в то, что отец сделал огромную ошибку. Он забрал с собой документы, отчеты, схемы переправки наркотиков с верфи. Он наделся, что если они попадут в нужные руки, то это могло бы помочь привести к тому, что Нолану Дану пришёл бы конец, как и всей его шайке. Он ещё верил в закон и что провосудие это не пустой звук.  Если бы он только знал, с кем связался и чем рискует… Подавшись в бега с моей матерью, они оставили меня на попечение своих родителей, думая о том, что маленькому ребёнку никто не пожелает смерти, а следовательно это наилучший вариант оставить с любящими дедушкой и бабушкой. Когда Нолан узнал, что родители сбежали, прихватив с собой бумаги, он впал в бешенство и приказал сжечь наш дом.

- А ты…

- Меня спас случай, - развел руками парень. – В тот момент, когда мои бабушка и дедушка горели заживо, я играл с соседским мальчишкой. Так я и попал в детский приют. До недавнего времени я думал, что дедушка с бабушкой  от меня отказались, но, как оказалось, их  вероломно и жестоко убили в собственном же доме.

— А твои родители?- с надеждой спросила я.

— Лакки - мой информатор, месяц назад сказал, что есть сведения о том, что  очень  похожая женщина была замечена  в США около двух лет назад в новостных сводках. Проходила подозреваемой по делу смерти своего мужа Билла Хейза.

— А вдруг это и правда твоя мама? – спросила я.

— Вполне возможно. На моей памяти Лакки ещё ни разу не ошибался. Тогда, значит, у меня есть и  родной младший брат, - ответил Алекс.

Я порывисто встала. Оказавшись возле него, прижала ладони к груди мужчины, обтянутой черной лайкровой футболкой.

— Это же прекрасно, понимаешь? Ты не один. Значит,у тебя есть родные и они от тебя не отказывались, они пытались тебя уберечь...

— Я и так не один, Катриэль, – ответил Алекс, от чего мое сердце ускорило ритм.

Я была так взволнованна, что даже не обратила внимания, что начала проглаживать его в успокаивающем жесте по мышцам груди, чуть спускаясь ладонью к стальному торсу и поднимаясь вновь вверх, откуда моя ладонь начинала своё путешествие по телу мужчины.Внимательно, с какой- то надеждой, заглядывая в мое лицо, Алекс спросил:

— И тебя не пугает то, что я тебе рассказал? – жилка на его шее билась так быстро, что выдавало далекое от спокойного состояние.

— Ничуть! – воскликнула я с улыбкой. – Кто я такая, чтобы кого осуждать? Твоих родителей или то, как они поступили. Да, они поступили вопреки всем законам, но я так рада Алекс, что у меня есть ты. Возможно, если бы не все это, мы бы не встретились никогда.

У мужчины вырвался какой-то хриплый звук. Взяв меня ладонями за талию, он притянул меня  к себе, наклоняясь все ближе к моему запрокинутому лицу. «Сейчас он меня поцелует», - подумала я, как зачарованная наблюдая за тем, как его такие чувственные губы приближаются к моим - приоткрытым в ожидании поцелуя. Не удержавшись, я сама подалась ему на встречу, одновременно обнимая за шею и притягивая к себе ближе. Сладкая истома пронзила все тело,  когда его смелый язык, бесцеремонно  раздвинув мои губы, проник меж ними, нежно касаясь  нёба. Застонав, позволила его рукам проникнуть под свой свитер. Поцелуй становился более настойчивым, от нежных прикосновений уже не осталось и следа. Пылкий, жадный, он доводил до дрожи в коленях. Голова кружилась, не позволяя мыслить четко.С запоздалым удивлением  я ощутила его слегка шершавые ладони на своей  обнаженной груди, понимая, что он каким то образом  успел уже расстегнуть и откинуть ненужную по его мнению деталь моего гардероба в виде бюстгальтера, а то, куда подевался свитер вообще неизвестно.

Настойчиво дотронувшись до розового соска пальцем, он начал его нежно поглаживать, пока тот не затвердел. Ладонь Алекса обхватила  грудь, слегка сжав ее.

У меня участилось дыхание. Ещё никто и никогда не дотрагивался до меня столь интимно. Мне казалось, что я начинаю задыхаться, но не от страха, а  от какого-то другого чувства, гораздо более приятного.

— Боже,  Катриэль, у тебя самая красивая грудь, какую  я когда-либо видел, – прошептал он хрипло мне на ушко,  покрывая все мое лицо поцелуям, плавно спускаясь к шее. Его пальцы начали ласкать мой трепещущий живот, но как только его пальцы  двинулись ниже, я инстинктивно попыталась  убрать  руку мужчины, но он настойчиво проникли под эластичный пояс  леггенсев, дотрагиваясь до моей влажной плоти. Он застонал от понимания того, что его ласки не оставили меня равнодушной.

— Нет,  Алекс! – зашептала я  испуганно, старясь убрать его руку от моих трусиков,  так по-хозяйски ласкающую меня сквозь них.

— Тшш, - прошептал парень, стараясь  успокоить. Убирая  руку,  он подхватил меня, как пушинку и опустил на тёплую мягкую шкуру у камина.

Я протестующе подняла руки вверх, чтобы оттолкнуть его, когда он накрыл меря сверху своим тяжёлым горячим телом, предварительно быстро стянув с себя футболку.

Его губы настойчиво впились в мои. Он словно старался уговорить, соблазнить, заставить потерять голову и подчиниться его желаниям.  Руки вцепились в его широкие плечи, как в спасательный круг, когда твёрдые неумолимые губы коснулись моей грудь, покусывая твёрдые пики сосков. Протяжные стоны срывались один за другим с моих припухших от его алчных  поцелуев губ. Как в забытье я слышала  звяканье пряжки его ремня, и как моего почти обнаженного охваченного желанием тела коснулась его поджарая стройная фигура.

— Алекс? – выдохнула я, когда его пальцы потянули вниз мои уже ставшие насквозь влажными трусики.

Оторвавшись от моей груди, он  подул на сосок, заставляя его ещё сильнее сжаться, а затем слегка прикусил, вызывая у меня легкую дрожь по всему телу.Колено Алекса настойчиво надавило меж моихсудорожно сомкнутых бёдер, пытаясь раздвинуть их в стороны.

— Пожалуйста… – уже испуганно всхлипнула я.

На какое-то мгновение он замер , затем обрушил на меня шквал легких поцелуев со словами:

— Катриэль, малышка… позволь мне… я сделаю все,что ты хочешь и как ты хочешь, только позволь мне, – бормотал он, не прекращая своих настойчивых прикосновений.

Наконец преодолев слабое сопротивление, он устроился меж моих ног, почувствовав его твёрдую пульсирующую плоть, я сразу же оцепенела.

— Не сопротивляйся детка, у тебя ничего не выйдет, – сказал Алекс. Его красивые голубые глаза горели страстью, наклонившись  он прикусил слегка мою нижнюю губу, а затем коснулся ее языком, тут же зализывая причинённое беспокойство.

Не прекращая поцелуя, палец Алекса неумолимо проник в мою влажную промежность, заставив поморщиться от легкого дискомфорта и какого-то странного непонятного возбуждения. Глядя в мои испуганные широко распахнутые глаза, его пальцы уступили место чему-то твёрдому и большому. Поцеловав меня в нос, как будто извиняясь, он начал медленно входить, что бы причинить как можно меньше боли. Хоть Алекс и действовал очень аккуратно, из моих глаз брызнули слёзы. Я знала, что будет больно, но не представляла, что боль будет такой яркой, охватывающейвесь низ живота и даже поясницу. Он приподнялся на локтях, стараясь лечь так, чтобы мне было удобно, но при этом, не давая даже двинуться. Когда он сделал первый толчок, я, не выдержав разрыдалась. Казалось, меня пронзили ножом. Надрывно всхлипывая, отвернулась от него, больше не сдерживая бегущих по щекам соленых ручейков слез.

Чертыхнувшись, Алекс остановился. Все его тело покрылось капельками пота и слегка подрагивало. Японимала, что ему очень сложно сдерживаться и почувствовала благодарность к этому суровому, но такому терпеливому со мной мужчине.

— Расслабься, – сказал он мне, беспокойно вглядываясь в мое лицо. - Ты зажимаешься и от этого только хуже.

Когда он начал медленно двигаться, боль стала не такой сильной, словно притихла, отдалилась, лишь напоминая о себе легкими отголосками. Сделав ещё пару толчков, он замер и выдохнул сквозь зубы, слегка завалился на меня. Я даже почувствовала некое разочарование, ведь под конец я уже начала чувствовать странные ощущения, которые побуждали прижаться к нему ещё ближе. Перекатившись на бок, Алекс увлёк меня за собой. Я лежала растерянная на его груди,переживая калейдоскоп  эмоций. Увидев, что я начала всхлипывать он сел, убирая мои влажные волосы с лица.

— Детка, прости, я… Черт, я сволочь! – начал он извиняться, стирая бегущие по моим щекам слезы.

— Нет, - замотала я головой. – Просто… Алекс! Это всегда так … я не знаю, сильно?

Успокоившись, что я плачу не от боли или обиды, он ответил:

— Всегда, когда между людьми есть чувства, Катриэль!

Уткнувшись в его плечо, я позволила ему снова уложить меня на подушки. Господи! Да из его уст это почти признание в любви. Мое сердце радостно затрепетало. Несколько минут мы лежали молча, пока я не нарушила тишину смехом.

— Ты чего? – усмехнувшись, он заглянул в мои искрящиеся весельем глаза.

—  Получается, мы сделали это после того, как поженились, - вспомнила я свой новый паспорт и фамилию в нем.

— С такой девушкой, как ты, - только так, – ответил он, еще сильнее прижимая к груди.

Глава 10

Позже, когда Алекс вымыл меня, не пропуская ни одного, даже самого маленького участка кожи на  теле, и заботливо завернул в полотенце, я почувствовала какую-то вселенскую усталость. Он перенес меня в спальню на второй этаж, где я расслабленно откинулась на подушки, наблюдая за тем, как он, обернув полотенце вокруг бёдер, направляется ко мне в кровать. Щеки вспыхнули жаром, как только он опустился рядом со мной  и притянул поближе к себе.

— Интересно, сколько пройдёт ночей, прежде чем ты перестанешь  краснеть из-за меня? – лукаво сверкая глазами, совершенно по-мальчишески ухмыльнулся он. Однако, его лицо почти сразу же стало серьезным. — Как  ты ? Я знаю, что тебе было больно, – спросил Алекс,пытливо разглядывая мое смущенное личико.

— Чуть-чуть, - ответила я, ещё больше краснея. Чувствуя, как жар стекает вниз по шее, к плечам, я все же решилась задать волнующий меня вопрос: — Это всегда так больно?

— Нет… не знаю. У меня никогда не было девственницы, - он нахмурил лоб, как будто раздумывая,что сказать. – Но я уверен, что в следующий раз уже будет лучше.

— В следующий раз?! – воскликнула я потрясено.

— Конечно! Или ты собираешься своего мужа держать на сухом пайке? - блондин усмехнулся,  ласково проведя по моему локону, выбившемуся из общей копны волос.

Я ответила ему взглядом сияющих глаз. Мне так нравилось, когда он называл меня женой или себя мужем. Но, как и всегда, ко мне пришли не приятные мысли.

— Алекс, а как же Фрея?

Он слегка напрягся, затем, закидывая руки за голову сказал:

— Зачем вспоминать тех, кто не имеет никакого значения в моей жизни?

— Она сказала, что вы вместе были в приюте, -пожала я плечами, вспоминая, как блондинка говорила,  что ее очень многое связывает с Алексом.

— Да, было дело. Я, Лакки и Фрея, были в одном приюте какое-то время, - подтвердил он слова, наверно, теперь уже бывшей любовницы.

Закусив губу, я положила свой подбородок ему нагрудь, разглядывая мужественное лицо своего новоиспеченного мужа.

— Сложно было в детском доме? – наконец, решилась я задать вопрос.

— Не сказал бы, что сложно, но и не сахар, - ответил Алекс, разглядывая то, как лампа подсвечивает мои волосы, от чего казалось, что они светятся красным пламенем изнутри. — Строгость, дисциплина, обучение различным профессиям, ещё никому не помешали в жизни, – пожал он плечами. – Приют научил меня многому.

Видя мою заинтересованность, он продолжил делиться воспоминаниями своей юности.

— В приюте нет ничего своего – личного. Обычно мы всем делились. Что-то прятать для себя самого, считалось предательством, таких называли крысами, поэтому мы так все и жили - общаком. У меня никогда ничего не было своего, - задумчиво взглянув на меня, он легонько коснулся моей щеки. - Поэтому все, что я считаю своим, Катриэль, я ценю и берегу. Скорее, сдохну, чем позволю кому притронуться к тому, что принадлежит мне или кто… - его голос неуловимо изменился, приобретая властную жесткую окраску. — Ты - не исключение, Катриэль. Ты – моя! И, запомни, никто и никогда не причинит тебе зла. Прежде, им придется убить меня.

Я вздрогнула от его слов, с сожалением думая о том,что сама подтолкнула нашу беседу в этом направлении.

— Детка, я понимаю, что это тяжелая для тебя тема,но… у меня никак в голове не укладывается, как такая хрупкая девушка, как ты, могла завал… убить Ходжа, - Алекс с недоумением посмотрел на меня. – Я никогда не спрашивал подробности, но эта мысль не даёт мне покоя.

Я передернулась, вспомнив весь произошедший в ту ночь ужас. Не смотря на это, я решила, что Алекс должен все знать. Подбирая слова и, пытаясь скрыть нервное напряжение, я подробно описала все случившееся, включая  даже тот момент, как любовница Берха одаривала его при мне оральными ласками.

— Урод! – услышала я злое восклицание парня. Он сжимал и разжимал кулаки. Казалось, он увидел всю картину той роковой ночи. Все, что я тогда пережила.

— Как только он начал меня душить, я запаниковала. Схватила первое, что попалось под руку… нож… Я… я вонзила его в голову, - закончила свой жуткий рассказ.Посмотрев на свои руки, я как будто снова ощутила тяжесть и холод от соприкосновения с металлом. А когда подняла заплаканные глаза на мужчину, то наткнулась на его ошеломлённый взгляд.

— Ты уверена?! – он даже соскочил с кровати и несколько раз нервно провёл по своим коротким волосампальцами, дёрнув их вверх, он остановился и переспросил: — Ты уверена, что ударила в голову? – я кивнула, не понимая, что его так озадачило и взбудоражило. — Может, в шею? – настаивал он на том, что бы я точно вспомнила, куда пришёлся удар ножа.

—Нет, Алекс! Я помню удар, - твёрдо ответила, не понимая, почему  Алекс так реагирует.

— Черт! Да, твою мать! – всплеснул он руками, глаза парня вспыхнули голубоватым огнем. — Ты кому-либо это говорила? Эмиру? Охране? - Алекс сел рядом со мнойи крепко сжал мою ладонь.

— Нет, все произошло так быстро. Ровена – любовница, потрогала его пульс и начала кричать, что я его убила, меня увели… Эмир один раз приходил, но он был в такой ярости… Никто ничего не спрашивал у меня,– закончила я, стараясь передать все события в подробностях.

Отпустив мою руку, он встал и направился в другой конец комнаты. Алекс сбросил полотенце и, не смотря на всю серьёзность разговора, я уставилась на его узкие бёдра и крепкие ягодицы. Не обращая на меня внимания, парень протянул руку к выдвижным ящикам деревянного комода цвета ольхи и быстро натянул белье, затем принялся надевать джинсы. Его движения были порывистыми, выдавая нетерпение и спешку, как только он надел тёплый джемпер и повернулся ко мне лицом, Алекс спросил:

— Детка! Неужели ты думаешь, что человека так просто убить? Это в кино крутой дядька подходит и сворачивает одним движением врагу шею. На самом деле, чтобы замочить кого-то, – хмуря брови  Алекс подошёл поближе ко мне, – надо иметь не только силу, – он снисходительно  окинул взглядом мои хрупкие плечи и руки, а затем продолжил: - но и точно знать, куда ты бьешь! Голова… Да ты представляешь на сколько мужская башка крепкая?! Череп просто так не пробить, тем более такой… хм… девочке, как ты. Я бы поверил,если бы ты сказала, что удар пришёлся в шею - это самая уязвимая часть тела у человека…

— Что ты хочешь этим сказать? – я оторопело посмотрела ему в глаза.

— Да то, что ты не убивала этого урода! – схватив за плечи, Алекс слегка тряхнул меня. - Я в этом почти уверен на сто процентов! Это просто… почти не реально.

— Но тогда… я ничего не понимаю! Эмир… - с надеждой обратилась я к мужу.

— Похоже, кто-то играет в какую-то игру. Я не уверен, что Эмир причастен к этому. Скорее всего, он тоже жертва чьих-то интриг. Однако, я уверен, что Берхан жив.

— Но если он жив, почему тогда это скрывает?

Алекс направился к выходу, быстро спускаясь на первый этаж.

Я бросилась за ним, еле успевая за его широкими шагами.

— А вот это я как раз и хочу выяснить. Ему, должно быть, выгодно притвориться, что ты его убила! – ответил он.

— Куда ты, Алекс? – слегка нервно поинтересовалась я.

Алекс обернулся у двери и, взявшись за ручку, сказал:

— Будь здесь. Это безопасное место, про него никто не знал, кроме Нолана Дана. Его уже давно нет в живых,как и его людей. Дров хватит до утра.

Подбежав к нему и, обвив руками могучий торс, подняла в умоляющем взгляде глаза.

— Не оставляй меня одну, пожалуйста, Алекс!

Нежно проведя рукой по моим спутанным волосам, он аккуратно высвободился из моих объятий.

— Катриэль, это необходимо. Здесь связь толком не ловит, чтобы сигнал поймать, мне придется выехать в город. Мне срочно надо связаться с Лакки и Эмиром! Мы не можем с тобой ждать. Не бойся, я постараюсь быстро, привезу тебе шоколадные пончики, - добавил он, слегка щёлкнув меня при этом по носу. — Дрова у камина, но, я думаю, тебе они не понадобятся, - с этими словами он вышел наружу, оставляя меня в доме одну с мыслями о том, что меня обвинили в том, чего я не совершала.

Бродя по дому, я уже почти выла со скуки. Бросив взгляд на настенные часы, отметила, что Алекса нет уже более часа. Вздохнув взяла в руки телефон, но тут же разочарованно застонала. Сигнала совсем нет, даже одного деления. Встрепенувшись от странного шума, я подбежала к двери и радостно распахнула ее, думая, что это приехал Алекс. Но за дверью никого не было, лишь бескрайние просторы и где-то вдалеке было видно заснеженные деревья. Ни души… Расстроено вздохнула и хотела уже закрыть дверь, как увидела что на экране смартфона появилось одно деление, но тут же пропало. Хватая свою куртку, я выскочила на крыльцо, держа телефон перед собой.

— Ну, давай же, миленький! Ну же… – бормотала я, с надеждой глядя на шкалу связи.

Как только я спустилась вниз с крыльца, вновь появилось одно деление, и тут же прозвучал звуковой сигнал сообщения. Нетерпеливым жестом я открыла его. Сообщение было от Теи. Я не успела даже прочитать его, как  телефон как будто ожил своей жизнью, заиграла мелодия , установленная на мою подругу.

— Чао, Катриэль! – раздался веселый голосок из динамика смартфона, на пару секунд пропал, но затем снова появился.

— Привет, Тея! Господи, я так рада слышать твой голос! - воскликнула я, искренне радуясь своей подруге.

— Куда ты пропала? У тебя все хорошо? – спросила она, заливисто рассмеявшись. Было слышно, что девушка едет в машине по городу, так как я узнала звук музыкального фонтана установленного в центре.

— Да! Не переживай, я с Алексом. Ты не представляешь, сколько всего мне нужно рассказать тебе,– затораторила я, но связь вновь оборвалась и я не услышала, что ответила подруга. Сделав ещё пару шагов,я подняла вверх телефон.

— Алло! Катриэль?!

—Я здесь! Очень плохая связь. Как ты, Тея?

- Все хорошо! Катриэль, ты не представляешь, у меня тут такое случилось, – захлёбываясь восторгом, проговорила девушка. — Помнишь, я говорила, что познакомилась в клубе с парнем? Так вот, сейчас я еду к нему на свидание.

— Здорово! — искренне порадовалась я за подругу.

— Он такой красивый!  В одни только его глаза можно влюбиться, – захихикала на том конце провода подруга. - Тёмные волосы, серые глаза…

Вдруг я почувствовала, как по спине побежал холодок. Зажав крепче трубку, я боялась сдвинуться с места и испортить сигнал.

— Тея! - оборвала я поток слов  девушки. – Как зовут этого парня?! Какое у него имя? – я замерла в ожидании ответа.

— У него и имя такое же необычное и красивое, как он сам - Эмир! Он сказал, что оно означает «властелин»!

Одновременно с моим потрясённым выдохом, снова пропала связь.

— Черт, только не это!!! Что же мне делать? - я заметалась перед домом, хрустя снегом под ногами.

Высоко поднимая руку, в надежде поймать сигнал,выругалась, когда ничего не вышло. Я бросилась вперёд, дальше от дома, в надежде, что там мне удастся снова дозвониться до Теи. Как только появилось сразу целых два деления, я набрала подруге, что бы предупредить ее об опасности. Она не должна была ехать к Эмиру. Ведь подруга даже не подозревала, что Драко - это и есть Эмир. Я же никогда не называла его по имени. Не сумев дозвониться до Теи, я лихорадочно прижала ладони к щекам, соображая, что предпринять. Быстро набрав Алекса, я с разочарованным стоном обнаружила, что у него занято. Надо закрыть дом и бежать до первого попавшегося дома. Я с ужасом подумала, как преодолею такое огромное расстояние по такому холоду, но на кону стояла жизнь Теи. Кто знает, что задумал Драко ?! Зачем? Зачем ему понадобилась Тея? Заскочив в дом, я схватила с тумбочки у двери ключи.

— Ну, здравствуй… жена! – я обернулась на звук голоса, что все это время преследовал меня в моих самых страшных кошмарах.

Глава 11

Катриэль


Сверкая темными, пугающими, агатовыми глазами, передо мной стоял Берех Бен Ходж. Может, кому-то этотуже не молодой мужчина мог бы показаться симпатичным, даже красивым, но только не мне. Я видела перед собой монстра, алчущего крови и страданийвыбранной им жертвы - вот кем был для меня Берех Бен Ходж! И, к сожалению, в этот раз жребий быть егожертвой, выпал мне. Оглядев дом своими жгучими бешеными глазами, он, поглаживая темными пальцами свою давно не стриженую бороду, произнёс:

— А ведь правду говорят, что всегда тянет на место преступления, – откинув голову, он громко засмеялсядовольный собой.

С отвращением я отметила, что он явно под чем-то. Зрачки были сильно расширены, от чего, казалось, они поглотили почти всю радужку глаз. Склеры были красные, воспалённые, покрытые сеточкой лопнувших капилляров. Весь вид его указывал на то, что он давно на игле или на чем-то ещё, но, определенно, на какой-то дряни. Когда смысл его слов дошёл до меня, я с дрожью поняла весь  ужас того, что этот человек имел ввиду.

— Это ты убил родных Алекса! – указывая на него в обвиняющем жесте пальцем, я с ненавистью не сводила с него глаз. Я будто хотела испепелить, уничтожить эту тварь с лица земли.

Албанец задумчиво склонил голову на бок.

— А ты не такая уж и дура! – с каким-то презрением, смешанным с удивлением, сказал он. — Маленькая шлюха, не успела меня похоронить, устроила такоепредставление со своей смертью! Да, ты оказалась не такой уж и глупой овцой, как я думал! Кто тебе помог провернуть это дело?

— Зачем?! Зачем ты все это сделал? – игнорируя его вопрос, спросила я, потихоньку отступая к двери, пытаясь отвлечь его на разговор, задавая вопросы, чтобы оказаться на воле и иметь хоть какой-то шанс не попасть в руки этому чудовищу.

— Что именно? Поджег этого упрямого гордого старика Олафа, который считал себя выше, чем такие, как мы с Ноланом? Или сделал тебя убийцей в глазах Эмира? – издевательски спросил он.

Прислонившись спиной к двери и, нащупав рукой деревянную ручку, я попыталась ее медленно повернутьпо часовой стрелке, не привлекая внимания к этому маневру.

— Да! Зачем ты все это сделал?!

— Ну, это же просто, моя милая Белоснежка, - скрипуче засмеялся он.  – Нолан мне приказал убрать старика, что бы наказать его предателя-сына, а я с удовольствием выполнил его поручение, – видя мой потрясённый взгляд, он продолжил. – Да, моя дорогая, я раньше состоял в группировке «Чёрные чемпионы». Этот предатель и крыса Асманд, папаша твоего ненаглядного любовника, стащил документы и сбежал. Очень важные документы, ради которых можно пойти на многое. Будь уверена, Алекс мне их предоставит, как только узнает, что ты, сучка, в мои руках! Я слышал, вы тут в любовь заигрались, - сощурив глаза, закончил он, переходя на свистящий змеиный шепот. — Отошла от двери, сука! – резко взревел он, буравя меня своими страшными глазами.

Я испуганно дёрнулась и отступила от двери.

— Я кинул на товар иранцев, поэтому хотел, чтобы все думали, что Берех Бен Ходжа больше нет. Раз меня нет,то и нет у меня проблем, – довольно сказал он, тихой поступью подбираясь ко мне. — Ты очень вовремя показала коготки в нашу первую брачную ночь, прорезаламне, мерзавка, кожу на голове! Но, будь уверенна, я за это тебе только благодарен, ведь я столько ломал голову над тем, чтобы моя смерть ни у кого не вызвала сомнения.

Нервно оглядевшись по сторонам, я подумала о том, вот если успею добежать до кухни, у меня появится надежда на спасение. Там был запасной выход. Решив не откладывать дела в долгий ящик, я метнулась в сторону двери. Не ожидавший от меня такой прыти, Берех подался следом, но его рука лишь мазнула по моим распущенным волосам. Как только я оказалась в помещении, быстро оббежала широкий обеденный стол, который и оказался теперь на пути ухмыляющегося Бен Ходжа. Проблема была в том, что теперь мне было больше некуда бежать.

—Ах! – воскликнул он. – Моя кровожадная девочка, ты опять хочешь всадить в меня нож? Маленькая сучонка! - зарычал он, бешено вращая глазами, и бросаясь на меня, но ему помешал стол. Замерев, с тяжелым дыханием, он наблюдал за мной, думая о том, как бы подобраться поближе. Его пальцы подрагивали в предвкушении.

— Раз ты кинул иранцев и сделал вид, что мёртв, ты же понимаешь, что этим подставил Эмира? Ведь теперь спросят с него! – возмутилась я, не понимая, как отец может так поступить с родным сыном.

— И что с того?! У меня ещё с десяток сыновей будет, не грех одним пожертвовать для благого дела! Радисвоего собственного спасения. Тем более, щенок совсем отбился от рук в последнее время, – раздраженно проговорил мужчина.

Я вздрогнула от его слов, поражаясь их цинизму. В который раз подумала о том, что передо мной самый настоящий монстр. Тварь без мук совести, совершенно глухая к страданиям и мольбам. Чужая боль его лишь подстегивает и без разницы - физическая или моральная. Она насыщает его гнилое нутро, подстрекая на продолжение своих гнусных деяний. Я отчётливо поняла, что если сейчас не попытаюсь сбежать, то мне конец. Уже никто не поможет, если попаду в руки Берех Бен Ходжа… снова. Я рванула вперёд, стараясь проскочитьмимо разъярённого мужчины, но – увы! - моим планам несуждено было сбыться. Берех схватил меня за длинные волосы развеивающиеся, как знамя, и, намотав на свой кулак, ударил со всей силы лбом об каменную столешницу стола. Я сползла на пол, невидящим взглядом замечая улыбку на лице отца Эмира. Мои последние мысли были об Алексе. Что его ждёт, когда он вернётся домой?

Пульсирующая боль стучала в висках, вызывая спазмы в желудке. Застонав, я сглотнула ставшую вязкой слюну, чувствуя, что мое тело мне не подчиняется. Меня приподняли  и закинули на плечо, как раненую косулю. Тихий стон вырвался из моей груди.

— Заткнись! – на ягодицы с силой опустилась тяжелая мужская  рука. От обжигающей боли меня спала плотная ткань джинсов, которая смягчила удар. — А то пожалеешь! - рыкнул мужчина, больно вцепившись в мое бедро пальцами.

Приоткрыв на половину глаза, я обнаружила, что вишу вверх ногами на плече у Берех Бен Ходжа, который несёт меня куда-то. Вдали маячила распахнутая настежь дверь дома Алекса. С каким-то тупым безразличием, словно находясь в трансе, я наблюдала, как с каждым шагом обутых в зимние ботинки ног, на белое полотно снега капают ослепительно-яркие капли крови. Моей крови, что уже заливала мне правый глаз, делая и без того нечеткую картину расплывчатой, погружая ее в розоватое марево. Должно быть, я ударилась о край стола и рассекла бровь. Я попыталась дотронуться до саднящей раны, но сил не было даже на то, чтобы поднять руку. Белый снег и ярко-алая кровь - какое красивое сочетание… Неуместная мысль, учитывая, что эта красота грозила прикончить меня. Никто и ничто не спасет меня здесь, среди бескрайних снегов. Лишь кружащиеся в воздухе снежинки были безмолвными свидетелями происходящего, но от них мало толку.

Дойдя до припаркованной  машины, Берех одной рукой открыл багажник, а затем бросил меня в него, как мешок с песком. Открыв глаза, я утёрла рукой кровь с лица. Албанец тут же сжал мои запястья в одной своейволосатой руке и обмотал их шерстяной веревкой, делая в конце тугой морской узел, после чего заклеил мне рот скотчем.

— Это чтобы быть уверенным, что ты больше не выкинешь никаких фокусов, мелкая дрянь, - зашипел он, скалясь мне в лицо, не свежим дыханием. Проверив ещё раз узел на прочность, он закрыл багажник, погружая меня в полную темноту.

Я слышала, как он прошёл к водительскому месту, открыл дверь и завёл машину. Автомобиль тронулся с места, разгоняя и мою кровь по жилам. Адреналин ударил в голову безумной мыслью. А вдруг он плохо закрыл меня?! Я в полном отчаянье несколько раз ударила ногами вверх по крышке багажника, понимая, что это все бесполезно и только отбирает последние драгоценные силы, которые могут мне понадобиться в борьбе с албанцем. Я не сдамся этому чудовищу! Буду бороться до последнего! На фоне обуявшего меня гнева, даже острая точно стекло боль отступила за второй план. Алекс обязательно меня найдёт. Он был прав, когда усомнился в смерти Ходжа. Я верю в него! Верю в то, что он меня отыщет и тогда Берех Бен Ходж пожалеет о том, что сделал. Он ответит за каждую пролитую слезинку, за каждую каплю крови, за каждую ночь, когда я не могла сомкнуть глаз, вспоминая его сомкнувшиеся пальцы на своей шее, за каждый удар, который пришёлся на мою душу и израненное  тело.

Я знаю, Бес придет за ним! Он придет, чтобы освободить меня. Берех переживает за свою никчемную жизнь, но он не подозревает, что уже давно мёртв. Трупный запах его разлагающейся, чёрной от грязных дел души настолько отчетливый и отвратный, что не вызывает никаких сомнений в правдивости моих мыслей. Я почти кожей ощущала тот момент, когда появится Алекс и все закончится… для Бен Ходжа.

Глава 12

Алекс


Остановившись у обочины возле небольшого пригородного кафе, я вышел из машины, присел на корточки и ошарашено осмотрел  пробитое колесо взятого на прокат мустанга.

— Черт! Мать его!

Это просто какое-то сплошное невезение. Во-первых,мне около получаса пришлось идти пешком, чтобы дойтидо дороги, где есть хоть какое-то движение. Затем, я на попутке добрался до города, а там уже нашёл не большой сервис по прокату авто. Ну, не любитель я такси! Проще, когда сам управляешь ситуацией и держишь все под контролем. Но и здесь случился прокол. Пока я в торговом центре пытался дозвониться до засранца-Лакки, местная шпана продырявила мне шину. Хотя, зная этот пригород, вообще надо сказать спасибо, что когда  вернулся, в машине остался на месте мотор. Все это я знаю и понимаю. Сам такой был в юности.

Зазвонивший телефон, отвлёк меня от невеселых мыслей о замене колеса. На экране высветился номер Луччиано Висконти.

— Лакки! – заорал я в трубку, готовый выплеснуть всю свою злость на информатора. – На черта тебе трубка, если ты не берёшь ее, когда тебе звонят?!

— Алекс! Вот говно, какая здесь вонь! У меня огромные неприятности. Во что ты меня ввязал? – тихим сбивчивым голосом быстро заговорил Лакки в ответ, сильно сопя. Было такое ощущение, что он где-то ползёт по сточным каналам. Негромкий шум воды и эхо наталкивали на мысль, что это так и есть. — Мне срочно надо, чтобы ты меня прикрыл. Из-за тебя я сунулся в такое пекло… Я в полной жопе!

— Посмотри с другой стороны, полная жопа – это жизнь наполненная событиями, – сострил я и хохотнул в ответ другу.

— Да, пошёл ты! Алекс, я не шучу, я узнал, кто поджег твоих родственников. Ууу, б..ть! Вляпался в крысиное дерьмо! - слегка повышая тон, пропыхтел Лакки.

Ощущение того, что меня долбанули электрошоком, заставило сжать сильнее телефон. Костяшки на пальцах побелели. Из груди вырвался рваный выдох и улетел в темноту клокочущим звуком.

— Это ублюдок Берех Бен Ходж! Нолан Дан приказалприпугнуть твоего деда, чтобы он признался, куда сбежал Асманд, а этот ушлепок-торчок решил все сделать по-своему. Накачавшись коксом, потерял контроль и все спалил к такой матери!

Я слушал Лакки практически не дыша. В грудную клетку  словно проникли холодные щупальца гигантскогоспрута, разрывая и отодвигая в разные стороны кожу и рёбра. Эта тварь преследовала единственную цель: вырвать мне сердце. Прикрывая глаза, я застонал.Катриэль одна в доме. В доме, который поджог Берех,убив моих родственников. Я точно знаю, что он жив. Значит, ему стоит всего лишь сложить два и два, чтобы понять, где она находится и найти ее. Если он уже не сделал это…

Я схватил с земли болоневый ключ, ранее брошенный мной при осмотре колеса на землю. Не обращая внимания на снующих туда-сюда людей, замахнулся на припаркованный рядом автомобиль железным инструментом. Расколошматив стекло, открыл дверь машины и уселся на переднее сидение, вытаскивая небольшой  складной нож из задника ботинка. Одним точным и отмеренным движением снял пластиковую крышку на рулевой колонке, отодвинул в сторону пучки проводков и оголил разноцветные провода. Соединив их в нужном порядке, заставил мотор завестись. Только после этого выдохнул, с места рванул на последней скорости. Как говорится, опыт не пропьёшь. Отъезжая от кафе, не обращая внимания на ошарашенные лица людей, я подобрал телефон с сидения, бросив ключ в ноги. Набрав номер Драко, включил громкую связь, ожидая ответа.

— Добрый день, Алекс, – послышался вежливый голос из динамика телефона, наполняя звуками салон автомобиля.

Выворачивая руль влево на очередном повороте, я продолжил гнать автомобиль, стараясь успокоить себя тем, что я успею прежде, чем что-то случиться с Катриэль.

— Засунь себе  в задницу свои аристократические замашки! – психанул я, чувствуя, с какой невероятной силой пульсирует жилка на шее.

— Я вижу, твой день не удался? – спокойно поинтересовался Эмир, взбесив меня окончательно своим неподдельным сочувствием.

— Слушай сюда, придурок! У меня нет времени на все это дерьмо! – скрепя зубами сказал я. – Твой ублюдошный отец жив и если с головы Катриэль упадёт хотя бы один волосок… Клянусь, – зарычал я, плохо контролируя эмоции, ударяя ладонью по рулю. — Он снова приобретет прежний статус – сдохшей твари. Я вас всех уничтожу!

На том конце провода повисла пауза, затем раздался визг и отборная приглушенная брань, как будто человеку пытаются  зажать рот. Голос был женский и почему-то показался до боли знакомым, но в данной ситуации мне было не до этого.

— Я не один, извини за шум. Небольшое недопонимание с дамой. Что ты имеешь в виду, уверяя, что мой отец жив? – переспросил он, я сквозь расстояние почувствовал, как напрягся Эмир Бен Ходж. Скорее всего,думает, что я блефую.

— То, что он жив! – заорал я, теряя терпение. - Этотурод ведёт какую-то двойную игру. И в его планы, так или иначе, входит Катриэль! - не видя смысла в дальнейшем разговоре, сбросил вызов, игнорируя в дальнейшем несколько входящих звонков от Драко.

Как только я подъехал к дому, бросился со всех ног к распахнутой настежь двери. Нет! Нет!! Нет!!! Словно кто-то стучал по голове отбойным молотком. Пожалуйста, только не она! Остановившись на пороге, заметил капли крови, ведущие внутрь дома. Часто дыша, пошел по коридору, как зверь идет по следам крови, что вели прямиком на кухню. Здесь было темно из-за плотно закрытых штор. Замечая, как начали дрожать руки, потянулся к выключателю на стене. Яркой свет на мгновение меня ослепил, заставляя крепко зажмуриться. Стоило поднять веки, как взгляд сразу же запился в столешницу, на которой остались разводы крови, а на остром углу стола висел клок ярко-рыжих волос. Черная бессильная злоба подняла голову в моей душе, когда перед глазами вспыхнули моменты, что оставили эти следы. Впервые жизни я почувствовал панику, как будто одним сильным ударом вышибли из моих лёгких весь воздух, заставив корчиться в муках кислородного голодания. Удар этот был тем, что оставил кровь на столе.

Почти не контролируя себя, я заметался по дому,затем, выбежав на улицу, закричал во всю мощь своих лёгких:

— Катриииэээль!

Непослушными пальцами набирая номер Андре, ямолился всем богам, каких только смог вспомнить. Наверное, впервые жизни, я молился о том, чтобы он взял трубку.

— Да?- голос друга как будто вытолкнул меня из толщи воды, в которой я тонул все те бесконечно долгие секунды, что ждал ответа.

— Андре! Я облажался! Я так сильно облажался! – сквозь вату в ушах, я слышал, как друг взволнованным голосом зовёт меня по имени.

— Алекс? Алекс, черт тебя дери, ответь! Что случилось?! Слушай мой голос, возьми себя в руки!

— Я здесь, – наконец, ответил ему охрипшим сорванным голосом. — Берех забрал Катриэль. Мне нужна твоя помощь. Оторву ему башку! Клянусь, закапаю живьем!

Я стоял на снегу, не чувствуя холода, не понимая, как действовать и что делать. Ярость разрывала мою душу, выворачивая наизнанку. Если бы сейчас передо мной оказался албанец, то, скорее всего, я  разорвал бы его на части - в прямом смысле этого слова. От злости раздувались ноздри, а руки сами собой сжимались в кулаки. Разорвать… уничтожить…Глубоко вздохнув, я постарался замедлить дыхание. Как бы сейчас не было тяжело, но эмоции в этой ситуации - плохой советчик, холодная  голова и трезвые мысли - вот что мне нужно.Если бы мне кто-нибудь ещё полгода назад сказал, что я буду готов отдать за девушку все, что у меня есть,включая мою жизнь, я бы плюнул и рассмеялся тому в лицо.

Зачем мне без неё все эти чертовы деньги, власть,возможности? Все это - бесполезная мишура, когда нет рядом любимой. Сейчас же остаётся только  с горечью думать о том, как жизнь не справедлива. Стоило только мне почувствовать, что такое быть кому-то нужным и самстал нуждаться так отчаянно в человеке, сука-карма  забрала ее, точнее, жестоко вырвала с мясом, оставляя не заживающую кровоточащую рану. И самое горькое -осознавать, что в этом виноват только я сам. Мое самодовольство, излишняя уверенность том, что неуязвим - все это сыграло против меня. Я даже отпустил всю свою охрану, считая, что уж здесь-то мы в полной безопасности и я смогу защитить Катриэль. Каким же я был дураком! Теперь наступило время расплаты. Но не будь я  Алексом Нордом, если не вытащу любимуюженщину из рук Берех Бен Ходжа, чего бы мне это не стоило, даже если ради этого придется погибнуть.

Глава. 13


Лучшие ищейки прочесывали весь пригород и город. Я ни на минуту не оставлял надежды найти хоть что-то, что помогло бы узнать, куда увезли Катриэль. Рядом со мной все это время находился прилетевший на частном самолёте Андре Конти. Он озабочено уткнулся в свой лэптоп, периодически поднимая на меня встревоженный взгляд, как будто надеясь убедиться, что я не натворю глупостей.

— Мы ее найдём, даже не сомневайся! – друг поджал губы, складывая их в прямую линию, что свидетельствовало о том, что он уверен в своих словах как никогда.

— Эта мразь должна связаться с нами! Ему что-то нужно от меня, поэтому игра, определено, стоит свеч, если он пошёл на такую аферу! - я уже больше шести часов держал в руке телефон, ни на минуту не выпуская его. Мне уже казалось , что мы с ним стали единым целым, как будто его провода срослись с моими сосудамии венами на руке.

— Есть! – прервал меня радостный возглас друга. – Мы нашли сигнал местонахождения  Лакки.

— Где он? – уныло спросил я, переводя взгляд на компьютер на столе. Пальцы Андре порхали над клавиатурой с немыслимой скоростью.

— Черт! – друг почесал в затылке, а потом удивленно присвистнул. - Вот это его занесло! Он в США, Уотертаун. Надо передать  сигнал специалистам, пусть расшифруют, где именно он находится, - Андре увеличил масштаб карты, на которой слабо, еле виднеясь, горел маячок.

— Не понимаю! – я свёл брови, разглядывая координаты. - Этот сигнал идёт от его телефона?

— Скорее всего. Очень мощная штучка, чтобы это не было, я тоже хочу такую. Найду его даже только для того, чтобы себе такую заполучить, - впервые за многое время друг не весело улыбнулся. - Не зря ты его отправил на курсы! Он хвастался, что делает большие успехи и что его все эти электронные штучки затянули его не по-детски.

— Ну, хоть в чем-то он меня послушался, - покачал я головой, рассматривая мигающий маячок.

Телефон в моей руке ожил, завибрировав. Переведя взгляд на экран, я судорожно вздохнул. На нем, мигая,горело имя «Катриэль». Мы встретились глазами с Андре.

— Слушаю! – до боли в суставах, сжимая телефон,сказал я.

— О-о-о, Алекс! Сколько лет, сколько зим! Зима в этом году такая дерзкая и колючая, прям как язык твоей девчонки, – закончил он говорить и рассмеялся,восхищенный своей шуткой.

— Что ты с ней сделал, урод? - заорал я, теряясамообладание. – Где она? Что тебе надо?!

— Вижу, ты не изменился. Все такой же нрав горячий, вспыльчивый. Твой дед Олаф такой же был… Видишь, к чему это привело? Сгорел, как спичка.

Андре, соскочив со своего места, сжал мое плечо, качая головой, призывая к спокойствию.

— Говори, что тебе нужно? Ты ведь звонишь для этого, - прогремел я.

— Ты, наверное, расстроился, когда не обнаружил сигнал от жучка в телефоне девчонки? Я первым же делом его вытащил и выкинул, иначе, моя игра закончилась бы слишком быстро, а это совсем не интересно, — продолжал язвить албанец. – Но ты прав, мне кое-что нужно. Твой трусливый отец, Асманд, забрал то, что принадлежало мне! Так вот, я хочу, чтобы ты вернул мне это и поскорее. Скажем, я даю тебе на все про все два дня.

— Что ты хочешь? – теряя терпение, взревел я.

— Всего лишь парочку документов, которые помогут мне открыть новые горизонты. Так сказать, не зависеть ни от кого. Я тут слегка прокололся с иранцами, забрав их товар и не оплатив. Думал, Эмир решит за меня эту небольшую проблемку…

— Ну, ты и урод, – проорал я, сжимая руку в кулак и ударяя ею по дверной раме, перебивая албанца. — Какаяже ты гнида, если даже собственного сына подставил,лишь бы спасти свою шкуру!

—Ты ещё не представляешь, на что я способен, Алекс. Так что, будь со мной повежливей. Не забывай, рыжая у меня. Пока ты будешь выполнять мои требования, ей ничего не грозит, но если… Так что, будь послушным мальчиком и просто достань мне эти документы, – злобствовал Берех.

— Хорошо, я выполню твои условия, – мои губы сурово поджались. – Дай трубку Катриэль, я хочу убедиться, что с ней все в порядке.

— Не знаю даже, Алекс. Она сейчас не в лучшей форме. Знаешь ли, несколько часов пролежать в багажнике и проехать не одну милю по совсем не идеальным дорогам, да ещё и с пробитой головой… – он поддельно сочувственно пощелкал языком.

— Дай ей немедленно трубу, – проговорил каждое слово по слогам, ощущая бешенство и бессилие, как тигр,что заперт в клетке, а его дразнит придурковатый турист.Вот если бы дотянуться до тебя…

— Ладно! Не надо только вот так нервничать, – послышится небольшой шорох, и я услышал ставший для меня самым родным и нежным голос:

– Алекс? – девушка почти выдохнула мое имя.

— Катриэль? Как ты, детка? Я вытащу тебя, слышишь?

— Да! Я верю тебе, – голос у нее был какой-то уставший, заторможенный.

Это меня сильно взволновало.

— У тебя что-нибудь болит? – спросил я, крепко сжимая смартфон.

— Немного голова. Со мной все в порядке.

— Где ты находишься? На что это похоже? – начал я задавать вопросы, надеясь, что мне это поможет.

Послышатся шум, затем негромкий вскрик и в динамике опять зазвучал ненавистный голос Ходжа.

— Ай-я-яй, Алекс! Мы так не договаривались. Зачем ты задаёшь такие вопросы? Это против правил. Мне пришлось сделать больно твоей девчонке.

— Слушай, мразь, как только я до тебя доберусь, я тебя зарою живьём! Сука, не смей трогать ее! – рычал я в трубку, несмотря на то, что друг рядом пытался меня успокоить.

— Как только найдёшь документы, позвони. Мы обсудим с тобой дальнейшие действия.

Опустив телефон, я перевёл взгляд горящих глаз на Андре. Тот, запрокинув назад голову, закрыл глаза.

— Мне, определённо, нужно выпить, – заявил Шаман, направляясь к мини-бару. Плеснув себе джин-тоника, друг подошёл к окну, выглядывая из гостиницы расположенной в самом центре Осло. — Будешь? - спросил он, кивнув на открытую бутылку.

— Нет, – отрицательно качнул я головой, проведя устало ладонью по лицу.

— Почему этот ублюдок уверен, что ты знаешь, где документы? Он что, псих?! Берех знает о том, что ты вырос в детдоме? Или он не в курсе, где все это время были твои родители?

Я мотнул головой, давая понять другу, что не так все просто.

— Он не дурак, Андре. Он в курсе того, что Лакки нашёл мою мать и брата, но не знает кто они именно. Ты же знаешь, как работает Лакки. Должно быть, Берех не знает, под какими именами они сейчас живут, но он однозначно знает, что они есть, поэтому он и уверен, что я достану документы.

Андре резко развернулся на пятках, недоверчиво вглядываясь в мое лицо.

— Я не могу поверить, что ты мне ничего не рассказал! Как давно ты знаешь про мать и брата?

— Несколько месяцев, - прежде чем сказать это я достал сигарету и закурил. - Андре, я был не уверен, хочу ли я их видеть. Вернее, ты же в курсе какая у меня жизнь - все эти разборки, конфликты. Понимаешь, мать бежала от этого, она не хотела больше связываться с такой стороной жизни. Мой брат выучился на стоматолога, они совсем другие люди. Нужен ли я им? – ну, вот я и сказал то, о чем думал все эти месяцы, меня как будто прорвало. — Но теперь я просто обязан с ними связаться!Документы должны быть у матери. Только она может помочь спасти Катриэль, остальное не важно. Мне срочно нужен Лакки! - сказал я.

— Алекс, не пори горячку, - попытался успокоитьменя Андре. – Сейчас наши люди уже направились на поиски Лакки. Я тоже полечу туда и все решу! Тебе нужно остаться, нечего туда-сюда мотаться, услышь меня, друг! – он прижался лбом к моему лбу, сжимая мои плечи. — Ты нужен Катриэль здесь - рядом, чтобы в любой момент сорваться, если понадобишься.

Сжав пальцами виски, я отстранился от Шамана и сделал шаг назад. Постояв какое-то время на месте, принялся расхаживать по номеру.

— Как ты, б**ть, представляешь себе, что я останусь здесь?! Буду сидеть и ждать? Да я сдохну, Андре! – я дернул себя за волосы, желая отвлечься физической болью от того, что творилось у меня в душе. - Мне невыносимо думать, что она там, у этого ублюдка.

Сочувствующий взгляд Андре вогнал меня в еще большую панику.

— Если с ней что-то случится, я… не переживу, - я наклонился над столом, опираясь ладонями о массивную столешницу.

—Алекс, я понимаю как тебе тяжело, – друг я тяжелым вздохом подошел ко мне и опустил ладонь на мое плечо. – Мы справимся. Ты и я, как всегда! Вспомни, через какое дерьмо мы прошли вместе. Мы вернём Катриэль, а Берех ответит за все свои злодеяния.

— Дай Бог, дай Бог, Андре, – я сжал крепко зубы, стараясь взять себя в руки. – Я хочу поговорить с Драко. И еще – мне нужен Арман, - при этих словах лицо Шамана вытянулось, а брови поползли вверх.

— Я понимаю, к чему ты ведёшь. Это хорошая идея. Я во  всем тебя поддержу, даже не сомневайся! – приподнял друг подбородок.

Глава 14

Темнота. Темнота и тишина, почти звенящая. Ее нарушало лишь негромкое шуршание колёс по гравию. Машина идет плавно, изредка покачиваясь. Где я?! Я пытаюсь пошевелиться - не выходит. Почему ничего не видно? Повернула голову вбок, о чем мгновенно пожалела. Височную долю пронзила острая боль, которая вырвала мучительный стон из моей груди. Постепенно вернулась способность мыслить и относительно ясное сознание. Я вспомнила свой разговор с Берехом и то, как он ударил меня, после чего засунул в багажник. Я снова предпринимаю попытку изменить позу, но тщетно. Мало того, что руки связаны за спиной, так еще и таким узлом, который и при свете-то не распутать, не говоря уже о том, если ты лежишь в темноте в позе эмбриона. В горле пересохло и першило. Кляп мешал дышать, создавая впечатление, что я вот-вот задохнусь. Машину несколько раз порядочно тряхнуло, отчего я сильно ударилась головой. Боль звенящим криком пронзила воспаленное сознание, высекая слезы на глазах.

Неожиданно машина остановилась. Я сжалась, в ожидании того, что будет дальше. Звук открывающегося багажника и близкой опасности, резанули по нервам острым хорошо заточенным ножом, заставляя дернуться и замереть. Я почувствовала, как моих волос коснулся не сильный ветерок, и судорожно вдохнула прохладный свежий воздух. В следующее мгновение сильные костлявые пальцы больно ухватили меня за предплечье, бесцеремонно вытаскивая из моей временной тесной темницы.

— Ну, вот мы и приехали… жена! – голос Береха  звучал торжествующе.

Он сорвал с моих глаз повязку и вытащил кляп. Слепо щурясь и оглядываясь по сторонам, я судорожно несколько раз провела языком по потрескавшимся губам. Напротив меня находился заброшенный завод. Прямо фильмах ужасов, я – главная героиня, которую под тревожную музыку ведут в мерзкий сырой подвал. Здание было темное, с разбитыми окнами, неухоженной и запущенной территорией. Ни одной души… Помимо воли ощутила дрожь во всем теле. Неужели это все?! Конец?!В спину упёрся палец, от чего неопрятные ощущения разлились по лопаткам, переходя ниже по позвоночнику.

— Пошла! – предварительно развязав мне руки, Берех нетерпеливо несколько раз ткнул в меня своим узловатым пальцем.

Понимая, что нет смысла сопротивляться и спорить, я пошла вперёд, растирая онемевшие запястья. Когда мы оказались у входа в здание, я остановилась, не решаясь переступить порог. Казалось, стоит сделать шаг, как меня поглотит чёрная воронка, и я пропаду навсегда. Сгину - и меня никто никогда не найдёт. Сильный толчок заставил переступить границу отделяющую меня от полного бесправия. Испуганно охнув, я от неожиданности упала на колени, едва успев опереться ладонями в грязный пол, усеянный битым стеклом и кусками грязи. Нежную кожу будто опалило огнём. Сильный рывок за волосы заставил меня встать на ноги.

— Не испытывай меня! Шевелись! – злобно проскрежетал мой мучитель.

Затем щелкнул фонарём. В мое бледноте лицо ударил луч искусственного света, который перешёл плавно на стену, а затем на землю под ногами, освещая дорогу впереди.

Я отряхнула ладони, смахивая мелкие осколки и пыль.

Берех схватил меня за шею сзади и повёл вперёд по тёмному коридору, освещая путь тусклым фонарём.Через пару десятков шагов вдалеке послышались негромкие голоса. Я различила несколько тембров. Бен Ходж прибавил шаг, нетерпеливо подталкивая меня,испуганную и уставшую вперёд, заставляя поторопиться.Как только мы свернули налево  по тёмному коридору, я увидела еле держащуюся на петлях дверь,  из-под неё пробивался луч света.

В помещении было около десяти человек. Может, даже больше. Трое сидели за импровизированным столом, состоящим из двух бочек и огромного листа фанеры, что они использовали вместо столешницы. На столе творился настоящий хаос, состоящий из недопитых бутылок с алкоголем и кучей окурков, небрежно накиданных вокруг.Ещё двое смотрели в дальнем углу телевизор, по которому не громко шли новостные сводки. Остальные толпились недалеко от входа, явно в стороне от этих пятерых. Мужчины все, как один, выглядели неопрятно и крайне не ухожено, лица были одутловатыми с признаками злоупотребления алкоголем и, наверняка, не одних суток, а как минимум - пары дней.  Как только мы вошли, точнее меня затащил Берех, они разом примолкли, с интересом разглядывая меня испуганную и растрёпанную.

- Это что за цыпу ты нам приволок? – сощурилсядлинный, как жердь, мужик с торчащими в разные стороны медно-рыжими волосами, разглядывая глубокий порез у меня над бровью. – Похожа на тех ангелочков, что поют на рождество в ящике по федеральному каналу.

Берех усмехнулся и потащил меня глубже в помещение, прямо под тускло мигающую лампочку. Грузный мужчина встал из-за стола, с трудом дыша из-за отдышки, он, делая паузы проговорил:

— Далмат, это че… твоя… сеструха? - он сам засмеялся свой шутке, намекая, что мы с этим отбросом общества оба рыжие.

Далмат пьяно загоготал и направился ко мне.

— Иди сюда, ангелочек, братец по тебе соскучился! – он вытянул свои пухлые, с жирным блеском от еды, губы трубочкой и несколько раз противно причмокнул.

Я скривилась, передернувшись от отвращения. До чего же он мерзкий! Не в силах сдержаться, громко и отчетливо сказала:

— Моим братом не может быть баран!*

Мгновенно воцарилась тишина, которую нарушил хриплый смех Берех Ходжа, что полетел по помещению, эхом отражаясь от высоких потолков.

— Дерзкая сука! Не зря я  решил тебе показать твоё место сразу после свадьбы. Разве такие огненные волосыне могут не затронуть характер?! – он с каким-то сожалением оглядел меня с ног до головы. - Каких бы ты мне родила сыновей, но мне не нужен порченый товар, да еще после этого выродка Норда, – его глаза в бешенстве прищурились, буквально метая молнии. Он дернул меня за волосы. — Понравилось ложиться под моего врага, тварь?

- Ты не представляешь, как он хорош, - желая уколоть как можно больнее, я намеренно отчеканила каждое слово, делая его максимально емким.

- Из-за тебя, суки, мой план проварился! – он как-тостранно усмехнулся и, доставая из кармана телефон, которым повертел у меня перед носом, предложил: - Как насчёт поиграть? Узнаёшь?!

Я недоуменно перевела взгляд на аппарат сотовой связи. Ну, конечно! Это же мой телефон – тот, что подарил мне Алекс. Я с ненавистью посмотрела в ликующее лицо своего врага. Мысленно посылая все проклятия на его голову, удивилась тому, что вспомнила даже  о бубонной чуме… Это было бы просто идеально! Но, увы, фортуна сейчас явно не на моей стороне, о чем свидетельствовало то, что этот ирод листал мой коротенький список контактов.

—Ах, вот он! – издевательски протянул албанец. - А почему записан Алекс, а не муж? Хотя, о чем это я? Я же твой муж, а этот твой трахарь, - злобно выплюнул Берех. На его выпад  я стоически промолчала, но Бен Ходжпродолжал глумиться. — Надо было жениться на албанке. У нас чистые девушки, в отличии от вас… шлюха! - он занёс руку для удара, но опустил ее. - Признавайся маленькая дрянь, ты была девственницей? - его взгляд упёрся в мои дрожащие губы.

Я четко и отчётливо ответила ему в лицо:

— Праведные девушки для праведных юношей, а не для таких как ты, свинья! – внутренне я содрогнулась от своих слов. Что я творю? Зачем провоцируют этого человека? Я всегда боялась сказать лишнее слово, но тут как будто что-то вселилось в меня. Что-то изменило меня. Ответ пришел сам. Это не что-то - это Алекс, мой Алекс! Я больше не безвольная кукла!

За всей этой перепалкой я даже не обратила вниманияна то, что вокруг нас собрались шестерки Береха. Как гиены, кружа возле раненой жертвы, ожидая, что кто-то более сильный лишит жизни загнанную добычу, чтобы потом всласть попировать над бездыханным телом. Но Берех неожиданно гадко усмехнулся и нажал вызов на номер, что был записан под именем «Алекс».



* Далмат- по-албански баран.

Глава 15

— Сейчас посмотрим насколько этому мальчишке дорога твоя шкурка!

Кожу над бровью нещадно пекло, рана пульсировала. От мысли, что этот отвратительный тип сейчас будет издеваться над Алексом, меня затошнило. Алекс такой гордый. Я была уверена, что он винит сейчас во всем себя. Сделаю все, но не покажу ему, что испытываю страх и дикое отчаянье. По тому, как довольно оскалился албанец, я поняла, что он дозвонился до вызываемого им абонента, а его съедающие слова лишь подтвердили мои догадки.

—Здравствуй, Алекс! – его сиплый голос был похож на карканье вороны. — Эй, неее! Не торопись так. Дела будем решать лишь тогда, когда ты принесёшь мне документы, что украл твой отец у Нолана, со схемами переправки товара. Тогда, так уж и быть, отдам тебе свою … жену! – издевательски выделил Берех последнее слово и довольно хохотнул, явно обрадованный тем, что вывел Алекса из себя.

Я не сводила с него напряженного взгляда. Сердце оглушительно колотилось где-то в горле, высекая на висках капельки холодного пота. Когда этот мерзавец принялся с поддельным сочувствием рассказывать о том, как я – бедняжка, настрадалась, пока ехала сюда в багажнике, захотелось еще раз воткнуть нож ему в голову.

— Ладно! Не надо только вот так нервничать, - фыркнул албанец, а затем протянул мне трубку и добавил, прикрывая ладонью динамик. — У тебя ровно минута. И без глупостей, девочка!

Я судорожно прижала смартфон к уху и с облегчением услышала ставший мне уже родным взволнованный голос.

— Алекс?

— Катриэль? Как ты, детка? – я не сдержала всхлипа, но тут же сильно прикусила губу, как в тумане подумав о том, что наверняка останется синяк.

Алекс занервничал, должно быть, сразу отметив про себя мой уставший и надломленный голос.

— Я вытащу тебя, слышишь? – быстро заговорил он.

— Да! Я верю тебе, - мне пришлось солгать  в ответ на вопрос о том, что у меня болит. На самом деле, нещадно ломило все тело, словно меня били трое суток подряд, но я пожаловалась лишь на головную боль, чтобы не расстраивать Алекса.

— Где ты находишься? На что это похоже? – осторожно поинтересовался он, желая разведать обстановку.

Берех мгновенно отобрал у меня телефон. Ему пришлось сделать это силой, больно сжав пальцами мою ладонь, чтобы вытащить смартфон.

- Ай-я-яй, Алекс! – почти по-отечески пожурил он Алекса. - Мы так не договаривались. Зачем ты задаёшь такие вопросы? Это против правил. Мне пришлось сделать больно твоей девчонке, - скривившись, он какое-то время слушал то, что говорил ему собеседник.

Когда Алекс высказался, велел ему достать какие-то документы. Точкой послужила фраза о том, что только после этого он станет обсуждать, что они будут делать дальше.

— Закругляемся, Норд! У тебя два дня, чтобы разыскать документы, а иначе мои ребята найдут, чем занять твою девчонку, а потом я вышлю тебе видео под своей режиссурой!

Даже стоя поодаль от Береха, я услышала отборный мат из динамика, как наяву увидев перед собой синие глаза Алекса, метавшие ледяные молнии в Береха. Я не сомневалась, что если бы Алекс сейчас здесь находился со мной, от Бен Ходжа не осталось бы и мокрого места. Не смотря на то, что Берех вёл себя уверено и нагло, было видно, что на него подействовал разговор. Он занервничал и раздраженно одним  резким движением   запихнул в задний карман штанов телефон.

— Отошли от неё! - рявкнул Берех на своих людей, брызжа слюной. Он выглядел точь-в-точь, как бешенный пёс, сорвавшийся с цепи.

В этом, несомненно, были виноваты как наркотики,так и его гнилое злобное нутро. Да ещё и разговор с Алексом, от которого всегда чувствовалась сила и сумасшедшая подавляющая энергетика, повлиял на отнюдь не радужное настроение Бен Ходжа.

— Но, босс… Она такая ладненькая, такие губки, что если … - он не успел договорить, как схватился за щеку. Испуг исказил его далеко не аристократичные черты лица. — За что, босс? Я же только … - замямлил Дамлат, рассматривая пальцы в крови, которые только что отнялот своего лица.

Хлесткая пощечина была утяжелена массивным перстнем с изображением дракона, что Ходж носил не снимая. Им-то отец Эмира и рассек подельнику скулу, оставив довольно глубокую ссадину.

— Завали пасть! Ты и, правда, баран, девчонка очень даже права …- оскалился мой бывший муж.

Он выпустил мое плечо из захвата и схватил стоящую на столе неподалёку  от него бутылку. Сделал большой глоток, даже не поморщившись, и громко заявил:

— Если кто-то из вас, шакалов, испортит мой план, я вытащу наживую из его брюха кишки и сделаю себе новёхонький ремень! Я выражаюсь понятно? - он обвёл тяжёлым взглядом притихших бандитов, затем одним глотком допил содержимое бутылки и швырнул ее о стену. Она разлетелась на осколки, слегка забрызгав ботинки русоволосого мужчины стоящего у телевизора.

— Ты! – чёрные глаза впились меня, словно гипнотизируя. - Одно неверное слово, один не верный шаг и тебя пустят по кругу! Усекла?! – на последнем слове Берех заорал во всю свою мощь лёгких.

Я вздрогнула, но не опустила глаз, твёрдо глядя в его лицо.

Уяснив, что я не тороплюсь отвечать, он указал пальцем в угол помещения, где стояли мешки. Без слов я направилась туда и осторожно присела на один из них. Сидеть было не очень-то удобно. В них был песок или что-то из стройматериалов. Опустив глаза, я увидела, чтоиз одного мешка из небольшого отверстия просыпался цемент. Шаркнув ногой, я смела подальше от себя сыпучую смесь.

Скорее бы Алекс нашёл меня! Ведь он меня найдёт?!

Глава 16

Мне кажется, что здесь нахожусь уже целую вечность. В голове раненой птицей билась единственная мысль, которая была обращена к Алексу. «Найди меня! Забери из этого ада!» - вот с чем я обращалась к нему. Я совершенно потеряла счет времени, понятия не имея, сколько прошло часов или дней. Без окон было трудно понять ночь сейчас или день, не говоря уже о чем-то большем. Бандиты гоготали над своими пошлыми шутками и вели развязанные разговоры. Я старалась как можно тише сидеть в своём углу и не привлекать лишнего внимания. Мне надо только выдержать и дождаться Алекса, больше ничего. Но, не осознавая этого, я прислушалась к разговору, когда русоволосый обратился к Ходжу.

— А если Эмир узнает, что ты его подставил? – поинтересовался он, откусывая кусок баранины, что сочилась жиром, который стекал по пальцам говорившего.

Берех лениво откинулся на спинку стула, отчего он жалобно скрипнул. Казалось, ещё чуть-чуть, и  он рухнет под ним. Это было бы замечательно. Надеясь, что мои мечты сбудутся, я принялась сверлить взглядом ножку стула. Ну, а вдруг?

— Мне плевать, если этот щенок узнает, - ответил Берех. – Он совсем не в меня пошёл, сплошное разочарование. Это все его мамаша, вбила в голову всю эту христианскую чушь! Когда я учил его, что надо быть хищником, безжалостным зверем, он со слезами на глазах приносил домой голубя с перебитым крылом. Слабак! Даже мой урок не пошёл ему на пользу. Я видел огонь неповиновения и неприятия в его глазах, когда  на обед я приказал принести ему суп из того голубя, – мужчина гневно поджал свои и без того узкие губы. И даже выпрямился на стуле так сильно, что это выглядело почти не естественно. Лицо Бен Ходжа исказила злобная маска, показывая внутренне состояние его души.

Я с ужасом слушала этот жуткий рассказ, понимая, как же тяжело пришлось маленькому мальчику, которому вместо любящего родителя попался вот такой монстр! Лучше уж быть сиротой, как Алекс или безотцовщиной - как я, чем видеть каждый день такое чудовище и подвергаться его изнуряющим пыткам, что ломают волю и калечат душу. А ведь Эмир всегда был вежлив со мной и обходителен… лишь до того случая, когда меня обвинили в смерти его отца. От мыслей меня отвлёк голос мужчины.

— Арман не любит, когда его пытаются выставить дураком. Если он узнает, что ты подставил под удар Эмира, он придёт в бешенство!

— Никто не узнает! – Берех грохнул кулаком по столу, а затем подался вперед и схватил мужчину за грудки, бешено вращая глазами. – Все, кто знает про это - умрут!

Его слова прозвучали настолько зловеще, что я помимо воли вздрогнула, сжимая прохладные пальцы. Холодно, очень холодно и на сердце и телесной оболочке. Я несколько раз подышала на ладони, пытаясь их согреть, но тщетно.

— Да ладно тебе, Берех! Я же беспокоюсь о тебе. Чеготы так взбеленился? – обратился мужчина к своему боссу, стараясь говорить как можно спокойнее.

— Я вам, шакалам, никому не верю, - сощурился албанец, обнажая в улыбке-оскале желтоватые от жевательного табака зубы. - Вы переживаете только о своей продажной шкуре и меня с потрохами сдадите,если вам предложат больше, чем плачу я, - он сплюнул на пол, показывая своё пренебрежение этим жестом.

Я лишь подумала о том, что какой Берех - такие у него и люди. Они стоят друг друга, все без души и совести.

— Ты меня не проведёшь своим сладкими, льстивыми речами, Безим! - не на шутку завелся Ходж.

— Мы перешли дорогу двум сильным кланам, Берех, - тот повел плечами, втягивая голову в плечи. - Что будет, если мы не выкрутимся? Я хочу больше, чем десять процентов от сделки! - заявил мужчина.

— С каких пор ты боишься этих неверных псов? Кто такие клан «Полные крови» и « Десятники» по сравнению с нами?! – воскликнул Берех Бен Ходж, грозно сводя брови. – Наш клан «Восходящего солнца» один из самых древних и почтенных.

Русоволосый вскинул голову и слегка расправил плечи.

—Ты хотел сказать: был одним из почтенных, —поправил его Безим, — до сомнительных сделок с Ноланом. Ты попусту кинул его на деньги, Берех, без моей помощи ты не вытянешь это, предлагаю тебе поднять ставку. Хочу для себя и ребят тридцать процентов! – уже более уверенно закончил свою речь албанец, подсознательно чувствуя, что у него есть все шансы на победу.

Бен Ходж выхватил из-за пояса нож и резко вонзил его в кусок буженины. Затем, как зверь, оглядел из-под густых бровей всех присутствующих. Затем, цедя каждое слово, проговорил:

— Вот как вы заговорили, собаки. Значит, я мало плачу по-вашему? Ну, хорошо. Черт с вами! Двадцать процентов - мое последнее слово.

Мужчины  закивали, вполне дольные тем, как сложились обстоятельства и в полголоса начали обсуждать, куда и на что будет спущена прибыль.

— А что планируешь делать с ней? - поинтересовался Безим, кивая в мою сторону. Его блеклые зелено-карие глаза оценивающе прошлись по мне, замершей и скукожившейся у стены.

Берех бросил небрежный взгляд в мою сторону.

— Пока не решил. Хочу сыграть до конца партию с Нордом. Этот молодой, вспыльчивой ублюдок слишком непредсказуемый, если тронем девку, кто знает, может, ему башню сорвёт. Мне эти документы важны, как воздух! - Берех ещё раз бросил на меня непроницаемый  взгляд. – Ни одна дырка не стоит того, что находится в этих документах.

Он протянул руку и взял бутылку с водой, сделал большой глоток. Не спуская с меня взгляда, Берех вытер губы рукавом и направился в мою сторону. Все мое тело напряглось, кожа покрылась мурашками.

— На! Пей! Ещё не хватало, чтобы ты окочурилась до того, как Норд соизволит прийти, – проворчал Бен Ходж.- Бери, второй раз я предлагать не буду.

Я взяла неловкими пальцами бутылку с водой, но так и не смогла себя пересилить и коснуться губами горлышка, из которого только что пил этот противный старик. Нет, я не могу! Лучше я помру от жажды, чем сделаю это.

—А твоя-то брезгует пить из бутылки, – со смехом заметил Безим, но тут же замолчал под яростным взглядом Береха, который нарочито безразлично пожал плечами.

— После всего эта дрянь переправится прямиком к Мансуру. Он знает подход к таким вздорным сучкам. После него она уже ничем не побрезгует. Полгода в борделе Кунейта сделают своё дело, - его губы искривила язвительная пропитанная ядом улыбка.

Я побледнела, понимая какую судьбу готовит мне этот псих. Нет! Никогда и ни за что. Лучше умереть, чем стать продажной женщиной. Я не так воспитана. Моя душа слишком хрупкая для такого потрясения и насилия над ней. Я все могу стерпеть: оскорбления, физические издевательства, но прикосновения чужих грязных рук -никогда! Я всегда знала, что в моей жизни будет только один мужчина… и это Алекс! Мой любимый, мой муж, мой первый и единственный мужчина - так останется навсегда! Никому и никогда не испортить и не замарать того, что между нами. Я не позволю… Скорее,  я добровольно пройду все круги ада, чем позволю прикоснуться к себе чужим мужским рукам и губам!

Глава 17


Меня разбудила трель сотового телефона, вырывая из спасительного сна. Неохотно с трудом разлепила веки. Так холодно. Даже нос и то замёрз. Если так и дальше дело пойдёт, то вскоре я превращусь в ледяную статую.

— Слушаю! – довольный голос Береха заставил встрепенуться. — Бумаги у тебя?

Я напряжённо наблюдала за диалогом. По тому, как отец Драко рассмеялся, потирая руки, я поняла, что Алекс выполнил все требования.

— Один. Ты должен быть один и больше никого, иначе сделка аннулируется! - предупредил албанец, довольно скалясь. — Мой человек встретит тебя на улице Storgata. Никакого хвоста, Норд! Иначе, я не отвечаю за последствия …

Отключив телефон, он откинул голову и громко захохотал. Глаза его возбуждённо горели.

— Норд на крючке, полностью в моей власти! - он вскинул вверх кулак, затем перевёл взгляд на меня. - Бабы, из-за вас все беды! Алекс был почти неуязвим, пока ты не появилась! Моя жена. Не ирония ли? – его улыбка шакала, побуждала броситься вперёд и ногтями содрать с его мерзкой рожи ухмылку вместе с кожей.

Раньше я никогда не считала себя кровожадной, но этот человек сумел вытащить из меня все самое темное.

— Кто знал, что маленькая румынская шлюшка станет манией Беса?! - Берех повернулся к одной из своих шестёрок. — Смазливое личико, пара упругих сисек,узкая щель и - больше нет клана «Полные крови», - он сплюснул себе под ноги. - Арджан, поедешь прямо сейчас на главную улицу Storgat, там тебя будет ждать Норд. Привези его. Ничего лишнего не говори! Норд хитер, как сам дьявол! И убедись, что за вами хвоста нет! Если что, спрос будет с тебя! А теперь, поторапливайся.

Мужчина с всклокоченными волосами молча выслушал Берех Ходжа, ковыряясь зубочисткой в зубах. Остальные тоже не проронили ни слова, скорее всего, в уме тратя деньги, что им Бен Ходж обещал за поддержку.

— Давай, Замир! Не подведи меня, на кону стоит очень многое, если что-то пойдёт не так… - Берех сделал эффектную паузу. - Я всееех потащу за собой!

Замир несколько раз кивнул головой и, не поднимая глаз, попятился спиной к двери, выражая всем своим видом преданность  главарю клана « Восходящее солнце».

И вот минуты потянулись, словно долгие часы. Я сразу почувствовала, когда в помещение вошёл Алекс. Все мое существо будто потянулось ему навстречу. Я оттолкнулась от стены и даже успела привстать с мешков, но меня остановил предупреждающий взгляд Береха, брошенный в мою сторону. Я нерешительно замерла. Кто знает, что сделает этот психопат, если я брошусь к Алексу?

Алекс твёрдым сосредоточенным  взглядом обвёл всех находящихся в помещении людей, пока не дошел до меня. Его глаза, цвета штормового океана, сразу же потеплели, стоило увидеть меня. Твердая линия рта смягчилась. От него будто веяло свежестью, ветром, морским бризом…

Албанцы, что кучкой стояли в стороне, словно стайка шакалов, казались чёрной грязью под ногами этого северного светловолосого бога. Будто сам Тор сошёл на землю, что бы покарать всех моих обидчиков. Истинный сын своей земли и - никак иначе. На нем был лишь спортивный костюм, будто холод его и вовсе не волнует.

— А вот и сам Алекс Норд, собственной персоной! –голос Береха прошёлся громогласным эхом по складу.

Алекс резко развернулся и схлестнулся взглядом с ониксовыми глазами Береха Бен Ходжа. Они являли собой такой сильный контраст, что на ум приходило сравнение борьбы между добром и злом. Как бы иронично не звучало, но, похожий на падшего ангела Бес, был на стороне добра. В этот момент я подумала о том, как же символична его татуировка на спине. Ведь после той ночи, что я провела с Алексом во Флоренции, я не выдержала и загуглила значение его тату… Помню, как с сильно бьющимся сердцем читала о том, что означает такая наколка. Тогда я с трепетом и волнением, накрывшись с головой одеялом читала о том, что меч -это благородное оружие. Испокон веков и им мог владеть только лучший воин. Грубо говоря, меч - это статус. Способ защитить свою семью и честь. Крылья же означают свободу, должно быть ее так сильно Алексу не хватало в Эфиопской тюрьме, что он захотел их запечатлеть на себе. А если объединить все пересчитанное, то не сложно было догадаться, что тату символизирует отвагу, силу и склонность к справедливости, желание защитить слабого. Вот такой он - Алекс Норд, под кличкой Бес, полный противоречий.

Беззвучно прошептав его имя, я судорожно сцепила пальцы рук перед собой. Я видела, как в это же мгновение его поразительно  чёрные ресницы дрогнули, будто он услышал меня, что было совершенно невозможно. Должно быть, мне почудилось.

Губы Алекса растянулись в ленивой улыбке, левая бровь, как всегда, издевательски выгнулась, а голос хрипло и насмешливости прозвучал в тишине помещения.

— Ходж, да ты собрал армию… - Алекс пренебрежительным взглядом обвёл шайку Береха, не задержавшись ни на ком и секунды, будто перед ним сопливая детвора из подворотни. — Теперь, думаю, пора отпустить девушку! Катриэль … - впервые за все время он обратился ко мне, но его прервал албанец.

— Здесь правила устанавливаю я, а ты подчиняешься… Бес, - чеканя каждое слово, сказал Ходж, но при этом опасливо просунул руку за куртку, наверняка проверяя на месте ли пистолет.

Я видела, как у Алекса задвигались желваки на скулах. Он в бешенстве, нет сомнений. Его прищуренные глаза говорят о том, что он пытается сдержаться. Зная его характер, понимаю четко и ясно, что ситуация и впрямь сложная, иначе бы Бен Ходж уже не дышал. Но он стоит и ядовито разглядывает эмоции на лице Алекса, наверняка злорадствуя, что ему удались с помощью своих подлых, коварных интриг заманить в ловушку одного из «Полных крови». Да не просто рядового члена клана, а самого Беса.

— Давай их сюда, Норд! - Берех протянул руку Алексу, подрагивая от нетерпения.

Бес приподнял бровь, делая вид, что не понимает о чем идёт речь. Когда албанец все тем же нетерпеливым жестом попытался подстегнуть его к дальнейшим действиям, лишь иронично усмехнулся. Казалось, Алекса забавляло суетное ерзание Ходжа.

— Давай же их, скорее! Чего ты медлишь?! – его глаза от горели, как у голодной гиены.

Алекс невозмутимо пожал плечами, выглядел он совершено спокойным, поэтому даже я охнула от того,что он сказал:

— У меня их нет.

Берех дёрнулся  и непонимающе уставился на предводителя клана «Полные крови».

— Что ты имеешь в виду? – мускул на его щеке несколько раз дрогнул, а губы начали поджиматься в тонкую искривлённую линию. – Где мои гребенные документы, щенок?! - Берех выхватил из-за пояса ствол и направил его прямиком на меня.

Алекс дёрнулся и резко переместился так, чтобы оказаться на линии огня – между мной и Бен Ходжем. Теперь черное дуло пистолета смотрело прямо ему в лоб.

— Не глупи, Берех! Давай, обсудим, – я видела как плечи и спина Алекса напряглись и словно окаменели.

— Что обсудим?! Чертов ублюдок! Я так и знал, что тебе нельзя верить! – истерично завизжал Берех Бен Ходж. — Я вас сейчас порешу на хрен! - он тяжело дышал. Казалось, еще чуть-чуть и его глаза вылезут из орбит.

— Схемы будут, – спокойный уверенный голос Алекса на фоне издёрганного пышущего яростью Ходжа выглядел, как издевка. — Отпусти девушку. Я останусь здесь, вместо неё… Это всего лишь девчонка, а я – я значимый в определенных кругах человек.

Берех схватился одной рукой за волосы возле виска, другой продолжая удерживать Алекса на прицеле. Лицо мужчины налилось кровью. Было видно, как он борется с собой.

— Падла! Как ты посмел испортить мою игру?! Ты должен был делать все по моим правилам! Теперь все не правильно. Все… Абсалютно все! – Ходж то едва слышно бормотал, то срывался на крик.

Я смотрела на него и думала о том, что же делают с людьми наркотики. Они полностью убивают личность, разрушая по кирпичику до самого фундамента. А дальше,как зловонное болото, затягивают на дно, откуда уже человеку не выбраться, где стираются все грани. С учётом того, что Ходж и до употребления явно был не паинькой, на свет появился вот такой гротескный монстр. Я видела его именно таким: злые выпученные, неистово сверкающие глаза, искривленный рот, в уголках которого поблескивала слюна - сам дьявол, явившийся к нам на землю, чтобы творить свои злые деяния.

Глава 18

Берех резко выпрямился, его темная кожа сталабледной, что было ему совершенно не свойственно. На лице появилась непроницаемая маска. Он весь разом как будто потух, голос стал спокойный и вкрадчивый, от чего стало ещё страшнее.

— Алекс! Я тут подумал… - он деловито провёл по своей бороде пальцами. – А ведь ты меня навёл на мысль!Сколько ты раз мне угрожал, что закопаешь живьем? Не то, чтобы я впечатлительный, но все же должен признать, что это жутко. Да… Мороз по коже, – гадкая улыбочка зазмеилась на лице отца Эмира. – Когда не хватает  воздуха, тело бьется в агонии, а сделать ничего не можешь… Что может быть страшнее?

Меня охватило дурное предчувствие. Сердце, принялось отстукивать бешеный ритм. Неужели это чудовище готовит нечто ужасное для Алекса?!

— Отпусти девочку. Со мной можешь делать все, что угодно, - заявил Бес, даже не моргнув и глазом в ответ на туманные намёки Береха. - Но я должен предупредить, что если с ней или со мной что-то случится, ты не получишь свои схемы! Ни-ког-да!

Берех свободной рукой сжал пальцы в кулак, но тут же медленно его разжал.

— Ты вырос в Италии, рос во Флоренции всю свою сознательную жизнь! – он нетерпеливым жестом указал,чтобы Алекс двигался в глубину помещения, затем махнул в мою строну головой одному из своих шестёрок.

От толпы отделился невысокий, черноволосый,коренастый парень и тут же схватил меня за предплечье,толкая впереди себя, направляя в сторону Алекса.

— Пусти ее! – внимательно наблюдая за мной, сказал парню Берех.

Я тут же бросилась в крепкие объятия Алекса. Сжимая ткань рубашки на его груди, я судорожно прижилась немувсем телом. Мой затылок обхватила широкая горячая ладонь, пройдясь по волосам в успокаивающем жесте.

— Так, на чем я остановился? – прозвучал слегка насмешливый голос Береха Бен Ходжа. — Ах, да-а! Италия - Родина Ромео и Джульетты.

Мы  с Алексом двинулись вперед. За нами следом шёл Берех, рассказывая о своих диких суждениях и мировоззрении. Тон его был почти торжествующим.

— Я себя чувствую творцом! Ты не представляешь,Норд, какую  мне идею подкинул своими угрозами, закопать меня живьем, - он хохотнул и вытер пот со лба, когда я оглянулась через плечо. — У меня на вас грандиозный план. Катриэль и Алекс. Должен признать,не плохо звучит! Я решил,  сделать вам великолепный подарок к свадьбе. Я так люблю праздники!

Я не могла понять, что имеет в виду этот психопат, но неприятный холодок уже пополз от шеи вниз по позвоночнику. Душу охватило скользкое предчувствие беды. Надвигалось нечто страшное – я была почти уверена в этом. Мы остановились, как только перед нами оказалась большая яма. Я глянула вниз и судорожно сглотнула. Глубоко. Очень глубоко.

Рука Алекса крепко сжала мою. Это касание, не позволило мне окончательно поддаться истерической  панике, которая, словно зыбучие пески, уже тянула меня куда-то прочь от адекватности и рассудительности.

— Я дарю, вам вечную любовь! - с едкой улыбкой воскликнул Берех. — Никаких разочарований, ссор, измен! Вы должны мне спасибо сказать! – сжимая зубы и, бормоча что-то себе под нос, Ходж отступил назад.

— Тебе не сойдёт это с рук, – пригрозил Алекс. Над его виске уже начала дергаться жилка пульса, вены на шее вздулись от сдерживаемого гнева.

—Прыгай! - заорал Берех, пронзая меня холодным безумным взглядом.

Я испуганно замотала головой. Но, стоило ему взять Алекса на мушку и начать считать, я вырвала ладонь из цепких пальцев Беса и бросилась в яму. Движимая стремлением защитить любимого, я даже не думала о том, что сама могу легко свернуть себе шею этим прыжком.

— Нет, Катриэль! — голос сверху заставил меняподняться с колен, и посмотреть вверх.

Алекс без раздумий спрыгнул ко мне. Яма была не большая. Я быстро преодолела разделяющее нас расстояние и, встав на цыпочки, сцепила руки у него на шее.

— Я знала, что ты придёшь за мной! – то ли сказала,то ли простонала, глядя в его голубые глаза.

— Тшш! Все хорошо, – его четко очерченные губы дрогнули, как всегда в дразнящей улыбке.

Сверху послышался какой-то шум.

— Эй, голубки! Вам там комфортно? Не тесно? – насмешливо поинтересовался Берех, присев на корточки на самом краю, чтобы заглянуть вниз. — Кому скажу - не поверят! Бес сам пошел навстречу смерти! - затем он махнул рукой, куда-то в сторону. - Запускайте машину!

Только сейчас я обратила внимание на то, что над нашими головами, стоит огромное, странное приспособление. Какая-то штука вроде трубы, но разрезанной пополам.

— Что это? – мой голос дрогнул. Пальцы Алекса сильнее сжали мои плечи. — Что это? Не молчи! – уже настойчивее повторила я, наблюдая, как установка приближается к краю ямы.

— Чертова хрень для подачи бетона! – выругался Алекс не громким голосом. - Бл*ть!

Этот ответ подтвердил самые мои страшные догадки. Я в ужасе вытаращила глаза, когда прямо возле нассверху медленно полился жидкий бетон.

— Алекс! – вскрикнула испуганно, не контролируя себя.

Лицо Бесаа как будто приобрело более хищные черты, но при этом он продолжал гладить меня по волосам. Видя, как я кручу в панике головой, он сжал мои скулы пальцами обеих рук.

— Катриэль, послушай меня! – он заговорил успокаивающим голосом. – Послушай меня! Мы выберемся отсюда, я тебе обещаю. Андре в курсе, где мы и не только он…

— Нас заливают бетоном! – я не могла мыслить нормально, все существо билось в истерике и жажде жизни.

Слова Алекса прошли мимо моих ушей. Что, если нас не успеют спасти?! Боже, я не хочу так умирать.

— Это я виновата! - зарыдала я, чувствуя, как бетон уже добрался до лодыжек. - Если бы не я, тебя бы здесь не было! – я ещё горше заплакала, ощущая вину масштабных размеров, что прожигала дыру в моей груди,не давая спокойно дышать. Я приношу всем одни неприятности. Вот к чему все привело! Мы будем с Алексом погребены заживо под бетоном. Я должна сказать… Должна сказать все, что хотела, но не сказала.

— Алекс! Я так тебя люблю, – слова вырывались со всхлипами.

Я чувствовала, как слёзы заливают лицо, текут по щекам, по порезам на них, от чего кожу неприятно щиплет и покалывает. Запрокинув голову, чтобы сказать о своих чувствах, я обнаружила, что к первой установке присоединилась еще одна. Бетон стал поступать большими объемами, заставляя сердце биться на максимальной скорости. Я чувствовала, как вязкая серая жижа уже соприкасается с моей поясницей.

— Катриэль…Ты лучшее, что было в моей жизни! Самое светлое, самое доброе, – его руки подрагивали,держа меня за скулы. – Вот увидишь, мы выберемся отсюда, будем жить в большом чудесном доме! Хочешь, мы ещё раз поженимся?! Только уже по-настоящему по всем правилам, - я кивала, слушая его, а по щекам текли,не переставая, ручейки слез. – Я куплю тебе белое платье! Хочешь, Катриэль?! С длиннющим шлейфом - таким длинным, что его будут нести Андре и Лакки, чтобы он не испачкался.

Мои губы непроизвольно дрогнули в улыбке. Алекс всегда умел меня отвлечь. Даже сейчас, в один из самых страшных моментов моей жизни, этот мужчина заставляет меня улыбнуться.

— Я хочу детей. А ты, крошка? – я видела, как странно заблестели его глаза.

Не может быть! Неужели это слёзы?! Моего подбородка коснулась холодная вязкая масса. Алекс все продолжал говорить:

— Ты ведь подаришь мне детей, Катриэль? – он говорил и говорил, как будто этим можно остановить неизбежное. - А ещё у нас будет чертова собака… нет, три чертовых собаки! И мы будем счастливо жить - вот увидишь, девочка моя! Так все и будет…

Он подхватил меня, поднимая выше – так, что наши лица сравнялись. Когда бетон дошёл до его подбородка, его губы разомкнулись, и он произнёс слова, сделавшие на мгновение меня самой счастливой девушкой на земле:

— Я тебя люблю больше жизни.

Все, что было дальше, я не помню. Помню лишь то,как смотрела в его глаза, пока сантиметр за сантиметром нас поглощала смесь из щебня, песка и цемента. А потом – темнота. Я лишь успела глотнуть воздуха и задержать дыхание. В ушах нарастал звон, легкие горели огнём… А затем - резкий толчок. Крики, суета, движение. Что же происходит? Кто это?

— Расцепите их руки! – как сквозь вату слышу голос Андре, а потом чувствую, как моих оцепеневших пальцевкасаются чьи-то руки.

Мое лицо обтирают влажной приятно пахнущей тряпкой, после чего мой мир наполняется звуками, красками и кислородом. Я снова могу дышать, а потому начинаю жадно глотать воздух, чувствуя боль в рёбрах. Должно быть, когда меня вытаскивали, сильно сжали грудную клетку. Я повернула голову на бок, чтобы увидеть лежащего рядом Алекса. Он был весь серый от раствора, как и я. И он не двигался.

Фрея судорожно вытирала его лицо платком. Андре тщетно  пытался разомкнуть пальцы Алекса, но он так сильно держал мою руку в своей ладони, что у Конти ничего не выходило. Ещё секунда - и Алекс закашлялся. Андре сразу же подхватил друга, усаживая его в удобное положение. Прислонив его спиной к стене, Шаман облегченно рассмеялся:

— Да расцепи ты уже пальцы. Никуда не денется твоя Белоснежка.

Глава 19

Катриэль



Вокруг творился какой-то хаос. Группа захвата скручивала бандитов, что совсем недавно считали себя хозяевами жизни. Сейчас они, смиренно закинув руки за голову, стояли у стены, ожидая пока на них наденут наручники.  Когда один из них вздумал нарушить приказ и, отделившись от стены, дёрнулся в сторону выхода, былтут же остановлен пулей в лоб.

Я вдруг поймала себя на том, что абсолютно не шокирована случившимся, не испугана, не расстроена. Я чувствовала лишь какое-то опустошение. До чего же меня довели, если я уже спокойно реагирую на смерть человека?! Или же я, наконец, сняла розовые очки и больше не считаю, что все живое на этом свете достойно жизни? Такие, как они, не достойны.

Я обвела мутным взглядом помещение. Спецназ, Андре и его люди, отплевывающийся Алекс, стоящий на коленях Драко, трясущаяся от ужаса Фрея… Стоп! Драко… Драко?! Мой взгляд метнулся обратно, отыскивая человека в дорогом, тщательно скроенном костюме, что ы эти мгновения был испачкан все тем же раствором цемента. Это был Эмир. Перед ним лежал Берех Бен Ходж. Его руки были широко раскинуты, а в груди торчал нож с замысловатой резной рукояткой, украшенной яркими рубинами. Камни выглядели холодными каплями крови – зловеще, до дрожи…Опустив голову, Драко что-то шептал, еле шевеля губами. Его пальцы подрагивали. Рядом с ним, на бетонном полу,лежали чёрные чётки, с которыми он никогда не расставался… до этого момента.

Я вздрогнула, когда Алекс заключил меня в объятия, отвлекая от созерцания столь странной картины.

— Ему сейчас нелегко, - неожиданно  сочувственно произнёс Андре, стоящий подле нас.

— Станет легче, - хмыкнул Алекс, - когда оденет железные браслетики и сменит место жительства, - насмешливо произнёс он.

Андре нахмурился и, глядя в лицо Алексу, произнёс:

— Ты ошибаешься насчёт Эмира, я тебе не первый раз это говорю! Не будь упрямцем, закопай топор войны.

— Серьезно?! – негодующе выгнул бровь мой муж. - Закопать топор войны? А ничего, что его папаша только что пытался закопать нас с Катриэль?! -  искренне возмутился он.

Андре повернулся вновь в сторону Эмира, наблюдая за тем как тот, склонив ещё ниже голову, обхватил двумя руками клинок и вынул его из бездыханного тела отца, обнажая окровавленное  лезвие.

— Этот враг, как ты говоришь, только что спас твою задницу и жизнь Катриэль, — он кивнул головой в сторону молодого албанца. - Это он убил Берех Бен Ходжа. Собственноручно остановил его, вонзив клинок в самое сердце.

— Как?! - охнула я, наблюдая за тем, как молодой человек, сняв с пальца Ходжа родовое кольцо с изображением дракона, надел его себе на указательный палец правой руки.

—Да! - подтвердил свои слова Андре. — Он спас ваши жизни.

В голову резко ударило воспоминание о нашем разговоре с Теей.

— Андре, а где Тея?! – я с напряжением всматривалась в зелёные глаза мужчины, что были так похожи на глаза моей лучшей подруги Теи Конти.

— Час назад с ней разговаривал, - хотя мужчина и удивился моему взволнованному тону, но ответил вполне спокойно, слегка пожимая плечами при этом. - Она у подруги в Париже. Как всегда, наплевала на все запреты.

Я нахмурилась, обдумывая ответ. В Париже?! Почему она не предупредила? Хотя, о чем это я? Это же Тея! Делает, а потом думает, к тому же – свободна, как ветер. Такую не закроешь под замок - просочится под дверью. Я вздохнула с огромным облегчением. Значит, парень, с тем которым она познакомилась - не Эмир. Вот и правда! Не один же он на белом свете красавчик с чёрными глазами.В это время Драко поднялся и направился к нам. Никогда ещё я не видела его в таком состоянии. Покрасневшиеглаза, сильно сжатые губы, от чего его чувственный рот превратился в одну прямую линию… Даже смуглая кожа и то приобрела белый оттенок пергаментной бумаги. Лицо выглядело уставшим и осушившимся, от чего его скулы заострились. В глазах цвета грозы, как ртуть плескалась боль и непонимание случившегося или нежелание свыкнуться с тем, что произошло. С тем, что ему пришлось совершить.

— Катриэль! – с легким поклоном обратился он ко мне. - Я хочу принести вам свои искрение извинения за все неудобства, что я и мой клан вам причинили. В знак своего почтения и признания ошибки, позвольте, от себя лично и всего моего народа возместить финансово все ваши потери и убытки – это все, что я могу, к сожалению. Я понимаю, что....

— Нам ничего от тебя не надо, Драко! Перебил его Алекс, чеканя каждое слово. При этом, он интонациейвыделил имя албанца. — Тебя можно поздравить? Теперь ты глава клана «Восходящее солнце»? Нет, бл*ть, вы слышали?! Неудобства…

Мне хотелось накричать на Алекса, даже больше – ударить его за то, что он сейчас говорил. Неужели он не понимает как тяжело Эмиру?!

— Эмир! - я сделала шаг вперёд, напрочь игнорируяворчание Алекса, что остался за моей спиной. — Твои извинения приняты, но мне ничего не нужно, - я оглянулась на Алекса, затем снова перевела взгляд на Драко. - У меня есть все, о чем я могла бы только мечтать.

Глаза Эмира сверкнули. На какое-то мгновение он как будто снова стал прежним Эмиром Бен Ходжем. Гордая осанка, безупречный стиль, холодный колючий взгляд - интеллигент с душой бунтаря.

— Я искренне рад, что ты встретила свою судьбу, Катриэль Антонеску, - развернувшись, Эмир мазнул взглядом по Алексу и Андре, после чего стремительно направился прочь из здания.

— Эмир, подожди! – Андре быстрыми шагами нагнал албанца. Они были не так далеко от нас, потому обрывки их разговора долетали до наших ушей.

— Андре, я сейчас не настроен на разговоры. Мне надо договориться на счёт… погребения отца, – Эмир устало провёл по лицу ладонью и поправил галстук. В его ухе сверкнула серьга-крест.

В который раз, я подумала о том, что этот человек соткан из противоречий или же ему постоянно приходится подстраиваться под обстоятельства.Мусульманская страна, а в ухе крест; снаружи джентльмен и даже, можно сказать, франт, но в глазахклубится дикий ураган, сметающий все на своём пути. Маски… Как их много у него! Интересно, сможет ли добраться  какая-нибудь девушка до настоящего Эмира?У меня ещё звучал в ушах шипящий голос Береха, когда он, с каким-то извращенным удовольствием, рассказывал о том, как «воспитывал» своего сына. Не сумей Эмир Бен Ходж подстроиться, он  просто бы не выжил. Сейчас я видела его совершенно в другом свете и от всей души желала этому сильному внешне человеку обрести счастье и покой. Ведь я смогла под покрытой шрамами и шипамиброней,  увидеть доброе справедливое сердце Алекса. Пусть же Эмиру Бен Ходжу так же повезёт, как и мне найти свою любовь, свою тихую гавань.

Сбоку от меня послышался громкая брань. Алекс ругался уже с одним из людей  группы захвата.

— Какого вы так долго?! – он раздражено смахивал с волос комки бетона, что уже начал понемногу застывать.

Что я там говорила? Тихая гавань?! Ну да, может и нетакая уж и тихая… Помимо воли губы растянулись в улыбке. Алекс просто невозможен! Направляясь к нему, я краем глаза увидела, как Андре пожал руку новому главе клана « Восходящее солнце».

— Я надеюсь, на этом завершится вражда между нашими кланами.

Эмир вздрогнул от этих слов. Мне даже показалось, что на какое-то мгновение он смутился, но тут же его лицо приобрело совершенно безэмоциональное выражение.

— К сожалению, ты ошибаешься, - склонив голову в почтительном, но надменном жесте, он резко развернулсяи покинул завод, оставляя Андре Конти   стоять с приоткрытым ртом.

— Что это было?! – опешивший Шаман только и смог,что задать вопрос, обращаясь к подошедшему Алексу.

— А я говорил, что он мудак! - победно произнёс Алекс. — А ты к нему со своим миром и жвачкой…

— Мог бы для приличия хотя бы согласиться со мной! – скорчил кислую мину Андре, поджимая губы. Он недоуменно покачал головой. - Не понимаю, я думал что…

— Все! Хватит нудить. Моя девочка устала, а еще нам нужен душ, если ты не заметил! – возмутился Алекс, легонько подталкивая меня вперед. — Немедленно в отель!

Затем, наклонившись, он подхватил меня рукой под колени, и через секунду я уже слышала под ухом размеренный стук его сердца. Андре не оставалосьничего другого, кроме как двинуться следом за нами.

Глава 20


Включив горячую воду, я в блаженстве запустила пальцы в волосы, подставляя лицо тугим струям. От приятных ощущений не смогла сдержать стона, что вырвался из глубины груди. Спустя двадцать минут,наконец,  я отмылась от въевшегося в кожу и волосыраствора. Даже после того, как прозрачные капли больше не скатывались вниз по телу, а замирали на коже, свидетельствуя о ее кристальной чистоте, я продолжала тереть себя мочалкой. Мне постоянно казалось, что цемент по-прежнему стягивает и забивает поры, уши, нос, не позволяя нормально дышать и слышать. В голову лезли мысли, от которых я никак не могла отмахнуться. Пережить такой стресс! Неудивительно, что я все ещё  в шоковом состоянии. Навязчивая мысль о том, что я попала в один из собственных кошмаров, все никак не отпускала мое воспаленное сознание. Заторможенные реакции, невозможно даже сосредоточиться на своих ощущениях. Должно быть, это такой защитный механизм моего организма.

Алекс… Пойму ли я когда-нибудь его? Как только мы оказались в отеле, он удалился в смежную комнату, не проронив ни слова. Что я ожидала? Сама не знаю… Может быть, что мы приняли бы вместе душ или же я разрыдалась бы у него на груди, а он стал бы меня успокаивать и гладить по голове. А вдруг он сказал слова любви просто в порыве? Как-никак, мы думали, что погибнем. Теперь же, когда опасность миновала, наверняка, он жалеет о том, что поспешил с таким серьёзным признанием. Я огорчено прикусила нижнюю губу. Вероятно, так и есть, и он жалеет о сказанном. Я вздрогнула от прикосновения горячих ладоней к талии. Надо же, так задумалась, что даже не услышала, как мужчина всей моей жизни, присоединился ко мне…

Какие у него большие руки! Алекс без труда обхватил мою тонкую талию, полностью соединив пальцы. Его горячее дыхание обожгло мочку уха, когда Бес наклонился ближе.

— Когда-нибудь, -  аккуратно, почти благоговейно, онпровёл пальцами по моему животу, – здесь будет расти моя дочка или сын.

Влажные медленные поцелуи цепочкой прошлисьвдоль шеи, заставляя меня запрокинуть голову, чтобы дать как можно больше доступа. Легкий укус за шею, заставил меня покрыться мурашками с ног до головы, а соски тут же затвердели, словно маленькие камушки. Он развернул меня и  слегка прижал к тёплому, нагретому водой кафелю. Алекс медленно провёл пальцем по моим губам, а затем, аккуратно прижав, погрузил его в рот. Я  томно прикрыла глаза, туго обхватывая палец, инстинктивно лаская его языком. От моих манипуляций Бес прерывисто выдохнул и страстно сжал мою грудь, нежно перекатывая камушек соска. Часто задышав, не переставала работать губами, я почувствовала, как между ног все стало влажным. Не знаю, что за бесстыдство овладело мною, но я знала одно: я хочу Алекса! Своего мужа, своего мужчину... Едва он убрал палец из моего рта, я привстала на цыпочки и, проведя ладонями по мускулистой груди, подставила ему свои приоткрытые губы, молчаливо приглашая попробовать их на вкус. Как только в рот погрузился его язык, я не смогла сдержать стон. В затуманенном страстью мозге, мелькнула мысль о том, какие же восхитительные вещи он умеет вытворятьсвоим языком.

Все страхи и ужасы за прошедшие дни, как будто были удалены из-под корки моего головного мозга. Только ничем не прикрытый кайф и сводящее с ума наслаждение охватили все мое трепещущее в опытных руках Алекса тело. Прервав поцелуй он, наклонился и обхватил мой сосок губами, лаская его быстрыми ударами языка, обводя по кругу ореолы и, наконец,прикусывая острую вершинку. Из моих губ то и дело вырывались тихие стоны вперемешку с мольбами.Выпустив мою грудь из сладкого плена, он нежно вкрадчивым голосом произнёс:

— Тшш, малышка…

Меж моих ног настойчиво протиснулось колено Алекса, он надавил им, разводя в стороны мои бёдра. Подхватив меня за ягодицы руками, он приподнял меня, тесно прижимая к своему восхитительно твёрдому телу.

— Ты мне безумно нужна… хочу тебя… – сбивчиво говорил он, сжимая  в своих объятиях до хруста в костях.— Люблю…

Это последнее слово заставило меня сорваться в пропасть. Вцепившись в его плечи, я подалась вперёд, стремясь слиться с ним в одно целое. Его пальцы скользнули между нашими телами и проникли во влажные складочки, что уже готовы были его принять. Нет, я не боялась, лишь чувствовала сильную всепоглощающую страсть. Дёрнувшись, я застонала, как только его проворные пальцы оказались во мне, будто проверяя, готова ли я принять его. Я подалась бёдрами вперед, подгружая его пальцы ещё глубже в себя. Сметая все преграды  между нами, заставляя его отчаянно и дико хотеть меня.

Приподняв за бёдра, он одним плавным движением погрузился на всю длину, вырывая из моей груди громкий вскрик. Прислонив меня  к стене спиной, он сжал одной рукой мои скулы, врываясь языком в  рот и одновременно с этим совершая ещё один толчок. Дрожа от удовольствия, он чередовал медленные толчки с быстрыми, наблюдая за сменой  эмоций на моем лице,  словно подбирая  темп, что сведёт меня окончательно с ума.

С моих искусанных припухших губ то и дело срывалось его имя:

— Алекс…

— Тише… тише…

Погружаясь до самого основания, он без устали двигался снова и снова, вжимая меня в стену душевой.

— Быстрее! - простонала я, содрогаясь всем телом отбыстрых толчков его бёдер.

Несколько жёстких толчков и - низ живота начал наливаться жаром и тяжестью. Я слышала как будто со стороны наше частое дыхание и прерывистые стоны.  Подалась было ему навстречу, но была зафиксирована крепкими руками, что не давали двигаться. Мучая похлеще любой изощрённой пытки, Алекс ускорил темп. Толчки стали чаще и сильнее. В какое-то мгновение внизу живота будто расправилась натянутая пружина. Удивлённо охнув, я почувствовала, как пульсирующие горячие волны накатывают одна за другой, заставляя сжиматься пальчики на ногах. Приоткрыв рот, начала жадно глотать воздух, сотрясаясь от мощных движений Алекса, что без устали жестко насаживал на себя. Почти не осознавая, что делаю, вцепилась в его плечи ногтями, чувствуя, как под пальцами бугрятся, перекатываясь, крупные мускулы. Под мои всхлипы Алекс зарычал и совершил последний самый сильный толчок.

Надсадно дыша возле моего уха, он, все ещё держа меня на руках, прижался лбом к стене.

— Это… - он попытался отдышаться и, переведя дыхание, проговорил. - Если бы я знал, какая ты огненная штучка, уже бы давно тебя…

— Эй! - возмущённо воскликнула я, не давая ему возможности закончить свою мысль. - Я вообще-то приличная девушка!

Алекс выпрямился, выпуская меня из плена своих объятий и, слегка отстраняясь назад, заглянул в мое раскрасневшееся лицо. Хрипло посмеиваясь, он включил сильнее напор воды и смачно шлепнул меня по ягодицам.

— Красивая попка, - сделал он мне комплимент, заставив ещё больше покраснеть. — Форма сердца, - добавил он, с ухмылкой, наблюдая за тем, как румянец начал заливать мне шею…


Позже, лёжа в постели, закинув стройную ножку на бёдра обнаженного Алекса, я задумчиво водила пальчиком по его груди. Дёрнув его за волосок, я игриво улыбнулась, на что он взял мою руку в свою и нежно поцеловал каждый пальчик.

— Я чуть сума не сошёл, когда вернулся в дом… - нарушил он первым молчание. - Ещё и кровь на столешнице… - он озабоченно оглядел мою рассеченную бровь и на его скулах заиграли желваки.

— Давай забудем все это, как страшный сон, - прижав палец к его губам, мягко проворковала я, заглядывая в обеспокоенные и настороженные глаза. – Давай жить настоящим. Мы вместе… и все позади.

Он нежно притянул меня к себе поближе, устраивая мою голову у себя на груди. Его сердце так успокаивающе билось подо мной, что глаза сами собой стали слипаться.

Глава 21


…Я стою в поле. Под ногами прохладная, сочная трава, покрытая утреней  росой. Я поёживаюсь, мурашки бегут по рукам от локтей,  спускаясь все ниже. Где-то рядом проблеяла коза. Надо ее подоить, а потом с запасом сделать сыр… Но вдруг на небо набежали тучи, мир заволокло плотным туманом, словно во всем мире разом  взяли и потушили свет. Я поворачиваюсь к дому, чтобы успеть добежать, пока не грянул гром и не пошёл дождь. Загоняя коз в сарай, высоко приподнимаююбки, стараясь выполнить работу максимально быстро.

— Катриэль! – окрик заставляет меня вздрогнуть и испуганно оглянуться. Очень страшный, пробирающий до дрожи голос повторяет мое имя. — Катриэль!

Впереди мой дом, глиняная крыша, из дымохода струится дым, от него веет тёплом и уютом. Я снова оглядываюсь назад, на лес… Темные тучи делают его мглистым и таинственным, деревья наклоняются от сильного ветра - предвестника ливня. Ветви сплетаются, образовывая подобие арки, что ведет куда-то вглубь чащи. Я поправляю платок на голове и уже собираюсь идти в дом, когда замечаю среди деревьев неестественно яркое зеленое пятно. Хрупкая девушка, облаченная в платье цвета молодых листьев…

Тея?! Что она там делает?! Вдруг я чувствую резкую сильную головную боль, что пронзает, словно раскаленная игра. Что происходит?! Я же не  могу быть в Румынии и мой дом… Вдалеке вновь мелькает зелёное  платье. Без раздумий я бросаюсь вперёд. Сердце отплясывает сумасшедший танец в ритме какой-то безумной джиги. Я точно знаю одно - там Тея и я ей нужна! Инстинкты просто вопят о том, что я поступаю неверно. Вставшие дыбом на руках волоски, подтвердили то, что не только мой разум против этой идеи, но и даже тело на инстинктивном уровне отвергает идею окунуться в самую чащу леса.

Бросаясь вперёд, я стараюсь разглядеть среди дубов, берёз и граба, свою подругу. Она в беде, я должна ей помочь. Ступая в легких, тряпочных, расшитых цветами  сандалиях по земле, я то и дело наступаю на засушенные веточки, что разбросали птицы готовясь вить свои гнёзда. В полной тишине и в полумраке, треск веток под моим ногами можно было бы назвать самым жутким звуком за всю мою жизнь… Где-то не далеко от меня, громко хрустнула сухая ветвь, я испуганно дёрнулась и прижала инстинктивно ладонь ко рту. Ноздри широко раздувались, дыхание от страха стало поверхностным и тяжелым.

— Кто здесь? – когда я спросила, то мысленно представила, себе что это прозвучит угрожающе, но в итоге из горла лишь вырвался испуганный дрожащий писк.

В ответ лишь - тишина, гнетущая, давящая на уши пронзительным звоном. Ну, разве бывает так тихо в лесу?! Словно все вокруг замерло, а время остановилось. Позади меня вновь послышался шорох. Резко обернувшись, я увидела Тею. Она держала перед собой связанные шелковым платком руки. По щекам подруги струились слезы.

— Боже, Тея! – я кинулась к ней, пытаясь развязать ее руки, но платок с восточным принтом никак не поддавался. - Кто? Кто это сделал? – я вопросительно заглядывала в ее измученное личико.

— Уходи, Катриэль! - подруга неожиданно сильно меня оттолкнула, не смотря на то, что ее руки были связанны. — Он придет. Уходи, пока можешь! - ее полные красивые губы дрожали от страха, девушка оглянулась куда-то в глубь леса. Послышался всхлип, и она умоляюще обратилась ко мне: — Уходи, меня уже не спасти…

— Что ты такое говоришь?! Мы уйдём отсюда вместе, - я схватила ее за плечи и встряхнула.

— Ты не понимаешь… Он не отпустит меня, - замотала головой Тея, захлебываясь рыданиями.

Я нахмурилась, не понимая, почему она сопротивляется. Чтобы хоть как-то прояснить ситуацию, решила вытянуть хоть что-то из испуганной подруги.

— Кто - он?! О ком ты, Тея?!

Она приоткрыта губы, что бы ответить на мой вопрос, но, посмотрев мне за спину прикусила губу и ее маленький округлый  подборок задрожал.

Я резко обернулась, встречаясь с взглядом серых стальных глаз.

— Эмир! – вырвался у меня испуганный крик.


Глава 22


Часто дыша, я села в кровати, из груди вырвался надрывный всхлип.

— Все хорошо! Катриэль, ты меня слышишь?! – голос Алекса доносился до меня как сквозь вату. - Это всего лишь кошмар.

— Я так испугалась! – вытянув вперёд руки, я увидела, как у меня дрожат пальцы.

Кровать прогнулась, и Алекс протянул мне стакан с прохладной водой. Я благодарно кивнула и приняла его. Лишь когда живительная влага коснулась пересохшего горла, почувствовала легкое облегчение. Вернув стакан мужу, что все это время терпеливо ждал, пока я напьюсь, сделала глубокий вдох, постепенно успокаиваясь. После того, как донышко стакана стукнуло о прикроватную тумбочку, Алекс вернулся ко мне, прижимая мое дрожащее тело к себе.

— Я так и знал, что его надо было грохнуть, – полный злобы голос Алекса, меня удивил. – Если бы не Андре, ябы уже давно решил этот вопрос.

— О ком ты? – решилась все же спросить, приподнявшись на локте, я протянула руку и нежно провела пальцами по нахмуренным бровям Алекса.

— Драко! О ком ещё? - ворчливо ответил он. — Даже во сне его видишь… - он окинул меня жгучим ревнивым взглядом. — У вас точно ничего не было? – не моргая,муж не сводил с меня взгляда, ожидая ответа.

Я растеряно замерла. Что это ещё значит? Что он имеет в виду?! Теперь настал мой черёд хмуриться. Прижав к груди тонкий плед, я возмущенно воззрилась на Алекса.

— Что-о?! Вообще-то ты… ты у меня… - наконец,собравшись с духом, выпалила. —Ты  был у меня первый! Или ты не заметил???

Напряженный взгляд Алекса смягчился, плечи расслабились.

— Прости, крошка! Я не знаю… не знаю, что на меня нашло! Я такой ревнивый дурак, прости, – он потянулся ко мне, мягко, но настойчиво стягивая вниз плед простынь, прикрывающий мою грудь. Его пальцы прошлись вдоль моих ключиц, лаская кожу. - Так что тебе приснилось?

Чувствуя, как учащается дыхание, я нервно повела плечом.

— Будто я в Румынии…

— Дальше… - сильные пальцы Алекса спускались все ниже, пока не достигли полушария груди. Он нежно обвёл сосок, который тут же затвердел.

— …словно… - я совершенно потеряла нить разговора, задохнувшись от нахлынувших ощущений.

— Твой сон, - решил помочь мне Алекс. - О чем он?

— Не важно! – выдохнула я и подняла ладонь, проводя ею по предплечью мужа, медленно спускаясь к запястью.

— А что важно? - пробормотал Алекс, прикусывая аккуратно мою мочку уха.

- Только ты и я, - я выдохнула это прямо в его восхитительные губы, прежде чем прильнуть к ним горячим поцелуем.

Оторвавшись от меня, он жадный взглядом окинул мое разрумянившееся лицо. Алекс  приподнял один из  локонов, что  струился по плечу и отливал  бронзовым блеском от камина и пробормотал:

—Ты - само совершенство.

Я на ночь делала косу, но непокорные кудряшки выбились из прически и сейчас каскадом обрамляли лицо.

- Каждый раз, когда я на тебя смотрел, - продолжил он говорить низким сексуальным голосом. - Я представлял, как идеально прильнёт ко мне твоё стройное тело, как твои нежные руки и длинные ноги обовьются вокруг меня, - он продолжал играть с крутой спиралькой ярко-рыжего цвета, постепенно отводя в сторону остальную массу волос.

Его губы прильнули к моей шее, вызывая откуда-то из глубины души  жаркую головокружительную волну. Я непроизвольно подняла руки и запустила пальцы в его изумительные светлые волосы, что ещё в первую нашу встречу привлекли мое внимание, они были гладкие на ощупь и прохладные словно шёлк. Ощутив мои робкие касания, Алекс резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

— Ты заставляешь терять меня контроль всего лишь одним своим прикосновением. Милая… - прошептал он, снова целуя меня. – Нежная …

Наши поцелуи становились все более требовательными и жаркими. Алекс настойчиво взял меня за руку и опустил ее вниз, между нашими телами. Мои пальцы сомкнулись вокруг твёрдой горячей плоти. Кожа  словно бархат… Твёрдая пульсация в руке заставила сдавленно простонать и прижаться теснее всем телом к Алексу. Он погрузил своё лицо в мои разметавшиеся кудри, громко вдыхая их аромат.

— Катриэль… моя, – его широкие ладони нежно, едва касаясь, прошлись вдоль моей спины, - жена моя, - по его голосу было слышно, как он доволен этим фактом. Он вновь завладел моими губами, словно смакуя их вкус. Выпустив их, наконец, из плена, муж пропутешествовал губами вниз по шее, ключицам и  спустился медленно к груди.

Поочередно лаская оба полушария, покусывал острые пики сосков. Его нежные поцелуи опустились на трепещущий живот. Моя гладкая кожа цвета сливок слегка покраснела там, где соприкасалась с его жесткой щетиной.  Когда он прикоснулся языком там – еще ниже, я застонала, чувствуя одновременно стыд и дикое желание, чтобы он продолжил. Горячее дыхание опалило чувствительную кожу между бёдер. Вся моя вселенная сконцентрировалась вокруг его дерзкого языка, что порхал и порхал, точно бабочка, не останавливаясь ни на секунду.

Я приподнималась ему навстречу, пылкими неловкими толчками, сжимая в руках белые простыни, комкая их так, как будто от этого зависит моя жизнь. Как только последняя волна наслаждения прошлась по моему приятно уставшему телу, Алекс поднял голову и подался выше, устраиваясь между моих раскинутых ног. Он медленно и осторожно приникал, выжидая и приостанавливаясь, пока я полностью не расслабилась под ним. Когда это произошло, неторопливые толчки стали постепенно набирать темп, становясь порывистыми и несдержанными. Наши губы слились в пылком поцелуе. Его язык нашёл мой, подхватывая его в энергичном танце. Ещё пару минут - и я содрогнулась в мучительном облегчении, вцепившись ногтями в кожу спины Алекса.Он вонзился  в меня последним мощным толчком и замер, прикрыл глаза, тяжело дыша. Алекс перекатился на бок,  увлекая меня за собой.

Совершенно обмякшая, я повернулась к нему и прижалась, как кошка, все еще чувствуя его в себе. Он поднял руку и начал гладить меня по влажным завиткам. Моего лба коснулся лёгкий поцелуй.

— Ты  сказал, что каждый раз, когда смотрел на меня, представлял… - решила я нарушить тишину номера, но тут же смущенно замолчала. Ну, кто только тянул меня за язык?!

— Да, в мыслях, Катриэль, ты уже давно была моей! - заявил Алекс.

— Но мы почти не виделись, - удивилась я.

— Ты меня не видела, да, - подтвердил  он мои слова,– но я тебя - почти каждый день.

Его слова заставили меня широко распахнуть глаза. Я даже привстала, упираясь ладонью в кровать, чтобы заглянуть ему в лицо.

— Да, - ещё раз повторил он. - Я следил за тобой с первого дня твоего отъезда. - Неужели ты думала, что я и правда просто так могу тебя отпустить? - он покачал головой. - Нет, я ни за что бы так не поступил. Я себе места не находил, если хотя бы раз в день не видел твоего красивого милого личика, - видя мое ошарашенное лицо, он нежно провёл пальцами по моей щеке. — Ты просто стала  навязчивой идеей, самой настоящей манией! Я не мог есть, спать…

Я вздрогнула, вспомнив слова Береха. Кажется, он почти так и сказал: мания Беса.

- Ты не представляешь, сколько я сделок проворонил, думая о твоих глазах, губах… – он усмехнулся, качая головой, будто сам удивлялся тому, что творил. - Уговаривал себя, что нам не по пути, что такой как я,наихудший вариант для тебя, но ничего не помогало убрать тебя из моих мыслей – ни работа, ни выпивка, ни женщ… - он осекся на полуслове, запуская пальцы себе в волосы на макушке.

Я  засопела, бросая в его сторону обиженный взгляд. Женщины… Значит, женщины! Ах, ты ж…

— Но когда я увидел тебя в клубе, - продолжил он, обрывая мои возмущенные мысли.  – Я понял, что мне плевать на все! Понял, что ты будешь моей, чтобы не случилось, а после того поцелуя, понял главное - гори оно все синим пламенем!

В этот момент в моем животе сильно заурчало. Хмыкнув по-доброму, Алекс потянулся  к телефону.

— Совсем тебя замучил своими признаниями, - он мне подмигнул. — Что бы ты хотела? Здесь готовят вкусный рёкеллакс и оррет, и замолчал, ожидая, что я скажу.

Целомудренно поправив на груди бамбуковый плед, чем вызвала лукавые смешинки в его глазах, я улыбнулась ему в ответ  со словами:

— Если бы ещё знать, что это все значит…

— Оу, прости! Рёкеллакс - это лосось. Его подают с горчичным соусом, а оррет – форель, по вкусу чуть слаще чем лосось, – пояснил Алекс.

Я пожала плечами. Для меня все это звучало великолепно. Пока он разговаривал по телефону, пододвинулась поближе, после чего поцеловала мужа в плечо и провела ладонью по заросшей щеке.

— Алекс …

— Ммм? - промычал он, прикрывая глаза от моей мимолётной ласки.

— А можно ещё заказать  пиццу? – он вскинул ресницы, уголок его рта дёрнулся.

— Итальянскую?

— Соскучилась по дому, - кивнула я, обнимая его, - хочу в Италию…

Глава 23

Катриэль



Оказавшись на борту частного  самолета Андре Конти, я поняла, что такое настоящая роскошь. Даже самый заядлый аэрофоб не смог бы отказаться от полёта на этом потрясающем воздушном судне. Сразу же меня поразило то, что на входе заботливые стюардессы с внешностью моделей, помогли мне снять обувь и предложили уютные мягкие тапочки. Мы дошли до лаунж-зоны «Боинга». Здесь были комфортные сидения, разделяющие диван на две половинки, обеденный столик и всевозможные развлечения на любой вкус. Сверху, на краншейнах,красовались плазменные телевизоры, где крутились передачи на любой вкус.

— Ваууу! – вырвалось у меня, повернувшись к Алексу, который уже расположился на одном из диванчиков, я воскликнула: - Это просто дворец на крыльях! Невероятно!

— Если хочешь, можешь пройти в носовую часть, - Алекс снисходительно улыбнулся, открывая лэптоп, - там есть спальня с телевизором и огромной постелью. Чуть позже я присоединюсь к тебе.

Я сразу почувствовала сладкую дрожь, что прошла по моему телу. Он как будто одним своим голосом приласкал меня. Бросив смущенный взгляд на Андре, который,казалось, и не слышал ничего, я направилась осмотреть предложенное мне помещение. Спальня ничем не отличалась от номера в очень хорошем отеле. Не удержавшись, я бросилась на кровать и, раскинув руки в позе звёзды, счастливо рассмеялась. Как же я счастлива! А когда находишься в такой роскоши, да еще и с любимым человеком - это просто предел мечтаний. Я в блаженстве прикрыла глаза. Так захотелось поделиться своим счастьем, что сев на кровати, я начала рыться в своём рюкзаке в поисках телефона. Быстро отыскала нужный номер, принялась ждать ответ от своей любимой подруги Теи.

Но надежда на то, что она примет вызов таяла с каждой секундой. Нажимая  на повтор в десятый раз и не получив ответа, я отложила телефон, решив, что мучать его дальше смысла нет. Ну почему ты не берёшь трубку, Тея?! А если, правда, что-то случилось? Я никак не могла выкинуть из головы наш последний разговор о том, что она познакомилась с сероглазым красавцем-брюнетом. Нет, я конечно, понимаю, что не один Эмир с таким типажом внешности, но все же… Ещё и этот проклятыйсон! Нахмурив брови, я принялась покусывать ноготь на большом пальце правой руки. Шикарная обстановка разом утратила все своё очарование. Тревожные  мысли и переживания тяжелым грузом осели в моей душе. Ах, если бы дозвониться хотя бы разочек до Теи! Решив не сдаваться, я еще раз нажала вызов, но в ответ услышала лишь раздражающий голос оператора сотовой связи: «абонент временно не доступен».

— Почему моя  принцесса хмурится? – послышался голос Алекса.

Буквально в два шага он преодолел разделяющее нас расстояние и  оказался на коленях возле постели, на которой я сидела. Проведя ладонями по моим щиколоткам, его пальцы последовали вверх, приподымая на ходу мою длинную, ниже колен юбку. Ладони замерли,как только оказались на внутренней стороне бёдер. Один его палец играючи дотронулся до моих складочек через белые хлопковые трусики, нежно поглаживая плоть.

— Я не смог сосредоточиться. Работа совсем не идёт, когда ты так близко.

— Алекс… стиснув бёдрами его ладонь, я заставила мужа прекратить наглый флирт, но замолчала, не решаясь рассказать ему о своих переживаниях. Но мне нужно с кем-то поделиться, иначе, это съест меня изнутри.

— Что такое, крошка? - все игривое настроение парня улетучилось за доли секунды. Его рука взметнулась вверх, трогая мой лоб. — У тебя что-то болит?

— Нет. Просто я очень переживаю за Тею, – я все жеозвучила то, что беспокоило меня, не давая радоваться воссоединению с Алексом в полной мере.

Нахмуренный лоб Алекса разгладился, синие глаза утратили настороженность.

— Не переживай, кроха! Андре с ней разговаривал и  если бы почувствовал что-то не ладное, обязательно принял бы меры.

— Но она не берет трубку со вчерашнего дня, – настаивая на своём, упрямо продолжила я. - Неужели она,как подруга, совсем не беспокоится, как я и что со мной?

Алекс хмыкнул, выпрямляясь в полный рост. Видя,что я не собираюсь сдаваться, он вздохнул и снова присел со мной рядом.

— Я тебе больше того скажу, Кэт. Эта чертовка,наверняка, где-то тусила всю ночь, а теперь отсыпается! Вот это на неё похоже! Ну, ты же знаешь, какая она. У Теи неё ветер в голове, – попытался он успокоить меня.

— Не знаю даже… Может, ты и прав. Но все же что-то не даёт мне покоя. Какая бы Тея не была легкомысленная, никогда не замечала с ее стороны безразличия, – возразила я, сжимая крепко пальцы.

Алекс вздохнул, проведя ладонью по волосам.

— Хорошо, я понял тебя. Давай, сделаем так, если через пару дней она не объявится, то начнём этот разговор заново. Идёт?! - слегка надавливая мне на солнечное сплетение, он опрокинул меня на спину. —Предлагаю, использовать кровать по назначению…


***


Италия встретила нас гостеприимно. Я будто вернулась на Родину. И когда я только так успела привыкнуть к Флоренции?! С наслаждением вдыхая пропитанный свежей выпечкой воздух, я оглянулась вокруг. Должно быть, Долорес что-то печёт, раз даже во дворе витает этот чудесный аромат булочек с корицей.  Выскочив из машины, я оглянулась, наблюдая за тем, как Алекс отдаёт распоряжения  водителю. Не дожидаясь его, побежала к парадному входу особняка. Переступив порог дома,  огляделась, будто впервые находилась в нем. Неужели все  изменилось?! Или же я теперь смотрю на этот дом  другими глазами? Не той испуганной девочки, что бежала  от смерти, не подозревая, что именно здесь ей суждено обрести самое большое счастье в своей жизни, а осмысленным взглядом взрослой женщины.

Большая гостиная в светлых кремовых тонах, приятно гармонировала с мебелью из   натурального  дерева цвета  спелой вишни. Зелёный диван в полоску, невысокий винтажный столик на гнутых ножках, тяжелые портьеры кремового цвета. Как много света! Не успев пройти дальше гостиной, я оказалась в тёплых по-матерински заботливых руках Долорес. Охая и причитая, женщина вытирала бегущие по щекам прозрачные слезы, складывая пополам белый платочек, отделанный красивой вышивкой. Она, как всегда, выглядела прекрасно в светло оливковой блузе и темно-терракотовой юбке ниже колена.

— Дай-ка, я посмотрю на тебя, моя девочка! – с какой-то гордостью поговорила она. — Ну, какая же ты красивая. У тебя лик, как у святых на иконах, - она подняла глаза к потолку и несколько раз перекрестилась.

Я постаралась сдержать смешок, все-таки Долорес такая забавная!

— Ах, ты ж… Стою, болтаю, а ты должно быть, голодна?! А где сеньор Сандро?! - женщина закидывала меня вопросами, не давая при этом ответить ни на один из них. Мне ничего не оставалось, как с глупой улыбкой следовать за ней.

На кухне Долорес засуетилась еще больше, гремя кастрюлями и тарелками.

Я запрыгнула на высокий барный стул, наблюдая за ее быстрыми отлаженными движениями. Интересно, как долго она знает Алекса? Хотелось обо всем ее распростись, ведь я так мало знаю о своём муже. Его привычки, предпочтения в еде, хобби. Интересно, у него есть хобби?! От мыслей меня отвлекли горячие ладони, что нежно обхватили меня за талию. На мою макушку опустился колючий подбородок, и я счастливо выдохнула, откидываясь спиной на грудь Алекса.

Долорес, увидев хозяина дома, казалось,переключилась на ещё большую скорость.

— Сеньор Сандро! - воскликнула она радостно, теребя передник из голубого ситца, что успела накинуть поверх блузы. — Как же хорошо, когда все дома! – затем,улыбнувшись широко и искренне, подозрительно заморгав, сказала: — Какая же вы красивая пара! СеньорСандро! А я вам давно говорила, что вот такая вам девушка нужна! - она гордостью окинула меня взглядом, будто я являюсь ее родной дочерью.

— Не девушка, Долорес, а любимая жена! – сверкая глазами, поправил ее Алекс.

У бедной Долорес из рук выпал половник, всплеснув руками, она схватилась за сердце.

— Бог услышал мои молитвы! - она несколько раз подняла два пальца, затем вновь обратила на нас взгляд. — А какие же будут красивые у вас детки! - женщина была в огромном восторге от услышанных новостей.

Ее слова заставили меня покраснеть и вспомнить, что у меня есть  серьёзный разговор к Алексу.

— Я исчезну на пару часов, - чмокнул меня в щеку Алекс и  отстранился, отчего мне сразу стало как-то одиноко. Как же я к нему привыкла, к его присутствию, голосу, объятиям…

— Ты надолго? – разочарованно протянула я, даже не пытаясь скрыть своего расстройства.

— Ровно на столько, чтобы ты успела соскучиться по мне, крошка! - Алекс хмыкнул и дерзко мне подмигнул, после чего направился к выходу.

Мне оставалось лишь с грустью думать о том, что я уже скучаю.

Глава 24

Почти неделю мне пришлось потратить на то, чтобы привести в приличный вид достаточно большой  цветник,  находящийся за домом Алекса. За нашим домом, поправила я себя.  Мысли постоянно возвращались к тому, как бы было хорошо сделать его в будущем зимним садом. Ведь как же это здорово - наслаждаться своей собственной весной, когда зима в самом разгаре. Я встала  в полный рост и гордым взглядом оглядела аккуратные, ровные  посадки, с нежностью и трепетом  рассматривая небольшие кустики прижившихся   карликовых роз и  лилий. Их я в первую очередь решила посадить после того, как узнала, что лилии  считаются символом Флоренции. Красные и белые они замысловатым узором украшали цветник, олицетворяя собой чистоту и невинность. я уже представляла, как будут сидеть жарким летом на резной  скамеечке, вытянув ноги и листать очередной женский роман или журнал по разведению цветов. 

Во всех моих начинаниях мне помогала Долорес. Она же учила меня истории величественной   Италии и ее гордого города. Воодушевление и страстность Долорес передались и мне. Я как губка впитывала в себя ее интересные и познавательные  «уроки». А ведь и правда повсюду были лилии: на Флорентийском гербе, на фамильных гербах и даже младенцам здесь вешают на шею золотые или серебряные  кулончики в виде этого цветка. Это я узнала уже тогда, когда мы с Алексом были в доме Андре Конти, тогда я имела честь познакомиться с супругой Андре.

Рядом с высоким и статным мужем, Эйлин Конти выглядела совсем хрупкой девочкой , еле доставая ему до плеча, она все же каким-то непостижимым для меня образом имела над ним огромную власть. Конечно, одна лишь только ее красота уже  могла поставить на колени мужчин. Если уж я - девушка - и то периодически ловила себя на том, что с восхищением любуюсь этой обворожительной молодой женщиной, что говорить о представителях противоположного пола? Никогда бы не подумала, что она уже мама двух детей. Уже позже от  Алекса я узнала, что благодаря идейским корням, у Эйлин столь интересная внешность. Чёрные шелковистые волосы и такие же тёмные миндалевидные глаза в обрамлении густых и длинных ресниц - она как экзотический цветок, как фарфоровая кукла с медовым цветом кожи.

А их дочурки совершенно меня покорили! Старшая, с такими же чёрными волосами, как у отца и матери,унаследовала от Андре яркие зелёные глаза. За вечер малышка ещё не раз удивила меня своей находчивостью и усидчивостью. Я с удивлением наблюдала затем,  как девочка со скоростью звука собирает пазлы, разложенные на полу детской комнаты. Младшая дочка была противоположностью своей сестры.  В темных больших  глазах плясали бесенята. Девочка совсем не хотела сидеть на руках у  Эйлин. Она то и дело вертелась и пыталась ухватить меня за выбившийся из прически локон. Ее чёрные волосики торчали в разные стороны, будто этот маленький чертёнок вылез только что из дымохода.

От мыслей меня отвлёк голос Алекса.

- Стало красиво! Теперь я понимаю, почему ты столько времени пропадала здесь, - улыбаясь, он протянул руку и движением пальца стёр пятно у меня на носу. — Можно нанять садовника, ни к чему моей жене возиться в земле.

Фыркнув на его слова, с удовольствием стала  рассматривать его ямочки на щеках. Как всегда, он был одет в спортивные брюки и футболку, что подчёркивала его совершенную мускулатуру.

— Ну,  я же уже тебе говорила, мне это в удовольствие! И вообще, знаешь, это уже прогресс! - Алекс приподнял бровь, побуждая объяснить ему то, что я хотела этим сказать. — Раньше я выращивала только морковь и картофель, а теперь вот - лилии.

Вопреки моим ожиданиям, ему это не показалось забавным. Взяв меня за руку, он стряхнул с пальцев остатки земли и переплел их со своими.

— Я очень сожалею, что тебе пришлось так трудно в жизни.

— Не труднее, чем тебе… - ответила ему с грустной улыбкой.

Алекс провёл в знакомом мне жесте по волосам, от чего непослушные пряди встали торчком. Нервничает… Я уже хорошо знаю его привычки, поэтому внутренне приготовилась к тому, что он хочет мне сказать.

— Катриэль… - он замер в нерешительности, потом вдруг выдал на одном дыхании. – Помнишь, ты уговаривала меня встретиться с матерью и братом?

Я утвердительно кивнула, уже понимая, к чему он ведёт. Значит, он решился!

— Ты тогда сказала, что в жизни бывают разные обстоятельства, и каждый имеет шанс на прощение, – напомнил он наш разговор.

— Да, Алекс! Именно так. Ты же знаешь, что твоя мама тебя не бросала, а оставила по ряду причин, - попыталась я ответить как можно мягче, зная, что для него это больная тема.

— А что ты скажешь на то, что, например, - он переминался с ноги на ногу, глядя на меня из-под нахмуренных бровей, - тебя захочет увидеть твой отец? Если ли бы… - он замолчал, увидев, как вытянулось мое лицо.

Я слышала  его шумное дыхание, будто он волновался больше меня. Но я уже поняла, что он не просто так завёл этот разговор. Неужели…?

—Ты нашёл моего отца? – тихим голосом спросила я, окончательно переходя на шепот на слове «отец».

— Черт! – наверное, впервые я наблюдала за тем, как у Алекса на щеках вспыхнули красные пятна. — Если ты хочешь, я его выставлю вон! - он даже сделал  шаг вперёд и еще сильнее сдвинул брови.

— Нет! – я остановила его, опустив ладонь на плечо. - Не надо гнать его прочь, - я рефлекторно откинула прядь со лба и провела влажными ладонями по юбке.

Застонав мысленно, хлопнула себя по лбу. Надо же было именно сейчас, когда я в таком виде, появиться отцу в моей жизни.

«Отец», - повторила я про себя, это почти  незнакомое  для себя  слово.

— Все! Я ему скажу, что ты не готова! – прикусил Алекс губу, видя мою растерянность и беспокойство. - В конце концов, ждал он девятнадцать лет, ещё подождёт!

Я нетерпеливо махнула рукой, прекращая экспрессивную речь Алекса. Для себя я уже все решила! Чтобы там не произошло в прошлом между матерью и отцом, я его выслушаю! И, может, даже попытаюсь понять и простить. Дрожащими руками поправив платок на голове, я направилась к дому - к отцу, который девятнадцать лет назад бросил мою маму, беременную мной! Что могло его подтолкнуть к этому? Разве  бывают  какие-то причины для такой подлости? Облизнув внезапно ставшие сухими губы, я обратилась к мужу:

— Сильно все плохо? - имея в виду свой наряд и вид после работы в цветнике.

—Ты всегда прекрасна, Катриэль! – сообщил Алекс после минутной заминки, не сразу сообразив, что я имела в виду. - Даже не сомневайся в этом, – добавил Алекс и протянул мне руку.

Крепко сжав его ладонь, я почувствовала, как постепенно в меня вселяется уверенность. Глубоко вздохнула и решительно встретилась взглядом с голубыми глазами Алекса.

—Я готова! – твёрдо сказала я.

Но, одно дело сказать, а другое … совсем другое то, что ты чувствуешь внутри! Разве можно быть готовой к тому, что в твою жизнь врывается отец, которого ты никогда не видела? Причём, в жизнь, которая только стала налаживаться. В тот самый момент, когда отступили кошмары прошлого, один из них переступает порог твоего дома – как быть готовой к такому? Человек без имени, для которого я чужая, как и он для меня. Не стоит возлагать каких-то радужных надежд на эту встречу.

Переступая порог дома, чтобы пройти в гостиную, я твёрдо для себя решила, чтобы не случилось, я не буду расстраиваться. Пусть этот человек скажет все, что он хочет и уходит! Я выслушаю его, как положено доброму человеку, как учила меня моя бедная мама. Все мои мысли, что бурей кружили в голове, резко замерли, будто встретив на своём пути невидимую преграду, как только я  пересеклась  глазами с кареглазым рыжеволосым мужчиной. Невысокий, слегка полноватый, с простым добродушным лицом – ничего особенного, но все его существо излучало такую доброту, что мое сердце дрогнуло против моей воли. Россыпь веснушек, огненные сполохи зачесанных назад волос – вот от кого у меня эта схожесть с солнышком. На нем был дорогой темно-синий костюм, хорошо сидящий, явно сшитый на заказ и белая рубашка без единой складочки. Образ завершал  тонкий темно-зелёный галстук.

Мужчина вздрогнул и отставил кофейную  чашку на столик, стоило мне появиться. Его румяное лицо изменилось за считанные секунды, морщинки у губ и бровей разгладились, глаза радостно вспыхнули, впитывая в себя мой образ.

— Дочь… Катриэль… Да ты вылитая Илинка! – мужчина порывисто бросился в мою сторону, раскрывая объятия.

Я почувствовала, как возле меня напрягся Алекс, мягко убрала свои пальцы из его захвата и сделала шаг навстречу… отцу.

— Да  что ж это?! Сколько я пропустил! – воскликнул мужчина, оглядывая меня со всех сторон и беря мои руки в свои. – Вот, Илинка, ты меня наказала! – у мужчины сорвался голос, он полез за пазуху, из-под пиджака показалась коричневая шапка. Утерев ею лицо от слез, он продолжил: — Ты на меня, дочь, не серчай! Так и знай: не знал я о твоём существовании!

Я внимательно слушала его, не перебивая и ничего не спрашивая. Пусть выскажется, а там я решу, что делать с новой информацией.

— Какая ты взрослая! – он  гордостью оглядел меня, с удовольствием рассматривая  мои волосы, что были видны из-под  платка. Задержав взгляд на выбившемся из под него локоне, таком же рыжем, как и его волосы, воскликнул с каким-то отчаянием: - Эх… Иди ко мне, малютка!

Всхлипнув, я позволила сжать себя в крепких объятиях. Таких крепких, что каждая косточка затрещала. Разве можно противостоять такой искренности?! Все мои прошлые  мысли и страхи  до встречи с отцом  будто растаяли и исчезли вытесненные этими эмоциональными объятиями.

— Я должен многое тебе рассказать! Ты не представляешь, как я рад, что ты у меня есть! Даже всамых смелых мечтах я не мог представить, что у меня есть дочка, – он прикоснулся к моим щекам  ладонями. – Да еще такая красавица, как и ее мать!

Краем глаза я видела, как Долорес утирает слёзы шёлковым платочком, качая головой. Ее явно растрогала моя встреча с отцом. Моя милая, добрая Долорес с золотым сердцем!

— Ты даже платок повязываешь, как Илинка! - пробормотал мужчина.

Глядя в его лучистые карие глаза, я даже не заметила, как мы с отцом остались один на один в гостиной.

Глава 25


Через пару минут, когда мы остались одни, устроившись на низком французском диванчике, обитом темно-синим бархатом, с маленькими  бархатными  круглыми подушками, я приготовилась к долгому рассказу отца. Мужчина, усевшись рядом и откинувшись на спинку, устремил вперёд затуманившийся взгляд  добрых, карих глаз, окунаясь в воспоминания далекой юности.

Он поведал о том, как его отец, Дункан Донован, мелкий предприниматель, с утра до ночи пропадал на работе, уделяя  единственному и любимому сыну Питеру  всего лишь жалкие крохи своего времени и внимания. Мальчик рос беспечным  и свободным, как ветер. Босоногий и чумазый, но по своему счастливый. Постепенно дела у отца пошли в гору, он стал больше уделять внимания своей семье, а затем у него появились новые партнеры по бизнесу с большим достатком и возможностью слияния капиталов. Тогда Дункан и начал меняться.

Все началось с того, что в их доме появилась прислуга и даже наемная кухарка. Отец рассказывал, что как сейчас помнит растерянность матери, когда она, скромно сжимая свои загрубевшие от постоянного мытья посуды руки, смотрела, как совершено чужая женщина надевает на  кухне передник и начинает хозяйничать натерритории, что мать считала только своей. Но что уж там кривить душой? Марии очень даже это пришлось по вкусу, ничуть не меньше чем все те все блюда, что готовила повариха для своих хозяев.

Питер же был далеко не в восторге от того, как поменялась его жизнь. Ведь теперь нельзя было бегать босиком  по полям и, прикусывая ярко-зелёные травинки,наслаждаться вкусом утреней росы. Вместо этого он должен был листать скучные учебники по этике и изучать языки, которые никогда ему не пригодятся – вот в этом Питер был уверен. Не смотря на это, у мальчика обнаружилась склонность к изучению иностранных наречий. Таким образом, к двадцати двум годам он уже знал в идеале четыре языка, одним, из которых оказался румынский.

Донован требовал от сына поднажать именно на этот язык, так как у него появилась «жирненькая  рыбка на крючке», как выразился  он тогда, имея в виду своего будущего партнера. Георгу Мариш был одним из самых влиятельных и известных людей в Румынии. Уже пару десятилетий, как его семья обосновалась в Америке, но в Румынии Георгу имел несколько филиалов, что приносили ему достаточно большой доход, поэтому иной раз он наведывался к себе на родину, что делал с огромным удовольствием. Было несколько вещей, что заставляли партнера по бизнесу Донована задирать с гордостью подбородок, его румынские корни и его любимица дочь - Родика. Девушка была достаточно миловидной и приятной в общении. Как-то со временем все стали считать, что Питер и Родика - пара и  обязательно должны в будущем пожениться. Но у судьбы на то были свои планы.

Питера послали в Румынию, что бы он ознакомился с делами в филиалах и вынес свою оценку. Уставший после целого дня за документацией, молодой человек решил, что ему просто необходимо выйти на свежий воздух, проветрить свою голову. Так он и отправился гулять по небольшой станице на окраине города. Его ещё в первый день поразили красоты природы, да раскинувшиеся перед ним просторы. Непревзойденные пейзажи заставляли сильно биться сердце в восхищении тем, что цивилизация  совершенно не затронула эту местность. Он с  удивлением разглядывал огромное количество елей. Питер знал,  что и на гербе Румынии изображена ель. С интересом рассматривал холмы и плато благоприятные для всех видов сельского хозяйства, он думал, что эта страна своего рода Клондайк, а ведь ещё было множество  низменностей, подходящих для выращивания зерновых культур.

Земля здесь была щедрая. Он наклонился и зачерпнул рукой горсть земли, пропуская между пальцев жирный чернозем. Настоящее богатство. Внимание молодого бизнесмена привлекла шествующая через дорогу процессия коз, что лениво пережевывали остатки травы. Питер встал как вкопанный, когда увидел во главе этого шествия ангельски красивую девушку. Столь прелестного создания он не видел за всю свою жизнь. Активно размахивая тонким прутиком, девушка в цветастом платке погоняла небольшое стадо.

Встретившись небесно-голубым взглядом с Питером, она замолчала, задумчиво рассматривая странно одетого  для этих краев человека. Почему у него вместо хлопкового камзола этот необычный  наряд? Как он называется? Вроде бы джинсы… Ей настолько показалось смешным то, как одет молодой человек, что красавица не выдержала и засмеялась заливистым, чистым, звонким смехом, чем окончательно покорила сердце Питера. Парень не сводил глаз с кукольного личика, отмечая поразительную белизну зубов, что сверкали меж сочных манящих губ.

Одна из коз проворно вырвала веточку из рук молодой румынки и резво бросилась прочь.

Питер тут же бросился на помощь юной прелестнице.

— Позвольте, я вам помогу? – робко предложил он, ощущая, как его щеки покрывает румянец.

Девушка кокетливо поправила платок расшитый незамысловатыми  полевыми цветами и, лукаво сверкая глазами, кивнула, соглашаясь на предложение симпатичного  молодого человека.

— Коли хотите помочь, почему бы и нет! – искренне улыбнулась она в ответ на предложение Питера.

Так все и началось. С каждым днём Питер все больше и больше ловил себя на мысли о том, что просто-напросто не готов расстаться со своей румыночкой. Она крепко проникла в его пылкое сердце и пустила там корни, словно молодое деревце. Ему было так с ней легко и одновременно волнительно, что он уже и не представлял каково это - провести в разлуке хотя бы час. Каждую ночь ему снилась Илинка - так звали его любимую. Переводилось имя девушки как «бог». Было и еще одно значение, которое нравилось Питеру куда больше – «мой бог». Так оно и было. В отличие от Родики, Илинка и правда была кем-то неземным, чудом божьим.

Мысли о Родике заставили молодого человека вздрагивать всякий раз, как он вспоминал о ней. Утешая себя тем, что он ничего не обещал ей, Питер оправдывался перед собой тем, что за них все решили родители. После встречи с румынкой, он даже думать не мог о свадьбе с другой. Теперь его сердце всецело принадлежало ей – Илинке.

Время быстро пробежало. Закончились почти три недели с того момента, как Питер повстречал в станице златокудрую красавицу. С тоской в сердце молодой мужчина думал о том, что делать нечего и ему придётся покинуть так полюбившуюся  Румынию, что бы вернуться домой и объясниться с родителями. Ведь он точно уже для себярешил, что жить будет в Румынии со своей любимой. Питер хотел жениться на Илинке, сыграть красивую свадьбу по законам этой чудесной страны. Нарядить любовь всей своей жизни в роскошное платье, что сделает ее прекраснейшей из невест, когда она распустит длинные русые косы до пояса. Он представлял, как она будет счастлива, как будут улыбаться ее губы, с которых он каждую ночь срывал стоны наслаждения…

— Единственное за, что я себя  корю по сей день - это то, что не рассказал твоей матери о своей помолвке, — он тяжело вздохнул и уронил голову на руки. — Все могло быть по-другому!

Я в успокаивающем жесте положила руку отцу  на плечо. Сердце защемило от того, каким он выглядел несчастным.

— Что же было дальше, папа? – робко спросила я.

Он вскинул голову, в глазах появилась надежда, словно он не ожидал, что я когда-нибудь  так к нему обращусь.

— А дальше… Я отправился на родину, попрощавшись с Илинкой. Я пообещал вернуться как можно скорее, после того, как улажу все дела и поговорю с родителями, - отец порывисто вскочил со своего места. Лицо его покраснело, выдавая, насколько тяжко даются ему воспоминания, что до сих пор терзают его измученную  опустошенную душу. — Если бы я знал… если бы только я знал, чем все это обернётся! – и рухнул передо мной на колени.

На какое-то мгновение, я будто увидела перед собой совсем молодого  порывистого парня, с копной непослушных, торчащих, рыжих волос и яркими карими глазами, на лице, которого словно лучиками солнца нарисованы веснушки, что разбежались от переносицы к щекам.

— Поверь, Катриэль! Я бы не уехал, никто бы меня не заставил! Моя жизнь остановилась,  превратившись  в  самый настоящий ад.

Глава 26

— Настоящую любовь, дочь, не забыть! Она либо есть, либо ее нет, - он выпрямился во весь рост и заложил за спину подрагивающие руки. — Не верь тем, кто говорит, что время лечит - это не правда. Да, боль притупляется, становится не такой острой, но она сидит здесь, – он ударил себя кулаком в грудь, - в сердце, как заноза!

— Дедушка и бабушка были против вашего брака? – решилась я подать голос.

Отец повернулся боком к окну, через которое в комнату попадали лучи яркого солнца, словно не разделяя его пасмурных воспоминаний.

— Все оказались намного серьезнее, Катриэль, чем я думал, — он расстроено покачал головой. - Я был таким молодым и наивным! Верил, что нет ничего важнее, чем любовь! Георгу Маришу совсем не понравился такой  расклад  дел. После того, как я заявился к нему в кабинети сообщил о своем решении разорвать помолвку, он начал угрожать, что слияния компаний не будет, что он аннулирует все договорённости.

— Да будет так! - ответил я ему, ничуть не сожалея. - Дома, конечно, меня ждал скандал. Отец был в бешенстве, но, надо отдать ему должное, Катриэль, он согласился с моим выбором, родители были готовы принять Илинку. Вот только я не знал, что у Георгу былисовсем другие планы. Он решил действовать на опережение и сам лично отправился в Румынию. Ужепотом, через года, я узнал, что он преподнёс ложную информацию Илинке, приправив ее горечью того, что якобы я уже женат и моя молодая супруга ждет ребенка, - отец дрожащими руками потянулся к пиджаку, откинув полу, он вынул смятый, потрёпанный конверт. Развернув письмо, протянул его мне.

Пожелтевший кусочек бумаги вызвал во мне смешанное чувство страха и растерянности, словно сейчас должно было случиться нечто такое, что способно изменить всю мою жизнь. От этого было особенно не по себе. Первая же строчка, написанная слегка не ровным почерком, в котором я узнала руку матери, заставила меня задержать дыхание от волнения. Я даже смогла разглядеть следы от пары капель, оставленные ее слезами. В письме мама сообщала отцу о том, что между ними все кончено, и она выходит замуж за одногопреуспевающего молодого купца. Взглянув на него, я увидела, как дрожит невыплаканными слезами боль в его глазах.

— Я тогда не знал, что она это написала специально, желая остаться гордой и независимой. Да и я не лучше, чем Илинка. Как я мог поверить, что этот ангел может так предать?! Да я бросился к ней, но когда прибыл в станицу, меня встретил ее родственник - Антон Милош, который подтвердил, что моя Илинка вышла замуж и уехала с мужем, а куда - он отказался говорить, лишь намекнул, чтобы я возвращался к своей жене и не морочил голову молодым девушкам. Я словно с ума сошёл. Отчаянье и боль выжгли все в моей душе до дна -честь, совесть, достоинство, но только не любовь к твоей матери! Будь она рядом, я бы упал ей в ноги. Потом, со временем, я стал думать о том,  что меня предали, растоптали цинично мои чувства, используя их  вместо хвороста, чтобы разжечь огонь своего тщеславия. Я был молод, горяч и совершал одну ошибку за другой, - с горечью проговорил отец. - Но самым большим моим промахом было то, что я женился на Родике. Должно быть, небеса уже тогда прокляли меня,  за двадцать лет у меня так и не появились наследники.

— Мама всю жизнь была одна, - печально заметила я, наблюдая за тем как, мужчина дрожащими руками складывает письмо и убирает во внутренний карман пиджака. - Она так и не вышла замуж. Со всеми трудностями справлялась, хоть и перебралась в станицу, где мы далеко жизни от родственников.

— Как же вы справлялись, Катриэль? Совсем одни, - голос отца дрогнул.

Наверняка,  он представил себе, как совсем молодая девушка наперекор судьбе с маленьким ребёнком на руках борется за выживание в этом не простом мире.

— Было тяжело, не скрою! Мама много работала, она очень хорошо шила, да и хозяйство у нас было не большое. На жизнь хватало! Она всегда была на хорошем счету у местных, если кому сшить надо сарафан, все знали, что  возьмётся Илинка,  она никогда не откажет, —я для пущей убедительности кивнула, видя недоверчивое выражение на лице отца. - Да и дядя Антон помогал, чем мог.

Про себя же подумала о том, что и дядя Антон сыграл, пусть неосознанно, не последнюю роль в судьбе моих родителей. Но я понимала, что он не хотел зла. Скорее всего, мать рассказала ему о том, что ее обманул городской юноша и попросила его уберечь ее гордость.

— Теперь ты знаешь всю правду, Катриэль! Как она есть, неприглядная, по глупости разрушившая наши жизни, – он вновь приблизился ко мне. — Что мне сделать, доченька, чтобы вымолить твоё прошение?! – он устремил на меня взгляд печальных увлажненных глаз. —Я понимаю, что очень виноват… Но если бы ты была ко мне добра и снисходительна,  позволила хоть иногда звонить тебе, а может даже видеть, - голос его неуверенно стих, будто он испугался того, что сказал словно это могло оскорбить меня или обидеть.

— Обещаешь выполнить одну мою просьбу? – прошептала я, с трудом сдерживая слезы.

— Все, что угодно, Катриэль! – он сказал это, не задумываясь, без тени сомнения в голосе.

— Стань частью  моей семьи! Полной  семьи. Я хочу видеть тебя на всех событиях. Будь то день рождения или Рождество - не важно! Главное, будь рядом… - я видела,как отец часто заморгал и, чтобы хоть как-то утешить его, добавила: — Мама бы этого хотела… я уверена.

- Конечно, - радостно улыбнулся отец.

Не в силах сдержать всхлипа, я бросилась в его объятия, пряча лицо на груди чужого человека, который стал родным за каких-то полчаса. Чувствуя, как мозолистые руки гладят меня по голове, впервые в жизни ощутила, как это – быть любимой дочерью, а не брошенным ребенком.

Глава 27

После семейного ужина, уже в нашей с Алексомспальне, сидя у туалетного столика, я расчёсывала волосы. Бездумно глядя на свое отражение, я не видела перед собой ничего, мысленно находясь очень далеко отсюда. Меня отвлёк звук открывшейся двери. Муж вошёл так тихо, что, казалось стук моего сердца полностью заглушил его шаги. Пройдя по мягкому коврус длинным ворсом, Алекс опустил ладони мне на плечи, что были прикрыты лишь тонким шелком пеньюара цвета морской волны.

Тепло его рук вселило долгожданное умиротворение в мою душу, отодвигая на второй план все трудности прошедшего дня.

— Когда я зашёл, ты выглядела так, будто тебя терзают тяжелые мысли. О чем ты думала, Катриэль?  - мягко поинтересовался Алекс.

— Ничего такого… - я коснулась пальцами его руки, ловя в зеркале обеспокоенный взгляд мужа. - Я просто задумалась.

— Так, о чем же? — не сдавался Алекс.

Я скромно опустила глаза, не решаясь снова взглянуть на него.

— Я не принимаю ничего противозачаточного, а ты …

— Не волнуйся, я об этом позабочусь! – его пальцы крепче сжали мои плечи.

Уловив в его голосе странные нотки, я встала с пуфика и, слегка нахмурившись, спросила:

— Что- то случилось? – в голове забило набатом, неужели… - Что-то с Теей?

— Мы не можем ее найти, Катриэль! – отвел он взгляд, проводя рукой по волосам. Когда с моих губ сорвался испуганный вскрик, тут же поспешил заверить: - Мы ее найдём! Обязательно!

— Это Эмир! - вырвалось у меня. - Я чувствую Алекс, это он! – меня начало трясти, как в лихорадке.

За полгода, что я жила в семье Конти, мы успели с Теей сродниться, сплестись душами и то, что она пропала, стало для меня не меньшим ударом, чем для ее семьи.

— Я ведь чувствовала: что-то  не так! И этот сон, и ее звонок… Боже, Алекс, он ведь не причинит ей вреда? Для чего она ему? – у меня сперло дыхание.

— Я …я не знаю, Кат! – муж ободряюще погладил меня по спине. - Но, если это он, Эмир не посмеет сделать ей  ничего плохо, - его голос дрогнул на последнем слове, как будто он совсем в этом не уверен.— Не понимаю, зачем ему  ее похищать. Андре предполагает, что он это сделал намного раньше, чем мы думаем. Должно быть, Эмир  ее заставил ответить на звонок и сказать, что она у подруги в Париже. Есть мысль, что он украл ее, чтобы обменять на тебя, но для чего он ее держит сейчас, когда уже все выяснилось на счёт Береха?

Я заломила  пальцы. На глаза предательски начали наворачиваться слёзы.

— Она говорила, что познакомилась с сероглазым парнем, я уверена, что это Эмир! - заявила я, чувствуя, что теперь никаких сомнений у меня не осталось.

— Этот гад исчез со всех радаров, - Алекс чертыхнулся и принялся мерять шагами комнату. - Как будто его и не было никогда. Если он думает, что это сойдёт ему с рук, то жестоко ошибается! Он нанёс «Полным крови» оскорбление, – прошипел Бес, сжимая кулаки.

— Почему так?! Почему, когда судьба делает подарок, она взамен обязательно что-то отбирает?! Алекс…

Не знаю, сколько мы так простояли, посреди спальни – в обнимку, полные тревоги и неизвестности за судьбу близкого нам обоим человека.

Глава 28

Три месяца спустя.

Солнечные лучи пробивались сквозь залитое каплями дождя стекло. Щекоча теплом, они коснулись моего лица, вынуждая поморщиться. Просыпаться совсем не хотелось. Я сонно зашевелилась, потянулась, расправляя затёкшие за ночь руки и ноги, затем крепко обняла мягкую подушку. Лёгкий ветерок пошевелил занавеску на окне, пропуская в комнату еще больше света. Я резко села на кровати, но сразу же со стоном откинулась на подушки.

Ужасная тошнота комом поднялась куда-то вверх по горлу. Невыносимо! Лёгкий стук в  дверь лишь добавил дополнительных мучений к моему утреннему пробуждению.

— Сеньора Катриэль? - послышался голос, а затем появилось загорелое лицо Долорес. - Вам  завтрак  подавать? - женщина обеспокоено разглядывала мое бледное лицо.

Сглотнув, я отчаянно замахала головой.

— Ну, как же так?! У нас даже есть такая поговорка: ранняя птичка съедает завтрак опаздывающего! – женщина неодобрительно покачала головой. – Сеньора Катриэль!

Не успела Долорес договорить, как я, откинув одеяло,соскочила с постели и опрометью бросилась в туалетную комнату. Едва успев откинуть крышку унитаза, склонилась над ним в мучительных  рвотных позывах.Кое-как придя в себя, я встала  на дрожащих ногах и включила воду. Хватило времени лишь умыться и прополоскать рот, когда в ванную ворвался взлохмаченный и испуганный Алекс.

— Что случилось?! Долорес сказала, что тебе плохо! – бросился он ко мне, ищущим взглядом шаря по моей исхудавшей за последнее время фигурке. Не обнаружив причины моего недомогания, снова заглянул в мое бледное, осунувшееся лицо.

— Мне уже лучше, - дрожащим голосом сказала я, еле разлепив сухие губы.

Алекс подхватил меня на руки и торопливыми шагами направился к кровати.

— Ничего не знаю, я вызываю врача!

— Не надо, Алекс! – вырвалось у меня торопливо. Наблюдая, как он достает телефон из кармана брюк, я покачала головой, понимая, что никакой врач мне уже не поможет.

— Ещё чего! - огрызнулся муж на мою просьбу.

Все встало на свои места лишь тогда, когда в комнату вернулась улыбающаяся Долорес. Она важно несла перед собой поднос, на котором стоял стакан полный воды, что грозился разлиться от каждого ее шага и небольшая мисочка… крекеров. Долорес деловито отодвинула Алекса в сторону, слегка толкнув его плечом.

— Сеньор Сандро, ну вы хоть повлияйте на сеньору! Взяла моду себя мучать, так теперь ещё и ребёночка морит голодом, - женщина неодобрительно поцокала языком.

Я укоризненно посмотрела на Долорес, та, ни чуточкуне смущаясь, лишь фыркнула в ответ, всем своим видом показывая, что совершенно не раскаивается в том, что влезла в дела хозяев этого дома.

— Сколько же можно держать хозяина в неведении? – ворчливо продолжила она, забирая пустой поднос со столика. – Уже как-никак срок больше месяца, - добавила возмущено домоправительница.

Я посмотрела  на Алекса, чей растерянный взгляд метался от меня к Долорес и обратно.

— Какого ребёночка? – как-то очень уж спокойно переспросил он.

На моих губах расцвела смущенная улыбка, а рука инстинктивно прижалась к низу живота – туда, где во мне зрела новая жизнь. Чудо, созданное мной и моим мужем. Пока мы переглядывались, вполне довольная собой Долорес скрылась из комнаты, прихватит с собой деревянный поднос. Лёгкий щелчок дверного замка сообщил о том, что мы остались наедине.

Алекс моргнул и, наконец, отнял руку с телефоном от лица. Все это время он продолжал держать трубку возле уха.

— Кат? – спросил он нерешительно, глаза его вспыхнули миллионом искр и загорелись надеждой. —Ты…

Я кивнула, неторопливо спустила ноги с кровати, а затем, встав,  нерешительно замерла возле него.

— Помнишь, ты сказал, что позаботишься обо всем сам? - уже слегка  посмеиваясь, спросила я, намекая на наш разговор по поводу контрацепции.

Тогда Алекс пообещал мне, что сам займется этим вопросом, добавив, чтобы я не забивала себе этим голову. Но все осталось по-прежнему. Никаких мер мы не предпринимали, поэтому  через два месяца после того,как пару дней мне было плохо, я поняла, что в нашей семье скоро станет на одного обладателя фамилии Норд больше. 

— Я беременна, - произнесла то, что не решалась сказать своему мужу уже достаточно долгое время.

Алекса словно подбросило эмоциональной волной. Он подхватил меня и закружил по спальне.

— Кат, это лучшее, что со мной происходило! - его глаза горели абсолютным счастьем. Он весь кипел. Казалось, ещё чуть–чуть и его разорвёт на части от эмоций.

— Все же, это, скорее, со мной произошло, — не сдержалась я от ехидства, а затем жалобно добавила, искренне сочувствуя себе. — Это ведь меня тошнит и выворачивает по утрам.

— Не могу поверить, что ты подаришь мне ребёнка! Алекс оглядел меня полным обожания взглядом, ероша светлые волосы. — Это просто невероятно! Быстро я справился, - самодовольно заулыбался, не скрывая ноток хвастовства в интонации.

Я закатила глаза. Мужчины!

— То,  что тебе плохо, - это вообще нормально? – к мужу вернулась прежняя серьезность. – Может, надо к врачу? – он вновь полез в карман за телефоном.

— Все хорошо, - провела я ладонью по груди Алекса, - просто у меня токсикоз, – уверенно проговорила я, ощупывая пальчиками сквозь его рубашку крепкие мускусы.

«Как он пахнет…» - промычала я мысленно, делая глубокий вдох. Но, как только его одеколон - мой любимый одеколон, проник глубже в мои рецепторы, я почувствовала, как накатила новая волна тошноты, сметая все на своём пути. Зажав рот ладонью, я оттолкнула его и снова бросилась в ванную комнату. Слыша через дверь, как Алекс уже радостно кому-то сообщает по телефону, что он будет отцом, я облегченно обнялась с унитазом, что стал моим лучшим другом за последние несколько дней.


Подъехав к зданию больницы, я поёжилась. Не люблю врачей. Да и необходимости в них не было - всегда было отменное здоровье. Сегодня визит был необходимостью. Утешало лишь то, что я всего лишь беременна, а не больна. При мысли о том, что в скором будущем мы с Алексом станем родителями, сердце охватил приятный трепет. Наблюдая, как муж перебирает мои документы, периодически вскидывая на меня заботливый взгляд, я точно знала одно – у моего ребенка будет самый лучший в мире отец. Такой, какого не было у меня, но, в котором я так сильно нуждалась. И, если я слышала, порой, оттенок неуверенности в голосе Алекса, то понимала, что виной всему тяжелое детство и юность мужа. Жизнь в детском доме наложила неизгладимый отпечаток на душу Беса, сделав его тем, кем он был сейчас.

Но, на самом деле, мне все чаще казалось, что Алекс больше меня радуется предстоящему отцовству. Возможно ли такое? Может ли мужчина быть чувствительнее будущей матери в этом плане? Мы, как одержимые, скупали все эти милые костюмчики, маленькие ботиночки, чепчики и немыслимо трогательные пинетки. А сколько времени мы провели,сидя у камина по вечерам выбирая, для детской комнатыобои, ковры, шторы.

Несомненно, наш малыш появится в самой любящей семье. У него будет все, чего были лишены мы.

— Ну, вроде бы все, - довольно воскликнул Алекс, удостоверившись, наконец, в том,  что все бумаги на месте. Как последний штрих, он покрутил мой полис с чипом в руках и отправил его к остальным документам.

Выйдя из машины, я вдохнула полной грудью. Все же,беременность - это прекрасно, пока не тошнит. Больница Santa Maria Nuova Hospital находилась не далеко от нашего дома, поэтому мы решили, что наблюдаться всю беременность я буду именно в этой клинике. Перед тем как записаться  на приём, Алекс изучил все отзывы и даже через какие-то связи узнал про моего врача и то какого года оборудование установлено. И вот – мы идем на первое УЗИ.

Моим врачом оказался один из лучших специалистов во Флоренции - Романо Руссо. Врач встретил нас в своём кабинете, где он тщательно внёс все данные касающиесямоей беременности в компьютер.

— А терпеть, Сеньора Норд, прошу вас устроиться удобнее здесь, - указал он стоящую справа от окна медицинскую кушетку. Рядом с ней находился монитор,на стене напротив висела большая плазма, к которой вед шнур от монитора.

Как только я улеглась и подняла легкую блузу, уловила движение у двери. Нахмурив брови, Алекс наблюдал, как врач смазывает специальным гелем мой живот, прежде чем поднести аппарат УЗИ.

— Это не вредно? – он подошёл ближе к нам, напряженно всматриваясь в медицинские приборы. - Волны там всякие…

Врач доброжелательно улыбнулся и покачал головой. Должно быть, он не впервые успокаивал такого вот мужа-паникера.

— Нет, не волнуйтесь! Это совершенно безопасно, — он поманил Алекса ближе и, указав на монитор, сказал: – Вот смотрите сюда. Сейчас я покажу вашего малыша.

Я видела, как судорожно дёрнулся кадык Алекса. Все его внимание сосредоточилось на экране. Как только аппарат коснулся моей кожи, я слегка поморщилась:прохладно. На экране появилась картинка.

— Я сразу включил 3Д, многие ждут до двадцати шести недель и более, считая, что раньше ничего особенного не увидят, но я по другому отношусь к этому виду УЗИ.

В этот момент комнату наполнил звук стука… стукасердца нашего малыша. На экране появилось изображение.

— Ну, вот! – довольно поговорил врач. - Познакомьтесь со своим малышом, - он одной рукой водил аппаратом, а другой пару раз вносил данные в компьютер.

Алекс почесал голову.

— А  нельзя посмотреть мальчик это или девочка? – спросил он с любопытством, пытаясь разобраться в изображении на экране.

— Пока ещё рановато, - ответил врач с снисходительной улыбкой, - на таком сроке это ещё невозможно, а вот на следующем УЗИ… - доктор замер, слегка сощурился и, выдавив новую порцию геля, нажал чуть сильнее сбоку живота. Его взгляд стал более внимательным, и я занервничала.

— Что-то не так? – забеспокоился Алекс, беря меня за руку.

Лицо врача разгладилось. Он улыбнулся.

— Как я и думал! – воскликнул он. - У вас будет двойня, – радостно сообщил доктор Руссо.

Я с трудом сдержала смех, заметив, как вытянулось лицо Алекса. Если бы он был компьютером, точно завис бы в этот мгновение. Словно вынырнув из сна, он перевёл на меня свой полный недоверия взгляд.

— У нас что, сразу два будет?

Не выдержав, я расхохоталась, не смотря на то, чтосама была слегка шокирована этой новостью.

— Да! - ответил за меня доктор. - Двойная радость, но и двойные хлопоты, - врач протянул мне салфетки.

Стерев остатки геля, я проворно встала, поправив на себе одежду.

— Присаживайтесь, я пока напишу вам дату следующего посещения и рекомендации, - обратился ко мне Романо.

Я оглянулась на Алекса. Тот уже разговаривал по телефону в дальнем конце кабинета.

— Один-один! – заявил он сразу же, как только ему ответили. — Да, сразу двое! – триумфально заявил Бес.— Откуда  я знаю, - голос приобрёл хвастливые нотки, и он добавил, – наверное, у меня волшебный…

— Алекс! - возмущено шикнула я на него, показывая глазами на врача, который, не  обращая никакого внимания на суету вокруг себя, невозмутимо забивал данные в компьютер.

Алекс пожал плечами, давая понять, что не видит ничего такого в своих словах.

Романо  распечатал рецепт и протянул мне.

— А вот уж на следующем УЗИ мы узнаем пол, - под его глазами разошлись лучики морщин от улыбки. Какой приятный человек! Именно такому я и готова доверитьсвоё здоровье и своих малышей.

Малышей! Боже, я ещё никак не могла прийти в себя от того, что у нас будет двойня.

Когда мы уже выходили из кабинета, Алекс обратился к Романо:

— А вы уверенны, что их двое?

— Да, конечно! Не волнуйтесь, ошибка исключена.

— Мало ли, вдруг там трое… - выдал Алекс, переминаясь с ноги на ногу.

— Извините, доктор Романо, - прыснув со смеха, я потащила своего незадачливого мужа к выходу.

Он шёл за мной, не упираясь, слегка посмеиваясь.

— Нет,  просто представь как, я утёр  нос Андре!

— Алекс! Я люблю тебя! – на улице я позволила себе рассмеяться в голос, от всей души.

— Больше жизни, люблю тебя больше жизни! – улыбнулся муж мне в ответ, обнажая в улыбке ряд белоснежных зубов, от чего на щеках проступили очаровательные ямочки.

Эпилог



Лёгкими движениями я втерла крем в кисти рук, послечего аккуратно взбила подушку. Забравшись под одеяло, с чувством приятной усталости прижалась щекой к прохладной ткани наволочки. Прошедший день оказался весьма продуктивным. Алекс меня доканает! Такое ощущение, что он готовит меня в спецназ. Записал на аквааэробику для беременных, затем к семейному психологу, услышав в одной из передач, что у женщин часто случаются послеродовые депрессии. Улыбка тронула мои губы. А ведь я уже совершенно не представляю для себя другой жизни. Заботы так закрутили меня, что совсем не оставалось свободного времени, а ведь дети ещё не родились! Что же будет дальше?

Все с таким нетерпением ждут появления на свет наших малышей. Алекс, отец… Долорес так вообщекаждый день вычёркивает из календаря. За это время отец и Долорес так сблизились, что иногда я даже задумываюсь о том, что будет, если они сойдутся? Прислушиваясь к своим ощущениям, я понимаю, что буду только рада! Родика уже пять лет, как покинула этот мир. Отцу, наверняка, одиноко… Если я и хотела видеть кого-то рядом с ним, так это добрую, заботливую домоправительницу Алекса. Разве может быть кто-то лучше? С ней не забалуешь. Зная пристрастия отца к различным видам жирной пищи, я со спокойным сердцем могу отдать его на попечение Долорес. Эта женщина окутает его всем своим теплом и отдаст нерастраченную любовь.

Прислушиваясь к шуму в душе, где находился Алекс, я потянулась к книге, что лежала на его прикроватной тумбочке. Возле неё находился смартфон мужа, мигая экраном, словно приглашая удовлетворить моелюбопытство. Прикусив ноготь, я взяла его в руки и разблокировала экран, но тут же с лёгким вскриком выронила телефон. Сообщение, адресованное мужу, ударило так больно, что я лишилась дара речи, не в силах даже позвать Алекса.

«Я никогда ее не верну. Дело не в мести. У меня нет с вами счетов. Эмир».

Конец





Оглавление

  • Мания БесаЭлли Шарм
  • Teleserial Book